Глава 8. Королева шифров (2/2)
— Гарри? — забеспокоилась Гермиона.
— Ты видела вспышку? — прошептал он.
— Вспышку?
— Слева. Зеленая вспышка в окне.
Они переглянулись и поняли друг друга без слов. Тревога затопила Гарри с головой. Он выхватил палочку, и дверной замок с мягким клацаньем отомкнулся. Рывком распахнув дверь, Гарри скользнул внутрь, готовый отразить удар или, если будет на то нужда, нанести его самому. Ничего — только просторная прихожая, залитая электрическим светом, и полная тишина в доме.
Ему не нужно было говорить Гермионе ни слова: каждое движение, каждый тактический прием они отточили до полного автоматизма на изнурительных тренировках профессора Квиррелла. Гарри знал, что, пока он движется вперед, заглядывая в каждый темный угол слева от себя, Гермиона повторяет его действия справа. Никто не застанет его врасплох, и он сделает все, чтобы со своей стороны прикрыть спину Гермионы.
Полуоткрытая дверь слева и настойчивые трели телефонного звонка из-за нее. Почему никто не берет трубку? Гарри осторожно приблизился. В проеме мелькнули ряды книжных полок и письменный стол, за которым… Он замер, тяжело дыша. Сейчас. Он взмахнул палочкой, и вокруг него вспыхнул прозрачный купол Протего. Гарри пригнулся и запрыгнул в кабинет, заранее ожидая встречного удара, второго, третьего…
Никто не встретил его ни стрельбой, ни смертоносными чарами. В светлом, просторном кабинете, целая стена которого была уставлена стеллажами с книгами, не было ни одной живой души. У самого окна — того самого, где ему почудилась зеленая вспышка, стоял стол, в центре которого возвышался монитор, подключенный к вертикальному системному блоку рядом. Джоан Кларк, королева шифров, сидела в эргономичном кресле за столом, уронив седую голову на клавиатуру. Ее левая рука безжизненно свесилась, видневшийся за сбившейся шевелюрой широко открытый глаз смотрел в пространство остановившимся взором. Курсор дрожал в поле ввода пароля в ответ на шквал символов от случайно нажатых клавиш.
— Миссис Кларк… — сдавленно проговорил Гарри и, забыв об осторожности, одним прыжком преодолел дистанцию до стола.
Он бережно поднял хрупкую старческую руку и приложил пальцы ко все еще теплому запястью, там, где проступали натянутые жгуты сухожилий. Пульс отсутствовал.
— Мертва, — прошептала Гермиона с побелевшим лицом.
Гарри кивнул и осторожно выпустил руку покойницы.
— Убита магом, — сказал он. — Только что. Эта зеленая вспышка…
В горле образовался комок, и он сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться. «Мир магов опасен», вспомнил он слова Квиррелла, сказанные им давным давно, еще при первом появлении Гарри в Айзентурме. Профессор только забыл добавить, что мир магов опасен для всех — в том числе и для маглов. Статут в конечном итоге, быть может, — не столь уж плохая идея.
— Неужели кто-то последовал за нами? — проговорила Гермиона. — Подслушал наш разговор, а потом…
Она чуть не плакала, и Гарри, который чувствовал себя не менее гадко, привлек ее к себе за плечи. Все повторяется. Когда-то они точно так же привели за собой Эльзу Фриз к дому ни в чем не повинного человека, став причиной его гибели. А теперь… Джоан Кларк была их последней надеждой и, должно быть, она действительно добралась до чего-то важного, раз уж неведомый убийца счел нужным избавиться от нее.
— Этот маг… возможно, он все еще в доме, — тихо проговорил Гарри.
— Вряд ли, — покачала головой Гермиона.
Гермиона оказалась права: наскоро осмотрев дом, они не нашли никого. Их встретили только чистые комнаты, уже старая, но ухоженная мебель, и — ни одного человека. Телефон на столе Кларк звонил дважды за время поисков, каждый раз заставляя их вздрагивать и покрываться холодным потом.
— Что теперь? — спросил Гарри, когда они вернулись в кабинет. — Все сначала?
Гермиона не ответила. Ее пристальный взгляд скользил по столу, на котором по-прежнему лежала женщина, некогда бывшая одним из величайших криптографов мира. Нахмурившись, Гермиона зашла с обратной стороны и не без труда извлекла из-под головы Кларк подогнутую руку. Склонившись над сжатыми в последнем усилии пальцами, она жестом подозвала Гарри.
Подойдя ближе, Гарри разглядел предмет ее интереса. У основания указательного пальца краснел свежий порез, будто сделанный ножом.
— Это что-то значит? — спросил он, обратив непонимающий взгляд к Гермионе.
— Определенно. Похоже на порез от листа бумаги. Очевидно, она сжимала его в ладони в момент смерти. Убийца видел, как мы шли к дому, и выдернул лист у нее из руки, полоснув ее краем по пальцу.
— Значит, она и впрямь нашла что-то важное… — задумчиво проговорил Гарри. — И наверняка на этом компьютере остались результаты ее исследований. Вот только этот пароль… Почему убийца не избавился заодно от компьютера? Он ведь понимал, какое там может быть содержимое.
— Наверное, потому, что хотел выдать свое преступление за естественную смерть. Уничтожь он компьютер — и у полиции сразу возникли бы сомнения. Но не удивлюсь, если рано или поздно он вернется для того, чтобы закончить начатое. Гарри, мы должны найти ее результаты, хотя бы часть их, пока никто не пришел.
— Как? Я даже близко не хакер.
— Не знаю… Давай осмотрим ее кабинет. Возможно, где-то еще сохранились ее записи.
Они вновь заперли входную дверь, чтобы никто не огорошил их внезапным появлением, и погрузились в поиски. За пятнадцать минут Гарри перебрал несколько увесистых стопок бумаг в выдвижных ящиках стола, которые оказались всего лишь препринтами и черновиками статей по математической криптографии, и уже полез в недра стеллажей, как Гермиона остановила его:
— Это уже лишнее. Нам нужно то, с чем она работала недавно, а в этих залежах можно копаться вечно.
— А больше ничего и нет, — пожал он плечами. — Разве что книги.
Он указал на кипу книг, высившуюся на краю стола. Просмотрев их, они обнаружили три массивных томика Шекспира, биографию Тихо Браге, а также сочинения Томаса Мора, Томмазо Кампанеллы и Фрэнсиса Бэкона. В самом низу лежало древнее издание дневников Джона Ди с напрочь отвалившимся корешком.
— Это может быть указанием, — с сомнением произнесла Гермиона. — Пока что мне не удалось связать «Гамлета» с этими авторами, так что стоит попробовать новое направление поисков, однако…
— Гермиона, смотри! — Гарри ткнул пальцем в иллюстрацию на обложке биографии Тихо Браге. — Это ведь ее пометки, верно?
Гермиона взяла книгу в руки, внимательно изучила обложку, затем перелистнула несколько страниц и пробормотала:
— Ничего себе…
— Что?
— Этот портрет Тихо Браге на обложке… Здесь написано, что это гравюра пера Якоба де Гейна. Вот эти имена с гербами вокруг головы Браге — знаешь, кто они?
— Откуда ж мне знать?
— Его предки. В смысле, предки Тихо Браге, причем из числа самых знатных семейств Дании. И два имени Джоан Кларк подчеркнула карандашом… Боже мой, я просто тупица! Как я не увидела этого раньше?
— Да о чем речь? — воскликнул потерявший терпение Гарри.
— Тс-с-с! — шикнула на него Гермиона. — Гарри, ты что, не видишь, что это за имена?
— Ну, какой-то Розенкранц… и еще Гилденстерн. Что в них такого…
Гарри замолчал и поднял потрясенный взгляд на Гермиону. Он вспомнил.
— Да, — с вымученной улыбкой сказала Гермиона. — Розенкранц и Гилденстерн — персонажи «Гамлета». И они же — благородные предки Тихо Браге*. Шекспир сделал все, чтобы привлечь внимание великого астронома. Вся пьеса буквально кричит о нем, в каждом акте, в каждом имени… И все впустую. Сообщение так и не было принято, и теперь наша задача — прочесть его не собственными глазами, а глазами Тихо Браге. Он мог услышать в ней то, к чему глухи все остальные… — Она вдруг помрачнела. — Вот только это ничего нам не дает. Мы и так знали, что пьеса — послание для Тихо Браге. Нужно искать дальше.
Гарри, вздохнув, снова повернулся к стеллажам, но его внимание привлекло движение за окном. Он подошел ближе, стараясь, чтобы на него не падал свет, и увидел черный «ягуар», приближающийся со стороны перекрестка.
— Гермиона, скорей! — сказал он. — Похоже, у нас гости.
— Бумага у нее в руке, — пробормотала Гермиона, схватившись за голову. — Это же наверняка распечатка. Обложкой блокнота она не порезалась бы. Распечатка… Принтер! Гарри, он все еще включен. Она что-то распечатала для нас несколько минут назад…
«Ягуар» остановился напротив дома, и Гарри вжался в стену, глядя, как из него торопливо выбираются двое мужчин в деловых костюмах. Кто они? Гермиона, приняв какое-то решение, метнулась к столу и приподняла крышку принтера.
— Что ты делаешь? — зашипел Гарри.
— Это просто матричный принтер, — торопливо сказала Гермиона. — На ленте могли остаться следы недавно распечатанного…
Она, повозившись, извлекла барабан с лентой и принялась отматывать ее назад, глядя на просвет, ее губы шевелились.
— Черт, Гермиона, они идут сюда!
— Сейчас!
— Гермиона!
— Еще немного…
В дверь позвонили. Гарри, сделав глубокий вдох, поднял палочку. В конце концов, это наверняка маглы. Он сможет их вырубить и стереть память, а, очнувшись, они потом спишут все на утечку газа или что-нибудь в этом роде… Может быть, даже смерть Джоан Кларк.
— Доктор Мюррей! — послышался голос из-за двери. — С вами все в порядке? Вы не отвечали на звонки…
— Гарри, кажется, я нашла что-то… — зашептала Гермиона. — Мы должны добраться до могилы Шекспира, срочно. Кларк считает, что ключ в именах персонажей. Вольтиманд и Корнелий, они…
— Тогда уходим, пока они не выломали дверь! — отозвался Гарри.
Словно в ответ на его слова, в дверь громко затарабанили. Гермиона, приняв решение, наскоро смотала барабан и затолкала его в принтер. Крышка громко щелкнула, вставая на место, и Гермиона, вздрогнув, покосилась в сторону коридора, ведущего ко входной двери.
— Джоан, вы дома? — донесся до них голос другого мужчины. — Пожалуйста, откройте. Вы в опасности.
Гермиона подскочила к Гарри и схватила его за руку. Послышались тяжелые удары в дверь, и пространство вокруг завертелось волчком, отчего желудок Гарри подпрыгнул к горлу. «Никогда не привыкну к трансгрессии», — успел подумать он.