Пять тенидов (1/2)

Шум, галдёж, крики, оры — никогда не любила этого. Предпочитая всему этому больше тишину, да спокойствие. Поэтому и достаточно редко выходила из дома. А стоило выйти… как напоролась на неё. И теперь шастаю по очередному шумному месту ради неё же. Хожу, наверное, второй час. В поисках подарка. Чёрт, надо было хотя бы намёком спросить, что ей по нраву. Но логикой то меня не обделили с чуйкой. Поэтому… остаётся лишь хорошенько пораскинуть мозгами.

— Заверните ещё этого, пожалуйста. — указав на оставшиеся на железном подносе парочку мант, я сжала в руке кучу пакетов с едой. Шаурма, баурсаки, кумыс, квас.

Не зная о ней абсолютно нихера, я взялась устраивать для неё праздник. Не левый какой-то по типу новоселья или знакомства. А сраный день рождения. М-да… Видимо, я совсем ёбнулась. Поэтому основывалась на своём вкусе. А он предпочитал фастфуд. Да и другого на базаре хер найдёшь. Разве что свежие продукты. Они, во-первых, жутко дорогие. Во-вторых, повар из меня никакой.

— Бу! — сзади выскочил Сабит, разумеется, испугав меня.

— Блять! — воскликнула я негромко. Были бы свободные руки, схватилась бы за сердце.

— Не ожидал тебя здесь увидеть. — ухмыльнувшись, подметил парень, вздёрнув свой кривой нос.

— Напомни, как будет «еблан» на казахском? — поинтересовалась я, борясь с желанием отмудохать его.

— Ты этим роту кормить собралась? — кивнув на кучу пакетов, спросил Айбешов.

— Тебя это ебать не должно. — фыркнула я, и продавец окликнул меня. Развернувшись, я приложила запястье к терминалу. Раздался писк, и в моей левой руке оказался ещё один чёртов пакет.

— Ты всё-таки её приютила? — вскинув брови, уточнил бандит, сверля меня своими жёлтыми, потухшими глазами.

— Что можно подарить семнадцатилетней девчонке? — перевела, точнее попыталась, я тему, выпрямившись, ведь руки потихоньку уставали.

— Меня, блять, спрашиваешь? — глаза его полезли на лоб от удивления.

— Тогда отвянь, нахуй! — помотав головой, я направилась дальше гулять по рынку, как он схватил меня за запястье.

Сабит молча забрал у меня пакеты и устремился вперёд. Если он был бы вором — то уж точно очень и очень успешным. Ну а хули то нет? Очаровывал бы молодых девчонок, а затем тырил бы у них чего-нибудь. Конечно, кроме мелочёвки ничего не стырил бы. Но… план хорош.

— Напомни, сколько часов ты с ней знакома? — продолжал меня подкалывать этот чёрт. Впрочем, заслуженно.

— Могу тебя только послать ещё раз. — стараясь поспевать за ним — длинноногим шайтаном, я чуть ли не прорывалась через толпу. А людей было дохренища.

— Тебе хоть что-то о ней известно? — на мгновение обернувшись, тяжело вздохнул Айбешов, почёсывая свободной лапой отрастающую бороду.

— Одиннадцатиклассница. Вкусно готовит. Хороший вкус в куреве, хотя может и всякую дрянь скурить, носом не поведя. Что же ещё… — почесывая свой выбритый затылок, что нередко зудил, я всё вспоминала её силуэт, облик. Вроде бы, виделись всего пару часов назад. А я успела позабыть всё. Кроме совсем отличительных черт — ярких, огненных красных волос, что идеально зализаны назад, сохраняя при этом объём.

— Ну? Вспоминай, чему нас учили в армейке. — взмахнув руками, этот идиот едва не выронил пакеты, что плашмёй бы пали на грязный пол, а содержимое в них превратилось бы в сплошное хрючево. — Помнишь? Любая мелочь…

— Кольца. — перебила я его, вспомнив её дрожащие руки, на которых было дохрена украшений. Причём весьма занимательных. — Серьги. Цепи. Но не обычные… Что-то из 20-х годов…

— Угарает по раритету? — удивился Сабит, и брови его почти что слились воедино. — Ладно. Я знаю одно местечко. Дуй за мной.

Махнув рукой, парень устремился, чуть ли не сломя голову, бежать вглубь рынка. По всей видимости, ведя меня в его самую задницу. Впрочем, мне плевать куда идти. Этот меня, во всяком случае, точно не посмеет завести за угол. Кочевники так не поступают. Это не в их стиле. Да и не их уровень. Они дорожат своими принципами, репутацией. Не все, конечно. Но в Коттах это всё дерьмо на первом месте. Благодаря святой тәтешке. Блять… теперь то я догадываюсь, куда он меня ведёт…

Мгновение другое, и приглушенные людские голоса остались позади. Там — где-то вдали. Мы же оказались в, так сказать, недосягаемой части базара. Тут намного тише, спокойнее и мрачнее. Лишь редкие фонари — не электрические, мелькают своим тусклым, тёплым светом. Торговцы в своего рода хиджабах, будто бы пришедшие с горячей, обжигающей пустыни. Восточные девушки все в золоте, что могут исключительно своим взглядом заманить тебя к себе в палатку. Сирены — так их прозвали в народе. Но по факту — обычные ночные дамочки, что не спят ни с кем, а только разводят. Максимум станцуют тебе чего. Но на большее рассчитывать не стоит.

— Салам, қыздар! <span class="footnote" id="fn_29624239_0"></span> — игривая улыбка, и Айбешов идёт в разнос.

Он здесь вырос. В этих трущобах. А по совершеннолетию отправился в армию. Пытался забраться вверх по социальной лестнице. Сумел даже добраться до моей семьи. Только вот отец мой отправил его куда подальше, дав пинок под зад. И кочевник вновь оказался у самого подножья этой грёбаной лестницы. Затем и я туда спустилась. Практически по своему желанию.

— Біздің ауданда осындай сымбатты жігіт не істеп жүр? <span class="footnote" id="fn_29624239_1"></span> — одна из девушек прильнула к парню. Давняя знакомая, наверное. А может и того сестра. Я мало что о нём знаю. Поэтому всё возможно. Но когда рука бандита оказалась на талии, медленно соскользая вниз, девчонки, то вариант с давней знакомой стал куда логичнее. Ну и этичнее.

— Ай, менің көзімнің нұры…<span class="footnote" id="fn_29624239_2"></span>— шептал он ей на ухо, из-за чего Сабиту приходилось немного сутулиться. — Шарипа әже қайда екенін айта аласың ба? <span class="footnote" id="fn_29624239_3"></span>

— Әрине жақын жерде. <span class="footnote" id="fn_29624239_4"></span> — отвечала сирена, хищно оглядывая собеседника.

— Оған біз туралы айтшы, өтінемін. <span class="footnote" id="fn_29624239_5"></span>— короткостриженая робко отпрянула от него и затерялась среди узких улочек.

— Дама сердца? Или чего-то другого? — подскочив к нему, спросила я. Теперь моя очередь подкалывать.

— Ты же знаешь, я человек старых нравов. — ухмыльнувшись, пояснил Айбешов, вздёрнув подбородок.

— Да я уж знаю, каких ты нравов, құмарлық арамы. <span class="footnote" id="fn_29624239_6"></span> — закатив глаза, фыркнула я, скрестив руки на груди.

— А это ты значит запомнила? — блеснув своими клыками, пробормотал идиот, ведя меня к одной из их палаток вдали. — Впрочем, не советую тут распускать язык. Ни на русском, ни на казахском.