Эпилог (2/2)

— Я не хотел, чтобы все так получилось, — одними губами прошептал Эйлерт. Они не отрывали глаз друг от друга, в ушах гудело. — Прости меня.

Морской Дьявол был наименьшим из всех зол, с которыми сейчас они сталкивались. Морского Дьявола, как оказалось, можно было победить — и они победили, забыв о других монстрах, живущих совсем рядом с ними и выглядевших также, как и они: о людях. Эйлерт пожелал никогда не появляться на свет, а потом вдруг понял, что тогда он бы никогда не встретил Рагиро, а это в стократ хуже. Сердце превращалось в камень и болело. Есть раны, которые никогда не заживут, и они оба обрели такие раны.

— И ты прости меня, — тоже шепотом ответил Рагиро. — Если бы я не появился, у тебя могла бы быть долгая и счастливая жизнь.

Это ложь. Они оба знали, что долгой жизни у Эйлерта быть не могло. Как и у Рагиро. С самого начала. Счастливой — может быть. Может быть, у них даже был бы шанс — где-то в другой реальности — на то, что Морской Дьявол не забрал у них тринадцать лет. И где-то в другой реальности эти тринадцать лет не были бы целой жизнью.

— Не говори глупостей. Если бы ты не появился, у меня никогда не было бы счастливой жизни. Я бы всю жизнь искал потерянную часть себя, — Эйлерт не понял, как сказал это, но взгляд у Рагиро стал немного спокойнее.

Приговор зачитывали неприлично долго. Слова по-прежнему ускользали от сознания, но они хотя бы успели сказать то, что так давно хотели. Этого было недостаточно, чтобы согласиться умереть, но достаточно, чтобы начать прощать себя.

Рывками Рагиро и Эйлерта заставили отойти друг от друга, поставили их напротив виселиц.

Палач накинул на шеи петли.

Между пальцев Рагиро сверкнули черные искры.

Они посмотрели друг другу в глаза, слабо улыбаясь. Эйлерт — грустно, Рагиро — вызывающе. Словно это еще не конец, словно еще был шанс на спасение.

Словно не страшно это — умирать.