Глава 14. Слабак (1/2)

На улице ярко светило утреннее солнце, напоминая о недавно прошедших летних деньках. Игровую площадку вовсю заполонили весёлые дети, которые носились между спортивными тренажёрами и опекающими их взрослыми, гоняясь друг за другом. Среди них сильно выделялась компания подростков лет пятнадцати-шестнадцати, которые столпились вблизи жилого дома. Их было четверо.

— Эй! Сегодня твоя очередь идти! — возмутился один из них, подталкивая другого ближе ко входу в продуктовый магазин.

Говорящий был среднего роста и обладал скрипучим голосом, который отдавал неприятным скрежетом, заставляющим уши сворачиваться в трубочку.

Второй парнишка не мог похвастаться даже умеренными физическими показателями. Он был на порядок ниже других и по уровню силы явно не дотягивал, но в свою защиту мог грозно шипеть и вырываться, словно загнанное в угол дикое животное. К сожалению, первый слишком крепко держал его, не давая сбежать.

— Да не хочу я!

Потом к разговору подключился третий. Кичливый, всегда смотрящий на других свысока. Впрочем, внушительный рост позволял ему это делать во всех смыслах.

— Что? Снова боишься, что мамка наругает? — он усмехнулся. — Не будь размазнёй хоть сейчас! Или ты реально хочешь сказать, что ты слабак?

Отнекивающийся моментально перестал пытаться улизнуть. Ему пришлось проглотить своё недовольство. Внутри возникало раздражение, но пока он не мог им ничем отпарировать.

— Ладно.

— То-то же! Как же тебя долго уламывать надо, а, Дзуши? — снова противно заголосил первый и закинул по-хозяйски руку ему на плечо, чуть ли не оперевшись всем телом, а затем грубо толкнул вперёд навстречу раздвижным дверям. — А теперь жги, докажи, что не нюня!

Скарамучча чуть не упал, но успел в последний момент выровнять равновесие. Собравшись, он обернулся в сторону компании и показал на пальцах жест «окей», прежде чем вобрал в грудь побольше воздуха и зашёл в минимаркет. Оплошать он точно не мог. Поэтому стоило поскорее сделать всё запланированное и уйти незамеченным.

За кассой сидел добродушный пожилой продавец. Увидев подростка, который немного неуверенно топтался у двери, он с улыбкой поприветствовал его:

— Здравствуй. Чего стоишь? Заходи.

— А... д-да! Здравствуйте!

Поборов испуг, Скарамучча заскочил в помещение и спрятался среди высоких продуктовых полок. Он так торопливо это сделал, что чуть не уронил себе на голову упаковку длиннозёрного риса.

«Угх!»

Поняв, что за ним больше никто не смотрит, Скарамучча двинулся дальше вглубь магазина, пока не дошёл до холодильного шкафа. Слева в нём в ряд были выставлены фруктовые соки, холодные чаи, лимонады и газировки, а справа — алкоголь в широком ассортименте. Он несколько раз обернулся, стоя на месте и, когда точно убедился, что рядом с ним никого нет, снял с плеча рюкзак и открыл дверцу справа. После чего очень шустро смахнул с полки несколько первых попавшихся банок и положил на дно полупустого рюкзака. А чтобы содержимое не гремело при ходьбе, обмотал каждую жестянку рукавами собственной кофты, которая лежала там же.

Закончив, он ещё несколько раз посмотрел по сторонам и медленной походкой пошёл в сторону выхода. Магазинчик был старый, поэтому камер видеонаблюдения в нём просто не вешали — не хватало денег. Главная сложность в воровских махинациях заключалась в том, чтобы не вызвать подозрений у продавца.

У кассы уже собралось несколько человек, выстроившихся перед ней в небольшую очередь. Скарамучча взял с угловой полки мятную жвачку и встал тоже, чтобы не выделяться. Всё время, пока кучка людей неторопливо двигалась, его заживо поедала паника.

Дедушка за кассой опять добродушно улыбнулся ему:

— У тебя только жевательная резинка? Ты же совсем худой, не хочешь взять покушать чего-нибудь? У нас свежая выпечка есть.

Скарамучча чувствовал, как ладони потели только от взгляда на этого старика. Он сглотнул нервный комок.

— Нет, я не буду, спасибо большое. Я не ем много.

— Ну ладно, хорошо, — мужчина взял из его рук жвачку и пробил. — Твоим родителям повезло, что у них такой порядочный сын. Вот ко мне в магазин какие подростки не заходят, всегда пытаются то алкоголь утащить, то закуски всякие. Приходится всегда за всё из своего кармана платить. Эх, — он вздохнул, — хорошо, что хоть иногда захаживают приятные ребята, как ты. Может, ваше поколение не потеряно ещё.

Преодолевая гадкое чувство внутри, Скарамучча улыбнулся ему в ответ и, оплатив покупку, вышел из магазина. Там его уже поджидали нетерпеливые товарищи.

— Ну что? Достал?

— Да, — сухо ответил он, — пойдёмте подальше, тут людно.

Его часто посещал вопрос «Правильно ли я поступаю?», и раньше он бы ответил: «Да, конечно! Они же мне помогают!», но чем больше времени проходило, тем очевиднее становилась ошибочность его старых суждений.

В действительности ошибкой было всё, начиная с момента, когда компания из трёх парней с дурной репутацией окружила плачущего ребёнка, который упал, катаясь на самокате по огибающей его дом асфальтированной дороге.

— А ну успокойся, плакса! Будешь ныть, я тебе палец сломаю!

Мальчик тогда затих, зажимая расцарапанную коленку рукой. Он еле слышно всхлипывал, испуганными глазами смотря на ребят, которые были старше его года на два.

— Да пойдёмте уже, пусть дальше ревёт! Самокат возьмём и всё, — подхватил самый отстранённый из бесчинников. Он стоял позади двух других, скрестив руки на груди.

Услышав это, младшеклассник поднялся с асфальта и, схватив упавший рядом самокат, крепко прижал его к себе. Это был подарок его матери за окончание прошлого учебного года на «отлично», он никак не мог вручить его каким-то хулиганам.

— Не отдам!

— Опа, смотри, какой борзый! — отозвался подросток с высокомерной интонацией. — Не боишься что ли?

Чтобы сильнее припугнуть, он наступил ботинком на пальцы, обхватившие основание самоката, но мальчишка в этот раз крепко стиснул зубы и не проронил ни слезинки.

— Валите отсюда! — крикнул ребёнок так сердито, как только мог. В глубокой синеве его радужки плясали огоньки.

— Слушайте, а мне он нравится, — высказался последний хулиган, после чего похлопал приятеля по ноге, чтобы тот её убрал.

Затем все трое обменялись взглядами, и самый рослый парень протянул руку мальчишке. Улыбка на его лице даже не пыталась походить на искреннюю.

— Ладно. Мы не будем трогать твой самокат, но взамен ты будешь нам помогать, что думаешь?

Мальчик немного расслабился, но был озадачен озвученным предложением.

— «Помогать»?

— Да, вещи таскать всякие, ничего сложного. Но, если откажешься, тебя так и продолжат сверстники макать в грязь лицом. Выбирать тебе, что больше нравится.

Слова ударили по больному. С раннего детства его преследовали насмешки и издевательства со стороны других детей. Из-за того, что он часто плакал и жаловался маме, его возненавидели многие ребята со двора, поэтому вскоре на улице его главным развлечением стало катание вокруг площадки по кругу, чтобы не привлекать к себе излишнее внимание. К сожалению, сегодня этот процесс прервала внезапно подставленная подножка.

Но если подумать, то что плохого будет, если он согласится? Если он подружится с этими дебоширами, то велик шанс, что дети его возраста перестанут задирать голову в его присутствии. Ведь они точно также робели, когда перед ними возникали грозные учащиеся средней школы в половину выше их.

Приняв решение, мальчик кивнул.

— Хорошо.

...И теперь он уже начал ненавидеть свой наивный детский мозг за него.

— На, тоже держи, чего опять мнёшься? Победителю полагается самая большая порция!

Восторженный хозяин скрипучего голоса настойчиво пихал в его сторону банку низкоалкогольного пива, но Скарамучча отказывался даже прикасаться к ней. Ему было просто противно пить после того, как кассир нахваливал его за порядочность.

— Задрал уже! Говорю же, что не буду!

— Ха-ха-ха, а чего так? Снова решил стать паинькой? А ведь воровать пошёл спокойно, даже бровью не поведя.

— Просто не хочу. Заткнись.

Голосистый парень ехидно посмеивался над ним в своей раздражающей манере, используя плечи Скарамуччи как подставку для локтей. Выбора не было, пришлось это вытерпеть.

— А ну правда, отстань от него. Порадуйся лучше, что нам больше достанется.

К счастью, самый тихий юноша остановил своего дружка, позволив Скарамучче немного расслабиться. Его также нельзя было назвать хорошим человеком, ведь в действительности он лишь изредка выступал голосом разума для остальных. Обычно же, потакая собственной трусости, он даже не осмеливался перечить им.

— Ладно.

Через время локти с плеч всё-таки убрали. После этого Скарамучча воспользовался возможностью лечь на спину.

Поудобнее расположившись на холодном профнастиле, он подставил лицо утренним лучам. Подростки выбрали в качестве места распивания украденного пива один из заброшенных гаражей, которых в их районе находилось чуть ли не больше, чем ощипанных кустов сирени и колючих акаций. Они разместились прямо на его крыше.

Тёплый свет просачивался сквозь яркую листву, рассеиваясь у вершины кроны дерева, посаженного неподалёку. Он медленно спускался по листикам, как ручеёк, обогревая собой растение, за что то в благодарность направило свои ветви навстречу солнцу, распустив их в живописный веер из самых разнообразных оттенков — от красного до желтовато-коричневого. Такая хорошая погода встречалась осенью крайне редко.

— О, смотрите, малявка какая! Да ещё и с телефоном! — вдруг выкрикнул кто-то из компании.

— Ого, реально! Я бы от такого не отказался!

«Да вы гоните!»

Скарамучча тут же поднялся. Осознав, что те задумали, он попытался их вразумить:

— Вы сбрендили? Она же маленькая совсем!

Раньше им нередко приходилось вступать в перепалки, в самые настоящие драки с другими старшеклассниками. Скарамучча даже однажды лично избил какого-то бедолагу, чтобы забрать у него музыкальный плеер и наушники. Тогда похвала за победу ощущалась как почёсанный воспалённый прыщ. Короткое удовольствие в обмен на длительный дискомфорт. Да и количество гнили после этого внутри сильно увеличилось. Позже он выбросил украденное, но удовлетворения не испытал. Он стал таким же ублюдком как они, но всё же имел свои принципы, которые ему думалось, что нарушать не придётся. Одним из таких было издевательство над малолетними детьми.

Хрупкая невысокая девчушка направлялась вдоль гаражей, держа за спиной розовый рюкзачок. По виду она была не старше восьми лет. Она скакала на одной ножке, перепрыгивая через воображаемые препятствия на землистой тропинке. Кажется, она также напевала себе под нос какую-то незамысловатую песенку.

К сожалению, у этих упырей не наблюдалось качества, называемого «совестью», поэтому Скарамучча был благополучно послан со своими нравоучениями.

— Завали рот! Если сам ни на что не годишься, пока тебя не пнут, то хоть старшим не мешай!

Он закусил губу. Полностью его проигнорировав, три подростка спрыгнули с крыши и подошли к девочке, заключив её в плотное кольцо.

— А ну-ка, — первый грубо выхватил у ребёнка из ладошек новенький кнопочный телефон, обклеенный наклейками с лесными животными. — Всё, это теперь моё.

— Но это мне папа купил! Не трогайте, пожалуйста! — малышка вскрикнула и начала шумно всхлипывать.

— Ну ничего, ещё купит. А теперь вали отсюда! Подумаешь кому-то сказать, башку сверну!

Девочка была так сильно напугана, что только вздрогнула, не в силах пошевелиться.

— Но у папы нет больше денег, его уволили с работы! Пожалуйста, верните! — увы, она зря взывала к тому чувству хулиганов, которое было у них атрофировано изначально.

После этого она заплакала. Так горько, что сжималось сердце.

— Ну и хрен с ней! Пошли отсюда! Что ты...

Неожиданно только что полученный телефон был ловко выхвачен из его рук. Скарамучча глянул на «приятеля» с нескрываемым презрением и отдал вещь обратно в руки девочки.

— Всё, держи. Можешь идти домой.

Захлёбываясь слезами, младшеклассница ещё пару раз жалобно всхлипнула и кивнула, после чего быстро убежала, не оборачиваясь.

— Ну и что это, блять, было?! — один из парней схватил Скарамуччу за ворот кофты и начал с силой трясти. — Страх потерял?!

— Отвали! Это у тебя совсем страха и мозгов не осталось, если решил, что докопаться до малолетки — это по-мужски!

Затем, применив силу, он вырвался из захвата и отпрыгнул в сторону. Все трое смотрели на него злобно, взглядом прожигая насквозь. Но ему уже было всё равно. Он уже давно понял, что им не по пути.

— Как-то ты оборзел, не находишь? Мы тут тебе помогаем, а ты так в спину плюёшь! Хочешь снова мусор по помойкам таскать?!

Раньше, когда Скарамучча не удовлетворял их требованиям, они вынуждали его рыться в мусоре под угрозой рассказать родителям о том, какой их сын вор и преступник. Но даже зная, что его мать находилась совсем не в том положении, чтобы обращать внимание на жалобы незнакомых школьников, он всё равно продолжать терпеть все эти унижения. Просто, чтобы не расстроить её. Сейчас это стало бы для неё ещё большим ударом.

— Пошли вы к чёрту! Вы совсем ебанутые, раз думаете, что я после такой хуйни продолжу вам прислуживать!

Рослый юноша злобно выплюнул:

— Ну если это твоё окончательное решение, то не надейся теперь прожить спокойную жизнь.

Напоследок он крикнул своим подельникам убираться, и те хвостиком последовали за ним, оставив бывшего участника их банды стоять в одиночестве.

Спустя неделю уже весь интернат обсуждал коротышку-плаксу, который был изгнан из группы малолетних бандитов. Хотя самой жертве слухов было, по большей части, всё равно на это. Он и раньше не вливался в коллектив сверстников. И пускай он осознанно решил начать водиться со скверными личностями, чтобы получить безопасность, сейчас, по прошествии нескольких лет, решение бросить эту игру в товарищество стало для него лучшим. У него хватало сил постоять за себя, поэтому в сомнительной компании нужда отпала сама собой.

Сегодня утро сопровождалось сильной пасмурностью. На улице совсем не виднелось прохожих. Густые тучи загораживали собой весь солнечный свет, который с похолоданием исчез практически без остатка. Разноцветные листья стали опадать, укрывая собой мёрзлую землю. Теперь осень наступила по-настоящему.