Глава семнадцатая. Отблески. (2/2)

— Опять про ильвов? — со вздохом поинтересовался Броуди.

Джер тут же встрепенулся и украдкой посмотрел на Арадана, но тот, казалось, и вовсе не обратил внимание на слова мужчины, продолжая с невозмутимым видом наслаждаться похлёбкой.

— Ну, не совсем о них, но из их фольклора, — уклончиво ответил бета, подсаживаясь ближе к костру. — Повествует она о таинственном духе лесного тигра — Миррематхе. Когда-то очень давно, когда мир был совсем юн, а древа ильвов ещё не возвышались над Белоозерьем, могущественные существа их охраняли и защищали от нападок исчадий бездны. Среди них был и исполинский белый Тигр. Поговаривают, что был он настолько велик, что его клыки были размером со взрослого человека! Так вот, шли годы, древо росло очень медленно, а атаки исчадий бездны становились всё яростней и отчаянней. Постепенно существа, охранявшие древо, стали покидать пределы волшебного леса, опасаясь за свою жизнь, но только не белый Тигр. Несмотря на многочисленные ранения, он стойко отражал все нападения, пока в один день сторонники бездны не пришли под сень волшебного древа с самым ужасным и сильным противником — Драконом бездны!

Джер передёрнул плечами, чувствуя, как по спине пробежали мурашки.

— Одним лишь взглядом он был способен вселить ужас в сердца своих врагов и повергнуть их в бегство, а дыхание этого легендарного дракона превращало всё вокруг в безжизненный мёртвый кристалл. Но Тигр не устрашился дракона. И пусть он понимал, что с такими ранами ему не выстоять, он всё равно принял бой и пожертвовал собой, чтобы защитить молодое древо. Он бросился прямо на Дракона, и, пока тот уничтожал его плоть своим магическим дыханием, Тигр нещадно рвал его когтями и зубами, лишив его при этом правого глаза. Постепенно хватка Тигра ослабевала, и сторонники бездны уже решили, что победа совсем близко, однако в пылу битвы никто и не заметил, что дыхание Дракона на самом деле сыграло с ним злую шутку. Деревья волшебного леса и павшие соратники превратились в прочные стены, а тело самого Тигра постепенно становилось куполом его будущей темницы. И вот, когда жизнь Тигра окончательно угасла, Дракон бездны издал громкий победный рёв, но, когда он попытался встать, то этого сделать он так и не смог — его дыхание превратило всё вокруг в безжизненную породу, которая была настолько крепкой, что без труда могла выдержать удары бьющегося о них в агонии дракона.

Тут Вилли для пущего драматизма решил выдержать паузу. Арадан лишь усмехнулся, мысленно похвалив парня за то, что его рассказ практически не отличался от той легенды о звере-защитнике, что рассказывали друг другу сами ильвы. Миррематха… Ильв прикоснулся пальцами к висевшей на его шее руне. В последнее время ему казалось, что он был не достоин своей руны, и что его оми слишком переоценила его возможности, возложив не на те плечи спасение целого рода.

— А дальше-то что было? — нетерпеливо поинтересовался Броуди.

— Остальные магические звери, которые наблюдали за битвой издалека, прониклись жертвой Тигра и решили вступить в бой, чтобы его смерть не была напрасной. Вместе они отбросили силы врага далеко за пределы нашего мира, и с тех пор ни один приспешник Бездны не смел сунуться к молодым древам. А древний Дракон так до сих пор находится в своей темнице. За прошедшие тысячелетия она покрылась землей, обросла деревьями и травой, поэтому найти её практически невозможно. Однако, если приложить ухо к скалам где-то в области восточного нагорья, можно услышать его приглушенные стоны и рёв, полный отчаяния.

— А что стало с Тигром? Неужели он просто умер?

— Нет, на этом его история не была окончена, — ответил Вилли, явно довольный тем, что его история нашла отклик в сердцах товарищей. — Дух священного древа, который был свидетелем его благородного поступка, сделал его духом-защитником, даровав таким образом бессмертие. Ильвы называют его Миррематхе — храброе сердце. Говорят, что он явится в следующий раз, когда древам будет грозить опасность. А пока он дремлет, ожидая, когда его призовут.

Арадан задумчиво склонил голову, продолжая перебирать пальцами свой амулет. Ох, Фейра, почему ты отвернулся от своих детей? Как же сейчас Арадану не хватало малейшей подсказки, мало приметного знака, что угодно, лишь бы хоть на волосок сдвинуть с мёртвой точки. Сколько раз он в голове прокручивал разговор с оми, сколько раз перебирал все известные ему белые цветы и зелья, которые из них можно было изготовить? Сотни, а то и тысячи. Все эти дни он намеренно избегал Джера, прикрываясь дежурствами, чтобы попытаться наедине с собой не только привести в порядок мысли, но и утешить свое ноющее сердце. Переведя взгляд на принца, ильв невольно залюбовался его точёным профилем и сосредоточенным выражением лица.

Пусть он и дал себе слово не отпускать чувства к Джеру дальше своего сердца, сдержать это слово оказалось не простой задачей. Находиться так близко к омеге и одновременно так безнадёжно далеко было очень тяжело. Поэтому он решил отстраниться и полностью посвятить себя разработке плана по возвращению контроля над Ирмассом. И в какой-то момент ему даже начало казаться, что он всё-таки сумел смириться со своим положением, но… но все его усилия пошли прахом, стоило ему лишь увидеть, как сонный и такой уютный Джер прижимается к нему во сне и улыбается…

— Ну, ладно, это хотя бы интересная история. Не то что твои легенды про цветочки-веточки, — кивнул Мюр, явно одобряя рассказ парня. — И представление должно получиться хорошее, дети любят зверей, а уж от древнего дракона вообще будут без ума. Но вам придётся много кукол новых сделать.

— Да, но зато ни у кого такой истории больше не будет!

— Так это потому, что легенд ильвов никто особо и не знает…

Пока артисты загорелись обсуждением нового репертуара, Арадан тяжело вздохнул и спрятал заветный амулет. Как бы ему не нравилось сидеть в такой интересной компании и слушать истории, у него оставалось несколько дел, которые не терпели отлагательств. И пусть они пересекали довольно спокойные земли, во время разговора Мэтью согласился, что было хорошей идеей выставить дозорного на тот случай, если к лагерю решат подойти воры или дикие звери. Перед тем как заступить на дежурство, Арадан вновь посмотрел на неспешно потягивающего травяной чай Джера. Омега с интересом слушал перепалку артистов. Словно почувствовав на себе взгляд ильва, он неожиданно обернулся и в тот момент, когда их взгляды встретились, лицо омеги озарила нежная улыбка, от которой у Арадана невольно потеплело в груди.

…нет. Он никогда не сможет смириться.

Никакое самовнушение не поможет ему уменьшить ту боль, что ждала его в будущем, так не лучше ли было хоть раз за жизнь испытать, пусть и одностороннюю, но настоящую влюблённость, нежели после до конца дней обманывать себя иллюзиями.

В этот момент его озарила гениальная мысль. Прикоснувшись к плечу принца, альфа тихо произнёс в ответ на вопросительный взгляд Джера:

— Я хочу тебе кое-что показать. Только возьми с собой плащ, ночи тут довольно холодные.

Заинтригованный таким обещанием Джер тут же вскочил на ноги. Взял с собой несколько закусок со стола, он поблагодарил Броуди ещё раз за вкусный ужин, а после направился к одной из кибиток, чтобы забрать свой плащ. Когда он вышел, Арадан уже ждал его внизу и протянул омеге руку, чтобы помочь спуститься по крутой и маленькой лестнице. К тому времени место Вилли занял новый рассказчик, но Джер не успел рассмотреть кто именно это был. Стоило им выйти за пределы лагеря, как Джер не смог удержаться и вдохнул полной грудью свежий ночной воздух, блаженно подставляя лицо под лёгкие дуновения ветра. Если быть честным, за эти дни он немного устал от постоянных разговоров и шумной компании, поэтому возможность побыть в тишине посреди степи воспринималось как настоящая благодать.

— Куда мы идём? — первым нарушил молчание Джер.

— Это сюрприз, — загадочно ответил ильв, после чего в темноте замаячили два огонька. — Если я правильно понимаю где мы сейчас находимся, то это должно быть в той стороне…

— Хм… — задумчиво протянул Джер, заворожённо наблюдая за движением глаз ильва. — Я и не знал, что твои глаза могут так светиться. Это помогает тебе лучше видеть в темноте?

— Можно и так сказать. Вообще у всех, кто живёт в тени Хрустального древа, глаза светятся в темноте. Обычно в Ирмассе я никогда не сдерживаю это свечение, но, когда я путешествию по Визалии, стараюсь особо не выделяться.

— Как интересно… а скажи, то, что рассказывал сегодня Вилли, правда? Я про Тигра, Дракона Бездны и его подземную темницу?

— Ну, я не берусь судить о том, было ли всё это на самом деле, ведь в те времена ильвов еще не существовало, — усмехнулся Арадан, поправляя сползающую лямку своей походной сумки, — но такая легенда действительно существует, и Вилли рассказал её практически без изменений. И всё же он в кое-чём ошибся.

— В чём же? — поинтересовался Джер, но в этот момент он оступился и едва не рухнул на землю. Если бы не молниеносная реакция ильва, который в момент оказался рядом и смог его поймать за руку, омега бы точно растянулся на траве. — Ой! Спасибо… Скорее бы вышла луна из-за туч, а то совсем ничего не видно.

— Прости, мне следовало взять с собой фонарь, — послышался тяжёлый вздох ильва. — Лучше возьми меня за руку, я побуду твоими глазами.

— Спасибо, — смущённо ответил Джер, и в этот момент ильв осторожно сжал его ладонь и повёл куда-то вперёд. Желая отвлечься от чувства неловкости, омега решил продолжить разговор: — Так в чём именно был не прав Вилли?

— Имя тигра переводится совершенно иначе. Миррематха — это не храброе сердце, а опаленный защитник.

— Мирре… — медленно проговорил омега, словно пробуя слово на вкус. — Мир-р-ре… почему это слово кажется мне таким знакомым… Ах, точно! Твоя руна! Та, что подарил тебе оми. Ведь, если я не ошибаюсь, именно так она и называется?

— Верно, — ответил Арадан, и в голосе были слышны нотки удивления. Он и не ожидал, что омега запомнит такую мелочь. — Ты очень наблюдателен. На ильврите слово «тигр» и слово «защитник» не только звучит, но даже пишется одинаково. Так ильвы отдают дань уважения храбрости Миррематхи… Да, вот оно! Я всё-таки был прав. Идём скорее, пока луна не вышла.

С этими словами он повёл омегу куда-то в сторону. Джер, который на самом деле практически ничего не видел, решил довериться Арадану, поэтому послушно следовал за ним по пятам, стараясь не отставать. В какой-то момент вдалеке он увидел широкую и тёмную полосу. Удивившись, он вначале решил, что впереди протекала широкая река, однако характерного шума бегущей воды он услышать так и не смог. С каждым шагом полоса становилась всё шире, а пространство перед ней всё объёмнее, поэтому Джер невольно замедлил шаг, опасаясь упасть.

— Всё хорошо, мы почти на месте, — успокоил его ильв, продолжая идти вперед. Спустя какое-то время он остановился и, глубоко вздохнув, произнёс: — Да, всё верно. Присаживайся, тут достаточно густая трава.

— Так ты бывал здесь раньше? — спросил омега, аккуратно опускаясь на землю. Закутавшись в плащ, он мысленно поблагодарил альфу за предусмотрительность, ведь вдали от большого костра было довольно прохладно.

— Ну, не конкретно здесь, но в прошлый раз, когда я проезжал эти степи, я заметил одно очень живописное место. Осталось лишь дождаться луны. Надеюсь, она не подведёт меня и всё-таки решит появиться, а то получится немного неловко…

Джер тихонько засмеялся, представив, как луна щурится, рассматривая поля под собой и вдруг, заметив приближение ильва, быстро-быстро прячется в густые облака… Джер глубоко вздохнул, чувствуя, как по телу прошла приятная волна спокойствия. Как было бы хорошо, если бы никакой метки не было. Если бы можно было просто сидеть вот так с Араданом и наслаждаться моментом, не думая о грядущем разговоре. Джер обнял свои коленки и стал всматриваться в темноту. В какой-то момент он начал различать вдалеке какое-то очень слабое свечение, однако он решил, что это ему привиделось.

Интересно, а как видел этот мир Арадан?..

В этот момент он услышал пронзительный писк. Это был Имирин, который приземлился где-то неподалеку от омеги, а вскоре уже занял своё законное место на коленях у парня.

— Serva sakrem, друг, — улыбнулся Джер. Он знал совсем немного слов на ильврите, но всегда с удовольствием использовал их, чтобы общаться с маару. — Как прошла твоя охота, ты хорошо размял свои крылья? Я не видел тебя целый день.

Имирин начал суетливо топтаться на коленках у Джера, избегая его рук. Вначале омега насторожился, не понимая причины такого поведения, но вскоре всё встало на свои места. Маару уткнулся мордочкой в раскрытую ладонь парня, и Джер почувствовал что-то пушистое и…тёплое?

— Ой, Имирин, это… Ой?! — подскочил на месте омега, когда это нечто пушистое проворно извернулось и, выпрыгнув из его рук, растворилась в темноте под недовольное верещание маару. — Что… что это было?

— Он приволок тебе мышь, — со смешком ответил ильв. — Не переживай, она уже убежала далеко, так что…

Почему-то он был уверен, что Джер, будучи аристократом, должен как минимум побаиваться мышей, но он совершенно не ожидал, что в следующий момент глаза омеги засияют, и он с воодушевлением обратиться к маару:

— Правда? Так это был подарок? Le niella, Имирин! Умничка, — защебетал омега, почёсывая довольного зверёныша за ушком. — А у меня для тебя тоже есть вкусности.

С этими словами он достал из кармана захваченные им со стола закуски и предложил их довольно запищавшему от предвкушения маару. Всё это время Арадан, который с улыбкой наблюдал за ними, краем глаза увидел светлеющую полоску вдалеке.

— Вот, посмотри! — поспешил он привлечь внимание омеги к горизонту. — Начинается…

Джер повернул голову в сторону темнеющей вдалеке полосы ровно в тот момент, когда луна начала медленно выплывать из-за туч, озаряя всё вокруг своим мягким светом. Прямо перед ними степь резко уходила вниз, благодаря чему им открывался воистину великолепный вид. Постепенно тьма рассеивалась, являя взору сначала редкие деревья, а уже после тёмная полоса, которую ранее Джер принял за реку, превратилась в густой и темный лес. Привыкшие к темноте глаза улавливали каждый бледный лучик, который пробивался сквозь пелену туч и плавно блуждал по траве, прыгал по редким камням, а после и вовсе скрывался среди темнеющих вдалеке деревьев. Джер наблюдал за метаморфозой, затаив дыхание, и, когда он уже был уверен, что ничего прекраснее увидеть не сможет, горизонт вдалеке окутало необычное свечение.

— Какая красота, — почему-то шёпотом произнёс Джер. — А что это?

Казалось, что небо вдалеке искрилось и сияло, словно лунные лучи отражались от водной ряби, а радужные искры напоминали омеге узоры, которые оставляли на стене солнечные зайчики, пробивающиеся сквозь крупные кристаллы на люстрах. Джер даже предположить не мог свидетелем какого необычайного явления он стал. Омега был так увлечен этим видом, что совершенно не замечал с какой грустью Арадан смотрел на него в этот момент. Ильву очень нравилось то, с какой благодарностью принц принимал всё новое, а потому альфе хотелось подарить ему целый мир…

— Это свечение Хрустального Древа, — тихо ответил Арадан, вновь переводя взгляд на горизонт.

— Древа? — почему-то испугался принц и перевёл на альфу шокированный взгляд. — Оно уже так близко? И лес впереди это… ваш лес?

— Нет, — мягко возразил альфа, качая головой. — Это не он. Наши земли начинаются далеко позади него, но даже отсюда можно увидеть свечение Древа.

— Так ярко… — окончательно растерялся омега, вновь переводя взгляд в сторону горизонта. — Но как же вы под ним живете? Если его видно даже здесь, то я даже представить себе не могу, каково находиться в непосредственно рядом с ним…

Услышав мягкий смешок альфы, Джер невольно умолк.

— Не переживай. То, что ты видишь, это отражения света полной луны от кристальных бутонов и листьев на кроне. А сам ствол и нижние ветки никакого свечения не испускают. Но в полнолуние действительно на улицах Ирмасса так же светло, как и днём. Обычно в эту ночь проводят священные обряды и устраивают праздничные гуляния… Вернее, устраивали.

В этот момент Арадан внезапно умолк, чувствуя, как его сердце объяла жуткая тоска. Какими же далёкими казались ему те дни, когда он беззаботно бродил по лесу, участвовал в подготовке новичков, прикасался рукой к священному Древу, чувствуя тепло и невероятную мощь под своей ладонью. Всепожирающее чувство одиночество волной холода распространялось по телу, настойчиво напоминая ему о том, как же далеко он находился от своего дома и от других ильвов. И пусть это ощущение подавляло и отравляло сердце ильва сомнениями, он всё равно не мог позволить себе это малодушие. Сколько ещё таких оторванных от дома ильвов сейчас смотрели в сторону древа и мечтали вернуться домой? Как бы не было тяжело, но он не имеет права сдаться, ведь он даже ещё не начал эту битву. Он должен добраться до своих, а там уже станет проще. Он будет не один, и тогда… что он скажет им при встрече тогда? Они наверняка ждут от него если не подробного плана действий, то хотя бы хороших новостей, которых у альфы не было.

Арадан продолжал с грустью смотреть в сторону свечения, погружаясь в свои невеселые мысли, пока Джер безмолвно наблюдал за ним, не в силах отвести от альфы своего взгляда. Он впервые видел Арадана таким… уязвимым. Он и не знал, что этот уверенный и рассудительный альфа, который, казалось, знает ответы на все вопросы мира, может быть… таким. И от этого внезапного осознания Джер начал злиться на самого себя. Он так сильно полагался на Арадана и верил в его всемогущество, что совершенно забыл о том, что на самом деле альфа был сделан из плоти и крови. Ему тоже могло быть больно… Джер и представить себе не мог, что должен испытывать ильв, глядя в сторону своего разрушенного и захваченного врагом города. И пока Арадан помогал ему справиться с собственными химерами, омеге даже в голову не приходило, что и самому ильву нужна была поддержка.

— И ещё будут устраивать, — неожиданно подался вперёд Джер, накрывая руку ильва своей. — Может я совершенно бесполезный попутчик и от меня совсем немного пользы, но я постараюсь помочь всем, чем смогу! Я уверен, что у тебя всё получится, и Ирмасс вновь будет праздновать полнолуние, и весеннее солнцестояние, и…

Он умолк, когда услышал тихий смех ильва.

— Ты говоришь прямо как мой оми…

Джер вздрогнул, почувствовав неприятный укол в сердце.

— Скажи, — нерешительно начал он, — он ведь… погиб во время нападения, да?

— Да… — тяжело вздохнул Арадан, и на мгновение свечение его глаз стало более холодным, словно подтверждал тот факт, что альфе было тяжело говорить на эту тему.

— Мне очень жаль, — с грустью произнёс омега, но Арадан перебил его.

— Прости, я должно быть напугал тебя своим хмурым видом. Всё в порядке, просто я очень давно не ощущал присутствия Древа, а потому мне становится немного… не по себе. Ильвы редко так надолго покидают пределы леса, но не переживай. Я в порядке. Просто нужно немного… привести свои мысли в порядок.

Джер молча кивнул, не решаясь продолжить разговор, но и сидеть в тишине было настолько невыносимо, что он всё же решился задать следующий вопрос:

— Скажи, а что ты имеешь виду, когда говоришь про присутствие Древа? — тихо поинтересовался он, но когда увидел серьёзный и оценивающий взгляд ильва, тут же стушевался и начал тараторить: — Но, если это что-то тайное, то, конечно, можешь и не отвечать. Я не обижусь, правда. Прости, мне не стоило бездумно задавать вопросы.

Пока Джер заливался краской и пытался отвлечь себя поглаживанием маару, Арадан пытался про себя решить, стоило ли рассказать омеге свою историю? Поскольку дальше Джеру предстояло жить среди ильвов, то ему было бы не лишним знать про внутренний уклад его рода, но с другой… зная то, каким добрым и участливым был омега, Арадан боялся взвалить на его хрупкие плечи груз собственных проблем. Наверное, если бы в эту ночь ему не было настолько невыносимо одиноко, то он бы просто отшутился и перевёл разговор в иное русло, но сегодня он почему-то так поступать не спешил. И пусть это было немного эгоистично с его стороны, но ему хотелось впустить Джера в свой мир, пусть и не огорошивая его при этом всей правдой.

— Нет, всё хорошо. В твоём вопросе нет ничего предосудительного, но ответ на него не так прост, — прервал поток извинений Арадан. Загадочно улыбнувшись, он наклонился к омеге поближе и тихо произнёс: — И вообще, на самом деле, это большая тайна.

— Тогда не стоит мне ничего рассказывать, — расстроился омега. — Я совершенно не умею хранить секреты.

— Ты вновь слишком строг к себе. Если бы ты не умел их хранить, то мы бы сейчас сидели где-то в темнице, а не посреди полей. — Резонно заметил альфа, и Джер не смог не согласиться. После этих слов Арадан глубоко вздохнул, словно готовясь к непростому для него разговору. Собрав себя в руки, он продолжил: — Ты уже знаешь, что внутри каждого Древа живёт свой дух.

— Да, — кивнул Джер. — Он защищает не только само священное дерево, но и всех живущих под его кроной.

— Это так, - согласился Арадан. — Но не всё так просто. Дух — это могущественная и многогранная сущность, всё величие которого осознать просто невозможно, ведь Дух Древа — это отражение самой Жизни в этом мире, источник всего сущего вокруг. И мы, ильвы, в какой-то степени, отблески этого отражения.

— Хочешь сказать, — шокировано отозвался Джер, пытаясь осмыслить слова Арадана, — что ильвы когда-то были частью Духа древа?

— Не были. Мы и есть его часть, — покачал головой Арадан. — Все ильвы — это отголоски Духа Древа, а Дух Древа — это и есть все когда-либо родившиеся и умирающие под его тенью ильвы. Именно поэтому я уверен, что однажды встречусь со своей оми, пусть уже и не в этой жизни. Потому знаю, что после смерти нашей физической оболочки душа возвращается в Древо, а после перерождается в новом теле. Мы неразрывно связаны с Духом и воспринимаем его как часть себя, и именно поэтому без его присутствия мне так… тяжело.

— Невероятно, — прошептал Джер. Он даже представить себе не мог, какую важную роль Древо играло в жизни ильвов. Не удивительно, что подобную информацию держали в секрете, ведь, по сути, это было самым слабым местом их рода… Внезапное осознание настолько напугало Джера, что он тут же решил высказать свои опасения вслух. — Но если ильвов изгнали из Ирмасса и захватили Древо, то не означает ли это, что ваша связь с Духом была нарушена?

Арадан нахмурился, подумав о том, что ему не стоило начинать этот разговор. Джер был достаточно проницателен и умён, чтобы без труда добраться до самой сути.

— Нет, всё не настолько плохо, — с улыбкой соврал ильв, пытаясь вернуть разговору прежнюю лёгкость. — Конечно на таком расстоянии тяжело общаться с Духом, но всё ещё возможно. Прошу, не бери в голову, это не твоя…

— Пожалуйста, Арадан, — неожиданно серьёзно ответил омега, прожигая альфу взглядом. Не ожидавший такой реакции, ильв сразу умолк. — Скажи правду. Я… я должен знать, что именно натворил мой отец.

Повисла гнетущая тишина, которая нарушалась лишь беззаботным щебетанием Имирина, однако Арадан с ответом не спешил. Он всё ещё не хотел нагружать Джера своими проблемами и давать повода для излишнего беспокойства, но взгляд омеги был настолько пронзительным и требовательным, что мужчина невольно сдался.

— Да… — выдохнул он, — связь была нарушена, но не потому, что ильвы покинули город. Чтобы мир телесного и бестелесного мог взаимодействовать нужен ильв с особым даром, Проводник. Благодаря ему души ильвов не только возвращаются к Духу Древа, но приходят обратно в наш мир, чтобы переродиться. Но наш Проводник погиб до того, как Дар смог пробудиться в ком-то ещё. Именно поэтому мы перестали чувствовать присутствие Древа и слышать его Волю.

— И что нужно сделать, чтобы всё стало как раньше? Как найти нового проводника?

Арадан замолчал, а после перевёл взгляд обратно на горизонт.

— Я не знаю.

Джер продолжал смотреть на Арадана, не в силах отвести от него своего шокированного взгляда. Он всегда знал, что поступок его отца был чудовищным, но он даже представить себе не мог масштабы этой страшной трагедии. В один миг все его проблемы, казавшиеся неподъёмными, просто померкли в сравнению с переживаниями самого Арадана.

— Скажи, — тихо отозвался Джер, просто чтобы нарушить это гнетущее молчание. Ему безумно хотелось помочь ильву, подсказать что-нибудь, поддержать, хоть он и понимал, что в такой ситуации простыми словами вряд ли можно было помочь. — А у того, второго Древа, у него же есть свой Проводник? Может он знает, как помочь?

— Да, есть, — отозвался Арадан, с удивлением посмотрев на омегу. — Её зовут Мириана.

— Может она сможет подсказать? Ведь она сама обладает даром, значит многое должна о нём знать. Мне кажется, что не может такой необычайно важный цикл прерваться так просто. Должно быть какое-то решение, я уверен в этом.

Арадан ответил не сразу. А, ведь, правда… почему он ни разу не подумал о Мириане? Вот кто точно должен разбираться и в зельях, и в цветах, и в делах Проводников. Это было настолько очевидным и логичным, что Арадан совершенно не мог понять, почему он сам не подумал об этом. И пусть отношения между двумя родами были довольно сложными, Мириана точно не откажет ему в аудиенции. Особенно если учесть, что её Древо имело все шансы стать следующей целью Виктуара.

— Serva sakrem, Джер! — с улыбкой произнес ильв, чувствуя, как впервые за несколько дней он смог наконец-то вдохнуть полной грудью. Как же ему не хватало этой малейшей зацепки, чтобы ухватиться за неё и почувствовать почву под ногами. Всё-таки омега был удивительным, и не зря Арадан обратил на него внимание. — Ты прав, я должен добиться аудиенции у Проводника Мейра и спросить совета у неё. Спасибо за предложение и… спасибо, что выслушал. Мне теперь даже дышать стало проще.

— Не за что, — смущённо улыбнулся Джер. И пусть ему было приятно слышать такую искреннюю похвалу и благодарность, сам он совершенно не считал, что сделал нечто полезное. Наверное, ильв и сам знал, как найти ответ, просто не хотел ещё сильнее расстраивать обескураженного Джера.

После, они ещё долго разговаривали на отвлечённые темы, обсуждали легенды и сказания ильвов, или же просто молчали, погрузившись в свои мысли. Они даже предположить не могли, что в этот самый момент в одну из кибиток пробрался самый настоящий вор. Озираясь по сторонам и прислушиваясь к разговорам артистов, он быстро прошерстил по сумкам и видным местам, забирая себе всё самое ценное. Одной из его находок стала небольшая серебряная заколка, которая представляла собой птицу с расправленными крыльями. Воодушевлённый этой находкой, вор продолжил потрошить найденную им сумку, но в этот момент его спугнул прозвучавший в опасной близости от кибитки голос одного из артистов.

Спрятав свои находки по карманы, вор незаметно выскользнул на улицу и скрылся за натянутым тентом.