День тридцатый. Хёнбины оральная фиксация (2/2)

Он забавлялся тем, как вело Хëнджина. Кажется, сейчас он бы согласился вообще на что угодно. Отсосать, подставиться, вылизать его ботинки. Сейчас он был полностью в его власти.

Это было потрясающе.

Чанбин направил член к губам Хëнджина, уже в готовности распахнутым и блестящим от слюны. Язык тут же толкнулся во влажную щëлочку, словно бросая вызов.

Чанбин не шевельнулся. Под его кожей вспыхнул огонь, а член едва дëрнулся.

Чëрт.

Язык продолжил свой путь по уздечке, очертил головку и вернулся к щëлочке.

Хëнджин смаковал.

Вкусный.

— Тебе нравится лизать или ты всё же предпочёл бы взять его в рот?

— А выбирать обязательно?

Хëнджин не планировал уступать Чанбину, потому без лишних прелюдий заглотил наполовину. Расширил глаза от удивления, я затем блаженно закатил зрачки за веки, упиваясь размером и чувством наполненности.

Идеально.

Чанбин отлично видел как возмутительно возбуждён был Хëнджин. Как сильно он мочил свои светлые спортивки.

— Может, ещё и кончишь от того, что твой рот не может закрыться из-за моего члена? — пальцем Чанбин обвëл натянутые вокруг члена губы. — Тебе нравится, как я заполняю тебя? Как сводит челюсть вот здесь? — он ухватился точно там, где в самом деле был дискомфорт, и Хёнджин заскулил.

Благодарно заскулил. Он не готов был расстаться с членом, о котором так долго мечтал, а умелая стимуляция сильных пальцев разогнала кровь.

Это действительно было самое большое, что Хёнджин когда-либо брал в рот.

И это было чертовски хорошо.

Хëнджин не делал ничего, просто удерживая член во рту. Большой, горячий, рельефный. Он наслаждался тем, что мог ощущать его пульсацию и тем, какой доминантой аурой накрывал его Чанбин. Ему так шёл большой размер и повелительный тон. Благосклонно лежащая на макушке ладонь.

Хëнджин не делал ничего, потому Чанбин начал двигаться в нём сам. Очень медленно подался бёдрами назад, чтобы снова заполнить рот Хëнджина целиком. А потом ещё раз, выдерживая идеальный ритм. И ещё. Вколачиваясь в рот, он доставал головкой ровно до горла, но не пытался преодолеть сопротивление и оказаться глубже.

Чанбин прихватил ладонью горло Хëнджина, лишь обозначая власть, полученную без всякого труда.

— Прямо здесь сейчас будет мой член. Сначала тебе покажется, что ты не сможешь принять так много. Почувствуешь давление и попытаешься сжаться. Не нужно. Позволь мне сделать так, чтобы понравилось нам обоим. А я знаю, что тебе это нравится.

Хëнджин кивнул. Сделал вдох. И расслабил горло.

Головка скользнула легко. Чанбин помедлил мгновение, а потом толкнулся ещё, постепенно заполняя горло.

Хёнджин сосредоточился на том, чтобы позволить Чанбину оказаться как можно глубже.

Чанбина захватило извращённое удовлетворение от ощущения собственного члена под ладонью.

Когда член оказался полностью внутри, а нос прижался к лобку, Хёнджин не удержался и сглотнул. Кадык ощутимо двигался под чуткой ладонью Чанбина.

— Зачем?

Хёнджин запаниковал. Сглотнул ещё раз. Руки рефлекторно потянулись к шее.

— Хёнджин. Хватит. Расслабь горло. И дыши.

Страх, возбуждение и трепет перемалывали Хёнджина до состояния едва ли вменяемого. Было тяжело. Горячо. Сладко. Горько. И так хорошо. Скулёж вырывался сам собой и был едва заметной вибрацией на члене Чанбина, зато совсем незаметной реакцией для самого Хёнджина. Он не понимал, чего хочет больше: убежать как можно скорее или не позволять Чанбину покидать его горло никогда.

Чанбин был удовлетворён послушанием и узостью горла. Хёнджин справлялся отлично. Как и ожидалось. Но было кое-что ещё. Просто греть член во рту — скучно.

— Хочешь заслужить сперму? — Чанбин хмыкнул. — Ну конечно же хочешь.

Член плавно выскользнул из горла, задерживаясь во рту только головкой. А затем снова оказался целиком внутри. Ритмично. Размашисто. Чанбин размеренно и неторопливо имел его в рот. Даже с какой-то скукой и небрежностью. Хёнджин не мог поверить, что ему нравится быть использованным так.

Когда Чанбин ускорился и откровенно трахал его в рот, Хёнджин уже не замечал того, как слюна пузырится и стекает по подбородку. Он был где-то далеко.

Там, где мальчикам, которые хорошо себя вели, позволяли взять в рот дяди с большими и толстыми членами. А судя по тому, что сейчас получал Хёнджин…

Он вёл себя исключительно хорошо.