8.4 Красная Жрица и Город Теней (1/2)

По шкале жути Асшай получил довольно высокую оценку. Безжизненные окрестности, почти опустевший город, здания из неестественного чёрного камня, осквернённая река, зловещая атмосфера... Но Стигай… в Стигае всё это было доведено до одиннадцати баллов и даже ещё сверху стоило накинуть.

Здесь буквально было тихо, как в могиле, потому этот давно разрушенный город и впрямь являлся кладбищем. Тут и там повсюду разбросаны древние кости, и не слышно ни малейшего звука, окромя редких завываний ветра. Река Аш светилась бледно-зелёным фосфоресцирующим цветом, освещавшим самые нижние уровни города нездоровым сиянием, более ярким и в то же время каким-то более тёмным, чем в Асшае по ночам. Это и ещё добрая сотня других моментов обеспечили Стигаю первое место в списке самых жутких мест, которые они когда-либо посещали.

Но хуже всего оказалась тьма. Стигай располагался в Долине Теней, представлявшей собой не более чем узкую расщелину в Горах Морна, через которую река Аш протекала к Нефритовому морю. Утёсы здесь были настолько высокими и крутыми, что солнечный свет попадал внутрь только в полдень, да и тогда темень рассеивалась не особо.

И тьма эта была не обычной. Слишком непроглядная и не исчезала при появлении света, а отступала от него, как зверь, которому угрожали огнём. Она наползала на здания, как заросли джунглей, и делала воздух тяжёлым. Настолько, что они инстинктивно догадались: ни о каком аппарировании и полёте без посторонней помощи тут не может быть и речи.

Луна крепко держалась за свой увесистый посох из железного дерева и сердечной жилы дракона, а от его навершия исходило сильное золотое сияние. Не самые предпочтительные для неё материалы, но для своих задач годились. По настоянию Гарри у неё на поясе висел сейчас короткий меч из валирийской стали, несмотря на полное отсутствие опыта в его использовании.

Гарри держал свой клинковый посох в обеих руках, а за ним в воздухе левитировал ярко горящий железный факел, ибо он не желал полностью полагаться на магические источники света в таком удушливом месте. У него на поясе также висел меч из валирийской стали, на всякий случай.

Пробираясь через мёртвый город, они оба сканировали тьму перед собой сверкающими янтарными глазами сумрачных котов. Вокруг них не виднелось даже малейшего признака жизни, но их чувства прямо кричали о том, что они окружены.

— Гарри, ты чувствуешь вокруг нас Тьму? — прошептала Луна.

— Нет, — мрачно ответил он.

Пусть и ожидал почувствовать, но её попросту здесь не было. Ни изначального холода в воздухе, ни высасывающей силы безнадёги, ни обещания покоя, если они просто сдадутся и умрут. Тьма Стигая являлась не тьмой Бездны, а чем-то таким, с чем он раньше не сталкивался.

Какой-то звук заставил их замереть. Его едва можно было расслышать из-за их собственного дыхания и лёгких шагов, но он однозначно им не послышался: кости скребли по камню.

Луна сфокусировала свой магический свет в луч и направила его на тьму, но вместо того, чтобы сбежать, тьма этот луч поглотила. На один краткий миг показалось, что по краям света копошится множество живых теней. Затем свет в её посохе потух, словно его высосали досуха.

— Вот кака, это нехорошо, — жалобно произнесла она.

— Я бы даже сказал, плохо, — согласился Гарри, услышав в непроглядной темноте всё большее количество грохочущих и скрежещущих костей. — Бежим отсюда!

Они перешли на умеренный бег, потому что уже не в первый раз попадали в подобные передряги, а безрассудный спринт в таких ситуациях мог лишь их измотать. И, почти не задумываясь, пускали за спину разжигавшие мощное пламя заклинания.

— Гарри, это не поможет, — заметила Луна.

— Да чёрта с два я позволю ходячей кучке костей себя загонять, — возмущённо хмыкнул Гарри, но уже заметно расслабился, когда всё это наконец-то случилось.

Луна пустила перед ними огненный шар, чтобы получить лучшее представление о том, что находится впереди и испепелить небольшое скопление скелетов, оказавшихся на их пути, — скелетов, светящихся изнутри тьмой.

— Я думаю, тени в них вселились, чтобы им удалось выдержать свет от факелов, пока они будут разрывать нас на куски.

— Они также ждали, пока мы зайдём поглубже в город, прежде чем устроить засаду, — размышлял волшебник, орудуя своим клинковым посохом, чтобы разбить или разрубить оживлённые тенями кости, вставшие у него на пути. — Зачатки интеллекта, означающие, что нежить это непростая. Слишком много отдельных элементов, чтобы сойти за совместное творение злобы и магии теней. Кроме того, они слишком сильны. И должны были уже давно развеяться. Вливание жизненной силы? Но в таких масштабах? Должно быть, явление культурное, а с учётом этой вечной тьмы всё вполне сходится. Возможно, основано на религии. Даже вероятней всего. Есть шанс, что мы отыщем ответы в храме.

— Мост, — вклинилась Луна, прервав его монолог.

Гарри посмотрел в ту сторону, куда она указывала, и действительно увидел то самое сооружение, освещённое неестественным зелёным свечением реки. Оно было сделано из вездесущего чёрного камня и, конечно же, выглядело довольно прочным. И более того, то немногое, что можно было разглядеть на другой стороне, выглядело побогаче. Более широкие улицы по сравнению с тесными улочками внешнего города, через которые они вот-вот пробирались. Богатые районы означали храмы, библиотеки и особняки. Места знаний.

— Хорошо подмечено, дорогая, — похвалил он.

— Спасибо, милый, — улыбнулась Луна.

Они остановились посреди моста и, оглянувшись, увидели, что в темноте за ними движется настоящий легион скелетов. А полосы огня, которые они оставили позади себя, быстро исчезали, чего вовсе не должно было случиться.

— Этот чёртов камень… — пробормотал Гарри, создавая перед мостом ещё одну стену пламени и хмурясь, завидев, как она тут же начала ослабевать. — Он размывает нашу магию. И вообще, почему здесь вокруг столько ебучих костей? По моим самым скромным подсчётам, этому месту не менее пяти тысяч лет, и все они давно должны были превратиться в пыль.

Если подумать, то и сам город сохранился на удивление хорошо, и на чёрном камне разрушительных последствий времени вообще не разглядеть.

— Гарри? — выговорила Луна, глядя в светящуюся зелёную реку под ними.

— Что?

— Драугр, — сказала она, указывая на бурлящие воды.

— Что? — повторил Гарри и бросился к краю моста.

Из фосфоресцирующей реки вырывалась жидкая тень, от которой щипало глаза — верный признак чего-то, что физические органы чувств объять не в состоянии. Чернота, проползая по камню, переливалась через края моста, а за ней тянулось множество иссохших трупов с такой же почерневшей плотью.

— Что ж, это объясняет, почему реку так разъебало, — он сощурился и быстро подпитал сдерживавшую скелетов угасающую стену пламени. — Вперёд, моя дорогая.

— Ты уже давненько не был таким жизнерадостным, — с радостной улыбкой заметила Луна, бежавшая рядом с ним трусцой.

— Ну что тут скажешь, ностальгия нахлынула, — усмехнулся Гарри.

— Боливия и голодные джунгли?

— Да, хотя там вышло немного опаснее, чем здесь, — и так оно и было. Несмотря на легион бегущих за ними ходячих мертвецов, особой угрозы они сейчас не ощущали. Конечно, если они выйдут из-под света факелов, то, скорее всего, это будет означать мгновенную смерть, да и быть загнанными кучей скелетов тоже не очень здорово, но их уже не назвать парочкой неподготовленных новичков, впервые столкнувшихся с роем нежити, да и тузов в рукаве у них ещё имелось предостаточно. По сравнению с гигантскими плотоядными растениями, на каждом шагу подстерегавшими их в засаде, здесь всё выходило довольно незамысловато.

Самой опасной проблемой, с которой они сейчас столкнулись, являлась плохая видимость. Кроме зелёного свечения реки, единственным источником света оставался левитирующий факел. Поглощающие свет строительные материалы Стигая и минимальное количество дневного света, проникающего в ущелье, означали, что зачастую видеть перед собой им удавалось не более чем на пять или около того метров, и это при безупречном ночном зрении сумрачных котов.

И всё же, снижение плотности застройки, по крайней мере, означало ещё и снижение плотности нежити. Через пару минут беготни улица внезапно расширилась, и перед ними возникло некое широкое открытое пространство.

Луна тут же выпустила в воздух мощный и яркий огненный шар, понимая, что им нужно увидеть, куда двигаться дальше. Вспышка огня проявила огромную многоярусную площадь, что своим дизайном приковывала всё внимание к одному единственному зданию на вершине.

— Если это не храм, тогда и я не волшебник, — фыркнул Гарри и направился к огромному сооружению, а Луна последовала за ним.

Обогнать преследующие их полчища нежити им труда не составило, но, когда они достигли входа в храм, вдруг возникла одна проблема.

Дверной проём оказался таким же чудовищно огромным, как и всё остальное строение, и то, что когда-то, вероятно, считалось внушительными двойными дверьми, уже давно превратилось в труху.

Они двое уже давно взяли за привычку использовать свои Диски в качестве баррикад из-за их неразрушимых свойств, но этот дверной проём был более пяти метров в ширину, а в высоту вдвое больше. Каждый Диск всего лишь два метра в поперечнике, так что, даже выставленные друг с другом, они не смогли бы перекрыть весь проход.

— Отойди, дорогая, — сказал Гарри, доставая из пространственного кармана флакон со светящейся серебристой жидкостью.

— О-о-о, ты собираешься использовать Серебряный огонь? — с нетерпением спросила Луна, быстренько создавая полукруглую стену огня на лестнице храма, чтобы сдержать натиск нежити.

Затем она достала из своего пространственного кармана очень тёмные солнцезащитные очки.

— Лучшего места для его применения, чем кишащий нежитью город, просто не придумаешь, — отшутился Гарри и разлил содержимое флакона за порогом.

Серебристая жидкость начала мерцать, и Гарри с Луной поспешно отступили вглубь храма. Гарри также надел свои собственные солнцезащитные очки.

На мгновение наступила тишина, пока мерцание не достигло критической точки, а затем внезапно разгорелось в интенсивном серебряном пламени, изгнавшем все тени аж до самого конца площади. Эти плавающие в воздухе теневые монстры, которые всё это время держались на границе света их факела, были мгновенно уничтожены, а скелеты и драугры издали мучительные стоны и разбежались по всем тем тёмным углам, до которых смогли добраться.

— Ля, как же я обожаю эту штуку, — широко ухмыльнулся Гарри, глядя на светящееся пламя сквозь солнцезащитные очки. Это алхимическое оружие было, возможно, самым мощным из всех, что он когда-либо создавал. Совершенно автономное магическое пламя, излучающее обжигающий яркий свет, но не выделяющее тепла и не сжигающее того, к чему оно не прикасалось. А вот чего оно касалось…

— О боже, а камень-то не плавится, — заметила Луна.

— Чего… — категорично постановил Гарри, видя, что его жена права. Чёрный камень, вылизываемый светящимся пламенем, по виду даже теплее не стал. — Да что, чёрт возьми, не так с этим камнем?

Серебряный огонь плавил вольфрам быстрее, чем доменная печь плавила сыр. Он буквально всё, включая магию, использовал как топливо и был на 100% энергоэффективен. Если бы не тот факт, что для поддержания горения ему требовалась исходная жидкая основа, которой хватало ровно на шесть часов после контакта с воздухом, то этот огонь в конце концов испарил бы всю планету. Да ёбана в рот, он даже мог уничтожить магически выкованный металл, хотя и с трудом.

Но очевидно, с каким-то склизким камнем огонёк, видимо, не мог сделать ни шиша.

— Кажется, мою алхимическую гордость только что растоптали...

— По крайней мере, не похоже, чтобы его потушило, как обычный огонь, — добавила Луна, утешительно погладив его по руке.

— Будь это так, я бы сказал, что это херня собачья, — пробормотал Гарри. — Пойдём, надо проверить это место.

***

— Ох ё... — выдохнул Гарри в восхищении, когда свет осветительного заклинания померк.