/source data (2/2)
— Хорошо. Я поговорю с вудуистами. Забери у них чип и установи его в точку доступа в башне Арасаки. Я помогу тебе обойти систему безопасности и укажу путь. Но к главному пульту управления ты подключишься лично. Таковы мои условия. А теперь уходи.
Она растворилась во мгле, а Ви почувствовал, как его резко вырывают из киберпространства назад, в ледяную ванну.
— Можно было бы и поаккуратнее, — выдавил он, едва различил фигуру нетраннерши, которая отключала его от аппаратуры. К горлу подступила тошнота.
— Вылезай. Ты нам чуть не пожег все, — грубо ответила она.
Мокрая одежда неприятно липла к телу и Ви пожалел, что не додумался прихватить что-то на замену. Он встряхнулся, как собака, и тут заметил на нетраннерском кресле маму Бриджитт, погруженную в киберпространство. Возле нее суетились двое вудуистов.
— Она послала сообщение, что все в порядке, — перехватив его взгляд, сказала девушка. — Ты можешь идти. Но не вздумай возвращаться.
— Мне нужна щепка, на ней кое-что от Альт, чтобы я смог выполнить свою часть сделки.
Нетраннерша с сомнением покачала головой.
— Наш лед засек бы любую входящую информацию, — она взглянула на экран и округлила глаза. — Проклятье!
Она быстро застучала по клавишам навороченного компа, определяя, куда попал пакет данных искина. Вытащила одну из щепок, установленных в панели разъемов.
— Забери это и убирайся уже.
— Благодарю, — поклонился Ви и поспешил к выходу. Возле двери его поджидал Пласид.
— Я тебя провожу.
— Очень мило с твоей стороны, — сказал Ви ему в спину. — Могу я рассчитывать, что в этот раз обошлось без вирусов? Ваша новая знакомая будет очень разочарована, если со мной что-то случится, пока я ей нужен.
— Да.
Пласид открыл дверь часовни. После полумрака, царившего в вудуистском муравенике, яркий дневной свет ослепил Ви.
За спиной хлопнула дверь.
ТАКЕМУРА
Такемура стоял, опершись на металлическую балюстраду пешеходного моста над заливом, и размышлял о том, куда его занесла жизнь. Только что он оставил некий небольшой контейнер в почтомате, а на их с Ви общий счет упало пять тысяч евродолларов. В целом, операция прошла тихо и легко. Работа телохранителя главы корпорации была намного сложнее. Неудивительно, что многие урожденные Найт-Сити предпочитали именно этот вид деятельности. Пожалуй, так можно было бы жить… Нет, выживать. Без будущего и без цели. Без чести.
Но у него цель была.
Ви рассказал ему о разговоре с Бестией, королевой фиксеров Найт-Сити. Рассказал и об ее условиях и чаяниях. Закопать Арасаку на долгое время — это и было его целью, и целью Ви. Потому они и разделились. Горо выпала «честь» выполнить небольшой заказ, чтобы пополнить их общий бюджет, а Ви отправился, по его словам, к старой знакомой, которая могла бы помочь.
И вот Горо ждал его в назначенном месте, чтобы выяснить подробности и разработать план. Пока что дело представлялось еще более безумным, чем сорвавшаяся кража Ви в Компеки-Плаза.
— Привет.
Раздался легкой звон от столкновения металлических заклепок и замков на крутке Ви о перила. Он встал рядом и окинул взглядом небоскребы на другой стороне залива.
— Я поговорил с Альт Каннингем, она поможет уничтожить Микоши.
Горо уставился на него в недоумении.
— Каннингем? Создательница Душегуба? По моим данным она мертва уже лет как…
— Шестьдесят. Не совсем. Ей удалось сбежать от Арасаки в киберпространство.
— Это невозможно, — с сомнением покачал головой Такемура. — Если бы это было так…
— То у нас вообще не было бы шансов, — отрезал Ви. — Слушай, — он вздохнул, подбирая слова, — это долгая история. Но вкратце дела обстоят так. Первое: Альт Каннингем сбежала искином за Черный заслон. Второе: она заинтересована в уничтожении проекта, созданного по изобретенной ей технологии. Третье: она нам поможет добраться до Микоши, если мы проберемся в башню Арасаки.
Горо поразмыслил над новой информацией. Ее было очень много и что-то было не так.
— Зачем ей это?
— Не знаю, — Ви пожал плечами. — Душегуб — это ее детище, возможно ей не нравится, что его используют таким образом?
— Искину? Не нравится?
— Много ты знаешь об искинах?
С залива подул ветер и принес затхлый воздух сточных труб.
— То есть, нам надо пробраться в башню Арасаки, — проигнорировал вопрос Горо, возвращаясь к важному.
— Всего-то.
— А дальше?
— Дальше мы ищем точку доступа, запускаем вирус в систему безопасности, находим Микоши…
— Это понятно. А дальше?
Ви вопросительно посмотрел на него и усмехнулся:
— Ого. Да ты оптимист.
— Я привык думать на несколько шагов вперед.
— Ну… — Ви развернулся спиной к заливу и откинул голову назад, словно пытаясь рассмотреть за паутиной проводов небо. — Помнится, ты как-то говорил, что подумывал стать кочевником.
— Не думал, что ты запомнишь, — Горо последовал его примеру. Небо Найт-Сити было таким же, как и в Токио. И в Такамацу. В Пустошах оно, наверное, больше.
— Я всегда запоминаю, что говорят мне друзья. Это помогает оставаться собой.
Горо оторвался от созерцания испещренного черными полосами неба и повернулся к нему.
— Мне иногда кажется, что Джонни до сих пор в моей голове, — покачал головой Ви, отрешенно глядя в пространство.
Горо поморщился. Ему стоило узнать, но… будет ли это полезно?
— В некотором смысле, так и есть.
Ви моргнул, будто возвращаясь в реальность и вопросительно наклонил голову. Еще один жест, который отличал его от Оды.
— Что?
— В последние недели своей предыдущей жизни ты становился Сильверхендом. Медленно, но верно.
— Нет, — перебил Ви и с жаром помотал головой. — Все не так просто.
Горо вскинул брови. Просто? Ему так не казалось.
— У нас были сложные отношения, но мы смогли найти общий язык и даже подружиться. Насколько это возможно, конечно. Он не хотел меня убивать.
Такемура честно попытался представить, каково это — подружиться с террористом, подорвавшим центр города вместе с тысячами людей. Он так долго считал чокнутого рокера врагом. Но он был врагом Арасаки, а Горо теперь не должен по умолчанию ненавидеть всех врагов корпорации. Он и сам им стал.
— Ученые Арасаки не уничтожали конструкт Сильверхенда, — Такемура вернулся к теме, которую не хотелось продолжать. — Чтобы стабилизировать твой конструкт пришлось прибегнуть к агрегации. Твой конструкт спаяли с тем, что осталось от чипа Сильверхенда, сбалансировали и…
— Отправили в разработку, — закончил за него Ви. — Зачем? — и тут же сам ответил, — Решить проблему ДНК-совместимости.
Повисла пауза. Полезно или нет, Ви заслуживал правды. Быть может, ему станет проще таким образом примириться с самим собой?
— Ты знал? — хрипло проговорил Ви. — Тогда, когда пришел ко мне с контрактом.
— Нет, — Горо вцепился в спасательный круг. — Я узнал уже после извлечения. Намного позже.
Он почувствовал, как Ви тяжело оттолкнулся от балюстрады, услышал его шаги за спиной. Такемура еще раз взглянул на маслянистые волны залива и последовал за ним на почтительном расстоянии. Для почтения было достаточно десятка метров.
На Силк-роуд народу было довольно много. Горо старательно обходил прохожих, стараясь не упустить из виду спину Ви, которые шел, не разбирая дороги. Кажется, он был в задумчивости. Твердая, но слегка развязная походка Ви сменилась на стремительную прямую поступь Оды. Он старался не задевать случайных прохожих скорее по привычке, чем осознанно.
Горо уже замечал эти метаморфозы и даже понимал, когда это происходит, но все равно это сильно выбивало из колеи. Воспоминания об Оде и Ви начинали сливаться в голове, словно тот злополучный композитный конструкт, сбивая с толку и заставляя задумываться о вещах, которые остались в прошлом. О влюбленности Оды, о флирте Ви, о его собственной симпатии к ним обоим. О том, что из небольшого количества близких людей двое теперь слились в одну личность, а остальные отвернулись от него, оставшись на другом конце света, практически в другом мире — мире корпоративной этики, интриг и кабинетов с панорамными окнами в дорогих районах.
Под ноги бросился мальчик лет семи, сжимающий в руке игрушечный пистолет. Он едва не столкнулся с Горо, поднял голову и в замешательстве уставился на него. Клетчатая выцветшая рубашка, большие голубые глаза и всклокоченные волосы. Дитя улыбнулось, навело пистолет и изрекло:
— Бабах!
И тут же мальчишка рванул с места и убежал в сторону жилой башни. Наверное, побежал хвастаться, что победил Тигра. Горо покачал головой и огляделся. Ви не было видно.
— Ксо.
Такемура пошел медленнее. Если Ви нарочно спрятался, его так просто не найти. Ему помогут навыки Оды, да и сам наемник был мастером заметать следы. Продолжая изучать прохожих, надеясь увидеть знакомое движение, он свернул обратно к набережной.
Вода успокаивала. Вода и чистая рубашка — это то, что давало надежду когда-то в детстве. То, что вытащило его из трущоб, а теперь — он еще раз оглянулся — он снова в трущобах. На тридцать лет старше, изворотливее и опытней.
Ви прислал сообщение. «Уехал в Пустоши. Заказ»
С залива снова подул прохладный ветер. Горо поднял ворот парки, спрятал руки в карманы и пошел вдоль набережной. Мысли возвращались к Оде.
***В тот день они сидели на пластиковых стульях за пластиковым же столом около фургончика с якитори на побережье Такамацу. Дурной район, много людей, снующих туда-сюда, но здесь можно было поговорить без вездесущих камер и прослушек, которыми были напичканы все корпоративные помещения и транспорт. Над стаканчиками из полистирола вился пар и приторный аромат синтокофе.
Ода болезненно рассмеялся.
— Никто не собирался воскрешать твоего наемника. Его конструкт можно было вогнать в любую голову. Вообще в любую.
Горо уставился на него, и тут в голове начал складываться пазл. Показался краешек неба.
— Откуда ты знаешь?
— Хельманн.
— Твоя работа?
Сандаю прикрыл глаза.
— Да. Эта и еще несколько.
— Он сказал еще что-то?
— Много всего. В основном, просил, чтобы работа не останавливалась. Что композитный конструкт «Винсент/Сильверхенд» уникален, тут легенда не врет. Он вроде как адаптировался не только для уничтожения нейронных связей носителя, но и для изменения ДНК умирающего тела, пока Сильверхенд торчал в голове наемника. Его изучение помогло бы начать массовое внедрение конструктов уже сейчас. Без дебатов и лоббирования законов о человеческих клонах. Просто покупаешь подходящую тушку.
Они помолчали.
Воображаемый пазл уже сошелся в зеленый массив под голубым небом.
То, что членов совета директоров планомерно устраняют, было очевидно. Те, кто так или иначе присутствовал при «переселении душ» тоже пропадали или переводились в другие отделения, где тоже пропадали. Оду и Такемуру, например, перевели в Такамацу. В небольшой промышленный парк, где хранилось оборудование и транспорт «под списание». В обязанности входило лишь следить, чтобы оно не попало не в те руки. Сторожи на пустыре.
Теперь картинка проявилась почти полностью.
— Мы на очереди, — мрачно проговорил Горо.
— Да, — лицо Оды было бесстрастно.
Не сводя с него глаз, Горо откинулся на спинку стула и убрал руки со стола.
— Для меня было честью работать с тобой… — он сделал паузу и напрягся в ожидании.
— Для меня тоже, сенсей, — Ода не шелохнулся. В его словах была лишь усталость. Лишь спустя долгих шесть секунд, он будто бы проснулся, моргнул и грустно улыбнулся:
— О. Ты об этом. У меня пока нет приказа обнулить тебя, — он наконец-то посмотрел Горо в глаза. — Откровенность за откровенность?
— У меня тоже. Но это дело времени.
Синтокофе был отвратителен. К сожалению, другие напитки, которые подавали в окрестностях, были еще гаже. Такемура с отвращением отодвинул стаканчик. Ода к своему так и не притронулся.
— Итак, мы будем ждать приказов?
Еще год назад Горо даже бы и в голову не пришло произнести эту фразу с вопросительной интонацией. Разговоры с Ви о другом мире, несправедливость и обман корпорации, которой он служил всю жизнь — все это что-то сломало в нем. Что-то фундаментальное. Не веру в людей наверху, нет. Если система работает, то она хороша. Просто он был шестеренкой огромного механизма. Его попытались сломать и выбросить, но ему удалось вернуться и помочь отладить механизм… в котором он уже не нужен. Его и его верность смяли и выкинули из системы, как ненужный хлам. Месть и справедливость становятся очень притягательны, если их распробовать.
Всю жизнь он точно знал, кто свой, а кто чужой. У него были принципы и точное представление о мире. Он искренне верил в нерушимость Арасаки, верил в систему и единственно правильный образ жизни. Неожиданный союз с незадачливым вором на другом конце земного шара открыл ему другой мир. У уличных крыс тоже есть принципы. Есть своеобразный кодекс чести. Другой, но все же. Ви, рискуя своей и без того укороченной жизнью, спас его просто потому что считал своим другом. Смерть Горо в квартире 303 мало что изменила бы, он чувствовал, что на тот момент уже сыграл свою основную роль.
К его удивлению, его это не устраивало.
Последние месяцы Горо размышлял над этим несоответствием. Он вновь и вновь возвращался к мысли о том, что мир не замкнулся на Арасаке, а он сам вполне способен обходиться и без корпорации. Кроме благородной слепой преданности есть дружба, идеалы. Возможно даже справедливость. Может, его путь еще не окончен? Может, все-таки пришло время старому псу обучиться новым трюкам?
Сандаю подавленно молчал. На обычно бесстрастном лице, казалось, навсегда поселилась мука, окрасив его в землистый цвет. Горо было жаль его, но — увы! — с этим он поделать ничего не мог. Бывший ученик должен сам справиться с болью и предательством, сам сделать выбор.
— Давай представим, как это будет. Нам прикажут обнулить друг друга. Возможно, для выжившего наймут еще кого-то. Не так важно. Хочу ли я жить в мире, где по земле ступают бессмертные боги? Бессмертные за счет тех, кому повезло меньше.
Тень удивления скользнула по лицу Оды.
— В любом случае, я никогда больше не увижу своих детей, — продолжал Такемура, — но для них я этого мира не желаю.
— Если они не будут… — начал было Ода, но Горо бесцеремонно перебил его:
— Да пойми ты. Нет никаких правил. Нет справедливости. Нет закономерности «Веди себя хорошо — и с тобой все будет хорошо».
— Ты говоришь, как гайдзин.
— Если проект будет продолжаться — а он будет — каждый окажется в опасности: его тело могут в любой момент забрать, а личность — удалить, как ненужный файл.
— Каждый и сейчас в опасности. Его могут в любой момент убить.
— Это не одно и то же. Смерть чиста.
Ода отвернулся. Некоторое время он молча созерцал хмурое низко нависшее небо и подернутый дымкой маяк вдалеке. Морские волны тяжело ворочались под каменной набережной.
— Было бы лучше, если бы твой наемник убил меня. Тогда я не оказался бы здесь.
Горькие слова.
— Я попросил его этого не делать, — Горо счел нужным прояснить ситуацию. — Но, зная его, я предположу, что он и так не стал бы.
— О, великодушие, — усмехнулся Ода.
— Я понимаю тебя, — мягко проговорил Такемура. — Последний месяц я тоже не раз думал о том, что лучше бы охотники настигли меня. Тогда я я бы погиб с честью.
— Неужели? — Ода посмотрел ему в глаза. — Тебя считали предателем.
— Ты слишком однобоко понимаешь честь и верность, — Горо выдержал его взгляд.
Ода кивнул.
— Теперь я понимаю. Но что толку от чести, когда она больше не нужна?
Разговор перешел в нужное русло. Такемура облокотился на скрипнувший шаткий стол и сцепил руки в замок.
— Честь — это не то, что можно подарить или выкинуть за ненадобностью. Ты и я знаем, что есть честь. По сути, наш с тобой выбор невелик: позволить отправить себя в утиль и умереть или бороться за жизнь и все равно умереть. Но по своим правилам. В конце концов, путь все равно один.
Сандаю в задумчивости молчал. Он уже был слишком взрослый, чтобы принимать на веру все, что говорит ему Такемура. Нужно было время.
Впрочем, времени понадобилось немного. Уже на следующий день рано утром он оказался на пороге маленькой корпоративной квартирки Такемуры с еще более посеревшим лицом. Под глазами залегли темные круги.
— Пойдем.
Сказал — и направился к лифту. В молчании они спустились на первый этаж, пересекли холл и так и не обменявшись ни словом, направились к набережной.
— Я получил приказ.
— Сколько у меня времени? — спокойно спросил Горо. Если бы Ода хотел его убить, то вряд ли бы ему вообще удалось сегодня проснуться.
— Сколько угодно. Я не собираюсь этого делать. Проклятье, — он резко остановился и прикрыл глаза. — Я и год назад не хотел. А теперь, — он снова зашагал вперед, — когда я сомневаюсь в корпорации… просто не могу. Так что давай, рассказывай, что ты придумал. Я готов пойти за тобой.