Часть 39 (2/2)
«Могло быть и хуже», — облегчённо мелькнуло в голове.
В конце концов, хотя бы о хвосте из министерских сошек можно было не беспокоиться.
«Надо уже дать себе слово не вестись на предложения Старика», — сам себе сказал Блэк. — «Мирная встреча… Пф!.. Ещё парочка таких «мирных встреч» и от меня даже клочка шерсти не останется».
***
Римус накинул на себя согревающие чары и, преодолевая сугробы, постарался догнать Иллидана. Сделать это было непросто; большой и, очевидно, тяжелый осквернённый эльф так быстро передвигался, что, казалось, он даже не касается снега, не то, что проваливается. Дивиться умению Ярости Бури игнорировать заснеженную поверхность Люпин не успевал. Сам волшебник с задачей не справлялся. Мечтая о волшебной метле, с которой подобная проблема решалась бы легко и просто, бывший учитель защиты от тёмных искусств собрался с силами и преодолел последний лесной рубеж, что отделял его от кемпинга оборотней.
В лагере царил ажиотаж. Его жители стремились заверить Иллидану свою лояльность, склоняя головы по мере внутренней гордости и статуса в стае. С тех пор, как охотник на демонов оставил Римуса у себя, тому не доводилось ещё ни разу выходить за пределы комнаты, но сейчас, идя по кемпингу, Люпин заметил, что даже трейлеры стоят чуть поодаль друг от друга, а сами оборотни предпочитают передвигаться одними и теми же группами.
«Видимо, здесь несколько стай» — подумал про себя маг, интуитивно ища в толпе знакомые лица.
Разумеется, выискивал Римус бывших истязателей не для того, чтобы поприветствовать; волшебник опасался внезапно на них наткнуться и старался заранее держаться подальше. Наконец, в толпе замаячила, уже без листьев и веточек, но всё ещё непослушная копна Миры, отчего Люпин аккуратно переместился так, чтобы между ним и схватившей его стаей была внушительная фигура эльфа, закрывающая его своими огромными крыльями.
Постепенно волшебник начал ловить на себе недоумённые и даже злые взгляды.
— Почему он…
— Я же лучше…
— За что ему…
— …Такая честь…
Только сейчас бывший учитель Хогвартса начал понимать, что факт его нахождения рядом с Иллиданом ни просто не прошёл незамеченным для остальных, но и воспринимается ими как величайшая привилегия. Маг поёжился: у него и без того слишком много различий с сородичами, чтобы ещё ввязываться в конфликты на почте зависти.
Когда осквернённый эльф достиг центра лагеря, в котором находилось большое кострище, он, наконец, остановился и пламенными огнями оглядел собравшихся. Римусу показалось, что такое происходит не впервые, потому что народу было много, но никто не пихался, а некоторые даже целенаправленно менялись местами. Со стороны всё походило на явление правителя к своим вассалам. Тем не менее, Иллидан выглядел в пёстром сборище достаточно органично и спокойно, словно всегда только и делал, что собирал вокруг себя толпы подобострастных соратников.
Ярость Бури поднял руку, призывая окружающих к вниманию и начал говорить размеренным глубоким голосом:
— Полнолуние уже близко, а значит пора начать разделение, — маг никогда бы не поверил, что огромная толпа оборотней, этих диких и игнорирующих этические устои общества людей, способна сохранять практически идеальную тишину в которой каждое слово эльфа было отчётливо слышно. — В этот раз со мной останется не одна, а уже две стаи и маг.
Когтистый палец ткнул в сторону Люпина, у которого по спине пробежала волна страха, вызванная одновременно брошенными в него завистливыми взглядами.
— Его не трогать и не притеснять, — продолжил Ярость Бури. — Узнаю — не пожалею. Это ясно? А если что, я узнаю…
Недовольный ропот прокатился по собранию, но большего присутствующие себе не позволили. Часть ненавидящих взоров, к великому облегчения волшебника, от него отлипло. Невольно Люпин снова посмотрел в сторону стаи Мэг. Женщина демонстративно опустила голову вниз, Моран недовольно скалился, но, как и два других оборотня, тоже стоял с опущенными глазами, и только Мира не опустила свою прелестную лохматую головку. Её внимание целиком и полностью было приковано к фигуре эльфа. Глаза ликантропки блестели, нижняя красная губа была слегка прикушена. Мира выразительно дышала, подёргивая ноздрями, и липким взглядом блуждала по силуэту Иллидана, бесстыдно остановившись в районе паха.
Римус удивлённо поднял брови и, в отличии от самой ликантропки, сильно смутился. Странные сомнения начали одолевать мага. Конечно, осквернённый эльф выглядел весьма внушительно, но почему-то мысль о том, что он может стать объектом чьей-то человеческой страсти, была для Люпина противоречивой и неприятной. В полной степени назвать Миру человеком было нельзя, однако сам факт подобного интереса казался противоестественным. Волшебник непроизвольно передёрнул плечами и поспешно отвёл взор в противоположную сторону, чтобы смущением не вызвать вопросы у Ярости Бури. Почему-то делиться с ним наблюдением не хотелось и казалось постыдным.
Между тем Иллидан, если и знал об этом, то никак не показывал, продолжав речь:
— Ты, — с этими словами он обратился к стоящему справа оборотню, — и твоя стая будет со мной в эту полную луну. И… — охотник на демонов неспешно поворачивался, внимательно всматриваясь пылающими глазами в стоящих впереди толпы вожаков, — и ты… Эти две стаи остаются. Остальные расходитесь по своим территориям, как в прошлый раз. Готовьтесь выступать с завтрашним рассветом и счастливой охоты!
По кемпингу пронёсся разочарованный вопль Миры. Стоящий рядом с ней вожак, которого выбрал Ярость Бури, удивлённо уставился на соседку, пока та, казалось, горит от снедающего её внутреннего пламени, переминаясь с ноги на ногу. Когтистый палец был направлен почти на неё, тем самым раня девушку ещё больше.
— Мой Господин, — ликантропка бросилась вперёд, игнорируя строгое предостережение Мэг, — возьмите и меня…
Она почти припала к копытам эльфа, смотря на него снизу вверх.
— Нет, — холодного и равнодушно ответил Ярость Бури не медля с ответом ни секунды, после чего тут же пошёл обратно в сторону особняка.
Римус покачал головой. Иногда Иллидан мог позволить себе саркастичные замечания, но в этот раз его спокойствие и решительность оборотня удивили. Он знает об отношении Миры? Или просто сейчас не в настроении шутить? Он не хочет показывать неприглядную сторону характера на публике? Быть может, Люпин себе просто всё надумал?
Из задумчивости его вырвал отрывистый окрик Ярости Бури:
— Ты идти собираешься, или тебя снова надо на верёвке вести?
Маг поспешно двинулся за крылатым спутником, старательно пытаясь настроить мысли на что угодно, кроме того, о чём ему действительно хотелось поразмыслить. Иллидан легилимент, поэтому стоит забить себе голову чем-нибудь другим.
— Зачем ты оставляешь возле себя стаи оборотней? — стараясь догнать эльфа, крикнул ему в спину Римус. — Разве во время полнолуния мы не опасны?
— Опасны? — уточнил Ярость Бури с привычной саркастичной улыбкой. — Для обычных людей — возможно. Как думаешь, сколько нужно выпить, чтобы в сумерках спутать меня с типичным обитателем этого мира?
«Я столько не пью», — Римус мысленно сопоставил свои возможности и внешность Иллидана.
— С одной стаей справиться легко, но нужно время, чтобы каждый оборотень в полнолуние научился слушать меня и мои команды. Время… я жил больше десяти тысяч лет, а сейчас у меня его почти нет, — Ярость Бури покачал рогатой головой.
— Для чего тебе не хватает времени? — Люпин даже заинтересовался разговором, почти забыв, что начался он лишь для переключения с одной темы на другую.
— Для неё… Она стала пропадать от меня. Не знаю почему, но когда она появляется, то я ощущаю её какой-то больной. В этом мире нам не место, — ответ Иллидана лишь добавил вопросов.
— О ком ты?
— Да и Легион дремать не будет. Больше года я торчу в этом жалком мирке. Если они найдут меня тут, я буду почти бессилен что-либо сделать, — казалось, охотник на демонов опять начал разговаривать сам с собой.
— «Она»… «Они»… — маг в который раз задумался, отчего Сириус воспринимает это создание как своего друга: общение с ним либо полно пренебрежения со стороны эльфа, либо нужно было накидаться до определённой кондиции, чтобы улавливать путанные мысли Ярости Бури.
«Но столько я тем более не выпью».
— Постой, — внезапное осознание наконец встревожило Римуса. — Ты собираешься управлять оборотнями во время полнолуния? Всеми, что есть в кемпинге?
Люпин встал, тем самым уменьшив площадь, отчего незамедлительно провалился в снег ещё глубже. Однако сам волшебник едва ли заметил промашку. Армия послушных ликантропов в момент преображения — это слишком пугающая сила, что вообще не должна существовать в мире.
— Что ты собираешься сделать, Иллидан? — внутреннее маг содрогнулся, осознавая, что морально он не готов услышать ответ.
— Сокрушить Азкабан, разумеется, — весело отозвался Ярость Бури с хищной клыкастой улыбкой на наполовину перебинтованном лице.