Часть 51 (2/2)
Вопреки обещанию, профессор Дамблдор не объяснил ничего Сириусу ни на следующий день, ни через три. Зато через неделю болезненного валяния на кровати в комнату вошли глава Хогвартса в сопровождении жуткой тюремщицы Иллидана.
Готовые вырваться обвинения застряли в горле. При виде эльфийки у анимага снова перехватило дыхание и пропал голос. Тот факт, что в этот раз она пришла со своим смертоносным клинком, вызвал волну дрожи, пробежавшей по позвоночнику. Незаметно для самого себя, Блэк уставился на лицо Песни Теней. В этот раз оно не казалось ему ни прекрасным, ни уродливым. Скорее, оно отталкивало, но не смотреть на него он не мог. Чересчур ясные глаза прожигали дыру и вызывали бунтарский дух, но открыть рот всё ещё было выше всяких сил. Майев для Сириуса казалась соткана из сплошных противоречий, которые пугали и сбивали с толку.
В конце концов гордость мальчика из чистокровной семьи взяла вверх.
— Что ты здесь забыла? — пряча внутреннее волнение, брякнул анимаг.
Ответом волшебнику послужила тишина. Профессор Дамблдор наколдовал себе стул, но приветствием не вмешивался в разговор, позволяя собеседникам самостоятельно найти компромисс и способ общения.
— В вашем мире принято молчанием отвечать на вопросы? — продолжал огрызаться Сириус.
Майев спиной опёрлась на косяк, приставила оружие к стене, скрестила руки на груди и презрительно фыркнула:
— Не отвечаю тебе на вопрос, потому что не считаю нужным, — с до жути знакомой полуулыбкой бросила она анимагу.
Чувство дежавю настолько захватило волшебника, что следующая фраза вылетела из него до того, как он её осознал:
— Да кто вообще так отвечает?!
— Я.
Сириус чуть не поперхнулся. В эту секунду он готов был поклясться подтяжками Мерлина, что увидел тень огромных крыльев за спиной тюремщицы Ярости Бури.
— Приветствую тебя, Сириус, — наконец подал голос глава Хогвартса, не скрывая улыбки. — Майев любезно согласилась разделить со мной свою прогулку, и я, пользуясь случаем, надеялся, что она проверит твоё состояние. Которое, как я рад видеть, стало лучше.
Не меняя высокомерной ухмылки, эльфийка перевела ясные глаза на профессора Дамблдора, всем своим презрением показывая, насколько она «счастлива» внезапной компании.
— Пока любезная Песнь Теней тебя осмотрит, могу ответить на твои вопросы. Если мне не хватит знаний, меня дополнит Майев… О, разумеется, если посчитает нужным.
Если бы тюремщица обладала такими же клыками, как её бывший узник, то её кислая улыбка уже была бы оскалом, на которые год назад Сириус насмотрелся во всех формах и многообразии. Чувство двойственности ощущалось всё сильнее, вызывая дополнительную тревогу и дискомфорт. Как вообще два разных существа могут быть настолько дуальны?
— Надеюсь, меня больше не нужно трогать? — поёжился Блэк.
— Надейся, — с не обещающей ничего хорошего улыбкой промурлыкала Песнь Теней. — А пока надеешься, встань и разденься.
— Что?! Опять? Я не…
— Сириус, прошу тебя, — мягко вмешался профессор Дамблдор. — На тебя напала гончая Скверны; мне бы не хотелось лечить тебя от этой самой Скверны. Честно говоря, я даже не представляю, как это.
— И этому факту стоит радоваться, — прокомментировала Песнь Теней, — ведь если у вас нет таких знаний, то и сталкиваться с подобным не приходилось. Я, кажется, уже интересовалась в прошлый раз: ты глухой? Я сказала встать.
Анимаг скрипнул челюстью. На зло сияющим бирюзовым глазам вставать не хотелось, а не самые лестные слова так и вертелись на кончике языка.
— Сириус… — снова напомнил о себе Альбус Дамблдор.
Блэк нарочито медленно поднялся и, никуда не торопясь, начал снимать рубашку. Когда с ней было покончено, анимаг демонстративно тремя пальцами уронил её на кровать. Показательное пренебрежение было отчасти чистым ребячеством, но ничего поделать с собой Блэк не мог, да и не хотел.
Майев, не меняя всё время высокомерного выражения, хмыкнула:
— Теперь штаны.
— Что?!
Спесь слетела с анимага так же быстро, как октябрьский ветер срывает листья с веток.
— Метки Скверны могут быть в любом месте, — пожала плечами Песнь Теней. — Суккубы Предателя, например, иногда метили любовникам гениталии.
— Что делали? Где? Кто? Стоп, подожди, причем тут Иллидан? — Сириус чувствовал, что новая информация почти физически не помещалась в его черепной коробке.
— Суккубы — демоны, точнее демоницы, соблазняющие жертв физическими формами и плотскими удовольствиями, — не пряча противно-сладкой улыбки пояснила Песнь Теней. — У Предателя их была целая армия. Они совращали несчастных жертв и заставляли их делать то, что им приказали… Ну, разумеется, это было в те редкие моменты, когда они не развлекали господина.
— Что? — ошарашено переспросил Блэк. — Разве Иллидан…
— Сделал себе три этажа гарема из демонов, эльфиек двух рас и остальных тварей с грудью и промежностями, — добила соперника Стражница, наслаждаясь его полным замешательством.
Сбитый с толку Блэк перевёл недоумённый взгляд на директора Хогвартса. Профессор Дамблдор не выглядел столь же шокированным, но некоторое удивление промелькнуло даже на его лице. При людях эльф не проявлял столь неуёмного аппетита касательно женского пола. Справедливости ради, Иллидан и простого аппетита не проявлял, как не справлял нужду, да и вместо сна использовал транс. На основе последнего Сириус решил, что и другие потребности тела Ярости Бури не ведомы. Но, даже если допустить, что он обычный мужчина, три этажа и демоны в составе гарема совершенно сбивали мысли.
— Так что, если у меня появятся подозрения, тебе и исподнее придётся снять, — уже кисло добавила Майев. — Однако сегодня обойдёмся одними штанами.
Сириус покачал головой. Верить бывшей тюремщице Ярости Бури не было ни малейшего желания. В конце концов, чем бы ни занимался Иллидан в своё свободное время, мага это не касается. Не в последнюю очередь безразличие по столь деликатному вопросу оказалось вызвано тем, что информацию он услышал именно от эльфийки, а потому назло не хотел на неё ярко реагировать.
— Профессор Дамблдор, вы говорили, что на меня напала Гончая… Скверны, кажется. Что это такое?
— Идиот, — фыркнула Майев.
— Что?!
— Гончая Скверны — тварь, что напала на тебя. Ты сам это только что сказал. Разве уже не очевидно, кто это? — выгнула бровь эльфийка. — И про штаны не забывай.
Анимаг ещё сильнее скрипнул челюстью и неосознанно сжал кулаки. Он общается с Песнью Теней несколько минут, но уже мечтает её ударить чем-нибудь тяжелым. А ведь Ярость Бури жил так десять тысяч лет!
— Гончие — это поисковые псы того самого Легиона, о приходе которого так переживает Иллидан, — опередил анимага с его комментариями профессор Дамблдор. — Если я всё правильно понял, то они — расходный материал в армии демонов, а потому нам стоит начать опасаться, но не впадать в панику раньше времени.
Глава Хогвартса бросил взгляд на Майев в ожидании поправок, но та не удостоила его вниманием, неотрывно следя за тем, как маг снимает одежду. Решив, что молчание — знак согласия, Альбус Дамблдор продолжил:
— Они не видят и не слышат в том понимании, что есть у нас. Они подчиняются псарям или другим хозяевам скорее с помощью мысленных команд, нежели озвученных слов, но самое главное — они обожают волшебников. Точнее, их магию, — уже серьезнее добавил директор Хогвартса.
— Это, кстати, никак не отменяет того факта, что они могут элементарно сожрать и кого-то другого, без неё, — подала голос эльфийка. — Хорошо, теперь подними руки и поворачивайся так же медленно, как и в прошлый раз.
— Как он чует магию? Своими присосками? — уточнил анимаг.
— Можно и так сказать, если упростить, — пожала плечами Майев. — Стой. Ещё повернись… Ещё. Хм. Кроме последствий магического опустошения и физических несерьёзных ран перевёртыш чист.
— Как ты меня назвала? «Перевёртыш»?
— Мне вот что интересно, — проигнорировав выпад Блэка продолжила Песнь Теней, — ты сейчас можешь колдовать?
— Ну… да, — заданный вопрос немного обескуражил волшебника.
— Попробуй.
Поднятая тема не на шутку напугала Сириуса. Что, если пёс успел высосать всю его магию? Он станет сквибом? Нет, уж лучше тогда камень на шею и в реку. Неуверенно взяв в руки палочку, маг немного растерялся в выборе заклинания. Признаваться было стыдно, но в душе всё заледенело. Вдруг, сейчас ничего не получится?
— Что стоишь? Ну, — бессердечно подталкивала его Майев. — Что-нибудь элементарное, самое простое, чему тебя учили в ордене.
— Попробуй «Люмос», — посоветовал Альбус Дамблдор, крайне внимательно следя за анимагом.
Руки и подмышки Блэка резко вспотели, а тело слегка дрожало. Все внутренности, казалось, мелко тряслись.
— Люм… Кхам… Кхе-кхе, — закашлял Сириус, прижимая к груди свободную от палочки руку.
Произносить заклинание было страшно.
Внезапно в дверь требовательно постучали. От неожиданности Блэк так сильно вздрогнул, что чуть не выронил палочку, но постарался виду не подавать. Майев быстро схватила оружие и встала за дверью, приняв опасную позу для того, кто вздумает зайти в комнату. Глава Хогвартса развоплотил стул и подошёл к выходу, перекрывая его так, чтобы никто не мог пройти.
— Кто там? — спокойно, но требовательно спросил профессор Дамблдор.
— Альбус, — из-за двери раздался голос его брата, — там Наземникус объявился. Нашёлся ваш оборотень.