Часть 52 (1/2)

Из-за громкого и душераздирающего крика движение руки Сириуса, уже готового схватиться за ручку двери, на мгновение прекратилось. Кто бы не находился внутри, в мужском голосе звучало столько боли, что от него по позвоночнику пробегала дрожь. Бросив взгляд на сопровождающего его директора Хогвартса, Блэк резко дёрнул дверь и влетел в комнату. В глаза тут же бросилась извивающаяся на кровати фигура друга. Казалось, что если бы не волшебные путы, Люпин начал бы терзать самого себя. Его кулаки то и дело сжимались и разжимались, из-за чего ладони прокололись и кончики пальцев измазались в крови. Глаза бывшего учителя защиты от тёмных искусств были плотно зажмурены, а рот, когда он не кричал, перекосило от невыносимой боли.

— Римус! — спохватился Блэк и бросился к другу.

— Стой! Куда ты, куда?! — завопил сидящий над оборотнем Наземникус Флетчер, которого анимаг даже не заметил.

Проигнорировав предупреждение, Сириус стремительно приблизился к кровати, даже не подумав сбавить темп. Однако прикоснуться к Люпину Блэк не успел. Путы, так похожие на те, что сдерживали Лунатика, обмотали и самого анимага.

— Прости, Сириус, не хотел этого делать, но в следующий раз, пожалуйста, слушай, что тебе кричат окружающие, — раздался у него из-за спины спокойный голос директора Хогвартса. — Наземникус, что с Римусом?

— Почём я знаю! — выпалил Флетчер. — Он неожиданно появился в столбе зелёного огня прямо у ворот и валялся на дороге истошно вопя, вот прям как сейчас. Не знаю, что это за чары, но дольше оставаться с этим безумным у меня нет никакого желания!

— Зелёное пламя? — сощурил голубые глаза за очками половинками Альбус Дамблдор. — Ты уверен?

— Провалиться мне на этом самом месте, если я вру! — обиженно буркнул рыжеволосый мужчина. — У меня с глазами всё в порядке и цвета могу различать.

— Профессор Дамблдор, можно меня уже отпустить?! — возмущённо напомнил о себе смотанный Сириус.

— Если ты пообещаешь пока не прикасаться к Римусу, — спокойно ответил глава Хогвартса.

— Хорошо, — недовольно шикнул Блэк, повертев освобождённой рукой.

Неторопливым шагом старый маг приблизился к связанному на кровати Люпину. Видимых повреждений на его теле не было, но оборотня корёжило и сводило судорогами. Аккуратно наставив волшебную палочку, профессор Дамблдор негромко пробормотал себе что-то под нос, после чего из её кончика выплыла золотистая струя света. Она аккуратно обвила Римуса с головы до ног, после чего мигнула и исчезла.

— И что это значит? — не скрывая любопытства, подал голос Флетчер.

— Наземникус, будь добр, выйди, пожалуйста, — вместо ответа достаточно твёрдо попросил глава Хогвартса.

— Да пожалуйста! Я всё равно хотел побыстрее убраться отсюда! — наигранно равнодушно фыркнул Наземникус, но вопреки собственным словам, выходить из помещения стал словно бы медленнее, то и дело бросая любопытные взгляды на извивающегося в путах оборотня.

Когда за ним закрылась дверь, Сириус решился подать голос:

— Мне тоже выйти?

Вместо ответа Альбус Дамблдор задумчиво покачал головой, глубоко погружаясь в свои мысли.

— Так… что это значит? — анимаг решил попытать счастье там, где потерпел поражение предшественник.

— Ничего, — всё так же задумчиво ответил директор Хогвартса, после чего перевёл взгляд на анимага и заметно смягчился. — В буквальном смысле: магия утверждает, что на Римуса ничего не воздействует.

— Кроме того очевидного факта, что, всё же, воздействует, — прошептал вмиг потемневший Блэк.

— Именно. Если брать в расчёт, куда и почему был отправлен Римус — это плохая новость, — кивнул ему профессор Дамблдор.

— Плохая? Вы подразумеваете, что есть и хорошая? — недоумённо поднял брови Сириус.

— Флетчер сказал, что Римус появился не абы как, а в столбе зелёного огня. Мне, честно говоря, при словах «зелёное пламя» в голову приходит совсем не Волан-де-Морт.

— Вы хотите сказать, что… — Сириус даже не мог себе позволить додумать мысль.

— Пока я ничего не хочу сказать, — покачал головой директор школы волшебства. — Лучше сначала всё проверить. Однако, из-за того, что заклинание ничего не обнаружило, я склоняюсь именно к этой версии. Да и в перспективе для Римуса она выгоднее.

— Почему?

— Потому что если это проклятье Тёмного Лорда, то к нему вернулись силы и он начал творить магию, недосягаемую даже для меня. Признаться, я сильно сомневаюсь, что Волан-де-Морт сейчас в том состоянии, чтобы так показушничать. Скорее всего, он бы просто убил Люпина, чтобы у нас не было возможности что-либо узнать из того, что он успел увидеть. А вот на почерк Ярость Бури это вполне себе похоже.

— Никогда не видел, чтобы Иллидан кого-то истязал, — возмутился Блэк. — Зачем ему мучить Римуса?!

— Ещё не знаю, — задумчиво протянул старый маг, — это нам и предстоит выяснить.

***

Даже спустя несколько дней загадка Люпина так и не была разгадана. Анимаг сидел у кровати друга неотрывно, но мало чем мог помочь, ведь прикасаться к нему было всё ещё нельзя. Постоянные крики и болезненные стоны напоминали бывшему узнику время, проведённое в Азкабане. В голову то и дело лезли пугливые мысли о бегстве, которые Блэк в себе поспешно топил. Сириус мог лишь сидеть, слушать и уповать на то, что Римусу внезапно станет легче.

Альбус Дамблдор, хоть и не присутствовал у кровати несчастного, ведь остановить дела Хогвартса и Турнира в одночасье невозможно, но ни на секунду не переставал мысленно искать решение. Наконец, перебрав в голове все возможные варианты, он оказался у двери бывшей тюремщицы Иллидана. Если директор Хогвартса прав и на оборотне висит проклятье эльфа, то Майев была единственной, кто мог ему помочь.

Эльфийка встретила гостя демонстративно выгнутой бровью и со слегка надменной улыбкой.

— Майев, мне нужна твоя помощь, — вместо столь привычного приветствия профессор Дамблдор тут же перешёл к делу.

Песнь Теней никак не среагировала на заявление, скрестив руки на груди в ожидании продолжения.

— Мой человек, кажется, столкнулся с проклятьем от Ярости Бури. Никто кроме тебя ему не сможет помочь.

Глава Хогвартса внутренне напрягся, в ожидании потока безжалостных комментариев и высокомерных высказываний. Однако вопреки ожиданиям, командир Стражей стала серьёзнее, слегка покачав головой.

— С чего ты решил, что это именно его проклятье? — уточнила Майев деловым тоном без тени усмешки.

— Его выкинуло к порогу дома, если верить словам моего наблюдателя, из столба зелёного пламени и магия ничего не выявила, хотя несчастный корчится, словно от невидимых пыток, — подробно описал ситуацию Альбус Дамблдор, даже не пытаясь юлить или о чём-то умалчивать.

— Из зелёного огня? — Песнь Теней заинтересованно приподняла бровь. — Почему Иллидан решил так показательно выбросить человека к порогу дома, где ты в состояние его тут же найти?

Директор Хогвартса и сам хотел бы знать ответ на этот вопрос.

— Знаешь, архимаг, у меня есть пара теорий столь удачного стечения обстоятельств, при котором небезразличный тебе человек выпущен из цепких лап Предателя именно так, чтобы ты об всём тут же узнал, — злобно сощурилась Майев. — Первый вариант: тебе отправили недвусмысленное послание. Второй, что вполне может быть продолжением первого: вы хотите меня выманить отсюда и что-то забрать, пока тут никого не будет.

— Я в этом не участвую, — поспешил заверить её профессор Дамблдор, вкладывая в голос всю силу убеждения.

— Почему я должна поверить? — пожала плечами эльфийка. — Тебе давно стоило меня вышвырнуть отсюда, а уж после истории с гончей — так тем более, но ты зачем-то держишь. О чём вы договорились с Предателем? Что ты ему пообещал, из-за чего так боишься упустить меня?

Директор Хогвартса медлил с ответом. Состояние Люпина было ужасным и пугающим, в то время как договорённости с Иллиданом чрезвычайно важными, но не до конца надёжными. Всё это время разум старого мага находился на распутье, из-за чего разговор с эльфийкой несколько раз откладывался. Однако, Альбус Дамблдор всё же пришёл сюда, внутренне понимая, что жертв не избежать.

— Фиал, — тихо проговорил директор Хогвартса. — Ему нужна подвеска с вашей кровью.

На лице Песни Теней воцарилась плотоядная улыбка, так похожая на оскалы её бывшего узника.

— Какие распоряжения ты получил по поводу клинков? — уточнила она мурчащим голосом.

— Никаких.

Майев недоверчиво качнула головой и раздула ноздри, шумно вдыхая воздух, словно пытаясь по одному ей доступному запаху распознать ложь. Несколько мгновений эльфийка размышляла, после чего не предвещающая ничего хорошего улыбка расплылась на её лице. Стражница грациозно, как хищная кошка, подошла к тумбочке и что-то вытащила оттуда.

— Этот фиал? — нарочито ласково переспросила Песнь Теней.

Директор Хогвартса почувствовал, как душа резко проваливается куда-то вниз, хотя внешне никак не проявил внутреннего отчаяния. Стражница покачала столь знакомой цепочкой, на которой болтался осколок подвески. Довольно хмыкнув, она достала остальные осколки, не отрывая внимательных глаз с лица волшебника.

— Ты провалил свою часть сделки, человек, — зловеще прошептала Майев, едва скрывая довольную улыбку.

— Не понимаю, чему ты-то так радуешься? — едва сдерживая эмоции, как можно более спокойно ответил Альбус Дамблдор, пытаясь собрать мечущиеся в голове мысли. — Разве это не означает, что тебе придётся остаться в нашем мире с Ярость Бури один на один? Зачем ты вообще его разбила?

— Это была не совсем я, — уклончиво произнесла Песнь Теней, неопределённо поведя плечами. — Кстати, всё произошло не вчера. Теперь, зная больше, как думаешь, могла ли участь твоего человека стать результатом кары Предателя? Так сказать, маленькое предупреждение о том, что ждёт тебя самого в недалёком будущем.

Профессор Дамблдор бросил на эльфийку взгляд, полный нечитаемых эмоций. Внезапная информация заставляла мысленно содрогаться и лихорадочно искать решение, которое не торопилось находиться.

— Оставшийся в вашем мире Иллидан захочет, скорее всего, подготовиться к нашествию Легиона, чью первую собачку мы уже повстречали, — продолжала безжалостную тираду Песнь Теней. — Вопрос времени, когда он подомнёт его под себя.

— А вместе с ним и тебя, — холодно заметил глава Хогвартса. — Причём, тебя он предпочтёт мять чаще всего остального. К чему пустые угрозы, если твоей судьбы они касаются в первую очередь?

— К тому, что всего этого могло и не быть, если бы ты оставил мне контроль над Предателем, — уже не пряча злость за наигранностью, процедила эльфийка. — Кстати, тогда и фиал был бы цел, а значит, я могла бы своими силами попробовать найти путь домой.

— Каким-такими силами ты собиралась его искать, ведь до сих сидишь здесь и только недовольно шипишь? — парировал профессор Дамблдор, едва сдерживая кривую усмешку. — Я говорил ещё тогда, когда увидел Тень, повторюсь и сейчас: я отпустил Ярость Бури, потому что у него был план, а у тебя — ни малейшего представления о том, с чего начать. Я бы сделал это снова, пусть и иначе. Однако, вернёмся к тому, зачем я здесь: ты можешь мне помочь?

Майев шумно вдохнула, но промолчала и задумалась. Спустя какое-то время она заговорила вновь:

— Я смотрю, ты любишь сделки. Давай заключим одну такую со мной.

— Чего ты хочешь?

— Я помогу твоему человеку чем смогу, а ты свяжешься с тем, другим, кто участвовал в захвате Предателя, а так же поспособствуешь перевозке клинков, — Песнь Теней склонила голову набок, в ожидании ответа.

— И это всё? — слегка изогнул бровь директор Хогвартса, но тут же взял себя в руки. — Ты же понимаешь, что после истории с гончей и ввиду разбитого фиала такое развитие событий мне даже выгоднее, чем тебе?

— Подвох в том, что теперь, кроме меня самой, тебе больше нечего предложить Иллидану, — сладко улыбнулась Стражница. — Чем дальше я от тебя, тем спокойнее спят твои адепты и беспокойнее ты. Эта морщинка между бровей согревает мне душу.

Эльфийка, не скрывая ехидства, очертила в воздухе тонким пальцем ареал на лбу мага.

— Долгие месяцы я металась от страха и неопределённости по твоей милости. Вздрагивала от каждой тени, силясь рассмотреть в ней очертания крыльев, и закрывала глаза перед сном с молитвой, чтобы первое, что я увижу, когда их открою, было что угодно, только не проклятое пламя его рогатой рожи. Теперь твой черёд, человек. Можешь и дальше пугать меня Предателем, но угрозу для тебя это никак не отменит. Знаешь, что он делал с орками, которые куда как крепче людей, чтобы создать из них идеальную армию? Заставлял пить кровь демонов, чтобы те теряли рассудок, подчиняясь жажде крови и насилию. Крики несогласных с подобной участью разлетались достаточно далеко и долго, чтобы образумить остальных. Представляешь, архимаг, что будет с людьми, когда он из вас начнёт лепить подобие войска?

— Общаться с тобой зачастую гораздо менее приятно, чем с Иллиданом, — хмыкнул профессор Дамблдор.