Часть 55 (1/2)
— Не могу понять: ты больной или гениальный?
Шокированная Майев смотрела на то, как огромные куски ткани в зелёную полоску, — эльфийка была уверена, что это совпадение не случайно, а было лишь следствием чувства юмора старого мага, — обмотали чехлы на оружие Иллидана и обильно свисали с двух сторон, чтобы теперь ими можно было махать, как крыльями птицы. Со стороны получившееся нечто напоминало не то фламинго, не то аиста, если бы у тех вместо хвоста и головы было острое, сияющее зелёной Скверной лезвие.
— Клинки Аззинота… летают… — Песнь Теней проморгалась, подозревая использование на себе чар или иллюзий. — Десять тысяч лет. Я видела такое, что… Но летающие клинки Аззинота. Правда?!
Её лицо перекосило от недоумения и возмущения. Она ткнула пальцем в увиденную картину в ожидании объяснений.
— Вообще-то, я сначала размышлял, как перенести твою броню, ведь она опаснее всего остального, — лучезарно улыбнулся директор Хогвартса, довольно поглаживая бороду. — Магия на неё не действует, подозреваю, за это ты её и носишь, поднимается крайне тяжело, а при погрузке вляпаться в узоры Скверны — как нечего делать. Я не мог другими рисковать, так что пришлось повозиться, но… Как видишь, решение оказалось до смешного простым.
— Ты заставил летать не её, а ткань, которой укрыл броню, — кисло уточнила Песнь Теней, наблюдая за ярко-алым комком, намертво обмотавшееся вокруг её обмундирования.
— О, нет! Всё не так просто. Обычная ткань тут же загоралась зелёным огнём и вмиг обращалась в пепел. Нет, тут нужно было найти подход поделикатнее, — старый маг е скрывал гордости, беззастенчиво кичась. — Мантия Мерлина — уникальная вещь нашего мира, которая может переносить по воздуху даже зачарованные и тяжелые предметы, засчёт перьев фениксов, вшитых в её ткань. Так древний волшебник парил над войском, тем самым вводя окружающих в благоговейный трепет. Я обернул её вокруг твоей амуниции, чтобы та перемещалась за нами. Перья феникса прекрасно справляются с проблемой сгорания и осквернения. Однако, клинки тоже магии не поддавались, а весили ещё больше. Вот тогда я подумал: зачем пытаться их куда-то тащить; почему бы им самим до места не добраться по такому же принципу?
— Нет, перестань это! — чуть не взорвалась Песнь Теней. — Это. Это слишком. Я сама понесу их!
— Как хочешь, — с лёгким разочарованием покачал головой директор Хогвартса не переставая улыбаться.
Наблюдавший со стороны за диалогом Северус Снейп лишь сузил глаза. Ему стоило состроить кислую мину или тяжело вздохнуть, поддерживая Майев в её недоумении на счёт поведения главы школы, но он не мог.
Зачем бы до этого профессор Дамблдор ни держал эльфийку в замке, сейчас он отчего-то так же резко позволил ей уйти. Даже помогал перенести осквернённые вещи. Самого профессора зельеварения такая перспектива не устраивала. Терять Песнь Теней он не хотел. Разумная часть сознания твердила, что так лучше. В первую очередь — для него самого, а потому пусть катиться со своим демоном куда хочет; лучше всего — обратно в их мир, чтобы обезопасить Землю. Однако сердце то билось быстрее, то неприятно сжималось. Всё время, что троица неспешно брела в сумерках к границе Хогсмида, он сохранял молчание. Хотелось кричать и возмущаться, но профессор зельеварения максимально абстрагировался от тихого разговора как мог. Стоит лишь открыть рот и слова, кажется, польются сами собой. Жизнь научила молчать, даже когда очень тяжело. Лишь однажды он дал волю чувствам, когда потерял Её.
Нет, любовь к Лили Эванс никуда не делась. Он будет любить её. Всегда. Только её. Странное влечение к эльфийке — лишь наваждение, пробудившееся от одиночества и их общего презрения к Иллидану. Проклятый демон обокрал его и унизил, а Майев оказалась единственной, кто действительно понимал Снейпа и с не меньшим рвением мечтала положить конец его бесчинствам. К тому же, ни до, ни после Лили ни одна девушка не привлекала внимание Северуса. Песнь Теней была слишком другой, чтобы вписываться в человеческие рамки, поэтому его сознание обманулось. Все эти переживания — лишь мираж; временная слабость, а с ними у Северуса разговор короткий. Чем темнее становилось вокруг, тем больше в надвигающихся тенях растворялись тепло и привязанность к эльфийке, чтобы отношение стало таким же прохладным, как ночной воздух. Ему когда-то уже было слишком больно. То, что творится сейчас — лишь слабое эхо в сравнении с призраками прошлого. Это скоро пройдёт.
Недалеко от забора Визжащей Хижины компания остановилась в перелеске, скрытые обильной зеленью. Спустя минут пятнадцать Песнь Теней сообщила, что к ним приближается пять мужских фигур.
— Пять? — с лёгким интересом хмыкнул Альбус Дамблдор. — Не ожидал, что Скримджер ещё кого-то посвятит в секрет твоего существования.
— Двоих было явно маловато. Тем более для него, — беззаботно пожала плечами Стражница, ничуть не обеспокоенная новыми действующими лицами.
Северус Снейп снова промолчал, но впёр во тьму немигающий взор, пытаясь ревниво рассмотреть, кто теперь сможет проводить время с его эльфийкой. Рука в кармане мантии сама сжала палочку, когда он поймал себя на подобных мыслях. Скорее бы уже всё закончилось.
— Добрый вечер, джентльмены, — поприветствовал хогварсткую компанию Руфус Скримджер, подходя к месту встречи слегка сутулой походкой. — Леди.
Глава мракоборцев кивнул Майев, на что получил её полуулыбку и немного вопрошающий взгляд на сопровождающих.
— Позволь познакомить, — легко поняв невысказанный вопрос, он поспешил объявить имена подчинённых, тут же перейдя на «ты». — С Гавейном Робардсом, моим замом, ты знакома; во всяком случае, виделась ещё у парадного входа.
Заместитель Скримджера хмуро кивнул. Он до сих пор не мог поверить, что встреча в коридорах Хогвартса с книзлом оказалась настолько судьбоносной.
— Это — Сэвидж, а это — Уильямсон, — по очереди стал называть мужчин Скримджер. — Также Джером Дарси — помощник моего заместителя. Джентльмены, это — та, о ком я говорил, Майев Песнь Теней. И, как вы уже заметили, она действительно не человек, так что я не сошёл с ума, в чём вы поспешили меня обвинить. Профессоров Дамблдора и Снейпа, вы, полагаю, и без меня знаете.
Новоприбывшие вылупились на Песнь Теней во все глаза, отчаянно пытаясь сделать вид, что делают это аккуратно. Они попеременно бросали взгляды то на самую эльфийку, то на дисковидное оружие. Внимания так же удостоились сияющие зелёным пламенем клинки за её спиной. Стражница скривила рот в привычной высокомерной усмешке.
— Об Иллидане они тоже знают? — не озаботившись даже малейшей конспирацией, осведомилась Майев.
— О ком? — выдавил из себя Уильямсон, поправляя длинные волосы, забранные в хвост.
— Я-ясно, — кисло резюмировала Стражница, жёстко скрестив руки на груди.
— Уважаемая Песнь Теней, поверьте, рассказ о вас — это уже отдельная история, которую добавили бы в колонку юмора все английские магические газеты, — вступился за начальника Робардс. — Говорить здоровым людям о фиолетовокожей женщине с длинными ушами, что размахивает огромным дискообразным клинком, при этом не прослыв психом — достаточно сложная задача. Теперь же, когда мои коллеги увидели вас воочию, нам, с мистером Скримджером, будет гораздо легче объяснить ситуацию.
Глаза Майев опасно сощурились. Часть фразы про длинные уши ей совершенно не понравилась. Это единственный определяющий фактор, который люди озаботились отметить?
— Что же, господа, — сделал шаг вперёд профессор Дамблдор. — Добрый вечер. Прошу обратить внимание, что Мантию Мерлина нужно будет вернуть в Гринготтс; аренда столь легендарного артефакта весьма нешуточная. Да, и сам доспех рекомендую хранить в недоступном для посторонних месте, пока не вернёте ему первоначальное состояние. Более подробные инструкции я отправил в письме.
— Полагаю, Майев, тебе стоит побыстрее покинуть открытое место. Мы подготовили специальную комнату, ведь влияние демона… — начал Руфус Скримджер, но та его поспешно перебила.
— Пока на меня не действует. Наша прямая связь разорвана, хоть и не исчезла, — хмуро отозвалась эльфийка.
— Мне бы стоило поздравить тебя с этим, — задумчиво протянул глава мракоборцев, — но почему-то по твоему голосу мне кажется, что всё не так просто.
Вместо ответа Песнь Теней вынула из кармана цепочку, на которой всё также болтался осколок подвески.
— Ты разбила фиал?! — не выдержал, наконец, Снейп.
— Ну… не то, чтобы я, — неопределённо повела плечами Стражница, не желая рассказывать об Отмщении.
— Как?! Когда? — на одном дыхании выпалил вопросы профессор зельеварения.
— После того, как ты вышел из ванной комнаты.
Легкомысленный ответ Майев вызвал шок и недоумение. Все присутствующие тут же уставились на учителя Хогвартса, пока тот стремительно бледнел, а когда с его и без того белой кожей это стало невозможно, начал сереть от стыда. Кто-то из мракоборцев присвистнул, понимающе прыснув, тем самым заставив Снейпа покрыться ещё и лиловыми пятнами. Мысли в голове тут же лихорадочно заметались. Блеснувшие голубые глаза из-за очков половинок казались самыми опасными из всех. Объяснения даже на первый взгляд звучали нелепо и постыдно, да и не совсем уместно. Проклятая эльфийка, почему ей вздумалось бросить эту информацию именно так?!
— Так вот отчего вы, профессор Дамблдор, тянули с решением о Майев — налаживали личную жизнь своего подчинённого? — не скрывая злую усмешку, спросил Скримджер.
— Довольно, господа. Думаю, стоит быстрее сделать то, для чего мы пришли, — мягко, но настойчиво перевёл тему глава Хогвартса, отведя пристальный взгляд с профессора зельеварения.
— Да, теперь наша очередь, — хмыкнул Дарси.
Северус тут же подумал, что свист и прочие намеки были за авторством именно этого мракоборца. От подтекста фразы стало неприятно и в душе закипала злость. И вот это животное, каким-то чудом попавшее в ряды борцов от тёмной магии, будет теперь защищать и оберегать Песнь Теней? Да из-за его потных рук ей придётся месяц отмываться в ванной! Скорее бы она их отрубила; ведь он непременно зарвётся в ближайшее же время!
— Майев, на пару слов, — подозвал к себе Стражницу глава Хогвартса, отведя чуть в сторону. — На всякий случай, оставь у себя мой перстень.
— Думаешь, ты мне ещё понадобишься? — хмыкнула Майев. — Не уверена, что после нашего взаимодействия мы сохранили доверие друг к другу, чтобы рассчитывать на помощь и поддержку.
— Случиться может всякое… — едва успел старый маг договорить фразу, как стоящая рядом с ним воительница вся подобралась.
Изменения на её лице не остались незамеченными Альбусом Дамблдором. Напряжение разливалось вокруг командира Стражей волнами, заставляя напрячься. Резко и быстро что-то крикнув на непонятном языке, Песнь Теней поспешила сбросить оружие Ярости Бури на землю и удобнее перехватить собственный чакрум, встала в стойку. Окружающие сказанного не поняли, но по тону голоса и поспешной реакции директора Хогвартса похватали палочки и начали ими светить в сторону леса.
— Что там, Майев? — шепнул ей профессор Дамблдор.
— Демоны, — глухо ответила Песнь Теней и начала аккуратно скользить во тьму.
— Стой, ты куда? — зашипел Дарси.
— Стойте здесь, — Майев повернула голову в сторону мракоборца, чтобы её едва слышный голос стал уловим магам. — Будьте готовы переноситься куда-подальше.
— Кто там? — всё так же громко переспросил упрямый борец с тёмными магами.
— Заткнись, — без прикрас шикнула на него Песнь Теней и шагнула навстречу мраку.
Через мгновение эльфийка полностью растворилась в ночи, словно её никогда и не существовало. Время замерло, золотистыми песчинками мерцая в воздухе. Зловещая тишина звенела в ушах, перебиваемая лишь лихорадочным стуком сердца. Все собравшиеся маги не были ни новичками, ни даже выше среднего. Глава мракоборцев на столь важное задание взял самых проверенных, представители же Хогвартса, каждый в своё время, участвовал в боях, демонстрируя огромный магический талант. Однако, никто не знал, что их ждёт, и именно неизвестность терзала холодными когтями неуверенности и страхов.
Наконец, чья-то палочка из темноты выхватила череподобную голову, без отверстий для носа или глаз. Череп напоминал своим строением собаку, одиноко мерцая среди ветвей. Раздалось тяжелое прерывистое дыхание кого-то быстро бегущего в сторону магов. Череп стремительно приближался.
— Это гончая Скверны. Быстро переносимся. Тридцать ярдов на пятнадцать минут. Нужно увести её от Хогсмида! — мгновенно скомандовал директор Хогвартса.
Руфус Скримджер первым выполнил приказ без пререканий и споров. Он не по знакомству, а за собственные заслуги занимал главную должность среди мракоборцев, а потому понимал, что в экстренной ситуации обиженные амбиции — последнее, на что стоит обращать внимание. Сплочение, оперативное реагирование и быстрая реакция — вот ключ к выживанию против неизвестной опасности. За главой тут же подтянулись остальные мракоборцы, даже болтливый Дарси тут же стал собран и сосредоточен. Профессора Хогвартса трансгрессировали едва ли мгновением позже.
— Светите в неё палочками, я запущу заклинание, нам нельзя её подпустить к деревне!
— Бесполезно, — тихо ответила тьма шепчущим голосом Майев, чьё местоположение было невозможно определить, из-за чего казалось, что с магами разговаривают сами деревья. — Они пришли на силу клинков. На вас не обратят внимание, пока не попадёте заклятием напрямую.
— «Они»? Сколько их? — тут же переспросил Снейп.
— Трое. Ещё две бегут следом. Первый самый большой. Я заберу клинки и уведу их. Прыгайте за мной, если хотите помочь. Если нет — лучше не болтайтесь под ногами.
— Я укажу путь, — тут же вызвался глава Хогвартса. — Следуй за светом моей палочки. Остальные — по желанию. Самим свет не создавать.
Как только появился, пусть не до конца внятный, но план, лица людей изменились. Работать, имея представление хоть о каких-то дальнейших действиях, гораздо проще, чем стоять и ждать неизвестности. Альбус Дамблдор мгновенно исчез, чтобы свет его палочки появился чуть поодаль. За ним тут же потянулось сияние огромных зелёных клинков, зловеще мерцавшие в ночном лесу. Неясный не то вой, не то плотоядный визг раздался со стороны парящего черепа, чтобы также изменить направление в сторону огонька палочки и зелёных бликов жуткого оружия.
Молчаливая напряжённая гонка началась. Спустя минут сорок всё нарастающего темпа периодически завывающему таинственному преследователю ответили похожие голоса. Две обещанные Майев гончие нагоняли магов. Частые перемещения, пусть и на небольшие расстояния, изматывали, но железная воля и дисциплина делали своё дело. Люди не жаловались, молчали и трансгрессировали всё глубже и глубже в Запретный лес.
Наконец, перед особенно дремучей чащей, что казалось тёмной даже по сравнению с окружающей безлунной ночью, профессор Дамблдор остановился.
— Почему мы встали? — быстро по-деловому осведомился Руфус Скримджер с единственной целью понять происходящее.
— Майев сказала остановиться. Какая-то знакомая аура. Говорит, нам нельзя вступать в эту тьму, хотя она сама туда шагнула. Жаль, я хотел заманить преследователей в колонию акромантулов, — быстро ответил глава Хогвартса. — Я гашу свет, чтобы они прошли мимо.