Глава 8. Королева шифров (1/2)

— Наконец-то отправляемся, — сказала Гермиона.

Двигатели оглушительно взревели, и самолет с устрашающим ускорением понесся по взлетной полосе. Гарри с трудом сглотнул: сила, вдавившая его в спинку кресла, заставляла ощутить себя беспомощным ребенком в огромной ладони великана. Выросший среди маглов и обучавшийся иллюминатами, он был далек от того, чтобы недооценивать могущество технологий. Однако это не мешало ему испытывать нечто вроде благоговения каждый раз, когда он видел их в действии. Исполинская конструкция, созданная не столько из металла, сколько из тысяч филигранных расчетов на кончике пера, послушная не всесильному ангелу из иного мира, а всего лишь слабому человеку из плоти и крови — в этом было что-то… величественное.

Земля провалилась вниз вместе с аэропортом Мюнхена, и давление в грудь ослабло. Гарри наклонился к Гермионе, прильнувшей к иллюминатору, и вместе с ней затаил дыхание. Сами собой вспомнились строки из манускрипта Игнотуса. «Разум — единственное, что сможет удержать тебя от падения». Сотни лет работы величайших умов человечества — и вот они несутся к цели сквозь пространство, и управляет их полетом мысль, обуздавшая законы аэродинамики. Если цель иллюминатов будет достигнута, если Статут падет, и технологии вступят в союз с магией по всему миру… каких высот они смогут достичь?

Если. Если только они смогут пережить грядущую катастрофу. Если остановят погибель, имя которой — Рактавиджа.

— Ты раньше бывала в Оксфорде? — спросил Гарри, когда рев двигателей сменился мерным гулом.

Гермиона кивнула.

— Пару раз, но давно и плоховато там ориентируюсь. Трансгрессировать туда я бы не рискнула… Но это и не требуется, на такси из Хитроу мы за час доберемся. Точный адрес у меня есть, — сказала она, вытащив из внутреннего кармана сложенный лист бумаги, на котором Эрше записал координаты Джоан Кларк. — Ты беспокоишься?

— Наверное. Мы же не знаем, сколько у нас времени. Что, если Банд-Дарваджа разрушится через неделю? Или завтра?

— В этом случае мы все равно ничего не сможем сделать, — пожала плечами Гермиона. — Без помощи иллюминатов…

— Может быть, маги из Юнь-Бао что-нибудь придумают. Или даже наши невыразимцы. Мы поговорим с Дамблдором, он наверняка даст хороший совет.

Гермиона не ответила, но Гарри успел уловить выражение ее лица, когда она снова отворачивалась к иллюминатору. Каких-нибудь два года назад сказанное им казалось бы самим собой разумеющимся. Мудрый и опытный волшебник, при этом — исключительно могущественный, владеющий как традиционными формами магии, так и наследием атлантов: кому, как не ему, иметь дело с угрозой всему человечеству? Но… Когда смерть угрожала всего лишь одному Гарри, Дамблдор предпочел прибегнуть к помощи иллюминатов. Да, старый директор Хогвартса — все еще очень сильный союзник, но достаточно ли его сил?

Табло, установленное в верхней части салона, возвестило, что можно отстегнуть ремни безопасности, и на экране отобразилась карта с дугой, протянувшейся от Мюнхена к Лондону. Часы под ней отображали не только время, но и дату — 4 сентября 1996 года, вероятно, для удобства путешественников во времени. Гарри покосился на иллюминатор, за которым виднелись только проносившиеся обрывки облаков, и поспешно отвернулся. Не хватало ему еще снова разглядеть в клубящемся тумане очертания зловещей физиономии.

Он перевел сиденье в лежачее положение, устроился поудобней и прикрыл глаза. Спать не хотелось совершенно, но изводить себя в процессе ожидания — куда хуже. Не нужно было им терять время и ночевать в Ингольштадте. Отправились бы ночным рейсом… Но упрямую хозяйку Эрлёйхтетенгартен не уговоришь: вцепилась, как клещ, с этим ее гостеприимством. А тут еще и Чжун Ли со своей легендой про Ши Хэна.

Мысли с готовностью переключились на события четырехсотлетней давности, отчего-то не дававшие Гарри покоя с самого начала, и живое с детства воображение немедленно отозвалось чередой ярких образов. Вот в императорский дворец заявляется выживший в страшном катаклизме молодой мужчина, в котором все с изумлением узнают недавнего советника. Вот он просит у императора средства для путешествия на Запад, а в доказательство своей богоизбранности возвещает явление кометы в ночном небе… И комета появляется. Казалось бы, просто миф, один из многих. Но в Юнь-Бао верят, что все события, затрагивающие мировой порядок, невидимыми нитями ведут именно к нему, к человеку по имени Ши Хэн. Вряд ли у них нет на то никаких оснований.

Гарри не заметил, как неторопливые размышления сменились таким же неспешным сном. Перед ним проплывали десятки лиц: лишь немногие из них напоминали его знакомых. Кто-то вне поля зрения бормотал разрозненные фразы, но Гарри с кристальной ясностью понимал их связь. «Весь мир — Врата», — шептал голос, и Гарри кивал в ответ. «Сыграй свою роль», — бормотало пространство, и каждое слово отзывалось сотнями ассоциаций в бездонном колодце памяти. «Ч’и йииу ч’ави», — настаивал невидимый собеседник. «К’аа йиику ви», — соглашался Гарри с улыбкой. «Леди и джентльмены, наш самолет прибывает в аэропорт Хитроу. Пожалуйста, пристегните ремни…», — произнесла незнакомая женщина, и Гарри нахмурился, пытаясь постичь смысл сказанного.

— Гарри! — услышал он голос Гермионы. — Прилетели. Собирайся.

С тяжелой от дневного сна головой он послушно дождался полной остановки самолета и, слегка пошатываясь, направился к трапу. Остатки сновидения быстро таяли в его памяти, и Гарри не пытался их удержать: мало ли какая чепуха порой является во сне? Вот только этот странный язык… Совершенно незнакомый, но отчего-то вызывающий стойкое чувство узнавания, словно Гарри уже слышал его слова — когда-то очень давно, раньше, чем осознал себя.

— Сразу возьмем такси? — спросил он, когда сознание немного прояснилось.

— Надо предупредить доктора Кларк о нашем прибытии, — ответила Гермиона. — Вряд ли она ждет гостей. Может, ее вообще сегодня не будет дома.

Они забрались в ближайшую будку таксофона, и Гермиона по памяти набрала номер, вызвав у Гарри очередной мимолетный приступ восхищения. Он наклонил голову к трубке, чтобы слышать разговор, но до его слуха донеслась только череда длинных гудков. Прождав почти минуту, Гермиона достала листок с записанным телефоном, бросила взгляд на цифры номера и уже протянула руку, чтобы нажать отбой, как гудки прекратились, и послышался голос:

— Алло?

— Добрый день. Доктор Кларк? — спросила Гермиона.

— Давно уж доктор Мюррей, — незамедлительно последовал ответ. — С кем я говорю?

У пожилой леди был слабый, надтреснутый голос, но Гарри сразу почувствовал ум, заключенный в стареющей телесной оболочке, — по-прежнему живой и ясный.

— Прошу прощения, доктор Мюррей, — сказала Гермиона. — Все называют вас…

— Не надо извинений, я привыкла. К тому же я десять лет как вдова. Лучше представьтесь, мисс.

— Гермиона Грейнджер. Вы меня не знаете, но я… в общем, я учусь в Айзентурме.

Наступило мертвое молчание, и Гермиона, нахмурившись, встряхнула трубку, что вряд ли чем-то помогло.

— Я знаю ваше имя, — наконец услышали они. — Вот только… Который день Айзентурм не подает признаков жизни, и вдруг мне звонит студентка академии по незащищенному каналу связи? Что это значит, мисс Грейнджер?

— Доктор Кларк… Мюррей, у нас чрезвычайное происшествие. Точнее, катастрофа. С академией больше нет прямой связи, и мы не знаем, что там произошло. Не уверена, что нам следует обсуждать по телефону все это… Вы не против, если мы к вам приедем прямо сейчас?

— «Мы»?

— Я и мой… друг Гарри Поттер. Мы учимся вместе. Насколько я знаю, вы уже начали работу над…

— Начала я несколько дней назад. Позавчера я готова была поделиться промежуточными результатами, но на мои вызовы никто не отвечает.

Глаза Гермионы загорелись.

— Уже есть результаты?

— И еще какие. Даже странно, что до сих пор никто на это не наткнулся. Но мне нужны дополнительные материалы, и я, кажется, знаю, где их можно отыскать, учитывая текст эпитафии. Я уже нашла ключ к одному из возможных шифров, он вполне очевидный и завязан на имена. Но вторая стеганографическая система показывает нечто странное… Словом, приезжайте, я познакомлю вас со своими находками. Мой адрес вы знаете? Седьмой дом по Ларкфилдс.

— Спасибо вам, доктор Мюррей, — проговорила Гермиона и одарила Гарри победной улыбкой. — Мы будем где-то через час.

— Еще кое-что, мисс Грейнджер, на будущее. Если уж хотите говорить по телефону о таких вещах, освойте мобильную связь. Минимальная защита канала — лучше, чем совсем ничего. Жду вас с вашим молодым человеком.

— Я ни черта не понял, — проворчал Гарри, когда они понеслись к выходу. — Что еще за вторая стеганографическая система и при чем тут эпитафия?

— Джоан Кларк просто говорит, что в «Гамлете» содержатся ключи более чем к одному шифру. И она уже разобралась с одним из них, а вот второй… Насчет эпитафии я сама не поняла, но, думаю, на месте мы это выясним.

Они с трудом преодолели толпу, оккупировавшую выход к зоне парковки, и Гарри облегченно вздохнул. Взяв Гермиону за руку, он шагнул было в направлении, подсказанном огромным указателем, но в следующее мгновение замер, покрывшись мурашками. Ощущение чужого взгляда — настолько сильного он не испытывал никогда ранее, хотя не мог пожаловаться на слабость интуиции. Бросив встревоженный взгляд на Гермиону, он рывком развернулся, ожидая увидеть по меньшей мере вооруженный отряд Аненербе.

Никого — только спешащие по своим делам пассажиры. Пестрая толпа — хаос черных, белых, красных, коричневых тонов в одежде, чемоданы, сумки, пакеты и рюкзаки, энергичные деловые мужчины, элегантные женщины, юноши с внешностью хиппи, дети и дряхлые старики — и ни один из них, похоже, не интересовался самим фактом существования Гарри. Он утер проступившую на лбу испарину, сделал глубокий вдох, и гадкое чувство, кажется, утихло.

— Что случилось, Гарри? — отчего-то шепотом спросила Гермиона.

— Наверное, просто показалось, — проговорил он онемевшими губами. — Пойдем. Этот аэропорт — размером с город, черт ногу сломит…

***</p>

Угрюмый водитель выкрутил руль влево, съезжая со скоростного шоссе, и по бокам зарябили плотные ряды частных домов, перемежающихся все еще зелеными и по-летнему густыми кронами каштанов.

— Мы уже близко? — спросил Гарри.

— Через пять минут будем на месте, — проворчал таксист таким голосом, как будто делал неслыханное одолжение.

Гарри покосился на притихшую Гермиону и с удивлением разглядел оттенок разочарования в ее взгляде.

— Что-то случилось? — негромко спросил он. — Все же здорово! Мы добрались. И теперь ты столько всего узнаешь о… — Он запнулся и бросил быстрый взгляд на затылок водителя, — об этой задаче.

— В этом нет моей заслуги, — вздохнула Гермиона. — Она — настоящий специалист. Ей пары дней хватило, чтобы докопаться… Я, наверное, даже просто помочь ничем не смогу.

— Ну что за глупости! — возмутился Гарри. — В прошлый раз ты переиграла саму…

Гермиона сжала его пальцы, и он, опомнившись, умолк.

— В прошлый раз была совсем другая ситуация, — прошептала она.

— Приехали, — по-прежнему лаконично возвестил таксист, притормозив рядом с простым двухэтажным домом из светлого кирпича.

— Спасибо, — сказал Гарри, протягивая несколько купюр. — Сдачи не надо.

— Вы что же, к самой леди Кларк в гости? — снизошел до разговора оттаявший водитель.

— А вы ее знаете? — обернулась к нему Гермиона.

— Кто ж ее не знает? Великая женщина. Я возил ее пару раз в Лондон. Передайте ей мое почтение.

Подождав, пока такси свернет за угол, Гарри огляделся и, взяв Гермиону за руку, направился к затейливой деревянной ограде, увитой плющом. Миновав калитку, они оказались на мощеной каменной дорожке, ведущей к дому мимо крохотного, но ухоженного сада. Взгляд Гермионы разом потеплел.

— Тут мило, — сказала она с улыбкой. — Даже немного похоже на…

— Твой дом?

Она, погрустнев, кивнула, и Гарри счел за лучшее не развивать тему. Они, не торопясь, прошествовали ко входу, и Гарри протянул руку к звонку. Что-то сверкнуло в одном из окон слева, и он замер, так и не нажав на кнопку.