Глава I. (2/2)

Чтобы обеспечить себе дополнительную безопасность, Дориан наскоро зашторил французские окна и неумело подпёр дверную ручку с виду затёртым, но крепким стулом. Сумка с деньгами была надёжно спрятана под громоздкой кроватью, а промокшее от сменившего снегопад дождя пальто отныне покоилось на спинке кресла у батареи. Осмотрев своё временное пристанище, Де Бург провёл ладонью по непослушным чёрным волосам. Тёмные пряди спадали ему на глаза, а в них таился один лишь страх. Страх, что, вопреки всем стараниям скрыть своё передвижение, его всё равно обнаружат здесь до наступления рассвета.

Стараясь не думать о нависшей над ним опасности, Дориан забрался в застеленную красным покрывалом постель и тут же провалился в беспокойный сон. Обрывистые образы семьи, заточённой в тюремную камеру, вспыхивали перед закрытыми глазами, и его лицо исказилось от тягучей боли.

Дориан всегда догадывался, что расходы его родителей странным образом превышали их доходы, при этом не вгоняя их в неподъёмные долги. Но он старался отгонять от себя возникшие подозрения как можно дальше, а расплывчатые и неубедительные объяснения родных принимать за чистую монету. Теперь же последствия его нежелания знать всей правды настигли его жестоким и сбивающим с ног ударом по лицу.

Но мог ли он в свои юные годы хоть как-то повлиять на их решение? Предотвратить их судьбоносную сделку с подставившими их негодяями? Он не знал.

В половину десятого утра раздался звон механического будильника, который в следующее мгновение был выключен одним небрежным движением руки. Открыв сонные глаза цвета янтаря, ни капли не отдохнувший этой ночью Дориан выровнялся на кровати и обвёл угасшим взглядом номер обшарпанной гостиницы.

— Чёрт, — горько прошептал он, понимая, что события минувшего дня были жестокой реальностью, а не дьявольским миражом.

Усталость от вчерашнего бега по лесу не исчезла до конца. Тело изнывало, а глаза предательски слипались из-за недосыпа. В привычный день Де Бург-младший отмахнулся бы от своих обязанностей и обещаний, чтобы повторно завалиться в тёплую постель и накрепко уснуть. Но в этот раз он, задушив собственные капризы, с тягостным вздохом встал с кровати и сразу поспешил в ванную комнату, чтобы после успеть на междугородний автобус.

~ххх~

Не рискнув оставить сумку в багажном отделении, Дориан крепко прижал её к сердцу и занял своё место в плохо прогревшемся салоне автобуса, который постепенно наполнялся разношерстной толпой зевающих попутчиков. Парень с опаской смотрел на каждого нового пассажира, гадая над тем, может ли один из них быть его погибелью. Могла ли женщина средних лет, которая убаюкивала младенца на своих руках, оказаться аферисткой и воровкой? А быть может, бесшумно перебирающий струны укулеле парень являлся участником криминальной банды и был готов вот-вот начать стрельбу?

Вглядываясь затравленным взглядом в лица мимо проходящих, его внимание по итогу остановилось на пожилом мексиканце, который, заняв соседнее с ним место, перебирал свои скромные пожитки в лежащем на коленях рюкзаке. Дориан враждебно взглянул на молчаливого попутчика, от которого исходил резкий запах специфических пряностей и жаренного мяса, и, будучи ещё с ранних лет в плену расовых предрассудков, несдержанно пробурчал недобрые слова об эмигрантах. После чего поспешил отвести полный презрения взгляд к окну.

— Какие-то проблемы, парень? — с недовольством спросил мужчина, заметив показательные потуги Де Бурга прижаться к вибрирующей стенке автобуса как можно ближе.

— Мерзость, — только и прошептал он, смотря невидящим взглядом на неподвижный пейзаж за окном.

— Чёртов грубиян, — не стерпел старик и, подхватив рюкзак, подсел к сидящей в конце салона старушке.

В конце концов, мужчина знал, что, находясь в одном из самых консервативных штатов, из стычки с белым парнем ему удастся выйти лишь в наручниках и под конвоем суровых полицейских. Поэтому он совладал с гневом и обратил все свои мысли к грядущей поездке.

Потеряв из виду нерадивого соседа, Дориан с облегчением вздохнул, при этом так и не заметив, что устроенная им сцена привлекла к нему ненужное внимание большей части пассажиров. Поэтому стоило заполненному до отказа автобусу начать свой долгий путь, как он, становясь всё дальше и дальше от города, что хранил в себе счастливейшие воспоминания его жизни, прикрыл глаза и поневоле задремал.

Только когда автобус слегка затрясло при въезде в новый город, Де Бург окончательно пробудился ото сна и со скручивающим внутренности страхом поспешил перепроверить содержимое сумки. Убедившись, что количество пачек денег не убавилось, а внутренние карманы по-прежнему были закрыты, он с шумным выдохом откинулся на спинку кресла. Сердце успокоилось, и он стал разглядывать заметённые снегом улицы современного мегаполиса через запотевшее окно.

Около получаса измотанный парень пустым взглядом смотрел на громадные небоскрёбы, которые доминировали над городским пейзажем, как вдруг автобус остановился. В параноидальном ужасе Дориан сжал сумку и стал воображать, как внутрь салона вот-вот ворвутся вооружённые грабители и, приставив дуло пистолета к виску, лишат его всего. Однако всеобщее спокойствие и виднеющаяся из окна газовая колонка убедили его повременить с тревогой.

Двери с характерным шипящим звуком открылись, впуская стылый воздух внутрь, и толпа поспешила в сторону выхода. Поначалу Де Бург хотел остаться в тепле салона, однако необходимость в посещении уборной вынудила его оставить нагретое место и последовать за людьми на улицу. Оказавшись последним в очереди, Дориан переминался с одной ноги на другую и не верил, что он будет вынужден воспользоваться гадким биотуалетом. Даже штормовой ветер, который неустанно лохматил чёрные пряди его волос, не мог унести тот смрад, который исходил из одиноко стоявшей кабинки.

— Неужели отныне моя жизнь будет полна подобных унижений? — невольно шептал себе под нос раздосадованный из-за долгого ожидания Де Бург и крепче прижался к сумке, с которой он за последние сутки стал просто неразлучен.

Когда настал черёд окоченевшего от холода парня, он с равным чувством омерзения и облегчения поспешил внутрь. Но не успел Дориан, покончив со своим делом, выйти и брезгливо закрыть за собой дверцу туалета, как ему нанесли тяжёлый удар по затылку, и он, тут же лишившись чувств, рухнул на мёрзлую землю у пары мужских ног.

Даже будучи в бессознательном состоянии, он продолжал цепко держаться за свою сумку, которая являлась его единственной надеждой. Но это всё равно никак не помешало воровато оглядывающимся мужчинам вырвать её из рук Де Бурга, который привлёк их внимание ещё в самом начале пути своим паническим страхом подпустить к себе кого-то слишком близко.

К моменту, как Дориан пришёл в себя у мусорных баков за зданием заправки, автобус уже как несколько часов назад отбыл вместе с его недоброжелателями, и лишь пара кожаных ботинок валялась у его головы. Остальное сберечь не удалось.