6. Азарт. (1/2)

— Мы можем попробовать еще раз?

— Ты хочешь затопить склад?

Анна закатывает глаза, продолжая держать свернутый вдвое бумажный платок у лица. Кровь из носа не останавливалась, и девушке остается лишь порадоваться тому, что ее есть, чем вытереть.

— Если мы уйдем сейчас, когда все начало хоть сколько-то получаться, я затоплю его слезами.

— Очень страшно, — Даби скептически рассматривает ее, стоя напротив. Его голос эхом звучит в пустынном помещении, заваленном мусором и строительным хламом.

От одежды пирокинетика валит густой дым, но тот будто не замечает этого, не испытывая дискомфорта.

— Хотя бы один раз, и я отстану, — обещает девушка, прижимая к себе куклу. — Ты в порядке?

— Я еще даже не начинал всерьез.

Анна хмурится и осторожно отнимает от лица руку с платком. Кровь на нем в темноте кажется абсолютно черной.

— Мы выяснили, что мне удается повысить сопротивляемость, но мне кажется, что, если ты разойдешься, этого не хватит. А время вне лимита я даже не знаю, как проверить.

— Только разогнаться на максимум и узнать, — Даби опустился на ящик рядом и опаляет Анну волной жара, исходящей от него. — Экспериментальным путем.

— Если я не справлюсь, ты сгоришь заживо, — мрачно отвечает она.

— Я уже горел. И всегда горю.

Девушка свешивает со своего ящика ноги, втихую греясь около пирокинетика. На заброшенном складе, выбранным Даби в качестве полигона для тренировок, жутко холодно, и Анна сидела, подтянув к себе колени и закутавшись в кофту. Огненная Причуда, конечно, мгновенно раскаляла воздух, но, стоило синему пламени погаснуть, как в продуваемом со всех сторон помещении становилось снова неприятно зябко. К тому же, Даби предусмотрительно отходил как можно дальше от нее, активируя квирк, чтобы не задеть случайно и не угробить.

— Может, стоит попробовать просто убрать боль? — предлагает он, но Анна качает головой.

— Тогда ты не поймешь, когда остановиться. Я не хочу рисковать и обезболивать тебя во время боя, потому что это, все-таки, какой-никакой идентификатор. После — сколько угодно, но только не пока ты горишь.

Они снова долго молчат.

— На самом деле, идеально было бы видеть тебя во время боя, — задумчиво говорит девушка. — Я бы повышала твою сопротивляемость во время стандартных атак и увеличивала бы лимит, если бы видела, когда ты до него доходишь. Потому что оба этих усиления сложно использовать даже по отдельности, а вместе я их не удержу. Давай встретимся еще пару раз здесь?

— Еще немного, и я подумаю, что тебе просто нравится проводить со мной время, — Даби насмешливо косится на нее, но против не высказывается.

— Мне и правда нравится, — невозмутимо отвечает Анна. — Почему ты думаешь, что нет? Если бы ты был мне неприятен, я не искала бы путей для своей Причуды.

— Вау, это признание? — он посмеивается, дразнясь.

— Констатация факта, — Анна, не выдержав, показывает язык. — Было бы иначе — не появился бы азарт и не возникли бы желание и интерес… Что?

Она замирает, поймав на себе пристальный, наполненный нечитаемыми эмоциями взгляд. В полумраке ей кажется, что синяя радужка слабо фосфоресцирует, и Анна прикидывает, сумеет ли она, если что, убежать.

Нет, конечно.

— Ты… — он запнулся, подбирая слова. — Ты мне что, язык показала?

— Ээ. — она растерянно смотрит, чувствуя себя не в своей тарелке. Он разозлился из-за такой мелочи? Разве не он первый начал? Это было слишком? — Если я скажу «нет», ты мне поверишь?..

У него ужасно горячие ладони, будто огонь никуда не делся. Он и не делся, наверное, просто раньше был снаружи, а теперь заперт внутри. Анна обреченно жмурится, чувствуя хватку на запястьях. Ей страшно, и словами этот страх не описать. Что-то животное, бьющееся внутри запертой птицей, горечь в горле, слабость и беспомощность.

Неожиданно осторожное прикосновение к кончику носа заставляет ее распахнуть глаза, встречаясь с чужими, темными и внимательными. Даби близко, его дыхание на ее губах, и Анна нервно сглатывает, не зная, что ей делать — сократить оставшиеся сантиметры или отпрянуть. Он просто… смотрит.

— Даби? — шепотом, будто боясь спугнуть.

Он моргнул и отодвинулся сам, снова принимая привычно пофигистичный вид.

— Что, так противно? Не сделаю я тебе ничего, расслабься, — она еле различает знакомую насмешку. — Пошли.

Анна впервые так растеряна, что не знает, что ответить.

Он принял ее испуг за отвращение к нему? Решил, что она оттолкнет его?..

— Даби? — осторожно окликает его она, но он, не оборачиваясь, коротко бросает:

— Поздно уже. Пошли, провожу, потеряешься же.

Анна торопливо вскакивает и плетется следом, не пытаясь поравняться и чувствуя, как от стыда горит лицо.

Она снова все испортила?

Она бы его никогда не оттолкнула.

***

— Так лучше? — Анна внимательно наблюдает за реакцией мужчины напротив. Тот, помедлив, кивает, едва ощутимо хмурясь при взгляде на свой протез.

— Да, значительно, благодарю, — он берет со стола свою маску и, прежде, чем нацепить ее, замечает: — Вы быстро справились.

— Я работала над Вашей куклой параллельно с работой над куклой Даби, Мистер Компресс, — Анна улыбается. Фокусник безукоризненно вежлив и аккуратен в манерах и словах. — И мне оставалось только закончить с мелкими деталями. Так что да, вышло быстрее. Не беспокойтесь, от скорости исполнения не зависит качество поддержки, все на совесть.

— Верю, Вам вовсе не нужно оправдываться за быструю и качественно выполненную работу. Не стану больше Вас задерживать, — он кивает и идет в коридор, пропуская Анну вперед. — Тем более, что Вас уже ждут.

— Меня ждут? — Анна хмурится и чувствует внимательный взгляд Ацухиро-сана. Тот снисходительно улыбается, этого не видно под маской, но слышно по его голосу.

— Даби стал часто наведываться к Вам, — спокойно говорит он. — Кажется, ему здесь хорошо.

Девушка молча кивает. Она, конечно же, не скажет, что, когда кажется, вообще-то креститься нужно.

— А еще я видел его в окно, — все тем же ровным тоном продолжает фокусник. — Так что да, Вас ждут. До встречи, Кукольник.

— До свидания, Мистер Компресс, — растерянно отвечает она, захлопывая за ним дверь и устало закрывая глаза.

С ночи на складе прошло два дня, и она не знала, что ей делать. Даби не приходил, и у Лиги выдались непростые деньки. Ее и саму не раз дергали и днем, и ночью, требуя поддержки и заставляя активировать Причуду так часто, что Анне приходилось носить кукол с собой из комнаты в комнату, чтобы очередной звонок не застал ее врасплох.