I. Формирование (1/2)

08:05

Внутри Чона бушевала самая настоящая буря, которую он никак от себя не ожидал. Всю оставшуюся ночь он провёл в участке то подвисая в пространстве, глядя в стену по сути, но в действительности из раза в раз прокручивая произошедшее у стен обшарпанного дома, то выходя из транса, тут же принимаясь загонять себя работой. За полтора часа до похорон он, толком не понимая, как это произошло, уснул. Сейчас он в полном парадном обмундировании безжизненным взглядом провожал гроб с бывшим начальником.

Сердце отчего-то громыхало как заведенное, хотя Хосок считал себя скупым на эмоции человеком. То ли усталость, то ли стресс, который он отрицал, оставили свой след, не позволяя ему привычно отмахнуться от человечного.

После церемонии целое подразделение полицейских в купе с родственниками погибшего остались на прощальный ужин (больше похожий на завтрак, если глянуть на время). Чон не собирался задерживаться надолго, слишком много работы было, к тому же через пару часов было назначено очередное собрание от департамента полиции, на котором уж на этот раз его точно должны были поднять в звании. Это тоже волновало его.

– Мой преподаватель по криминалистике любил говорить, что семьи не для сотрудников уголовного розыска, – Чимина не часто можно было увидеть в кителе с нашивками, с оружием и с зализанными волосами, но в такой день он был обязан одеться подобающе. Хосок опрокинул в себя стопку с соджу, глядя на безутешную вдову Ким.

– Интересно, мой преподаватель говорил точно также.

– Так у нас вроде один преподаватель и был, – Чимин вторил ему, осушая свою стопку. Хосок слегка нахмурил брови, устав наблюдать за слезами на щеках вдовы и перевёл взгляд на Пака.

– Разве вы не в Пусане учились? Потому что я-то в Сеуле.

– Вы же учились в начале двухтысячных? – Чон кивнул, – Чон Чонвон преподавал?

– Верно.

– Он же после перебрался обратно в Пусан, когда его сын поступил в нашу академию.

– Я даже не знал, что у него есть сын.

– Был.

Хосок заинтересованно склонил голову.

– Был?

– Да. Вы слышали о судьбе самого Чонвона?

– Конечно, это очень опечалило меня в своё время. Прекрасный был преподаватель, полагаю, как и криминалист.

– Согласен, – Чимин недолго помолчал, глядя в пустую стопку, – сначала погиб он на выезде по какому-то сомнительному делу, оно засекречено до сих пор, поэтому подробностей я не знаю. А затем и его сын, который был всего лишь стажёром.

Эта история Хосока заставила позабыть о своих метаниях, не желая возвращаться в собственную бездну, он продолжил расспрос.

– Как погиб его сын?

Чимин покачал головой.

– Этого я тоже не знаю, его дело тоже засекречено. Но он вроде был на выезде. Поговаривают, что всё это как-то было связано с мафией, но насколько это достоверная информация... Хороший вопрос.

Офицер хотел спросить что-то ещё, но их отвлёк комиссар, пригласивший их поднять тост.

13:37

Хосок тяжело вздохнул, заходя в свой кабинет. Пустым взглядом оглядев его, он неосознанно дотронулся пальцами до свежих нашивок старшего суперинтенданта на своём полицейском кителе.

– Вы заслуживаете, капитан, – Сокджин за его спиной не спешил проходить внутрь кабинета, пока Хосок застыл в проёме. Чон просто кивнул и, наконец, сделал шаг к столу, за которым обычно сидел Намджун (и совсем непродолжительное время Пак). Он стал капитаном. Начальником уголовного розыска. Старшим суперинтендантом национального агентства полиции Сеула. Сокджин же занял его место замначальника, вернее, Хосок сам назначил его на это место. Другие кандидатуры он не разглядывал даже, лишь Ким вызывал должный уровень доверия, чтобы делить с ним дела и кабинет. К тому же на данный момент он был лучшим криминалистом, Хосок понимал, что сам теперь будет поглощён бумагами и заседаниями (что не могло не расстраивать) и большая часть выездной работы ляжет на плечи его заместителя. Пусть уж это будет блестящий специалист.

Уже через пятнадцать минут в кабинете собрались все те, кого Хосок пригласил для формирования особой группы по делу №501 ещё на заседании. Дело засекретили, но реальная работа по нему начиналась только сейчас, кажется, что до сегодняшнего дня оно не встало на месте лишь из-за заинтересованности Чона. За несколькими стульями вокруг двух столов хаотично расселось несколько мужчин и одна женщина. На месте приёма у капитанского стола сидела Ан Хеджин, лучший в Сеуле профайлер<span class="footnote" id="fn_35957324_0"></span>, а также преподавательница криминалистической психологии. У стола Сокджина уселись Пак Чимин, технический директор группы надзора, и Ли Хосок, начальник оперативной группы специального назначения. Сам Ким также входил в состав особой группы на правах лучшего криминалиста и заместителя начальника уголовного розыска. Перед Хосоком лежало помятое, но целое дело №501.

– Итак, приветствую всех на первом заседании по делу цветочного серийника, – Чон оглядел собравшихся тяжёлым взглядом, – все вы изучили уже имеющиеся данные? – после череды кивков офицер и сам покачал головой, – Отлично. Сейчас это дело единственное, на чём мы должны сосредоточиться, потому что ситуация выходит из-под контроля. Ночной инцидент мало того, что привлёк внимание прессы, так ещё, как мне сообщили на заседании, заинтересовал политиков. Не буду скрывать, пара весьма высоких лиц сотрудничает с Теневыми, это основная причина, почему мафия так вальяжно существует. Каждый из нас, а особенно мы с капитаном Ли, сейчас находимся под угрозой устранения из-за ночного инцидента. Едва мы договорились с мафией насчёт временного перемирия, как Ким Усока убил преступник по нашему делу, разрушая договоренность и, более того, сталкивая нас лбами куда сильнее, чем ранее. Теперь мало что может убедить Теневых, что не полиция причастна к убийству их членов. И лишь дело времени, когда в департамент заявятся представители власти, сотрудничающие с мафией. Тогда нам всем придётся отвечать за происходящее, кому-то сошьют дела, кого-то уволят, а кто-то встретится с уже убитыми офицерами. Наша задача раскрыть это дело, пока мы ещё способны предпринимать хоть что-то. Всем ясно?

– Так точно, – Ли кивнул, лица остальных были мрачнее тучи, – в деле указано, что в участке работает кто-то под прикрытием от Теневых. Вы знаете кто это?

– Да. И я, и Пак Чимин.

– Хорошо, раз вы ещё не засудили его, у вас есть план, как он может пригодиться нам?

– Если совсем честно, я хотел понаблюдать за ним. А после у меня просто-напросто не было времени, чтобы что-то предпринять, – Чон ненадолго задумался, а после обратился к Ан Хеджин, – как вы думаете, можно ли не смотря на все ухищрения серийника всё же переубедить Теневых?

Профайлер с хитрым взглядом, длинными шелковистыми волосами и лёгкой полуулыбкой кивнула.

– Любого человека можно убедить в чём угодно, разница лишь в средствах и времени, – впервые подала голос она, по виду абсолютно спокойно чувствуя себя в обществе серьёзных и уставших офицеров. Хосок кивнул, но пока глубоко уходить в эту тему не хотел. Было кое-что насущнее.

– Хорошо, мы обсудим это чуть позже, сейчас очень важно понять, кто будет следующей жертвой убийцы. Пак Чимин?

Начальник угрозыска заметил как медленно и уставше техник стал отвечать. Совсем не похож на того человека, коим являлся ещё несколько дней назад, едва ли он спал больше, чем Хосок.

– Да, – он сделал паузу, глядя на свои колени. После встрепенулся и поднял взгляд на начальника, – я отправил вам результаты на почту ещё утром.