Глава 7. Ненависть к бубне (1/2)
Виктор сделал несколько пометок в ноутбуке и ослабил галстук. Осталась на сегодня одна последняя запись, какой-то новый клиент, студент, мать записала. Интересно, будет ли что-то интересное для изучения.
Мажорные подростковые траблы? Депрессия человека, у которого все есть, но ему ничего не хочется? Зависимости? Трудности с родителями? Посмотрим.
Виктор любил свою работу. Особенно когда докапывался вместе с пациентами до корней их проблем, а потом любовался их шокированным прозрением, переходящим в облегчение, надежду, и, наконец, новый расцвет.
В свои 28 лет Виктор успел получить два высших по клинической психологии, второе в европейском вузе, и был несомненно вдохновлен тем, как развивалась его карьера. Параллельно с официальным образованием он изучал разнообразные течения, начиная от нейрографики и образной терапии, заканчивая телесно-ориентированной терапией и гипнозом. Ему было интересно все. Даже, прости господи, дизайн человека, эту ересь, он тоже исследовал.
В дверь постучали. Виктор пошел поприветствовать нового пациента, на ходу поправляя галстук.
Перед ним стоял стильный молодой человек лет около двадцати в черном пиджаке и синей водолазке, бледный, с очень внимательным, даже пронзительным взглядом. Нестандартный клиент для психолога, о нет.
- Добрый день, проходите, пожалуйста, присаживайтесь, – проговорил Виктор с приятной улыбкой и подумал, что с первого взгляда мажора не раскусил. Подростковыми проблемами или зависимостями тут и не пахло.
- Здравствуйте... Меня зовут Андрей, – голос у парня был слегка осипшим, будто он недавно надрывно кричал.
- Меня зовут Виктор, очень приятно. Вы впервые у психолога или уже есть опыт?
Парень в ответ отрицательно махнул головой и дернул уголком рта. Для непосвященного этот жест ничего не значил, Вику же он говорил о многом:
- Не волнуйтесь, я тот психолог, который для здоровых людей с трудностями. Не тот, который уже для крайних случаев, хотя и с таким справились бы. Так что чувствуйте себя, по возможности, спокойно и расслабленно, ладно?
Виктор улыбался, но по спине у него прошел мороз – парень в ответ не улыбнулся, но сел в кресло, не отводя прямого взгляда. Закинул ногу на ногу и стал постукивать пальцами, блеснувшими бриллиантами, по ручке кресла. Молча и дотошно рассматривал Виктора. Да так, что, казалось, Виктор комфортнее ощутил бы себя, сидя без штанов. Взгляд парня прожигал. «Сейчас пойдет речь о посттравме, - сделал вывод Вик, - очень уж серьезное выражение лица у пацана». Дело становилось все интереснее.
Вик мимоходом отметил на парне свежую татуировку, небольшое покраснение на лице (как будто от хлесткого удара, но может, и просто аллергическая реакция), лук в пассивно-агрессивном стиле. И заметные тени под печальными глазами. «Прямо скажем, очень красивыми глазами», - признался себе Виктор отстраненно. Он не запрещал себе любоваться некоторыми пациентами. Врожденная тяга к эстетике не мешала его профессиональной деятельности.
Все внешние признаки у парня явно были про кризис. Жертва сексуального насилия? Нет, вряд ли, не тот взгляд. А что тогда? Пацан выглядит так, будто кого-то убил, и мается, хоть и за дело... Сейчас узнаем. Ах, как Вик любил свою работу.
- Расскажите, пожалуйста, о себе. Возможно, у вас есть запрос ко мне?
- Да... Думаю, есть, – парень не изменил позу и не перестал постукивать рукой. – Во-первых, я хочу спросить у вас, как отличить галлюцинацию от реальности. Вот, например, сейчас, как мне убедиться, что то, что происходит, это на самом деле, а не плод моего воображения и не сон? Я теряюсь.
Виктор принял расслабленную позу (потому что внутри весь напрягся) и легонько смягчил черты лица улыбкой (потому что случай выглядел более серьезным, чем ожидалось).
- А почему вы предполагаете, что сейчас у вас галлюцинация?
- Потому что выглядите вы роскошно, точь-в-точь, как остальные карты... Мы с вами вдвоем в вашем кабинете, и я первым делом представил, как мы сейчас займемся сексом на вашем столе. А потом я вспомнил, что карту не выбирал, и здесь начались сложности. Ведь все, что произошло вчера, я тоже не выбирал, - Андрей говорил медленно, задумчиво, как будто сам с собой.
Виктор пару раз моргнул.
- Эмм... Давайте-ка, Андрей, вы мне расскажете прямо все-все и по порядку. А я пока дам вам свое слово, что не снюсь вам. И что мой стол не предназначен для секса. А дальше мы со всем разберемся.
Андрей молчал.
- Да, в тишине мы тоже можем посидеть, если хотите. А можем, знаете, поиграть в игру. Просто чтобы ваши деньги за консультацию зря не пропадали. Ладно?
- Игру?.. – парень подался вперед и сузил глаза, оскалился в улыбке и вцепился руками в подлокотники. Вик только диву давался: парень подавал кучу противоречивых сигналов.
- Да. Не волнуйтесь, все, что вам нужно, это нарисовать на вот этом пустом листе какой-либо символ. А я попробую отгадать, что он значит. Рисуйте все, что угодно. Выбирайте маркер.
И Вик протянул парню набор разноцветных маркеров.
Парень вынул черный. И нарисовал, не задумываясь, сердечко (Вик слегка приподнял бровь). Сверху – зачеркнул крестом. Сверху, надавливая сильнее, обвел ромб. («А, вот оно что, карточные масти»). Обхватил маркер всем кулаком, зарисовал сердце черным размашисто, дочертил хвостик пики и прорвал лист этим нажатием. И кромсал блокнот, пока не начал рисовать уже на столе. Остановился.
- Из... вините, - поднял на Вика свои удивительные глаза и вдруг стал выглядеть лет на шестнадцать.
Виктор слегка кивнул и молчал, касаясь подбородка рукой и не сводя с клиента мягкий взгляд. И парень тихо заговорил. Сначала медленно, заикаясь, потом увереннее. А потом без остановки, монотонно, стал выгружать из памяти травмирующие события последних недель.
Виктор слушал и внутренне хмурился от трех шокирующих соображений. Первое, грамотная логичная речь у такого молодого парня, хоть в дикторы его бери – звучит странно, даже немного ухо режет. Второе – у него или нешуточный диагноз, или дело здесь очень запутанное. И третье, самое неприглядное – Виктор не решился бы сейчас подняться из-за стола, даже если бы начался пожар. Он возбудился от рассказов клиента так, что брюки топорщились, как у юнца в пубертате. Как так? Такого с психологом ранее не случалось.
«Он специально добавляет столько деталей? Вуайерист? Фантазер? Пытается меня шокировать?..» - размышлял про себя Вик.
Андрей тем временем продолжал выливать на психолога свои истории. Опустил голову и надиктовывал грамотно, как под запись, подробности своей жестокости и извращений других над ним. У Вика в какой-то момент от литературности выражений аж давление в глазах поднялось. Не должен пацан в восемнадцать лет выражаться так правильно, описывая секс. Он будто выступал в суде. И Виктор протянул:
- Да ты что?... Ну это же... пиздец какой-то, другого слова не подберу. Просто блядский пиздец.
Андрей посмотрел на него и слегка улыбнулся. И заговорил сочнее, перемежая слова матами, да такими яркими, что у Вика заиграла улыбка. Вот теперь разговор пошел.
***
Консультация затянулась. Андрей и сам это знал, но остановиться не мог. Его будто прорвало, и он говорил и говорил. Перед ним сидел симпатичный мужчина, который не пытался его оттрахать, не доминировал, не издевался. Не флиртовал и не критиковал. Только смотрел заинтересованно и слушал, вставляя иногда восклицания или маты. И это подкупало. Становилось очень тепло.
Через час и сорок минут откровений Андрюхи Виктор все еще выглядел доброжелательным и расслабленным. Поэтому Андрей и согласился на то, что далее прозвучало, не задумываясь.
- Хочешь, попробуем легкий гипноз? Ты будешь осознавать, что происходит. Для того, чтобы немного снять остроту травмы и разобраться с ответом на твой первый вопрос, где реальность, а где нет.
- Да, давай попробуем, - Андрей легко перешел с Виком на ”ты”.
И Андрей стал вслушиваться в приятный голос Виктора, который мягко сопровождал его в ватную полудрему. После пары минут ритмичных движений глазами из стороны в сторону и замедленного дыхания Андрей замер, вздохнул глубоко и отъехал.
***
Посмотрел на свои руки – в руках держал карты. Только полную колоду. Полная, блядь, снова? Дернулся, и карты выпали на пол, рассыпавшись, как снег. Неподалеку прозвучал мерзкий громкий голос: «Встречайте... Кровавый валет!». Андрей глянул на пол в поиске валетов, но не нашел.
- Сука, я б тебя размазал по твоей сцене, уебан, только попадись мне сам-один, - прошипел Андрей и пошел на голос.
Вошел в темный пустой партер того самого театра. И поежился от холода. Пахло какими-то мерзкими нафталиновыми стариками.
Он пошел к сцене, приподняв агрессивно плечи. Возле сцены вырисовывалась чья-то фигура.
Андрей сжал кулаки. Он готов был разорвать Фрака, если тот сейчас здесь окажется. Ох, как хотелось, чтоб он здесь оказался. Или один из имбецилов в белом. «Пожалуйста, дайте мне кого-то из них прямо сейчас».
Подошел и замер. К нему развернулся... студент в белой футболке, несуразной рубашке ебнутого персикового оттенка, с тупо торчащими темными волосами. У студента на лице блуждала совершенно идиотская улыбка. Ни дать ни взять обложка учебника по английскому: светлая улыбка дегенерата радостного и наивного, которому просто нужно больше английского, больше, еще больше...
- Сука, это что – я? – задумчиво протянул Андрюха, подходя к этому сказочному лоху.
Лох растерянно моргнул и промямлил: «Здравствуйте, мы знакомы?»
Андрей подошел вплотную, вторгаясь в личное пространство пацана. Да, глаза те же, его. Черты лица и голос тоже. Но это не он, блядь. На этого чудилу у Андрея хер бы не шелохнулся.
Хотя... если подумать... Что-то ведь можно с ним сделать. С любым, как известно, кто анатомией не обижен, можно что-то да сотворить... Раз уж здесь нет ни Фрака, ни остальных извращенцев, придется довольствоваться малым...
Андрей, недолго думая, схватил пацана за горло и сжал. Несчастье дернулось и вскинуло тонкие руки в слабых попытках защититься. Перстень с шипами уперся этому несуразному альтер-эго в подбородок. Андрей нажал сильнее. Ничтожество захрипело. Из проколов на подбородке показались капельки крови. Ура, член в штанах у Андрея встрепенулся. Не так все и плохо: если хорошо сдавить, то схожесть посиневшего лица лоха с отражением в зеркале самого Андрея практически испаряется. Пацан закатил глаза. Ну, теперь можно мальца и оттрахать... Андрей стал вести свободной рукой по животу пацана, запуская пальцы под пояс джинсов и улыбаясь.
И вдруг кто-то позвал Андрея по имени. И еще раз, настойчиво.
Андрей развернулся с искаженным злостью лицом и выпустил жертву из рук...
И очнулся.
***
- Вот блядь! – и сел, обхватив голову руками.
Виктор подал Андрею стакан воды и потер подбородок. Выражение лица его пациента во время сессии было, мягко говоря, не таким, как он ожидал: такую чистую злобу Виктор не рассчитывал увидеть. Зато несомненный плюс: внутреннее ощущение травмы у Андрея оборачивалось сильной агрессией, агрессия это энергия, а там, где энергия, там жизнь.
Андрей наклонился к своим коленям, сжимая руки на затылке в замок.
- Сука... Сука... – повторял он, раскачиваясь.
- Кто там был? Кого ты встретил? – мягко проговорил Виктор, протягивая к плечу Андрея руку. Но не прикоснулся, убрал руку. У парня серьезная сексуальная травма. Касаться его точно не вариант, хоть и хочется.
- Это был, сука, я. Это был я из прошлого. И я – монстр из настоящего. Я превращаюсь в съехавшее животное...
И он застонал, вжимая себя в свои же колени.
Вик помолчал секунду, кашлянул и заговорил совсем другим голосом:
- Придется тебе туда вернуться, Андрей. И на этот раз, для разнообразия, ты постараешься быть с парнем понежнее.
Андрей удивленно поднял голову: Виктор что, умеет говорить таким повелительным тоном? Ой, епт... Так это ж то самое, что так заводит Андрюху...
- Ладно, - просто согласился он, не сводя глаз с психолога.
И они продолжили.
***
Андрей почесывал своего кота и перебирал оставшиеся полколоды, но думал о встрече днем. Ощущение после сессии с психологом было очень странным. Как будто с Андрея сняли большую тяжелую шубу, и ему стало и легче, и холоднее. И неизвестно, хорошо это или плохо.
В остатке колоды не хватало туза пикового. Вот оно что. Значит, туз был уебищным секс-театром. Ну хорошо-хорошо. Куда ж он делся-то... И как остальная колода на столе оказалась, она ж, по идее, в пиджаке на сцене осталась. Хотя пиджак тоже с утра висел в шкафу. Ну, да неважно. Если уж бред, так бред. Полным ходом.
Для сегодняшней спокойной ночи Андрей выбрал десятку червей.
И обнаружил себя на рок-концерте. Да, сам рок-концерт был сильно «так себе». Звук был настроен херово, и все, что было слышно из музыки, это громкие ударные и гул бас-гитары. А вот вокалист был очень даже ничего: юный и горячий, он выкладывался на сцене по полной. Орал, прыгал и размахивал микрофоном, и где-то под конец сета оголил торс, раздевшись до кожаных облегающих брюк, да и те расстегнул в порыве хеви-метал страсти. Андрюха заценил подтянутое тело, выраженные мышцы пресса и эпатажно выбеленные волосы вокалиста. Музыку не заценил. Ну да похер, вставлять он планирует сегодня не в гитару.
После окончания сета на сцену вышли другие исполнители, а светловолосый вокалист переместился к барной стойке, промочить горло. Футболку надел, притом навыворот. Андрей подошел к парню, задаваясь на секунду вопросом: что, если десятка - это вообще не рокер, а кто-то другой из толпы. Но становилось все равно. Мелкие карты будут отныне именем нарицательным для тех, кого Андрей захочет просто сейчас. Хватит отдавать всем вокруг право вето.
Подходя к блондину, Андрей вспоминал свои видения в гипнотическом трансе у психолога. Как держал за горло хлипкого студента и душил. После нескольких настойчивых повторений транса закончилось тем, что он не мучал, но... целовал и нежно ласкал неопытного студента. А тот стонал и извивался под его руками. Андрюха не думал о том, что, по сути, развращает самого себя, каким он был еще три недели назад. Нет, это был просто какой-то похожий на него парень. Когда он был таким? Не помнил. Что-то безвозвратно изменилось с тех пор. Здравый рассудок тогда еще не попросился в бессрочный отпуск...
Андрей дотронулся до спины блондина и потянулся к барной стойке, наклоняясь близко, и взял у вокалиста из рук бокал с пивом. Парень дернулся и вопросительно уставился на Андрюху:
- Ты охуел?
”Блин, ему и восемнадцати, кажется, нет, судя по нежной коже. Ну, да похеру, главное, не дитя”. Андрей нагло отпил из чужого бокала и облизнул губы, при этом улыбка его находилась на расстоянии ладони от симпатичного вспотевшего лица рокера, а рука лежала на его плече. Андрей даже не особо заморачивался флиртом. Он посмотрел внимательно на губы пацана и ответил на заданный вопрос тихо, рот в рот:
- Пожалуй, да. Как раз думаю о том, чтобы пойти с тобой в гримерку, разложить тебя на любой горизонтальной поверхности и трахнуть тебя... нежно. И медленно, очень медленно, довести тебя до оргазма. Да, кстати, ты не против, что я попробовал твое пиво?