Файл22: Теплый и сладкий. Часть 1 (2/2)

— У нее новая татуировка. Когда она успела ее набить?

— Ты про полурукав? Нудл набила его через пару дней после нашего выпуска.

— Зачем?

— Понятия не имею. Она ведь девчонка. Для красоты, наверно. Как и ту, что у нее на шее.

— На шее? Только не говори мне, что ты про штрихкод.

Даффер в легком недоумении приподнял бровь, как бы подтверждая слова Кольта. Секунда молчания. Скривившись в улыбке, Кольт скрипуче рассмеялся и откинулся на спинку лавочки.

— Браво, староста, — он наигранно хлопнул пару раз в ладоши. — Вот так не ожидал, что ты окажешься настолько плохим наставником. То есть ты даже не пробовал сканировать эту товарную бирку? Ну ты даешь. Хорошо, что ты сболтнул это, сейчас я тебя просвещу, откуда у нее это клеймо, авось потом сам ради интереса просканишь, — Кольт выдержал паузу, смакуя несколько взволнованное выражение лица собеседника. — По статистике на каждые десять тигров в мире рождается примерно пять тигриц. Ты в курсе об этом, не так ли? Девочки из нашего рода очень ценятся сутенерами, — он развел руками, жестом прося Даффера не перебивать его раньше времени. — Этот штрихкод отсылает к приюту Второго Исланда, в который Нудл попала будучи ребенком, но во сколько лет — я не знаю. Знаешь ты, или нет, но администраторы приютов имеют дополнительный заработок от продажи беспризорников, а продают их там активно. Смею предположить, что наша прошмандовка побывала не в самых пристойных условиях.

— И ты все знал?

— И я, и Голд. Серьезно, чувак, ты даже не интересовался, кого под опеку взял?

Приютская. Даффер опустил глаза. Этот нюанс многое объяснял и многое менял. Он объяснял ее хамское поведение, ее дикарские манеры и обозленность на других. Он менял его самовосприятие. Его уверенность в своих методах воспитания подугасла. За этот короткий миг он почувствовал жалость, стыд и отвращение к самому себе. Даффер был настоящим чудовищем.

— Я и не догадывался обо всем этом.

Он отвернулся, обдумывая то, что услышал. Он оказался неучтивым, никудышным наставником. Там, в больнице, он повел себя очень грубо и неправильно. Да и правильно ли он вел себя вообще, когда находился рядом с ней на протяжении нескольких месяцев? А когда учился, наблюдая за ее стремительно развивающейся агрессией?

— Ты был настолько уверен в своих фантазиях, что решил не искать конкретных ответов, не так ли? Да, всегда проще выдумать, чем разобраться, понимаю.

Даффер поднял взгляд на Кольта. Его внешность бесила: пустые рыбьи глаза, остриженная под ноль голова, неухоженная щетина. Он создавал впечатление классического извращенца. Глядя на него, Даффер свел брови, принимая мрачное выражение лица.

— Погоди-ка. Вы вдвоем все знали, и все равно измывались над ней?

— Мы были молоды, староста, — он поднялся со скамьи. — Молоды и необузданны, как и все тигры. И, как и все тигры, мы играли в свои игры и избегали ответственности. А она — лакомая, а главное — доступная штучка, за которой никто не стоит кроме админа училища, да и тот ее невзлюбил. Понимаешь, о чем я?

— Кретин, вы ведь ей жизнь могли сломать.

— Не смеши меня, староста! Ее жизнь была сломана уже в тот момент, когда она попала в приют. Ну так что? Ты не знаешь, зачем она набила новое тату? Я хотел бы утолить свое любопытство перед тем, как мы убьем вас двоих. Я ведь фанат, как никак.

Даффер снова вызвал воспоминание о тех гуляниях на выпускном. Это было самое яркое воспоминание, касающееся Нудл, к которому сама девушка, казалось, уже не испытывает никаких эмоций.

Грубо прижатое к асфальту девичье тельце, аккуратную спину которого вылавливает мутный неоновый свет. Непристойные влажные звуки, перекрываемые частым дыханием тигра сверху и болезненным стоном, который она так старательно сдерживала, но который все равно вырывался. Сидящий спереди на коленях второй человек. Он удерживал молодую девушку, не давая вырваться. Одна рука сжимала короткие рыжие волосы, другая — придавливала спину.

Прежде, чем Даффер успел поднять дуло пистолета, Кольт отскочил, уходя из зоны поражения. Раздался треск электрического заряда, улетевший в пустоту. Действуя на эмоциях, брюнет сделал еще пару выстрелов, целясь в Кольта, но промахнулся.

Скрывшись за зданием, Кольт вытащил пистолет-пулемет. Раздалось грозное тарахтение, прокатившееся вдоль арок. Уходя от очереди, Даффер скрылся за выступом от арки, у которой до этого стоял.

— Давай, выходи, — позвал Кольт. — Я не так жесток, как Голд, обещаю, что ты умрешь без особых мучений.

Выглянув, Даффер пальнул уже из другого оружия, а именно из своего табельного пистолета, который остался с ним после их с Нудл бегства из-под купола. Шоковый пистолет не мог нанести смертельного урона, он был создан только для защиты.

Еще одна очередь, пули от которой тревожили воздух, поднимали пыль, скрежетали по мрамору.

Услышав звук перезарядки, Даффер уже более уверенно вылез из своего небольшого укрытия, выставив оружие. Металлические щелчки. Пистолет выпустил три пули, одна из которых попала в плечо Кольта. Коротко вскрикнув, тот скрылся за стеной.

— Ладно-ладно, баста! — воскликнул Кольт. — Это же свежая рана была!

— Теперь ты так просто от меня не отделаешься, подонок.

Из-за задетого плеча Кольт уже не мог эффективно использовать пистолет-пулемет, так как для этого ему нужны были обе руки. Высунувшись, он полоснул очередью на удачу. К огорчению Кольта Даффер успел скрыться, перебежав уже на другую сторону арки.

— Зараза…

Выругавшись, Кольт дал деру, двинувшись по узкому проходу, который шел сразу за зданием с внутренними арками. Услышав отдаляющиеся частые шаги, Даффер рванул следом.

Вырвавшись из узкой тропы меж домами, каратель врезался в толпу серви, едва не налетев на двоих человек. Всполошенные люди шугались, завидев тигра в зеленом ошейнике.

Следом из тени высоток выбежал второй тигр, на шее которого не было устройства из правительственных земель.

Вслед Кольту было выпущено еще два патрона, но они ушли мимо.

— Слабак! — выкрикнул Даффер, решив не продолжать погоню.

***</p>

Взмокшие черные волосы пускали ручейки грязной дождевой воды. Входные двери больничного здания с тихим свистом закрылись за ним, заглушая раскат грома. Даффер мотнул головой, стряхивая кислотные капли и убрал прилипшую ко лбу челку, зачесывая волосы кверху.

Он огляделся. Коридор был пуст.

Врачи, которые сплошь и рядом оказывались рексами, не спешили появляться. Север сектора опустел с начала беспорядков: все люди низшей расы скопились в центральной части, а высшей — закрывались по домам и лишь изредка появлялись на улице.

Психиатрическое отделение третьего этажа. Здесь располагалась комната отдыха, которую сложно назвать комнатой. Скорее, зал. И не для отдыха, а для ботанического сада. Тишина здесь нарушалась журчанием воды, разливавшейся по умным каналам, ведущим к геликонии, алоказии и другим сохраненным видам тропических растений.

Оценивая интерьер и царящий влажный запах, он заметил ту, кого искал. В этом слегка затемненном пространстве да в своей темно-зеленой футболочке она практически сливалась за резными листьями лианы монстера.

Подкравшись, Даффер приподнял парочку крупных листьев, но Нудл не обратила на него внимания. Сидя в мягком креслице под окошком между растениями, она продолжала колупать армейским ножиком под когтем.

— Чего приперся?

— Слушай, — он отмахнул листья, пробравшись под ними, — я был не прав.

— Прямо глаза открыл. И что дальше?

Перестав звякать лезвием, девушка, наконец, оглянулась на него. Слегка покрасневшие глаза смотрели на брюнета с нескрываемым осуждением. Он положил руку на кожаный подлокотник, и тут же ему пришлось ее убрать. Теперь на ее месте торчала обмотанная рукоятка ножа, порвавшего подлокотник.

Поднявшись, Нудл скрестила руки на груди.

— Это было обидно, — выдохнула она. — Так что ты скажешь в свое оправдание?

Он хотел сказать, что просто не знал о ее прошлом, но тут же решил, что это будет лицемерно с его стороны. Это не оправдание. Вспылил? Тоже не подходит. Как же сложно подобрать правильные слова, прося прощения. Особенно когда на тебя смотрят недоверчивые глаза, принадлежащие уже не ребенку, а взрослой девушке, которая незаметно выросла с того момента, когда в последний раз подралась с тобой.

— Ничего, — ответил Даффер.

— Ну, хоть не начал придумывать какую-нибудь ерунду.

— А ты ожидала этого?

— Все мужики так делают, когда пытаются выкрутиться. За правдивость уважаю, но какой-то осадочек все равно остается. Я, знаешь ли, немного изнежилась и отвыкла от тумаков. Когда-то они не особо-то и портили настроение.

— Думаю, ты просто выросла из них.

— Хм? Неожиданный вывод.

Сделав шаг, Даффер сократил и без того небольшое расстояние между ними и притянул Нудл к себе, заключая в крепкие объятия. Достаточно крепкие для того, чтобы она не смогла вырваться, и при этом недостаточные для того, чтобы сделать ей больно.

Нудл возмущенно окликнула парня, чувствуя себя лишенной привычной свободы действий. Упершись руками, она попыталась оторваться, ворча что-то про его мокрую футболку, но после смягчилась, позволяя немного приласкать себя.

Теплый мужской запах, едва заметно мешающийся с запахом кислотной дождевой воды. Он вызывал у нее чувство, близкое к ностальгии. Она определенно не чувствовала его ранее, но почему-то он казался ей знакомым.

— Хрен с тобой, — ворчливо сказала она.

Уткнувшись в плечо, рыжая прикрыла глаза. Это был приятный и успокаивающий, но вместе с тем тяжелый запах, который хотелось чувствовать дольше, чем несколько секунд.