Часть 77 (2/2)
— Разорался! Видимо, парочка зубов у тебя лишняя, — шикнул Блэк и сам начал лупить противника, не давая тому сосредоточиться, без зазрения совести метясь в раненную ногу.
— Ничего, Тонкс — девочка умная, — злобно сообщил представитель Министерства. — Скоро разберётся.
Пока маги продолжали всё медлительнее, но упрямо колошматить друг друга, Дора и правда постепенно догадалась о том, как нужно держать пистолет. Подчиняясь воле волшебника, она подняла руку в сторону творящего ритуал Ярость Бури.
— Теперь указательный палец положи на курок и нажимай, — выкрикнул её коллега, но тут же согнулся от удара локтя в живот.
— Нет! Дора!
Оглушительный выстрел заставил стоящих вокруг ликантропов прижать уши, оскалиться и отпрыгнуть от волшебницы подальше, памятуя события, которые идут сразу за таким звуком. Волшебники даже перестали драться, синхронно уставившись на фигуру осквернённого эльфа.
Колдующий Иллидан даже не дёрнулся, продолжая творить магию. Сириус сначала подумал, что племянница промахнулась, но его взгляд привлёк мерцающий металлический осколок, плавно кружащийся в водовороте зеленоватого щита Ярости Бури.
— Что застыла, дура?! — выпалил мракоборец. — Стреляй ещё!
Раздалось ещё два выстрела, но пули, как и первая из них, лишь подхватила сила защитного пространства, заставляя парить вокруг охотника на демонов.
— Ха! Сегодня не твой день, дружок! — прыснул бывший узник, заваливаясь на противника, пока тот не успел прийти в себя.
— Рано радуешься, Блэк, — сообщил под ним мужчина тоном, не предвещавшим ничего хорошего. — Если я не могу достать до демона, то о тебе такого не скажешь, верно? Эй, Тонкс… Скажи дяде: «пока», и стреляй ему прямо промеж глаз.
— Что?!
Как зачарованный, анимаг поднял голову и упёрся во взгляд тёмных глаз. Трясущимися руками Тонкс поднимала пистолет в его сторону, смотря на Блэка всё более жуткими глазами.
— Дядя…
Сириус только сейчас понял, что всё это время Дора молчала и, казалось, даже это слово ей далось с трудом. Пистолет в её руках заходил ходуном, а дыхание становилось всё более прерывистым.
Не дожидаясь конца представления, мракоборец спихнул с себя противника и, морщась от раны в ноге, бросился к выходу, у самого порога бросив последний взгляд в сторону разворачивающейся трагедии:
— Счастливо оставаться, Блэк. Спешу тебя обрадовать: на том свете ты недолго будешь одинок. Дора, детка, когда закончишь, пусти пулю в висок и себе.
Огрызаться на сбегающего оппонента Блэк не торопился. Он во все глаза смотрел на дрожащее дуло смотрящего в его сторону пистолета. Переведя взгляд на лицо племянницы, анимаг увидел, как из её глаз текут слёзы.
— Дядя… Я…
— Дора, слушай меня… Только меня, — как можно более спокойно начал увещевать её Блэк. — Тебе не нужно этого делать. Дора, слышишь? Ты — сильная. Борись. Ты обязательно справишься.
— Я… Мне… Дядя… П-Пока…
Постепенно руки волшебницы перестали дрожать, а глаза словно бы заледенели. Она выдохнула и успокоилась.
В голове Сириуса вдруг пропали все посторонние мысли. Это конец? Он действительно такой? Неужели все старания и лишения были ничем: заветная месть так и не свершится, а один из немногих, кто безоговорочно поверил анимагу, станет его убийцей? Судьбу Блэка уже не изменить, она была безвозвратно испорчена ещё пятнадцать лет назад со смертью друга и его жены, но, неужели, и Тонкс не суждено пережить бесконечно проклятую ночь?
— Дора… — без особой надежды позвал Сириус, но всё равно ободряюще улыбнулся.
В конце концов, он готов был принять смерть, но пугать племянницу ещё больше не захотел. Её судьба вдруг стала важнее собственной. Блэк выпрямился, гордо встречая необратимое, но в глубине души молил неизвестно кого, чтобы Тонкс спаслась.
«Пожалуйста, хоть кто-нибудь, спасите её!»
Неожиданно Дора вскрикнула и содрогнулась всем телом, опуская руки. Сириус поднял недоумённо брови, но совершенно стушевался, когда из носа волшебницы пошла кровь. Тонкс ещё раз болезненно вскрикнула, закатила глаза и свалилась на пол.
***
С огромным сожалением Дарси продвигался всё дальше по лестнице, не рискуя оставаться в тёмном узком пространстве. Ушастый монстр оказался умнее и искуснее, чем он рассчитывал. Изначально брать с собой что-то серьёзнее пистолета Джером не планировал, опасаясь обвала, но, видимо, зря. Доковыляв через адскую боль до коридора, волшебник достал палочку и, как умел, начал наколдовывать бинты на раненые места. После в ход пошли припасённые на всякий случай эликсиры, бережно хранимые в магловских пластиковых бутылочках. Хорошо, что он не использовал стеклянные — те бы треснули сразу от неловких, но безумных ударов Блэка.
Почувствовав облегчение, Джером выгнулся, всё ещё кривясь от боли. Конечно, первая помощь — не основной способ лечения, но ему стало гораздо лучше. Сориентировавшись на месте, Дарси нерешительно двинулся в сторону выхода, но тут у него над головой пролетело странное создание, отдалённо похожее на летучую мышь. Послышавшиеся слова в стороне, куда улетел монстр, привлекли внимание. Мракоборец двинулся вперёд, аккуратно крадясь у стен.
Казавшийся близким, источник голоса всё никак не показывался. Пару раз мракоборец понимал, что свернул не туда, а иногда и вовсе терялся, но, наконец, вышел к Распределяющему Залу, чтобы там замереть на месте. Перед его глазами замелькал закованный в латный крылатый доспех силуэт Песни Теней, борющийся с внушительным демоном. Противник эльфийки и оказался источником загадочного голоса, ведь он то и дело бросал в оппонентку неизвестные фразы, судя по интонации, не самого лестного содержания.
В груди Джерома всё возликовало. Пусть он не достал до демона, но ненавистную дрянь убьёт. Подняв руку, Дарси старательно целился в то и дело прыгающую цель, всё никак не готовый пустить заклинание. В какой-то момент противники разошлись друг от друга, из-за чего Майев замерла на месте, видимо, переводя дыхание. Несколько мгновений перед заклинанием ушло на то, чтобы позволить себе довольную улыбку.
— Нет!
Чей-то мужской голос резко ворвался откуда-то сбоку, из-за чего Майев повернула голову и встретилась взглядом с нацеленным на неё магом. Разбираться, кто именно привлёк внимание жертвы времени не было. Медлить было нельзя, иначе шустрая воительница достанет до него, поэтому Дарси поспешно произнёс заветные слова, с замиранием сердца ожидая результата:
— Авада Кедавра!
***
— Дора, очнись! Пожалуйста, Дора!
Не обращая внимание на собственные раны, Сириус прижал бессознательную волшебницу к себе. Тонкс явно была жива, но текущая из носа кровь пугала. Что с ней сделал тот ублюдок? Это какое-то заклинание?
«Это был не он, а я».
Неожиданное вмешательство эльфа вызвала жуткую мигрень, а после недоумение.
— Что?! — взорвался Блэк, вскакивая и разворачиваясь в сторону осквернённого эльфа. — Как ты мог?
«Я не смог рассчитать силы. Прости. Она могла убить тебя».
— Что ты не смог?! Да как ты?!
Неожиданно бегущие мимо оборотни остановились и ощетинились. Сириус поспешно выхватил пистолет из обессиливших рук племянницы и, прижимая её к себе, начал размахивать дулом из стороны в сторону. Однако, ликантропы тут же заскулили и начали мотать мордами, а некоторые даже повизгивать.
«Я не могу контролировать всё. Сириус, спасайтесь».
Анимаг не сразу понял, что Иллидан имел ввиду, но быстро догадался: эльф приказывал воспользоваться руной и уходить с места боя вместе с бесчувственной Тонкс. Только сейчас Блэк осознал простую истину, которую до него пытался донести охотник на демонов: серьёзный ритуал и контроль над сотней озверевших оборотней были сложной задачей даже для такой личности, как Ярость Бури, а значит эльф действительно не рассчитал силу воздействия. Удивительно, что он вообще позволил себе отвлечься.
— Если мы улетим, Дора всё ещё будет под контролем, — покачал головой Блэк. — Этого ублюдка нужно достать, чтобы он ещё чего-нибудь не вытворил!
«Нет, уходи!»
— Уйду, когда вы улетите. Помнишь, я же обещал! — злобно ухмыльнулся маг.
Аккуратно подхватив Дору, Сириус поднёс её ещё ближе к эльфу, здраво полагая, что сила влияния его магии спасёт от любых опасностей, а после бросился к выходу. Голова предательски болела, а ушибленный коленкой противника бок тянул. Споткнувшись об первую же ступеньку, Блэк громко выругался, но схватился за каменную лестницу руками, подтянулся и продолжил восхождение наверх. Не успел он преодолеть и пару десятков метров, как сзади раздался характерный писк, а в спину что-то вцепилось. Не до конца понимая ситуацию, анимаг на автомате вскочил и со всей силы припечатался спиной к стене. Истошный крик пронзил барабанные перепонки, а боль почти выключила сознание. Острые когти отпустили добычу и маг из последних сил бросился вперёд. Откуда в его теле взялся этот порыв он не знал, и даже не задумывался о подобном. Самым главным для него сейчас было оказаться как можно дальше от атакующей твари.
Ступеньки сменяли одна другую, а за спиной кто-то упрямо визжал и преследовал, почти цепляя ноги лезвийными когтями. Пару раз Блэк слышал их скрежет по камню, но даже испугаться уже был не в состоянии. Он лишь двигался всё вперёд и вперёд.
Когда именно закончилась лестница и начались бесконечно петляющие коридоры тюрьмы Сириус не заметил, как и пропажу преследователя. Он пришёл в себя лишь тогда, когда влетел в незнакомый зал, в центре которого увидел Майев против двух летающих монстров и одного хозяина гончих.
Движение воительницы были завораживающе быстрыми. Было больше похоже на то, что она танцует вокруг противников, а не бьётся с ними. Практически все выпады в её сторону она старалась избегать, из-за чего Блэку даже не хотелось представлять, сколько энергии эльфийка тратила на подобные бои. Разворачивающееся на глазах действо было настолько впечатляющим, что он не сразу заметил, как позади Песни Теней появилась ещё одна фигура. Когда же разум послал тревожный сигнал, Блэк встрепенулся и осознал, что видит мракоборца, нацелившегося Майев прямо в спину.
— Нет! — на автомате заорал он, отрицая то, что сейчас должен был увидеть.
На мгновение волшебнику почудилось, что, привлечённая звуком Майев успела повернуть голову, но этого казалось катастрофически мало. Беспощадный зелёный луч вырвался из кончика палочки и ударил в тяжелый доспех. Поражённая цель мгновенно остановилась и упала навзничь, неловко мотнув опасным оружием в руке.
На мгновение маги и даже летающие монстры замерли. Огромное тело свалившегося ловчего ввело всех присутствующих в шок. Волшебники, несмотря на свои роли противников, обернулись друг к другу в поисках ответа. Ни один не мог сказать другому, куда делась Песнь Теней.
В каком-то миг её просто не стало.
Ещё мгновение назад она стояла спиной к опасности, но вот её уже нет, а прошедшее в пустоте заклинание ударило по стоящему за ней противнику. Трансгрессировать, насколько знал Блэк, Майев не умела, да и перемещалась всегда на своих двоих, но сейчас её просто не стало. Шок не торопился отступать, но прийти в себя заставил мощный глас в голове:
«КАК ТЫ ПОСМЕЛ?!»
От ментального воздействия осквернённого эльфа Дарси болезненно скривился и что есть силы бросился вон. За спиной ему послышался охотничий вой и пугающее тявканье. Чёртов демон решил натравить на него всех одичавших оборотней?! Грохот мчащихся к нему ликантропов вызывал животный страх. Дарси чувствовал вибрацию камня под ногами от топота десятков бегущих лап.
«Достать! Достать его!»
Почему он тоже может это слышать? Треклятый уродец играется с ним? Мстит? Пугает? Он может захватить его разум, но вместо этого просто сводит с ума? Казалось, ещё немного и острые зубы вонзятся в горло буквально со всех сторон. Безумный ужас заставил резко сорваться с места и бежать. Бежать. Бежать. Бежать!
Окружение слилось в одно серое пятно, без цветов и чётких контуров. Дарси понимал лишь конец и начало коридора, изо всех сил пытаясь нестись только вперёд.
«Ты — мёртв».
Жуткий шёпот сводил с ума, заставляя спотыкаться, но, игнорируя боль, инстинкт гнал всё дальше.
Нет.
Нет!
Он ещё жив. Он может бежать. Он выберется. Назло всему. Он ещё сотрёт ухмылку с поганого рогатого лица!
«Тебя больше нет!»
— Ошибаешься, — прохрипел Джером невидимому противнику.
Да, демон ошибался: вот он, Дарси, здесь, почти у выхода… Стоп! У выхода?
Не до конца понимая, что это может означать, маг буквально выкинул себя через двери Азкабана в дюйме от прыгнувшего на него преследователя. Поскользнувшись на мокрой от непогоды площадке, Джером больно ударился коленкой, разбивая её в кровь, но едва ли обратив на такие мелочи внимание. Рука с палочкой взметнулась, а губы сами произнесли:
— Бомбарда Максима!
Его голос перекрыл гул взорвавшейся каменной кладки. Судя по жалобным стонам, обрушение частично задело несколько преследующих его оборотней, а кого-то, возможно, и полностью завалило, но маг не испытывал от осознания случившегося ни радости, ни угрызений совести. Почти всё его существо свелось к одной-единственной мысли: он выжил.
Ловя ртом воздух, Джером согнулся пополам от непривычного физического напряжения. Голени ног свело такой тяжелой болью, словно мышцы превратились в свинец и передвигать ими невозможно. Лёгкие горели, а дышать из-за сломанного Блэком носа было трудно. Дарси скривился и сплюнул себе под ноги красный плевок, после чего неловко обтёр губы. Он выжил. Выжил. Выжил!
Постоянно бушующая за стенами тюрьмы стихия на какое-то мгновение стала даже приятной. Мракоборец с трудом выпрямился, поднял лицо и оказался в странном коконе тишины, не слыша ни рёва ветра, ни оглушительных ударов волн о каменные стены, ни грохота близких молний. Казалось, стихия проходит сквозь него, а ледяной дождь лишь будит онемевшее сознание. Даже продирающий до костей холод был приятным, ведь он может его чувствовать. Демон проиграл, а он — простой человек — выиграл в этой ставке, ценою в жизнь.
Он — жив!
Сладостные мгновения сплелись в прекраснейшие секунды, но постепенно и они чуть поблёкли, возвращая в суровую реальность. Джером понимал, что стоять у входа в Азкабан просто так нельзя: демон опасен и имеет крылья, а значит может вылететь откуда-нибудь и достать его, отомстив и за себя, и за ушастую стерву. Нужно быстрее трансгрессировать, чтобы предупредить остальных и получить лечение. Помощник заместителя главы мракоборцев сжал переносицу и сконцентрировался. Необходимо срочно абстрагироваться от тяжелого состояния, чтобы…
Внезапно все мысли ушли, затмившись болью, которую Джером никогда до этого не испытывал. Спина словно загорелась, а потом в лёгких что-то хлюпнуло. Вырвавшийся неуверенный кашель стал больше похож на лай. Едва стоя на ногах, маг неловко сумел развернуться, но тут же упал на сильные руки в металлических перчатках.
«Но… как?!» — угасающее сознание металось в панике. Проход был всё так же завален. Нет ни единой физической возможности просочиться сквозь обрушенную стену. Не доверяя увиденному, мракоборец перевёл взгляд на сияющие холодом глаза, оседая на свою убийцу ещё больше.
— Как?
Песнь Теней покачала головой и опустилась на колени, из-за чего Дарси вслед за ней почти упал на холодную и мокрую поверхность. Он судорожно схватился за руки в металлических перчатках, сопротивляясь грядущему изо всех сил. В какой-то момент ушла даже боль, оставив лишь обиду, разочарование, злость и недоумение.
— Тебе не следовало приходить сюда.
На каком языке разговаривала с ним эльфийка? Дарси готов был поклясться, что впервые в жизни услышал его сегодня, но каким-то нутром понимал каждое незнакомое слово.
— Поч?.. Он же демон!.. Ты с ним… Как ты?.. — каждая фраза заставляла его глотать собственную кровь, захлёбываясь ею ещё больше.
— Почему?— Майев подняла руку и сняла шлем.
Странная маска бога одновременно и пугала, и успокаивала. Снятый шлем скрипнул рядом на полу, а металлические когти начали мягко гладить золотистые волосы.
— Потому что у меня больше ничего и никого нет, — Песнь Теней подняла голову и упёрлась невидящим взором в даль, позволяя дождю и ветру хлестать себя, из-за чего на щеках образовались мокрые дорожки небесных слёз. — У меня были Стражи — теперь их нет. У меня был брат — он ушёл. У меня был Дар Богини — он оставил меня. Я больше никому не нужна. Никому… кроме него. Понимаешь?
Майев опустила глаза и встретилась с пустым и остекленевшим взором мага. Мучения и боль больше не могли исказить его красивое лицо, а спокойствие делало черты особенно утончёнными. Песнь Теней склонилась к высокому лбу волшебника и мягко поцеловала.
— Да примут эту душу твои боги. Пусть они окажутся милосерднее и справедливее, чем…
Богохульные слова так и не слетели с губ, но страшная правда уже вырвалась из глубин сердца, облечённая в звук перед тем, кто её больше никому и никогда не раскроет. Ещё раз прижав к себе тело, Песнь Теней закрыла глаза, а после резко отстранилась от него, скидывая в пропасть. Поспешно поднявшись, Майев ничего невидящим взором следила за тем, как маг уносит её тайну в бездну грохочущих волн и смерти.