Часть 5 (2/2)
— Ну, пристукнуть их никогда не поздно, — Миль невесомым движением огладил мою скулу большим пальцем, и я от этого невинного жеста едва не закончился как человек. — Но чуть позже. Не стоит привлекать к себе внимание раньше времени, малыш. А сейчас за тобой все будут следить в оба глаза. Они же всё ещё наивно надеются, что ты и есть их потерянный Избранный. Сдаётся мне, их даже отсутствие шрама не смутит.
Едва слышно вздохнув, Северус убрал руку от моего лица и отступил на шаг. А я совершенно бездумно сделал шаг вперёд, не желая разрывать столь приятный и необходимый мне сейчас контакт.
Ай, наглеть, так с музыкой! Плюнув на всех и вся, я попросту сгрëб не сопротивляющегося Миля в охапку и по многолетней привычке уткнулся носом ему куда-то за ухо. И снова меня, словно в одеяльный кокон, укутало в его непередаваемо божественный запах. И урчание из моей груди вырвалось совершенно непроизвольно.
Над ухом раздался ехидный смешок, и меня, как кота, почесали за ушком. Мр-р-р...
— Котёнок… Дай руку, горе моё…
Я, не отрывая носа от его шеи, протянул куда-то в пространство раскрытую ладонь, которую мгновенно обдало лёгкой прохладой. Заживляющий бальзам… Даже сейчас этот удивительный мужчина вместо того, чтобы наорать на меня за очередной идиотский поступок, просто лечил мои руки… Ну вот был ли у меня вообще хоть один шанс в него не влюбиться?! Вот и я думаю, что нет.
— Спать пойдёшь или ещё погуляешь?
— Зачем спрашиваешь, если и так прекрасно знаешь ответ? Я не могу без тебя спать, так что пойду поброжу — упокою парочку призраков, может полегчает…
Меня резко отстранили от любимого тела, и мне в глаза пристально, с какой-то обречëнностью уставились эти бездонные лисьи глазищи.
— Ри… Ты же понимаешь, что…
— Да всё я прекрасно понимаю, Северу-у-ус…— последнее слово я постарался протянуть особенно ехидно, в знак того, что это имя мне не нравится. — Не идиот, чай. Но об этом я пока говорить не хочу. Иди спать, тебе вставать скоро.
— Тебе, вообще-то, тоже на занятия надо будет, — Миль фыркнул на моё заявление, и, чуть подумав, добавил: — Если будешь на уроках клевать носом — пирогов больше с утра не получишь!
— Нафаня принесёт! Он, в отличие от моего тирана-профессора, ребёнка голодным не оставит! — очень хотелось сейчас показать ему язык, но я всё же сдержал этот ребяческий порыв, и, быстро чмокнув его в щёку, рванул за угол, чтобы моя драгоценная жопа не встретилась с метким милевским Жалящим.
Пробежав рысью пару десятков поворотов, едва не воткнулся носом в буквально выпавшего из стены белобрысого парня. Бля, вот мне сейчас только Малфоя для полного счастья не хватало! Хотя…
Я окинул странно дëрнувшегося пацана плотоядным взглядом, прикидывая в уме, что мне будет, если я сейчас малость подправлю его аристократическое личико… Но этот гад умудрился сбить мне весь боевой настрой, согнувшись передо мной в поясном поклоне и тихо прошептав:
— Я искал вас, Лорд Поттер. У меня для вас есть деловое предложение, от которого вы не сможете отказаться.
💀💀💀
POV S.S
Определённо, шило в заднице моего Тигрёнка не имеет границ! Ну вот как можно было умудриться наткнуться в огромном замке, рассчитанном на одновременное проживание полутора тысяч человек, именно на эту гриффиндорскую троицу отморозков?
Да, Слагхорн уже успел меня по старой памяти просветить, что именно эти трое вот уже несколько лет являлись головной болью всея Хогвартса. А Уизли в прошлом году вообще умудрился переплюнуть славу собственных братцев-близнецов.
Не иначе, как пресловутое поттеровское «везение» у Тигрëнка включилось. Что-то раньше я за ним не замечал, чтобы он первым сам в драку ввязывался… Видимо, что-то такое эти идиоты умудрились ему ляпнуть, раз Ри насмерть забил рыжего и отправил в нокаут его дружков…
И ведь наверняка не расскажет, зараза… Даже пытаться расспросить не стоит. И так всё прекрасно понятно было по выражению его лица. Да и обиделся он, похоже, на меня крепко за те резкие слова… Но что мне оставалось делать?!
Больше всего на свете я мечтал обнять своего котёнка не как друга или младшего брата, а как парня, который нравился до одури, до летающих сердечек перед глазами, если такое, конечно, применимо к магу, напрямую общающемуся с миром Мёртвых. Но, видимо, я был исключением из этих мрачных правил, потому что стоило Ри лишь появиться в поле моего зрения, как пресловутые бабочки в животе начинали порхать с такой силой, что грозились вырваться на волю, утянув за собой все внутренности.
Самое печальное, что будь мы с ним Истинными, все запреты Госпожи я со спокойной совестью мог бы послать лесом, потому что даже эта дама была не властна над предназначенными друг другу Судьбой. Но мы ими не были. Мы просто любили друг друга до выкручивающихся рёбер, до готового разорваться сердца, до отключающегося от нежности мозга… До последнего вздоха… До самого конца.
А конец мне был прекрасно известен. Спасибо Маре-прародительнице — просветила.
Лучше бы я этого не знал.
Но я, сука, знаю. Знаю и всё, что могу сделать — это тенью следовать за ним, оберегая, обучая и не давая возможности натворить непоправимых глупостей.
Кстати, то, что Ри чуть не прибил рыжего — я предполагал. Ну не смог бы мой малыш пройти мимо такого морального урода, особенно когда он зацепил его за что-то важное. Хотя у меня в голове в тот момент, когда я увидел сидящего у стены Гарольда, живого и целого, от облегчения словно гора с плеч упала. Потому что дурной Нафаня, вывалившись в моей комнате, прямо с порога заорал, что «Тигру срочно нужна твоя помощь! Аптечку не забудь!»
За полторы минуты, что мне понадобилось для того, чтобы схватить кейс с медикаментами и зельями и вместе с домовым перенестись в еле освещённый одиноким магическим светильником коридор, я передумал такого, что лучше даже не вспоминать. Самого до сих пор в дрожь бросает. Ну а после того, как удостоверился, что ему ничего не грозит, то едва не сорвался от облегчения и не поцеловал… Это был бы однозначный провал…
И вот сейчас мой обиженный тигрёнок бродит где-то в глубинах Хогвартса, пугая своей бешеной аурой призраков и прочую нежить, что в изобилии обитала в умирающем замке. Была, конечно, надежда на то, что ребёнок отправился к Ссалу, но она была такой маленькой, что в расчёт её можно было вообще не принимать. Скорее всего этот товарищ отправился в пустующую башню, потому что воистину кошачье любопытство этого ребёнка с возрастом так нифига и не прошло, а наоборот стало только больше.
Хотя всё же сильно за него я не переживал — на крайний случай он всегда мог использовать беспалочковую магию. И вообще сильно сомневаюсь, что в Магической Англии кто-то ещё помнит, как противостоять заклинаниям, питающимся магией Смерти. Да и по-простому морду набить он тоже мастер. Наглядно убеждался уже не единожды.
Но вот насчёт душевного состояния Ри я сильно волновался. Настолько сильно, что заметил стоящего прямо передо мной домового эльфа Хогвартса лишь тогда, когда он едва себе башку об стену не раскроил, психуя от неудачных попыток достучаться до меня.
— Чего тебе надо? — лопоухий человечек в дырявой и засаленной наволочке от моего рыка аж подпрыгнул. А вот нахрен заявляться ко мне в гостиную без спроса!
Хотя я тоже хорош — не поставил ни одного защитного контура, погрязнув в собственных страданиях! Старею, похоже.
— Профессор Снейп, сэр, вас вызывает к себе директор Дамблдор. Это срочно, сэр! — домовик трясся как осиновый лист, нервно заламывая пальцы и всё норовя ещё раз приложиться к и так пострадавшей стене.
Ну и нахрена я понадобился посреди ночи этому старому маразматику? Не иначе как старик обнаружил свою драгоценную троицу, которая, к слову, нифига ему ничего внятно рассказать так и не сможет никогда. Всё таки опыт не пропьёшь! Ладно, схожу, пожалуй, узнаю, какого лешего директор решил дёрнуть именно меня, а не кого-то из деканов.
Коротко кивнув головой истерящему эльфу в знак согласия, я взмахом руки приказал ему скрыться с моих глаз. Едва раздался хлопок аппарирующего ушастика, как я вызвал Нафаню.
— Друг мой сердеШный, найди Гарольда и передай ему, что меня бородач на ковёр вызвал. Пусть поосторожней будет — не хватало ещё привлечь к себе излишнее внимание нашего дорогого директора, — видя, как домовой скривил презрительную гримасу, я улыбнулся и проворчал: — И вот нахрена нам всё это надо, а? Жили же себе спокойно, так нет…
— А Тигр сейчас какого-то белобрысого пацанëнка в углу зажимает… — Нафаня смотрел на меня своим фирменным ехидным прищуром и, словно издеваясь, продолжал: — И пацан, кстати, похоже совершенно не против…
Так. Стоп. Что-то я не понял.
Кого там и куда мой котёнок зажимает?! И с какой целью, блять?! Что вообще в этой чёртовой школе происходит?!
Видимо, рожа у меня стала та ещё, потому что Нафаня, громко фыркнув, выдал мне то, после чего я почувствовал себя полнейшим идиотом:
— Ну, Тигр — мальчик взрослый. Организм, он ведь любви требует… А ты ж, как мегера, на него шипишь постоянно. Вот и нашёл себе ребёнок кого посговорчивее. Иль ты всерьёз думал, что он за тобой всю жизнь хвостиком бегать будет да в рот заглядывать, дожидаясь, пока ты, дурная башка, вспомнишь, ЧТО именно стребовала с тебя Госпожа?
У меня перед глазами флешбеки замелькали со скоростью молнии. Да, я прекрасно помню тот разговор с Марой, но вот только… Что именно сейчас пытался донести до меня мой вредный, но верный друг?
Вернусь от старика — пересмотрю всё ещё раз в Омуте Памяти.
Домовые, они ведь лгать хозяевам не могут. Кому угодно, но не им. А по словам Нафани, я что-то упустил. Что-то крайне важное, иначе почему этот частенько просто невыносимый, но всё равно нежно любящий меня старичок сейчас смотрит на меня, как на блаженного идиота?
ЧТО, блять, я прохлопал в этом договоре со Смертью, что даже мой собственный домовой глядит на меня с жалостью?! И почему он говорит мне об этом только сейчас?!
— Нафаня, я совершенно не понимаю, что ты пытаешься до меня донести. Пояснить не хочешь?
— А чего пояснять-то? Ты вон какой вымахал: весь из себя красивый да умный. Только дальше собственного носа видеть так и не научился, даром что он тебе длиннющий, как у БуратинЫ, достался… Ты не общий смысл смотри, ты, дурында, дословно разбирай! Иль тебе просто в кайф самому страдать и ребёнка му́чАть?!
Смотрю я на насупившегося старичка, на то, как он брови свои кустистые нахмурил, и сердце аж пару ударов за раз пропустило… А что если я действительно, что-то пропустил важное, погрязнув с головой в собственных страданиях?! Четыре года я извожу себя знанием конца этой истории. Два года я схожу с ума от невозможности хотя бы дать себе возможность надеяться на взаимность… Год умираю от того, что не могу хотя бы прикоснуться к нему так, как сердце требует… А что если эти запреты я придумал себе сам?! Сам придумал, сам поверил, сам страдал всё это время, да ещё и Гарольда мучаться заставлял…
Рука-лицо. Это всё, на что я сейчас был способен. Потому что внутри бушевала буря. Нет, не так. БУРЯ!
Слова Нафани попали на крайне благодатную почву. Они ещё до неё долететь не успели, а уже дали ростки. Дали надежду. Надежду на то, что я всё же смогу своё чудо обнять так, как хочется уже чёртову прорву времени… Смогу…
— Эй, горемычный! Вылазь из прострации и иди делами заниматься! Ты, дурак, столько времени страдал, так что подождёшь ещё немного! А вот ваш бородатый дед ждать тебя точно не будет, — меня всегда умиляла эта способность Нафани смешивать новомодные умные термины с простой деревенской речью. И давать мне моральные пендали, когда я слишком уж погружался в режим самокопания.
— Спасибо, — присев на корточки, я от всей души обнял одного из немногих людей, кого любил и кому доверял. И хрен с тем, что он к роду человеческому никаким боком не относится, любить его от этого я меньше не стал. — Что бы я без тебя делал, старый ты ворчун…
— Сидел бы сейчас, как сыч на ёлке, и угукал о том, какая жизнь у тебя тяжёлая… — домовой ласково погладил меня по голове своей мозолистой лапкой и уже тише пробурчал: — Госпожа – дама, конечно, суровая, но справедливая. Подумай над этим, ребёнок. Ведь она тебя сюда отправила явно не для того, чтобы ты страдал. И вспомни, какое второе значение имеет слово ”смерть”.
С этими словами он просто исчез прямо из моих объятий, оставив меня в полнейшем душевном раздрае.
Потому что только сейчас я сообразил, что второй ипостасью Смерти всегда была Жизнь.
Что в моём случае могло значить всё что угодно.
💀💀💀
— Директор Дамблдор. Что такого случилось, что вы посередине ночи вызвали меня к себе? — я состроил одну из своих самых недовольных гримас.
— Северус, мальчик мой, у меня для тебя две новости! Не знаю, понравятся они тебе или нет, но, думаю, ты должен об этом знать.