Глава 11: Охота на зло (часть одиннадцатая) (2/2)

— Забудь об этом, — сказала Цинь Маньюэ, которая до этого молчала. — Если мы передадим это в полицию, это не принесет ничего хорошего ни одной из нас, Цзинцзин. Ли Хунмэй извинилась, а тетушка Чжан уже сказала, что не стоит придавать этому большое значение, так что давай просто забудем об этом на сегодня.

Ли Хунмэй начала дышать короткими, неглубокими вдохами. Выражение ее лица стало каким-то странным.

Вэнь Цзинцзин сначала не собиралась идти на компромисс, но Цинь Маньюэ внезапно обняла ее и прошептала на ухо:

— Ли Хунмэй какая-то ненормальная. Давай не будем ей вредить. Нам все равно придется жить вместе. А если она сойдет с ума и убьет кого-нибудь? Мы же будем первыми, кто пострадает.

В одно мгновение сердце Вэнь Цзинцзин начало биться как сумасшедшее, почти выпрыгивая из горла от ужаса.

Цинь Маньюэ тихо рассмеялась:

— Не волнуйся об этом, — прошептала она. — Это всего лишь еще один год. У тебя уже есть работа, а мы с Лянь Цяо либо уедем работать за границу, либо поступим в аспирантуру. Ли Хунмэй — единственная, у кого нет будущего. Мы можем потихоньку поиздеваться над ней весь этот год. Мы отомстим.

Наконец, Вэнь Цзинцзин улыбнулась:

— У тебя всегда самые лучшие идеи.

Когда шум утих, Ли Хунмэй вернулась в комнату 509 и начала собирать чемодан, а Чи Сяомин ждала в коридоре.

Атмосфера в комнате общежития была необычной. Вэнь Цзинцзин, Лянь Цяо и Цинь Маньюэ сгрудились на одной стороне комнаты и громко ”шептались”.

— В колледже действительно есть все виды животных. За последние три года я многому научилась.

— И она осмеливается носить имя ”Хунмей”? ”Хун” же означает ”красный”, а ”мей” — ”слива”? Я вас умоляю, она больше похожа на лужу грязи!

— Разве вы не знаете, что бесполезные люди всегда собираются вместе? Они заводят друзей, чтобы чувствовать себя лучше, но на самом деле они просто куча мусора, которая только и ждет, когда от нее избавятся.

Конечно, Ли Хунмэй слышала все, что они говорили. Хотя ее кровать все еще стояла в комнате 509, у нее больше не было желания жить там.

— Уже так поздно, — заметила Вэнь Цзинцзин фальшиво-слащавым тоном. — Куда ты идешь?

Ли Хунмэй как раз начала направляться к двери с чемоданом на буксире. Опустив голову и устремив взгляд в пол, она ответила:

— Я собираюсь остановиться в другом месте.

— О, не будь такой, — возразила Лянь Цяо. — Это все еще твое общежитие, что подумают люди, если ты уйдешь? Школьный психолог подумает, что мы над тобой издеваемся.

Она встала и схватила Ли Хунмэй за руку, но Ли Хунмэй отпихнула ее.

— Теперь у тебя такое отношение, да? — усмехнулась Лянь Цяо. — Думаешь, ты такая крутая?

Ли Хунмэй не сказала больше ни слова. Она вырвалась и потянула за собой Чи Сяоминь, быстро пробираясь по коридору.

Позади нее Цинь Маньюэ окликнула:

— Эй! Ты серьезно уходишь? Тогда оставь свой ключ у...

— Ключ мой, — заявила Ли Хунмэй, обернувшись на мгновение. — Я еще вернусь.

Ее голос был совершенно спокойным и ровным, но это был такой тон, который заставлял людей чувствовать тревогу и беспокойство. Это было похоже на звук ногтей, скребущих по доске.

Мгновенно Цинь Маньюэ покрылась мурашками.

***

У Минг Шу и Сяо Юаня были свои квартиры, они не жили вместе. Минг Шу купил свою квартиру сразу после того, как узнал, что его направят на работу в город Донгье. Это был скромный дом, расположенный в среднем районе, и он находился относительно недалеко от Бюро. Две спальни, гостиная. С точки зрения структуры и декора, это была очень простая квартира.

Дом Сяо Юаня находился немного дальше от Бюро. Это была современная, роскошная резиденция, купленная три года назад, хотя и не на имя Сяо Юаня. Дизайн интерьера был невероятно простым и элегантным. Все помещение было оформлено в серых и белых тонах, с жесткими, холодными линиями.

— Почему ты купил здесь квартиру? — спросил тогда Минг Шу. — Ты же не живешь в Донгье.

Сяо Юань возразил:

— Откуда ты знаешь, что я не буду здесь жить?

Холодная, обшарпанная квартира наполнилась жизнью и теплом, как только Сяо Юань приступил к работе на кухне. Минг Шу, признаться, начал беспокоиться о том, что после столь напряженной работы над своими делами в последнее время он может перегореть. Как только они приехали к Сяо Юаню, он завалился на диван, прижал к груди огромную подушку и заснул, пока его не разбудил приятный аромат куриного супа.

Летом темнело позже, но сейчас было девять часов вечера, и ночное небо было абсолютно черным.

Минг Шу сел. На секунду он не понял, где находится.

На самом деле эта квартира не была незнакома Минг Шу. Сяо Юань давно дал ему ключ, и иногда, когда дело заходило в тупик, или когда он скучал по Сяо Юаню, или когда ему просто было скучно и нечем заняться, Минг Шу приходил и оставался на день или два, засыпая на диване.

Большая подушка, которую он обнимал во время сна, была куплена и привезена им самим. Ее цвет и стиль совершенно не подходили для этой квартиры, но когда Минг Шу обнимал ее, казалось, что он здесь не один.

Но ощущение, которое он испытал, проснувшись в этот раз, отличалось от всех других, когда он просыпался на этом диване раньше.

Он немного потер виски, затем посмотрел на кухню.

Оттуда лился яркий свет, и было слышно звук включенной вытяжки. Дверь была наполовину закрыта, скрывая от глаз фигуру Сяо Юаня.

Минг Шу встал и нетерпеливо зашаркал на кухню.

— Ты уже встал? Принеси мне миски, — сказал Сяо Юань. Он стоял у плиты и заканчивал готовить овощное блюдо. — Не трогай кастрюлю, она горячая. Я сам о ней позабочусь.

— Гэ. — Вместо того чтобы выполнить просьбу Сяо Юаня, Минг Шу обхватил его за талию и обнял сзади. Он уткнулся лицом в знакомое плечо Сяо Юаня, играя роль бесстыдно избалованного любовника.

Сяо Юань улыбнулся.

— Все еще хочешь спать?

Минг Шу слегка покачал головой, почти незаметным движением:

— Я выспался. Просто хочу есть.

— Тогда тебе стоит поторопиться и принести миски, — сказал Сяо Юань. Его тон был бесконечно мягким и снисходительным. Он переложил жареное мясо в фарфоровую тарелку и позволил Минг Шу еще немного пообнимать его, прежде чем сжать руки, которые беспокойно поглаживали его собственный живот. — Давайте есть.

Обед состоял из супа и еще двух блюд. Как только Минг Шу стряхнул с себя вялость, навалившуюся на него после сна, он почувствовал себя бодрым и ел с энтузиазмом, его палочки вылетали снова и снова, быстро, как молния. Прошло совсем немного времени, и они съели всю кастрюлю куриного супа.

Сяо Юань почти ничего не ел. Когда они почти закончили, он вскрыл череп курицы и осторожно положил нежные мозги в рот Минг Шу.

Это было любимое блюдо Минг Шу с самого детства. Но у курицы была только одна голова, и когда ее вскрывали, внутри оказывался лишь крошечный кусочек мозга. Его едва хватало наполнить рот, и он быстро растворялся на языке.

Когда братья и сестры Сяо ели вместе, они всегда дрались за крылья и ноги, а Сяо Юань отбирал голову и выковыривал маленький кусочек, кладя его в миску Минг Шу.

С тех пор как Сяо Юань стал частью его жизни, Минг Шу никогда не приходилось вскрывать куриную черепушку самостоятельно.

С годами загрязнение окружающей среды становилось все хуже, поэтому Сяо Юань не одобрял, когда Минг Шу ел мозги, когда они обедали в ресторанах. Только когда они готовили дома суп из курицы, выращенной на свободном выгуле, он оставлял мозги для Минг Шу.

Минг Шу ел до тех пор, пока не стал сыт и доволен.

После ужина Минг Шу помыл посуду и почистил для них фрукты. Когда они закончили уборку, было уже одиннадцать вечера.

Пора было ”делать домашнее задание”.

— Нет, подожди, я должен вернуться, — неожиданно сказал Минг Шу. Он лишь немного посидел на диване, прежде чем снова встать. — Дело еще не раскрыто. Я просто чувствую себя неспокойно, когда не работаю над ним.

Сяо Юань, казалось, предвидел это. Он взял ключи от машины и сказал:

— Я тебя подвезу.

Минг Шу поднял брови:

— Ты даже не попытаешься убедить меня остаться? Я приехал и выпил только миску супа, знаешь ли.

— Не миску, а кастрюлю. — Сяо Юань обнял его за шею и поцеловал в лоб, прежде чем они отправились в путь.

— Я думал, ты меня не отпустишь, — проворчал Минг Шу, все еще притворяясь раздраженным, когда пристегивал ремень безопасности в машине.

Прежде чем завести машину, Сяо Юань мягко улыбнулся и протянул Минг Шу маску для глаз:

— Поспи еще немного. Я разбужу тебя, когда мы приедем.

Через полчаса Минг Шу вернулся в офис Отдела тяжких преступлений, неся только что купленный чай с молоком.

И именно в ту знойную летнюю ночь убийца, придя в отчаяние, поднял свой нож.