Глава 12. Чай, свидание (1/2)

Скарамучча ещё в школе понимал, что человеческие взаимоотношения — штука сложная. Во всём виноваты сами люди. Они, по сути своей, существа жалкие, готовые ради забавы подставлять себе подобных. И среди соответствующих этому правилу искать исключения бывает довольно затруднительно. Маргиналов, постоянно орущих, ворующих и дерущихся, к сожалению, намного больше, чем адекватов.

Хотя есть и неочевидные признаки скрытой подлости и угодничества. Одним из них, по его мнению, являлся излишний тактильный контакт. Навязывание своего авторитета через прикосновения — это то, что отложилось в голове на многие годы, как одна из самых мерзких манипуляций, поэтому даже сейчас, уже пройдя этот этап, он ненавидел лишний раз трогать других людей без необходимости. Не говоря уже о наличии более веских причин.

Битый час Скарамучча сверлил взглядом потолок собственной спальни, не желая окончательно подниматься с постели после долгого сна. Вчерашний день вышел довольно сумбурным, и, на удивление, воспоминания о нём практически полностью уцелели.

Поздний вечер. Тёмное как уголь небо. Переполненный бар посреди малолюдной улицы. Громкая музыка и мигающий всеми цветами радуги свет. За стойкой сидели двое знакомых, которые, даже будучи пьяными, никак не хотели называть друг друга приятелями.

— Чего такой кислый сидишь? Девушка бросила? — колюче прозвучал вопрос парня с рыжими волосами, в кудрях которого запутались солнечные очки.

— Иди загорай, умник, — второй юноша, угрюмо раскачивающийся на высоком барном стуле, выплюнул слова с солидной порцией отвращения. В конце он указал рукой на свою макушку, в то место, где у собеседника был надет аксессуар, несоответствующий погоде. — Ты, кажется, местом отдыха немного ошибся. Пляж для выброса отходов находится вон там, — и провёл ладонью в сторону трёх помойных баков на другой стороне улицы.

Свалка хорошо просматривалась через широкое окно напротив.

— Опа, значит, я прав? — Чайльд спокойно проигнорировал язвительное замечание по поводу своего внешнего вида и ухмыльнулся.

— Отвали, а?

Не важно, прав он был или нет, Скарамучча в любом случае не хотел продолжать этот глупый диалог с подколами уровня детского сада. Вот почему среди всей группы богатенький придурок любил бесить именно его? Дело в росте? В его вспыльчивости? Вероятно, всё сразу. И как он не пытался, отогнать от себя надоедливого идиота никак не мог, что на парах, что вне университета.

Когда компания будущих социологов вдруг решила изучить социальную жизнь малой группы в рамках бара, путем совместного потребления алкоголя, Скарамучча неохотно, но согласился, понимая необходимость хоть как-то наладить контакт с одногруппниками. К сожалению, пообщаться удавалось пока только с одним человеком.

— Хорошо, давай тогда сыграем в игру, — Чайльд по-хитрому улыбнулся и заказал у бармена несколько шотов текилы.

«Да что тебе надо от меня?!»

В скорое время напиток уже образовался на стойке, и он продолжил:

— Пьём на скорость. Кто выпьет меньше за определённое время, платит за двоих.

— И почему я должен согласиться?

Скарамучча не пылал сильным энтузиазмом участвовать, но его знакомый и это предусмотрел.

— Также, если выиграешь, расскажу секрет, который поможет тебе любую даму к себе расположить.

— Да пошёл ты!

— Зря отказываешься. Будет грустно, если ты так и умрёшь девственником. Тем более, совет универсальный, работает и для мужчин и для женщин, если вдруг у тебя вкусы... Ну сам понимаешь.

Чайльд успел прославиться в группе не только своей любовью к подтруниваниям над другими и драчливостью, обычно несвойственной людям старше пятнадцати, но и заигрыванием с одним из преподавателей. Это был их бывший историк, высокий и статный мужчина, расхаживающий с ровной спиной в строгом костюме кофейного цвета. Он перестал вести свой предмет уже после первого семестра, но Чайльд продолжил посещать его факультативы. Сначала это выглядело для всех, как желание взяться за ум, но после стало очевидно, что цели у него были куда более личные.

Скарамучча устало накрыл ладонью лоб. По-видимому, нестандартная симпатия к мужскому полу — это единственное, что делало его и Чайльда похожими. Хотя, последний даже и не пытался скрываться. Удивительно, как он ещё был жив.

— Не сравнивай себя-извращенца со мной! На профессоре Чжун Ли свои гейские схемы отрабатывать будешь! — Скарамучча вздохнул и добавил уже спокойно. — Я соглашаюсь только из-за духа конкуренции.

«Надеюсь, после этого ты от меня отвалишь».

Чайльд ничего не ответил, лишь с ехидным выражением придвинул первую порцию напитка ближе.

Само соревнование закончилось так же внезапно, как и началось. После шести шотов Скарамучча внезапно вышел победителем, когда соперник отвалился уже на четвёртом. Организм испытывал триумф от такой лёгкой победы, а также ощущал большое количество тепла, выделенного этиловым спиртом.

— Ну давай, рассказывай. Какой твой секрет?

— Чего? — пьяный Чайльд напоминал глуховатого деда, который понимал сказанное через раз.

Скарамучча встал, подошёл вплотную, сложил ладони лодочкой и громко повторил вопрос ему на ухо, да так, что модник чуть не уронил с головы свой дражайший аксессуар.

— Ай! Пиздец, не ори так!

Чайльд слегка подвис, пока шестерёнки в его мозгу старательно вертелись и обрабатывали информацию. Параллельно он держался за пострадавшее ухо.

— Надурить меня вздумал, придурок?

Скарамучча уже сжал правую руку в кулак, понимая, что рыжий оболтус его, вероятно, обманул. Не сказать, что, будучи трезвым, он сильно нуждался в любовных советах, но, независимо от контекста, в его философии выполнение обещанных условий являлось делом чести.

— Нет, что ты, как я мог! — пробурчал Чайльд.

Спустив очки на нос, он поднялся со стула и, чуть качаясь, приблизился к Скарамучче. Тот замер в предвкушении, готовясь слушать житейскую мудрость и внимать словам наставника в пикаперском искусстве. Вот только что-то пошло не так.

Скарамучча резко дёрнулся и отскочил в сторону, словно ошпаренный, когда массивная ладонь звучно ударила по его мягкому месту. С секунду он осмыслял произошедшее, а после гневно уставился на Чайльда. Прежде чем заорать, он предварительно отошёл подальше ради своей безопасности.

— Охренел?!

Но Чайльд как ни в чём не бывало приземлился обратно на стул и выставил одну руку перед собой таким образом, словно собирался закурить.

— Отнюдь, — сказал он с ноткой пафоса в голосе и затянул воображаемую сигарету. — Самый верный способ привлечь внимание девушки или парня — непредсказуемость и тактильный контакт.

— Ты хотел сказать «домогательство»?!

— Не важно, главное — метод рабочий. Как видишь твоё внимание я привлёк.

— Ага, а ещё я хочу свернуть тебе шею.

Наступила небольшая пауза, после которой маска серьёзности с лица Чайльда окончательно спала и он рассмеялся в голос:

— Ха-ха-ха, да шучу я! Не, ну правда, ты что, реально ни с кем не встречался? Хотя да, на такого угрюмого гнома вряд ли какая девчонка западёт, — Чайльд выставил перед собой ладонь, увидев, как Скарамучча уже был готов похоронить его прямо под барной стойкой. — Расслабься. Если действительно проблемы в отношениях, пригласи её на свидание и там разберётесь. Может, перепадёт даже.

— Заткнись.

Немного спустя знакомые покинули бар, поскольку время близилось к закрытию. Каждый ушёл своей дорогой и, как ни странно, на своих ногах, но весь путь до дома Скарамуччу терзала мысль о том, что одногруппник в самом деле был прав. Конечно, не в том, что ему стоило бестактно облапать другого парня, скорее начать действовать. После ссоры на лестнице они с Кадзухой уже неделю как не разговаривали, и его это гложило.

— Идиот, — заворчал Скарамучча, пнув лежащий рядом плюшевый пылесборник и скинув с себя часть одеяла.

Похмелья не было. Ни ломоты в теле, ни головной боли, ни сушняка. Будто он и вовсе не пил.

До того, как ему представилась возможность впервые попробовать алкоголь в четырнадцать лет, он думал, что будет к нему восприимчив и свалится после первой рюмки, но вышло наоборот. Даже полбутылки крепкого коньяка почти никак на организме не сказались. Что он запомнил, так это отвратный вкус и лёгкую ватность в теле, которую сложно было назвать приятной. Больше ничего интересного не произошло. Далее, когда он уже более активно брался за бутылку, смысл тотального опьянения им так и не был понят. Небольшого расслабления после пары рюмок хватало, чтобы не выбиваться из окружения и чувствовать себя спокойно.

Наверное, за выносливость организма стоило сказать «спасибо» наследственности, но в его случае это можно было сделать лишь скрепя зубами. Отец-алкоголик свалил из дома, как только заделал ребёнка, а мать уже вынудила самого ребёнка свалить из дома. С такой предысторией высокая толерантность к алкоголю — полезное качество, поскольку ситуация очень располагала начать бесконтрольно бухать.

Из мыслей вывел настойчивый писк, доносившийся с пола. Полностью вывернувшись из тёплого одеяльного кокона, Скарамучча поднял с ковра котёнка и посадил рядом с собой на кровать.

— Ну чего ты кричишь, Черныш? Я тебе игрушек накупил, иди играйся.

В гостиной как раз весь пол усыпали многочисленные шарики, мышки и пёрышки с колокольчиками. Но, похоже, котёнок уже насытился всей этой роскошью.

Он с долгим пищащим звуком плюхнулся на бочок и вытянулся змейкой, начав тереться спиной прямо о запястье хозяина. Скарамучча поднял руку и кончиками пальцев аккуратно пощекотал мягкий загривок, после чего питомец замурлыкал и продолжил извиваться как глист. Главное, что довольный.

Котёнок был мальчиком. Скарамучча долго думал над тем, какую кличку ему дать, но любой вариант со временем отсеивался, поскольку зверь отказывался откликаться на любые слова, кроме «иди жрать». Сейчас тест-драйв как раз проходило имя «Черныш». Он очень надеялся, что хоть оно будет животным принято, потому что Тьма, Уголь и пресловутый Барсик отпали довольно быстро. Если и это имя не подойдёт, то следующим обязано стать какое-нибудь ругательство. Скарамучча пообещал себе, что придумает что-нибудь поизощрённее, чтобы коту неповадно было. Это даже казалось справедливым, учитывая бардак, который тот постоянно устраивал.

— Ладно, пойду умоюсь, — зачем-то он произнёс своё намерение вслух, а после ушёл в ванную комнату, оставив чёрный комок валяться на простыни.

По окончании банных процедур Скарамучча чувствовал себя чутка лучше. Жаль только, что мысли нельзя было так легко смыть, как грязь с тела. Независимо от предпринимаемых действий, они лишь сильнее роились в голове как пасечные пчёлы в конце мая.

И почему он вообще огрызнулся на Кадзуху? Ситуация максимально глупая, как ни погляди. В тот день скопилось много сомнений, но решение высказать их напрямую было явно ошибочным. Это треклятое «извини» и отдёрнутая рука настолько взбесили, что думать рационально тогда он уже не мог. В тот момент это ощущалось, словно Кадзуха продолжал ему помогать исключительно из вежливости, а в душе искренне ненавидел. Да и, честно говоря, было за что. Но, даже так, Скарамучча чувствовал себя слишком плохо в последствии. Сейчас он разрывался от желания снова поговорить с ним, пускай даже тот и будет скрывать за фальшивой улыбкой истинное настроение по поводу их общения. Уже наплевать. Просто хотелось снова её увидеть и почувствовать то самое дурацкое «тепло» от нахождения рядом.

«Мяяяууу».

Приступ самоненависти прервало громкое мяуканье, доносившееся из кухни, которое всё ещё больше напоминало собой детскую игрушку-пищалку.

— Да что такое?! Черныш, иди сюда, кыс-кыс-кыс!

Кот по своему обычаю отказался приходить самостоятельно. Скарамучча недовольно фыркнул и сам двинулся навстречу назойливому писку и обнаружил зверёныша сидящим напротив своей миски.

— Тебя вообще кроме еды что-нибудь в этой жизни интересует, а?

«Мяяяяяууу».

— Видимо, нет, — после усталого комментария в миску котёнка посыпался сухой корм.

Нужно немного отвлечься. Если подумать, хорошим решением может стать прослушивание музыки или видеоигра. Скарамучча выбрал первое. Оставив кота трапезничать, он заварил себе чёрный чай, уселся за стол и, воткнув в уши проводные наушники, принялся листать свой плейлист. Оказалось, найти подходящую под настроение песню было тем ещё квестом. То слишком медленно, то слишком бодро, то слишком шумно, то попсово. В общем, быть меломаном — тяжкая участь.

Через пару минут поиска Скарамучча всё-таки сдался, вытащил из ушей амбюшюры и уставился в стену. Ну бред же! Почему человеческие мысли такие раздражающие?

Вдруг ему вспомнился ещё один способ. «Когда тебе плохо, нужно кому-нибудь выговориться», — так обычно отвечают в интернете на запросы «Как убиться головой о стену?» и «Что делать, если ничего не хочешь делать?». Вероятно, в данной ситуации решение было идентичным.

Он быстро нашёл в смартфоне и набрал один из немногих номеров, звонки с которого не сбрасывал сразу же после их поступления. Владельцем этого номера являлась его родная тётя, которая уже как два года смоталась жить в другую страну и почти не напоминала о себе.

Пару мгновений спустя раздались протяжные гудки. Когда они прекратились, телефон напоследок механически покряхтел, а позже позволил Скарамучче начать диалог:

— Привет, я...

— Какие люди звонят! Не ожидала тебя услышать, — звонкий женский голос раздался из трубки, чуть не оглушив. — Как дела у тебя? Хорошо с учёбой? Стараешься? Друзей много завёл?

Скарамучча почувствовал странное тепло от этой волны дотошных вопросов, от которых обычно у него раскалывалась голова. Ответил он не менее шаблонно, чтобы не перегружать собственный мозг:

— Спасибо за помощь с поступлением. Всё хорошо... в целом.

— Ну как я могла не помочь любимому племяннику! — на заднем плане прозвучал треск, а после глухой стук металлического предмета. — Ой, картошка маслом плюется! Дзуши, ты чего-то конкретного хотел спросить? Я сейчас готовлю, занята немного.

— Нет, ничего, просто поговорить захотелось.

После сказанного возня с кухонной утварью внезапно утихла. Видимо, женщина отошла от плиты. Она немного помолчала, а после уже серьёзным тоном переспросила:

— Последний раз ты хотел со мной «просто поговорить», после того, как вы с Эи поссорились. И ты сам помнишь, чем это закончилось. У тебя сейчас точно всё в порядке?

Скарамучча нахмурился и замолчал, равнодушно разглядывая оконные занавески. Сказать ей, что влюбился в парня и сам его от себя оттолкнул? Наверняка, это прозвучит ещё более абсурдно и дико, чем всё, что он рассказывал до этого. Ну а солгать также не выйдет. Эта женщина знает его как никто другой. Хоть и с Яэ он также неплохо общался и даже уважал, несмотря на эксцентричный нрав, у неё был немного другой статус в его иерархии семейных отношений, и она не знала его настолько хорошо, чтобы читать ложь по голосу. А вот здесь ситуация слегка иная...

— Если ты не ответишь, я наберу Эи! Должна же мать хоть что-то знать про своего ребенка.

— Я не буду ей ничего рассказывать даже под пытками, можешь не надеяться.

Тётушка вздохнула. Они с его матерью были очень похожи, и в то же время кардинально отличались. Райден Эи — строгая женщина, которая в тяжёлое время покрывалась невидимой коркой изо льда, не давая к себе подступиться, Райден Макото же внешне казалась её точной копией, но вела себя более добродушно и открыто, бескорыстно делясь заботой с другими.

— Проблемы на личном фронте?

Скарамучча поперхнулся собственной слюной и чуть не выронил из рук телефон.

— С чего ты решила?!

Макото задумалась на некоторое время и ответила:

— Ну ты же уже взрослый мальчик. Обычно парни в твоём возрасте только этим и интересуются. Хочешь услышать любовный совет?

— Нет, не надо, пожалуй. Сам разберусь!

Женщина понимающе хмыкнула, но её собственной выдержки хватило ненадолго. Посыпался новый шквал вопросов:

— Ну расскажи хоть, что за девочка! Красивая? С тобой вместе учится? Вы давно общаетесь? Вы уже занимались...

— Нет!

— Ладно-ладно, поняла. Значит, всё впереди ещё.

Он хотел тут же сбросить звонок, но ему не позволила это сделать внезапно откуда-то взявшаяся совесть. Пришлось кашлянуть в кулак, чтобы снять напряжение, и негромко ответить:

— Да, познакомились месяц назад, когда ловили котёнка уличного. Учится на втором курсе, иногда пересекаемся по дороге в университет и обратно. А ещё, мне кажется, я серьёзно накосячил...

— Так вот в чём причина... И что же ты сделал? Обидел её чем-то?

Скарамучча сморщил лицо, опять проворачивая в голове картинку их с Кадзухой последнего диалога.

— ...

— Знаешь, — голос приобрёл сочувствующие нотки, — у меня есть одна очень хорошая книга по отношениям, могу отправить тебе ссылку на PDF-файл.

— Книги псевдонаучных гуру мне вряд ли помогут, но спасибо за предложение.

Он отпрянул от телефона, поскольку в его голове громко был слышен чужой печальный вздох.

— Ты всегда пытаешься сбежать и спрятаться, когда становится больно. Не думаешь, что это нерабочий вариант?

Скарамучча понял, что не сможет возразить, поэтому стиснул зубы.

— Знаю.

— Если ты понимаешь, что ошибка в тебе, то можешь попробовать объясниться. Если вы и так не разговариваете, хуже ты себе этим не сделаешь.

— Это не так просто.

— Понимаю. Можешь также попробовать пригласить её в кафе на чай, там и поговорите в спокойной обстановке. Девушки любят, когда им уделяют внимание.

«Будь он девушкой, было бы намного проще».

— Хорошо, я подумаю над этим.

После озвученного вялого ответа, женщина приободрилась и ласково попрощалась:

— Отлично, береги себя! И звони, если что! Если ты опять заблокируешь телефон на неделю, я могу и полицию на твой адрес вызвать.

— Да, понял я! Не буду так больше.

Скарамучча хотел уже было сбросить звонок и кинуть телефон на диван, но вдруг осознал очевидную, казалось бы, вещь.

— Блять, я же в роуминге! — шокировано воскликнул он и, прежде чем тётя успела возмутиться браным словам, завершил вызов. — Чёрт, мне с такими тратами на связь даже на еду в этом месяце не хватит. Эх, может, стоило в общагу перебраться...

Отложив телефон, Скарамучча погрузился в обдумывание услышанного.

«Чай... свидание...»

Так банально. Будь он героем какой-нибудь мелодрамы, этот способ сработал бы безотказно. Однако построение отношений в реальности было куда сложнее. Особенно, если объект твоей симпатии того же пола, что и ты.

***

Подошва ботинок оставляла неаккуратные следы на полу, пока их владелец нервно переминался с ноги на ногу перед входом в аудиторию.

Скарамучча сам не верил в то, что делает, но понимал, что пути назад уже нет. Ему необходимо что-то сказать, пускай даже при этом придётся переступить через свою гордость.

Не прошло и пяти минут, как за дверью раздались звучные голоса студентов, и он быстро отошёл в сторону, освобождая им путь в коридор. Цветастые фигуры слились в одну, с каждым шагом обретая всё более причудливую форму. На данном этапе разглядеть знакомые черты в толпе было невозможно.

— Что ты тут делаешь?

Но цель появилась откуда не ждали — прямо из-за спины.

— А... Эм...

Тук. Тук. Тук. Тук. Тук.

— Сомневаюсь, что ваш курс направили к нам на совместные пары по палеографии.

— Нет, конечно, нет! Просто...

«Идиот! Идиот! Идиот!»

Почему-то звучать естественно не получалось абсолютно. Искомый человек хоть и нашёлся сам, но, по своему обычаю появился внезапно, словно освоил навык телепортации. Кадзуха терпеливо смотрел вперёд, пока Скарамучча безуспешно пытался подобрать слова.

Опустив взгляд, он оглядел чужие руки и сказал первое, что пришло в голову:

— Ты... у меня перчатки одалживал. Мог бы ты их вернуть?

«Вот дебил! Какие к чёрту перчатки?!»

Кадзуха недолго поморгал непонимающе, а потом кивнул в ответ.

— Да, конечно, в конце дня отдам, если ты не против. Ты только за этим пришёл?

«Нет».

— Да.

«Пизда!»

— Понял, хорошо, — он выглядел слегка разочарованно, но не стал задавать лишних вопросов. — Тогда увидимся после пар в гардеробной?

Скарамучча утвердительно махнул головой, и Кадзуха стремительно удалился вглубь коридора. Вместе со всеми надеждами на нормальный диалог.

Это был полный провал.

Через пару часов (которые для бедняги ощущались сутками) они наконец снова встретились, уже на первом этаже. Страх и неловкость ощущались сильнее стократно вплоть до момента, когда Кадзуха вытащил из рукава своего пальто пару чёрных хлопковых перчаток.

«И зачем я вообще в это ввязался?»

Кадзуха выглядел спокойным, и это ещё сильнее нервировало, потому что становилось невозможным прочитать его истинные эмоции. Он зол? Всё-таки обижен? Или спокоен и не чувствует никакого негатива? Ну как это вообще понять?!

— Вот. Прости, что немного грязные.

Скарамучча кивнул и неохотно забрал перчатки из его рук. После чего стоял некоторое время в ступоре, не понимая, что делать дальше. Собственные ладони так и зависли в воздухе, а необходимые слова не приходили на ум.

Голова моментально опустела.

К счастью, Кадзуха помог сгладить напряжение.

— Кстати, как у котёнка дела? Ты уже придумал ему имя?