Глава 11: Охота на зло (часть одиннадцатая) (1/2)

Район Нан. Город Донгье. Университет иностранных языков.

Наступили летние каникулы, и все помещения кампуса были заполнены лишь наполовину. Большинство студентов, которые скоро станут второкурсниками, уехали на лето домой, а те, кто только что закончил второй или третий курс, в основном оставались в кампусе. Из тех, кто остался, некоторые подрабатывали, некоторые готовились к предстоящим выпускным экзаменам, а некоторые с тревогой готовились к предстоящим мероприятиям по трудоустройству.

В наши дни найти работу после окончания университета было нелегко. Всякий раз, когда речь заходила об этом, будущие выпускники, как правило, чувствовали беспокойство и тревогу.

Женское общежитие East 9 было полностью заселено студентами третьего курса английского языка. После летних каникул им всем предстояло пополнить ряды городских соискателей работы. Был уже поздний вечер, и по коридорам общежития гулял прохладный ветерок. Двери многих комнат были открыты, чтобы проветрить их от удушающей жары, в которой они оказались запертыми в течение дня.

Но дверь в комнату 509 была плотно закрыта. Ни один луч света не проникал внутрь.

— Неужели там никого нет? — спросила Ван Цзяо из комнаты 510. Она училась в том же классе и в том же году, что и четыре девочки, жившие в комнате 509. — Почему их дверь закрыта в такое время? Разве мы не договорились вместе пойти купаться сегодня вечером?

Шу Юй прижала указательный палец к своим губам.

— Тссс! Вэнь Цзинцзин только что вернулась сегодня днем. У нее жар, поэтому она сейчас спит.

Ван Цзяо тут же подавила голос до шепота:

— Почему у нее поднялась температура? Это серьезно?

— Думаю, довольно серьезно. Иначе Вэнь Цзинцзин не стала бы отрываться от работы, чтобы прийти поспать днем, — сказала Шу Юй. Она взяла Ван Цзяо за руки и стала тянуть ее к лестнице, пока та говорила. — Ее семья потянула за ниточки и устроила ее на стажировку в какое-то ведомство по иностранным делам. Она очень усердно работает.

— А что насчет других девушек из 509? — Ван Цзяо оглянулась через плечо. — Почему они все пропали, кроме Вэнь Цзинцзин?

— Наверное, они либо в библиотеке, либо на работе, — со смехом ответила Шу Юй. — Не волнуйся так сильно, они все ботаники. Кроме Вэнь Цзинцзин и Ли Хунмэй, они все хотят поступить в аспирантуру. Они не такие, как мы в 510-й. А теперь поторопитесь, пойдемте есть барбекю, прежде чем мы пойдем купаться.

— Разве мы не должны сначала поплавать, а потом поесть?

— Все равно, все равно!

Эти двое шумно болтали, спускаясь по лестнице. По пути они ненадолго столкнулись с девушкой в немодных джинсах прямого покроя и футболке с логотипом.

Как только они оказались внизу, Шу Юй оглянулась на лестницу и сделала недовольное лицо.

— Почему эта девчонка снова здесь? Мне просто не нравится, как она выглядит. Вэнь Цзинцзин сейчас единственная в 509-м... как думаешь, она сделала что-то, чтобы разозлить эту девушку?

— Она ведь не знает, что Вэнь Цзинцзин — единственная, кто там наверху, верно? Наверное, она пришла искать Ли Хунмэй, — вздохнув, сказала Ван Цзяо. — Девушкам из 509-й не повезло, что они попали к такому чудаку, как Ли Хунмэй. Она постоянно приглашает в общежитие странных людей. В прошлом году это был какой-то миссионер, а теперь этот неудачник?

— Может, нам стоит сказать тетушке Чжан, что все эти незнакомцы приходят и уходят из здания.

— Забудь об этом. Если их не беспокоят незнакомцы в их собственной комнате, то почему это должно волновать нас? — сказала Шу Юй. — Кроме того, Ли Хунмэй немного сумасшедшая. Я бы не стала с ней связываться. В общежитиях происходит много жестоких преступлений, понимаешь? Мы должны держаться от Ли Хунмэй далеко-далеко.

Когда они вышли из ворот общежития East 9, девушка в футболке с логотипом уже стояла перед комнатой 509.

Она сначала протянула правую руку, слегка постучав в дверь, а затем наклонилась и прижалась лицом к двери. Прошло почти полминуты, но ответа изнутри не последовало. Света тоже не пробивался из-под двери. Она снова постучала и позвала на ломаном мандаринском языке с сильным акцентом:

— Есть кто-нибудь? Хунмэй, ты здесь? Это Сяомин.

Ответа по-прежнему не было.

Но кто-то все-таки выглянул из комнаты 513, бросив презрительный взгляд в коридор.

Теперь, когда она была уверена, что внутри никого нет, девушка из комнаты 509 достала ключ и отперла дверь, как будто она там жила.

— Твою мать! — воскликнула девушка из 513-го, заметно потрясенная. — У нее был ключ?

Внезапно в 509-м зажегся свет. Раздался раздраженный голос Вэнь Цзинцзин:

— Кто, черт возьми, врывается в мою чертову комнату?!

Девушка, вошедшая в комнату, подпрыгнула, так испугавшись, что выронила ключ из рук и начала отступать к двери.

— Я... я стучала в дверь, я не знала...

Вэнь Цзинцзин обладала энергичным и агрессивным характером. Хотя из-за лихорадки она чувствовала себя изможденной, она все еще сохранила часть своей свирепости.

Она поднялась с постели и подошла к незваной гостье:

— Ты не знала, что внутри кто-то есть, и подумала, что можешь отпереть дверь и пригласить себя войти? — потребовала она. — У тебя есть мужество! Ты что, вор? Скажи мне правду, кто дал тебе ключ? Это была Ли Хунмэй?

Вторая девушка судорожно замотала головой, паникуя:

— Хунмэй оставила ключ только мне, я...

— Вор! — закричала Вэнь Цзинцзин. Она схватила девушку за запястье и крепко держала ее, продолжая кричать: — Я поймала вора! Кто-нибудь, позовите тетю Чжан!

Все жители этого этажа более или менее знали, что девочки из 509-ой комнаты не ладили с Ли Хунмэй, и большинство из них чувствовали себя неловко из-за незнакомцев, которые приходили и уходили из общежития, чтобы навестить ее. Поэтому, когда Вэнь Цзинцзин закричала, несколько человек прибежали поддержать ее. Одни окружили нарушительницу, чтобы не дать ей сбежать, другие бросились вниз по лестнице, чтобы позвать ближайших охранников.

Очень быстро девушку отправили в комнату наблюдения здания.

Она была так напугана, что дрожала, когда доставала свои документы. На документах были написаны ее имя и возраст: Чи Сяомин, двадцать один год.

Это был не первый раз, когда Чи Сяомин приходила в это общежитие. До и во время летних каникул Ли Хунмэй несколько раз приводила ее к себе.

Вэнь Цзинцзин была в ярости. Она позвонила Цинь Маньюэ и Лянь Цяо, которые занимались в библиотеке, и заставила их вернуться в общежитие. Ее самообладание вышло из-под контроля, и она настаивала на том, что Чи Сяомина нужно отправить в полицию.

Ли Хунмэй, которая в это время работала вне кампуса, поспешила вернуться, услышав новости. Она была одета в джинсы прямого покроя, как и Чи Сяомин, и в бесплатную футболку, которую некоторое время назад раздавал университетский факультет английского языка. От всего ее тела воняло потом, а на плоском лице читалось беспокойство и тревога.

— Мне очень жаль, — деревянно извинилась она, когда встретилась с Сяомин и другими своими соседками по комнате. — Сяомин — моя подруга, и это я дала ей ключ. Она недавно работала в киоске с фруктами перед университетом, и я подумала... я подумала, что она может приходить к нам в общежитие, когда ей нужно передохнуть.

Вонь, которую она испускала, заставила нескольких девушек зажать носы.

— Эта комната принадлежит только тебе? — резко перебила ее Вэнь Цзинцзин. — Кто дал тебе право принимать такое решение? Ли Хунмэй, ты зашла слишком далеко! Думаешь, мы не знаем, чем ты занимаешься весь день? Ты ходишь по улицам, пристаешь к людям и общаешься со всякими отморозками! Это университетское общежитие, знаешь ли. Что, по-твоему, ты делаешь, приводя сюда столько незнакомых людей?

— Сяомин не мерзавка, она моя подруга, — возразила Ли Хунмэй. Она покрылась холодным потом, который никак не мог остановиться, а в ее глазах были оттенки беспомощности и обиды. — Но то, что произошло сегодня, было моей ошибкой. Я хочу извиниться перед всеми вами.

Сказав это, она низко поклонилась.

Лянь Цяо фыркнула:

— Ты думаешь, что извинений достаточно? Кто знает, что за человек эта Чи Сяомин? Или какие у нее намерения? Мы не успокоимся, пока ее не отправят в полицию!

Чи Сяомин начала тихо плакать:

— Сестра Хунмэй, пожалуйста, помоги мне...

Ли Хунмэй стиснула зубы и окинула взглядом лица трех своих соседок.

Этот полный ненависти взгляд Вэнь Цзинцзин не могла оставить без внимания:

— Какого черта ты так смотришь? — огрызнулась она. — Не думай, что ты сама в безопасности! Когда всех твоих сумасшедших друзей заберут в полицейский участок, тебя тоже привлекут к ответственности за это. Поверь, я могу сделать так, что ты не закончишь университет.

— Мне очень жаль, — повторила Ли Хунмэй, снова глубоко поклонившись. — Это все моя вина. Пожалуйста, умоляю вас, простите меня и Сяомин на этот раз. Клянусь, с сегодняшнего дня я больше никогда никого не приведу в общежитие. Пожалуйста, пожалуйста, поверь мне.

— К черту! — Лянь Цяо резко закатила глаза. — Мы передадим это дело в полицию, что бы ты ни говорила!

— Пожалуйста, я прошу вас. — Ли Хунмэй поклонилась еще ниже. Ее хрупкая спина заметно дрожала.

Тетушка Чжан, комендант общежития, наклонилась к Вэнь Цзинцзин и успокаивающим тоном прошептала:

— Ли Хунмэй извинилась. Давайте на этот раз просто забудем об этом, хорошо? Раздувать из мухи слона — пустая трата времени.

— Нет! — настаивала Вэнь Цзинцзин, она была непреклонной. — Она мне уже давно надоела! Сегодня она вернула какого-то вора, а что будет в следующий раз? Кто знает, что она принесет в общежитие? Она может привести мужчину!

Девушки, наблюдавшие за происходящим, разразились бурным смехом:

— Цзинцзин, о чем ты говоришь? Ли Хунмэй приведет сюда парня? Какой парень может заинтересоваться ею?

Ли Хунмэй все еще низко кланялась. Ее выражение лица было полностью скрыто.

— Я не воровка! — запоздало запротестовала Чи Сяомин.

— Кто сказал, что ты можешь говорить?! — перебила ее Лянь Цяо. Ее рука взлетела вверх, целясь в лицо Чи Сяомин. — Заткнись!

Ли Хунмэй внезапно вскочила и отпихнула Лянь Цяо. Ее лицо превратилось в маску безграничной ярости.

Вэнь Цзинцзин внезапно почувствовала страх. Инстинктивно она потянулась к Лянь Цяо и оттащила ее на шаг назад.