Часть 14 (1/2)

— Папа, я не хочу идти сегодня!

— Скорпиус, в чем дело?

— Они… Говорят, что я странный, потому что меня приводит папа, а у них это делают матери.

Скорпиус сжался, потирая нос, и уставился в землю, переминаясь с ноги на ногу. Драко смотрел на него сверху вниз, держа в руках рюкзак сына. Лёгкий утренний холод пробирал сквозь ткань пальто, но это было неважно. Важным было то, что сейчас перед ним стоял маленький мальчик, его сын, впервые столкнувшийся с тем, чего Драко не смог предотвратить — с чужими взглядами, чужими словами, чужими нормами, которым он якобы не соответствовал.

Драко медленно присел на корточки, оказываясь на одном уровне с сыном.

— И ты поверил им? — его голос был мягким, но в нём скользнула едва уловимая строгость.

Скорпиус нахмурился, вздохнул, глядя куда-то в сторону.

— Я не знаю. Они просто… Говорят.

Драко протянул руку, аккуратно пригладил выбившийся из светлых волос локон.

— Они говорят, потому что привыкли видеть только один вариант, — тихо объяснил он. — Но это не значит, что твой вариант неправильный. Твоя мама всегда с тобой, а физическое присутствие не самое важное.

Скорпиус упрямо сжал губы.

— Я знаю, но хотя бы сегодня, почему нельзя остаться дома?

— Потому что тебе важно быть среди других детей, дружить, играть, учиться, — Драко спокойно выдержал его взгляд. — А мне важно, чтобы ты понимал: не всё, что говорит толпа, правильно.

Мальчик, похоже, обдумывал его слова.

— А если они опять скажут?

— Тогда ты спросишь у них, почему это так важно, — Драко усмехнулся, поправляя шарф на шее сына. — И посмотришь, как они сами запутаются в своём ответе.

Скорпиус фыркнул, но в его глазах мелькнул огонёк, который Драко заметил не сразу.

— Значит, можно говорить, что у меня папа лучше всех?

— Нет, — Драко поднялся, протягивая ему рюкзак. — Нужно говорить, что ты сам лучше всех.

Скорпиус расплылся в довольной улыбке, наконец приняв рюкзак и закинув его за спину.

— Хорошо.

Иногда дети задавали самые сложные вопросы.

Драко наблюдал, как Скорпиус бодро направился к зданию детского сада, но взгляд его был сосредоточен не только на сыне, а на самом месте, которое он выбрал для него. Магловский детский сад.

Ещё десять лет назад он бы даже не допустил такой мысли. Нет, не потому что презирал маглов — нечто подобное давно выгорело в нём, словно старый пепел, но потому что это было бы чем-то немыслимым в его окружении. Малфои и маглы. Тогда это звучало как оксюморон.

Скорпиус не проявил пока ни единого признака магии. Возможно, это было временно, возможно, позже он удивит их всех, но пока он был просто ребёнком, таким же, как и тысячи других детей. И Драко не видел смысла держать его запертым в поместье, окружённым наставниками и гувернёрами, словно он какая-то фарфоровая статуэтка, как это было с ним.

Он хотел, чтобы его сын учился взаимодействовать с миром, видеть его за пределами старых традиций.

Когда он впервые озвучил это Нарциссе, та лишь молча посмотрела на него, а потом сказала:

— Главное, чтобы он был счастлив, Драко.

И тогда он понял, что сделал правильный выбор.

Даже во Франции маги знали, кем они были. Слухи и новости не имеют границ географии. В магловском детском саду не было фамильных предрассудков, там не смотрели на его ребёнка, как на наследника состояния или как на тень его прошлого. Там он был просто Скорпиусом. Он мог играть, смеяться, познавать этот мир без необходимости оправдывать чужие ожидания.

Драко думал, что ему будет сложнее привыкнуть к этому. Но, как оказалось, не магловский мир сам по себе вызывал у него дискомфорт, а его прошлые убеждения, которые он отбрасывал слой за слоем.

Теперь он просто стоял перед зданием, где его сын учился, и не чувствовал ни капли сомнения в своём решении.

***

Драко сидел за массивным тёмным столом в своём офисе, погружённый в документы, когда в дверь без стука вошла Пэнси. Она, как всегда, выглядела идеально — волосы собраны в элегантный пучок, тёмно-зелёный костюм подчёркивал осиную талию, а в руках она держала стопку бумаг.

— Ты выглядишь, как человек, который провёл ночь в постели с балансами и финансовыми отчетами, — заметила она, опускаясь на кресло напротив.

Драко, не отрываясь от документов, хмыкнул:

— Почти так и было.

— Мы опаздываем на встречу с подрядчиками в три часа, и если ты не дашь мне зелёный свет по бюджету на рекламную кампанию, мне придётся выбирать между продакшеном и креативом, — без предисловий заявила она, кидая перед ним папку с финансовыми расчетами.

Драко мельком взглянул на неё и перевернул страницу.

— Ты же знаешь, что я не стану резать бюджет на рекламу. Если требуется дополнительное финансирование, сократи административные расходы.

— Мы уже это сделали, — заметила Пэнси, сев напротив него и закинув ногу на ногу. — Если урежем ещё, придётся оставить тебя без нового итальянского кресла.

— Тогда уж лучше найди мне инвестора, — фыркнул Драко.

— В этом нет необходимости, — с улыбкой ответила Пэнси, протягивая ему ещё один документ. — У нас рост продаж на 15% за последние три месяца. Но чтобы закрепить результат, нам нужна новая стратегия.

Драко бросил на неё внимательный взгляд.

— Ты уже придумала что-то?

— Разумеется, — она картинно вздохнула. — Мы усилим присутствие на магловском рынке, а также проведём два закрытых мероприятия для премиального сегмента.

Он задумчиво постучал пальцами по столу.

— Это разумно. Учитывая, что часть наших поставщиков тоже маглы, логично открываться и на их аудиторию.

Драко на мгновение замолчал, переваривая информацию, потом взял перо и быстро поставил подпись под её предложением.

— Одобряю. Подготовь презентацию к концу недели, и можешь начинать переговоры с…

Он не успел договорить, потому что дверь кабинета приоткрылась, и внутрь заглянула его секретарь.

— Monsieur Malfoy, excusez-moi<span class="footnote" id="fn_39155483_0"></span>, но у вас посетитель.

Драко даже не поднял взгляда.

— Пусть месье Бачелет подождёт пару минут.

Секретарь нервно кашлянула.

— Ce n&#039;est pas lui, monsieur<span class="footnote" id="fn_39155483_1"></span>. Это некая manquer<span class="footnote" id="fn_39155483_2"></span> Грейнджер.

Драко не сразу осознал смысл сказанного. Его перо застыло в воздухе, капля чернил набухла на кончике, готовая сорваться и испачкать бумагу, но он так и не довёл росчерк до конца. Мозг отказывался воспринимать реальность — как будто секретарь только что произнесла что-то абсурдное, невозможное.

Ему почудилось. Должно было почудиться.

Но взгляд Пэнси, её резкое движение, когда она мгновенно подняла голову и уставилась на секретаря, говорило о том, что он всё-таки услышал правильно.

Он медленно положил перо на стол, сцепил пальцы в замок, удерживая руки от порыва нервно сжаться в кулаки.

— Повтори, — его голос прозвучал слишком тихо, но от этого только тяжелее.

Секретарь неловко переступила с ноги на ногу, явно ощущая накал в комнате.

— Гермиона Грейнджер, monsieur. Она здесь и хочет с вами поговорить.

На несколько секунд в кабинете повисла оглушающая тишина.

Драко мельком посмотрел на Пэнси, ожидая какой-нибудь колкости, но та молчала, широко распахнув глаза. Затем её губы приоткрылись, будто она собиралась что-то сказать, но, передумав, только покачала головой.

Он не пошевелился.

Внутри всё сжалось от раздражения. Нет, даже не раздражения — чего-то более глубокого, более колючего, застрявшего в груди. Она приехала. Сюда. В Париж. В его офис. После всего.

Пэнси первой пришла в себя.

— Делай ставки, — негромко усмехнулась она, качнув головой. — Через сколько минут она предложит сделку?

Драко продолжал смотреть на дверь, будто сквозь неё мог разглядеть женщину, которая когда-то снесла его планы на переговоры одним росчерком пера.

— Она сказала, о чём речь? — его голос был ровным, выверенным, без лишних эмоций.

— Нет, monsieur. Только что хочет поговорить.

Он выдохнул через нос, коротко и резко, переводя взгляд на стол. Внутри всё ещё бушевало раздражение, но поверх него лёг странный оттенок любопытства.

— Впусти, — коротко бросил он, наконец откидываясь на спинку кресла.

Секретарь поспешно кивнула и скрылась за дверью, оставляя после себя ощущение предстоящей бури.

Драко знал, что должен сохранять хладнокровие. Он должен был встретить её так, как и полагалось — безразлично, с лёгкой тенью скуки на лице, дать понять, что её появление здесь ничего не значит. Что она для него — никто, просто деловой визитёр, не более.

Но внутри всё было иначе.

В тот момент, когда дверь снова открылась и в кабинет вошла Гермиона Грейнджер, в груди что-то сжалось. Чувство было неприятное, колючее. Он давно должен был выбросить её из головы. Её и всю эту чертову сделку, которую она разрушила так легко, так самоуверенно. Он уехал, закрыл дверь в прошлое, он сделал этот выбор, и его никогда не волновало мнение других.

Она вошла уверенным шагом, спина прямая, подбородок чуть приподнят — всё то же упрямство, с которым она смотрела ему в глаза в тот момент, когда обрубала переговоры перед Кингсли. Ни следа сомнений, ни малейшего намёка на колебания. И всё же…

Что-то было не так.

Драко был наблюдателем. Он не просто смотрел — он видел. Грейнджер держалась уверенно, но это была выученная, отточенная годами выдержка. На самом деле она выглядела иначе. Чуть бледнее, чем обычно. Глаза выдали её больше, чем все остальные детали. Они не метали молнии, не горели праведным огнём борьбы, не бросали ему вызов, как раньше.

Она выглядела… усталой.

Пэнси поднялась со своего места, скрестив руки на груди, но Драко жестом велел ей остыть. Он сам разберётся.

Гермиона остановилась в нескольких шагах от стола, не предлагая рукопожатия, не говоря ни слова, просто смотря прямо на него.

— Мисс Грейнджер, — Драко первым нарушил тишину. Его голос прозвучал ровно, чуть лениво, будто её появление не вызывало в нём никаких эмоций. — Какой приятный сюрприз.

Она не вздрогнула, не отвела взгляд, но он видел, как напряглись её плечи.

— Мистер Малфой. Я прошу прощения, если я нарушила ваши планы своим визитом, — спокойно ответила она, и его раздражало, насколько невозмутимо это прозвучало.

Пэнси хмыкнула, усаживаясь обратно, и Драко мельком взглянул на неё. Её лицо выражало чистый интерес.

— Что привело вас во Францию? — он откинулся назад, сцепив пальцы на столе, нарочито расслабленно. — Неужели скучали по нашему обществу бывших Пожирателей?

Она выдохнула, будто мысленно готовилась к этому разговору.

— Давайте без игр, мистер Малфой, — её голос был спокойным, но Драко уловил что-то в её тоне. Напряжение? Или, может быть, что-то другое?

— Игры? — он вскинул бровь, позволяя усмешке скользнуть по губам. — Но мне казалось, что вы в этом мастер.

Она проигнорировала колкость, не дрогнула, но он знал, что за этим стояло. Она понимала, что ему наплевать на её попытки вести этот разговор на её условиях.

Проблема была в том, что ему не было плевать.

Где-то глубоко, в самом дальнем уголке его сознания, закралось неприятное осознание: она не могла просто так прилететь сюда.

Значит, у неё не было выбора.

И если Грейнджер приходила с протянутой рукой, значит, ставки были высоки.

— Будь по-вашему, — наконец сказала она, не сводя с него взгляда. — Мне нужно поговорить с вами, и, если это возможно — наедине.

Драко молчал.

Она всё же пришла.

Пэнси бросила на него выразительный взгляд, явно наслаждаясь моментом.

Драко медленно поднялся с кресла, обходя стол.

— О, так теперь тебя интересует сделка? — его голос был тихим, но в нём скользнуло что-то ледяное, что-то напомнившее им обоим тот день в Министерстве.

Гермиона не отвела взгляд.

— Дело не только во мне, — ответила она. — Но если хочешь думать иначе — можешь.

Он усмехнулся.

Она пришла сюда, ожидая, что он согласится её выслушать, но забыла, что это уже не её игра.

— Тогда скажи мне, Грейнджер, — он приблизился, сдерживая желание наслаждаться этим моментом, — почему, после всего, ты решила вернуться к этому вопросу?

Он видел, как что-то мелькнуло в её глазах.

Пэнси подняла бровь, её глаза сверкнули недовольством, и Драко буквально услышал, как она мысленно скрипнула зубами.

— Гермиона, дорогая, тебе не кажется, что ты уже достаточно повеселила нас своим внезапным визитом? — голос её прозвучал с сухой насмешкой. — Или теперь ещё и тайны пойдут в ход?

Гермиона не отвела взгляда, даже не дрогнула от её язвительности, но Драко видел, как едва заметно напряглась её челюсть. Она ожидала сопротивления. Ожидала, что ей не дадут лёгкого разговора.

Он перевёл взгляд на Пэнси.

— Пэнс, пожалуйста, оставь нас, — спокойно сказал он.

Она сжала губы, глядя сначала на него, потом на Гермиону, а затем шумно выдохнула и поднялась со своего места. Пэнси направилась к двери, намеренно останавливаясь плечом к плечу к незваной гостье, но та даже не повела взглядом.

Драко посмотрел ей вслед, затем медленно повернул голову к Грейнджер.

— Ну что ж, мисс Грейнджер, — его голос прозвучал мягко, с ноткой насмешки. — Теперь у нас есть тишина и уединение. Так что давайте же разберёмся, ради чего вы пересекли Ла-Манш и решили заглянуть в мой офис.

Он обошёл стол и прислонился к его краю, скрестив руки на груди.

Гермиона глубоко вдохнула, явно готовясь к предстоящему разговору.

Драко смотрел на неё, сцепив пальцы и накрывая ими губы, будто не спешил говорить, будто давал себе время разобраться в этой ситуации, давая ей тянуться, расползаться по комнате тягучим напряжением.

— Итак, Гермиона, — он специально произнёс её имя медленно, почти смакуя. — Не припомню, чтобы вы когда-либо испытывали особое желание видеть меня. Что изменилось?

Она стояла напротив него — прямая, собранная, внешне спокойная, но он видел в её взгляде что-то другое. Неуверенность? Нет, Грейнджер была бы последним человеком, которого он мог бы уличить в неуверенности, но в ней точно было что-то, что шло вразрез с её привычной категоричностью.

— Я хочу возобновить сделку, — её голос прозвучал твёрдо, но он слышал, как ей далось это признание.

— Хочу? — переспросил он с лёгкой усмешкой. — Это ваше желание или приказ сверху?

— Моё предложение, — парировала она, выдерживая его взгляд.

Он чуть склонил голову набок, изучая её, цепляясь за каждую деталь: за то, как напряглась её шея, за то, как плотно она прижимает руки к себе, как её плечи хоть и прямые, но неестественно зафиксированы.

Она держалась, но ему не надо было её слов, чтобы знать, как много стоил ей этот разговор.

— Вы понимаете, что после всего произошедшего у меня нет ни одной причины соглашаться?

— Я понимаю, — ответила она ровно, почти холодно.— Но я думаю, что смогу переубедить вас.

Драко медленно провёл языком по зубам, оценивая её. Её тон был твёрдым, но он чувствовал под этой бронёй слабость. Что-то в её позе, в едва заметном движении пальцев, в слишком выверенной ровности голоса подсказывало ему, что это даётся ей нелегко.

—Intéressant<span class="footnote" id="fn_39155483_3"></span>, — протянул он, сжав пальцы на предплечье, когда скрестил руки. — Но ваши условия меня не интересуют, мисс Грейнджер.

Гермиона не отвела взгляда. Её дыхание оставалось ровным, но он видел, как напрягся её подбородок.

— Тогда давайте обсудим, что может вас заинтересовать.