Глава 18: Театр и маски (1/2)

Так называемый зал для совещаний был лишён прежней вычурности и отличался крайне строгим и лаконичным интерьером, располагающим к ведению длинных разговоров о бизнесе, внутренней политике и торговле. Кориолан с большим вниманием вслушивался в горячее обсуждение затрагиваемых тем и делал для себя определённые выводы. Теперь становилось куда понятнее, почему правительством периодически поддерживались одни инициативы и грубо отбрасывались другие. Судя по всему, на подобных собраниях участники «клуба» путём дискуссий выбирали проекты для финансирования, материальной и политической поддержки. Сноу предполагал, что в своих решениях они исходили исключительно из перспектив наращивания прибыли и увеличения собственных капиталов, а не благих чистосердечных побуждений.

Если брать в расчёт преднамеренный сговор крупных инвесторов и членов правительства из числа присутствующих, то становится понятна нынешняя расстановка сил на шахматной доске Капитолия. Почему кто-то оказывался богаче и успешнее, пока остальные довольствовались жалкими крохами с королевского стола. Интересно, какое число бизнес-конкурентов вытравили с рынка таким грязным способом и отбросили от «кормушки»?

В какой-то момент Кориолану показалось, что рассуждения о новых стратегиях развития энергетической и транспортной промышленности имели и положительный посыл. В конечном итоге их методы урегулирования двигали экономику вперед и способствовали развитию данных отраслей.

Однако в происходящем чувствовался фарс и излишняя наигранность. Конечно, манипуляции рынком акций, так страстно обсуждаемые в течение всего вечера, являлись крайне сомнительным и незаконным предприятием. Потому вести разговоры о них во время обеденного перерыва за столиком ресторана просто не представлялось возможным. Но желание собираться ночью в полутьме и обвешиваться масками для решения этих вопросов казалось Сноу чем-то смехотворным и нелепым. К чему эти атрибуты таинственности и показной роскоши? Не терпелось разведать, кто такие Дьюки на самом деле и каким образом пришли к власти.

— Мы немного потрясём карманы господина Бэра и на выходе получим отличный тренировочный комплекс для подготовки элитных миротворцев, — заключил господин Дьюк.

Господин Кей, он же Кезон Гибсон, негласный хозяин текстильной промышленности Панема, выглядел крайне раздражённым и раздосадованным.

— Неужели вы не хотите копнуть глубже и заработать по-настоящему? К чему эти полумеры, когда мы можем получить в разы больше, не теряя при этом ничего?

Нерон Прайс резко повернулся к мужчине и выступил первым:

— Господин Кей, при всем уважении, нам нужна стабильность, а не резкие обвалы на рынке. Неужели Вы хотите просадить и без того шаткую экономику? Подумайте о его акционерах!

— И давно мы стали учитывать мелких спекулянтов? Кроме того, Бэр нагло занимался инсайдерской торговлей прямо под нашим носом и…

Его продолжающиеся возмущения прервал короткий выпад герцогини.

— Как будто Вы, господин Кей, подобным никогда не грешили. Может, стоит напомнить Вам про тот случай двухлетней давности?

Кезон заметно сник и виновато опустил голову, признавая поражение.

— Что ж, получается, мы пришли к полному взаимопониманию относительно этого вопроса, — удовлетворенно кивнул Дьюк. — В таком случае, закончим дело в ближайшей перспективе и закроем данную тему.

— Господин Шварц, — обратилась герцогиня к Фернеру, — не будете ли Вы так любезны поскорее начать работу с общественным мнением? Донести до наших жителей острую необходимость в наращивании миротворческих сил?

— Если Вы абсолютно уверены, что Бэр отреагирует

соответствующим образом, я готов приступить в самое ближайшее время, — пожал плечами Юний.

— Мы не отрицаем возможные риски, но рассчитываем на его благоразумие, — вновь включился в разговор Прайс. — Фактически у господина Бэра не останется иного выбора: либо он финансирует новую базу, либо он пострадает от негодования общественности. Акции упадут в цене, и в долгосрочной перспективе он потеряет куда больше.

— Поэтому, господин Шварц, успех во многом будет зависеть именно от того, насколько хорошо Вы подогреете публику.

Юний несколько обречённо ухмыльнулся и обратил свои блестящие глаза на герцога.

— Палка о двух концах, господин Дьюк, — вальяжно произнёс он. — Как Вы и предпочитаете.

Присутствующие весело хохотнули.

— Да, этого у меня не отнять, — с улыбкой согласился герцог и расправил грудную клетку.

Кориолан не был удивлён: Юний давно держал общественность на коротком поводке, обладая непревзойдённым умением очаровывать людей своей широкой улыбкой и врожденной харизмой. Казалось, врагов у Фернера старшего и вовсе не могло быть: в Капитолии его поголовно любили и обожали. Кроме того, у его отца имелись некие родственные связи в пресс-службе, что обеспечивало их семье еще большее информационное влияние и неизменно выгодную рекламу производимой продукции.

— Раз мы закончили с основной частью, предлагаю встряхнуться и немного расслабиться! — герцог быстро переключился на легкий и непринужденный тон.

Нерон Прайс хлопнул в ладоши и радостно потер руки.

— Наконец-то покер! — воскликнул он. — Я уже заждался!

Какой ещё покер? Им действительно предстоит играть в покер?

— Госпожа Мун, Вы не будете против, если сегодня Вы сыграете вдвоем с мистером Уайтом?

— Разумеется, нет, господин Дьюк, — Дискордия придвинула свой стул вплотную к Кориолану и хитро подмигнула.

Госпожа Маура, пожилая старушка, явно выдохлась и очень утомилась. Она поспешно откланялась Дьюкам и, прихрамывая, покинула комнату. Как она, будучи ровесницей Мадам-Бабушки, до сих пор умудрялась возглавлять министерство цифрового развития и связи, оставалось загадкой. Однако поговаривали, что и здесь не обошлось без участия Герца Сола.

— Правила известны? — тихонько шепнула Кора.

Кориолан сделал неопределённый жест кистью. Что там требовалось? Собирать карты и делать ставки? Черт, он даже комбинации толком не мог воспроизвести и всегда немного в них путался! Он ненавидел проигрывать и редко участвовал в азартных играх, лишь иногда балуясь картами с товарищами на глупых вечеринках.

— Госпожа Дьюк на этот раз побудет нашим дилером. Соответственно, господин Ли и господин Шварц становятся малым и большим блайндами.

Старик Чхве, он же «Ли», угрюмо кивнул, а Юний с торжествующей улыбкой размял шею. Один из помощников в белой маске принялся раздавать игрокам фишки.

Сноу начал активно ворошить в памяти правила. Если они с Сол играют вместе, а госпожа Дьюк выступает в роли дилера, то остаётся ещё восемь соперников. Чхве, Фернер, Прайс и Лоретти сидели по правую руку от Кориолана. Олсен, возглавляющая нефтяную промышленность и по совместительству мать Тарана, сам герцог, Гибсон и Хендрикс, занимающаяся строительством небоскребов, находились слева. Многовато сильных и опытных соперников! Оставалось надеяться, что скоро им с Корой удастся улизнуть на «перерыв», который она обещала ещё по дороге на мероприятие.

Если Кориолан правильно помнил, первый раунд «торговли» за банк проходит вслепую, без знания общих карт в центре стола, вынуждая игроков делать ставки исходя из своих стартовых «рук». Сноу искоса следил за оживившейся публикой, мысленно предполагая, кто является сильным игроком, а кто — слабым звеном. Госпожа Дьюк тем временем ловко раздала каждому участнику по две карты рубашкой вверх. Дискордия легонько толкнула его локтем, привлекая внимание.

— Прекращай спать, Кассий, — процедила она у его уха и отстранилась.

Кориолан аккуратно заглянул в полученную пару карт. У него на руках оказались червовый валет и семерка пик. Сноу не считал себя большим экспертом в покере и украдкой покосился на Дискордию, на что та отрицательно покачала головой. Значит, они будут пасовать. Хорошо, хотя бы напрягаться не придётся.

Юний и Чхве внесли свои обязательные ставки в качестве блайндов и передали ход далее.

— Чек, — буркнул Прайс.

Следом мелодично отозвалась Лоретти, также не планируя повышать ставку.

— Пас, — спокойно сказал Сноу и отбросил карты, почувствовав, как Дискордия сжала его бедро под столом в знак одобрения.

Слово перешло к госпоже Олсен, чей псевдоним Кориолан даже не запомнил. Женщина обвела собравшихся глазами и заговорщически произнесла:

— Рейз, дамы и господа!

Она уверенно подтолкнула часть фишек вперед, обозначая свою позицию. Герцог безрадостно рассмеялся и вышел из игры.

— Колл, — Кезон Гибсон, в отличие от Дьюка, собирался побороться за банк и принял повышенную ставку.

— Пас, — бесстрастно выдавила Хендрикс и облизнула пересохшие губы.

Первый тур «торговли» подошёл к финалу, и герцогиня грациозно выложила в центре стола три карты, мимолетным движением переворачивая их рубашкой вниз.

Дама бубен, десятка крести, валет пик. Черт, из-за глупой девчонки Кориолан упустил комбинацию из пары карт! А учитывая, что многие соперники вышли из игры, был смысл побороться за банк!

Однако его насторожило, как откровенно не скрывал своего ликования Фернер старший. Чхве понуро спасовал, и Юний весело пролепетал: «Рейз», тем самым в очередной раз поднимая ставку.

Госпожа Олсен, так бодро начавшая игру, прикусила губу, а затем отрицательно покачала головой и спасовала. В итоге вызов Фернера поддержал только Гибсон, явно рассчитывая на успех.

Сол поерзала на стуле и опалила ухо Кориолана своим тихим шёпотом:

— Бьюсь об заклад, Шварц собирает стрит, а у Кея на руках какая-нибудь тройка или вообще жалкая пара.

Герцогиня предостерегающе цыкнула на Дискордию, и та пристыжено потупила глаза.

Стрит? Сноу провёл ладонью по кудрям, безуспешно пытаясь вспомнить названную комбинацию. Тем временем четвёртая карта легла на стол и оказалась червовой девяткой.

— Олл-ин, — победоносно выкрикнул Фернер и небрежно толкнул рукой фишки.

— Шварц, если ты снова блефуешь… — просипел Гибсон и нехотя уравнял ставку.

Неужели с формальностями можно покончить и забыть про притворно вежливые обращения?

— Интересный расклад, — задумчиво произнёс герцог и почесал затылок.

Госпожа Дьюк перевернула пятую и заключительную карту, демонстрируя игрокам десятку пик.

— Что ж, пора нам узнать первого победителя! — с улыбкой скомандовала женщина.

Юний гордо выложил на стол короля и валета крести — точно, стрит! Пять последовательных карт: червовая девятка, десятка крести, валет крести, дама бубен, король крести. Нетронутым остался лишь валет пик, которого Фернер заменил собственной картой.

— Черт с тобой, Шварц! — Гибсон злобно выбросил в центр две красные десятки, собирая абсолютно бесполезную тройку.

Дискордия оказалась права! Если бы не стрит, Юний проиграл бы Кею с двумя валетами, собственно, как и они с Сол, из-за установленных правил: комбинация из пары карт — всегда слабее тройки.

— Я обязательно отыграюсь, — пообещал расстроенный Гибсон и нахмурился.

— Отрадно слышать Ваш оптимизм, господин Кей, — рассмеялся герцог, махнув помощнику, который уже бежал к Кезону с новыми фишками.

Юний звучно причмокнул и погладил увеличившуюся в два раза гору фишек, чем вынудил сидящего рядом Чхве недовольно закатить глаза. А Фернер оказался весьма азартным и неплохим игроком!

— Господин, госпожа, вы не возражаете, если мы с Кассием временно выйдем из игры? Мне не терпится показать господину Уайту второй этаж.

— Разумеется, моя дорогая! Ступайте!

Дискордия стрельнула глазами в сторону напарника, и Кориолан торопливо поднялся, отодвигая ее стул и помогая даме встать. Далее уже будничным и обыденным жестом он предложил ей свой локоть и, коротко кивнув гостям перед уходом, вывел девушку из комнаты. Сноу направился к винтовой лестнице, но Дискордия настойчиво потянула его в противоположную сторону.

— Здесь есть скрытый лифт. Все оборудовано специальным образом, чтобы сделать перемещения герцога на его протезах максимально удобными.

Губы Сноу вытянулись в букву «о».

— Как ты догадалась, что у Шварца был стрит? — нерешительно спросил он.

— Я неплохо изучила его мимические реакции за долгие годы знакомства. Если пообщаетесь подольше, со временем научишься читать его, как открытую книгу.

Кориолан сразу подумал, что подобным способом можно поступить с любым человеком, каким бы сложным он не казался на первый взгляд.

— Ты не огорчена, что ушла со мной и бросила игру? — невзначай обронил он.

— Нисколько, а ты? — уверенно отрезала Сол.

— Нет. Предпочту побыть с тобой, а не проигрывать в покер, толком не разбираясь в комбинациях, — надменно ответил Сноу, скрывая волну радости от их уединения.

Дискордия послала испепеляющий взгляд и грубо заволокла его в открывшийся лифт, нажимая цифру «два».

— Кора, меня весь вечер не покидает стойкое ощущение, что здание находится глубоко под землей.

— С чего ты взял? — изогнутые брови стянулись к переносице.

— Ты нажала «два», но мы определенно движемся вверх. Окон тоже нет. И планировка… Будто мы в каком-то хитроумном бункере и перемещаемся между его уровнями.

Девушка усмехнулась и посмотрела на него с нескрываемым любопытством.

— Мне нравится, что ты не только красивый, но порой ещё и умный.

— Так, у тебя случайно нет ещё одного диктофона? Хочу записать твои слова для вещественных доказательств.

Девушка рассмеялась и посмотрела на него с тенью улыбки.

— Пока ты снова не отпустил ещё какую-нибудь колкую шуточку, я продемонстрирую тебе уголок особой гордости Дьюков, — двери лифта открылись и замерли, пропуская гостей на территорию нового этажа.

— Здесь мы можем снять наши маски и оставить их на столике у входа.

Казалось, Кориолан не до конца разобрал смысл этой фразы. Затаив дыхание, он рассматривал второй «уровень»: они стояли посреди уютного внутреннего дворика. Потолок чересчур реалистично изображал ночное небо с разбросанными на нем звёздами. В центре находился громадный мраморный фонтан, изображавший женщину с повязкой на глазах. В одной руке она сжимала острый меч, а второй высоко над головой поднимала весы.

— Это… Юстиция? — неуверенно уточнил Сноу, стягивая маску, успевшую изрядно надоесть.

— Да, богиня правосудия. Символизирует порядок, который старательно поддерживают Дьюки и их сторонники в Капитолии.

Вряд ли это можно назвать порядком. Скорее, правдоподобной иллюзией, такой же, как это искусственное небо над их головами. Лица Сноу коснулся легкий ветерок. Неужели они и это смогли настолько достоверно воспроизвести? Просто невероятно!

— Существуют и другие режимы окружающей природы, если тебе интересно. Есть зимний с искусственным снегом, осенний с имитацией желтой листвы и даже весенний с цветением деревьев.

— В следующий раз пусть настроят зиму, и тогда я закидаю тебя снежками!

— Мог бы соврать и сказать, что хочешь слепить снеговика, — притворно обиженно отозвалась Сол.

Сноу впервые за долгое время почувствовал невероятную лёгкость и внутреннее спокойствие. Даже недавний конфликт с Тигрис совсем забылся и стерся из памяти, хотя обычно он ещё в течение какого-то времени отходил от стычек с кузиной. Давненько Кориолан не пребывал в таком прекрасном расположении духа, чему способствовали его размышления о преимуществах сегодняшнего вечера. Уверенность, что в будущем ему обязательно представится возможность успешно воспользоваться новым положением, была непоколебимой.

Кориолан признал, что остался доволен тем, как ловко Дискордия втянула его в очередную авантюру и соврала. Но им предстоит вернуться к самому факту ее лжи, когда они снова станут Сноу и Сол. Нужно отучать девчонку от пагубной привычки обманывать и недоговаривать правду!

Однако в качестве Кассия Уайта он хотел насладиться каждой секундой, проведенной в компании Коры Мун. Кориолану нравилось находиться рядом с ней, без вечных упреков и ссор, будучи напарниками и партнерами. А смотреть на Дискордию было особенно приятно, когда она нежно и невинно улыбалась, а не хмурилась, всем своим существом демонстрируя злость и негодование.

И когда только эта вздорная и вредная девчонка стала в его глазах такой красивой и притягательной? Он точно не заметил ничего подобного при первой встрече и в начале общения. И в тире, и позже в библиотеке Кориолану хотелось поиграться с ней, заставить понервничать, хотя на самом деле ему были абсолютно безразличны ее чувства. Он даже уподоблялся Квинту и называл ее Чудовищем! А что теперь? На задворках сознания моментально всколыхнулось острое желание вновь отдалиться, сбежать, бросить все планы по соблазнению и начать ударять за Ливией Кардью. Но Сноу слишком далеко зашёл и потратил достаточно времени, чтобы трусливо оставить дело на полпути и сдаться.

— Как тебе встреча? — с некоторой опаской спросила Кора, нарушая молчание. — Не жалеешь, что согласился?

— Как я могу? Этот вечер предоставил мне возможности, о которых я даже не подозревал. Но… разве стоит обсуждать это здесь? — Сноу многозначительно очертил глазами помещение.

— Не переживай, Дьюки не используют приборов слежения, вроде камер и прослушек, — отмахнулась Дискордия. — Они доверяют своим гостям.

— Глупо, хотя и занятно, учитывая их утверждение о нашей нехватке доверия, — подметил он. — Как считаешь, почему они пришли к подобному выводу?

Дискордия удрученно вздохнула и обняла себя руками.

— Думаю, между нами невооруженным глазом заметно напряжение. Тогда как остальные члены клуба, да и сами Дьюки, относятся друг к друг совершенно иначе. В противном случае, они не смогли бы успешно заниматься своим бизнесом. А по поводу нас… — взгляд потускнел, а фигура сникла. — Сдается мне, на то существуют причины. Давай объясню на примере подруги, которую я упоминала в истории с парком.

Сноу ухмыльнулся: как же порой с ней бывало занятно!

— Замечательно, давай! — весело пропел он. — Тогда ты не будешь против, если я, в свою очередь, проиллюстрирую ситуацию через моего друга?

— Договорились, — быстро согласилась девушка. — Понимаешь, моя подруга, назовём ее Дия, относится к твоему другу крайне настороженно.

— И откуда взялась эта настороженность? — меланхолично поинтересовал Сноу.

— Сложно сказать, — Дискордия пожала плечами. — Наверное, Дия не может забыть, как холодно твой друг относился к ней изначально и как отвратительно себя вёл. Ей тяжело перестроиться, несмотря на его попытки что-то изменить.

— Она была для него чужой, — отмахнулся он. — С чего бы ему вести себя иначе?

— Не так грубо и надменно? — с жаром выпалила Сол. — Хорошо, Кассий, пусть так. Но как объяснить все, что случилось после? То, как он повел себя после появления у них некой совместной истории?

— Позволь тебя прервать. Эта твоя Дия тоже не сахар: она манипулировала, заключила сделки с участием моего друга, не договаривала правды и откровенно лгала.

— Поверь, у… Дии были свои причины. Но она не причинила зла твоему другу и всегда оборачивала свои проделки в его пользу. Разве не так?

— Понимаешь, этот мой товарищ, назовём его Рио, очень любит контроль и ненавидит секреты. А твоя подруга Дия вечно лишает его первого и неизменно подкидывает второе! Даже с глупым студенческим балом ему отказала!

Сол фыркнула и закатила глаза.

— Конечно! Какая она плохая: не согласилась пойти с бедным Рио и нарушила его расчудесные планы!

— Мой друг до сих пор не понимает причину отказа! Отправиться на бал вместе было бы самым логичным решением!

— Логичным? В каком месте? — обиженно ахнула она. — Моя подруга не собирается идти в паре с тем, кто периодически относится к ней, как к пустому месту!

— Что за вздор! Передай своей подруге, что она постоянно болтает глупости! Рио отнюдь не считает ее пустым местом.

— Как благородно с его стороны! Хотя стой, я же забыла, что он недавно приравнял мою подругу чуть ли к не своей собственности, которую может забирать, как какую-то вещь!

Сноу начинал закипать против воли и терять прежний благодушный настрой. Кора бесила его почти так же, как и Дискордия! Он прикрыл веки и устало потёр глаза. Черт, неужели так сложно смириться, что он станет ее мужчиной, а не какой-то чертов идиот Равинстилл? Запереть бы ее где-нибудь и поучить манерам! Это даже неприлично: позволять себе близость с одним, а следом прыгать в объятия другого и кружить вальс!

— Молчишь? Сказать нечего?- — Кориолан встрепенулся, вываливаясь из затянувшихся раздумий.

— Хочешь знать, в чем кроется причина? — бойко начал он, вживаясь в новую роль.

Девушка вскинула брови и сделала шаг навстречу, ожидая продолжения.

— Рио не хочет видеть других мужчин рядом с Дией! Разве так тяжело прочитать это между строк?

Дискордия изумлённо и часто заморгала, словно не веря своим ушам.

— Получается, Рио ревнует? — видимо, ее это признание только позабавило.

— Не знаю, может, и ревнует! — сдержанно отозвался Сноу. — Они столько всего прошли вместе, а твоя подруга…

— Вот именно — столько всего! И он продолжал вытирать о Дию ноги! Например, она помогла ему успешно выиграть состязания, а Рио вместо благодарности унизил ее перед пассажирами планолета и впечатал в стенку у туалета! А вернувшись в Капитолий, и вовсе послал куда подальше!

— Я… Вернее, мой друг! Разве Рио сделал недостаточно, чтобы загладить вину? Почему твоя подруга такая упрямая и злопамятная?

— Потому что она до сих пор не понимает, из-за чего ты… точнее, он так с ней поступил!

— Рио боялся, что она сделает его слабым, вот почему! — против воли признался Кориолан.