Часть 59 (2/2)

— На Северуса Снейпа, — спокойно ответил Руфус Скримджер, не сводя внимательного взгляда с лица собеседницы. — Любопытно, что это оказался именно он, не находишь?

Слегка привставшая со стула Песнь Теней упала обратно. Не может быть, Ярость Бури не обращал внимание на людей, почему же сейчас это изменилось? И почему именно на того, кто больше всех помогал ей?

Внезапная мысль неприятно кольнула сознание. Возможно ли, что именно из-за участия волшебника в её судьбе, Иллидан и напал на него? Помощник главы мракоборцев подтвердил, что во время последней встречи зельевар казался задетым её фразой, так неужели эта могла быть… ревность? Неожиданные мысли коснулись темы, о которой Майев не имела представления. Подобное могло бы произойти только в случае, если бы и он, и осквернённый эльф были в ней заинтересованы как в женщине, но для одного она навсегда останется тюремщицей, а для другого — совершенно иное существо, а потому подобное просто невозможно.

Нет, скорее всего дело в чём-то другом.

— Во время пленения у архимага Иллидан и зельевар, очевидно, что-то не поделили, — неловко начала Песнь Теней, пытаясь логически найти причину столкновения.

— Что-то… или кого-то, — всё так же задумчиво протянул Руфус, не сводя с Майев насмешливого взгляда.

— Человек архимага как-то говорил, что Предатель ограбил его. Вот и причина: один другого ненавидит за воровство, а Ярость Бури мстит за пленение, ведь маг участвовал в его поимке, — выдохнула Стражница, обрадованная привычными для неё мотивам.

— Хм, ну, если тебе так проще, — невесело ухмыльнулся Скримджер. — Так что ты думаешь о просьбе профессора Дамблдора?

— Я… — Майев осеклась, но потом спокойнее добавила. — Я помогу чем смогу. Архимаг называл какие-нибудь даты?

***

Паучий тупик встретил трёх гостей тьмой и забитыми со всех сторон окнами. Появившиеся словно бы из ниоткуда фигуры совершенно неслышно прошли в самый конец переулка, чтобы там постучать в ветхую дверь, из щелей которой пробивался слабый свет. Повинуясь мановению волшебной палочки, дверь открылась, впуская внутрь. Все трое оказались в крошечной слабоосвещённой неуютной гостиной. Следующая за ней комната также не блистала богатством интерьера. Полки по стенам были сплошь уставле­ны книгами, большей частью в старинных корич­невых или чёрных кожаных переплетах. Потертый диван, старое кресло и колченогий столик стояли тесной группой в лужице тусклого света от люст­ры со свечами, свисавшей с потолка. Помещение выглядело неухоженным, как будто здесь давно ни­кто не жил.

На диване, укрывшись серым пледом, лежал хмурый хозяин дома. Его голова была перебинтована, но в целом, кроме мрачного настроения, Снейп не отличался от себя прежнего.

— Здравствуй, Северус, — спокойно поприветствовал профессора зельеварения директор Хогвартса. — Я привёл тебе гостей.

— Вижу, — холодно бросил тот, не сводя глаз с высокой женской фигуры.

Когда Майев вышла из тени коридора на свет, сердце Северуса болезненно дёрнулось. Против его воли перед мысленным взором тут же предстала картина, где она ласкает демона и страстно целуется с ним. Жуткое воспоминание никак не отпускало его уже который день подряд.

— Вы здесь живёте? — удивлённо протянул Скримджер, заинтересованно осматриваясь по сторонам.

— Бесполезное наследство моего не менее бесполезного отца, — сипло ответил профессор зельеварения. — Чем обязан?

— Я попросил Майев осмотреть тебя, ведь ты подвергся влиянию силы, о которой она имеет больше представления, чем любой из нас, — спокойно произнёс профессор Дамблдор. — Мистер Скримджер же выказал желание лично проводить нашу гостью. Надеюсь, ты не против.

— В этом не было необходимости, — холодно бросил профессор зельеварения, буровя взглядом эльфийку.

Песнь Теней, до этого хранившая молчание, едва заметно вздохнула и, наконец, подала голос:

— Если с тобой всё в порядке, проверка не займёт много времени. Однако если нет, то моё вмешательство необходимо.

Едва заметный шаг в сторону лежащего на кровати мага вызвал в нём лёгкую дрожь.

— Полагаю, наше присутствие не помешает, — равнодушно бросил глава мракоборцев и опёрся спиной о ближайшую стену.

— Может и не помешает, а может и помешает, — глухо отозвалась Песнь Теней. — Лучше, если вы подождёте в другой комнате.

Глава мракоборцев сузил глаза и многозначительно хмыкнул. От такой реакции у Майев едва не сжалась рука в кулак, но она сдержалась и лишь выжидающе посмотрела на представителя Министерства.

— Я здесь не для того, чтобы работать твоим персональным ключ-порталом, думаю, об этом догадались все, — не скрывая усмешки, произнёс Руфус. — Вдруг вы что-то пытаетесь передать друг другу. Какую-нибудь информацию. Ты слишком спокойно покинула тёплое гнёздышко профессора Дамблдора, хотя первый раз жёстко отказала в моей просьбе о помощи. Так что у меня есть повод не доверять тебе.

— Полагаю, не такое уж оно было тёплое, раз покинула, — хмыкнул глава Хогвартса. — Впрочем, могу понять ваши подозрения. У меня, в подобной ситуации, были бы такие же.

— Тогда я останусь здесь, — довольно подытожил глава мракоборцев, уставившись на Майев. — Приступай.

Эльфийка чуть фыркнула, покачала головой, но решительным шагом направилась к дивану, делая жест, чтобы Северус слегка подвинулся. Против воли, он повиновался, пытаясь выбросить из головы тот факт, что Песнь Теней сейчас окажется невероятно близко к нему. В голове тихая радость смешалась с разочарованием и злостью. Чёртов эльф обо всём узнает, когда Северусу явится на следующую встречу с Тёмным Лордом. Как он отреагирует на то, что его эльфийка так близко села к другому?

Хотя… почему его?!

Когда Майев стала принадлежать демону? Снова и снова всплывающая картина страстных эльфов вызывала вопросы. Почему Снейп считает это собственным воспоминанием? Даже если допустить, что когда-то такое и было, — во что верилось слабо, — вряд ли бы они это делали у него на глазах. И почему опять так сильно начала болеть голова?

Погрязший в собственных метаниях, маг не заметил, как скривился и зажмурился от головной боли. Именно поэтому он не увидел, как тонкие длинные пальцы Стражницы коснулись его висков, перевязанных бинтами.

— Перевязка мне мешает, — негромко заметила Майев.

— Целитель Хогвартса, мадам Помфри, зачаровала её, — усевшись на любимом зачарованном стуле, ответил профессор Дамблдор. — Она должна снимать боль.

— Тогда потом я повяжу её обратно, — с этими словами Песнь Теней начала аккуратно развязывать и разматывать волшебный бинт, из-за чего ей пришлось придвинуться к пациенту ещё ближе.

Нежные прикосновения женских рук заставили Снейпа резко открыть глаза и столкнуть с ясным взором Стражницы. Так близко он ещё никогда не видел её лицо. На мгновение даже жуткое видение отступило, выпуская из своих терзающих объятий. Тепло близкого присутствия эльфийки успокаивало.

— Что случилось? — мягко спросила Майев, после чего опустила на мгновение глаза и добавила уже твёрже. — В смысле… я хотела спросить, что с тобой произошло?

— Я делал то, что должен был, — одними губами ответил Северус.

— Иллидан схватил его и, как я понял, пытал для Волан-де-Морта, — отозвался директор Хогвартса. — Хотел передать ему наши планы.

— То есть, он знает, где сейчас Тот-Кого-Нельзя-Называть? — всполошился глава мракоборцев.

— Нет, — покачал головой Альбус Дамблдор. — С помощью мадам Помфри я пытался выудить эту информацию из головы Северуса, но Ярость Бури его изрядно потрепал. Повезло, что вообще в ясном разуме оставил.

— Этого мы не можем знать! — закричал Скримджер. — Вдруг демон теперь управляет им?!

— И снова я соглашусь с вами, — миролюбиво поднял руку директор Хогвартса. — Теперь вы понимаете, почему я так настаивал на осмотре Песней Теней? Надеюсь, Майев, вы либо уверите нас в полной чистоте моего педагога, либо поможете ему.

— Посмотрим, что я могу сделать, — кивнула Стражница, после чего снова повернулась к пациенту. — Закрой глаза.

Незаметно для самого себя, Северус отрицательно покачал головой. Закрывать глаза не хотелось, ведь там она снова будет с демоном, а здесь смотрит на него.

Не понимая поведения зельевара, Майев нахмурилась:

— Ты мне не доверяешь? Думаешь, я причиню тебе вред, пока ты не видишь?

Снейп снова покачал головой и зажмурился. Скорее бы всё кончилось, ведь тёплые прикосновения эльфийских рук так и подначивали к неповиновению. В висках, которые аккуратно массировала Майев, застучало, а к горлу подкатила тошнота. Едва сдерживая порыв, волшебник резко отвернулся от Песни Теней, жадно глотая ртом воздух и покрываясь холодным потом.

— Иллидан и правда сильно поработал с ним, — серьёзно заметила она, озабоченно глядя то на профессора зельеварения, то на старого мага.

— И что это значит? — фыркнул Руфус Скримджер.

— Что я не смогу ему быстро помочь, но, кажется, непосредственного влияния Предателя нет. На очищение уйдёт несколько часов.

— Хочешь спровадить меня, прикрываясь лечением? — сощурился представитель Министерства.

— Я клянусь и даю слово жрицы, что не вру, — вспылила Майев. — Если я попытаюсь резко вырвать магию Иллидана, то его разум просто вскипит. Он потеряет самого себя.

Неожиданный всплеск эмоций эльфийки слегка отрезвил Скримджера, но и быстро сдаваться он не собирался.

— Если я ухожу, то и профессор Дамблдор вместе со мной, — недовольно заметил Руфус. — Когда ты закончишь, дай знать через его перстень. Профессор, не могли бы вы одолжить мне печатку, чтобы я мог забрать Майев отсюда, когда она закончит?

— Надеюсь, вы мне его потом вернёте при первой же возможности, — хмыкнул директор Хогвартса, протягивая кольцо.

— Разумеется. Майев, я буду ждать.

Маги неспешно покинули комнату, после чего раздался глухой стук двери. Эльфийка пристально смотрела в сторону выхода, после чего повернулась к притихшему зельевару.

— И… и что теперь? — едва выдавил из себя профессор Снейп.

— Мне придётся тебя усыпить, ведь в здравом уме пережить лечение будет непросто, — спокойно произнесла Песнь Теней. — Так что постарайся расслабиться и не противиться сонливости.

Профессор Хогвартса неловко кивнул, лёг удобнее и закрыл глаза. Снова лёгкое прикосновение к виску вызвало странные ощущения, но он тут же выгнал все мысли прочь.

— Эм, знаешь, Северус, пока ты не уснул, я бы хотела… Хм.

Тихий голос Майев прозвучал словно раскаты грома. Маг тут же распахнул глаза и впился ими в собеседницу.

Никогда прежде он не слышал, чтобы высокомерная эльфийка называла людей по имени. Если с её губ и срывалось хоть какое-то имя, то только проклятого демона. Даже директор Хогвартса в её устах был максимум «архимагом», но никогда «Дамблдором», хотя по отношению к нему Стражница проявляла уважение, особенно в начале, когда была благодарна за помощь в содержание пленника. Об остальных людях и говорить было нечего, для неё они были, скорее всего, не более чем песчинки под ногами, едва заметные на пути её бесконечно долгой судьбы. Иногда Снейп мечтал, чтобы она когда-нибудь позвала его по имени, но сейчас ему казалось, что это была лишь галлюцинация.

— Северус, я… — продолжила Майев, неловко заправляя тёмную прядь за ухо, после чего опустила голову и нездорово рассмеялась. — Ха, знаешь, я тут подумала, что была стервой.

— Что, прости? — чуть не поперхнулся словами волшебник.

— Последний раз, ну… Ха, — Песнь Теней перевела глаза наверх, но потом выдохнула и посмотрела прямо на Снейпа. — Мне очень жаль. Я не то имела ввиду, что сказала. Ну, в смысле, то… Но я не… О Элуна, что я несу. Прости, я не хотела тебя оскорблять. Правда.

Выпалив последнее слово, Майев будто бы обмякла и опустила плечи, как если бы в ней больше не осталось слов и сил.

— Ты… извиняешься? — тупо переспросил Северус.

— Не очень похоже, да? — кисло улыбнулась она.

— Нет, похоже, просто… Почему? — профессор Хогвартса всё ещё не мог поверить, что происходящие события реальны, а не плод заветных снов, в которые его уже ввела Майев.

— Ты поддерживал меня. Я всегда это видела и знала. Понимала, что иногда тебе было непросто. Хотя, со мной всегда непросто, но ты всё равно не сдавался. Мне стоило подумать о том, как прозвучат мои фразы, — в какой-то момент магу показалось, что светло-лиловые щёки эльфийки слегка потемнели. — В который раз я не могу уберечь от Иллидана тех, кто помогал мне. А точнее, от самой себя…

Страх закрыть глаза всё больше одолевал Снейпа. Ему точно всё привиделось и, если он моргнёт, то видение тут же растает, оставив на память лишь эхо его имени, произнесённое её голосом.

— Северус, прости, — наконец выдохнула Песнь Теней.

— Я… конечно, — едва выговорил он, щурясь от того, что глаза уже слегка щипало.

— Хах, хорошо, я… Кхем, — улыбнулась Майев, чем, казалось, добавила света в тёмной комнате. — Теперь, пожалуй, перейдём уже к лечению.

Песнь Теней коснулась рукой лба мага, и его тут же поразила слабость во всём теле.

Вместе с подступающей темнотой накатил ужас. Конверт! Он так и не узнал, что в нём! Профессор Дамблдор сказал, что внутри нечто, способное отдать Майев её заклятому врагу. Нет! Он должен ей сказать! Предупредить прямо сейчас! Каким же глупцом он был, что поддался на уговоры!

«Подожди. Стой. Нет, нельзя спать. Я…» — мысленно закричал Северус, но тёплая волна лишь накатила сильнее, затаскивая с собой на дно уютной тьмы.