Глава 11 (2/2)

— Достойное желание, друг мой. Я сам тоже мечтаю о паре носков к праздникам, мне же дарят только очень умные книги, — раздосадовано покачал головой директор школы чародейства и волшебства.

У профессора зельеварения от слащавости происходящего почти физически сводило челюсть. Причин, из-за которых сейчас разыгрывалась подобная сцена, профессор Дамблдор предпочёл коллеге не раскрывать. Если бы Северус Снейп хуже знал старого мага, то вообще посчитал разговор напрасной тратой времени. Однако глава Хогвартса что-то задумал, словно подводя к какой-то идее незадачливого свидетеля беседы, а Снейп упрямо не понимал, что это может быть.

— Скажи, — наигранно задумался старый маг, — десять галлеонов и два выходных будут достойной платой для такого самостоятельного домового эльфа, как ты? Будешь как настоящий волшебник.

И без того крупные глаза домовика расширились до такого состояния, что рисковали вылететь из орбит.

— Что вы, сэр! — всплеснул ручками коротышка. — Это слишком много для Добби! Добби просто в радость труд. Добби хватит и одного галеона с одним выходным.

Желание ещё раз закатить глаза не отпускало Северуса Снейпа.

— Профессор, — холодно обратился учитель зельеварения, — позвольте мне уйти.

— Конечно-конечно, Северус, ещё пара минут, не больше, — улыбнулся Альбус Дамблдор. — Скажи, Добби, а тебе знакомы вот такие руны.

Директор Хогвартса взял со стола колдографии рун с мест предполагаемых стоянок Блэка и протянул домовику. Молодой мужчина приподнял брови от удивления, однако очень быстро взял себя в руки и с интересом уставился на домовика.

— Добби не может точно сказать, — лоб между двух крыловидных ушей сморщился, — но, кажется, Добби смутно понимает эти знаки.

— Правда? — улыбнулся Альбус Дамблдор. — На что же они похожи?

— Добби не силен в древнем наречии своих далёких предков, сэр, — виновато опустил глаза коротышка. — Добби может лишь говорить на нём, а не писать. Но Добби знает, что среди его соплеменников есть немногие, кому это под силу. Руны очень похожи на те, что иногда пишут такие домовики.

— Замечательно. Что ж, раз мы договорились об условиях труда, то можешь приступать, Добби. Прошу тебя, присоединяйся к своим, вот только… — тут глава Хогвартса о чём-то задумался, а потом делано покивал головой, словно передумал. — Хотя нет… Нет, ничего, ступай.

Такой нехитрый приём не сработал бы ни на ком, кроме домовика, а потому Северус с некоторой снисходительностью наблюдал, как Добби заглотил наживку.

— Что, сэр?! — переполошился домовой эльф. — Добби может ещё чем-то помочь?

— Ох, нет, право! — замахал руками директор школы чародейства и волшебства. — Это не стоит твоего внимания, я постараюсь справиться как-нибудь сам…

— Что вы, сэр! Добби с большим удовольствием поможет тому, кто наконец дал ему работу! Ведь Добби уже почти отчаялся!

— Ох, ну если ты так настаиваешь, — неохотно протянул Альбус Дамблдор, всем своим видом игнорируя закатанные глаза учителя зельеварения, — ты и правда смог бы помочь старику.

Против воли Снейп слегка прыснул, отошёл за спину домовику, чтобы тот не видел его реакцию, и с интересом стал слушать, что директор Хогвартса скажет наивному собеседнику.

— Видишь ли, мы с коллегой опасаемся, что кто-то из твоих собратьев попал в беду, — обеспокоенно начал старый волшебник. — Ты же знаешь, твои родичи предпочитают всё решать самостоятельно, но, боюсь, это может быть опасно. Мы бы хотели узнать, с кем происходит беда, и, если нужно, помочь. Если ты хотя бы понаблюдаешь незаметно за Хогвартскими домовиками и как-нибудь сообщишь нам, если кто-то из них ведёт себя странно, мы были бы тебе крайне признательны.

— Конечно-конечно, сэр! — просиял Добби. — Я с радостью выполню вашу просьбу!

— Замечательно, — улыбнулся директор. — Теперь ступай и держи нас в курсе. Добро пожаловать в Хогвартс!

Когда дверь за коротышкой закрылась, — кабинет директора был единственным местом, откуда и куда даже домовые эльфы не могли переноситься, — Альбус Дамблдор довольно откинулся на спинку кресла и с самодовольной улыбкой посмотрел на профессора Снейпа.

— Как вы узнали, что это руны домовых эльфов? — учитель зельеварения хотел скрыть любопытство, но получалось не сильно хорошо.

— Я не знал, — пожал плечами собеседник, — всего лишь предположил. В моей семье жила домовуха; она иногда чертила руны вокруг сестры, когда ей становилось хуже. Руны с колдографий и те, что использовала она, показались мне смутно похожими, поэтому я решил сначала проверить свою теорию, а потом уже говорить о ней.

— Вы обращаете внимание даже на такие мелочи, как какие-то чёрточки, накаляканные домовыми эльфами? — удивление всё же овладело Снейпом.

— Вы, мой дорогой друг, неправы в своей слепоте к тем, кто не маг и даже не человек, — грустно заметил директор Хогвартса. — У всех есть эмоции, чувства, у каждого своя боль. Эта проблема нашего волшебного мира, которую мы, маги, даже не хотим замечать.

— Пока достаточно того, что вы её заметили, и теперь придётся разоряться домовому эльфу на зарплату, — саркастично отметил Снейп. — У меня ещё один вопрос: зачем вам понадобился спектакль с наблюдением за домовухами с помощью новичка. Мы бы и сами могли узнать о них.

— Сильно сомневаюсь, Северус, — покачал головой директор Хогвартса. — Это достаточно закрытое сообщество, и оно не будет довольно тем, что мы в него лезем. Скорее всего, если кто-то из домовых эльфов о чём-то знает или догадывается, при нашем прямом вмешательстве они лишь закроются и ничего не скажут. Мне нужен был свой человек, а точнее эльф, внутри.

— Для чего?

— Позволю себе ответить вопросом на вопрос, — улыбнулся директор Хогвартса. — Кто ещё, кроме меня, может мгновенно перемещаться в пространстве нашего замка?

— Вы хотите сказать, что… — внезапная догадка поразила Северуса. — Кто-то из эльфов помогает демону?

— Демону ли? Руны у него на древнеэльфийском. Да, он, если судить из ваших воспоминаний, не сильно похож на Добби, но если допустить некоторое воздействие на него или на нашего домовика, то можно представить, что они когда-то могли быть одним видом. К тому же, для демона он повёл себя с вами слишком… Миролюбиво, предпочтя просто идти своей дорогой, хотя спокойно мог напасть и победить.

— Существуют эльфы с рогами, крыльями и копытами? — изумился учитель зельеварения, выгнув бровь.

— Не знаю, Северус, — пожал плечами собеседник, — я видел своими глазами даже меньше вашего, у меня не на всё есть ответы, но возможно сегодня мы стали на один шаг ближе к нашему таинственному похитителю.

— Будем надеяться. Профессор, — Северус Снейп слегка кивнул на прощание и направился к выходу из кабинета.

— Да, кстати, — спохватился Альбус Дамблдор, — пока не сообщайте об этом нашим друзьям. Понимаю, такое поведение не совсем красиво, ведь без их помощи мы бы не узнали о рунах, но давайте не будем торопить события.

— Как скажете, профессор, — пожал плечами мужчина и покинул кабинет директора Хогвартса.

***

Февраль встречал бывших узников такими же морозами, что и предшественник. Выбираться на улицу не хотелось, однако по ночам осквернённый эльф всё равно это делал. Если раньше его походы происходили нечасто, то в последние дни января Иллидан исчез и появился лишь с первым лучом солнца нового месяца.

— Где тебя носило?! — накинулся Сириус на спутника, но, увидев его совершенно подавленное состояние, почему-то стушевался и даже сделал шаг назад. — Что-то случилось?

— Нет, — хмуро ответил Ярость Бури и прошествовал в комнату, чтобы там сесть на стул и углубиться в задумчивое тёмное молчание.

— Я, в отличии от тебя, не умею читать мысли, — вздохнул маг, — но ты всем своим видом кричишь: «Где-то что-то пошло не так». Выкладывай.

— Я не могу почувствовать того, кто несёт источник, — тихо ответил осквернённый эльф.

— И… И всё? Так, вроде, ничего не изменилось, — Блэк совершенно искренне не понимал, в чём суть проблемы. — Для загадочного некто и готовится твоя не менее таинственная засада в убежище акромантулов, разве нет?

— Нет, — устало отозвался Ярость Бури.

— В смысле? Ты пропадал целых три дня, а теперь говоришь, что не готов?! — человек силился, но не улавливал ход мыслей собеседника, и от того злился.

— Я решил не делать засаду, — пламя глаз устремилась прямо в душу, словно пытаясь что-то донести.

— Прости, Иллидан, но… Я тебя сейчас не понимаю. Совсем не понимаю, ты соизволишь объясниться полнее? Вообще-то, если кто-то или что-то нападёт на тебя, мне тоже может достаться. Ты играючи убиваешь людей, а дементоры — вообще закуска. Если появится ещё один Иллидан и захочет мною пообедать, долго ли меня будет спасать Патронус?

— Против этого врага Патронус бессилен, даже скорее наоборот, — хмыкнул Ярость Бури.

— Ещё лучше! — воскликнул волшебник, но сразу осёкся и снова по привычке проверил через щель в створках пространство перед хижиной. — Вот только позволь спросить, — уже сиплым шёпотом добавил маг, — как ты, никого не чувствуя, смог это понять?

— Я узнал силу, и точно знаю, чем является источник, — невесело отозвался осквернённый эльф.

— И?!

— Клинки Аззинота — моё верное оружие, — вздохнув, пояснил Ярость Бури. — Поэтому их воздействие так сильно на меня влияет.

— Это… хорошо или плохо? — непонимающе скривил брови Сириус.

— Это подозрительно, — усмехнулся собеседник. — Из огромной Круговерти, наполненной разными видами жизни и типами оружия, после меня в ваш мир прилетают именно они. Удивительное совпадение. Это наталкивает на мысль.

— Какую?.. Иллидан, мне сейчас каждое слово из тебя манящими чарами вытаскивать?!

— Я давно должен был раскусить того, кто их несёт… но до сих пор не смог, — осквернённый эльф чуть съехал на стуле и откинул голову, пронзая горящем взглядом потолок. — И я знаю только одну эльфийку, которая даже на расстоянии вытянутой руки может скрывать от меня свою ауру. Она так за мной и следила все десять тысяч лет.

— Ты же сейчас не про… О-о! — анимаг схватился за голову и сел прямо на пол, опираясь спиной на стенку.

— Да, я примерно так же подумал, — невесело улыбнулся Иллидан, переведя пламенный взор обратно на мага.

— Чем грозит ваша семейная разборка? — угрюмо бросил Сириус.

— Она меня убьёт, — отрешённо произнёс Ярость Бури.

— Невозможно! — фыркнул Блэк. — Ты же неубиваемый! Какая-то там феечка с тобой не справится.

В ответ на сказанное, собеседник громко и нездорово расхохотался.

— Что я не так сказал? — возмутился человек. — И хватит так громко ржать! Нас могут услышать! Я видел твою магию: ты можешь вызывать зелёное пламя! Ты очень сильный! У тебя есть крылья и ещё… Один Мерлин знает, что ещё у тебя есть. Хочешь сказать, всего этого мало, чтобы она тебя не прикончила?!

Осквернённый эльф резко замолчал и, склонив голову на бок, как-то грустно улыбнулся.

— Знаешь, если Майев по силе такой же ужасный фантом в твоём описании, насколько Тиранда прекрасна и безукоризнена, то проблема не такая уж и серьёзная, — буркнул волшебник. — Тебе свойственно несколько… преувеличивать достоинства своих женщин.

— Зачем же ещё, по-твоему, она явилась в этот мир? Каким-то образом ей удалось: вырваться из тюрьмы, в которой она находилась на момент моего исчезновения из Запределья; без глубоких знаний работы порталов как-то попасть именно в тот мир, куда случайно занесло меня, и всё это для того, чтобы вернуть клинки, протянуть руку и вместе вернуться в Азерот? — саркастично заметил эльф.

Теперь настала очередь человека молчать, потому что отвечать было нечего.

— Кроме меня такой портал могут сделать и удержать не так много магов со всего Запределья, — продолжил между тем Иллидан, — а зная своих союзников, думаю, что меня предали. Даже догадываюсь, кто именно, но сейчас это не важно. Если допустить, что они всё же мне верны и это их рук дело, то зачем отправлять мне в помощь ту, с кем обоюдные злость и ненависть длятся дольше, чем насчитывает вся история существования твоего народа? Не проще натренировать кого-нибудь из моих личных иллидари?

— Из кого? — уточнил маг.

— И это сейчас не важно, — отмахнулся эльф. — Майев может и яростный фанатик, но не умалишённая, и замечательный тактик. Она бы не полезла ко мне в одиночку, если бы не была уверена в успехе. Дважды она нападала на меня после побега. Первый раз ей удалось схватить меня и вырвался я только с чужой помощью. Вторая попытка оказалась неудачной, но её предали, иначе бы тот бой стал для меня последним. Оба раза она тщательно планировала и подгадывала самые удачные, как ей казалось, моменты. Нет, Сириус, у неё что-то готово для меня, а я пока не могу понять, что именно. Одно знаю точно — мне это не понравится.

— Что же делать? — растерянно спросил Сириус.

— Не знаю, — честно признался Ярость Бури, а потом схватился за голову и взъерошил волосы вокруг огромных загнутых рогов. — Я так устал. Хочу выспаться.

— Выспаться? Но ты же всё время впадаешь в транс и всё такое, — удивился Блэк, переводя взгляд на спутника.

— Да, — согласился эльф и встал с кресла, направляясь в комнату с кроватью. — Но сейчас я просто хочу спать.

— «Просто спать», а ты так можешь? — ещё больше поразился Сириус. — Ты никогда этого не делал, с чего вдруг?!

Вместо ответа Иллидан попробовал закрыть дверь, но анимаг поймал её почти у самого косяка.

— Всё действительно так плохо, да? — тихо уточнил человек.

— Хм, — казалось, вековая усталость отпечаталась на лице осквернённого эльфа, — может и нет, но выглядит именно так. А может, я просто очень устал. Я не всегда могу решать все проблемы мироздания в одиночку. Сейчас я даже не в состоянии придумать, как не умереть.

Ярость Бури закрыл дверь, оставив мага один на один с его вопросами.

— Ладно, — тихо успокоил сам себя Сириус, — пока ничего особенно страшного не произошло. Его смертоносная леди ещё не заявилась, есть время что-нибудь придумать. Всё будет хорошо.

Судьбе, в виде как из ниоткуда явившегося Бандита, было угодно распорядиться иначе. Книзл принёс новость, что перевернула весь мир Сириуса Блэка.

Питер Петтигрю инсценировал свою смерть и, свалив всё на кота, сбежал.