Глава 10 (1/2)
«Он, кажется, окончательно рехнулся», — пожаловался Сириус Бандиту, который пришёл навестить анимага первый раз с начала странного поведения осквернённого эльфа. — «Вчера Иллидан так увлёкся опытами над чёртовыми пауками, что теперь их отвратительные трупы заполонили пространство не только вокруг шкафа; они валяются повсюду».
— Не верь ему, он — чёрный, — кот вальяжно помахивал хвостом, снова гипнотизируя взглядом. — Он не такой внутри, каким хочет выглядеть, как и та крыса.
В душе у бывшего узника Азкабана всё похолодело, а шерсть встала дыбом. Неужели ещё кто-то, кроме самого Блэка, распознал Петтигрю?
«Что за крыса?!» — утробное рычание против воли вырывалось наружу.
— У маленького человека, что ходит вместе с Доброй Хозяйкой, есть крыса. Но это не крыса. Он чувствует, — повторил полукровка книзл в излюбленной манере говорить о себе в третьем лице. — Рыжий мальчик ошибается.
«Он даже не представляет насколько!» — ярость закипала в человеке всё сильнее. — «Он думает, что крыса его питомец, а на самом деле — это маг, что убил моих друзей и подставил меня!»
Бандит, казалось, сначала никак не среагировал на заявление, даже отвёл глаза, но через какое-то время снова установил зрительный контакт.
— Что сделает Добрый маг крысе, если Он принесёт её ему?
«Убью», — ни секунды не сомневаясь ответил анимаг.
— Тогда Он постарается схватить для Доброго мага того злого мага, — книзл ещё раз вильнул кончиком хвоста. — Ещё Он думает, что нужно накормить Чёрного, а то Чёрный обидит Доброго мага.
«Чем я его накормлю, собственной магией?» — мужчина, в принципе, был согласен с данной мыслью, но не имел ни малейшего представления о том, как её воплотить в жизнь.
— Чем раньше питался Чёрный?
«Кем только не питался. И акромантулами, и людьми, и деме…» — внезапное вдохновение подорвало Сириуса с места, отчего тот даже забыл попрощаться с животным.
Ворвавшись в комнату на чердаке, в которой последнее время практически безвылазно обитал Ярость Бури, анимаг тут же обернулся и бросился к нему, мучившемуся от очередной бесполезной попытки впасть в транс.
— Иллидан, у меня есть идея! — прошипел довольный волшебник, но сразу осёкся, увидев зелёное пламя, полыхнувшее сильнее прежнего.
Человек был почти уверен, что в этот момент нехороший порыв в его сторону почти овладел осквернённым эльфом, однако тот сдержался. Литые мускулы напряглись, то ли улыбка, то ли оскал исказил на секунду открытую часть лица Ярости Бури, но вот тело расслабилось, и эльф кивнул головой, показывая тем самым, что готов выслушать собеседника.
— Тебе стало сильно не хватать магии, да? — ещё один кивок рогатой головой. — Помнишь, как мы познакомились? Ты выпил магию дементора. Как-то даже сказал, что он был «вкуснее» мага. Конечно, то, что я хочу предложить, слегка рискованно, но… Сейчас вокруг Хогвартса бродят десятки дементоров в ожидании моего появления. Если ты съешь парочку, не думаю, что кто-то заметит пропажу; вряд ли министерские сошки их каждый вечер пересчитывают.
Спутник волшебника довольно оскалился.
— Хорошее предложение, человек, — Иллидан встал и распахнул крылья. — Да, небезопасное, но жизнь скучна без риска, не так ли?
Клыкастые улыбки осквернённого эльфа никогда не вселяли в Сириуса радости, а появившаяся в сложившейся ситуации пробрала до дрожи. Даже потенциальное уменьшение популяции заклятых врагов не поднимало настроения, хотелось забиться в какой-нибудь самый дальний угол и сидеть в нём не вылезая, пока демон не станет более привычным Иллиданом.
— Мне понадобится твоя помощь, человек, — ткнул в грудь Блэка Ярость Бури. — Ко мне они не приблизятся, а вот тебя захотят снова схватить.
— Хочешь использовать меня как приманку?!
— Я лишь прошу помочь, не более того. Уверяю, ни один из этих стражей Азкабана не успеет притронуться к тебе. Ты же сам сказал, они рыщут вокруг по твою душу.
Волшебник резко замотал головой, отметая от себя саму мысль такой перспективы. Ярость Бури либо не обратил на его жест никакого внимания, либо проигнорировал, продолжая приближаться и пугать разгорающимися зелёными огнями на месте глаз больше, чем все дементоры разом. Надвигающийся демон не потерпит отказа, не примет оправданий; он спасал человека столько раз, что сейчас это скорее требование вернуть небольшую часть долга. Его не интересует мнение Сириуса, он просто ждёт, пока тот развернётся и пойдёт в нужную ему сторону.
Осознание собственной слабости и безволия больно кольнули анимага. Он чувствовал и понимал, что магию Ярость Бури не использует, но Блэк всё равно плёлся к тайному лазу до Хогвартса, понуро опустив плечи. Противоестественность своих действий пугала и выжигала душу не хуже пылающих глаз Иллидана. Снова, как и в прошлый раз, ему максимально больно напомнили о том, с кем рядом он находится и на чью помощь согласился. Не ясно, кто был страшнее, дементоры или тот, кто шёл у него за спиной, глухо стуча копытами по каменному полу тайного лаза. Может, Бандит был прав, и Иллидан насквозь чёрный внутри?
— Да, кстати, спасибо, что напомнил, — хмыкнули из-за спины. — Ещё раз увижу этого книзла — сожру.
Вместо ответа Сириус постарался абстрагироваться от накатывающих эмоций в голове, пытаясь создать мысленный вакуум, без чувств, размышлений или страхов. Ему безумно надоело, что кто угодно постоянно лезет в голову в любое удобное для них время. Захотелось выкинуть каждого непрошенного гостя вон.
— Ты неправильно это делаешь, — снова донеслось сзади. — Могу потом научить создавать ментальную защиту, если хочешь.
— Нет, не хочу, — быстро и зло бросил человек, но через мгновение задумался, что, скорее всего, поторопился с ответом: от такой помощи не стоило отказываться, однако сразу же менять мнение было как-то стыдно и противоречило привычной гордости.
— Как хочешь, — безразлично сказал спутник. — Если передумаешь, дай мне знать.
Блэк был уверен, что Ярость Бури уже в курсе обо всех метаниях в его голове и специально оставил первый шаг за ним, чтобы насладиться ещё большими сомнениями и терзаниями человека.
— Что от меня требуется? — маг решил временно отбросить лишние переживания, меняя тему разговора.
— Практически ничего, — охотно поддержал беседу Иллидан, — не попадаться на глаза обитателям замка и идти в ту сторону, куда я укажу. Потом просто посидишь под каким-нибудь деревом, чтобы моя добыча подошла к тебе поближе.
— Замечательный план, — огрызнулся поёжившийся анимаг, — и, главное, звучит для меня совершенно безопасно: сиди, смотри и ничего не делай, пока вокруг тебя собирается отряд дементоров.
— Да, примерно на это я и рассчитываю, — довольно подытожил собеседник, наверняка оскалившись.
— Почему ты вдруг вообще стал таким бешеным? Что изменилось? — выпалил Сириус давно мучающий его вопрос.
— В этот мир пришла Скверна, — медленно начал Иллидан, словно подбирая правильные слова. — Причём не какая-то Скверна, а та, что всегда питала меня. Не знаю, как или почему так вышло, а также где она сейчас, но… Факт остаётся фактом. Жажду магии, хоть это и очень сложно, но можно пережить. Однажды я такое уже испытывал, однако тогда мне помогли её преодолеть. Когда я только попал в ваш мир, с помощью транса, которым обычно пользуются жрицы Элуны, смог сохранить магию и, более или менее, забить жажду. Сейчас же, когда появился сильный источник Скверны, она начинает брать верх и всё то, что я подавлял в себе, начинает работать на неё.
— Когда ты… М-м, съешь дементора, тебе станет легче? — озвучил самый важный для себя вопрос маг.
— Не знаю, — честно признался осквернённый эльф.
— Что? Почему? Ведь страж Азкабана должен утолить жажду, разве нет?
— Их магия не похожа на ту, что чувствую я. Взывающий источник так близок моему существу, что душа рвётся именно туда. Я надеюсь, той энергии, что планирую сегодня получить, хватит для того, чтобы привести мысли в порядок и суметь почувствовать его местонахождение.
— Что же будет, когда ты его почувствуешь?
Ярость Бури замолчал. Блэк догадался, что эта была та самая тишина, когда не стоит ждать ответ, но вопрос был слишком важный, чтобы играть по правилам собеседника.
— Иллидан, мне важно знать: что ты будешь делать, когда поймёшь, откуда взывает к тебе этот источник? — как можно более твёрдо произнёс Сириус.
— Возможно, попробую его найти, — глухо отозвался осквернённый эльф. — Я ещё не решил.
Наступило неуютное молчание, которое ни один из спутников не торопился прерывать. Человеку очень не понравился полученный ответ, но размышлять о нём в сложившейся ситуации он не хотел, ведь проклятый легилимент снова прочтёт мысли. Оставалось идти всё дальше и дальше по тёмному лазу, ожидая развязку ночи.
Гремучая Ива на выходе угрожающе заскрипела, однако маг быстро послал заклинание в едва заметный сучок, создав на нём нужное для смещения давление. Рычаг сработал, и дерево неподвижно застыло, словно оно было таким же обычным, как и остальные.
— Куда нам? — тихо спросил волшебник и обернулся псом.
— Туда, — кивнул вправо Ярость Бури, — и стань снова человеком. Дементорам твоя звериная форма сложна к восприятию.
Анимаг недовольно покинул облик пса и, взъерошившись, медленно потащился скрипя снегом в указанную сторону. Иллидан бесшумно скользнул к ближайшим деревьям и словно растворился в них. Человек никогда бы не поверил, что существо, с огромными крыльями, сияющими зелёными татуировками и глазами, способно просто исчезнуть среди чётко выделяющихся на фоне снега стволов деревьев, отчего стало ещё неуютнее. Разумеется, дементоры не должны чувствовать опасность, иначе они не появятся, но идти в полном одиночестве к ним на свидание — наслаждение крайне сомнительное.
«Я обещал, что никто не прикоснётся к тебе. Я сдерживаю свои обещания. Верь мне».
Поверить или не поверить демону, который без всякого согласия бросает тебя в объятья воплощённого ужаса и страха? Собственно, у мага вообще был когда-нибудь выбор?
«Я очень ценю твою помощь. Правда».
Сириус слабо понадеялся, что так и есть. В конце концов, он уже здесь и движется куда-то в сторону ворот Хогвартса. Конечно логично, что вход в школу будет охраняться тщательнее остального периметра, но не лучше ли найти какой-нибудь одинокий патруль, если таковой у дементоров существует?
«Они все там».
— Все?! — против воли выпалил маг и встал как вкопанный.
Иллидан может сколько угодно сиять своими зелёными угольками, однако даже он не заставит его идти на всю толпу дементоров!
«Больше не нужно никуда идти, они почувствовали тебя. Если хочешь, можешь попробовать бежать».
Одновременно с ментальным воздействием собеседника, в душу ворвались паника, безнадежность и отчаянье. Зимний холод смешался с могильным, забирая остатки спокойствия и душевного равновесия. Эти чувства бывшему узнику Азкабана были слишком хорошо знакомы: дементоры действительно заметили его и сейчас стремительно приближаются.
Главная проблема волшебников в присутствии дементоров, кроме душевного состояния, заключалась в том, что те своей аурой частично блокировали магические способности, и именно поэтому считались такими опасными охранниками тюрьмы. Если с одним или парочкой дементоров можно справиться взяв себя в руки, то чем больше их было, тем сильнее ощущалась тяготящая аура. Опытный сильный колдун или тренированный мракоборец могут справиться сразу с несколькими стражами Азкабана вдали от их логова, но их толпа легко подавляла в стенах самой тюрьмы практически кого угодно.
Сириус, в течение двенадцати лет подвергающийся тлетворному воздействию, почувствовал, что не может даже обернуться в спасительный облик пса, а ноги отказываются повиноваться. Слепая злость, что защищала в Азкабане, сейчас была слишком далеко, чтобы влияние дементоров ослабло. Вся толпа чёрных сущностей направлялась к нему, свирепая от прошлых неудач и потери одного из ужасных собратьев. Тёмные силуэты приближались стремительно и плавно, как неотвратимость самой смерти.
Разум заполонил туман, пока все мышцы тела быстро сокращались, чтобы хоть как-то спасти от холода. Маг лихорадочно силился вспомнить согревающие чары или отгоняющее дементоров заклинание, но мысли путались. Словно сквозь какую-то серую пелену, мужчина видел, как тянутся к горлу костлявые кривые руки. Блэку казалось, что он уже смотрит на всё со стороны, как будто его это больше не касается. Теперь анимаг не является частью жизненного цикла; больше нет разочарований, печали или надежды. Только могильный холод и мрак.
Прикосновения, тем не менее, так и не произошло. Когда огромные жуткие силуэты окружили мага, вокруг него появился кокон зелёного пламени, нещадно поразивший окружающих противников. Вместо криков страдания дементоров отразились пронзающей болью в сердце. Стражи Азкабана попытались разбежаться подальше от угрозы, но внезапно круг зелёного пламени взвился перед ними, заключив их в маленькое пространство с центром в виде защищённого таким же огнём мага. Огромная крылатая фигура, даже на фоне ночного неба казавшаяся сгустком самой тьмы, приземлилась недалеко от Сириуса и мощной хваткой вцепилась в ближайшего дементора. С нескрываемым отвращением мужчина отвернулся, когда Иллидан сорвал капюшон со своей добычи, чтобы не видеть то ужасное нечто, что было у стража Азкабана вместо лица. Рядом раздался торжествующий и пугающий смех осквернённого эльфа. Пламенный изумрудный кокон ярко вспыхнул под напором нового притока магии. На секунду Блэк испугался, что Ярость Бури случайно сожжёт его заживо, но защита снова перестала сиять, а хищник бросился к следующей жертве. Татуировки на теле демоноподобного эльфа отчётливо сияли, огромные крылья взбивали воздух, словно были готовы вот-вот поднять владельца ввысь, а глаза горели, как никогда прежде.
Силуэты стражей Азкабана метались у самого края смертельной ловушки, стараясь оказаться как можно дальше от своего губителя. В два невероятных прыжка Иллидан оказался в центре сбившихся в кучу дементоров и схватил очередного обречённого.
В сознании волшебника неуверенно шевельнулась запоздалая мысль. Они чересчур задерживаются. Вокруг слишком много неестественного зелёного света, который, скорее всего, прекрасно виден из окон замка.
— Иллидан, нам нужно уходить, — слабо прошептал маг, сглотнув.
Вошедший в азарт охоты осквернённый эльф его не услышал. Он с вожделением вытягивал магию, а вместе с ней и жизнь из своей жертвы, упиваясь утолением жажды.
— Иллидан, нельзя уничтожать всех дементоров сразу, их резкое исчезновение заметят. Мракоборцы могут что-то заподозрить, — громче произнёс Сириус, но и таким образом не достиг результата; охотник уже искал следующую жертву.
Сбрасывая с себя оцепенение и слабость, анимаг не сразу нащупал палочку, но, когда это сделал, увереннее встал на ноги и сконцентрировался.
— Экспекто Патронум, — серебристая стрела заклинания вырвалась из палочки Блэка, и огромным сияющим волкодавом побежала на дементоров и их преследователя.
Стражи Азкабана в ужасе заметались ещё сильнее, но увлечённый злым азартом Ярость Бури, видимо, не обратил никакого внимание на призванное создание. Каково же было его удивление, когда пёс со всей силы прыгнул на эльфа и сбил с ног. Свечение Патронуса ослепило Иллидана, тот неловко скинул животное с себя и неуверенно поднялся, качаясь из стороны в сторону. Огромный зверь изящным прыжком оказался между Блэком и Яростью Бури, после чего опустил голову и оскалился. Иллидан бросился в сторону Сириуса, но сила заклинания бесстрашно кинулась навстречу и снова откинула противника к крайней границе зелёного пламени. Чтобы не обжечь самого себя, осквернённый эльф резко остановил пляску огня, чем тут же воспользовались дементоры, стремительно исчезая в ночной тьме. Один на один остались лишь маг и его спутник, которых отделял готовый к новому прыжку серебристый призрак чистой энергии.
— Ты такой же, как они?! На тебя действует Патронус? — изумлённо прошипел Блэк, не веря тому, что увидел.
Было ощущение, что Иллидан готов был снова ринуться в атаку, но вдруг расслабился, выпрямился, сложил крылья и убрал огненный кокон вокруг человека.
— Спасибо, Сириус, — как-то тихо и немного смущённо произнёс эльф. — Мне, наверное, нужна была эта встряска.
Не веря во внезапное изменение в противнике, волшебник не торопился отпускать Патронуса. Ярость Бури немного подождал, потом хмыкнул и решительно, но неторопливо, пошёл навстречу магу. Нервным движением Сириус направил палочку в грудь полудемону, мысленно давая команду Защитнику снова сбить того с ног, однако судьбе было угодно преподнести ещё один сюрприз. Вместо ожидаемого прыжка, волкодав спокойно приблизился к эльфу и подставил ему голову. Ярость Бури как-то странно посмотрел на волшебника и демонстративно положил на призрачный лоб когтистую руку. Патронус не попытался избежать прикосновения, а лишь мигнул и исчез, оставив Блэка в полном ошеломлении.
— Я не так ужасен внутри, как тебе кажется, Сириус, — всё так же грустно произнёс Иллидан. — Пойдём отсюда, наше огненное представление, скорее всего, уже привлекло чьё-то внимание.