Часть 5 (2/2)

Эндрю поднимает на него бровь.

— Беда в раю?

Нил усмехается: — Черт возьми. У Аарона в гостях Кейтлин.

Эндрю морщит нос. — Бррр, — говорит он. — Будет секс… гетеро…

Несмотря на ситуацию, Нил улыбается.

— Я действительно думал, что вы в отношениях с Рене, пока… пять минут назад, — указывает он.

— Э-э-э, — говорит Эндрю. — И теперь я буду работать всю оставшуюся жизнь, чтобы убедиться, что я никогда больше не спутаюсь с гетеросексуальным мужчиной.

Нил вздрагивает, поднимая брови, когда Эндрю заводит машину и отъезжает с места. — Куда ты меня везет?

— Я собираюсь изменить твою жизнь, — говорит Эндрю, а Нил хмурится, смущенный, пока Эндрю не вздохнет в раздражении. — Фильмы. К тому времени, когда я высажу тебя обратно, они будут спать… будем надеяться.

Нил проверяет время. Приближается 11 вечера, у него первое занятия в 8 утра, но он внезапно чувствует себя бодрым. Он кивает Эндрю ухмыляясь, и расслабляется обратно на своем месте.

Эндрю отвозит его в кинотеатр, о котором Нил знает только потому, что Эллисон и Сет затащили его туда в прошлом месяце, и Эндрю настаивает на том, чтобы остановиться по дороге за едой.

Они останавливаются на заправке, чтобы перекусить — конфеты для Эндрю, сырные слойки для Нила и попкорн для них обоих — и Эндрю идеально паркует их посреди экрана. Эндрю раскапывает толстое вязаное одеяло откуда-то из багажника своей машины, и помогает Нилу перетянуть его через оба плеча.

Фильм черно-белый, а на экране мужчина берет руку женщины и целует ее, когда она делает реверанс. Их голоса скрипучие и старые, но Нил может понять, что мужчина приглашает женщину на свидание. Она говорит, конечно, да, так как это фильм, и Нил поворачивает голову в сторону, чтобы вместо этого посмотреть на Эндрю.

Вспышки из фильма отражаются от его темных глаз и бледной кожи, и Нил не знает, сможет ли он когда-нибудь вернуться из этого. Он думает об Аароне и Кейтлин, о том, как Аарон пригласил Кейтлин на свидание, и она ответила утвердительно. Он думает о глупом старом фильме. Он думает о том, когда он, наконец, понял природу своих чувств к Эндрю.

И решил спросить — Ты встречаешься?

Эндрю смотрит на него, натягивая одеяло до подбородка и сжимаясь в нем.

— Я… Обычно нет, — ответил он, и стало еще хуже теперь, когда он сталкивается с Нилом лицом к лицу. Таким образом, Нил вынужден наблюдать, как мерцание света играет через переносицу Эндрю и тонкий изгиб его верхней губы. Его волосы светящиеся и неестественно яркие, и он выглядит почти неземным.

Нил хочет сфотографировать, хочет запечатлеть, как Эндрю выглядит сейчас, и сложить это воспоминание в карман на потом. Он хочет прикоснуться к Эндрю и почувствовать призрак щетины на кончиках пальцев. Он хочет ходить на свидания с Эндрю и смотреть глупые фильмы, и это что-то значит. Он хочет знать, одинок ли он в этих желаниях или нет, если они вообще достижимы.

— Хорошо, — шепчет Нил, и он прижимается ближе к своей стороне одеяла. — И я тоже.

Эндрю напевает, и он поворачивается лицом к фильму. Нил делает то же самое, и он почти выпрыгивает из кожи, когда чувствует, как кончики пальцев Эндрю прижимаются к тыльной стороне его собственной руки, которая отдыхала у подстаканников. Его рука напрягается и расслабляется в быстрой последовательности, и он отмахивается от руки Эндрю, пытаясь успокоить биение своего сердца.

— Я не встречаюсь, — тихо говорит Эндрю, находясь в пространстве между ними. — Но я был бы не против встречаться с тобой, Нил.

Сердце Нила содрогается, и он чувствует, как его щеки резко превращаются в улыбку, которую он не может сдержать.

— Неужели?

Тут же появляется румянец, украшающий лицо Эндрю. — Не заставляй меня говорить это снова, — со смешком говорит Эндрю, наконец, подталкивая руки ближе, чтобы правильно скрепить пальцы. — Это смущает.

Нил наклоняется немного ближе к пространству Эндрю, сжимая руку немного крепче и на наслаждаясь тем, как грубая ладонь Эндрю чувствуется в его руке.

— Я тебе нравлюсь…- он буквально промурлыкал это, а Эндрю тяжело вздыхает.

— Кажется так, — говорит он, и Нил улыбается.

Они остаются до конца фильма, и к тому времени, когда Эндрю заводит машину, приближается 1 час ночи. Нил знает, что он будет ненавидеть себя за это утром, но он не может заставить себя слишком переживать об этом сейчас, не тогда, когда Эндрю держит руку за переключение передач всю дорогу обратно в город, и Нил чувствует себя спокойнее, чем он чувствовал себя в течение многих лет. Эндрю проводит большим пальцем по тыльной стороне руки Нила плавными движениями, и Нилу трудно сосредоточиться на чем-либо еще.

Эндрю паркует машину перед зданием Нила, и Нил вздыхает, разворачиваясь к выходу из машины. Однако рука Эндрю останавливает его, и, прежде чем он это понимает, его притянули ближе в пространство Эндрю за воротник рубашки и он услышал простой вопрос:

— Да или нет?

Нил улыбаясь прошептал, — Да, — во все уменьшающееся пространство между ними, а Эндрю наклоняется, целуя его в щеку.

Нил трепещет, и необычное чувство в животе еще не уменьшилось, он никогда раньше не чувствовал себя так интенсивно ни с кем, и это одновременно волнует и ужасает, насколько что-то такое простое, как поцелуй в щеку, может повлиять на него.

Эндрю и Нил отступают одновременно, и Нил рад видеть, что Эндрю выглядит ненамного лучше, чем он. Его щеки покраснели и горячие, а его зрачки широко раскрыты, и он выглядит так, как будто он не просто делал что-то невинное, чем поцелуй в щеку.

Нил наконец открывает дверь, выпрыгивая наружу.

Нил не может перестать улыбаться — по крайней мере, до тех пор, пока он не вспомнит что-то очень важное, что он, вероятно, не должен был забыть, и это соскальзывает прямо с его лица, заменяя большую часть трепетания в животе страхом.

Эндрю смотрит на него с беспокойством, но все, что делает Нил, это стонет и говорит, — … Аарон.

Эндрю закрывает глаза в тихом недоумении. — Черт возьми, — говорит он.

Нил чувствует, что ему нужно удариться головой о стену.

Аарон.

~

Они ничего не делают с Аароном.

По общему признанию, они, вероятно, должны, но Нил пока не видит смысла еще больше злить своего друга, тем более что он до сих пор понятия не имеет, что именно происходит между ним и Эндрю.

Между ними ничего не изменилось с тех пор, как они сходили в кино, но почему-то все по-другому. Более существенно. Напряжено. Как будто одно неправильное движение заставит их кувыркаться с вершины холма вместе, спотыкаясь о друг друга, когда они упадут.

Такое чувство, что они находятся на краю пропасти чего-то большого, и Нил слишком увлечен идеей что-то с этим сделать. Он уже давно осознает свой явный интерес к Эндрю, и он начинает чувствовать тягу притяжения при виде мужчины, и он честно хочет, чтобы этот поцелуй не был бессмысленным.

Он бы подумал, что это чувство взаимно после их вечера кино, если бы не тот факт, что Эндрю, кажется, забыл, что что-то даже произошло. Нил уверен, что на самом деле он этого не сделал, но он приводит убедительный аргумент против этого предположения, которое раздражает и притягивает одновременно.

Эндрю все еще дает ему кусочки клубники с кухни, когда Нил заходит, чтобы схватить подносы с едой, и он все еще суетится Нилу об ужасных (незначительных и поправимых) кулинарных зверствах Кевина. Он по-прежнему приглашает Нила постирать белье и поиграть в Mario Kart с Рене, и он все еще приходит к Нилу и Аарону, чтобы иногда побыть со своим братом — напряженным, но искренним, поскольку они всегда находятся рядом друг с другом.

Нил почти чувствует себя так, как будто он находится в противостоянии. Против Эндрю и его смешанных сигналов, о которых Нил никогда не думал, как о проблеме. Аарон и Кейтлин, занимающей все его время. Аарона и Эндрю вместе, в тех редких случаях, когда они и Нил находятся в одной комнате вместе в течение длительного периода времени. Это утомительно, и Нил просто хочет, чтобы все снова имело смысл.

Он не хочет, чтобы что-то менялось. Он хочет продолжать быть другом Эндрю. Он хочет поцеловать Эндрю до тех пор, пока тот больше не сможет отдышаться. Он хочет сдержать свое обещание Аарону. Он хочет сказать Аарону, чтобы он отъбался со своей глупой политикой и принял отношения Нила и Эндрю такими, какие они есть — будь то друзья или что-то еще.

Нил вздыхает, опуская голову вперед, пока его лоб не соприкасается с полированным деревом штанги, издавая сильный стук по ней и заставляя Нила немного вздрагивать от боли.

Ресторан мертв в понедельник вечером, и они уже на пути к закрытию на час или два раньше, поэтому Нил может сидеть в тишине в течение нескольких минут. В конце концов, из-за его головы раздается другой, гораздо более громкий стук, и он резко смотрит вверх, его глаза ловят на полный стакан воды, стоящий рядом с ним, а затем на Сета, который смотрит на Нила с поднятой бровью. — Ты в порядке, приятель? — спрашивает он, откинув локти назад на противоположную сторону бара и с любопытством наблюдая за Нилом.

— Ох, — выразительно говорит Нил, сидя прямо и потягивая воду. Если бы это было несколько месяцев назад, Нил никогда бы не выпил что-то не из закрытой тары даже в Пальметто, но у Сета, Рене и Роланда было более чем достаточно шансов, чтобы избавиться от него к настоящему времени, поэтому он позволяет этому произойти. Кроме того, он думает почти невольно, если случится что-то, с чем Нил не сможет справиться сам, у него нет сомнений в том, что Эндрю вытащит его из этой ситуации.

Напоминание об Эндрю разжигает теплый огонь в животе Нила, и он снова возвращается на круги своя. Он жалко стонет, позволяя лбу упасть обратно в бар с очередным ударом. Сет сочувственно похлопывает его по голове.

— Ты хочешь поговорить об этом, малыш? — Нил смотрит вверх достаточно долго, чтобы взглянуть на Сета из-за прозвища. — Я даже не знаю, как бы я об этом говорил. Я сам не знаю, что происходит.

— Черт возьми, — выкрикивает Сет, а Нил слушает, как он шуршит за барной стойкой. — Я знаю это чувство.

Нил смотрит вверх. — Да?

— Да, чувак, — говорит Сет. — Не беспокойся обо мне, хотя. Теперь я во всем разобрался. — Он говорит это с нежной улыбкой, и Нил впервые задается вопросом, поймет ли он когда-нибудь по-настоящему отношения своих коллег. Он даже не знает, хочет ли он вообще это понимать.

— Я просто — начинает Нил, неуверенно. Он осматривает пустующий ресторан, обдумывая свои варианты. Наверное, было бы полезно поговорить об этом с кем-нибудь. Обычно он шел к Аарону, но это не совсем вариант в этой ситуации. То же самое касается Жан, хотя мужчина пытался поймать Нила по телефону в течение последних нескольких недель или около того, Нил должен перезвонить ему. Никто другой на самом деле не выглядит предпочтительным выбором, но Сет достаточно заслуживает доверия, полагает Нил. — У меня никогда не было такой проблемы раньше.

— Как что? — Сет наклоняется вперед на перекладину в нескольких футах от него, упирая подбородок в ладонь.

— Нравится…- Нил уходит. — А.… .

Сет поднимает бровь, ухмыляясь. — Ты никогда не был влюблен? Нет, подожди, ты влюблен? Кто это?

Нил сжимает челюсть в каменной тишине, но его глаза красноречиво смотрят на закрытые распашные двери кухни. Сет восторженно смеется. — Ни в коем случае!

— Шх, — быстро замолкает Нил, но безрезультатно. — Я не думал, что ты такой сплетник.

— Я нет, — настаивает Сет, — но ты работаешь здесь в течение нескольких месяцев, и я не видел, чтобы ты смотрел хоть на одного человека более пяти секунд. Это просто интересно, вот и все.

— Да, — бормочет Нил. — Я рад, что тебе интересно.

Сет немного вздрагивает. — Камон, чувак, это захватывающе!

— Это не так, — жалуется Нил. — Это сбивает с толку, и я ненавижу это.

— Ну, — начинает Сет, выглядя задумчивым, когда он начинает крутить бокал для вина между двумя пальцами, как палочку. — Ты говорил с ним об этом?

Нил качает головой, а затем щурится. — Откуда ты вообще знаешь, о ком я говорю?

Сет улыбается немного шире, а Нил щурится сильнее. — Я полагаю, что знаю, — говорит он. — Это Эндрю, правда?

Нил снова одергивает его, нервно глядя на кухню. Сет хихикает, а Нил смотрит на него. — Как ты узнал?

— Когда я сказал, что никогда не видел, чтобы ты смотрел на кого-то так, — начинает Сет, — Эндрю, это единственное исключение. Ты много говоришь о нем. И смотришь.

Нил чувствует, что его щеки немного нагреваются. Так ли это? Он не замечал, но прекрасно осознает, что ему потребовалось несколько месяцев, чтобы вообще заметить свой интерес к Эндрю. Он чувствует разочарование и растерянность. Как каждый в его жизни, знает его лучше, чем он знает себя сам. Он стонет.

Сет снова поглаживает голову. — Это нормально, чувак, — говорит он. — Но что случилось, чтобы ты так запутался с этим? Ты давно понял что влюблен в него?

Нил неуверенно мычит. — Нет, — признается он. — Я понял это несколько недель назад. Недавно мы с Эндрю поговорили о некоторых вещах, и мы пошли в кино. Он, — Нил останавливает себя, когда кухонные двери распахиваются, и Эндрю ненадолго выходит. Он оглядывает пустой ресторан и говорит Сету и Нилу запереть входные двери пораньше.

Как только он благополучно вернулся за двери, и Нил запер ресторан и вернулся в бар, Сет спрашивает: — Он что?

— Хм, — говорит Нил, останавливаясь. Он все еще чувствует себя немного слишком растерянным, когда думает об этом. — Он высадил меня в моей квартире, и он… поцеловал меня в щеку.

— Боже мой. — Сет радостно шепчет, а затем, — Это звучит не очень запутано для меня.

Нил вздрагивает. — Это не та часть, которая сбивала с толку. Он ведет себя так, как будто этого никогда не случалось больше недели. А Аарон… не обрадуется, если из этого что-то получится.

Лоб Сета немного сморщивается. — Он все еще такой?

— Какой? — не понял Нил.

— Раньше он был очень эээ…гомофобный… в средней школе и… — Хмурый взгляд Сета углубляется. — Я тоже. Я думал, что он прошел через это давным-давно.

Нил в растерянности морщит нос. — Что? Нет, — говорит Нил, отправляя эту информацию на подумать потом. — Ему не нравится, что мы с Эндрю в принципе дружим.

— О, — говорит Сет. — Ну, черт возьми, это…

Несмотря на головную боль, которую доставляет ему этот разговор, Нил смеется.

— Да, — говорит он, — я знаю, что он справится с этим достаточно быстро. Он просто упрям, и я бы не хотел разрушать его доверие чем-то таким глупым, как это.

Сет делает паузу там, где он вытирает барные стулья. — Это так? — спрашивает он, — Глупо?

Нил думает об этом дольше, чем это необходимо. Он уже знает ответ.

— Нет, — признается он, его плечи немного опущены. — Я бы хотел, чтобы это было не так.

Сет заканчивает уборку, укладывая последний барный стул и откидываясь на барную стойку. — Смотри, чувак, — начинает он, скрестив руки на груди. — Вам просто нужно поговорить об этом с Миньярдом. Наверное, и тем, и другим, на самом деле. Похоже, что Эндрю пытается заставить тебя снова поднять этот вопрос — даже я могу сказать тебе это.

Нил надеется встать с барного стула и сбрасывает последнюю мусорную корзину, полную грязи и пыли, в мусорное ведро, подходя, чтобы прислониться к бару с Сетом еще раз, как только он это сделает.

— Да, — вздыхает он. — Да, ты прав.

Сет ухмыляется: — Ты можешь сказать это снова, малыш.

Нил прижимает плечо к Сету, глядя на на него сбоку. — Не слишком гордись собой. Возможно, ты прав, ты вы все равно дали мне простой основной совет всех времен.

— Однако это сработает, — настаивает Сет. — Ваши отношения будут процветать благодаря моему руководству.

— Конечно, — позволяет Нил, — спасибо.

— Не упоминай об этом.

Они вдвоем на мгновение замолчали, пока кухонные двери не распахнулись со скрипом, и Эндрю высунул голову, его светлые волосы взъерошены и недавно освободились от ограничений его сетки.

— Ты идёшь, Джостен?

Нил наблюдает за подергиванием темных бровей Эндрю и секундной сменой его выражения, молча. Сет демонстративно толкает его, а Нил отвечает, прочищая горло.

— Да, — говорит он Эндрю, отталкиваясь от бара. — Иду.

Он следует за Эндрю к машине, замерзший ночной воздух раздувает его волосы с лица и они вьется вокруг нежной кожи шеи. Эндрю представляет собой мягкий контур на фоне желтого света от уличных фонарей, и он выглядит уверенно и привлекательно, когда прислоняется к капоту своей машины и наблюдает, как Нил приближается к нему.

Нил выпускает тяжелый вдох через нос, борясь с желанием прикоснуться к Эндрю, когда он встает в нескольких футах перед ним. Облако дыхания появляется перед его лицом, заставляя Нила моргать. Его нос замерз, а щеки Эндрю покраснели от холода.

Эндрю ничего не говорит, позволяя тишине растягиваться между ними на несколько мгновений, пока он не начинает дрожать в своей кожаной куртке. Нил отступает на несколько шагов и направляется к пассажирскому креслу.

— Холодно, — констатирует он.

Эндрю мычит в согласии, открывая двери автомобиля щелчком и вставляя ключ в зажигание. Подогрев сидений Нила уже включен, и проходит всего минута или две, прежде чем дорогой автомобиль начинает дуть теплым воздухом на их лица. Нил с удовольствием вздыхает, откидываясь на свое место, когда Эндрю приводит машину в движение, тихий гул двигателя — единственный шум, нарушающий тишину.

Проходит всего несколько минут, пока Эндрю не остановит машину перед домом Нила и не качнется на парковочном месте. Нил смотрит на окна своей квартиры, темные и спящие. Аарон, должно быть, снова с Кейтлин. Он вздыхает, не делая никаких движений, чтобы встать со своего места. Эндрю ждет его, позволяя Нилу разобраться в его мыслях самостоятельно.

— Я пока не хочу входить, — признается Нил, наконец, глядя на профиль Эндрю.

Он просто отвечает, — Хорошо, — и возвращает машину в движение, проезжая через парковку и обратно на главную дорогу. — Какая-то конкретная причина?

Нил пожимает плечами, мысленно прикусывая губу. — Я не думаю, что Аарон вернулся, — говорит он, — и я… Тоже пока не хотел покидать тебя.

Хватка Эндрю на руле напрягается, и Нил позволяет маленькой улыбке украсить его лицо. Возможно, это было немного вперед, но это не значит, что Эндрю не помнит как поцеловал его в щеку на прошлой неделе.

— О, — говорит Эндрю, и его голос чуть выше обычного.

Нил улыбается ему. — Да. Куда мы едем?

Эндрю напевает, снова уделяя все свое внимание дороге. — Сегодня вечером они показывают зомби-фильм на драйв-ин, — говорит он, и это звучит как предложение.

Нил принимает его. — Хорошо, — говорит он тихо, довольно.

Остальная часть поездки тихая, и когда они, наконец, добираются до места, они единственная машина в поле зрения. Вспышки света играют по пустой лужайке и отражаются на гладком лице Эндрю. Нил не может отвести от него взгляд, думая о том, чтобы наклониться и поцеловать Эндрю прямо здесь и сейчас. Он задается вопросом, сказал бы Эндрю «да», если бы он спросил. Интересно, поцелует ли Эндрю его в ответ так сильно, как хотелось бы Нилу. Интересно, затянет ли он его за воротник рубашки в свое пространство или он наклонится поверх Нила и поцелует на его месте. Живот Нила агрессивно трепещет, и ему приходится оглядываться на фильм, чтобы оправдать себя, выпуская дрожащий вздох, когда он это делает.

Эндрю смотрит на него так же, как Нил смотрит в сторону, и Нил чувствует, как его взгляд горит с боку от его лица, как физическая вещь, умоляя его снова встретиться с Эндрю.

Нил сдается без особого протеста, наблюдая за линиями лица и шеи Эндрю, когда цвета меняются, прямые наклоны его носа и челюсти, изгибы глаз и рта, его темные брови приподнялись в замешательстве.

Нилу страшно прикасаться к нему, и он позволяет себе упасть, чувствуя, как земля приближается, чтобы встретить его гораздо быстрее, чем он был готов. — Эндрю, — вздыхает он и наблюдает, как меняется лицо этого человека. Его брови опускаются, а складка бровей сглаживается, глаза смягчаются по краям.

— Нил, — тихо возвращается Эндрю, кожаные сиденья скрипят, когда они оба смещаются немного ближе одновременно.

Нил не знает, когда все случилось, чтобы он стал чувствовать, что это вело к этому моменту, но он определенно чувствует это сейчас — это покалывание волнения и неопределенности, воюющее с весом его желания к человеку перед ним и знанием того, что Эндрю, скорее всего, хочет того же, что и он. Это не делает его менее нервным.

Он просто должен выпустить эту пулю.

— Да или нет? — спрашивает Нил, наслаждаясь тем, как дыхание Эндрю, кажется, перехватывает.

Эндрю наклоняется вперед еще больше, вторгаясь в пространство Нила, и Нил выпускает дрожащее дыхание, когда их глаза встречаются, тупой фильм о зомби заброшен.

— Да, — говорит Эндрю, — поцелуй меня.

Нилу не нужно говорить дважды. Эндрю устремляется вперед в то же время, когда Нил откидывается назад, чтобы приспособиться к нему, и их рты встречаются в волне движения, сильном нажатии губ, которое быстро смягчается и открывается, когда язык Эндрю пробегает по губам Нила и углубляется глубже.

Во время учебы в средней школе — Жан называл эти годы кризисом сексуальности — Нил поцеловал довольно много людей. Он поцеловал нескольких девочек и одного или двух мальчиков. Однажды он поцеловал Жана. Он никогда ничего не чувствовал. Эти поцелуи были не чем иным, как экспериментом или мимолетным моментом любопытства. Он никогда не пытался развивать эти отношения, и он никогда не хотел, чтобы поцелуй длился дольше, чем он должен был.

Этот поцелуй не такой.

Рот Эндрю властный над Нилом, и он забирает каждый последний вздох из легких Нила. Его разрывает на части, огонь бушует у него в груди. Эндрю прижимается к нему, прижимая Нила к спинке сиденья, кладет руку на встроенный подлокотник двери Нила и наклоняется над ним. Он наполовину встает со своего места, а Нил молча самодовольно понимает, что так все и должно быть, Эндрю невероятно привлекателен над ним, когда они, наконец, отстраняются, и Нил снова видит лицо Эндрю.

Нил улыбается ему и говорит Эндрю. — Тебе жарко, — у него кружится голова, и он наблюдает, как Эндрю пытается собраться, одновременно выглядя полностью разбитым. Он тяжело дышит над Нилом, его глаза широко раскрыты, а зрачки увеличены. Его щеки и губы розовые, а волосы свободно впадают в лицо.

— Заткнись, — ворчит Эндрю, возвращаясь, чтобы снова поцеловать его.

Нил находит секунду, чтобы подумать о том, что он уверен, в кинотеатрах есть своего рода школьный стереотип, прежде чем он снова отвлекается на ощущения зубов Эндрю на нижней губе и чувства покалывания, которое они оставляют после себя.

Это много. Это, вероятно, самое большее, что Нил когда-либо чувствовал сразу в своей жизни, и он не хочет, чтобы это закончилось. Эндрю в конце концов отступает, чтобы направить Нила на заднее сиденье, ухмыляясь над поднятой бровью Нила. Они целуются на заднем сиденье машин Эндрю, как подростки, прячущиеся от родителей, но это лучшее, что когда-либо было. Нил берет в руки лицо Эндрю, как только может, чувствуя его линии и наклоны под пальцами, и Эндрю прокладывает свой собственный путь вдоль плеч и талии Нила.

В какой-то момент Эндрю усаживает Нила к себе на колени, и их поцелуи начинают уходить оттуда, приводя к поцелуям вниз по шеям и плечам. Нил расслабляет весь свой вес на Эндрю, упираясь лицом в шею мужчины и оставляя там легкие поцелуи.

Слабые звуки фильма о зомби все еще просачиваются через динамики, но голос Эндрю легко перекрывает их, когда он говорит: — Это будет беспорядок.

Нил что то бурчит, позволяя нежному скольжению ладоней Эндрю вокруг его талии усыпить его, чтобы он полностью расслабился.

— Это так, — признается Нил, прежде чем оторвать лицо от шеи Эндрю и прижать быстрый поцелуй к его губам. — Оно того стоит.

Эндрю прижимается к нему. — Это так, — тихо признает он, и Нил улыбается.