Глава 7. Муромцевы (1/2)
— Привет! Так рано? — Маргарита Петровна встревоженно смотрела на дочь, вытирая большие, белые руки с артритными шишками суставов о передник.
— Отменили собрание.
— Вот и хорошо. Я только закончила котлеты жарить. Они пока горячие, самые вкусные! — лицо её лучилось радостью: не так уж часто у них выпадает возможность в будний день вместе потрапезничать. — Сейчас картошка доварится и будем обедать.
— А Даша дома? — Людмила Ивановна пошла в ванную.
— Ага. У себя. Всё что-то учит, — Маргарита Петровна зашагала следом. — Мне Мария Васильевна, наша соседка, такой хороший рецепт котлет дала!
«Письмо! Ладно. За столом прочтём. В тесном семейном кругу», — Людмила улыбнулась и сосредоточилась на рассказе матери:
— Потом эти пупки помыть хорошенечко и перемолоть на мясорубке. Добавить лучок. Посолить, поперчить, ну как в обычный фарш мясной. И такие вкусные получились! А ведь насколько дешевле! — закончила она с триумфом.
— Действительно, должно быть вкусно, — Людмила постучала в дверь дочкиной комнаты.
— Привет! — поцеловала Дашу в русую макушку.
— Привет, ма! — подняла та голову. Голубые глаза смотрят не по-детски серьёзно. Хотя какое детство! Шестнадцать летом будет.
«Всё больше становится на Димку похожа. Только веснушек поменьше и залысин нет. И, слава богу, нет его худобы!»
— Как тебе репетиторы? — посмотрела на тетради и учебники на столе.
— Нормально. Только я столько материала пропустила, что это завал! По алгебре начали с репетиторшей разбирать темы за седьмой класс! — Дашка устало потёрла глаза. — Тогда учиться не хотела, теперь сижу, с ума схожу.
— Тебе в одной майке-то не холодно? — Людмила не удержалась, сжала любимые плечи, ткнулась носом в шею. Почувствовала чуть сладковатый цветочный запах туалетной воды.
«А там и краситься начнёт. Если уже не начала», — тихонько вздохнула, чмокнула дочку в щёку, такую гладенькую, с едва ощутимым пушком.
Так захотелось схватить это тельце и тискать, осыпая поцелуями. Как они дурачились, когда Дашка была маленькой! Люда делала зверское лицо и говорила басовито: «А съем-ка я сейчас ручку!», «А скушаю-ка я сейчас ножку!» Дочка хохотала до упаду…
— Ой, ма, чуть не забыла! — Дашка стукнула себя ладошкой по лбу. — У нас в пятницу родительское собрание в семь вечера. Я думала, что бабушка пойдёт, а у неё колени очень болят. Ты сможешь?
— Послезавтра? У меня первая смена. Конечно, смогу. А сейчас ужинать. Бабушка пюрешку с котлетами приготовила. Вкусня-я-ятина! Ням-ням… Слу-у-ушай! А что у меня есть! — Людмила сделала заговорщицкое лицо.
— Что?! — выдохнула падкая на всё неизвестное дочка. Рот приоткрылся, вот-вот вылетит восторженное «О!», только скажите уже поскорее!
«Моя ж ты лапушка!» — умилилась Людмила.
— Сюрприз! Все подробности за столом, — направилась к выходу. — Обязательно вымой руки!
— Хорошо! — Даша проскользнула мимо матери и помчалась в ванную.
«Какой же она ещё ребёнок!»
***</p>
— Ма! Так что там за сюрприз? — с нетерпением воскликнула Дашка, стоило им сесть за стол.
— Сперва съесть всё, что на тарелке, — Людмила положила конверт возле себя. — А потом письмо.
— Письмо?! Бумажное?! — Даша удивлённо уставилась на белый прямоугольник. — Я никогда не получала таких писем.
— Да, сейчас это редкость.
Маргарита Петровна тоже вытянула шею:
— От кого это? — спросила обеспокоенно.
— Мам, давайте сперва поедим. Когда я ем…
— Я ем и ем, — закончила фразу матери Даша. Принялась с аппетитом уминать содержимое тарелки.
— Ну как вам моя стряпня? — Маргарита Петровна окинула цепким взглядом жующих.
— Очень вкусно, мамуль!
— Супер!
— Может, ещё добавки?
— Нет. Спасибо, — замотали головами обе.
— Давайте уже письмо читать! — Дашин голос дрожал от предвкушения.
За столом воцарилась тишина. Люда взяла конверт.
— Отправитель — Приходько Анна. Страна отправителя — США! — прочла торжественным тоном.
Маргарита Петровна охнула, поднеся руку ко рту:
— Неужто Нюшка?!
— Сейчас узнаем, — Люда надорвала конверт. Вытащила из него два листа желтоватой бумаги, исписанной крупным, неразборчивым почерком.
— Ох и каракули!
— Ну а что же там ещё будет! ПТУ с моими мольбами-угрозами еле закончила! — в голосе Маргариты Петровны дрожали слёзы.
— Ма, ба, а кто такая Нюша из Америки?! Почему я не знаю?!
— Нюша — это родная сестра твоей бабушки. Сколько лет прошло, как она выехала на заработки? — Людмила посмотрела на мать.
— Да поди уже двадцать! Ох и время летит! — всхлипнула та. — Читай скорее!
— Вот это круто! У меня в Америке бабушка! — Дашин голос вибрировал от восторга.
— «Здравствуйте, мои родные Рита, Люсечка и Ваня! И все остальные, о ком не знаю!»
— Не знаю! — перекривила Маргарита Петровна полным слёз голосом. — Откуда ж тебе знать, коль ты и носа сюда не кажешь! А Ванечки уже семнадцать лет как нету! — трубно высморкалась. Махнула рукой величаво: «добро».
— «Как вы там, мои дорогие? У нас в новостях иногда показывают страны бывшего СССР. Картина печальная. Вы хоть там не голодаете? Рита и Ваня, вы ведь уже на пенсии? Или ещё ходите на работу? А Люсечка работает доктором? Так вас хочется всех увидеть, обнять…»
— А конечно ж хочется! — прорыдала Маргарита Петровна. — Родная же кровь!