Глава 16 (2/2)

- Далее, претензии в незаконном желании занять трон Цзина. Незаконном? Разве Таньтай Цзынь не является законным сыном императора Узцы? Разве он не последний живой Таньтай? Впрочем, не важно. Разве Таньтай Цзынь заявлял, что хотел сесть на трон? Он желал лишь иметь право навестить прах матери.

Советники сконфуженно молчали. Таньтай Цзынь, гордо стоящий в пол оборота к советникам, скрыл улыбку, но глаза его смеялись. Благо, мое выражение лица никому не разглядеть, поэтому я усмехнулась и спокойно продолжила:

- Но ответственность перед народом не дала принцу Цзыню отступить от своего долга, и он вернулся на родину, хотя прекрасно понимал, что его здесь никто не ждет. Он последний Таньтай – указала я рукой на фигуру Цзыня - И вы знаете это. Он также узнал о желании своей матери о прекращении войн. Он мог бы жить в покое и почёте в материнском племени Июэ, но вернулся в Цзин, чтобы Цзин процветал и народ его был в безопасности.

Кто-то из советников уже начал задумчиво поглядывать на Таньтай Цзыня, кто-то разглядывал его с интересом, оценивая его царственный вид, кто-то продолжал хмуриться, качая головой. Для последних я и добавила:

- Самопровозглашенный император Минланг вас устраивал больше? Он наслаждался пытками и не снискал ни любви, ни уважения простого народа. Таньтай Минланг был жесток и безумен. И вы знали это. И боялись слово против ему сказать. Так отчего так осмелели сейчас? В вас говорит страх, что принц Цзынь будет хуже Минланга: что он станет мстить вам всем за пренебрежение к нему и за его тяготы, пока он жил во дворце, и за то, что он был сослан в Шэн заложником?

- Таньтай Минланг убил своего родного отца только за то, что тот пожелал увидеть Цзыня перед своей смертью и назначить наложницу Жоу посмертным титулом императрицы. Вы уже знаете это. Такова была предсмертная воля императора – вернуть Таньтай Цзыня в Цзин. Вы против?

В толпе советников зашептались. Предсмертная воля императора – закон для каждого. Хоть они раньше и услышали от Минланга, что Узцы хотел возвращения Цзыня, но тогда никто не акцентировал внимания на этом факте, слишком ошарашенный признанием Минланга в убийствах отца и братьев. Сейчас же в их головы начала закрадываться мысль: «А не для того ли, чтобы признать наследником, император Узцы призывал Цзыня во дворец? Тогда понятно отчего Минланг поспешил убить отца и избавиться от братьев - чтобы остаться единственным наследником и занять трон».

Тем временем я приблизилась к Таньтай Цзыню и, встав чуть за его плечом, произнесла:

- Вы боитесь и отрицаете его право сесть на трон? Но какой путь вы видите для страны, если Таньтай Цзынь уйдет? Вы страшитесь мести? Напрасно. Таньтай Цзынь выше этого. Пока каждый выполняет свою работу хорошо, повсюду будет царить гармония и не возникнет никаких проблем.

- Но откуда тебе всё это известно? – вдруг догадался спросить один из советников - Кто ты, шаманка племени Июэ?

Я замешкалась с ответом, не желая пока открывать себя, но Таньтай Цзынь не сомневаясь заявил всем собравшимся:

- Она моя жена.

И пока услышавшие это, перешептывались и переглядывались, я, коротко поклонившись, отступила в сторону и, спрятавшись за занавеси при боковом входе в зал, прислушалась к осторожным разговорам.

«Кажется, теперь они смогут начать конструктивный диалог с Таньтай Цзынем. Ну, а если кто-то будет упорствовать, всегда можно предложить этим баранам сменить нежеланное служение императору Цзыню и должность советника на сохранение святой преданности императору Узцы и становление хранителем его праха в императорской усыпальнице. Достойная барана карьера».

Усмехнувшись этой мысли, я размышляла о том, что уже случилось и о том, что нам еще только предстоит.

***

За две недели, пока шла работа по внедрению в умы народа мыслей об Избранном - Таньтай Цзыне, было принято решение и всех девиц, с частью стражей, отправили обратно в племя Июэ. Кроме Цзелин, сестры Нянь Баюя, которая захотела остаться во дворце в качестве моей личной служанки - камеристки или, как по-местному, гуннюй <span class="footnote" id="fn_39585892_3"></span>.

Нянь Баюй долго уговаривал сестру передумать, но та была упрямее его раза в три. Заявила, что она еще слишком молода, чтобы заводить семью, и хочет пожить придворной жизнью, а под его присмотром, она уверена, с ней ничего плохого во дворце не случится.

Таньтай же, услышав просьбу Баюя оставить его сестру во дворце, решил, что сестра Нянь Баюя, как и брат, такая же преданная и станет скрытой телохранительницей при случае, поэтому назначил Цзелин в личные помощницы своей жене.

Не знаю какие там боевые навыки у Цзелин, но раз Цзынь уже дал согласие, я спорить не стала. Мне было не особенно важно кто именно будет мои платья в стирку отправлять и прически мне делать, пока я нахожусь во дворце.

Была, конечно, мыслишка, что Цзелин решила остаться при дворе, чтобы быть поближе к Таньтаю, не оставив-таки надежды стать наложницей принца и родить ребенка от одаренного, но…кто знает, может и правда просто хочет иной жизнью пожить, прежде чем обзавестись семьей и осесть в до боли знакомой деревне племени Июэ.

Таньтай Цзынь за прошедшие дни много расспрашивал меня о будущих событиях. Даже тех, которые уже не должны случиться. В ходе этих дотошных расспросов и раскрылась ситуация с душой Ли Сусу, которая должна была, но не попала в тело Е Сиу, отчего история и пошла иным путем.

Узнавший об этом Таньтай Цзынь, к тому моменту уже переваривший мое странное попадание в тело его жены, воспринял это спокойнее чем я ожидала, но от пересказа подробностей, уже с учётом участия Сусу, и раскрытия ее намерений, меня это не спасло.

***

- Кто она такая, эта Ли Сусу? – спрашивал Таньтай Цзынь - Тоже хранитель, из твоего мира?

- Эм, нет – ответила я, снова смущенная его верой в то, что я его ангел-хранитель, и пояснила - Она бессмертная из секты Хэнъян. Вернулась в прошлое на пятьсот лет назад.

- Но зачем она вернулась в такое далёкое прошлое? – недоумевал Цзынь.

- Ну ради чего ж еще, как не ради спасения мира и организации мира во всём мире – пробурчала я, вспоминая эту идеалистку, оторванную от реалий мира простых смертных.

- Пятьсот лет спустя настанет конец света? – поднял брови Таньтай, услышав мой ответ и уточнил - Из-за чего?

«Скорее из-за кого» – хмыкнула я про себя, но начала рассказ:

- В ее мире, таком же, как и этот, пятьсот лет спустя настанет апокалипсис. Возродившийся Бог демонов активирует всемирное бедствие и «спустит с поводка» своих подданных демонов. Люди будут гибнуть сотнями. Бессмертные, разумеется, будут сопротивляться, но противопоставить Богу им будет нечего. Они лишь мечтали найти какой-нибудь артефакт, который сдержит силу Бога демонов, чтобы они могли его победить – увидев, как Цзынь понимающе кивнул, я продолжила:

- Тем временем, означенный Бог демонов начнет поход по бессметным сектам. На момент основных событий, в живых останутся только две из них: Хэнъян и Сяояо. В Сяояо Бог демонов забредёт за артефактом, который, по слухам, может его погубить. Он не особо в это верил, но из любопытства решил посмотреть. «Зеркало прошлого» - так назывался этот артефакт, будто бы созданный из глаза древнего Бога времени – Цзи Цзе. Даже сами бессмертные и ведать не ведали, чем он так опасен и как им воспользоваться против Бога демонов. Глава секты Сяояо наотрез откажется активировать его для Бога демонов, хотя тот и обещал оставить ему жизнь и не разрушать его секту. Подоспевший друг Главы, а именно Глава секты Хэнъян, тоже не пойдет на уступки Богу демонов и будет изо всех сил сопротивляться, пытаясь спасти друга из Сяояо. В особо острый момент, когда оба главы сект будут беззащитны, а Бог демонов насмешливо будет выбирать кого из них убить первым, появится Ли Сусу и умудрится ранить Бога демонов. Всего лишь маленькая царапинка на его щеке, однако, такого не случалось много лет, поэтому Бог демонов заинтересуется девушкой и погонится за ней. Настигнув же, выразит разочарование, поняв, что она также слаба, как и другие бессмертные. И вот, в миг, когда он почти задушит дерзкую девчонку, метка на лбу Ли Сусу засветится и Бог демонов от неожиданности выронит свою жертву. Артефакт «Зеркало прошлого», во время боя впитав частичку силы Бога демонов, активируется из-за случайной капли крови Сусу и она увидит часть прошлого Бога демонов: узнает его смертное имя и о том, что пятьсот лет назад тот был слабым смертным, а не могущественным богом.

- То есть, она решилась отправиться в прошлое, так как не могла убить своего врага в настоящем – заключил Цзынь и обронил - Это умно.

Я, услышав это комплимент, странно покосилась на Цзыня и, неопределенно согласившись, продолжила рассказывать:

- Ну как бы. Пока бессмертные организовывали для сбежавшей Ли Сусу ритуал переноса, явился Бог демонов и убил всех в секте Хэнъяо.

- Зачем? – уточнил Цзынь.

- Потому что они мешали ему пройти – пояснила я то, как понимала ту ситуацию.

- Логично – кивнул Таньтай.

«Ну да, ну да – проговорила я про себя – Посмотрим, что ты скажешь, когда выяснится, что тот Бог демонов это в некотором роде ты» - а потом сказала вслух:

- Итак, Бог демонов всех без труда убивает, включая Главу секты Хэнъян, который являлся и отцом Ли Сусу. И вот Ли Сусу, объятая горем и ненавистью к Богу демонов, называет его смертным именем, поклявшись убить, и исчезает в дымке портала перехода.

Таньтай Цзынь слушал мой рассказ, как сказку. Я же, переведя дыхание, продолжила:

- Ли Сусу очнулась в теле Е Сиу, ее служанка решила, что та странно себя ведёт и не помнит ничего из-за травмы головы, так как та упала, убегая от разбойников. Ну, а дальше она узнаёт, что ты её муж, спасает тебя от смерти от переохлаждения, насильно кормит и защищает по мере сил. В общем, почти как было между нами в поместье Е. Только меня занесло в момент падения на льду, а не в лесу у храма, где она Сяо Линя поджидала – закончила я свой краткий пересказ.

- Но почему она осталась в поместье, а не отправилась на поиски Бога демонов, раз знала его имя? – спросил Таньтай, не понимая почему Ли Сусу осталась рядом, в семье Е, а не ушла - Кстати, как его звали, я его знаю? – уточнил он.

Ну вот мы и доехали до этого щекотливого момента раскрытия его судьбы, начиная с имени.

Кашлянув, я ответила:

- Кхм… Таньтай Цзынь.

Но столкнулась с недопониманием.

- Что? – откликнулся Цзынь, будто я его позвала, и добавил - Ответь сначала на мой вопрос.

- Уже ответила – фыркнула я и пояснила - Будущий Бог демонов, которого хотела убить Ли Сусу, это ты, Цзынь.

Таньтай Цзынь уставился на меня немигающим взглядом. Затем его взгляд скользнул в сторону и, пару раз моргнув, Цзынь свёл брови к переносице и спросил:

- Но зачем она тогда также заботилась обо мне, как ты, и постоянно спасала?

- Причина и проста, и сложна – отвечала я - Она знала, что в тебе сидит злая сущность и, если ты умрешь, бог демонов тут же возродится. То есть умрёт лишь человеческая часть твоей души, а в тебе проснётся память бога демонов, ибо ты и есть зародыш зла, из которого возродится бог демонов десяти тысячелетней давности. По сути, твоя нынешняя личность растворится в боге демонов, что живет вечно. Лишь смертную оболочку бога можно уничтожить, а его злая сущность бессмертна. Она непременно снова найдет младенца, который невольно приведёт свою мать к смерти при родах, переживёт множество страданий, копя в себе обиды, гнев и желая мести всему миру, затем получит силу демонов и начнёт мстить, ну, а затем, так или иначе, исчезнет, как песчинка в многотысячной памяти бога демонов, что никак не может умереть, хоть и желает этого. Не только всему миру, но и себе лично. Лишь уничтожив всех живых и разрушив мир, он обретёт покой, которого так жаждет.

- Разве не все живые мечтают жить вечно? Почему же изначальный Бог демонов хочет умереть? – спросил у меня Цзынь после нескольких минут молчания.

- Ну представь, ты живешь многие тясячи лет и постоянно ощущаешь всё зло и мерзость мира – начала говорить я, представляя какого жилось тому богу демонов - Твоя жизнь бесконечна, как бесконечны людские пороки, большие и малые. Злоба, гнев, обиды, предательства, зависть и вся боль мира проходит через твою сущность каждое мгновение твоей жизни. Нет возможности спрятаться от этого, ты всё видишь, знаешь и не можешь избежать. Заблокировав возможность чувствовать становится легче, но интерес к такому существованию пропадает, наступает скука. И в конце концов, ты просто безумно устаешь смотреть на грязь этого мира, тысячелетие за тысячелетием, не встречая ни в ком ни понимания, ни поддержки, ни сочувствия. Другие боги, как и смертные и бессмертные люди, видят в тебе только символ зла этого мира. Они ненавидят, боятся и винят. Они готовы бороться с тобой даже когда ты не делаешь ничего.

«Да уж, должно быть изначальному Богу демонов было очень одиноко и неприятно жить» – подумала я, а потом произнесла:

- И как ты думаешь, здорово ли жить такой вечной жизнью: в темноте, пустоте и одиночестве, не принимаемым никем во всём мире?

- Хм, ну тогда понятно отчего он желает прекратить свое существование – понимающе кивнул Цзынь, пока видимо не осознающий, что это и его перспектива будущего - Но разве обязательно уничтожать весь мир и всех живых для этого? – уточнил он.

- В том-то и дело, что обязательно – хмыкнула я – Пока есть мир и живые в нём, которые продолжают чувствовать, Бог не может умереть окончательно. Боюсь представить сколько раз он сам уничтожал свое тело или даже позволял сделать это кому-то другому, в рамках сражений или результате предательства. Но сбросив «шкурку» бренного тела, его сущность лишь ненадолго замирала в безвременье, давая краткую передышку, а затем снова рождение в слабом теле, которое угнетается всеми вокруг из-за отравляющей ауры сущности. Это та энергия, которая влияет на разум окружающих и пробуждает в них их худшие желания и стороны личности, потому они и ведут себя так жестоко, только попав в зону воздействия этой энергии. Вот и получается, что единственный способ полностью освободиться – это тотальное уничтожение всего.

Подумав же, что 10000-летний Бог демонов не слишком-то и торопился снова воплотиться в новом вместилище, несмотря на не самую приятную жизнь зародыша зла, а будто давая ему шанс прожить обычным человеком подольше, я начала размышлять почему так:

- К слову, скорее всего сущность Бога демонов не слишком заинтересована в скорейшем подавлении человеческой части души своего вместилища, так как в эти годы жизни, когда только начинает пробуждаться и осваивать силу, носитель дарит истосковавшейся душе почувствовать хоть какие-то эмоции, испытать реакции, через взаимодействие с миром – озвучила я свои мысли, а потом посмотрела на задумчивого Цзыня и заключила – Так что у тебя тоже есть шанс остаться собой, когда настанет время слияния ваших сознаний. Возможно Бог демонов хочет, чтобы новый претендент на его титул жил долго, успел развиться, набраться сил и при слиянии оставил часть себя, свою память, а может даже имел возможность одолеть его, чтобы уже он сам растворился в нём. В любом случае, не думай об этом пока слишком много. Живи свою жизнь так как хочешь, а проблемы решай по мере их поступления. Пока что нам нужно решить более прозаичные проблемы.

- Разумеется, я понимаю это – проговорил Таньтай, изобразив равнодушие к этой части своей судьбы, и спросил, возвращая разговор к прежней теме – Так что там с Ли Сусу, спасительницей мира?

Понимающе кивнув, на его желание сменить тему, я продолжила:

- Ли Сусу отправилась в прошлое, чтобы спасти мир от разрушения, а своих близких от смерти, ну и остальных живых до кучи. И вот она узнаёт, что искать Бога демонов и не нужно, вот он стоит на коленях на льду и притворяется слабым и смиренным. Она то жалела тебя, то ненавидела, то отступала, сомневаясь, то вспоминала свою цель и решалась на действия. Она находилась рядом, притворялась другом, но порой не стеснялась в лицо обвинять, если ей казалось, что ты превращаешься в жестокого убийцу, которого ты напоминал ей, когда поступал не так как она того хотела. Она сохраняла тебе жизнь до тех пор, пока не нашла способ уничтожить злую сущность внутри тебя, чтобы убить тебя после этого. Она готова была и сама умереть ради этой цели.

- И она нашла способ? – сухо спросил Цзынь.

- Да, она узнала, что злую сущность можно разрушить, вырастив девять шипов, которые она должна вонзить в твое сердце – ответила я.

- Так ей удалось это сделать? – настойчиво уточнил Таньтай.

Я вздохнула. Мне не очень-то хотелось рассказывать, как Сусу предала его доверие, поэтому я попыталась отложить этот разговор:

- Таньтай Цзынь - обратилась я и указала на отсутствие данной угрозы, пытаясь успокоить - Ли Сусу нет в этом мире, так что этого не случится.

- Рассказывай – твёрдым голосом велел Таньтай.

Сдавшись я поведала:

- Ли Сусу долго взращивала их, находясь постоянно рядом с тобой, готовя обеды, помогая с бумагами, сопровождая в пути. В какой-то момент она даже засомневалась стоит ли это делать или может позволить тебе прожить обычную смертную жизнь, как и себе самой, ведь семья этого мира приняла ее, а ты стал достойным императором, обожаемым простым народом. Но обстоятельства, в конце концов, сложились не лучшим образом: она снова увидела в тебе чудовище, убивающего всех вокруг. Поэтому она попросила жениться на ней и в брачную ночь вонзила в твое сердце шесть шипов.

- Почему же только шесть? – криво усмехнувшись уточнил Цзынь.

- Три последних разбились о преграду – пояснила я -Артефакт «Чешуйка дракона» (который тебе подарит Сяо Линь), почувствовав угрозу твоей жизни, сам активируется и спасет тебя от смерти. Правда ты будешь не очень этому рад, учитывая пережитое предательство, а также постоянную боль.

- Чешуйка… - задумчиво пробормотал Цзынь - Это тот артефакт, который Сяо Линь получил в подарок на свадьбу? – и после моего кивка уточнил – С чего вдруг он отдаст ее мне?

- Полагаю, в знак мира и извинения – проговорила я, вспоминая обстоятельства передачи чешуйки Сяо Линем. Он тогда был ранен и уже оставил мысль о борьбе, но осознал, что именно Шэн виновен в разгоревшейся войне, а он в том, что не сумел переубедить отца-императора. Всё чего он тогда хотел, это чтобы Цзынь остался жив, защитил народ, прекратил войну и сохранил мир, отказавшись от мести жителям Шэна.

Таньтай Цзынь кажется уже размышлял над тем, как получить этот артефакт в настоящем, а я продолжила:

- Тебя постоянно будет терзать боль от шипов, проткнувших твои меридианы в области сердца. Пользоваться силой можно будет только через боль. Но ты всё равно победишь своих врагов. Вот только не сможешь спасти Ли Сусу. Минланг не убьет ее, однако, она сама активирует кару небес и поменяется с тобой сущностями. Заберет злую сущность себе, а в тебя вложит свою сущность с божественной искрой. Она умрет, но ты не сможешь смириться с этим. Забросишь дела по управлению страной и захочешь умереть. Нянь Баюй отговорит тебя, пообещав помочь найти душу Ли Сусу. Ты отправишься за ней в реку Жо и пробудешь там пятьсот лет. В поисках ее души, ты, истощив себя, практически погибнешь, но артефакт, покоившийся на дне реки Жо, спасет тебя, выкинув на берег вблизи секты Сяояо. Там тебя подберет Глава секты и примет в ученики. Ты станешь жить среди бессмертных, тренироваться и искать способ возродить Ли Сусу, не зная, что она уже живет и находится в секте Хэнъян.

- И что в итоге? – спросил наконец Цзынь, желая знать о себе - Я не стал Богом демонов?

- Стал – то ли разочаровала, то ли обрадовала я его (сама не знала) – Но давай я потом дорасскажу тебе, что происходило дальше.

Цзынь, видимо немного перегруженный информацией, не стал возражать, и я подчеркнула:

- Важнее сейчас то, что вместо Ли Сусу в Сиу попала я, а я не собираюсь делать того, что она.

- Нда? – скривил губы Цзынь и посмотрел на меня с горько-насмешливым вызовом - Не хочешь спасти мир от злого бога демонов?

- А с чего бы мне этого хотеть? – выдохнула я, уже готовая к новой волне настороженного недоверия парня. Неудивительно после такого-то рассказа.

Таньтай молча смотрел на меня, и я с ухмылкой произнесла:

- Я не героиня-спасительница, выросшая на балладах о славных подвигах великих заклинателей. Возможно в Ли Сусу говорили предрассудки. Она, воспитанная в секте бессмертных, где все демоны неисправимое зло, а Бог демонов самый злодейский злодей, искренне верила, что иного выхода нет.

- А ты значит веришь, что есть? – со скепсисом в голосе произнес Таньтай, скрестив руки на груди.

- Мы разные – сказала я и пояснила - Она видела в тебе врага, убившего ее семью и монстра из историй с детства. А я вижу в тебе человека. Да и ты не тот бог демонов, которого она поклялась убить.

- Но я им стану – напомнил мне Цзынь, подняв подбородок.

- Может ты и станешь богом демонов, но не факт, что таким же – подчеркнула я - Всё зависит от тебя. От твоей силы воли хотя бы.

Помолчали. В этот момент нам как раз принесли ужин, поэтому у нас было время подумать над сказанным и услышанным.

Сделав глоток вина из чаши, что я наполнила для него, Таньтай Цзынь поинтересовался:

- Уверена ли ты, что эта Ли Сусу не явится позже, чтобы воплотить свои планы?

Решив быть честной, я вздохнула и признала:

- Ну как тут я могу быть уверена? – и напомнила - Не я этот процесс попаданства контролирую. Вон даже хозяйка тела, Е Сиу, не смогла предотвратить того, что в нее вселились – на этом моменте, Таньтай довольно усмехнулся, а я добавила - Может, конечно, Сиу просто умерла в той реальности, где Сусу явилась, но, если подумать, в этой реальности, Сиу была жива после того падения, а я заняла ее тело после вторичного падения на льду – размышляла я вслух, ковыряясь в своей тарелке с рисом.

- Так значит есть опасность, что в очередной раз глаза по утру откроет тело Е Сиу с душой Ли Сусу? – заключил Таньтай и с силой сжал палочки в руке.

- Хм… Может быть. Не знаю – ответила я, думая о своем.

О том, что хотя бы Сиу кажется не вернется, если верить своему сну, где было сказано, что та умерла. «Опять же. Если верить тому сну, то и Сусу не должна объявиться, ведь она сказала, что уже ушла на перерождение. С другой стороны, если есть Ли Сусу других миров, то они еще могут ворваться в эту реальность и канонно заселиться в тело Сиу. Особенно, если мне удастся-таки найти способ вернуться в свой мир и в свое тело, а тело Сиу окажется свободным для подселения. Фу, как неприятно всё это звучит, даже в мыслях».

- И как же мне тогда доверять тебе, не зная ты ли приблизишься ко мне завтра или послезавтра? – с какой-то холодной сосредоточенностью рассматривал меня Цзынь, когда я подняла на него взгляд, услышав его слова.

Выпив вина, чтобы смочить пересохшее горло, от таких взглядов, я предложила:

- Ну давай введем правило проверки при встрече.

Таньтай Цзынь лишь взглядом спросил «какое», а я пояснила:

- Пароль и отзыв при встрече.

А в зашумевшей от вина голове будто зазвучала музыка из шпионского фильма, и я усмехнулась.

Цзынь же, в отличие от меня, был серьезен и уточнил:

- Какой?

Наклонившись вперед, я прошептала Цзыню:

- Думаю, нам нужно придумать что-то такое, что невозможно произнести при обычных обстоятельствах. А еще это должно быть что-то такое, что будет непонятно кому-то, кто случайно услышит и может передать. Что-то непонятное и не очень внятное – повторила я сама себе, а потом, блеснув глазами, воскликнула – Точно! – и, придвинувшись еще ближе, почти улёгшись грудью на столик, прошептала - Я буду тихонько говорить тебе после приветствия «Мяу-ми», а ты отвечай мне на ушко – «Мур-мур».

- Мне-то зачем пароль говорить? – с усмешкой спросил Цзынь, кажется уже заражаясь моим хмельным энтузиазмом.

- Ради справедливости – подняла я палец вверх и деловито добавила - К тому же, мы не знаем, может и в тебя кто-то вселится.

- Навряд ли – хмыкнул Цзынь, наливая вино в наши чаши, и напомнил - Там уже кое-кто живет.

«Кажется, он очень верил в безраздельное собственничество на его тушку злой сущности внутри него» – усмехнулась я про себя, а вслух произнесла с некоторым ехидством:

- Твоя злая сущность, конечно, то ещё пугало для охочих для вселения, но и она сама не подарок и вряд ли друг мне.

Цзынь фыркнул и заметил:

- Она и мне не друг так-то.

”Не спорю” – подумала я, а потом подняла свою чашу с вином и тихонько произнесла с улыбкой:

- Ну так что, Мяу-ми?

Таньтай Цзынь хмыкнул, но ответно поднял чашу и едва слышно пробурчал свой отзывной:

– Мур-мур.

«Вот и здорово» - выдохнула я и довольно произнесла:

- Уж до такого никто не додумается.

Таньтай Цзынь покачал головой и согласился:

- Это уж точно – и подняв палочки принялся за ужин.

Я, недолго думая, последовала его примеру.

Про себя же я покатывалась со смеху. «Боже мой. Целый суровый император двух государств, в перспективе, и будущий Бог демонов мне при встрече мурчать будет. Вот умора. Никто не поверит! При чём, даже если подслушает наши пароли, то подумает, что ослышался. И Ли Сусу в голову не придёт - Бог демонов, который ждет от нее мяуканья и сам муркает в ответ».

«Ладно, резюмируем - пароли точно надёжные вышли».

***

И вот прошли эти две недели и еще одна. Таньтай Цзынь стал императором, начал разбираться и учиться править, созвав мудрецов-учителей.

Я уже рассказала ему всё, что было в известной мне истории.

Мы не раз обсудили варианты развития события при том или ином раскладе дел и пришли к выводу, что пока не стоит торопиться вмешиваться в естественный ход событий.

Если ничего не изменится (а это вряд ли), на пороге была война двух государств из-за слетевшего с катушек императора Шэна.

Тем временем, я чувствовала, что мне уже пора.