Глава 5 (1/2)

Всё ещё ничего не понимающего Витю провели в одну из комнат с небольшим столом и… коллажем из фотографий и нитей на магнитной доске, похожим на тот, что был у него дома. Мария была хмурой и всё ещё держала руки скрещенными на груди, а Ваня, наоборот, не скрывал приподнятого настроения.

— Ну что, товарищ детектив, присаживайтесь, — сказал он, подмигивая единственным глазом и указывая на чёрную табуретку. — Я притащил тебя сюда по двум причинам. Первая – ты обидел мою Машку, — после этих слов Мария недовольно фыркнула и вышла из комнаты, — наговорил всякой ерунды и расстроил человека. А так нельзя.

— Честно говоря, мне всё равно, — отозвалась она из глубины квартиры. — Просто неприятно, когда мою работу умножают на ноль.

— На самом деле, она сильно на тебя обиделась, но гордость не позволяет ей это признать, — усмехнулся Ваня.

— Ой, Ванечка, иди куда подальше! Щас обижусь НА ТЕБЯ, чтоб не втыкал!

— Бу-бу-бу, ладно, проехали, — отмахнулся он, снова переведя взгляд на Витю. — Вторая причина: как ни крути, ты немного помог нашему расследованию и заслужил увидеть развязку истории из первого ряда. Короче, теперь ты часть нашей команды, но сперва извинись перед Машкой и это не обсуждается.

— Кто знает, может, он и вправду великий детектив, — сказала Мария, возвращаясь с огромной кипой бумаг в руках. Поставив её на стол перед Витей, она выдохнула: — тут отчёты с осмотра мест преступлений. Советую внимательно их изучить – эта инфа нигде не публиковалась. Потом я принесу заключения медицинских экспертов, протоколы допросов свидетелей, характеристики, выписки и ещё кое-что по мелочи. Выйдет где-то… — она оценила стопку взглядом, — ещё пять-шесть таких пачек и около сотни файлов на ноуте. Изучай в комфортном темпе, мы никуда не спешим. Может, кофейку принести?

— Маш, ну это уже перебор, — сказал Ваня, глядя на состояние Вити. — У бедняги и так котелок еле варит, а ты ещё сверху давишь. Думаю, он всё понял.

— Угу… Извини, я правда немного переборщила, — голос Марии смягчился. Она отодвинула бумаги, села рядом с Витей и протянула ему мизинчик: — всё, никто ни на кого не обижается. Мир?

Витя окончательно запутался. Всё ещё держа Ванин глаз в руке, он посмотрел на Марию с растерянностью, будто ожидая ответа на миллион вопросов, взорвавшихся в голове.

— Не думаю, что это сейчас поможет, — предположил Ваня. — Ему нужны ответы, а не мизинчик.

— Ладно… — сказала Мария с разочарованием. — Тогда давайте вернёмся к делу. У тебя наверняка лопается мозг от вопросов, а нам с Ванечкой нужно наладить комфортный диалог с тобой, поэтому… подумай и спроси то, что хочешь узнать больше всего.

Кивнув, Витя закрыл глаза. Перед ним возник образ Вени, которого он больше никогда не увидит живым. Лицо парня исказилось от злости, и вопрос сорвался с губ сам собой:

— Почему так долго? Погибло уже семь человек, и не факт, что тварь на этом остановится.

— Я задам встречный вопрос, — спокойно ответил Ваня, садясь напротив. — На твой взгляд, как давно мы с Машей занимаемся этим расследованием?

— Ну… пару месяцев? — неуверенно предположил Витя. — Честно, не понимаю, к чему вы клоните.

— А ты знаешь, как работает Следственный комитет и по какому принципу детективы распределяются по делам? — спросила Мария.

— Нет, — тихо ответил он, вспомнив свои слова про её неумение работать. Стыд обжёг Витю изнутри.

— Детективов привлекают к расследованию, если полиция на местах не может найти преступника “по горячим следам”, — начал объяснять Ваня. — Но иногда участковым бывает лень возиться с преступлениями: за раскрытие дела без помощи Следственного комитета премия есть, а штрафов за невыполнение лишней работы нет. Поэтому большая часть дел попадает в Следственный комитет, который и распределяет детективов.

— Расследования у нас называются командировками, — продолжила Мария. — Детективы работают парами, а если дело большое и сложное – четвёрками. В основном мы занимаемся изучением бумажек, допросами, осмотрами мест происшествия и изредка оперативными мероприятиями или внедрением под прикрытием.

— Я бы сказал, что копание в бумагах – это восемьдесят процентов нашей работы, — Ваня нервно усмехнулся. — У меня от этой макулатуры скоро нервный тик начнётся… Но это всё лирика. Сейчас важен другой факт: после каждой командировки нам положены выходные – сутки отдыха за три рабочих дня, округляя в большую сторону. Расследуешь дело неделю – чилишь трое суток. Расследуешь месяц – кайфуешь десять или одиннадцать дней. Уже понял, к чему я клоню?

Витя немного подумал и отрицательно покачал головой.

— Мы с Ваней приехали сюда всего неделю назад, — сказала Мария со злостью в голосе. — А до этого убийствами в вашем подрайоне занималась одна сладкая парочка мразей. Они сразу смекнули, что дело не сложное, и решили специально затянуть расследование, чтобы получить побольше выходных. Вместо изучения материалов они бухали на суточные и не обращали внимания на новые убийства. Рано или поздно эти твари соизволили бы кое-как закрыть дело, попутно написав в рапортах сказки про то, как тяжело было поймать преступника. Но… Случайная проверка, которую иногда проводит наше начальство, застала их врасплох, — девушка вдруг торжествующе улыбнулась.

— Ну… или не совсем случайная, — сказал Ваня с такой же улыбкой. — Эти волки в форме детективов учились с нами на одном курсе и насолили буквально всем в академии, так что это был акт справедливой мести. В итоге их сняли с дела и поручили его нам.

— Теперь ты понимаешь, почему меня так задели твои слова? — спросила Мария, глядя Вите в глаза. — Если ты действительно хочешь стать хорошим детективом, то нужно учиться не делать громкие выводы, не разобравшись в ситуации.

— Машка, твою мораль он уже давно понял. Сейчас важно другое: мы с тобой смогли наверстать упущенное и вплотную подобрались к разгадке всего за неделю.

— О да… — она вновь расплылась в довольной улыбке. — Ох уж эти бессонные ночи за изучением документов, мои походы в школу, чтобы пристроить тебя в класс Витька, и попытки загримировать твою мордашку под старшеклассника. Иногда это было даже забавно.

— То есть… вы уже знаете, кто убийца? — наконец-то подал голос Витя.

— С уверенностью девяносто девять и девять в периоде процентов, — с гордостью ответил Ваня.

— Тогда почему вы ещё не арестовали маньяка? Важна каждая секунда. Вдруг он убьёт кого-нибудь ещё?

— Самое идеальное завершение любого дела – это чистосердечное признание преступника и его явка с повинной, — пояснила Мария. — Да, такого исхода можно добиться далеко не всегда, но у этого дела есть все шансы закончиться так, как нам нужно.

— Что?.. — Витя окончательно потерял нить. — Ничего не понимаю…

— Знать всю цепочку причинно-следственных связей тебе не обязательно, свою работу ты уже сделал, — сказал Ваня. — Сейчас мы хотим поставить жирную точку в расследовании, а для этого… нам нужно попасть в твою квартиру.

— Зачем?! — Витя вдруг не на шутку испугался.

— Не бойся, ничего страшного мы там делать не будем, — успокоил его Ваня. — Нам нужно назначить встречу с убийцей и тайком записать разговор с ним, а для этого необходим хороший наблюдательный пункт. Твоя хата подходит идеально, потому что её окна выходят прямо на одинокую лавочку возле детской площадки.

— Если родители дома, то я могу прийти в форме и с пушкой, — подхватила Мария. — Плюс твоя мама видела меня на допросе, и лишних вопросов у неё точно не будет. Но подчеркну ещё раз: впустить нас к себе – это не требование, а просьба. Мы ни к чему не принуждаем.

— Ну что, ты за? — с надеждой спросил Ваня.

— Окей… — сказал Витя после недолгих раздумий. — Но я делаю это не ради вас. Мне хочется взглянуть в глаза этому ублюдку и понять, чувствует ли он хоть что-нибудь.

— Отлично, — Ваня обрадовался так, будто от согласия Вити зависела жизнь всего подрайона. — Нам с Машкой нужно подготовиться: собрать аппаратуру, нацепить протез на глаз и загримировать меня под школьника. Можешь глянуть материалы дела, пока есть свободное время.

— Не хочу. Хватит с меня этих расследований, я потерял из-за них слишком много.

***

— Раз-раз-раз, это хардбас, — сказал Ваня, ёрзая на лавочке и стуча по микрофону под футболкой. — Что там по звуку? Ничего не шуршит, когда я двигаюсь?

— Не парься, всё норм, — отозвался голос Марии в микронаушнике. — Думаю, даже твоего собеседника будет отлично слышно. Если, конечно, пауки не подкинули нам какую-то списанную хрень.

Одной рукой она чесала у Булки за ушком, а другой копалась в ноутбуке на письменном столе. Из его хриплых динамиков то и дело раздавался голос Вани, который болтал всякую ерунду для проверки связи. Специальная программа записывала звук с микрофона, сохраняя аудиофайл сразу на ноутбуке и флешке.

— Вам действительно выдают всякие шпионские штучки или вы опять надо мной издеваетесь? — спросил Витя, прильнув к подоконнику и разглядывая увесистый бинокль.

— Мы можем подать заявку в Следственный комитет, если нам вдруг понадобится серьёзная аппаратура, — ответила Мария, не отвлекаясь от работы. — Среднее время рассмотрения запроса – от суток до трёх, так что этот план мы разработали уже давно. Это так, к слову о нашей профессиональной компетенции.

— А эта мразь нас не заметит? Мы же прямо напротив лавки.

— Поверь мне, маньяку будет абсолютно плевать. Сейчас есть только два исхода: либо убийца во всём сознается, либо мы будем спасать Ванечку от пары ножевых, потому что сам себя он защитить вряд ли сможет. Так, давай сделаем финальную проверку, — сказала Мария, поправляя небольшой петличный микрофон на вороте кофты. — Ты меня слышишь?

— Так точно. А меня как слышно? — бодро отозвался Ваня.

— Звук где-то на четвёрочку. Запись… идёт. Отлично, вроде всё работает, — девушка отошла от ноутбука, встала рядом с Витей и включила камеру на штативе. — Ну, тут всё просто: зум, фокус и… готово. Запись… тоже идёт. Помаши ручкой своим фанаткам.

Мария взяла с подоконника точно такой же бинокль, как у Вити, посмотрела на Ваню и сказала:

— Вот это ты, конечно, мамина радость. Ладно, вроде всё готово. Сколько у нас ещё времени в запасе?

— Я назначил встречу на шесть, но она обычно приходит слегка пораньше.

— Она? — удивился Витя. — Вы хотите сказать, что маньяк всё это время был женщиной?

— Вить, сейчас у нас очень ответственный момент, — проворчала Мария, не отрываясь от бинокля. — Я обязательно всё тебе объясню, но немного позже. — Она осмотрела подступы к двору. — Походу, бинго. Вижу её на самой дальней тропинке. Оружия… вроде бы нет, но она в толстовке с большим карманом, так что будь осторожен.

Любопытство взяло верх, и Витя начал сканировать двор в поисках убийцы, однако единственной девушкой в толстовке оказалась… Арина. В этот момент его голова взорвалась окончательно, и всё, что он мог – это молча наблюдать и слушать.