Theo II (1/2)
Feel the whole world coming down on me,
I feel you wanna save, but actuality
Shoots me down bang, bang, bang
Heading out of bed got this boomerang
Always comes back harder than I thought
Different kind of blues that's in triggered my heart
(c) IAMJJ – Different Kind of Blues
И вот она, сумеречная часть этого злополучного дня вступила в свои права.
С особой тщательностью Тео подобрал одежду, проследив, чтобы все ткани сочетались по текстуре и цвету, чтобы волосы лежали притягательной волной, а запах соответствовал чему-то прохладно-мятному.
Горячее предвкушение вечера не давало Теодору ощущать себя адекватно. Одним словом, вёл он себя, как девчушка, собирающаяся на Святочный бал. Ноги подкашивались от странного ощущения, что уже завтра они с Драко отправятся на целых две недели тусоваться и устраивать «пижамные вечеринки» в Малфой-Мэнор, а сегодня… интуиция подсказывала, что сегодня «что-то изменится».
А ноттовское чутьё, это вам не скрестить веточки валерианы и ягоды омелы. Это штука работала на более сложных уровнях.
Поэтому Тео, не заморачиваясь насчет отсутствия шарфа, в наспех накинутом пальто вылетел прямиком в снегопад, надеясь добраться до совятни быстрее, чем совсем стемнеет. В голой ладони он крепко сжимал скоропалительно составленное письмо для отца, извещающее о том, что его отпрыск будет вынужден провести каникулы вне дома.
Ну, как «вынужден». Разумеется, он не под принуждением отправляется в Малфой-Мэнор. Но под действием сильнодействующих чар - это безусловно.
Тео буквальным образом вспорхнул на кривую лесенку, сплошь усеянную птичьим пометом и припорошенную обильным слоем снега, направив луч света себе под ноги и молясь о том, чтобы не навернуться и не сломать себе шейные позвонки. А то вышло бы весьма трагично. Почил в юном возрасте, только-только познав для себя радости первой любви.
Интересно, кто бы горевал о нём?
Ледяной порыв ветра ударил по худосочной фигурке, пронзив тело тысячью малюсеньких игл в намерении пустить свои острые клыки сквозь кости. Но из-за влюбленного пыла Тео не чувствовал ни голода, ни аппетита, ни холода. Оркестр гормонов играл свой концерт, заставляя организм работать на иных формулах.
Энергии - хоть отбавляй.
Он порывисто влетел в совятню, как вдруг ощутимо врезался в кого-то. Нотт приглушенно охнул, намереваясь принести официально-вежливые извинения, но внезапно столкнулся с зелёными растерянными глазами, блеснувшими из под тонкой оправы круглых очков.
А, это всего лишь…
Плечи Теодора расслабленно опустились, а на лице заиграла прохладная усмешка. Он сделал шаг влево, но по иронии судьбы Поттер тоже решил обогнуть его, метнувшись в сторону, точно отражение в зеркале.
Забавно!
На ум некстати пришёл урок Прорицаний, и Тео боднуло неприятное ощущение, от которого что-то внутри желудка тошнотворно сжалось.
Раньше бы он промолчал и невозмутимо обошёл «препятствие», но сейчас, намеренно перегородив знаменитому мальчику дорогу во второй раз, усмешка его стала шире, а с губ слетело издевательское:
— Поттер, я не стану учить тебя танцам, даже не проси!
Малфой бы точно оценил шутку.
Жаль, бравый гриффиндорец похвастаться отменным чувством юмора не мог.
Поттер упрямо сжал губы в тонкую линию. Желваки на его лице заходили ходуном, а взгляд сделался жестким, почти обиженным. Он двинулся прямо, намеренно задевая Нотта плечом, и начал спускаться вниз.
— Псих, - пробормотал Тео себе под нос, неосознанно потерев предплечье, пострадавшее от внезапной агрессии шрамоголового.
Расправившись с письмом, слизеринец обнаружил, что начинает ощутимо мерзнуть, но стоило ему вызвать утренний образ Драко в голове… М-м-м.
Светлячки трепыхнулись в желудке, проскальзывая в солнечное сплетение.
Жар-ко.
Воображение крутануло Нотта дальше, в новую воронку из будущих «воспоминаний», например, как предстоящей ночью Тео будет нежиться в тепле и кольце приятных сердцу рук. И глубоко вдыхать аромат перечной мяты.
Наверняка Драко придёт к нему и сегодня.
«С тобой мне не снятся сны».
Нотт обнаружил себя среди вонючей совятни с блаженной улыбкой во весь рот и невидящим взглядом, направленным куда-то сквозь пространство.
Мерлин, кажется, я тронулся умом. Поехал. Повредился.
Тео запахнул пальто и вышел, аккуратно придерживаясь за покрытые толстым слоем льда перила. Волосы нещадно лезли в глаза от неистовых порывов ветра, но юноша даже не сопротивлялся природному хаосу.
Только не наебнись, дорогуша, умоляю.
На первом же пролете Нотт различает знакомую приземистую фигуру одного небезызвестного представителя львиного факультета, который, какого-то хрена, злобно пялился на приближающегося Теодора.
Это уже интересно. Хоть и утомительно. Второй раз за день он не вынесет стычки с упрямыми дегенератами.
Шатен откинул мешающие волосы назад, придерживая одной рукой пальто, а другой - свои бунтарские кудри, и вытянул губы в своей самой обезоруживающей улыбке.
— Нотт! - грубо гаркнул Гарри, делая порывистый шаг ему навстречу.
— Чего тебе?
С отребьем, хоть и знаменитым, лучше разговаривать на их языке, поэтому Тео предусмотрительно добавил в тембр эдакой «деревенской наждачки».
— Хотел сказать… просто хотел сказать, что мне противны такие, как ты!
Изумрудные глаза пылали и обрушивали на собеседника щедрый град молний, в то время как Тео немного удивленно приподнимал брови вверх.
Чего…?
Сегодняшний день полон сюрпризов. И такого шоу он уж никак не мог ожидать.
— Эм-м-м… Окей! - Нотт беспечно фыркнул, собираясь обойти прилипчивого идиота, у которого точно засвистела фляга после встречи с Тёмным Лордом, ибо он начал цепляться ко всем без разбора, но не тут-то было. Герой Магического Мира внезапно храбро шагнул в сторону, вставая на пути слизеринца, и по-ослиному зыркнул на него, мол, «разговор не окончен».
Мерлин.
Тео сдержался, чтобы не закатить глаза аж до самого затылка.
Разбираться с неадекватом в виде очкастого мальчика абсолютно не входило в планы Нотта.
— Поттер, - Тео лениво перевёл на недоростка равнодушный взгляд и с особым смаком произнес. - Я с тобой на Бал не пойду, извини!
Класс! Ещё одна удачная шутка в копилку.
— Да, конечно. Пойдешь с Малфоем! - выплевывает шрамированный с такой обжигающей ненавистью, что Нотта слегка пошатнуло, и он непроизвольно отступил назад.
Завывание ветра оглушало.
Двое парней молча уставились друг на друга почти с одинаковым выражением.
Не может быть.
Тео поражен. Поттер - не меньше.
Они вглядывались друг в друга, чуть ли не с раскрытыми от шока ртами. Это мгновение тикало бесконечно долго, растягиваясь, подобно сладкой тянучке.
Карие глаза цепко выхватили смятение, стыд, ярость, ревность… Чёрт, да все эмоции «великого» гриффиндорца примитивно лежали на поверхности, - на, бери, разглядывай, сколько душе угодно.
Всё настолько стало очевидно, что хуже не придумаешь.
Вот это…
— … да, - Тео понял, что выдохнул это шокированное признание вслух, не сумев сдержать себя, в точности, как Поттер парой секунд назад.
Бум.
Все пазлы, обрывки воспоминаний засветились, собираясь в единый рисунок.
Вот лицо Поттера, явно выражающее смятение и отрицание очевидного. Пылкий приступ ревности, направленный отнюдь не по милу душу Теодора Нотта.
Переглядки на Прорицаниях.
Периодически пустая постель Малфоя, когда Тео просыпался раньше всех из-за очередного кошмара.
И вот, казалось, что ночные отсутствия Драко, начавшиеся в сентябре, - это просто гуляния под луной и поэтически-страдальческая рефлексия, присущая юному аристократу. Или неприязнь к Теодору и нежелание находиться в одной спальне после инцидента на Хэллоуине.
Но… вдруг Малфой втайне завёл себе «друга»? Неказистого такого друга, которого Драко с первого курса не мог спокойно обойти стороной. Друга, который, кажется, попал под обаяние Ледяного Принца. Видимо, так же необратимо, как и сам Тео.
Пиздец. Другого французского слова для этого невозможно найти.
Нотт не выдержал и согнулся пополам от хохота. Морозный воздух разодрал глотку, но Тео не смог остановиться, в отчаянии хватаясь за подрагивающий живот.
Какая безвкусица! Какая пошлятина Судьбы!
Лицо парня напротив покрылось алеющими пятнами, он вмиг помрачнел, вздрогнул и сделал ровно то, что подтвердило все подозрения Нотта - доблестный Гарри Поттер развернулся и на полном ходу понесся по обледеневшей лестнице вниз, сверкая пятками.
— Так вот оно что… - Тео утёр выступившие слёзы, продолжая содрогаться в очередном приступе колкого смеха, закладывающего уши. - Маленький ты извращенец! Куда ты? От себя не убежишь, Потти!!
Нотт надеялся, что мощность сего выкрика непременно столкнёт недоумка с лестницы.
Как жарко, хочется содрать с себя пальто, точно ненужную вторую кожу.
Слизеринец уже не слышал отдаляющихся шагов, не улавливал шум ветра. Мороз отошёл на второй план. И даже собственные судорожные вдохи казались каким-то фоном. Несуществующей реальностью.
В ушах беспощадно загремели, точно на повторе, дурацкие реплики Драко, которые Тео тогда - в необходимый момент! - не воспринял всерьёз, посчитав, что это очередная декадентская хуйня, по типу любимой малфоевской «Скорби Сатаны», цитатами из которой он пичкал всё своё окружение, но оказалось…
«Я так люблю рассветы здесь… Ты когда-нибудь встречал рассветы тут?»
«Тебе не было противно? Ты ведь его не знаешь!»
«Всё изменится. Возможно, это произойдет сегодня.»
Нотту нестерпимо захотелось напиться. Ужраться в хлам. Или чтобы его заморозило нахрен возле вонючей совятни. До смерти.
Соберись, жалкая ты скотина. Кусок дерьма и то выглядит достойнее тебя.
От одной такой мысли спину выгнуло в ровную прямую линию. Тео сделал резкий выдох, всё внимание направляя на то, чтобы соединить лопатки.
Надо держать ровнее. Ещё. Вот так.
Нотт спокойно зашагал по лестнице вниз, мысленно успокаивая себя самым привычным способом - диалогом с собой.
Завтра я всё узнаю у Драко. Или сегодня. Как повезёт.
В совершеннейшем анабиозе Теодор сумел добраться до гостиной Слизерина.
Удача всё ещё была на его стороне, не позволив ни с кем столкнуться и попасть незамеченным в пустующее пространство подземелий.
В спальню идти не хотелось. Видеть Драко - тоже. Отчего-то Нотт равносильно боялся как убедиться в правоте своей паранойи, так и найти в серых глазах насмешку и искреннее удивление на предположение о ночных встречах с Золотым Мальчиком.
Тео грудой костей плюхнулся в кресло, укладывая ноги на краешке стола и запрокинув голову за спинку. Он удрученно вздохнул, а затем прикрыл глаза для лучшего эффекта.
Кровь моментально прилила к лицу. Думать стало легче, а боль от сильного давления приятно покалывала затылок. Это успокаивало.
Тш-ш-ш. Всё хорошо, малыш Тео.
Он потянулся и сильнее наклонил голову назад, издав тихий болезненный стон от давящего ощущения в шее.
Думай. Как вообще сообщить о своих подозрениях блондинчику?
«Драко, а ты случайно не шарахаешься ночами с Потти по всему Хогвартсу, м? О, не смотри так на меня, я бы и не догадался, если бы он не полез ко мне со своей ревностью…»
Внезапно сердце пропустило один удар. Тео напрягся от пойманной за хвост любопытной мыслишки.
А действительно, почему это Поттер решил так открыто выразить свои «претензии»? Почему именно сегодня? Что его сподвигло? Может, Драко что-то сказал ему, или…
— Позируешь для «Ведьмополитена»? - вкрадчиво и с нотой дружелюбной иронии произнес Блейз Забини.
Совершенно невовремя.
Не меняя положения, Тео лишь сильнее изогнул своё тело, намеренно выставляя то в самом выгодном ракурсе, и холодно произнес:
— Нет, для тебя.
Что в переводе: «До самого выпуска я буду доставать тебя гейскими шутками».
Желанных шагов на выход из гостиной не последовало, значит, слова не возымели должного действия. Досадно.
Тогда кудрявый юноша промокнул кончиком языка уголок рта и принял вертикальное положение.
Мулат стоял у дивана. Лицо непрошибаемо-спокойное, точно это не он сегодня остервенело душил воротник ноттовской белоснежной рубашки вдали от чужих глаз.
Лицемер.
Хочешь поиграть? Ну, давай.
Тео хмыкнул, выуживая из кармана свой портсигар, пока Забини в звенящей тишине не уселся на диван, прямо напротив слабо горящего камина - единственного источника света в этом почти подводном царстве.
А ты сам не лицемер, Тео?
Вопрос, конечно, с подвохом.
И, как ответ от мироздания, прозвучал знакомый звук отодвигающейся двери в подземелье, и в гостиную, как два чёрно-белых лебедя, вплыли Дафна и Панси, о чём-то жарко споря. Но заметив сокурсников, обе девушки тотчас же умолкли и, осыпав кудрявого парня убийственными взглядами, гордо прошествовали к спальням девочек. В полнейшем демонстративно-важном молчании.
Тео устало вздохнул, прикуривая сигарету, и красиво затянулся.
Скорее всего, этот драматичный спектакль от бывшей девушки Нотт будет наблюдать ближайшие пару месяцев. Хочет он того или нет.
По правде говоря, Тео нравилась Дафна.
Весьма симпатичная. Не глупая, как та же Паркинсон, которую чистокровный волшебник считал непроходимой тупицей и завистливой змеей.
Дафна же была добра к нему. Даже дала всего через неделю после стыдливых ужимок и неловких объятий по вечерам. А это был действительно жест широкой души и огромного сердца, способного к состраданию.
А ещё она была блондинкой. А Тео любил белый цвет. Снежный, почти что платиновый.
Он выдохнул дым и ещё раз смачно затянулся, вспомнив о другой «блондинке», которая без особого труда залезла ему прямиком под кожу.
Удивительные метаморфозы жизни.
Карие глаза невольно стрельнули в необычайно притихшего Забини, и Тео недовольно скривил губы, так как заметил его. Чёртов взгляд. Снисходительный, будто на милого карапуза двух лет.
Нотт еле удержал себя от того, чтобы не зарычать. Блейз Забини всегда его бесил своей чопорностью и показательными нравоучениями.
Сноб.
Отчаянно делающий вид, что ему всё до лампочки, так как он умнее остальных.
Тем временем мулат не подозревал о том, какими лестными словами его одаривает сидящий неподалёку кудрявый дьявол, и невозмутимо вытащил серебряную флягу из школьного пиджака. Затем трансфигурировал себе стакан из какого-то неприметного стеклышка, припасенного им, видимо, на случай внезапно образовавшейся жажды прибухнуть, и щедро плеснул туда тёмно-бордовой жидкости.
Тео хищно проследил за каждым жестом недруга, почти не моргая.
Выпить. Нестерпимо. Хочется.
Выпить.
Ты алкоголик, Нотт.
Когда Забини залпом проглотил всё до последней капли и удовлетворенно выдохнул, отставляя стакан на журнальный столик, то Тео не смог внутренне не поаплодировать этой выдержке. Его собрат-слизеринец воистину виртуозно отыгрывал безмятежность и потрясающую забывчивость перед прошлым.
Браво. Я почти поверил.
Теодор звучно хмыкнул, делая очередную глубокую затяжку и стараясь не выдать своей жажды испробовать чудесный напиток, которым дразнил его Забини.
Он выдохнул тонкую струйку дыма, переводя отрешенный взгляд на языки пламени.
Непонятно откуда взявшаяся горечь расползлась по телу, как зараза. Захотелось изодрать кожу ногтями, чтобы избавиться от этого тянущего ощущения в мышцах, но Тео лишь яростнее присосался к сигарете, как к последнему, что могло его спасти от тьмы своих мыслишек.
Огонь мирно потрескивал, пока парни сидели в глубочайшем молчании. Внезапно, как гром среди неба в Большом Зале, со стороны дивана прозвучал издевательски-покровительственный вопрос:
— И как оно?
Тео закусил нижнюю губу изнутри, продолжая смиренно пялиться на камин.
Как оно?
Невыносимо.
Заставляет парить. Даёт почувствовать себя живым.
Оно дарует надежду, что всё будет хорошо. Оно подстёгивает мой азарт. Оно беспечно. Оно настоящее. Оно ломает. Оно ощущается…
— Адски.
На одном выдохе. Сразу же затягиваясь после внезапного признания.
Тео сбросил с себя морок от видения, которое он смог углядеть даже в огне - дождливые глаза, в которых плескалось что-то неведомо-таинственное. Буднично искривленные в надменном презрении губы, а вот они же, только расслабленные и почти что ангельские в тот момент, когда блондинистая голова мирно лежит на подушке.
Блять. Очнись.
Излишне понимающее цокание Забини, будто он мадам Помфри, которая недовольна поведением больного, моментально вернуло Тео в реальность, всасывая в водоворот серых стен гостиной Слизерина.
Прозвучал звук от трансфигурирующего заклятия. Плеск жидкости в ещё один наколдованный пузатый бокал.
Рефлексы Нотта всё ещё безотказно работали, несмотря на размазанное состояние, а потому он не глядя поймал цепкими пальцами отлевитированный к нему стеклянный сосуд.
— Что это? - пренебрежительно отозвался Тео, повторяя знакомую кривую линию губ, когда нос его уловил желанно-запретные алкогольные пары.
— Смородиновый ром. Вкусный. Попробуй.
Голос Забини прозвучал так раздражающе-мудро, будто принадлежал познавшему все тонкости этой жизни старцу, радующего свои седины тёпленьким бокальчиком игристого в родовом поместье и поучительно-воспитательной беседой с недалёким отпрыском.
И Тео даже не успел заметить, как собственное тело мгновенно среагировало на такой знакомый «отеческий» тон. Потемневшие глаза с поволокой немедленно впились в высокомерное лицо однокурсника, а обаятельная улыбка, не предвещающая ничего хорошего, расцвела на губах Нотта, как по весне распускаются первые красочные цветки смертоносных растений.
— Такой же вкусный, как и ты?
Тео ожидал ту же палитру, что выдал ему Забини в кабинете, - растерянность, страх, безысходность. Но. В этот раз сокурсник решил несказанно его удивить.
Блейз удрученно вздохнул, точно застал своё нерадивое чадо за тем, что тот по незнанию испортил цветочные фигуры в саду, и, лишь слегка улыбнувшись, проговорил:
— Тео, я не нападал. Не защищайся.
Доподлинно ощутив, что сил на препирания в нём практически не осталось, Теодор благоразумно промолчал и, официально разрешив себе не сопротивляться стойкому желанию расслабиться, просто опрокинул содержимое стакана внутрь себя.
Пламя дракона прошлось от глотки до желудка за секунду, и Тео невольно заулыбался знакомому раздирающему внутренности ощущению.
Боль отвлекала.
Алкоголь отвлекал.
А Забини так и оставался доставучей задницей.
— Дафна сильно расстроена, - будничным тоном произнес он, будто сообщал погоду на завтра.
Как можно так портить кайф?
От наслаждения не осталось и следа, будто Забини специально возвращал Нотта в эту дурацкую действительность. В которой, увы и ах, Теодор не знал, как существовать без оплошностей и только и делал, что безбожно косячил. А затем чувствовал груз вины за совершенное дерьмо. И так по кругу.
Надо будет извиниться перед Дафной до отъезда.
Вздрогнув от этого осознания, Тео помотал головой и, пряча глаза в пристальном разглядывании наколдованного бокала, резко бросил:
— Мне похуй.
— Вы хотели пожениться неделю назад.
Стократное «да блять»!
Злость привычно забурлила в венах, пока Теодор сдерживал себя от излишнего проявления эмоций.
Но мозг лишь подкидывал «дровишек» такими фразочками, как:
1. Какого хера ты лезешь, придурок?
2. Неужели ты после сегодняшнего и вправду считаешь, что имеешь право стыдить меня за расставание с Гринграсс?
3. Ты чуть не задушил меня, животное!
Последнее изречение было явным преувеличением, но по нервам ударило знатно.
Тео прикрыл глаза, чтобы спрятать за веками весь сюжет из своих мыслей и картинно прицокнул языком. Он отставил бокал на столик, всё ещё отыгрывая вселенскую скуку.
— Да, может, и поженимся, какая разница. Брак - это просто… внешняя оболочка, фикция.
Чего не сказать о том, что происходит внутри, да, Тео?
Неосознанно Нотт кинул взгляд на дверь, ожидая в эту самую секунду увидеть светлые волосы, надменный прищур серых глаз и это язвительно-дружелюбное: «Не помешал вашему уединению?».
Да, так бы и было. Так бы он и сказал. И обязательно бы присоединился. И стало бы легко-легко. И светлячки вновь закружились внутри, олицетворяя победу жизни над смертью.
Так бы и было. Если бы Малфой соизволил вернуться сюда. К Тео.
Секунды тикали. Дверь ужасающе грубо пялилась на Теодора в ответ, не двигаясь с места. Надежда утекала, пока окончательно не рассыпалась в прах, оставляя горький привкус тлена где-то во рту.
Драко не придёт.
За всем своим потоком воображения Нотт совсем не обращал внимания на то, какими глазами его неприятель в тот же самый миг исследовал каждую яркую перемену на живом симпатичном лице. Подмечал, прикидывал, делал выводы.
Шатен разочарованно поджал губы, и, переводя отсутствующий взгляд на стол, потянулся к новой сигарете, призывно выглядывающей из портсигара.
— Да, в курсе. Ещё будешь? - Блейз намеренно понизил тональность, словно старался успокоить. Убаюкать. Точно силился пригладить одними лишь грудными звуками своего голоса милые завитки волос и прошептать на ухо умиротворяющее: «Всё будет хорошо».
И Тео, зачарованный и жаждущий тепла, хотел было произнести заветное: «Да, плесни, друг! Хочу ужраться в хлам!», но собственные рефлексы вовремя вдарили по тормозам.
Тело замерло.
Дыхание стало почти что бесшумным.
Обманчиво-тёплая атмосфера рассыпалась вдребезги.
Забини, хитрец, почти провёл!
Скорее всего, этот урод подсыпал бы Тео яд, чтобы отомстить за сцену в пустующем классе, чем искренне захотел поддержать в минуты душевных терзаний.
Благо, Нотт вовремя вспомнил об этом.
Никому нельзя доверять.
Тео нарочито-плавно откинулся на кресле. Неспешно потянул шею то в одну сторону, то в другую. Выглядя при этом до одури беззащитно.
Внезапно он стремительно наклонился вперёд - один выпад, и вот сигарета уже потушена и покоится прямо на дне бокала, а сам он успел подняться на ноги, пока Блейз растерянно оглядывал его снизу-вверх.
Ты выглядишь, как псих, Тео.
— Нет, - Нотт бросил это на ходу, уже направляясь к лестнице, ведущей в спальню мальчиков. - Добрых снов, Забини. Ром - супер.
Надеюсь, ты подавишься им в одиночестве, «друг».
Душ ему не помогает. Даже ледяной. Даже долгий.
Тео упрямо стоял под струями воды минут десять, пока не устал от треска - Крэбб уже минуту настырно барабанил по дереву, извещая о своей потребности посетить уборную.
Время шло.
Нотт, как полнейший неврастеник, поглядывал на пустующую кровать Малфоя каждые полчаса, словно он внезапно мог обнаружить в ней посапывающего блондинчика. Но постель оставалась девственно-нетронутой. Как будто издевалась над ним.
Драко не придёт сегодняшней ночью. Смирись.
Нотт уже успел себя в этом убедить окончательно, а бурная фантазия с энтузиазмом принималась дорисовывать безумно-постыдные картины о том, как именно может проводить ночное время наследник древнейшего чистокровного рода.
Тео постарался уснуть. Правда постарался.
Не вышло.
Его ломало и крутило, точно кто-то запекал его заживо.
Может, Забини и вправду что-то подлил в ром? Но Тео быстро отмел такую смехотворную мысль, прекрасно осознавая, что конкретно этот представитель змеиного факультета может пакостничать только на словах.
Нога непроизвольно дёрнулась, сообщая, что к нему вернулся старый добрый нервный тик - «привет» с летних каникул.
— Блять… - тихо прошипел Нотт, резко отбрасывая одеяло и садясь на кровати.
Тик-так.
Лежи спокойно, глупая, не дергайся!
Мысленный приказ не сработал должным образом, и икроножную мышцу скрутило судорогой, будто в отместку за грубый тон Теодора.
Его свистящий болезненный выдох смешался с храпом Гойла.
Ужасно. Мерзко.
Тик-так.
Ты жалок, Нотт.
Тик-так, Тео.
Где Драко?
Час ночи.
Блять. Успокойся, псих!
Теодор рывком поднял свою тушку с постели, обнаруживая, что его знобит. Тело дрогнуло, будто изнутри началось маленькое землетрясение.
Только не это.
Панически перебирая брошенные на спинку стула вещи, Тео выцепил свой свитер и быстро напялил его на себя в попытке согреться. Озноб прошелся усиленной волной.
— Нотт, хватит шоркаться. Мешаешь.
Долбанный Забини! Кто же ещё!
Надеясь, что злость придаст сил, Тео босиком вылетел из спальни, выразительно шлепая по каменным ступеням, ведущим к гостиной. Он обхватил себя руками, яростно растирая плечи, чтобы хоть немного ослабить гуляющий по внутренним органам сквозняк.
Заколдованный камин встретил его потухшими поленьями и сажей. Тео чуть было не хлопнул себя по лбу - он, недоумок, забыл палочку на тумбочке. А мог бы нанести Согревающие чары на свитер и сидеть тут, сколько душе угодно.
Ага, чтобы Драко заявился сюда и подумал, что я поджидаю его, как самый верный и преданный фанат.
Захотелось рассмеяться, но Тео сумел лишь издать полуистеричный смешок сквозь клацающие друг о друга зубы.
Самочувствие стремительно летело в ебеня.
Ну, ты же хотел замёрзнуть до смерти, разве нет?
Зубы вновь звучно ударились друг о дружку, а Тео поспешил сместить язык подальше к гортани, чтобы невольно не травмировать его.
Нужно вернуться. Взять палочку. Согреться. И лечь в свою ебучую постель. Спать.
Нотт решительно развернулся на все сто восемьдесят, чтобы подняться по лестнице, как взгляд его наткнулся на скрещенные на груди руки в тёмно-вишнёвой хлопковой пижаме, которые маячили в самом верху.
Он теперь меня заебёт.
Тео еле удержал себя от того, чтобы не закатить глаза от увиденной картины строгого родителя, встречающего пьяного подростка с затянувшейся вечеринки.
«Пап, ты впустишь меня?» - хотел было пропеть Тео, но челюсти начали выбивать такую чечетку, что кудрявый шатен, молча сверкнув глазами и вложив в них всё ехидство этого мира, собрался просто пройти мимо, но взгляд его упал на приличных размеров бутыль, которую обхватывала смуглая ладонь сокурсника.
Кадык непроизвольно дёрнулся.
Вот же чёрт.
Одного лишь кивка головы было достаточно, чтобы углядеть в этом жесте, что мулат настроен дружелюбно. И прямо сейчас он однозначно транслировал лишь одну идею: «Следуй за мной».
И этой притягательной бутылочкой, дорогуша.
И вот, то ли из-за леденящего зуда внутри, то ли из-за свихнувшегося вконец мозга, Тео обнаружил себя, безропотно вышагивающего вслед за сокурсником в общую ванную комнату. Будто он безвольная марионетка под Империусом.
Даже когда Забини невербально запирает и заглушает дверь, Тео всё равно больше заботит собственное подрагивающее тело, чем дернувшиеся в неясном предчувствии поджилки.
Из зачарованного окна красиво лился бирюзовый свет, словно они вдвоем оказались на глубине океана. Поправочка, втроём: он, Блейз и лекарственный алкоголь.
Зубы вновь неприятно клацнули, нарушая тишину, и Тео поспешил избавиться от ощущения собственной ничтожности, в попытке едко пошутить, но вышло не так весомо и иронично, как он задумывал:
— Это с-с-свидан-н-ние?
Забини - скотина - вместо ответа просто расширил ковёр на полу, и нанес поверх него серию Согревающих Чар. И только после этого перевёл нечитаемый взгляд на своего трясущегося сокурсника.
— Замёрз?
Нет, блять! Дрожу от страха, дебил.
Участливый тон Блейза подкупил бы Тео, не знай он, что перед ним такая же бездушная сволочь, что и он сам. И потому елейные ноты вдарили по нервам слизеринца не хуже недавней судороги. Перспектива оставаться без волшебной палочки в запертом помещении с человеком, желающим тебе отомстить, внезапно показалась Нотту не такой уж и привлекательной.
— Т-т-ты чего, задел-л-лался спасателем в-в-всех убогих?
Провальная попытка, Нотт.
Он бы хотел выглядеть крутым даже в такой момент, но под дружелюбным взглядом Забини только слепому было неочевидно: в этот раз Тео не произведет устрашающего впечатления, пока будет дрожать, как осиновый лист на ветру.
Его взгляд вновь напоролся на бутылку. Непроизвольно, конечно.
Забини, чёртов искуситель, будто знал, чем меня заманить.
Секунда на размышления.
К чёрту! Хочу напиться.
Но Тео был бы не Тео, если бы немного не поломался, прежде чем однозначно признать своё поражение в их странном противоборстве, начавшемся ещё с третьего курса.
И поэтому он сначала презрительно оглядел своего одноклассника сверху-вниз, не спеша присоединиться к компании на полу, и постарался сжать трясущиеся челюсти так крепко, как только представлялось возможным.
— А с каких пор ты считаешь себя убогим? - Блейз усмехнулся и иронично вздёрнул бровь.
Вау. Один - Один. Счёт открыт.
— Садись. Бокалов, правда, не будет. Тут не из чего трансфигурировать.
Самоуверенный тон вымораживает хлеще, чем лёд изнутри.
Тео попытался усмехнуться и прислонился спиной к двери, чтобы хоть чуть-чуть унять бесконтрольно-подрагивающие конечности. Пальцы со всей силы вцепились в собственные плечи, пока Нотт держал невозмутимую маску: