Пять тенидов (2/2)

— Предлагаешь в тряпочку молчать? — уточнила я, вскинув брови.

— Угу. Как в старые добрые времена. — резко он прибавил скорости, и я, очухавшись, ринулась за ним.

Оказавшись в палатке бордового цвета, меня окатило теплом. Небольшой костёр находился в центре, обогревая всё и вся около себя. Мне даже на мгновение почудилось, будто бы в бане очутилась. Водки, сала, солёных огурчиков и будет самое то. Только вот мне этого никто не предложит здесь. Да и нигде почти и не купишь. Сев по-турецки, я сжалась, ведь мне почему-то было дико неловко. На новом месте.

— Ты так и не скажешь, что мы здесь делаем, верно? — шепнула я почти что ему на ухо. Стоило мне взглянуть в сторону парня, как моему взору предстала смешная и странная картина. Поза лотоса, закрытые глаза, сомкнутые кончики пальцев. Едва в голос не заржала. — Не знала, что ты в медитацию подался…

— Гайни посоветовала. — ответил он тихонько, не отвлекаясь от воссоединения с высшими силами.

— Так… а это ещё кто? — сколько бы я не пыталась, всё равно бы не сумела вспомнить всех его девиц. Человек старых нравов… Да кому ты чешишь?

— Я тебе не рассказывал? — вскинув брови, удивился Сабит, явно о чём-то раздумывая. — Гайни… удивительная девушка…

— О-о-о, всё ясно. Можешь не продолжать. — махнув рукой, я закатила глаза и внимание моё пало на порог, где появились некие силуэты. Шарипа показалась пред нами. За то время, что я её не видела, бабуля успела потерять правый глазик. Интересно, какой смельчак, который, наверняка, уже мёртв, решился поднять на неё руку?

— Әулие тәте. <span class="footnote" id="fn_29624239_7"></span> — вскочив с места, я тут же поклонилась. Как меня учил этот придурок.

Бабуля подошла ко мне и, положив свои сухие ладошки мне на щёки, подняла мои глаза на неё. Тогда я увидела её улыбку. Кочевник, придя в себя, после медитации, тоже подпрыгнул с места и прильнул ко мне, склонив голову.

— Шарипа әже. — кивнув легонько башкой, пробормотал он, не смея поднимать глаз без разрешения.

— Апай. — поправила парня женщина, наконец отпрянув от меня. — Сабит, бала… Что за прекрасную девушку ты привёл?

— Это Этери, апай. — представил меня Айбешов, выпрямившись и встав в солдатскую позу.

— Этери… — протянула Шарипа шёпотом, отведя на мгновение задумчивый взгляд в сторону. — Әдемі есім… <span class="footnote" id="fn_29624239_8"></span> — вдруг внимание всё её пало лишь на кочевника, лицо которого побелело. Он очень боялся её. Впрочем, как и все, кто имел с ней дело. Пусть даже всего раз. — Неге келдіңіз?

— Бізге 20-шы жылдардағы әшекейлер керек. <span class="footnote" id="fn_29624239_9"></span> — заявил Сабит, пока я стояла с умной рожей и делала вид, что понимаю, о чём они там болтают. — Бұл қыз олар үшін қомақты соманы төлеуге дайын. <span class="footnote" id="fn_29624239_10"></span>

Неловкая пауза, и я бегаю глазами из стороны в сторону, недоумевая. Надеюсь, этот придурок не сказанул ничего лишнего. Суровый взгляд Шарипы пронзил меня и она махнула рукой, после чего её люди — сопровоженцы в составе трёх кочевников, покинули палатку. А женщина же уселась вместе с нами за костёр. Она предпочла сесть поближе, чуть ли не в притык, ко мне, что меня, естественно, насторожило. Видимо, поболтать захотела.

— На подарок? — спросила бабуля, положив руки к себе на бёдра, что скрывали широкие штаны. Желтоватая рубашка, а на плечах красовался красно-золотой платок. Мешкая, я несколько раз кивнула в ответ, ведь язык отказывался меня слушаться. Будто бы его проглотила. — Видимо… этот человек тебе очень дорог.

Тихий смешок парня, и желание его херакнуть вновь ко мне вернулось. Благо одноглазая не заметила, как этот идиот сидит гасится, глаза закатывая. Иначе точно бы получил по шапке.

— Махаббат? <span class="footnote" id="fn_29624239_11"></span> — услышав это непонятное слово, я молящим взглядом принялась сверлить Айбешова, что, не прекращая ухахатываться, всё мотал носом вверх-вниз.

— Д-да. Типа того. — кусая губы, ответила я, сжимая кисти.

Кочевьи пешки вернулись в наше медитационное чистилище с приличных размеров ящиком, что выглядел дорого-богато и больше походил на цыганский. Хотя… Впрочем, эти народы, по факту, не особо отличаются. С грохотом, но относительно аккуратно, они поставили этот чёртов ящик у костра и принялись сторожить палатку снаружи. М-да… мне бы иметь такое уважение, как эта седая курага с платочком золотистым. Да мне хотя бы дожить до её возраста с нашим-то образом жизни.

— Выбирай, всё что хочешь. — вальяжно указав рукой на грёбаный сундук сокровищ, пояснила Шарипа, и я робко открыла его.

Внутри чего только не было — всякие громоздкие цепочки, браслеты, кольца. В общем, цыганский рай. Так ещё и всех цветов радуги, наверное. Усевшись поудобнее на колени, я принялась рыться в ящике, словно типичный ребёнок из глубинок трущоб в награбленном. Однако долго выбирать не пришлось: внимание моё чуть ли не сразу пало на две вещи — большущий и весьма тяжёленький крест чёрного матового оттенка и такого же цвета кольцо. Выгнувшись в другую сторону — с хрустом, разумеется, — я закрыла за собой волшебную коробку и, выложив выбранные вещи на ладонь, показала их женщине.

— Сколько с меня за это? — спросила я, поправив волосы свободной рукой.

— Сойдёмся на пяти тенидах. <span class="footnote" id="fn_29624239_12"></span>— заявила седая, и глаза мои округлились от шока. — Знаешь, балам… Я бы отдала эту кучу хлама и за бесплатно. Лишь бы глаза не мозолила. Но думаю, это будет немного не справедливо по отношению к нам обеим. Согласна?

— Тогда почему вы не попросите больше, апай? — недоумевая, уточнил Сабит. — Мен айттым ғой, ол сізге көп төлей алады! <span class="footnote" id="fn_29624239_13"></span>

— Пять тенидов. Цена окончательная.

Запястья пискнули и мы вышли с рынка, так ещё и не с пустыми руками. Пять тенидов… Либо она совсем из ума выжила на старости лет, раз буквально раздаёт раритет из 20-х за копейки, либо уж слишком добрая. В любом случае, теперь у меня хотя бы есть подарок на руках. На пару со жратвой.

— Было приятно сходить с тобой на шоппинг. — одарив меня своей фирменной ухмылочкой, что была отчасти слегка пугающей, кочевник наконец вернул мне мои пакеты и сунул руки обратно в карманы в литую сидящей кожанки.

— Взаимно. — ответила я, дёрнув головой, ведь волосы всё лезли в лицо. — Но всё же — две встречи за один день это слишком.

— Думаешь, надо видеться реже? — вскинув брови, поинтересовался он, пока лифт на всех скоростях мчал к нам.

— Гораздо. — двери кабины распахнулись, озарив нас светом, и я шагнула в неё, нажав нужную кнопку.