Глава 16 (1/2)

Моё пробуждение оказалось радостным: я всё-таки была жива. Щемящая пустота, ожидаемо образовавшаяся в груди, и тревога, поселившаяся где-то рядом с ней, не давали усомниться в сём факте. Как закадычные подружки, тревога и пустота переговаривались между собой, и шептали мне разные страшные, волнующие вещи. Не выдержав их гнусного шепота, я распахнула глаза, желая увидеть все ужасы воочию, или убедиться, что они подло меня обманывают.

И я замерла. Замок, огромный чёрный замок, нависавший надо мной – исчез. Волколаки и эльфы словно бы провалились под землю. И даже Роландэля, несмотря на все его обещания, рядом не оказалось.

Страхи набросились на меня словно голодные волки. Я часто-часто заморгала, пытаясь увидеть хотя бы голубое небо над собой, но оно отчего-то отдавало неестественной желтизной, и висело так низко, что казалось, я могу коснуться его рукой. Неужели именно так выглядят рухнувшие небеса?

Только спустя несколько томительных секунд до меня дошло, что никто никуда не растворился, и небо никуда не падало: просто я очнулась в другом месте, а жёлтый свет, нещадно слепящий меня, исходит от люстры на потолке. Чуть повернув голову, я осторожно посмотрела по сторонам. Открывшаяся взору картина показалась знакомой.

На диванчике и креслах расположились спящие истребители, непривычно не воинственные и даже немного милые. Входную дверь подпирал Улфи, вид у него был усталый и тревожный, а под глазами красовались синяки – в жизни никогда не видела такого у эльфов. Рядом со шкафом обнаружился Лёша, наклонивший голову и с живым интересом рассматривающий свои ботинки. Ничего особенного в них я не увидела, зато, когда взгляд мой переместился к двум тёмным фигурам подле окна, здесь моему удивлению не было предела. Там, словно две прекрасные статуи, стояли Тень и Призрак, как всегда отрешенные, спокойные и не внушающие ничего кроме трепетного ужаса. Однако я пользуюсь бешеной популярностью. А Улфи случайно не охраняет вход в мои покои от толпы непрошеных посетителей? Я беззвучно усмехнулась, а затем, приподняв ладонь, слабо махнула ей. – Всем привет.

Не прошло и минуты, как народ, вмиг проснувшийся и немного встревоженный, сгрудился вокруг моего ложа.

?Картина ?Потомки в ожидании наследства?,– сыронизировал Ахурамариэль. – Загнибеда, когда я в прошлый раз говорил, что ты можешь обращаться ко мне, не думал, что ты воспримешь мои слова так серьёзно, – с укором произнес Лёша.

– Да, Вика, задала ты нам с коллегой задачку, – подтвердил Максим. – Восстанавливать твой магический запас пришлось чуть ли не всей крепостью. Прямо донорство магии какое-то! – Чего вы на неё налетели, лекари? Сами залечили, небось, вон она какая бледненькая от ваших заклинаний! – котик запрыгнул на кровать и потерся о мою руку. – А Вика, между прочим, всех спасла! – Ну да, – Лисицын фыркнул, и сложил руки на груди, – а мы внизу просто вечеринку с волколаками устроили. Погудели, порезвились.

– Ясно, ясно, – пристыжено мяукнул кот. – Вы тоже молодцы! Но ведь какое Виктория заклинание запустила? Часть волколаков одним махом уничтожила!

– Кстати о заклинаниях, – подозрительно оживился Третьяков. – А оно, случаем, не запрещенное? Такой диапазон действия... – Это вы ещё не видели, что в лесу было! – с восторгом продолжил делиться компроматом на меня пушистик. Как жаль, что у меня совершенно не было сил остановить болтливого фамилиара. Хотя, сколько можно прятаться? Это моё дело, какую магию я использую, а если использую её во благо, так разве это всё равно плохо? – Викочка вызвала сильный дождь, прям всем дождям дождь! – А я-то думаю, чего к Мастеру Огня леший приходил, долго жал руку и просил передать Вике огромную благодарность, – задумчиво проронила Мелена. Я встрепенулась. – С ним всё в порядке? – Ага. Говорит, лес воспрял духом, волколаки уплыли. И сам довольный, прямо светится... – Да нет же, я не о лешем.

– А, – Мелена лукаво улыбнулась. – С Роландэлем всё отлично. Нанял эльфов-мастеровых и во всю ими командует. Шутка ли, часть замка до зимы восстановить! – Мы его еле выставили за дверь, – прибавил котик. – Он собирался здесь до твоего пробуждения отсиживаться. Надумал тоже! Да без него в замке ничего толково не делается, слуги не слушаются, оставшиеся гости успокоиться никак не могут – бедлам, одним словом! И хотя идея Роландэля сидеть подле меня вызывала во мне гораздо больше положительных чувств, замку действительно как никогда нужна твердая рука хозяина. – Вы не рассказали мне, что стало с Риэлем и его помощниками, – увела я разговор в другую сторону. – Часть помощников переместилась, вторая поймана, – отрапортовал Лисицын. – Риэля доставили в замок Правителя. Успели к началу суда над Фильвиэль. – И Роландэль присутствовал там? – Он отказался. Сказал, что раз в прошлый раз, когда судили отца Риэля, он повлиял на вердикт Правителя, то теперь пусть тот сам принимает правильное решение. Его очередь, как выразился Мастер Огня. – Кстати, Виктория, возвращаясь к башням и их эффектному разрушению, – Третьяков никак не мог угомониться и хитро решил вернуться к теме запретного колдовства и моей причастности к нему. – Там неплохо бабахнуло. Твоя заслуга? Я промолчала. Вася, мой добрый, заботливый пушистик, решил отвлечь чужое внимание на себя самым простым для него способом: он начал петь дифирамбы в честь своей ведьмы. – Вика с успехом подчинила и огонь, и воду! – с гордостью объявил кот. – Понимаете, что это значит? – Что где-то в перспективе маячат ещё и медные трубы? – с ехидцей поинтересовался Третьяков.

Фамилиар недовольно зашипел сначала на остряка-командора, а затем на всех остальных, старательно делавших вид, будто они не хихикают.

– Нет! Это значит, что она очень даже умелая ведьма, приучившая обе стихии, – торжественно произнес котик.

– Везучая, – зычным шепотом поправил Лисицын, – ты хотел сказать везучая. – Ну, – одобрительно махнул хвостом пушистик, ластясь к моей руке. – И это тоже! Постепенно столпотворение в моей комнате рассеялось. Марафэль и Улфи ушли первыми, дружно пожелав мне скорейшего выздоравления и буквально вывалившись за дверь. Искренне надеюсь, что они добрались-таки до своих комнат, а не устроились спать прямо на ковре по дороге. Истребители, обрадованные тем фактом, что я очнулась и вполне активна, шустро отправились "подзаряжаться" сами, для этого выманив фамилиара голодными и жалостливыми взглядами. Милосердие всегда было отличительной чертой моего котика, поэтому выманился он достаточно легко, но на прощание пообещал скоро вернуться и смерил строгим взглядом оставшихся в комнате телохранителей.

Они, кстати, уходить не собирались, и едва дверь за Васей захлопнулась, подобрались ко мне ближе.

– Леди Виктория, просим извинить за все недоразумения, что происходили между нами, – с едва заметной улыбкой, своим обычным, вкрадчиво-медовым голосом произнес Призрак, чуть склонив голову и опустив глаза.

Так вот как это называется – недоразумения! Ах, а я по глупости своей думала, будто имеют место быть несправедливые обвинения и отвратительные угрозы! Тонкие белоснежные ресницы Призрака резко взметнулись вверх. Лицо исказилось, а в ледяных голубых глазах, как и ожидалось, не оказалось ни капли раскаяния, хотя его трогательные слова прощения всё ещё звенели в ушах. Я несколько удивилась этим переменам: ведь играть роль искренне осознавшего свои прегрешения он начинал весьма убедительно. – О, извините, – догадавшись о причинах недовольства, ухмыльнулась я, – обычно я не думаю вслух. Не обращайте внимания.

– Леди Виктория, – взяв себя в руки, обратился ко мне телохранитель, – вы должны понять, почему мы так поступали. Да, мы вам не доверяли. Мы много кому не могли доверять. – Однако к Риэлю с его темным прошлым не было никаких вопросов, – усмехнулась я, складывая руки на груди. – Он – племянник Мастера Огня. Почти мальчишка, всегда незаметный и угодливый, чуть ли не падающий у ног Правителя... – Тьма неловко потер висок. – Естественно, он был последний в списке подозреваемых. – Верно, – серьезно кивнул Призрак. – Да и та история давно забылась, ведь прошло столько лет. Кто знал, что он лелеял свою обиду? Что ему нужно больше, как и его отцу?

– А Фильвиэль? Как я понимаю, с ней разногласия произошли не так давно. И у неё для мести было гораздо больше причин, чем у меня. Телохранители молчали, либо не зная, что ответить, либо просто не желая признавать свои ошибки. Я вздохнула. – Столько веков живёте, и до сих пор не знаете, что некоторые свои обиды и всю жизнь хранить могут, а стоит им подставить спину, с превеликим удовольствием ударят в неё. Книги, что ли, почитайте, следователи, – упрекнула их я.

– Неужели нам теперь нельзя поворачиваться к вам спинами, леди? – лукаво прищурился телохранитель.

– Вот к Васе бы не советовала, а что насчет меня... всё зависит от того, сможете ли вы правильно извиниться, – не менее лукаво взглянула на него я.

Призрак мягко улыбнулся и переглянулся с Тьмой.

– Мы приносим свои искренние извинения, Виктория. Мы дважды пропустили истинного злодея, вместо этого предъявляя вам несколько нелепые обвинения, не имея серьезных улик и соответственно права на это.

– Всё верно, мы – глупцы, – подхватил речь Тьма, – которые слепо шли по следу и не внимали умным доводам, отчего допустили множество серьезных ошибок и доставили неприятности не только вам, но и остальным обитателям замка. Примите извинения, Виктория. Телохранители почтительно склонили головы.

И хотя я понимаю, что сейчас они не выйдут из комнаты моими друзьями, да даже хорошими знакомыми не выйдут, но водяной его побери, это извинение без неизменного каменного "леди", произнесенное спокойным тоном – самое доверительное и настоящее, что я могу от них услышать.

Похоже, мы вышли на новый уровень взаимоотношений.

*** Потянулись друг за другом серые деньки, похожие друг на друга как прозрачные капельки дождя за окном. Затянувшееся душистое лето ушло, оставив после себя завядшие цветы, которые никто так и не убрал из холодных, словно сделанных изо льда ваз, и сладкие воспоминания, от которых на сердце становилось чуточку теплее. Вечерами я бродила по целой части замка, собирая со столиков в ладонь скукожившиеся блеклые лепестки – последние кусочки ушедшего лета – и вдыхала едва уловимый аромат дорог, вдоль которых они росли.

Листья на деревьях словно раскрасили канареечно-желтой и золотисто-оранжевой краской, небо постепенно затянулось сизыми тучами, зарядили неприятные дожди, подули откуда-то промозглые ветра ― и только одно оставалось здесь неизменным.

Моё положение в этом замке до сих пор было неопределенным.

Роландэль был очень внимателен ко мне, но до сих пор не сделал ничего, чтобы прояснить ситуацию между нами. Казалось, он постоянно о чём-то думал – не только о делах замка – и эти думы тревожили мою душу. Каков будет результат? Как он повлияет на мою дальнейшую судьбу? Я не уйду к эльфам – там мне нет места. И в привычном мире людей теперь я другая, чужая. Сейчас я осталась на границе двух миров, и этот замок был мне единственным, и, чего скрывать, желанным домом.

И в один из вечеров, думая об этом, я разозлилась: раз он так привык всё решать, почему сейчас не может, наконец, сделать это снова? Сколько можно терзать меня неизвестностью, в конце концов?!

– Ахурамариэль! – я закричала так громко, что аж сама недовольно поморщилась. – Где он? – Твой здравый смысл? Вот уж чего никогда не было, и вряд ли появится, – довольно хихикнул меч, не упуская случая позлить меня.

– Я сейчас тебя... – Расплавишь? И сделаешь канделябр? – лукаво уточнил Ахурамариэль.

– Как ты догадался? – опешила я. Даже додумать не успела, а он уже знает? – Да потому что вы два сапога пара,– таинственно засмеялся меч. – Виктория, если упустишь его, я окончательно разочаруюсь в твоих умственных способностях. – Поверь мне, Ахурамариэль, если я его упущу, это будет чистейшая правда, – тоскливо призналась я не только ему, но и самой себе. – Вау! Виктория, эта самая неожиданная фраза, которую мне доводилось от тебя когда-либо слышать,– восхищенно проговорил меч. – И да, он в библиотеке. Ждёт тебя уже битый час.

***

– Давайте уже сознавайтесь,– прошипел меч. Звонкий голос клинка прозвучал в голове слишком громко для этого тихого места. – Сколько можно пялиться друг на друга?

Столкнувшись в проходе между шкафами, мы с Роландэлем не спешили делать шаги навстречу, но и расходиться в разные стороны не собирались.

– В чём сознаваться? – несколько притворно удивились мы, являя редкое единодушие.

– Светлые силы, ну всему их приходится учить! – взвыл меч. – Слушайте внимательно, говорю один раз! Ты, эльф, сообщаешь, наконец, что с удовольствием возьмёшь ее в жены и без всяких древних соглашений. Ты, ведьма, что больше не собираешься сбегать из замка и только и рада здесь остаться. Отбрасываем к чертям все прочие сантименты, ты, эльф, вручаешь ей это треклятое кольцо, затем мы дружно утираем счастливые слезы и идем бодрой походкой в светлое будущее. Всем всё понятно?! – Проклятый клинок! – нахмурился эльф. – Испортил такую интригу. – Так это все правда? – уточнила я.

– Знаешь, у меня к тебе точно такой же вопрос, ― ухмыльнулся Роландэль. – Ну, скажем так, вновь ты меня из замка не выставишь, – призналась я. – Я и не собирался, – признался эльф.

– Чёрт вас возьми с вашими идиотскими признаниями!– снова взвыл меч. – Неужели, это так трудно?! ?Вика, я влюбился в тебя по самые свои длинные уши, будь моей невестой! Роландэль, я готова всю жизнь рушить только твой замок, потому что полюбила тебя и никуда тебе теперь от этого не деться!? Ну? Повторите!

– Интересно, а если мы его запустим в окно, он не вернётся? – азартно поинтересовался Роландэль. – Просто давно руки чешутся, а хорошей возможности не было… А, вообще-то, он прав. Влюбился я по самые уши.

– Я тоже давно хотела проверить. Только смысл, он же как бумеранг ― всегда возвращается, – вздохнула я и вдруг запнулась.

?Он тебе в любви признается, а ты даже не заметишь?, – вдруг вспомнились мне слова Василия. Какой же у меня всё-таки умный фамилиар. И всё-то он знает, и всё-то он предвидит... И покушать приготовит между этим, само собой... – Погоди, что ты сказал?

– Я люблю тебя, – послушно повторил Роландэль и мягко улыбнулся. – И я, – выдохнула я, – люблю… – Какое прекрасное совпадение, – тут же умилился меч. – Просто чудеса! Что ж, мои возлюбленные чада, я благословляю вас от всей своей стальной души… Светлые силы, просто не верится, что дождался этого момента! Осталось только вернуть кольцо. Да-да, эльф, я к тебе обращаюсь. Я требую, чтобы сегодня мы окончательно и бесповоротно разобрались с этими помолвками и женитьбами! Если для вас я не авторитет, подумайте о друзьях. Ещё одного вашего расставания истребители уже не переживут, что и говорить. Они и так застряли в замке на достаточно продолжительное время, и, чувствую, скоро лично организуют вам свадьбу, только бы, наконец, убраться отсюда! Так что, эльф, давай, действуй. Всё равно рано или поздно всё тем закончится, так почему бы просто не начать с этого? Фи, только не надо вставать на одно колено, это же так банально! И не стоит посылать меня куда подальше, подобное тоже не блещет фантазией. Я всего лишь хочу, чтобы сей прекрасный момент запомнился вам на всю жизнь. Что ты мямлишь, говори громче, чтобы было слышно! Кхм, Мастер Огня, не стоит произносить такие слова при девушке, пусть они и предназначены мне. И про себя тоже не стоит, честно говоря, ругательство вышло скупое, неинтересное, не пробирает, знаешь ли... Так, Вика, внимание, это первый раз, когда тебя не ставят перед фактом замужества, а спрашивают, согласна ли ты на него. Что же ты молчишь, словно в рот воды набрала? Скажи ему ?да?… ага, молодец.Видите, уже полдела сделано. Роландэль, прекрати шарить по карманам руками и задерживать девушку. Ты что, потерял кольцо? Слава Светлым силам, нельзя же так пугать! Не надо отмахиваться от меня как от надоедливой мухи, я ведь помогаю. Неужели финишная прямая? Я уж и не думал, что доживу, даже несмотря на свое бессмертие! И… бинго! Кольцо на пальце, все рады, все счастливы! Ей-ей, мог бы плакать, точно бы прослезился. Но давайте завершим нашу душещипательную сцену, ибо у меня уже нет никаких сил созерцать её. Итак, целуемся и расходимся!

Это была самая здравая мысль меча за последние пять минут, вот как тут не послушаться?

*** – Хорошо, что ты теперь в прежнем облике, – Роландэль ласково провел пальцами по моей щеке. Мы стояли в полутемном коридоре, и в его тёмных глазах плясали далекие огоньки свеч.

– Эльфийки тебе уже не нравятся? – лукаво приподняла я бровь. Эльф засмеялся и едва заметно качнул головой.

– Знаешь, мне тогда казалось, будто когда-то я уже встречал тебя, – Мастер Огня неспешно пошел дальше, потянув меня за собой. – Наваждение какое-то... Я опустила голову, скрывая счастливую улыбку. Не просто так ведьма, человек, причислена к давно забытому клану, а по старой памяти... Великие кланы не исчезают навсегда: когда-нибудь о них снова вспоминают, и я стала первым шагом к тому.

– Знаешь, чего я больше всего боюсь? Ты будешь стареть у меня на глазах, а я ничего не смогу сделать, – эльф вновь замер, нежно коснулся моего подбородка, заставляя поднять голову, и тревожно заглянул в глаза. – Не беспокойся, я уверена, что буду очень даже бодрой и милой старушкой, – невозмутимо заверила я, стараясь не рассмеяться и сохранить на лице выражение некой обреченности и при этом готовности принять предназначенную мне долю. Было тяжело. ?Милой? Невыносимой, ты хотела сказать??

– А так как ты к тому времени сам уже будешь симпатичным эльфом-старичком, все радости и тяготы нашего возраста мы будем встречать вместе, – хитро подмигнула жениху я, позволяя довольной улыбке расцвести на лице.

– Что? – переспросил Мастер Огня. – Вика, может, объяснишь мне… ?Ну, Виктория, настала пора раскрыть все карты,– шутливо протянул Ахурамариэль. – И про ?наваждение? тоже рассказать не забудь?.

Я мысленно хмыкнула и бросила многозначительный взгляд на эльфа. Действительно, пора ввести любимого в курс дела. Ведь от будущего мужа нельзя ничего скрывать, так ведь меч говорит?– Если "нас" никогда не будет?Если "мы" потеряется тайно?Если в связке чужих судеб,Не увидим друг друга случайно?Если мимо пройдем, а позжеВдруг дорогам уже не сходиться?Не найдемся уж "мы" больше?Нам придётся без "нас" обходиться?– Не беда то... А хуже, когдаПотерявшись сто раз - но столкнувшись,Разойдёмся по полюсам,На дорогах других разминувшись.

Когда "мы" разлетится нечаянно,Или "нас" разведем нарочно,Вот тогда предаваться отчаянию,И вздыхать уж о невозможном.– Если "мы" однажды появимся,Если всё же сойдутся пути...Обещай мне, что постараемся,Постараемся "нас" не губить.

– Когда "мы" однажды появимся,Когда наши столкнутся пути,Обещаю, что постараемся,Никогда "нас" не упустить.

Итак, жизнь потихоньку продолжалась. Что же изменилось с того судьбоносного дня? Замок отремонтировали в рекордные сроки, и всё благодаря Дворе и его суперкоманде. Домовые прибыли после первого же звонка и вместе с эльфами креативили так успешно, что уже через несколько недель башня гордо высилась на положенном месте. Успех в одном деле подвиг рабочую бригаду на новый подвиг: домовые не спешили уезжать и решили построить на доверенном им участке пристройку, аргументируя затею тем, что в хозяйстве всё сгодится.

Недавно я случайно заглянула в заметки Двори, и спешу поделиться, что скоро замок ждёт чуть ли не капитальный ремонт, а рядом с ним появится бассейн, фонтан и беседка. Любимому я пока о своих открытиях не рассказала: лучше ему пока не знать об этих грандиозных планах.

Васька все-таки добился своего, и Мастер Огня выставил за дверь нерадивых поваров, взамен им, пригласив других, более надёжных во всех смыслах этого слова. Василий новых кулинаров одобрил, и в сжатые сроки прославился на все эльфийские кланы вместе со своей командой как самый лучший пушистый шеф-повар. Слава, настигшая котика, ничуть его не тяготила и нисколько не портила. А я была невероятно счастлива за фамилиара: наконец-то его таланты оценили по достоинству.

Вечером по обыкновению Вася заглядывал ко мне с десертом и чаем, и мы устраивали уютные посиделки.

Сегодня пушистик угощал меня чудесным вишнёвым пирогом, и пока я поедала необыкновенное лакомство кусочек за кусочком, мы обсуждали последнюю новость: Правитель одного из кланов прислал фамилиару пригласительное письмо, в надежде переманить чудо-повара в свой замок.

– Вася, ты же не оставишь нас? – обеспокоенно заметила я, отрезая себе очередной, довольно приличный кусок. От сладкого аромата вишнёвой начинки непроизвольно текли голодные слюнки. Как же я понимаю всех несчастных (точнее, счастливых), попробовавших кулинарные изыски Василия: забыть их невозможно, смириться с тем, что не можешь наслаждаться прекрасными блюдами каждый день – тем более.

– Естественно нет! – гордо фыркнул кот.

Я ласково погладила фамилиара за ушком, Вася же довольно зажмурился и плутовато проурчал: – Естественно нет, если Роландэль поднимет мне заработную плату... Я едва не подавилась куском пирога. Ну Вася и шутник! – Такому повару я согласен выплачивать двойной оклад, – вдруг раздался весёлый голос в дверях. Ага, теперь понятна неожиданная шутка кота: хитрый Вася заметил появление третьего лица и решил ненавязчиво вывести его из тени.– А ну как его переманят конкуренты, и придётся звать обратно тех неумех?

Василий довольно зафыркал, гордо покрутил усы и с намеком проворчал:

– И чего ты там стоишь?

Мастер Огня не заставил себя долго уговаривать и приблизился к нам. Котик выжидательно уставился на него.

Тогда Роландэль неловко протянул руку и погладил кота по мягкой шерстке: фамилиар довольно замурчал, а я расплылась в улыбке.

Кажется, Вася и Роландэль всё-таки подружатся.