Глава 3 (2/2)
Ощущение того, что волшебная палочка снова в руках, ни с чем нельзя сравнить. Вопреки всем планам, драгоценные мгновенья улетали под натиском картин будущего успеха и безумной радости от достигнутого. Как будто Петтигрю уже был в руках.
Блэк вздрогнул, встряхнулся и, более не теряя ни секунды, принялся за дело. Для начала стоило привести себя в порядок. Наколдовав немного света, маг бросился к зеркалу, чтобы тут же с омерзением отстраниться. К такому он был не готов, хотя и догадывался, что от былого привлекательного лица ничего не осталось. Находя в себе силы к смирению, он вернулся к осмотру и принялся убирать самые явные признаки жуткого прошлого долгих двенадцати лет. Первой исчезла растрёпанная борода, уступив место жиденьким, но аккуратным усам, а длинные волосы приобрели более привычную длину до плеч и перестали быть такими сальными и неприятными на ощупь. Заклинание общего очищения смыло грязь многих лет вместе с едким запахом пота, свежей золы, гнили и псины. Если маг сбросит тюремные лохмотья, то перестанет походить на беглого преступника, не считая сильной худобы. С этим Сириус пока ничего не мог сделать, хотя и оставалась слабая надежда, что это не будет особенно заметно.
Однако вопрос с одеждой оброс неожиданной проблемой. После внимательного осмотра вещей волшебницы были найдены две мантии: розовая в фиолетовый горошек и фиолетовая в розовый. Душераздирающий выбор. Человек как наяву слышал полный ехидства смех и без того порой токсичного эльфа, если он вернётся к нему в таком виде. Память за двенадцать лет не так хорошо сохранила воспоминания о заклинаниях для изменения внешнего вида, чтобы спасти из позорной ситуации.
Пока Блэк старательно пытался вспомнить, как меняется цвет предмета, в дверь внезапно постучали. В душе беглого узника всё резко оборвалось и похолодело, а в волосах завелась ещё парочка седых. Не найдя ничего лучше, как просто застыть на месте, маг в панике придумывал решения для выхода из сложившейся ситуации. Может, если не подходить к двери, стучащий, кем бы он ни был, уйдёт, подумав, что здесь спят слишком крепко, чтобы его услышать? Это даже несильно противоречило правде. Секунды сливались в одну, а дыхание становилось почти болезненным.
Стук повторился, поддерживаемый строгим мужским голосом из-за двери:
— Открывайте. Стандартная мракоборческая проверка. Постановление Министерства магии от семнадцатого августа тысяча девятьсот девяносто третьего года об осмотре всех магических мест временного пребывания волшебников и волшебниц на наличие или укрытие беглого узника Сириуса Блэка.
Удушающей хваткой ужас поразил мага, а по всему телу тут же выступил холодный пот. Его всё ещё ищут. Ищут усиленно и неустанно. За дверью стоит мракоборец специально по его душу. Выхода нет, нужно срочно использовать руну возвращения, пока не стало слишком поздно.
Вдруг сумасшедшее решение посетило голову паникующего человека и устроилось в сознании как единственно верное. Возможно, если бы у Сириуса было чуть больше времени, он бы не повёлся на его простоту, но подступающий злой азарт от потенциальной потери практически успешного финала не дал отступить. Вмиг натянув одну из мантий и прикрывая усы рукой, анимаг резко открыл дверь, проследив перед этим, чтобы она не давала обзора на кровать со спящей волшебницей. Спина сгорбилась так, что лицо частично скрывалось в тени коридора, а достаточно седые волосы сейчас наоборот должны были сыграть в его пользу.
Нарочито изменённым голосом со смесью старческого хрипа и высоких нот, на какие он только был способен, Сириус прохрипел ночному визитёру:
— Что за молодёжь пошла! В такое время будить человека моего возраста! До чего докатилось Министерство! — для большей убедительности Блэк даже покачал головой на манер пожилых людей с излишней тряской.
За дверью, устало опираясь на косяк одной рукой и не сильно освещая себе пространство Люмосом, стоял немолодой мужчина, слегка смутившийся высказываниями «собеседницы».
— Служба есть служба, — боевой маг немного неловко пожал плечами, словно извиняясь. — Обычная проверка, мэм, у меня сегодня таких уже за сотню. Безопасность честного населения — всегда была и остается приоритетной задачей нашего Министерства!
От услышанного анимагу стало не по себе, а к горлу подступил комок из негодования и ярости. Он сейчас говорит про то Министерство, что без суда и следствия упекло Блэка в Азкабан, или в Великобритании за это время появилось ещё какое-то? Потому что, если нет, то в приоритете задач упомянутого органа власти бывший узник сильно сомневался.
— Ещё что-нибудь? — слабо скрывая злость спросил Сириус, надеясь закончить опасный разговор поскорее.
Мракоборец, не догадываясь о причинах изменений в тоне голоса, принял это за недовольство от слишком позднего визита, и потому постарался распрощаться с самым добродушным тоном:
— Нет, мэм, всего хорошего. Если увидите что-то подозрительное — запустите столп красных искр в небо, наш ближайший отряд постарается явиться на место в кратчайшее время. Доброй ночи.
— Доброй, — буркнул Сириус и поспешно отвернулся от мракоборца.
Слишком поспешно. Мантия, рассчитанная на совершенно другой размер в груди, соскользнула с правого плеча, во всём своём великолепии обнажая лоскутья тюремной формы.
Прежде чем Сириус успел среагировать, ему в спину прилетел «Экспеллиармус», доведённый мракоборцем годами тренировок до автомата. Заветная палочка улетела в темноту комнаты, чтобы больше беглый узник никогда её не увидел.
Медлить было нельзя и, пока боевой маг не запустил в Блэка что-то серьёзнее обезоруживания, тот полез под мантию за руной возвращения. Из-за волнения руки слушались плохо, а проклятый кусок розовой ткани запутался так, словно решил подыграть противнику анимага и совершенно не поддавался. Краем глаза Сириус успел увидеть вспышку и инстинктивно отпрыгнул от летящего в него заклинания. Пальцы, наконец, нащупали спасение и тут же надавили на центр руны, что должно было служить сигналом к отправлению. Блэк не знал, как именно должна сработать иноземная магия, лишь успел удивиться, что от его лёгкого касания дощечка тут же сломалась надвое. Секунду, за которую в голове анимага успел пролететь миллиард мыслей и вопросов, ничего не происходило, но вдруг мир поплыл в красной дымке. Откуда-то, словно издалека, в охваченную туманом ногу Сириуса полетело заклинание, однако прошло насквозь, не нанеся никакого вреда. Мракоборец возмущённо выругался и бросился вперёд. Когда, казалось, всё было позади, Блэк почувствовал, как тот яростно вцепился в плечо, ещё не до конца окутанное красной дымкой. Два пассажира вместо одного прибыли в конечный пункт назначения.
Секунду ошарашенные от внезапных впечатлений волшебники напряжённо осматривались. Перед Сириусом были всё тот же холодный пол с выцарапанными на нём рунами, тот же подвал, и осквернённый эльф, который при появлении новых действующих лиц остановил свой излюбленный маятник. Вот только если анимаг знал, что перед ним стоит не-демон, то мракоборец сделал абсолютно обратный вывод. Жизнь боевого мага готовит лишь одним способом реагировать на подобные зрелища.
Здраво рассудив, что теперь главная опасность не беглый узник, мракоборец направил палочку на Ярость Бури. Тот же застыл на месте, не предпринимая никаких попыток как-то изменить ситуацию. Во всяком случае так думал Блэк, пока пожилой маг внезапно не процедил:
— Прочь из моей головы, чудовище! Не верю ни единому твоему слову. Ты не запутаешь меня своими уговорами. Я не заключаю сделки с демонами. Сгинь!
В ответ Иллидан начал аккуратно поднимать руки вверх, как бы демонстрируя, что он безоружен и не представляет опасности. Боевой маг выглядел спокойным и сконцентрированным, но эльфу не поверил, а потому точно в центр груди противника запустил:
— Остолбеней!
Среди коллег мракоборец был не последним и считался довольно сильным колдуном. Сильным, но недостаточно быстрым, потому что там, где секунду назад была крайне широкая грудь Иллидана, в которую практически нереально было не попасть, уже никого не было. Сириус даже ойкнул от увиденного. Скорость перемещения Ярости Бури с тем телосложением, которым он обладал, была невероятной и пугающей. Эльф словно парил над полом, в последнее мгновение ловко уворачиваясь от потока заклятий, что летели в него всё опаснее и быстрее. Блэк, пользуясь тем, что о нём пока забыли, обернулся в форму пса и бросился в угол помещения, чтобы не получить рикошетом заклинание или о нём случайно не вспомнил мракоборец.
Иллидан выглядел сначала немного заинтересованным, а потом стал откровенно улыбаться, словно для него происходящее было не более, чем развлечением. Он не приблизился к атакующему ни на йоту, но, видимо, и не сильно хотел. Не верилось, что с такой быстротой перемещения для Ярости Бури это составляло проблему.
— Ты, — ткнул он в сторону боевого мага когтистым пальцем и ещё шире улыбнулся, демонстрируя клыки во всём их великолепии. — Идти. Отсюда. Жить. Потом.
На какое-то время атакующий опустил палочку, пытаясь перевести дыхание. Казалось, что он обдумывает полученное предложение, но в момент, когда Сириус уже поверил в свою теорию, мракоборец резко вскинул руку вверх над головой и запустил столп красных искр. Они ударились об пол подвала, через секунду проделав брешь в покрытии, чтобы следующий столп можно было отчётливо увидеть в чёрном небе. Мужчина звал подмогу, справедливо посчитав, что с таким созданием не справится в одиночку.
Прежде чем Сириус до конца осознал, что он хочет сделать, тело пса в мощном прыжке бросилось на боевого мага. Челюсть вцепилась в руку с палочкой, вызывая у противника крик боли и заставляя выронить оружие.
Внезапная резкая боль в боку пронзила самого анимага. Как из прошлой жизни, он вдруг вспомнил слова самого знаменитого охотника на тёмных магов своего времени, Аластора Грюма: «Палочка — это наше всё, но у хорошего мракоборца и пара кинжалов за поясом припасена». Сражающийся с Блэком мракоборец был хорошим. Вырвав нож из тела пса, он замахнулся для нового удара, метясь в область шеи.
Да, он был хорошим, но всё ещё недостаточно быстрым.
Перехватив руку с оружием в воздухе с силой, которая, хоть и угадывалась в железных мышцах эльфа, но не отражалась в них и большей своей частью, Иллидан немилосердно сжал её. Раздался хруст переломанной кости. Однако закричать от боли мракоборец не успел, потому что вторая когтистая рука схватила его за шею, чтобы с такой же лёгкостью сломать и её.