Глава 4. Неожиданная встреча. (2/2)

Это было единственное светлое пятно, которое они могли заметить на фоне всего этого мракобесия. Слабое, почти незаметное, оно едва освещало стенки шахты, но, несмотря на это, в нём была та искорка надежды, которая поднимала дух даже в самых тяжёлых ситуациях.

Шахта была уже близко, при этом путь к ней был усеян опасностями. Под ногами была неустойчивая почва, будто каждый камень и кусок грязи могли стать источником угрозы.

Чонгук огляделся по сторонам, ощущая всё большую настороженность. Он знал, что даже в такой буре, даже в этих условиях, никто не мог терять бдительность.

Внезапно его взгляд упал на грязную дорогу, и он замер. На ней были следы. Свежие, глубокие, чётко видимые очертания ботинок. Кто-то шёл сюда недавно. Но кто именно — этот вопрос сразу стал занимать его мысли. Отметины на земле не были аккуратными или скрытыми — они вели прямо в сторону шахты, оставляя за собой глубокие, мокрые отпечатки, которые, как казалось, чётко вели к входу.

Чонгук замедлил шаг и повернулся к Хосоку, сужая глаза. Тот сразу понял, что его товарищ что-то заметил. Он тоже присмотрелся к следам и, хоть и не сказал ничего, его лицо выдало эмоцию беспокойства.

— Кто-то был здесь, — тихо сказал Чонгук, его голос стал ниже. — Эти следы ведут прямо в шахту. Это явно не случайность.

Хосок скосил взгляд на тропинку, а потом снова перевёл на саму шахту, после чего его лицо напряглось.

— Да, похоже, что кто-то шёл сюда с явным намерением. Может быть, те, кто разжёг огонь. Нам нужно быть готовыми к тому, что там могут быть люди не совсем дружелюбными.

Чонгук кивнул, крепко сжимая рукоять меча. Он знал, что что-то не так, и его интуиция подсказывала, что в шахте может скрываться нечто большее, чем просто укрытие от бури для.

С каждым шагом их тревога только усиливалась. В воздухе царила непонятная напряжённость, и, хотя они шли на ощупь, поддаться панике они не могли. Вперёд вела не только необходимость добраться до убежища, но и поиски ответов на то, кто скрывается в этой шахте.

Вход в сооружение был уже довольно близок. Чонгук уже мог различить его силуэт в темноте, даже несмотря на туман и дождь, но что-то привлекло его внимание. Это было не яркое пламя костра, а скорее мягкое свечение от небольшого очага, спрятанного где-то внутри шахты. Огонь горел слабо, но от его света тени танцевали на стенах, создавая иллюзию жизни внутри мрачной, темной пустоты. Этот свет был их ориентиром и источником нового беспокойства. Почему огонь горел в шахте, если, по всей видимости, там не должно было быть людей?

Пока они шли к шахте Чонгук резко затормозил. В воздухе витал странный запах — яблок. Сладкий, почти тягучий, как будто он оказался в яблоневом саду. Но здесь, в тумане, под дождём, среди пустоты, этот аромат казался совершенно неуместным, скорее ядовитым.

Принц нахмурился, оглядываясь по сторонам, но не увидел ничего, что могло бы объяснить этот запах. Что-то было не так. Ощущение нарастающего напряжения не отпускало. Альфа попытался убедить себя, что это просто игра воображения, следствие усталости, и продолжил идти вперёд.

Когда до шахты оставалось всего несколько метров, Чонгук и Хосок замедлили шаг. И вот тогда, когда они уже могли почти потрогать ее стены, вдруг из темноты донёсся звук. Чонгук прислушался. Это были голоса. Сначала они были едва различимы на фоне дождя и ветра, но по мере того, как они подходили, стали более явными. Брюнет почувствовал, как его напряжение усилилось. Это были человеческие голоса, хотя они звучали приглушённо и смазанно. Они не были громкими, при этом определённо доносились изнутри.

Голоса стали чуточку яснее, и теперь стало очевидно, что внутри было несколько человек. Может быть, двое, но вполне вероятно и больше. Они говорили тихо, но настойчиво, словно обсуждали что-то важное или спорили.

Хосок мгновенно замер, его взгляд стал более настороженным. Он тоже заметил их.

— Ты слышишь это? — спросил солдат, его голос стал хриплым от напряжения.

Чонгук кивнул, ощущая, как холодный пот выступает на его лбу. Альфа был готов к тому, что за этими звуками могут скрываться неприятности.

— Голоса, — сказал он тихо. — Мы не одни. Нужно быть наготове.

Гук медленно вытащил свой меч, ощущая, как его ладонь крепко обхватывает рукоять, а сердце бьётся быстрее. Хосок последовал его примеру, тоже вытаскивая свое оружие, которое теперь, казалось, стал частью его тела, словно собственная рука. Взгляд обоих альф стал твёрдым, а дыхание — напряжённым.

Они подходили всё ближе, но теперь каждый их шаг был продуман до мелочей. Чонгук держал меч в одной руке, в другой — он крепко сжимал кулак, будто в случае неожиданной атаки был готов действовать моментально. Огонь в шахте всё горел, его тусклое свечение наполняло пространство теплым светом, и каждый новый шаг к цели испытанием.

— Держись рядом, — прошептал Хосок, глядя на Чонгука, лицо шатена было серьёзным и полным решимости. — Мы не знаем, кто там, но лучше быть готовыми к любому повороту.

Чонгук кивнул, не отрывая глаз от темного входа в шахту. Буря продолжала шуметь за их спинами, но в этом мраке и тумане был один единственный свет — огонь, и он вёл их вперёд, к неизведанному.

***

Чонгук и Хосок добирались до шахты не долго — расстояние от их текущего местоположения до входа было всего в паре метров. Несмотря на то, что буря продолжала выть за их спинами, туман и дождь в каменных стенах почти не ощущались. Они подошли близко, их шаги стали более осторожными, ведь даже в этой темноте, при слабом свете костра, внутри шахты что-то неуловимо настораживало. Тусклый огонь едва освещал камни, но его сияние служило единственным ориентиром в этом мракобесии.

Внутри шахты, на холодном камне, сидели два омеги. Юнги и Чимин облокотились на стенку, их фигуры сливались с темнотой. Тишина была почти абсолютной, лишь изредка слышался треск огня, отражающийся от мокрых камней. Чимин сидел, не двигаясь, его взгляд был направлен в одну точку, но он ощущал, как каждый звук, каждое движение в шахте заставляют его насторожиться. Его тело было напряжено, несмотря на видимое спокойствие, его мысли не успокаивались. Время от времени его взгляд скользил по окружающему пространству, но он старался не подавать вида, что что-то его беспокоит.

Третья фигура, Джин, находился немного в стороне. Он продолжал спать, но его слух был столь острым, что он проснулся мгновенно, как только услышал шаги у входа. Омега открыл глаза, осторожно оглядывая пространство. Он знал, что в таких условиях нужно быть настороже, и прислушивался, пытаясь уловить любые признаки угрозы.

Чимин почувствовал, как его внимание стало разрывать странное, незнакомое ощущение. Это было не чувство страха или тревоги — это был запах. Аромат был необычным, сладким. Это было что-то, что он не мог распознать, что-то, что не могло принадлежать ему. Он глубоко вдохнул воздух, пытаясь уловить источник неизвестного оттенка. И тогда его глаза нашли альфу.

Запах корицы. Это было не просто аромат. Чимин чувствовал, как он тянется к нему, мягко, но не отпуская. Вся его жизнь как омеги прошла без подобных ощущений. Даже если он когда-то встречал альф, его обоняние не было столь острым, чтобы различать их запахи. Но сейчас это было по-настоящему. Этот же — настолько яркий, что Чимин не мог его игнорировать.

Его сердце на мгновение замерло, а потом пришла настороженность. Чимин был удивлён, его разум обрабатывал информацию, которую он не мог сразу понять. Он не знал, что значит собственная реакция, но интуиция подсказывала ему, что это важно. Чувство было новым. И, несмотря на свой внешне спокойный вид, он почувствовал лёгкое напряжение в теле.

Чимин, скрывая свои мысли, не подавал виду, что его что-то беспокоит. Его лицо оставалось бесстрастным, глаза, как всегда, лишены эмоций, но за этим скрывался внутренний вопрос.

Кто эти альфы, и что они делают здесь? Почему именно этот запах — корицы — так привлекает его внимание?

Мужчины, тем временем, стояли у самого входа в шахту, оглядываясь и прислушиваясь к окружающей тишине. Они прекрасно понимали, что могут быть не одни. Чонгук, немного отстав от Хосока, посмотрел в темную шахту. Он знал, что это единственное укрытие от бури, которая бушует на улице, и они не могут позволить себе оставить его без внимания.

— Мы попали в непогоду, — сказал Чонгук тихо, но уверенно, оборачиваясь к Хосоку. — Это единственное укрытие, которое мы нашли.

Хосок кивнул, его взгляд был напряжённым и сосредоточенным.

— Нам нужно укрыться, — добавил он. — А также, мы ищем некого Чимина, омегу. Если вы хоть что-то про него знаете, то лучше говорите сразу.

Когда они произнесли эти слова, в шахте, кажется, затихло абсолютно всё. Юнги, сидящий рядом с Чимином, напрягся, его взгляд сразу же стал обеспокоенным. Он крепко сжал рукоять своего меча, ожидая дальнейших действий.

Чимин, услышав их слова, не сдвинулся с места. Он не стал ни говорить, ни показывать никаких эмоций, лишь смотрел в ответ, а в его взгляде было что-то, что нельзя было точно понять. Это был взгляд, полный спокойствия и скрытой опасности. Он молчал, не давая понять, что это он — тот омега, которого они ищут. Пепельноволосый знал, что не время раскрывать свою личность. Пусть незнакомцы остаются в неведении.

Юнги смотрел на новых гостей с интересом, не доверяя им полностью, но и не готовясь к бою без нужды.

Джин, теперь уже проснувшийся, сидел, всматриваясь в неожиданных гостей, но не двигался. Его реакция была спокойной, при этом на его лице читалась доля напряженности. Всё было не так, как обычно, и он чувствовал, что нужно быть готовыми ко любому исходу.

Внутри шахты стояла мертвенная тишина, нарушаемая лишь шумом дождя и треском огня.

Чимин почувствовал, как напряжение в воздухе растёт. Всё было не так, как он привык. Он не знал, что из этого получится, но был готов к любым событиям, тело продолжало оставаться напряжённым, а глаза, хотя и не выдали этого, внимательно следили за каждым движением гостей. Он знал, зачем его ищут.

— Мы тоже ищем Чимина.