Глава 12 (1/2)

— Он видел рыжего мальчика. Он убегал от него. Рыжий мальчик хотел запустить в Него камнем после полётов в небе, — мысли книзла не могли передать эмоции, но выпущенные когти и вздыбленная шерсть показывали недовольство.

«Рыжий точно заодно с Петтигрю. Невозможно, чтобы предатель все двенадцать лет старательно отыгрывал роль домашнего любимца. Я уверен, мальчик всё знает и покрывает его!» — анимаг еле сдерживал утробное рычание.

— Он не может утверждать это, — взгляд кошачьих глаз зачаровывал всё больше и больше. — Но Он слышал, что завтра будет снова игра в небе. Друг рыжего мальчика и сам рыжий мальчик будут там. Доброму Магу может пригодится вот это.

Бандит поднял лапу, под которой был небольшой кусочек смятого пергамента.

«Что это?» — уточнил Блэк, дождавшись, пока кот снова установит зрительный контакт.

— После нападения Доброго Мага проход охраняет другая картинка. Глупая картинка. Не все успевают запоминать волшебные слова для глупой картинки. Рассеянный мальчик записал себе все волшебные слова сразу.

— Это пароли от входа в гостиную Гриффиндора?! — уже в образе человека вскрикнул Сириус и поспешно схватил пергамент.

В душе всколыхнулись все чувства. До этого момента у Блэка не было чёткого плана, что ему делать. Последнее время он лишь подбирался к самому замку в бессмысленных попытках высмотреть или вынюхать предателя. Кроме риска, конечно, его вылазки ничего не приносили. Помощи у эльфа просить не хотелось, общение между ними прекратилось как-то сразу и резко. Приступы апатии Иллидана сменялись порывами безумства, когда он внезапно срывался с места и куда-то пропадал. Маленьким мостиком между бывшими узниками была Шлёпа, которая приносила еду магу и информацию из замка эльфу. Она как могла робкими попытками выясняла, как обстоят дела у мужчин, и передавала им друг о друге неутешительные новости.

Впереди был тупик.

И вот, наконец, хоть какое-то действие. Насколько возможно, что Петтигрю ещё в гостиной факультета, где его старательно скрывает маленький рыжий прохвост? Шансов мало, но мысль, что весь побег был напрасен, убивала. Он сбежал от дементоров, играя наперегонки со смертью, из-за него погиб человек, и ради чего? В одном шаге от заветной цели противник просто сбежал. Навсегда. Бесследно.

Нет, бывший заключённый не мог позволить себе в это поверить. Ещё одна вылазка в Хогвартс — чистое самоубийство, но других идей нет. Бешеная надежда найти в чемодане мальчика забившуюся туда крысу сводила с ума. Ведь если это не так, то что ему остаётся?

Всю ночь Сириус проходил по хижине, стучал кулаком по стенам и нервно мерил расстояние шагами. В эту ночь осквернённый эльф снова где-то пропадал, однако сейчас так было даже лучше. Нервное напряжение вытекало в злость, хотелось на кого-то сорваться. Конечно, Ярость Бури подтвердил бы, что вся идея с проникновением в Хогвартс — чистое безумие, и осмеял бы умственные способности волшебника. С другой стороны, раз он сам такой разумный, отчего до сих пор не придумал, как справиться со своей ненаглядной преследовательницей?

С наступлением утра анимаг обернулся и добрался до намеченного им заранее места для слежки. Сам матч будет видно плохо, но магу не это нужно. Как только до собачьего слуха донесётся звук свистка к началу игры, Сириус со всех четырёх лап бросится в замок.

***

— Я думал, профессор, — старательно скрывая ехидство, заметил Снейп, — что игру Гриффиндора вы не захотите пропустить.

— И вы были правы, Северус, ни в коем случае не хочу, — улыбнулся Альбус Дамблдор. — Приветствую и вас, Руфус. Я рад, что наши разногласия временно опущены на второй план.

Глава мракоборческого отдела недовольно кивнул в ответном приветствии:

— Надеюсь, вы позвали меня и моих людей не для того, чтобы посмотреть матч? — репутация главы Хогвартса не исключала и такого поворота событий.

— Вам не нравится квиддич? — блестящие глаза старого мага выражали искреннее недоумение.

— Мне нравится делать дело, а не тратить драгоценное время, которое и так потеряно, — парировал Скримджер.

— Профессор, я бы тоже хотел уточнить, почему мы собрались здесь, а не идём на стадион? — вмешался в разговор Северус Снейп.

— Потому что по моей просьбе Минерва одолжила у мисс Грейнджер на денёк её милую безделушку, — с этими словами профессор Дамблдор достал из стола маховик времени и продемонстрировал его собеседникам. — Крайне важно, чтобы мы с вами, Северус, сегодня были на трибунах.

— Я снова не успеваю за гениальностью ваших решений, — кисло заметил зельевар. — Для чего такие сложности?

— Давайте допустим, всё же, что Сириус Блэк как-то связан с нашим таинственным демоно-эльфийским гостем, что это нам даёт? — по излюбленной привычке директор Хогвартса начал издалека.

— Что… они заодно? — выдал один из двух людей Скримджера, которые присутствовали на встрече.

— Простой, но важный вывод, — поднял указательный палец вверх профессор Дамблдор, как бы подмечая озвученное обстоятельство. — И, если они заодно, то и действия их, условно, мы можем высчитывать для двоих.

— Звучит разумно, — пожал плечами Скримджер, не понимая, к чему его ведут.

— Когда первый раз они решились действовать в замке? — снова улыбнулся Альбус Дамблдор.

— Во время празднования Хэллоуина, — припомнил учитель зельеварения, потирая подбородок. — Тогда Сириус Блэк напал на Полную Даму, но его ручной демон не показывался.

— Верно. А второе громкое появление с чем совпадало? — кивнул головой старый маг.

— Кажется, я понимаю, почему мы тут, — ответил со слабой неприязнью Снейп, от того, что такой простой вывод был на поверхности, а он до него не догадался. — Второе нападение было во время матча, как сегодня. Сам Блэк не появлялся, но мой склад был ограблен демонической сущностью, что наконец проявила себя.

— Именно, — Альбус Дамблдор даже хлопнул в ладоши, — они выбирают моменты, когда большая часть замка пустует. Даже то таинственное зелёное пламя было во время рождественских каникул, когда почти все дети разъехались. Однако, есть ещё один фактор, по которому я могу с уверенностью сказать, что сегодня нам стоит ждать чего-то особенного от этой парочки.

— Какой же? — Руфус от всей души надеялся, что ему просто ответят, а не начнут снова играть в угадайку.

— Сириус Блэк бежал к Хогвартсу через половину страны не просто так, а для определённой цели. Он рвётся в гостиные не любого факультета, а именно в Гриффиндор, а сегодня играет…

— …Как раз Гриффиндор, — закончил за директора мысль Снейп.

— Именно! Поэтому так важно, чтобы мы присутствовали на матче, — заверил собеседников профессор Дамблдор. — Если у них есть глаза и уши в замке, а мы с вами, Северус, сошлись на том, что это не исключено, то они должны видеть нас именно там. Чаще всего они работают по одному, ну, или же, один другого прикрывает. Так или иначе, наше присутствие в двух разных местах может быть жизненно необходимо. Они должны быть уверены, что мы сидим на трибунах стадиона.

— В то время, как вы вместе с нами будете ждать их в другом месте, — довольно улыбнулся глава мракоборцев в предвкушении.

***

— Командир, наш узник совсем плох, — лицо Аниндры было уставшим и измождённым. — Он…

— Я прекрасно слышу, что с ним, — холодно отчеканила Майев Песнь Теней, больше, чем остальные, уставшая от климатических условий Полуострова Адского пламени: только её обмундирование представляло собой глухой латный доспех, совершенно не сочетающийся с хрупкостью женского тела и окружающей пустошью.

— Что нам делать?! Он привлекает внимание не только своих сторонников, но и всех хищных тварей округи! — раздосадовано запричитала первая помощница командира Стражей.

— Ударь ему промеж рогов чем-нибудь тяжёлым, например. И он поспит, и мы вздохнём свободно, — устало буркнула Песнь Теней.

Лицо заместительницы вытянулось от удивления. Жрица обречённо закатила глаза; ей сейчас как никогда не хватало Наи, погибшей верной помощницы, способной понимать её даже самый тёмный юмор. Кандидатура Аниндры на место правой руки изначально была не первой, но, с потерей лучших соперниц, оказалась единственной. Женщина обречённо опустила плечи и двинулась в сторону клетки с ценным пленником.

Иллидан Ярость Бури метался по маленькому пространству перевозной тюрьмы и рычал как зверь, видом и повадками напоминая пойманного саблезуба. Разница была только в том, что жажда магии полностью отключала разум мужчины, из-за чего он становился опасен даже для самого себя. В темнице под Хиджалом, куда вёл долгий путь Майев, его жажду будут питать хитрые плетения специальной клети, что создавались точно под этого эльфа, но сейчас ничто не могло спасти узника от боли и иссушения.

— Мы заметили, что он царапает сам себя, как будто хочет выпить свою же кровь, — в суеверном ужасе сообщила помощница Майев.

— Да-да, всё плохо. Я поняла это и с первого раза, — огрызнулась Песнь Теней.