Часть 51 (1/2)
Обдумать всё, что сказал ей Предатель, а также обругать саму себя за то, что важный вопрос гончей так и не был поднят, Майев не успела. Возвращение в реальность сопровождалось взволнованным шёпотом учителя зельеварения:
— Ты что, собираешься от меня уйти?!
Песнь Теней аккуратно сквозь ресницы посмотрела на мага, стараясь не выдавать пробуждение. Тот стоял с направленным на мятый листок пергамента магическим жезлом и не отрывал взволнованного взгляда от его содержимого. Майев тут же догадалась, что это послание принесённое котом, которое она испортила чернильными кляксами из-за злости. Он магией восстановил текст? Зачем?
— Ты не можешь… Только не снова… — зло и очень тихо выплюнул волшебник себе под самый нос.
Однако для чуткого эльфийского уха даже такая речь, что оказалась бы неразборчивой для стоящего рядом, была хорошо слышна.
Думая, что хозяйка комнаты ещё спит, маг распалялся всё сильнее и сильнее:
— Я забочусь о вас, а вы уходите… Почему вы всегда от меня уходите?! Ты даже не можешь без моего зелья нормально продержаться против проклятого демона, но всё равно хочешь уйти! Идиотка, этот долговязый Скримджер тебе не поможет. Тебе могу помочь только я! Я нужен тебе, почему ты до сих пор это не поняла!
Последняя фраза была произнесена громче остальных, а потому, испугавшись, что он разбудил эльфийку, зельевар резко развернулся и посмотрел на неё. Майев решила, что это идеальная возможность разыграть пробуждение и вытурить волшебника. Сейчас ей было совершенно не до него, ведь о многом хотелось поразмыслить. Сделав вид, что она сонно дёрнулась, Песнь Теней неторопливо открыла глаза и уставилась на незваного гостя.
— Разве это этично по вашим меркам: заходить в комнату к спящей женщине? Кажется, недавно ты смущался тому, что я начала перед тобой раздеваться, а теперь сам украдкой приходишь? — не уколоть мага в сложившей ситуации Майев не могла почти физически; его резко изменившееся лицо радовало и разжигало нехороший огонёк в душе.
К её удивлению, маг не торопился с ответом. Майев почувствовала, как странный взгляд пробежался по её фигуре, свободно лежащей поверх одеяла. Когда сила призыва захватила эльфийку, ей было не до таких мелочей, как накрываться одеялом для удобства, о чем сейчас Песней Теней пожалела. Его странное молчание напрягало.
— Вижу, тебе лучше, — вместо приветствия или оправдания произнёс волшебник. — Значит, мы можем продолжить использовать Напиток. Если ты немного подождёшь, я быстро сделаю его.
Песнь Теней сузила глаза: он что, пытается её подкупить снотворным или просто приковать к этой уже не раз проклятой кровати? Нет, больше причин оставаться в удушающих стенах не было, да и на проблемы из-за влияния Иллидана Майев не жаловалась. Тогда откуда такое рвение её усыпить?
— Не нужно, — покачала головой эльфийка. — Ты сам говорил, что злоупотреблять с ним не стоит, да и мне уже лучше.
— Может, это его ловушка? — холодным тоном настаивал профессор Хогвартса. — Делает вид, что отступает, а потом резко одолеет тебя. Ты громче всех кричала, что демон коварен и ему нельзя доверять. На его месте, я бы тебя не отпустил.
— О чём ты?
— Просто подожди немного, я скоро вернусь.
— Стой!
Копившиеся неделями эмоции начали постепенно охватывать Майев. Упрямство волшебника бесило, а неясные мотивы поведения злили.
— Я же сказала, мне не нужно зелье. Твоя помощь больше не нужна. Слышишь меня? — как можно спокойнее произнесла Стражница, стараясь изо всех сил держать себя в руках.
Нападение гончей, возможный приход Легиона, страх за частицу своей души, посланную Предателю, разговор с ним и, в конце концов, тайна разбитого фиала с потерей любви Богини — это слишком много для одной эльфийки. Даже если это вечно несгибаемая Песнь Теней. Всё, что сейчас ей было так необходимо — это не сонное зелье, а несколько часов тишины, взвешенных решений и, наконец, написанное послание для мракоборца, чтобы уйти отсюда. Ругаться с тем, кто ей помогал всё это время, Майев не хотела, но что-то в его поведении смущало. Ей снова становилось некомфортно и зябко, напоминая слабость перед Предателем в их последнем кошмаре. Зельевар ничего, что делал Ярость Бури, себе никогда не позволял, скорее сама Песнь Теней постоянно его поддевала, но сейчас под взглядом его тёмных глаз становилось неуютно.
— Спасибо, что постоянно заботился обо мне, — вкрадчиво продолжила эльфийка. — Однако снотворное сейчас излишне. Если ты хотел сказать мне только это, то…
— Ты прогоняешь меня? — маска на лице мага являла собой полнейшую собранность и равнодушие.
— Я только проснулась. Хотелось бы умыться или… переодеться, — терпение Майев испарялось буквально на глазах, но она всё ещё старалась аккуратно выпроводить гостя.
— У меня к тебе пара вопросов, так что я подожду.
Наступила неловкая тишина.
— Прям здесь ждать будешь? — не выдержала, наконец, Песнь Теней.
— Ты говорила, что тебе всё равно на представителей другого вида. Разве нет? — всё также безэмоционально ответил зельевар.
На какую-то секунду шальная мысль снять рубашку мелькнула к голове Майев, но так же быстро испарилась. Почему-то Стражница оказалась уверена, что сейчас маг не уйдёт и даже не отвернётся. Ей действительно всё равно на другие расы, но так было до того, как Предатель остался с ней один на один в кошмаре, где её голое тело оказалось беззащитно и послушно его желаниям. Ужас и страх были слишком свежи, чтобы вот так скоро обнажаться перед кем-то.
— Хорошо, задавай свои вопросы. Я слушаю, — процедила Песнь Теней, скрестив руки на груди.
Долю секунды на непроницаемом лице волшебника царили боль и разочарование, а тёмные глаза устремились в район декольте эльфийки, но вот зельевар снова стал совершено спокоен и размерен:
— Что планируешь делать дальше, если не спать?
— Почему тебя это интересует?
— Это мой мир, моя работа, мои студенты. Если ваша вражда плохо кончиться, то Хогвартс заденет в первую очередь.
Неожиданно для самой себя Майев расхохоталась.
— О Элуна! У вас с архимагом одна отмазка на двоих? Правда?! — еле скрывая нездоровый смех произнесла Песнь Теней, прикрывая рот рукой. — Это настолько бездарно, что даже смешно. Вы готовы любую глупость прикрывать благим желанием спасти адептов от неведомо чего?
— Не вижу причин для смеха, — процедил маг. — Пока ты в этих стенах, ответственность…
— …Пустой звук, который ты произносишь для одной вам известной цели, — грубо перебила его эльфийка. — Убери меня из замка, и наше противостояние с Предателем вас больше не коснётся. Так лучше и безопаснее для адептов, не правда ли?
Легко подскочив с кровати, Песнь Теней стремительно приблизилась к профессору. Ауру жрицы Элуны, пусть даже и в опале, могли чувствовать любые живые существа, если она того хотела. Подойдя к магу неожиданно близко, Майев была совершенно уверена, что наделённый магией, он ощущает её близость каждым сантиметром кожи. Воспользоваться возникшим эффектом стоило незамедлительно.
— Скажи, раз ты такой ответственный, что ты будешь делать, если он вернётся? — высокомерно улыбнулась Стражница. — Представь, что глубокой ночью, когда вы, люди, спите, он прилетит сюда на своих огромных тёмных крыльях. Ты пришёл по своей низменной привычке за мной подглядывать и встречаешь его тут, склонившегося прямо надо мной… Что тогда?
За счёт роста Песнь Теней могла смотреть волшебнику прямо в глаза. Тот молчал, но буря в его голове легко читалась не обладающей ментальной магией эльфийкой.
— Ты молчишь, потому что не можешь ответить… Или потому, что ответить нечего? Как и сделать что-то в такой ситуации, верно? — вкрадчивый голос Майев был в одинаковой степени и ласковым, и уничижительным. — Если меня здесь не будет, то только в таком случае вашим распрекрасным адептам ничего не будет угрожать. И ты это знаешь. Никакие гончие сюда приходить не будут.
— Гончие? — слабая тень удивления всё же промелькнула на его лице.
— Ого, он тебе не рассказал? Занятно, — хмыкнула Майев.
На какую-то секунду Песнь Теней была уверена, что волшебник почти сорвался, чтобы спросить, что ему не рассказали, но в последний момент всё же сдержался. Стоило признать, что для человека у него была невероятная выдержка. Однако, в глубине души эльфийка посочувствовала ему, ведь подобному учатся не от хорошей жизни. Сожаление, что разговор с такой личностью сворачивает во всё более неприятное русло, было велико, но сдаваться какому-то человеку командир грозных Стражей не могла.
— Ты спросил всё, что хотел? — надменно уточнила эльфийка.
Вместо ответа маг запустил в камин стремительную красную искру. Даже не зная точного назначения действия, Песнь Теней догадалась о его смысле. Чувства возмущения и предательства захлестнули её так, что вместо едких комментариев и криков, она молча смерила гостя разочарованным и злым взглядом, после чего резко отвернулась и вернулась на кровать, скрестив ноги и ожидая новый раунд разговоров, но в этот раз гораздо более витиеватых и пространных.
Архимаг не заставил себя долго ждать. На его лице как всегда была доброжелательная и озорная полуулыбка, от которой у Стражницы чуть не свело желудок. Чем благодушнее кажется глава Хогвартса, тем упрямее и несгибаемее он будет в своих решениях. Эльфийка почти физически чувствовала, как её пытаются сковать, но зачем — этого она до сих пор не понимала. Скорее всего, с Иллиданом у архимага какая-то договорённость: либо о фиале, либо о клинках. Поэтому Предатель до сих пор не нагрянул обратно в замок. Стоит аккуратно прояснить, какую из двух целей наметил старый лис. Понять же мотивы зельевара Майев не могла. Конечно, у мага мог быть прямой приказ для такого поведения, но за этим крылось что-то ещё, из-за чего Песнь Теней допустила ошибки и оказалась в ловушке разговоров и дутых доводов.
— Приветствую тебя, Майев, — голубые глаза за очками-половинками озорно сверкнули. — Вижу, мой профессор озабочен твоим состоянием. Как ты себя чувствуешь?
«Сказала бы я, чем он озабочен», — едва не выпалила Песнь Теней, но сдержалась.
— Благодарю за заботу. Чувствую себя превосходно, — всего этого кисло заметила она.
— Тогда чем планируешь заняться? — осведомился старый маг, наколдовывая стул.
Зельевар продолжал стоять прямо, словно проглотил кол. Тёмные внимательные глаза готовы были прожечь в эльфийке дыру, но больше ничем маска на лице не выдавала его нездоровый интерес. В численном перевесе, тем не менее, Майев видела своё преимущество.
— Если мне одолжат одежду потеплее, то я бы прогулялась вокруг замка со своим чакрумом, — почти беззаботно промурлыкала Песнь Теней, что в сочетании с её немного охрипшим голосом давало странный эффект.
Тёмные глаза озабочено перекинулись на главу Хогвартса. Майев была почти уверена, что зельевар ждёт резкое возражение архимага, но тот молчал. Почему старый маг не рассказал ему о гончей — Стражница не знала, но потенциальная проверка окрестностей на выявление новых гостей другого мира слишком важна, чтобы можно было вот так сразу отказывать эльфийке в просьбе. Это покажется тем более подозрительным от тех, кто так показательно печётся о безопасности вверенных им детей. Майев почти слышала внутреннюю борьбу архимага и не без наслаждения ждала вердикта.
— Ты здесь гость, а не пленница, — наконец снова улыбнулся старый маг. — Я пришлю Добби с чем-нибудь, чтобы тебе было комфортно на улице.
Стражница бросила полный злорадства взгляд на поверженного противника. В выдержке человека эльфийка ошиблась — она была гораздо выше её ожиданий. Холодная маска на лице волшебника даже не дрогнула, какие бы переживания не снедали её владельца изнутри.
— Да, кстати, у меня к тебе огромная просьба, Майев, — словно бы спохватился глава Хогвартса. — Надень, пожалуйста, перстень, с помощью которого меня можно будет призвать. Сама понимаешь, что если кто-то окажется в беде, я смогу быстро прийти на помощь, ну или, хотя бы, перенести подальше от любого риска. Я буду крайне тебе обязан, если ты уважишь просьбу старика.
То, что кольцо можно отслеживать, а вместе с ним и перемещение эльфийки, последней было ясно, как лик Элуны на чистом ночном небосводе. Старый маг нашёл альтернативу выполнить просьбу Песни Теней не снимая своих тонких пальцев с её незримых оков.
Майев довольно хмыкнула и обворожительно улыбнулась, после чего изящным жестом надела перстень на указательный палец. Самый опасный её противник сейчас достаточно далеко, и, кажется, больше не занят тем, чтобы выворачивать ей разум наизнанку, а значит у Песни Теней появилось время поиграть с архимагом.
***