Часть 2 (2/2)

Вот с этим и будем работать.

— Ну что, волчок, довыпендривался? Это не я идиот, Люпин. Это ты решил, что если шляешься вместе с Поттером и Блэком, а директор при этом закрывает глаза на все ваши выходки, то тебе любой твой заёб с рук сойдет, — я громко хмыкнул, а кусок мяса рядом со мной резко дёрнулся. — Так вот, волчок. Спешу тебя огорчить — нихрена у тебя в этот раз не прокатит вывернуться. Поверь мне, сегодня ты получишь с лихвой за всё, что творил.

Отвернувшись и тепло улыбнувшись сидящему на пеньке домовому, я весело крикнул:

— Ассистент! Приступайте!

В то же мгновение в тело оборотня прилетело Круцио. Лёгенькое, но и этого волку Люпина вполне должно было хватить.

Круцио, оно же медицинский стимулятор — заклинание, имеющее эффект магловского дефибриллятора. Запускает остановившееся сердце путём одновременного сокращения всех мышц и стимуляции нервных окончаний в теле. Иногда им даже паралич лечить умудряются.

Тёмным, кстати, считается сугубо в странах Европы. На Руси же имеет условно-разрешённый характер. Проще говоря — любой нормальный целитель им пользовался хотя бы пару раз в своей практике.

В общем и целом крайне полезное заклинание, но от этого не менее болючее для человека, находящегося в сознании. Это я могу по собственному опыту сказать. Так что вполне закономерно, что после него поляну огласил пусть и глухой, но от этого не менее истошный вой.

— Знаешь, волчок, — я присел на корточки рядом с корчившимся оборотнем, — сдаётся мне, что с одного раза ты урок явно не усвоишь. — И я кивнул Нафане, чтобы он повторил.

Вообще-то я не садист и терпеть не могу мучить кого-либо без веской на то причины. Но Люпин эту самую причину мне дал, и, прошу заметить, не одну. А мне, точнее Северусу Снейпу, в этом заведении ещё весь следующий год прожить придется (Нафаня оказался прав, говоря, что пока у Снейпа не закончится контракт с Хогвартсом, замок его никуда не отпустит). Так что, пожалуй, стоит заранее обезопасить себя от возможных нападок со стороны этого неадекватного оборотня.

Спустя минут десять, когда кусок мяса, именуемый Ремусом Люпиным, перестал не только орать, но и скулить, я решил, что и его зверь, и он сам урок вполне усвоили. Поэтому очередным взмахом своего сучковатого накопителя Силы Нафаня вернул бравому гриффиндорцу его привычный вид.

Фу. Мерзко. В луже собственных испражнений и блевотины без чувств валялся всклокоченный парень с зарёванной рожей.

Ну вот как так получается, а?! Пока он издевался над другими, то был вполне себе надменным и довольным жизнью пацаном. Но стоило его самого поставить на место тех, кого он с таким наслаждением унижал, как он мгновенно сдулся. Вот никогда не уважал таких людей.

Печально, но, к сожалению, в любых учебных заведениях таких предостаточно. Даже в моём была парочка таких индивидумов, но я с ними быстро разобрался. Там даже особо изгаляться не пришлось — стоило просто припугнуть их небольшой демонстрацией силы психованного некроманта, как от меня мгновенно отвалили. И после до самого выпуска обходили по широкой дуге.

Ну а этот… Мерзко. Хотя я и предполагал именно такую его реакцию.

Я встал, отряхнул мантию от прилипших к ней травинок, потом, подумав, прошёлся по себе очищающим, стирая с одежды любую возможную частичку крови этого идиота. Послав в лежащее тело лёгкое жалящее, дождался когда Люпин поднимет на меня мутные от боли глаза и медленно, так чтобы до его тупых мозгов дошло с первого раза, сказал:

— Не рассчитывай на то, что хоть кто-то о чём-то узнает. Да и не в твоих интересах рассказывать о том, что тут произошло. И ты и твой зверь навсегда запомните каждую нотку той боли, что сейчас испытали. И будете вспоминать её каждый раз, когда тебе или твоему плешивому волчонку захочется поиграться.

Дождавшись согласного еле заметного кивка головой, я продолжил:

— И не советую больше никогда приближаться ко мне ближе пятидесяти футов. Я, как ты понял, человек очень нервный и в следующий раз ты так легко не отделаешься. И напоминай почаще своей зверюге, что охотиться на людей — крайне опасная для здоровья штука.

В принципе, больше мне сказать ему было нечего. Если в нём была хоть капля здравого смысла — он и так поймет, если же нет… Что ж. Придётся тогда его убить. Вот в общем-то и весь сказ.

И я, буркнув домовому, чтобы он здесь прибрался, отправился обратно в замок. До подъёма оставалось всего четыре часа, а я ещё рассчитывал хоть чуть-чуть поболтать с салазаровским змеем.

💀💀💀

Оставшийся месяц до конца занятий прошёл быстро. Мародёры не трогали меня, я же делал вид, что их просто не существует в природе. Скучно, серо и не информативно.

Одно лишь заставляло меня улыбаться из раза в раз, это когда мы пересекались в каком-нибудь помещении с Люпином. И вообще, надо было видеть его реакцию, когда на следущий день после моего карательного акта он узрел меня в Большом зале… Смех да и только. Ненависть в его взгляде пополам с паникой, щедро сдобренная чистейшим ужасом — убойный коктейль. Но по крайней мере в его заросший шерстью мозг крепко впечаталось, что ко мне лучше больше не лезть.

Ну а потом наступили долгожданные каникулы и все отправились по домам. Вернее они по домам, а меня Нафаня без лишних разговоров перенёс в родовое гнездо Распутиных под Тюменью.

Не скажу, что меня встретили радушно: здешний глава, Аркадий Михайлович Распутин, крайне скептически отнёсся к моему появлению. Ну ещё бы — английский полукровка и вдруг заявляет, что не только магически связан со славным родом некромантов, но и утверждает, что когда-то сам являлся его Главой.

Но всё быстро решил один маленький, но о-очень, сука, тёмный ритуал, вследствие которого нами было установленно, что, несмотря на то, что Северус Снейп в свои неполные семнадцать уже два года как является главой рода Принц, он магически завязан на источник Силы рода Распутиных.

Мой новоявленный родственничек вылупился на меня круглыми глазищами, почище чем у филина Сеньки, что припёрся посмотреть на объявившегося в доме незнакомого человека.

Сенька, он же Семён Сергеевич (сугубо из уважения к седым перьям и многим годам жизни) уже дохренищу лет жил в моей московской квартире на балконе, а до этого с комфортом обитался один чёрт знает сколько годков в доме моего деда. Ну а судя по тому, что здешний птиц был совсем ещё молоденький, а мой уже сильно старенький — это явно был один и тот же товарищ. Потому что сволочная привычка тереться клювом о щёку и кусать после этого за мочку уха у него даже в старости осталась.

Только вот вся загвоздка была в том, что, дожив до тридцати с хреном лет и зная назубок свою родословную с самого основания рода, я что-то не припоминал в ней никакого Аркадия Михайловича. И это меня вводило в ступор. Потому что получалось, что попал я не только во времени, но и похоже провалился куда-то в параллельную реальность. Одним словом «пиздец!»

Ну а здешний глава рода, пошкрябав макушку, задумчиво удалился в библиотеку, в надежде хоть там в древних рукописях отыскать ответ на вопрос, что же за чудо такое сказочное ему судьба подбросила. Сутки спустя он поднялся в столовую, уставший, задумчивый, но крайне довольный, словно слон, обожравшийся морковкой. На мой вопросительный взгляд лишь хмыкнул и ответил, что всё хорошо и идёт так, как задумано.

Ну а увидев на моем лице скептически приподнятую бровь, ответил, что родоначальница сказала, чтобы я не рыпался и сидел на жопе ровно.

Что-то я чего-то недопонимаю… Если судить по летописям нашего рода, родоначальницей рода Распутиных была Мара. Ну или Хель, если на английский перевести. Короче, вопрос для идиотов: кем может быть основательница тёмного некромантского рода, ежели не Смертью? Вот. Только никак не пойму, где Аркадий умудрился в библиотеке Госпожу откопать?

Хотя, если в дело вмешалась сама Мара, тогда всё становится предельно понятным. Только эта сущность могла отчебучить такой номер и протащить мою душу через время и пространство. Я даже примерно представляю, с какой именно целью это было сделано.

Госпожа, видимо, решила усилить предполагаемого хранителя своего наследника. Но вселить меня в тело Снейпа для того, чтобы я защитил её ещё даже не запланированного Избранного… А вот фигушки!

Боюсь, основательницу моего рода ожидает крупный такой облом. Потому что на что бы там она не рассчитывала, но лично я не собираюсь становиться ни учителем зельеварения, ни ручной шавкой директора. Да даже шпиЁном не буду на полставки подрабатывать.

Потому что всё это не моё.

Если Аркадий, как глава рода, на источник которого завязана моя магия, соблаговолит мне помочь и распечатать замурованную во мне кем-то некромагию, то как только я закончу это странное учебное заведение, то тут же уеду из старушки Англии. Потому что мне там не просто не нравится. Я там чувствую себя совершенно чужим.

Невозможно свободную русскую душу воткнуть в узкие рамки чопорных британских магов. Ей там, словно в клетке, всегда будет тесно. И вообще эта война не моя, и мне на ней умирать ой как не хочется.

— Аркадий, так ты мне поможешь? — я поймал утвердительный кивок в ответ и понял, что на этот счёт он тоже уже получил наставления от Госпожи. Ну и пожалуйста! Главное, чтобы моя сила снова была со мной, а то, если честно, что-то я подзаебался пользоваться услугами домового.

Нет, Нафаню я безумно люблю и искренне считаю его неотъемлемой частью своей семьи. Тут дело в другом.

Я много лет привык считать себя очень сильным магом. То, что я не преувеличиваю собственный магический уровень, подтвердил совет колдунов и магов, избравший меня Главой Гильдии. Это ведь не просто красивое звание. Это охеренная ответственность за многие и многие тысячи существ, проживающих на территории моей огромной страны.

Я долгие годы жил с пониманием того, что охренеть сколько знаю и умею. А теперь… Теперь я ощущаю себя на уровне прежнего себя, того, который едва научился ходить. Хотя надо быть честным, но по меркам МагБритании Северус Снейп — сильный волшебник с уровнем силы много выше среднего.

Но это его уровень. Не мой. И мне очень дискомфортно от этого.

В принципе, рано или поздно я вполне смог бы и сам разблокировать собственную магию, но это опять же время, нервы и совершенно ненужные мне мысли. Поэтому, если уж есть возможность сделать всё быстро, то отказываться от неё я точно не буду. Тем более если судить по писаному, то Снейпу в следующем году Волан-де-морт предложит вступить в ряды своих неадекватных шавок. А мне оно нафиг не надо.

Мне вообще многое из того, что я помнил из школьного курса, категорически не нравилось. Но рвать жопу ради того, чтобы восторжествовала какая-то там мифическая и крайне неоднозначная справедливость, я не собирался.

Лично по моему мнению, если бы бедолага Снейп тогда с психу не принял Метку, то вся история вообще пошла бы совершенно по-другому. Вот и проверим. А сейчас меня ждал алтарь и крайне болезненный ритуал.

💀💀💀

Чёрт, как же здорово чувствовать себя здоровым и под завязку полным родной магией! Аркадий, когда учуял её количество, недовольно поцокал языком и без разговоров принёс мне из закромов рода тоненькое серебряное колечко, скрывающее от окружающих больше семидесяти процентов моей силы. Но даже с тем огрызком, что остался на виду, нынешний уровень магии Северуса Снейпа явно превосходил тот, с которым он уезжал из Хогвартса.

Ну и хрен с этим! Спишем прибавку в Силе на принятие титула Лорда Принц. Они и по окрасу (если не сильно вдаваться, конечно) были похожи. Не думаю, что кто-то сильно будет заморачиваться и сравнивать родовую магию Принцев с той, что сейчас бурлила во мне.

Кстати, разблокировка некросилы запустила в этом тщедушном тельце оздоровительную трансформацию. Слава богу, медленную и почти незаметную, а то было бы проблематично объяснять всем, как и почему из мелкого заморыша Снейп вдруг превратился во вполне себе симпатичного паренька.

Болезненная худоба, правда, никуда не делась, но это дело поправимое. Нафаня клятвенно заверил меня, что будет собственноочно бдеть за моим питанием. Мол, девкам нравятся мышцы, а не кости. Они ж не собаки, чтоб на мослы вестись.

Хотя в силу каких-то там непонятных заморочек на девок меня пока что не тянуло. Совсем. Нет, извечная мужская утренняя проблема с эрекцией присутствовала, что несказанно радовало, но вот ни на одну представительницу женского пола организм не реагировал. На мужской пол, кстати, тоже. Но с этим будем разбираться позже.

Может и к лучшему — подростковые гормоны штука крайне препротивнейшая — мозги клинит так, что они, кроме мысли о том, кому б присунуть, перестают реагировать на всё остальное. Ну а мне как-то пока совершенно не до этого. У меня полным ходом шли тренировки под руководством Аркадия и ещё парочки неизвестных мне до сего времени магов. Тело Снейпа с трудом, но всё же привыкало к новой для себя силе. Да и физическую нагрузку в виде бега, рукопашного боя и фехтования я счёл для себя обязательным занятием.

Ну задолбался я видеть в зеркале немощное тельце прежнего владельца. Как-то за тридцать шесть лет я уже привык созерцать там в меру накаченного мужика, а не вот это вот… Кубики на прессе сами себя не накачают, вот и приходилось работать над собственным теперь уже внешним видом.

Да и вообще, поговорка «в здоровом теле здоровый дух» и к магии стопроцентно подходит. А если по-честному, то просто хотелось смотреться в зеркало без содрогания и жалости к самому себе.

В августе месяце я наконец-то решил наведаться в гости к лорду Поттеру и леди Блэк. Пора было забрать из их библиотек то, что я приглядел, ещё учась в институте и зачитываясь историей магических родов мира.

Прошло всё как-то очень уж буднично: в ответ на мою сову пришло приглашение с координатами аппарации, я, прихватив с собой для подстраховки Нафаню, перенёсся сначала в Поттер-менор, чтобы забрать оттуда трактат о Смерти, написанный ещё самим Хоресом Певереллом, а потом, улыбнувшись смотрящему на меня в шоке лорду, перенёсся в Блэк-Хаус и под ехидную улыбочку Леди Вальбурги заграбастал миниатюрный маховик времени. Не работающий.

Ну что ж поделать, если этот артефакт заряжался только некросилой, которой в тёмном роду Блэков не было уже лет так триста? У них нет — у меня зато полно. Только вот объяснять Леди я ничего не стал. Пусть лучше считает, что я маленький падкий на красивые вещи дурачок, а её род просто избавился от совершенно бесполезной безделушки.

💀💀💀

Следующий учебный год где-то до марта месяца был непримечателен вообще ничем. Я исправно ходил на занятия, скучал, слушая ту ахинею, что преподаватели Хогвартса втюхивали ученикам под эгидой нужных знаний, и старательно не замечал странно притихших Мародёров.

Единственной отдушиной стало для меня общение с салазаровским василиском, зме́ем, как выяснилось, крайне умным и с весьма нестандартным мышлением. Мне даже жалко стало, что я не могу вытащить бедолагу в нормальный мир, и он так и будет вынужден провести остаток жизни в подземелье Хогвартса.

Ну а в марте случилось то, чего я уже долго ждал: на прогулке в Хогсмиде ко мне подошел Люциус Малфой с предложением посетить один весьма, по его словам, занимательный кружок по интересам. Я его, конечно, внимательно выслушал и вежливо отказался. Малфой сначала не понял и искренне опешил от такого поворота событий, а потом злобно прошипел, что предложение самого Тёмного Лорда я проигнорировать не смогу.

Ха! Да щаз! Выдав блондинистому павлину всё, что я думаю о нём и его дружках по клубу, послал их всех скопом в далёкое эротическое путешествие и просто ушёл. Ну а нафига мне с ним долгие разговоры говорить, если итог всё равно такой же будет?

Ну а дальше были экзамены, выпуск и наконец-то совершенно свободный я. От предложения Дамблдора о преподавании в школе зельеварения, что он мне сделал прямо перед самым отъездом, я тоже отказался, чем, похоже, вверг его в глубочайшие раздумья. Ну и чёрт с ним. Сам кашу заварил — сам пусть и расхлëбывает.

Два года я впахивал как проклятый, приучая своё новое тело к собственной старой магии. Получалась с переменным успехом.

За это время меня дважды умудрилось накрыть выбросом некросилы, и я дважды же побывал за Гранью. Сразу скажу — никаких внеплановых встреч у меня там не было. Серо, пусто и уныло, разве что редкие мимо проходящие души не давали мне совсем уж загрустить.

Пока осматривал тамошнюю местность, понял, что для мёртвых было два выхода: ”вперёд” — на перерождение и ”назад” — вернуться в родное тело, если уж так сильно приспичило. Ну а я, видимо, особенный — вперёд меня не пускала прозрачная, но абсолютно непробиваемая белёсая плёнка, которая на манер батута каждый раз откидывала меня обратно. Так что оба раза приходилось, засунув свое нездоровое любопытство куда подальше, возвращаться в исходное тело.

Тело, правда, уже сейчас можно без лишней скромности назвать шикарным. За это время физнагрузки и правильное питание сделали из заморыша Снейпа шикарного молодого парня с равномерно подкаченной фигурой и длинными чёрными волосами, крупными волнами спадающими на плечи. Прибавьте к этому бездонные чёрные глаза и словно приклеенную к лицу саркастическую ухмылку… В общем страдал я не от недостатка, а от явного переизбытка женского внимания. Мужского, кстати, тоже с лихвой хватало.

Удручало только то, что за всё это время мой сексуальный интерес так и не проснулся ни к одной заинтересовавшейся мною личности.

Аркадий ржал, что я, как Хатико, жду свою хозяйку. Ну или хозяина. Это смотря что я сам выберу.

Нет, маги народ, конечно, бисексуальный, и в притяжении между ними в большей степени играет роль совпадение векторов и направленности Силы, но в своей прошлой жизни я был сугубо по девочкам. Мужики как партнёры мною даже не рассматривались никогда. Мой единственный друг Леха Березин всегда притыкал мне, что я, мол, в душе жуткий гомофоб.

Враки. К однополым парам я всегда относился совершенно спокойно. И никогда не испытывал к ним ни малейшей неприязни. Просто… Блять, это раньше было просто. Сейчас как-то всё даже чересчур сложно, хотя не скажу, чтобы меня мучал недотрах. Пока меня вполне устраивали собственные руки, ну а дальше посмотрим…

Пиздец пришел нежданно. Аккурат 31 октября.

Меня словно пинком под зад выбросило в какой-то совершенно неизвестный дом прямиком из дуэльного зала, где я вместе с Аркадием и его старшим сыном Елисеем сбрасывал пар после нудной лекции об устройстве мировой экономики.

Первое, что бросилось в глаза — сорванная с петель входная дверь. После взгляд зацепился за тело мужчины, лежащее на полу лицом вниз. Под ложечкой заныло от нехорошего предчувствия.

Интуиция буквально дурью орала, что я попал в самую большую жопу этой идиотской истории. Ну а когда со второго этажа раздалось громогласное «Авада Кедавра!» с характерными такими шипящими нотками… Пиздец. Полный.

Громкий плач ребёнка вывел меня из ступора. Сначала хотелось просто развернуться и свалить в родное поместье, оставив всё как есть, но дитё плакало так жалобно, что даже чëрствое сердце тёмного колдуна не выдержало.

Поднявшись наверх, моему взору предстала картина полнейшей разрухи. Словно здесь не Авадами кидались, а граната разорвалась, как минимум. Лежащее на полу тело Лили Поттер смотрело в потолок стеклянными глазами. Одна из стен попросту отсутствовала, и в проломе открывался миленький вид на ночное небо. Единственное, что уцелело — это детская кроватка со стоящим в ней мальчонкой чуть старше годика на вид.

Знак молнии обильно кровоточил на маленьком лобике и наверняка причинял малышу сильную боль, но, увидев меня, он резко прекратил плакать и требовательно протянул ко мне свою ручку.

Руна Соул. В будущем Дамблдор преподнесëт её значение, как победу над вселенским злом. Я же сейчас видел перед собой лишь чёткий знак Перуна. Знак Силы, Единения и Могущества. Знак сильного, очень сильного колдуна. Нет, не волшебника. Именно колдуна. Потому что от дитёнка тёмной силой фонило так, что буквально сшибало с ног.

Его явно нельзя было здесь оставлять. С таким потенциалом добрые маги его не просто загнобят, скорее всего светлые даже разбираться не будут, а просто прибьют малыша. Во избежание, так сказать…

Только вот что мне делать с ребёнком, когда я сам в этом мире находился на птичьих правах? Куда я его заберу? Как буду растить?

Веским доводом в пользу совершенно сумасшедшей идеи было и то, что с маленькой ручки вдруг сорвалась идеально чёрная молния и впечаталась в стену рядом со мной.

Некромант. Ребёнок, родившийся с даром Мары в зашоренной и совершенно узкомыслящей стране… Ребёнок с даром самой Смерти и знаком Перуна… Собрат по силе…

Малыш, ради которого Госпожа меня засунула в эту реальность…

Подойдя к кроватке, я осторожно протянул мальчонке руку, за которую он мгновенно уцепился мёртвой хваткой и, не мигая, уставился на меня глазищами цвета изумруда. Наверное, именно эти потерянные глаза и поставили точку в моих раздумьях.

Улыбнувшись в ответ на столь не детский взгляд, я вытер пальцем с его мордашки дорожки от слёз, поднял на руки и, крепко прижав к себе, прошептал:

— Пойдём домой, котёнок…