День двадцать третий. Хëнсоны прерывание оргазма (1/2)

Джисон изумительно знал тело Хёнджина. Он досконально изучил каждый миллиметр. Понимал каждый звук и чутко реагировал на каждое вздрагивание.

И прямо сейчас Хёнджин был так близко. Он так сладко рассыпался в его руках. Джисон слегка провернул запястье, делая это даже чересчур хорошо, позволил удовлетворённому сладкому стону вырваться наружу, а затем грубо прекратил это всё.

Он жëстко пережал основание члена Хëнджина прямо перед тем, как оргазм захватил бы его полностью.

Хëнджин удивлëнно и слегка болезненно заскулил, впиваясь пальцами в предплечье Джисона. Достаточно крепкое, чтобы доминировать силой. Испуганный наивный взгляд блуждал по лицу Джисона в попытке разгадать его выражение.

Ледяное, непроницаемое.

— Убери руки, Хëнджин.

Джисон строго смотрел в ответ.

— Джисон, что ты делаешь, Джисон… — изводился Хëнджин, искренне не понимая, что происходит. Он испугался.

— Руки, Хëнджин, — ледяным тоном повторил Джисон.

Очень медленно и с большой неохотой Хëнджин отнял пальцы от напряжённого Джисона.

— За спину. Сцепи в замок и не вздумай расцеплять.

Хëнджин слушался, всё так же испуганно хлопая глазами.

Что это за игра такая? Почему Джисон злой, а Хёнджин наказан?

Джисон прихватил его за подбородок, приподнимая лицо так, чтобы смотреть глаза в глаза.

— Расскажи мне, сладкий, кто такой Чонин?

Так вот в чём дело.

Член Хëнджина, зажатый пальцами Джисона, дëрнулся, подводя хозяина так, как никогда ранее.

— Вот оно как, Хëнджин. Я понял.

Джисон перехватил член в руке удобнее, возобновляя быстрый темп на грани с болезненной, чересчур сильной дрочкой.

Хëнджин рефлекторно дëрнулся, расцепляя руки, чтобы остановить Джисона. Строгий взгляд Джисона «я же говорил тебе не дëргаться» плетью прошёлся по и без того испуганному Хëнджину. Руки снова сплелись в тугой замок за спиной.

Не выдерживая такого уровня стимуляции, Хëнджин открыл рот, глубоко и рвано выдыхая. Мольбы застывали на кончике языка, так и не сорвавшись с него. Хёнджин жмурился и терпел. Да, он виноват перед Джисоном. Да, он не объяснит ему сейчас. Да, ему придётся смириться.

От перегруза Хëнджин покраснел и взмок. Нервная система вопила в ужасе.

Хёнджин был так прекрасен в этот момент. В самом деле принимал своё наказание, не сбегал и не перечил. Смотрел с надеждой и такой болью.

Так какого хуя он тогда?..

— Блять.

Ладонь звучно приземлилась на щëку, оставляя жгучий след. Голова Хёнджина отлетела в сторону.

— Хëнджин, потаскуха. Как ты мог? Сколько ему лет вообще?

Джисон с отвращением смотрел сверху вниз на возбуждённого и измотанного, такого виноватого перед ним Хёнджина.

— У тебя будут хоть какие-то оправдания?

Хёнджин судорожно всхлипнул. Он очень хорошо понимал, в каком положении находится.

— Нет.

Джисон ожидал именно этого ответа. Его лицо исказила боль. И Джисон сделал то, что не делал никогда до этого. Он плюнул прямо в Хёнджина. Сосредоточил в своём плевке своё отношение к поступку Хёнджина.

Это был провал.

— Прости… Прости… Прости… — Хëнджин не мог перестать молить.

Джисон был страшно разочарован. Его рука снова легла на член Хёнджина, не позволяя ему опасть и изводя тупой механикой. Пытки страшнее придумать было нельзя. Любимые, самые тёплые и мягкие руки делали с ним это. Истязали и мучили. В глазах, всегда отражающих свет и заботу, сейчас стояло выражение, ранящее душу напрямую.

— Кхммх… Джисон… Что мне сделать, чтобы ты простил меня?

— Вернуться в прошлое и не залезать на колени к тому мальчишке.