Часть 23 (1/2)
Орион подскочил на кровати, словно его подключили к электросети! Сердце выбивало такой зубодробительный ритм, что позавидовал бы сам Дэнни Кэри из Tool. ”Где я?! Что за чертовщина?!” – вопил его внутренний голос, пока он вертел головой, пытаясь понять, в какой реальности он очутился. Робкий лучик света, словно крадущийся ниндзя, просочился сквозь щель в шторах, выхватывая из мрака знакомые очертания комнаты, любезно предоставленной Тревесом.
Словно потерпевший кораблекрушение, мальчишка вцепился в подушку, обнимая ее как последний шанс на спасение. Одиночество и темнота навалились, как тонна кирпичей. И тут его словно молнией шарахнуло: а ведь как же, оказывается, было уютно спать с этим огромным медведем! Да, призрак страха, что Тревес вдруг решит перейти к более ”активным” действиям, все еще царапался где-то в глубинах сознания, но… Но мужчина просто обнимал его, позволяя мальчишке утонуть в оазисе безопасности, которым была его широченная грудь. Орион и думать забыл, что такое – чувствовать себя защищенным. А теперь… теперь эта комната, пусть и в обители Тревеса, казалась ледяной пещерой. Даже близость комнаты, где посапывал его неожиданный покровитель, не могла заменить тепла его объятий.
– Да, когда я успел так к нему привязаться? – прошептал юноша, сжимая подушку так, будто в ней заключалась сама жизнь. Кажется, кто-то тут влип по самые уши.
Орион выдохнул с присвистом, словно прокололи воздушный шарик, и запустил подушку в угол комнаты с силой, достойной метателя ядра.
– Эй, ты чего нюни распустил?! Подбери сопли! – прорычал он сам себе, вылетая из кровати, как будто его ужалила разъяренная пчела. ”Да ты же Орион, гроза морей и повелитель кактусов! Ты такие передряги выгребал, что Тревесу в самых кошмарных снах не поместятся! А тут размяк из-за отсутствия персонального солнца! Позорище!”
Решив доказать этому дрожащему куску желе, что он – титан, а не кисель, мальчишка с маниакальным блеском в глазах юркнул обратно под одеяло и натянул его на голову, словно броненосец в кокон. ”Если я тут как бы есть, но меня как бы нет, значит, и проблемы как бы нет!” – подумал он с хитростью лисы и мудростью совы. Но как бы он ни старался изобразить из себя крутого мачо, страх все равно просачивался сквозь одеяло, словно зловредный газ, и начинал устраивать дискотеку у него в животе. Сердце долбило так, будто решило сыграть соло на барабанной установке.
Не выдержав этой душераздирающей пытки, он сначала высунул из-под одеяла кончик носа, как перепуганный мышонок, а потом, с боевым кличем ”За печеньки!”, вылетел из кровати и, подлетев к двери, распахнул ее с таким грохотом, что та едва не отправилась в увлекательное путешествие по коридору.
В лицо ему хлынула тьма коридора, густая и непроглядная, как чернила. Ориона затрясло, как осиновый лист на ветру, и предательская слеза, словно разведчик, скатилась по щеке, а за ней хлынул целый водопад. Шмыгая носом, словно простуженный кролик, он, вытянув руки вперед, побрел на ощупь в сторону комнаты Тревеса.
Остановившись, он вытер кулачком мокрые дорожки на щеках и прошептал, словно заговорщик:
У него кровать – как аэродром! Он даже не заметит, как я там приземлюсь. А рано утром, словно ниндзя, ускользну обратно в свою комнату.
Мальчишка, собрав остатки храбрости в кулак, приложил ухо к двери мужчины. Тишина. Ни звука.
Спит, как убитый, – прошептал он, облизывая пересохшие губы. Рука дрожала, когда он тянулся к дверной ручке, но страх гнал его вперёд, как погонщик кнутом заставляет упрямого мула двигаться с места. Лёгкий щелчок, и дверь приоткрылась, словно приглашая в тёмное чрево ночи.
В комнате царил полумрак, освещённый лишь слабым лунным светом, пробивающимся сквозь неплотно зашторенные окна. На огромной кровати, занимавшей почти всю комнату, мирно посапывал хозяин дома, больше похожий на спящего медведя, чем на космического пилота. Мальчишка, словно мышь, крадущаяся к сыру, на цыпочках пробирался к спасительному островку тепла и уюта.
Подкравшись к кровати, Орион замер, словно кролик, увидевший удава. Тревес во сне что-то бормотал, и юношу прошиб холодный пот. ”Вдруг он сейчас проснётся и решит, что я хочу с ним переспать?” – пронеслось в голове. Но отступать было некуда. Собравшись с духом, он осторожно поднырнул под одеяло, стараясь не разбудить спящего богатыря.