Часть 77 (1/2)

— Если хотел сдохнуть, почему меня не предупредил? Не стала бы год назад тратить на тебя силы!

Поддерживая тираду недовольным фырканьем, Майев наблюдала за тем, как анимаг беззаботно проходит сквозь ряды послушных, но периодически скалящихся ликантропов.

— Мне стало интересно, что вы тут делаете, — беззаботно пожал плечами Сириус. — Домовики ушли до рассвета, вот и стало скучно.

— Идиот! — в сердцах вспылила эльфийка. — Зачем лишний раз рисковать своей шкурой?

— Иллидан приучал оборотней к моему запаху всё прошлое полнолуние, чтобы они меня не трогали, так что бояться нечего, — всё так же спокойно ответил волшебник. — Итак, что я пропустил?

— Ничего, что тебя бы касалось, — скрестила руки на груди элоьфийка, скрипнув металлическими когтями о магический доспех.

— И всё же?

— Я так понимаю, от тебя не отделаться, — устало заметила она вместо ответа. — Что ж, слушай внимательно, говорить буду только один раз. Во-первых, Ярость Бури тебя сейчас не слышит. Видишь вокруг него мерцающее зелёное поле?

— Ага, — наигранно легкомысленно ответил маг, чем выводил эльфийку ещё больше.

— Это сильная защитная магия. Иллидан будет заниматься ритуалом и только им, лишь немного уделяя внимание поведению оборотней, но и это далеко не факт. Усвоил?

— Ага, — Сириус ещё раз пожал плечами, стараясь спрятать улыбку.

— Второе: когда из портала что-то выскочит, — а оттуда обязательно выскочат, — беги к стене и затаись там. Повторю ещё раз, Иллидану будет не до нас; если его магия нарушится, то сила Круговерти Пустоты может вырваться, а каменные стены Азкабана — обрушатся. К слову, я могу оказаться занята, пёсикам же до тебя и вовсе дела нет, так что не тупи и не медли, — предельно членораздельно произнесла Песнь Теней. — Если хоть что-нибудь понял, то сострой чуть более осознанную мину; твоя недалёкая улыбка убивает во мне веру в остальное человечество. Она и без этого держится на честном слове лишь отдельных представителей.

— О, не переживай, я о твоём народе тоже много чего думаю, — покладисто закивал волшебник.

— Стоит ли мне порадоваться, что ты хоть о чём-то в состоянии думать? — кисло отметила Песнь Теней и отвернулась от Блэка, внимательно следя за ритуалом.

Сириус фыркнул от унизительного ответа, но в дальнейшую полемику не полез: открывающаяся картина казалась гораздо занимательнее. Иллидан стоял на том же пьедестале, на котором несколько месяцев назад послушно сидел, очарованный волшебным сном. Выглядело всё так, словно он вытягивал саму бездну, вплетая её в структуру каменной арки. Его обычно негромкий, но зычный голос казался далёким шёпотом другого мира. Стены зала немного вибрировали, а пол под ногами потрясывало. С каждой минутой огромная стая одичавших ликантропов волновалась всё больше, а лицо под шлемом вторило их беспокойству.

В какой-то момент над головой Ярости Бури воспарила пустая подвеска Песни Теней. Пока маг заворожённо смотрел за процессом, эльфийка подошла к нему ближе, готовая в любой момент прижать к земле и, если понадобится, закрыть собой. Когда чутьё воина ударило по рефлексам, она и правда схватила за шиворот волшебника, резким движением заводя себе за спину, буквально отрывая его ноги от земли.

Слабый луч, едва мерцающий из фиала, устремился в арку сквозь бездну, после чего мрачные вертикальные волны расступились, выпуская из своих недр пугающее гуманоидное существо. Неизвестный обладал почти тремя метрами роста, высоким рогатым шлемом, подобием латной брони, и, что больше привлекало внимание, громадным топором в руках. Пылающие красным огнём глаза устремились в сторону колдующего эльфа, после чего клыкастый рот расползся в уродливой улыбке. Новоприбывший протянул в сторону охотника на демонов когтистый перст и что-то громко буркнул.

— Я думала, они начнут с собак, а не с хозяев. Иллидан, да ты, оказывается, безумно популярен не только на Азероте, — на удивление спокойно заметила Песнь Теней, после чего мягко скользнула в сторону демона.

— Что это за тварь? — в спину ей осведомился Блэк, вылупившись на жуткого монстра во все глаза.

— Я сказала: к стене! — вместо ответила бросила через плечо Майев и пригнулась, чтобы ростом не привлекать к себе внимание раньше времени.

Великан тем временем облизнулся и перехватил огромный топор, но воспользоваться им не успел. Серая лавина волчьих тел буквально смела его, даже не позволив до конца поднять оружие. От довольного визга разрывающих плоть оборотней в жилах Сириуса стыла кровь. Нужно было слушаться эльфов и убираться, пока была возможность, а ещё лучше — не приходить вовсе. Самому себе Блэк не хотел признаваться, что бегущий вместе со страхом азарт будоражил ничуть не меньше.

Временная передышка оказалась слишком короткой. За первым ловчим появились ещё три, а за ними ещё. Помогая хозяевам, в открывшийся проём стали протискиваться и гончие Скверны, жадно размахивая голодными щупальцами-присосками. При виде их, у Сириуса тут же заболела грудь в области, куда год назад вцепилась подобная. Интуитивно почёсывая когда-то раненое место, маг аккуратно начал пятиться в сторону ближайшей стены. Возможно, если бы у него была палочка или осталась способность обращаться в пса, Блэк попробовал бы что-нибудь сделать, но человеческие руки против такой машины злости, голода и сплошных мышц были беспомощны.

Огромная стая ликантропов по большей части обращала внимание на великанов, в то время как Песнь Теней вступила в бой со сворой демонических псов, каким-то образом оказавшись в самом её центре. Дисковидное оружие воительницы описало блестящую дугу, после чего эльфийка пропала из поля зрения как мага, так и гончих, судя по реакции последних. Они громко выли от боли и начали беспорядочно метаться, раня рогами друг друга, пока их хозяева были заняты собственной защитой. Периодически эльфийка то появлялась, то исчезала в самых разных местах, отчего замечающий её маг поражался подобной скорости перемещения. Как такое, вообще, возможно: практически сразу оказываться в совершенно другом месте, или Сириусу это уже просто кажется?

Волнующаяся бездна ещё раз колыхнулась и сомкнулась, прерывая поток новых противников. Кровавое представление полностью зациклилось на пространстве между аркой и колдующим Иллиданом. По тем или иным причинам заступать в проём ни одна из сторон не торопилась. Когда, не без жутких потерь, демонов удалось перебить, мрачные волны снова всколыхнулись.

— Ты что, решил выдавать их порциями? — обратился к неслышащему его другу Блэк, наблюдая за новой сворой гончих.

Только теперь волшебник понял, почему эльфийка старалась взять адских псов на себя — ликантропы были слабы против непробиваемых шкур животных, из-за чего лишь злили их, не нанося весомого урона. Однако, в этот раз ловцы не торопились появляться. Вместо них из проёма вырвалось зелёное пламя, безжалостно опаляя снующих у прохода оборотней. Воздух наполнился вонью палёной шерсти и жалобными визгами. Из арки вышла странная женщина, взмахивающая пламенным зелёным кнутом. Её кожа была ярко-красного цвета, каждый шаг сопровождался ударом копытца, а на голове торчали небольшие загнутые рожки, но на Ярость Бури незнакомка была не похожа. Странные не то щупальца, не то другие наросты покоились на её груди вместе с волосами, а черты лица не перекликались с внешностью Майев.

Незнакомка очаровательно улыбнулась и сощурила глаза, глядя на Иллидана. Она что-то проговорила, покачивая головой, но на эльфийский, на котором иногда болтали тюремщица и её бывший узник, было совершенно не похоже. Казалось, что неизвестная ждёт от Ярости Бури ответа, полагая, что тот её понимает, но занятый ритуалом осквернённый эльф продолжал свои движения, совершенно игнорируя обращённые к нему слова.

Недовольно скривившись, женщина послала прямо в охотника на демонов зелёный шар пламени. Блэк бросился в сторону эльфа, даже не зная, что будет делать, когда достигнет цели, но по дороге обнаружил, что запущенное в Иллидана заклинание закружилось вокруг него, мерцая вместе с щитом из чар. Приятное личико демоницы перекосилось, а рука с изящными тонкими пальцами обхватила кнут. С шипящим свистом изумрудная линия прорезала воздух, опустилась на защитные чары Ярости Бури и с громкой вспышкой лопнула. Окружающие тут же ринулись в разные стороны, но двух зверей задело. Сама колдунья, казалось, разозлилась ещё больше и начала что-то быстро говорить, делая странные пассы руками.

Выяснить, какую на этот раз магию собиралась использовать незнакомка, Блэк так и не смог. Демон дёрнулась и опала, как когда-то Шлёпа, всё от того же дисковидного клинка, который мгновенно прервал заклинание, а вместе с ним и жизнь колдующей. Мелькнувшая за спиной поверженной противницы Майев словно растворилась в воздухе, исчезая из поля зрения.

«Её не мучают кошмары от количества убитых?» — внезапно задался вопросом Блэк.

Даже те движения, что успевал замечать его человеческий глаз, были настолько размеренными и чёткими, что не было ни единого сомнения, что разум Песни Теней не колеблется ни секунды. Сколько же жизней она унесла за все безумно долгие годы своего существования?

Как только Майев скрылась, в проёме показались новые гончие и три ловчих. Волшебник в какой-то момент даже позволил себе слабую улыбку: подумаешь, всего три демона. Только что справлялись и не с таким! Однако сразу за спинами хозяев гончих Скверны показались новые странные создания, на кожаных крыльях воспарившие к куполу зала. Их клыкастые морды начали издавать такой жуткий визг, что барабанные перепонки затрепетали, а голова тут же пошла кругом. Огромная стая в одно мгновение оказалась недееспособна; ликантропы начали визжать вместе с жуткими крылатыми тварями, бросаясь на пол и начиная кататься по нему.

Сам Блэк схватился за уши и что есть силы зажал их руками. Стук внутри головы прошёл, но звук всё равно ощущался, из-за чего оторвать ладони от ушных раковин было невозможно. Анимаг с ужасом смотрел, как, пользуясь беззащитностью противника, демоны поднимают огромные топоры и с нескрываемыми клыкастыми улыбками опускают их на мечущихся оборотней. Один из ловчих обернулся к остальным, что-то им сказал, судя по движению губ, и бросился к выходу, по дороге калеча и убивая всех, кто попадался на пути. За ним увязались два летающих монстра, пока остальные продолжали по очереди атаковать поле боя звуком.

Далеко не сразу Сириус заметил летящий к чудовищам мерцающий силуэт. Когда же маг разглядел филина, то на автомате начал искать его владелицу глазами. Птица не стала подлетать к противникам вплотную, а начала плавными кругами парить под ними. Постепенно шум стих, а усыплённые чудовища начали падать вниз. Приходящие в себя звери бросались к их глоткам, предупреждая новые визги.

Кто-то сильно вцепился в плечо Сириусу, заставляя развернуться на сто восемьдесят градусов. Блэк попытался замахнуться на атакующего, но его руку тут же перехватила латная перчатка.

— На! Улетай! — эльфийка что-то чувствительно сунула в схваченную ладонь мага, больно оцарапав кожу металлическими когтями.

На поверку вещь оказалась Камнем Возвращения, что Песнь Теней не так давно присвоила себе. Данный факт не на шутку испугал: если даже непреклонная воительница отдаёт руну, возможно ли, что ситуация вышла из-под контроля?

— Я сказала, улетай, идиот! Спасайся! — мотнула за плечи волшебника эльфийка, выводя того из задумчивости.

— А ты? — удивлённо выкрикнул анимаг.

— Я за беглецом, — вполоборота бросила Майев и с чудовищной скоростью бросилась к выходу.

Вместо того, чтобы воспользоваться советом, Сириус медлил. Неужели, это всё? Он покинет Иллидана вот так: даже не попрощавшись? Почему-то это показалось ему странным и немного неправильным. Блэк рассчитывал, что успеет пожелать другу удачи, пожать руку и отпустить со спокойным сердцем, а не в суматохе будет сбегать с поля боя. Волшебник всё смотрел и смотрел на фигуру Ярости Бури, который, вопреки происходящему вокруг бедламу, спокойно и неотрывно продолжал творить магию, связывая и притягивая волны бездны в каменную структуру арки. Странная аура окутала его мощную фигуру, добавляя в фантастический образ толику потусторонности. Лишь послушные оборотни собрались вокруг него, догрызая оставшихся противников.

Неожиданно часть ликантропов перестала скалиться на арку, а начала рычать в сторону выхода. Удивлённый анимаг направил туда взгляд и чуть не поперхнулся воздухом, не доверяя собственным глазам: в его сторону шёл знакомый мракоборец, который в первый день появления в Азкабане обвинил Песни Теней в предательстве. На его плечах висело год назад подаренное матерью Тонкс пальто Сириуса, а сама Дора послушно шла перед ним, совершенно игнорируя направленные в неё скалящиеся морды.

— До-Дора? — не до конца осознавая ситуацию, выдавил из себя Сириус. — Что происходит?

— Пришёл проводить твоего дружка в последний путь, — довольно заметил мракоборец. — Я одолжил твоё пальто, ты не против, Блэк? Теперь для этих нюхастых псинок я столь же ценен, как и ты. В отличие от неё…

— Отпусти Дору! — прошипел Сириус.

— Зачем? Полагаю, она мне ещё пригодится, — всё так же хмыкнул волшебник. — Она готова была почти на всё, чтобы спасти тебя. Даже провести со мной ночь для неё не казалось ужасным, чтобы…

— Заткнись! — рявкнул бывший узник Азкабана. — Ты же понимаешь, что сейчас сдохнешь? В этом зале магия не работает, а значит, стоит мне стянуть с тебя пальто, как оборотни растерзают тебя на кусочки.

— Магия… Да, — надменно заметил противник. — Знаешь, что это такое?

Мракоборец поднял до этого спрятанную за спиной Тонкс руку, в которой было что-то чёрное и металлическое. Подобной вещи Блэк ни разу в жизни не видел, но внутренне напрягся, потому что ни тон, ни сам вопрос противника не вызывал сомнений о том, что неизвестное нечто опасно. Уловив сомнения на лице анимага, представитель Министерства довольно и зло оскалился.

— Это называется «пистолет». Но ты, наш золотой мальчик из чистокровной семьи, наверно, даже не знаешь, почему его стоит бояться. Я покажу.

Без видимого беспокойства на лице, мракоборец отвел руку и направил в ближайшего оборотня. Тут же послышался оглушительный звук, и зверь упал навзничь, под его головой начала образовываться лужа крови. Сириус, не до конца доверяя увиденному, не сразу осознал, что ликантроп уже мёртв.

— Пусть для тебя это будет аналогом волшебной палочкой, которая без магии умеет творить только «Аваду Кедавру», — менторским тоном процедил убийца. — И сейчас я приставлю её прямо к розоволосому затылку нашей милой…

Договорить маг не успел. Столпившиеся вокруг мёртвого собрата звери подняли голову и завыли, наполняя замкнутое помещение леденящим звуком. Понимая, что сейчас они начнут мстить обидчику, Сириус быстро выпрыгнул вперёд перед Тонкс и её пленителем, пытаясь принять на себя злость взбесившийся стаи.

— Нет! Нет! Не трогайте их! — орал Блэк.

Оборотни рычали и опускали головы с прижатыми для атаки ушами. Ярость и жажда мести билась в них против абсолютной власти осквернённого эльфа. Судя по тому, что на анимага так и не набросились, влияние Ярости Бури выигрывало, но ситуация становилась всё опаснее.

— Что ты хочешь? — выплюнул Блэк, повернувшись боком. — Зачем сюда пришёл?

— Я же сказал, что хочу попрощаться с твоим противным дружком, что напускает в наш мир демонов.

— Что? Ты с ума сошёл?! Иллидан не напускает на нас демонов! — вспылил анимаг.

— Правда? — подозрительно спокойно и даже ласково уточнил мракоборец. — А эти тогда откуда?

Мужчина дёрнул головой в сторону остатков демонических тел. Только сейчас Сириус снова вспомнил об их существовании, полностью зацикленный на событиях перед собой.

— Эти вырвались из прохода, — поспешно заметил бывший узник. — И, как видишь, им тут не рады!

— Какой же ты наивный, — покачал головой мракоборец. — Тебя просто используют, а ты и готов стараться. Пойми, как только эльфики увидят выход, они просто прыгнут в него, оставив нас один на один со всеми проблемами, что огромной толпой попрут в наш мир. Неужели ты этого не понимаешь?

— Ты несёшь какой-то бред! — злобно выплюнул Блэк.

— А ты наивен как годовалое дитя, — парировал представитель Министерства. — Я спасаю не только твою упрямую башку, но и остальной мир, который ты предал, выбрав их. Впрочем, к делу. Где вторая ушастая?

— Я не знаю, — тут же бросил Сириус.

— Неправильный ответ, — коварно улыбнулся противник. — Если ты ещё раз скажешь что-то, что мне не понравится, я отстрелю Тонкс ногу или руку. Так что, давай ещё раз. Где Майев? Считаю до трёх… Раз…

— Стой, не стреляй! Я правда не знаю! Она убежала куда-то в Азкабан, ловить сбежавшего демона. Не стреляй! — всполошился Блэк.

— Хм, ну, допустим, — с этими словами мужчина схватил Дору за шею и оттащил подальше от выхода, чтобы не стоять к нему спиной. — Второй вопрос: ты в курсе, где у демона слабое место?

— В каком смысле?

— Куда стрелять, чтобы он наверняка сдох?

— Ты в своём уме?! — заорал Сириус. — Да пошёл ты!

— Ну, либо он, либо девчонка, — пожал плечами противник. — Не знал, что этот урод тебе дороже племянницы.

— Ты — больной ублюдок! — выплюнул слова анимаг.

— Нет, Блэк, — покачалась золотоволосая голова. — Я, как раз, здраво рассуждаю и понимаю риски для нашей цивилизации, а ты лишь слепой околдованный щенок, как и все эти псины вокруг.

— Ты же понимаешь, что, если с Ярость Бури что-то случится, либо оборотни разорвут нас, либо неконтролируемая магия вырвется и разрушит здесь всё до основания? — попробовал увещевать собеседника Сириус. — Умрёт он — погибнем мы.

Ответить оппонент не успел; стоящая над телом убитого оборотня старая волчица оскалила зубы и бросилась на убийцу собрата, не злостью, а горем преодолев барьеры разума. Её челюсть безжалостно вцепилась в ногу мракоборца, из-за чего тот ненадолго отвлёкся. Мужчина громко заорал, но, преодолевая жгучую боль, приставил пистолет ко лбу ликантропки и, глядя прямо в яростные глаза, дважды выстрелил. Зверь опал сразу, но насладиться успехом борец с тёмной магией не успел. Воспользовавшись моментом, Сириус беспардонно отпихнул стоящую у него на пути Тонкс и вцепился в руку с оружием, стараясь изо всех сил вырвать опасный предмет. Мракоборец сопротивлялся как мог, но биться с ранением было тяжело, а потому, получив удар локтём в нос, выпустил пистолет и проковылял на два шага назад, сжимая переносицу. С характерным металлическим звуком оружие отлетело от магов, чтобы те синхронно бросились к нему.

Завязавшаяся драка не имела ничего общего с магией. Заметивший это представитель Министерства злобно шикнул:

— А как же гордость волшебника, Блэк? Не лень кулаками махать?

— Заткнись, недоносок…

Хотя Сириус после Азкабана не обладал выдающейся физической силой, но он не был ранен, поэтому смог дотянуться до заветной вещи. Однако, его противник не собирался сдаваться так просто. Воспользовавшись тем, что анимаг наклонился за пистолетом, мракоборец завалился на него и без прикрас врезал по лицу кулаком. Встряхивая кистью, представитель Министерства оказался повален, но на это ответил ударом коленки здоровой ноги куда-то в бок нависшему над ним анимагу. Отползая друг от друга, волшебники тяжело дышали и метали злые взгляды, сплёвывая кровь.

Неожиданно, борец с тёмной магией прищурил глаза и коварно улыбнулся. Поведение противника очень не понравилось Сириусу. Он с новыми силами бросился к пистолету, но оппонент лишь схватил его, чтобы они вместе откатились подальше.

— Тонкс, возьми его! — заорал мракоборец.

Внутри Блэка всё похолодело. Он бросил испуганный взгляд на племянницу, которая без тени любопытства следила за дракой и лишь сейчас начала двигаться в сторону оружия.

— Нет! Дора, стой! Ай!

Противник, как мог, мешал анимагу дотянуться до волшебницы, из-за чего тому приходилось следить и за тем, чтобы кулаки не попали ему в болезненные места, и за её действиями.

— Дора! Стой!

— Тонкс… стреляй в фиолетового урода!

— Нет! Дора!

Волшебница неторопливо нагнулась и вопросительно начала осматривать оружие. Судя по тому, как она неуверенно держала вещь, представления о том, как она работает и что именно нужно делать, колдунья не имела, а, стоя всё время спиной к пленителю, наблюдать за его движениями не могла.

Осознание просчёта настигло магов одновременно. Мракоборец громко выругался, а Сириус ехидно заметил:

— Кажется, у тебя что-то пошло не так, да?

— Хватайся за рукоять и направь дуло прямо в демона, — вместо ответа скомандовал мракоборец.