Глава семнадцатая. Отблески. (1/2)

Джер устроился поудобнее и перевернул очередную страницу дневника.

Вот уже несколько дней как они путешествовали в весёлой компании бродячих артистов. Днём они неспешно рассекали просторы малолюдных трактов, останавливаясь лишь для того, чтобы пообедать, а вот по вечерам каждый раз их ожидал самый настоящий праздник. Привыкшие к долгим путешествиям артисты были мастерами создавать уют буквально на пустом месте, а потому их лагерь больше напоминал шатры на ярмарке. Ещё омеге очень нравились эти посиделки у костра, потому что каждый раз после ужина артисты устраивали самые настоящие представления. Это могли быть увлекательные истории, исполнение песен под гитару барда, а порой даже самые настоящие мини-представления кукольного театра двух братьев Рамси и Вилли. Джер, который до этого впервые увидел кукольный театр лишь на ярмарке в Брайне, с огромным интересом наблюдал за историями, которые разворачивались на крохотной сценке, но больше всего ему нравился театр теней. Было в этих историях нечто захватывающее и мистическое, что погружало в повествование с головой.

— Мюр, а Мюр, — прервал мерно текущие мысли принца голос Мэтью. Джер оторвался от чтения и с интересом посмотрел в сторону барда.

— Чего тебе? — донёсся недовольный голос мужчины. Мюр был старше всех в группе и виртуозно играл на нескольких музыкальных инструментах. Однако Джер ни разу не видел его в деле, так как мужчина категорически отказывался принимать участие в вечерних выступлениях, предпочитая быть просто зрителем.

— А я посоветоваться хожу. Всё думаю, может нам пропустить сегодня обед и ехать без остановок? Тогда к вечеру уже доедем до Гарлема.

— А на кой нам туда торопиться? — грубо буркнул Мюр, переведя на Мэтью угрюмый взгляд. Тракт был достаточно широк, поэтому он догнал кибитку барда и поравнялся с ней. — Мы месяц в Брайне каждый день выступали, дай отдохнуть, не будь грыхой.

— Мюр, — с укоризной протянул бард, кивая в сторону Джера.

— Уж простите, — раздражённо отозвался мужчина, — но я в ближайшую неделю свою трубу даже в руки не возьму! Во время ярмарки мы выступали с раннего утра и до поздней ночи. Я слишком стар, чтобы так много работать.

— Мой дорогой друг, ну разве это работа? — беззаботно улыбнулся Мэтью. — Мы же с тобой артисты, а музыка — это наша жизнь, наше призвание! Не даром говорят люди, что стоит найти себе дело по душе, и тебе больше не придётся работать ни дня в своей жизни!

— Кто так говорит явно не играл на трубе десять часов подряд!

— Да ладно тебе, — послышался голос Фергуса. Парнишка высунул голову в небольшое окошко на боку кибитки и принял участие в разговоре. — Ты так говоришь, словно тебя силой заставляли выступать. Ты же сам на бис выходил раза два!

— Выходил, — согласился Мюр, — но это не отменяет того факта, что на следующий день я еле разговаривал. И вообще, доживи до моих лет и попробуй столько же выступать.

— Если сможет, — донёсся до них голос Рамси, который ехал позади и вместе со своим братом Вилли управлял последней кибиткой. — А то с его любвеобильностью велика вероятность пасть от рук какого-нибудь рогатого ревнивца намного раньше.

Вся компания прыснула от смеха, а сам Фергус лишь громко фыркнул и поспешил скрыться внутри кибитки. Джер лишь улыбнулся, после чего вернулся к чтению дневника. Из таких обычных разговоров и дружеских перепалок теперь состояли его дни, однако омега не мог пожаловаться на скуку. Большую часть времени он развлекал себя чтением купленной им ранее книги, и когда она подошла к концу, омега решился взять в руки дневник своего оми. И пусть это решение далось ему не легко, Джер всё же пересилил свой страх и последовал совету Велиара. И не зря, так как с каждой новой страницей он узнавал массу новых и совершенно невероятных подробностей жизни императорского супруга в те далекие и неизвестные Джеру годы. Вопреки его опасениям, его оми вовсе не был заложником своих покоев, а даже наоборот, он мог спокойно покидать не только пределы императорского замка, но и столицы в целом.

Чем больше подробностей о жизни родителя узнавал Джер, тем сильнее ему хотелось поделиться этим с Араданом, однако каждый раз, когда он видел ильва, то невольно испытывал страх. Страх быть раскрытым. С одной стороны он понимал, что когда-нибудь ильв узнает о его метке, и им всё же придётся поговорить на эту тему, но с другой… Джер очень боялся этого разговора. Он старался убедить себя в том, что Арадан всё поймёт, что он не станет рубить с плеча, ведь за последний месяц он не единожды закрывал глаза на поступки принца и всегда старался поддержать его и ободрить, но… одно дело ввязаться в конфликт, а совсем другое украсть чью-то метку. Джер совершенно не мог предугадать реакцию Арадана на эту новость, ведь омеге было прекрасно известно, какую важную роль метка играет в жизни ильвов. И пусть он понимал, что не сможет скрывать свою метку от Арадана вечно и гораздо лучше было начать этот разговор самому, чем быть пойманный с поличным… но не сейчас.

Ещё чуть-чуть. Ещё немного он позволит себе побыть слабым, а после обязательно во всём признается сам. К тому же, подобный разговор не терпел зрителей, поэтому для себя Джер твёрдо решил, что как только они окажутся в Бриджерсе, где им предстояло на несколько дней остановиться на постоялом дворе, он обязательно всё расскажет.

Как бы Мюр не сопротивлялся и не ругался с Мэтью, было решено не останавливаться надолго на обед. Размявшись и сообразив себе по внушительному бутерброду, мужчины вновь заняли свои места и вновь выехали на широкую дорогу. Сам Джер хотел перекусить чем-то лёгким, поэтому взял с собой всего несколько румяных яблок да увесистую грушу, которую они сорвали прямо с дерева проезжая мимо одной из местных деревень. Не обращая внимание на протесты Мэтью, Джер всё же отобрал у альфы вожжи и какое-то время сам управлял кибиткой, пока бард спокойно наслаждался своим незамысловатым обедом. Омега в очередной раз порадовался, что он всё же решился научиться управлять с лошадью, и теперь вполне уверенно мог вести кибитку сам. Несмотря на то, что остальные участники путешествия старались особо не нагружать его работой, Джер с таким положением вещей был совершенно не согласен. Он чувствовал себя неловко, когда сидел, сложа руки, пока все остальные занимались делом. Джеру даже место уступили в одной из кибиток, клятвенно заверив, что уважающие себя альфы не могут позволить омеге спать на земле под открытым небом.

После того, как Мэтью закончил свою трапезу и вернул себе вожжи, омега устроился поудобнее и вновь принялся изучать дневник. Постепенно он привык к причудливому и витиеватому почерку оми, однако эта особенность всё ещё довольно ощутимо тормозила процесс ознакомления с записями. Когда все яблоки были съедены, а с десяток страниц осилены, Джер внезапно ощутил навалившуюся на него усталость. Устав бороться с сонливостью, он решил прикрыть веки, чтобы дать глазам немного отдохнуть, однако совсем скоро омега начал тихонько сопеть, погрузившись в глубокий сон. Заметив это, Мэтью осторожно забрал из ослабевшей руки книгу и аккуратно положил её на сидение рядом с принцем. Мерное покачивание кибитки незаметно убаюкало омегу, унося его сознание в мир сновидений. Ему вновь снилось прекрасное белое древо, погружённый в сумерки лес и крохотный маленький огонёк… В какой-то момент Джер на мгновение вынырнул из своего сна, когда кто-то взял его на руки и осторожно поднял вверх. В первое мгновение омега невольно заволновался, но, ощутив знакомый и такой родной аромат леса после проливного дождя, он с улыбкой зарылся носом в ткань чужой рубашки и вскоре уснул.

Когда в следующий раз Джер открыл глаза, он с удивлением обнаружил себя лежащим на широкой лавке внутри одной из кибиток. Приподняв голову, он обвёл растерянным взглядом обстановку вокруг, пытаясь понять, сколько времен он спал. В какой-то момент его внимание зацепилось за сидящих неподалеку мужчин. Всего их было трое. Среди них омега первым признал Тарда. Бета задумчиво подпёр подбородок рукой и прожигал взглядом шахматную доску, которая стояла пред ним на небольшом столе. Напротив него сидел один из артистов, которого звали Аллен, а наблюдал за партией молчаливый Берд. С самого первого дня их совместного путешествия бета коротал время, развлекая себя игрой в шахматы, и, судя по состоянию самой доски и фигуркам, дело это Тард очень любил. Не удивительно, что ещё никому из артистов не удалось обыграть мужчину. Лишь Берд однажды смог сыграть с бетой в ничью. И пусть Джеру тоже очень хотелось попробовать свои силы в этой игре, он никак не мог перебороть свою робость и попросить у Тарда сыграть с ним партию.

Отбросив в сторону тонкое покрывало, Джер осторожно сел и принялся приводить в себя в порядок. Достав из лежавшей неподалеку сумки свою щётку для волос, он собрал волосы в аккуратный пучок и перевязал его тонким кожаным ремешком. Джер невольно вздрогнул, когда Аллен неожиданно громко хлопнул в ладоши и радостно воскликнул:

— А как тебе такое?

С этими словами он с громким стуком переместил фигурку и перевёл на Тарда полный азарта взгляд. Заметив омегу, он коротко кивнул в знак приветствия, а после вновь сосредоточил всё своё внимание на игре. Тем временем Тард медленно обернулся и, встретившись взглядом с Джером, спокойно произнёс:

— О, ты уже проснулся. Надеюсь, это не мы тебя разбудили?

— Нет, всё хорошо, — смущённо улыбнулся Джер, убирая в сумку свою щётку.

— Тогда ладно, — всё тем же спокойным и размеренным голосом ответил бета, после чего повернулся к Аллену. — Замысел у тебя, конечно, хороший, но если я поставлю это сюда, — раздался тихий стук переставляемой фигурки, — а это вот сюда, то твоя королева в большой беде. Думай дальше.

Аллен тяжело вздохнул и вновь начал прожигать взглядом поле в поисках новых идей. Джер осторожно подошёл поближе и тоже попытался прикинуть, как бы он сам пошёл в такой ситуации. К сожалению, расположение фигур на поле не давало и шанса Аллену на победу, поэтому вскоре бета ожидаемо произнёс:

— Шах и мат.

— Эх, а победа была так близка, — разочарованно произнёс альфа.

— Да, но ты слишком рано расслабляешься. Ничего, в следующий раз выиграешь.

— Ой, нет, спасибо, — махнул рукой Аллен. — Желания особо нет. Толку играть с тобой, если всё равно гарантировано проиграешь. Ты хоть шанс давай противнику, что ли.

— Ну, в мире ещё полно людей, с которыми я ни разу не играл, — философски заключил Тард и неожиданно обратился к Джеру. — Вот, к примеру, наш замечательный попутчик. Не хочешь ли присоединиться?

— Если позволите, — смущённо улыбнулся Джер. — Только должен вас предупредить, что я ни разу не играл в шахматы, лишь читал о них книгу.

— Меня это совершенно не смущает. Всё равно до вечера ещё несколько часов пути, поэтому с удовольствием могу научить тебя играть.

С этими словами Тард принялся расставлять на доске фигуры.

***

— Перекиньте людей к северной границе, — отдал приказ Джоул, сидя в кресле Криана. Сам альфа нисколько не был огорчён положением вещей, даже наоборот. Вид погружённого в работу брата приносил ему какое-то моральное удовлетворение. — Нет смысла рассредотачиваться по окрестным городам, если в конечном итоге их цель граница с Либрой. Они наверняка направляются ко второму дереву, больше им негде искать защиты.

— Будет исполнено, ваша светлость, — кивнул командир отряда. — Я могу идти?

— Ступай.

С этими словами мужчина низко поклонился, после чего поспешил покинуть кабинет. Несмотря на внешнее спокойствие и напускное безразличие, феромоны Джоула выдавали его недовольство и нервозность. Он был уверен, что его присутствие не позволит Криану отвлекаться на сторонние дела, благодаря чему они смогут быстро и без особых проблем найти беглецов и вернуть их в столицу, но он совершенно не ожидал, что даже с дополнительными людьми они будут раз за разом терпеть поражение. Хуже всего было лицезреть довольное лицо расслабленного братца.

— Я не понимаю твоего спокойствия, — холодно произнёс Джоул, прожигая взглядом Криана. — Не боишься бездельничать в присутствии своего старшего брата и будущего императора Визалии? Между прочим, это твой отряд облажался и передал ложную информацию, из-за чего потратили кучу времени и ресурсов зря.

— Смею заметить, ваша светлость, — всё так же спокойно отвечал на нападки брата Криан, — что информация была абсолютно верна. Мы не могли предугадать, что караванщик в последний момент решит их прогнать и не станет включать в списки. Не удивительно, что после их никто не видел. Пешие путники особо в глаза не бросаются.

— Поэтому нужно было сразу перекрыть город и начать поиски.

— Как показывает практика, подобные решения лишь усугубляют ситуацию. Беглеца проще найти, если он думает, что никакой погони за ним нет. Это расслабляет. А теперь им прекрасно известно, что мы идём за ними по пятам, поэтому они будут действовать ещё более скрытно, — ответил Криан, отложив в сторону документ. Теперь, когда брат занял его большой письменный стол, альфа был вынужден переместиться за стол поменьше, где теперь и занимался своей бумажной работой. — Не все вопросы можно решить грубой силой и численным превосходством.

— Смеешь критиковать мои решения? — холодно отозвался Джоул, но Криан лишь поднял руки вверх в знак примирения.

— Нет, я не посмею, ваша светлость. Просто пытаюсь сказать, что поиск беглого принца проходит так долго вовсе не потому, что этот процесс намеренно саботируется, отнюдь. Когда дело требует определённой деликатности, оно по определению не может быть сделано быстро…

— Довольно, — прервал тираду брата Джоул и встал на ноги. Криан довольно ухмыльнулся про себя, отмечая очередную победу. Если в устраивании козней и различных интриг среди знати Джоулу равных не было, то полевые условия всецело были вотчиной Криана. Так как он был младше по должности, нежели кронпринц, ему пришлось отложить в сторону свои дела и встать на ноги вслед за братом. — В этом городе нам больше делать нечего. Я желаю выдвинуться на север, чтобы проверить обстановку на границе. Организуй переезд и удостоверься, что твои люди охранять умеют лучше, чем искать.

— Будет исполнено, ваша светлость, — кивнув, сказал Криан и проследил взглядом за фигурой брата.

Стоило Джоулу покинуть кабинет, как альфа устало опустился обратно в кресло и начал привычным движением массировать виски. Пока всё шло удивительно по плану, но этот факт никак не убавлял его тревожности. Когда-нибудь белая полоса закончится, и чем дольше длилось затишье, тем ближе становился переломный момент. Криан не мог себе позволить расслабиться, поэтому он продолжал держать всё под контролем. Благо, его письмо было успешно доставлено адресату, и теперь он мог хотя бы перестать бояться, что Джоул решит в самый ответственный момент воспользоваться его слабостью.

Теперь альфа мог сосредоточить все свои силы на переезде кронпринца в северную провинцию. При этом он должен был быть уверен, что пути беглого принца и тайных отрядов ни в коем случае не пересекутся.

***

— Да… кто бы мог подумать.

Аллен задумчиво почесал затылок и перевёл на Тарда растерянный взгляд.

В кибитке повисло молчание, нарушаемое лишь тихими разговорами, доносившимися со стороны небольших окошек. Не выдерживая напряжения, Джер тихонько поёрзал на неудобной скамье, чувствуя, как предательски краснеют его щёки.

Последний час они провели за игрой в шахматы, и если первые несколько партий омега предсказуемо проигрывал, то уже четвертая игра закончилась ничьей, а вот в пятый раз Джер одержал уверенную победу. И если в самом начале Тард был совершенно расслаблен и особо не задумывался над своими ходами, то с каждой новой партией лицо его становилось всё задумчивее и задумчивее. Даже Берд с Алленом перестали комментировать происходящее и просто молча наблюдали за тем, как омега уверенно и методично уничтожает фигуры соперника. Однако сам Джер вовсе не считал себя гением или мастером, напротив. Он был уверен, что в последней игре ему очень повезло, ведь подобная комбинация ему встретилась однажды в книге. Она настолько впечатлила парня в своё время своим изяществом, что омега без труда смог её запомнить.

— Может сыграем ещё раз? — осторожно поинтересовался он у Тарда. Джеру не хотелось ставить альфу в неудобное положение, и он был уверен, что в следующей игре точно проиграет Тарду.

— Через двадцать минут останавливаемся! — донёсся до них зычный голос Мюра.

Джер с удивлением вскинул брови, понимая, что для ужина было ещё рановато.

— О, я же говорил, что старик не выдержит, — с улыбкой произнес Аллен. — Теперь кое-кто мне должен денег! Ладно, друзья, с вами было очень весело и интересно, но мне нужно наведаться в гости к соседям. Бывайте!

Тард коротко кивнул, и, пока артист прямо на ходу ловко выскакивал из движущейся кибитки, бета перевернул доску и начал собирать в специальный отсек шахматные фигуры.

— Думаю, нам стоит отложить игру, за двадцать минут особо партию не разыграешь. Должен признать, что я не ожидал такой интересной игры. На самом деле, я впечатлён.

— Благодарю, но я не заслуживаю таких высоких похвал, — смущённо улыбнулся омега, помогая собирать фигурки. — Эту комбинацию придумал вовсе не я. Если однажды вам попадётся книга Джозефа Шекли «Искусство войны без войн», то обязательно приобретите. В ней очень много интересных ходов описано.

— Буду иметь ввиду, — улыбнулся мужчина в ответ. — Но, смею заметить, если у человека нет таланта, то и сотня книг не поможет ему научиться играть сносно.

— Благодарю, — смущённо ответил омега, опуская взгляд на фигурку коня, которую он уже какое-то время вертел в руках. Только сейчас он обратил внимание, что с обратной стороны на ее основании была изображена маленькая птица. - Ой, какая интересная маркировка. Такая тонкая работа!

— Спасибо, - улыбнулся Тард уголками губ, протягивая руку за последней оставшейся фигуркой. - Этот набор однажды подарил мне очень близкий человек. Они сделаны из очень редкой породы дерева, что произрастает далеко на севере в Либре.

— Интересно, - протянул омега, по-новому посмотрев на потрепанный набор.

Стоило только кибиткам свернуть с дороги и остановиться, как из кибиток один за другим стали выбираться уставшие после долгого пути артисты, желающие наконец-то размяться и подышать свежим воздухом. Но отдыхать было ещё рано, так как лагерь сам себя не организует. Как и в прошлые дни, кибитки расположились по кругу, после чего между их крышами натянули плотные тканевые пологи, свисающий край которых с внешней стороны закрепили в земле. Таким образом получалась своеобразная стенка, которая защищала сидевших под пологом от ветра и дождя. В центре обустраивали кострище и небольшую полевую кухоньку, а вокруг расстилали ковры и раскидывали подушки для сидения. Пока мужчины обустраивали лагерь, Джер помогал отвечающему за приготовление еды Броуди начистить и нарезать овощи. Вначале бета всячески отнекивался и не хотел утруждать омегу подобной работой, но принц заверил его в том, что ему нисколечко не сложно. К тому же, с увеличением числа людей приходилось больше готовить, а потому лишняя пара рук была весьма кстати.

Помимо омеги, помогать повару вызывался ещё один попутчик по имени Кевил, но Джер ни разу не видел его рядом с костром, однако это особо не расстраивало омегу. Этот альфа обладал поразительной способностью находиться везде, создавая иллюзию бурной деятельности, и при этом не делать ровным счетом ничего. Такой подход возмущал Джера, но он не решался вынести этот вопрос на всеобщее обозрение.

Пока Джер задумчиво чистил увесистый клубень картошки, он совершенно не заметил подошедшего к ним Арадана.

— Привет. Как ты себя чувствуешь?

Джер вздрогнул от неожиданности и перевёл рассеянный взгляд на альфу.

— О, привет. Всё хорошо, а что?

— Просто ты так крепко спал, что даже не заметил, как я перенёс тебя в кибитку. Ты не высыпаешься ночью? — поинтересовался у парня ильв, с беспокойством глядя на омегу. Джер мысленно улыбнулся, чувствуя, как потеплело в груди от робкого чувства благодарности.

— Нет-нет, всё действительно в порядке. Просто кибитка так мерно покачивается во время движения, что невольно убаюкивает. К тому же, днём делать всё равно нечего, вот и отсыпаюсь, пока есть возможность.

— Это хорошо, — удовлетворённо кивнул ильв. — Постарайся не засыпать на козлах, это опасно. Если что-нибудь будет тревожить, обязательно скажи.

— Конечно, — мягко улыбнулся альфе Джер. В такие моменты он невольно успокаивался и начинал верить, что разговор в Бриджерсе мог пройти практически безболезненно. С Араданом всегда можно было вести диалог, и Джер его за это уважал.

Этот вечер от предыдущих не отличался особо ничем. Приготовив похлёбку и достав из закромов последние остатки разнообразных вкусностей, путешественники устроились на подушках и приступили к своей незамысловатой трапезе. Специально для Джера Броуди готовил одну порцию с большим количеством бульона и меньшим количеством приправ, за что омега был ему неописуемо благодарен. В отличие от остальных, ему было довольно тяжело справиться с такой тяжёлой и сытной едой, поэтому водянистая похлёбка с овощами была очень кстати. Устроившись на одной из подушек, омега уже хотел было приступить к поглощению ужина, но в этот момент ильв опустился рядом с ним на лежавшую неподалеку подушку. В предыдущие дни места занимали хаотично и достаточно быстро, поэтому у них не получалось сидеть рядом, что омегу совершенно устраивало, но теперь, когда Арадан сидел так близко, что едва не касался его плеча, Джер невольно начал паниковать.

Что если за эти дни его обоняние полностью восстановилось? А вдруг он потеряет контроль над своими феромонами, и Арадан сможет их уловить? Джер совершенно не был готов морально открывать сегодня свой самый страшный секрет. Желая себя хоть как-то успокоить, Джер стал думать о том, что его одежда и волосы безнадёжно пропитались запахом костра, а потому альфа едва ли сможет что-то ощутить. Пока Джер мысленно обмирал от страха, Арадан неспешно поглощал свой ужин, а после обратился к Броуди с вопросом:

— Очень вкусно. А что вы туда добавили?

— Да всего по мелочи. Картошка, морковка, мясо, сельдерея немного и море керийского перчика. Я думал, что он за версту будет чувствоваться. Запах-то что надо, я его поэтому никогда не жалею.

— Ах, да. Перец, — смущённо улыбнулся ильв. — Не сразу понял, что это.

Пока впечатленный такими скудными познаниями в кулинарии Броуди рассказывал ильву о пользе керийского перца, омега с облегчением вздохнул. В этот момент желудок неприятно заныл, напоминая омеге о том, что в последний раз он нормально ел рано утром.

Отломив себе от общей буханки кусок хлеба, омега опустил его в дымящийся бульон и, дождавшись, когда мякоть хорошенько пропитается, отправил ароматный кусочек в рот. Блаженно зажмурившись, он в очередной раз подумал о том, что хоть во дворце работали лучшие повара со всей Визалии, но их блюда не шли ни в какое сравнение с этой простой похлёбкой. Быстро покончив с ужином, омега устроился поудобнее и прислонился спиной к стоявшему рядом с ним ящику со старыми музыкальным инструментами. Взяв в руки кружку с ароматный чаем, он стал наслаждаться благостной атмосферой, царившей вокруг него. Привыкшие к постоянным путешествиям артисты не желали лишать себя уюта, а потому к обустройству лагеря подходили с большой ответственностью и энтузиазмом. Джеру нравились расставленные повсюду свечи, протянутые через крепления навеса цветастые гирлянды и флажки.

Его взгляд зацепился за Кевила, который уплетал похлёбку за обе щеки. А ведь он даже не поблагодарил Броуди за ужин! Всё-таки этот рыжеволосый альфа Джеру совершенно не нравился…

— А давайте сегодня будем рассказывать истории, а не песни горланить? — отвлёк Джера от мерного течения мыслей голос Аллена. — Мюр может старый и пи… вредный, но я с ним согласен. Отдохнуть хочется, тем более от Гарлема рукой подать до Бриджерса, так времени на отдых не так много.

— Почему бы и нет, — поддержал друга Мэтью, игнорируя угрюмый взгляд Мюра. — Только давайте что-нибудь приличное, а то наши новые друзья могут нас неправильно понять. Я-то вас знаю, а они — нет…

Компания загудела, немного обидевшись на подобное замечание, однако спорить с бардом никто не стал. Первым выступал сам Аллен, который рассказал о таинственных и загадочных рыцарях алой луны. И если в самом начале Джер старался относиться к этой истории с долей скептицизма, то чем сильнее нагнеталось повествование, тем неуютнее становилось омеге. Поэтому вскоре он как бы невзначай подсел поближе к Арадану, ища в его компании защиту. Польщённый ильв лишь мягко улыбнулся себе под нос, решив не смущать испуганного Джера своим вниманием.

— …и вот, когда полная луна озаряет окрестности, рыцари прошлого в искореженных от вечных битв латах спускаются на землю и рыщут в поисках своих жертв. Через их доспехи видны истлевшие кости, а через глазницы покрытых запёкшейся кровью шлемов виднеется горящее пламя самого ада! И стоит только кому-то из них заметить одинокого путника, что так не осторожно решил прогуляться в эту проклятую ночь, рыцарь направляет к нему свою призрачную лошадь. Догнав, тварь хватает свою жертву огромными зубами, после чего они поднимаются прямо на небо и скрываются в лучах полной луны, окрашивая её в алый цвет. Поэтому каждый раз, когда на небе появляется красная луна, знайте, это рыцарь прошлого поймал и утащил в другой мир свою жертву… — Аллен обвёл загадочным взглядом присутствующих, а после продолжил: — Никто не знает, почему они покидают небесные чертоги и рыщут по земле. Кто-то говорит, что они мстят потомкам своих убийц, а кто-то считает, что война настолько сильно извращает душу воина, что они превращаются в призрачных рыцарей, позабывших о том, что они и сами когда-то были людьми.

— Аллен, твою мать, — донёсся до мужчины недовольный голос откуда-то с галёрки. — Ты хоть в курсе, что сейчас полнолуние?

— Да? — с наигранным безразличием отозвался мужчина, посмотрев на небо. — Ну, предупреждён значит вооружён…

— Да чтоб тебя гры…

— Ладно-ладно, господа, — остановил зарождающуюся перепалку Мэтью. — История то отличная получилась, очень живая и атмосферная…

— А кто сказал, что я её выдумал? — с наигранным удивлением продолжил рассказчик.

— Да Аллен!

— Ладно-ладно, понял. Хотя тебе, Хев, бояться-то нечего. Твой жирный зад ни одна призрачная лошадь на небо не утащит, а на твоё счастье, призраки прошлого парами не ходят…

Компания шумно загоготала, когда в Аллена прилетел кусок не доеденного яблока.

— А давайте я расскажу вам одну легенду, которую недавно услышал в Брайне? — подал голос Вилли. Из всех артистов он был самым юным. — Она совсем не страшная. Может у нас даже получится когда-нибудь использовать её для кукольного спектакля…