ЧАСТЬ 19. "Клон"-3, или В лабиринтах любви. Главы 19-26 (1/2)

<center> 19. Часть 19. Глава 19. Сид Абдул и дядя Али о Мухамеде и его семье.Зорайдэ следила, чтобы служанки как следует ухаживали за сидом Али и его приятелем Абдулом. Старики по очереди вымыли руки и прошли к столу, но сид Абдул успел приструнить Дунию перед тем, как она увела заплаканную, растерянную Кариму во двор.Женщины уже дошли до порога, когда их настигли слова Абдула.- Дуния, если женщина совершает пять намазов, постится в Рамадан, хранит свое целомудрие и слушает своего мужа, то ей будет сказано: «Войди в Рай через те врата, которые пожелаешь».Лара Дуния, погрузившись в мысли об ожидаемой авантюре, через которую им с Каримой предстояло пройти, тем не менее, оглянулась, не пропустив мимо ушей слова Абдула.- Ты что хочешь сказать? – прищурилась женщина.- Аллах! Какую недогадливую жену послал мне Всевышний! - насмешливо заметил старик и тут же погрозил пальцем. - Дуния, не смей ничего предпринимать, чтобы подтолкнуть Кариму к хараму. Иначе ты будешь гореть в пламени ада! А врата Рая навсегда будут закрыты для тебя.- Отстань, Абдул! – отмахнулась его наглая и непослушная жена. - Иди лучше верблюжатину есть!У сида Абдула от такого ответа поползли вверх брови, его рот округлился, уже готовы были вылететь и слова негодования. Он невольно прижал к груди руки с зажатыми в ладонях четками, но обе женщины выскользнули во двор так торопливо, что старик не успел ответить.

Сид Али, предвидя семейную ссору приятеля с женщиной, которая не так давно была его собственной женой, и потому зная, на что она способна, поспешил увести Абдула в небольшую гостиную рядом с кухней, где Зорайдэ распорядилась накрыть стол для них двоих. Разве им не о чем было поговорить, нечего обсудить после поездки в дом сида Рахима, который так и не приехал на похороны родственницы?Усевшись за стол, сид Абдул долго возмущался поведением жены, предрекая кары, которые обязательно свалятся ей на голову. Едва он успокоился, принялся за еду, как зазвонил телефон, и Зорайдэ вынуждена была принести старикам телефонную трубку. С некоторых пор сид Али поменял аппарат на первом этаже на более современный.- Сид Али, из Бразилии звонят. Мухамед хочет поговорить с Вами, - сказала она, подавая мужу трубку.Но дядя Али не успел даже ответить бывшему мужу Латифы. Сид Абдул подскочил на месте и, протягивая руки за телефоном, потребовал немедленно дать ему поговорить с племянником.- Мухаааамед! Мухамед, о чем ты намерен говорить с Али? О чем? Разве я незапретил тебе думать о Латифе? Ты снова начнешь уговаривать помирить вас? … Аллах! Когда мои племянники превратятся в мужчин? Одалиски вытирали ноги о них всю жизнь, залезали им на плечи и сидели, как на верблюдах, а они никак не могут расстаться с ними. Мужчина, допускающий, чтобы им помыкала женщина, не мужчина и не женщина, а просто ничто!- Абдуууул! Почему ты слова не дал сказать Мухамеду? А если дело не в Латифе? Возможно, у Мухамеда что-то случилось,– сердито вернул приятеля в действительность хозяин дома. – Спроси, что там опять стряслось. Мухамед звонит мне, а не тебе. Почему?- Что-то у Латифы случилось?! – испугалась Зорайдэ, которая только что сопроводила к их столу служанку, которая принесла поднос с очередными блюдами.- Ничего не знаем, Зорайдэ, - повернулся к ней сид Али.

- А что у Латифы могло случиться?! – прикрыв ладонью часть трубки, презрительно воскликнул сид Абдул.- Да что угодно, сид Абдул! – переживая, проворчала Зорайдэ. – Амин с женой переехали в ее дом. Латифа нам звонила вчера и рассказывала, как они устроились.

- Абдул, у твоего племянника есть молодая жена, котораяоказалась далеко не подарком. Мухамеду может быть нужен совет.- И международные звонки тоже стоят очень недешево, - с намеком, негромко произнесла жена хозяина.

Но Абдул ее слова расслышал и опомнился.

- Мухамед! Что у тебя стряслось? – заорал он в трубку. – Что?! Опять – Лейла? Пусть Аллах накажет эту одалиску! Что на этот раз она нахарамила?Выслушав довольно продолжительный, полный жалоб,рассказ младшего из братьев Рашидов, Абдул сурово сдвинул брови и приступил к поучению.- Мухамед, я научу тебя, как надо относиться к юной жене. Когда твоя жена чувствует себя слабой, будь с ней как отец. Когда она плачет, будь ей как мать. Когда она делает ошибку, будь с ней, как с братом. Когда она жалуется, будь с ней, как с другом. Когда она чувствует, что боится, прижми ее к своему сердцу и будь с ней, как влюбленный. Когда она нуждается в совете, будь с ней, как с сестрой. Заставь ее чувствовать, что ты всегда с ней.Он выслушал и то, что ответил ему родственник из Бразилии, помолчал и пообещал:- Хорошо, Мухамед, я подумаю, не забрать ли Лейлу в Марокко. Моя вина в том, что я не выбросил сразу ящик шайтана – телевизор - из дома твоей второй жены, когда она ещё жила в Фесе…. Аааааа, так ты всё-таки его спрятал от Лейлы? Молодец, Мухамед, правильно! Ты давно должен был так поступить! – радостно закончил Абдул разговор.Вернув Зорайдэ трубку, но так и забыв дать сиду Али пообщаться со своимплемянником, старик возвратился на прежнее место за столом, которое покинул, занервничав во время разговора.- Зорайдэ, налей мне мятного чаю. У меня во рту пересохло от злости на Мухамеда. Если бы мои племянники жили рядом со мной, то их жизнь была бы иной. Аллах! В их палатках поселились верблюды и давно там хозяйничают. А они ещё и новых туда приводят.- Абдул, мои племянницы ни при чем! Саид уже пять лет разведен с Жади, а Мухамед расстался с Латифой несколько недель назад, но сам не может с этим смириться. Но у них есть другие жены, которые и создают им проблемы.

- Знаю, Али, знаю! Я боялся, что Мухамед снова начнет упрашивать меня уговорить тебя дать разрешение на никях с Латифой. Но тогда для чего был нужен развод? Что это такое: то развожусь, то передумал. Нет, так нельзя. У Мухамеда есть жена, а ещё - невеста Муна. Пусть думает о них.

- Но какие новости у Мухамеда? – спросил Али, видя, как переживает Зорайдэ, которая стояланедалеко от их стола, делая вид, что занята выпечкой, которую Айша принесла на огромном блюде, а на самом деле была напряжена – что было заметно по ее прямой спине.У Зорайдэ был обеспокоенный и несчастный вид. Но и сам сид Али был расстроен тем, что узнал от Латифы, когда она вскользь проговорилась, о планах Жади купить в Марокко дом. Возможно, об этом стало известно и братьям Рашидам. И теперь там, в Бразилии, из-за этого кипят страсти?

Но всё оказалось не так. Абдул тот час же поведал приятелю о разговоре с племянником.- Мухамед побил Лейлу. Он не признался, что такое она натворила, но я его хорошо знаю, поэтому могу предположить, что ее проступок оооччень серьезный. Если Мухамед не посмел рассказать, что произошло у него в доме, дело очень серьезное. Он даже попросил меня забрать Лейлу обратно в Марокко. Но для чего она мне здесь? Чтобы вернуть ее отцу? А в моем доме мне хватает и Дунии. Ещё неизвестно, какие коварные планы строит старая опытная одалиска, втягивая в свои сети Кариму!

Конечно, Зорайдэ кое-что знала о том, что происходит в домах их родственников в Рио-де-Жанейро. Она составила общее представление из нескольких разговоров, когдапообщалась с Жади, Латифой и Самирой. Но сообщать сиду Абдулу об этом не сочла нужным. Даже сиду Али не все было известно.А уж от сида Абдула можно ожидать чего угодно!Зорайдэ не хотела усугублять и без того сложное положение в семье Мухамеда и Латифы. Бывшей семье. Вот поэтому она прислушивалась к разговору мужчин, даже решилась подслушать, когда уже нечего стало делать возле блюда с печеньем, и она, едва выйдя из гостиной, тут же пристроилась за тяжелой занавеской в проходе между комнатами.

Ей не терпелось поговорить с сидом Али, обсудить все новости. Но сид Абдул застрял за столом надолго: он не только охотно кушал, но и принялся обсуждать дела племянников в Бразилии.- Мухамед побил Лейлу, выпорол ее плетью, - довольным тоном сообщил он.Видя, как недоумевающе расширились глаза у Али, каким осуждающим стал его взгляд, Абдул пояснил, чтобы успокоить приятеля:- Мухамед бил не сильно, дал не восемьдесят ударов плетьми, как полагается, а с десяток, и то – бил мимо, для острастки. Но что-то там произошло…- Аллах! Абдул,мне странно слышать, что муж Латифы (бывший, конечно, я же помню, что он уже бывший муж моей племянницы!) мог бить кого-то, тем более - плетью. Даже Саид никогда не трогал женщин. Но чтобы Мухамед…, - потрясенно проговорил сид Али, покачав головой.- В Коране разрешено бить женщину, но строго определено, как и за что. Но сам Пророк, мир ему, никогда не ударил ни одну из своих жен. Он никогда не оскорбил и не унизил словом или поступком ни одну из жен. Он даже помогал им в домашней работе: свои сандалии и одежду чинил сам.- Женщина создана быть женой, находитьсяв доме, воспитывать детей и радовать мужа, - согласился с ним сид Али. - Что Мухамеда не устраивает в его молодой жене?- Он не сказал об этом. Но, Али, женщины теряют стыд, когда мужчины не соблюдают то, что на них возложено. Женщина – это тень мужчины. Если палка прямая, то и тень ее будет прямой. И когда мужчины начнут вести себя достойно в обществе, то и женщины последуют их примеру, - начал горячиться старик, уже грозя корявым указательным пальцем, при этом в его ладони снова были зажаты четки, с которыми Абдул не расставался.- Абдул, разве Мухамед отступает от предписаний Пророка? – удивился сид Али.

- Не знаю, -признался сид Абдул. – Но чувствую, что оба моих племянника, живя на Западе, погрязли в харамах из-за женщин, которые появились в их домах в качестве жен.- Ты сам выбрал для них жен, Абдул. Лейлу уж точно нашел Мухамеду ТЫ, - напомнил сид Али.Но Абдул не желал слышать критику в свой адрес. Он просто проигнорировал услышанное и продолжал рассуждать.- Очень важно то, с кем ты общаешься. Гнилое яблоко не станет хорошим, если его положить в корзину с хорошими яблоками. Но от него могут сгнить и все другие. Поэтому постоянно пребывай в кругу благочестивых людей – эту истину я не устаю повторять Саиду и Мухамеду многие годы!- Абдул, я не знаю, как там Саид, но про Мухамеданельзя сказать, что он общается не с теми людьми. Он даже в Бразилии каждую пятницу ходит в мечеть на пятничную молитву. За двадцать пять лет, прожитых в Бразилии, он не пропустил ни одного пятничного намаза. Латифа мне рассказывала.- Али, он ходит в мечеть, но кто его окружает каждый день? Что за люди? – возмущенно потряс Абдул воздетыми руками. – Сегодня мужчины вроде есть, но посмотрите на их волосы, подобные женским, посмотрите на их одежды, уродливо облегающие тело, на их разговоры и на золотые украшения, которые они носят. Осталось только надеть на такого платок и выдать замуж – столько всего уродливого в наших молодых мужчинах, чего не было в наших предках. Но это даже здесь, в Марокко, а что творится на Западе?! Там уже наступают последние времена перед Судным днем!- Абдул, я знаю, как сильно ты не любишь Запад.

- Не за что его любить! – отрезал старик и взял поднесенный Зорайдэ стакан с мятным чаем. Женщина воспользовалась тем, что Айша приготовила новый чайник и принесла хозяину и его гостю.

– Зорайдэ, что-то давно у вас не пекли мое любимое печенье – «рожки газели»! – заметил сид Абдул, ожидая, когда наполнят его стакан чаем.- Так и повода нет – ведь это праздничная выпечка, - начала оправдываться жена сида Али.

- Зорайдэ, отправь на кухню кого-нибудь из служанок, пусть испекут печенье, которое нравится моему другу, - попросил сид Али.

Зорайдэ, которая и вернулась только для того, чтобы подать чай старикам, ушла, оставив их вести беседу. Она надеялась, что позже сид Али поделится с ней всеми новостями, которые узнает от Абдула.

А сида Абдула было уже невозможно остановить. Вероятно, слишком много накипело у него на душе, но излить откровения долгое время было некому. С приятелем Абдул давно не беседовал, потому что Али был часто занят то на верблюжьих рынках, участвовал в торгах, то вел дела на красильне, а также исполнял обязанности, которые были возложены на него, как на шейха.Абдул же много времени проводил на медине, слушая сплетни о других семействах и обсуждая людей, но сам он никому не мог признаться, что и у него не всё в порядке в семьях племянников. Поэтому он выжидал встреч с сидом Али, чтобы обсудить дела их семей, связанных не только дружбой, но и родственными отношениями.- … с женщинами надо уметь разговаривать, Али. Не стоит затыкать жене рот. Но надо ответить, чтобы она поняла тебя так: «Я твое мнение услышал и сам приму решение». Мужчина – хозяин своего слова.- Это так, Абдул, это так.

- Но Мухамед забыл простую истину: большая часть того, что слышатуши – ложь, но то, что видят глаза – истина. Он должен был давно увидеть, что его жена Латифа неправильно воспитала дочь. Самира не захотела надеть платок. Она и теперь его не носит.

- Я тоже беспокоюсь, Абдул, как Амин и Самира смогут найти общий язык, живя в доме матери.

- Али, если бы Самира чтила наши обычаи… Тогда Амин был бы ее защитником, пока Самира не вышла бы замуж. Как говорится, за спиной брата даже ветер в сторону сестры не дует. Но теперь парень будет вынужден воспитывать сестру, чтобы ее поведение не стало дурным примером его жене.- Амин удачно женился. Он принял Халису. Она оказалась хорошей невесткой, Латифа ее хвалит, - кивал, говоря, сид Али.

- Но Самира не носит платок! Мухамед не теряет надежду, опять начал приносить ей платки, когда она вернулась в Сан-Криштован и поселилась у матери.- Латифа тоже разговаривала с Самирой, пыталась уговорить ее опомниться и надеть платок, - возразил сид Али. - Однажды ей это удалось – когда Латифа с сестрой и дочкой ездили на праздник в дом сида Керима. Мне рассказывал твой племянник.- Слышал, я слышал и очень удивился. Значит,Самира не пропала окончательно. Надо понять, как удалось Латифе подвигнуть дочь на такой шаг. Может быть, ей понравился сид Керим?! Не напрасно Мухамед намекнул мне, что Самиру можно сосватать Кериму. Возможно, в Бразилии происходит что-то, о чем мы не знаем? – призадумался старик, не заметив, как удивленно переглянулись сид Али и Зорайдэ.- Абдул, не стоит сватать Самиру, она пока не готова к замужеству.- Она не готова?! Да ей уже за двадцать! Ей же двадцать три? Она уже старая дева по меркам Феса. Нет, Мухамед прав: ей пора искать мужа. Я немедленно этим займусь. Мухамед намекнул, что ему стало что-то известно о поездке дочери в Марокко. Так или иначе, но Самира получит мужа. Вот увидишь, Али. И не возражай: Самира – моя кровь, а не твоя. Мне решать ее судьбу.Сид Али и не пытался перечить другу – ведь тот был прав. Самира – дочка его племянника Мухамеда. Поэтому он только потер ладонью подбородок, но ничего не стал говорить.Зорайдэ схватилась за сердце, но вмешиваться в разговор остереглась, чтобы услышать больше. Она всегда следовала мудрому принципу: если человеку дано два ухо и один рот, надо больше слушать и меньше говорить.

- Самире неловко носить платок в Бразилии, потому что никто из ее подруг так не одевается. Жади тоже не носит платок, как и дочь Керима. Хотя я никого из них не оправдываю, - потянувшись за курительной трубкой от кальяна, сказал сид Али. – Возможно, оказавшись здесь, в Марокко, Самира наденет платок.Абдул тут же вскипел:- Почему ей неловко? Самира стыдится носить платок? Даааа…, в Бразилии многие женщины не стесняются раздеться на пляже почти до гола, но почему-то им стыдно быть одетыми!- Абдул, Самиру мы потеряли, как и Жади. Возможно, когда-нибудь они опомнятся. Но Жади осталась мусульманкой, а Самира отошла от нашей религии, к несчастью.- Али, это Жади – мусульманка? – живо откликнулся приятель. – Если она ещё мусульманка, то ее ждет ужасная судьба – она будет гореть в пламени ада уже за то, что стала женой бразильца! Ответь: ее сыну сделали обрезание?Видя, что Али замешкался, Абдул торжествующе сказал:- Нет, вижу - не сделали! Я так и знал!..- Но он же не мусульманин, как и Лукас. Сын Жади унаследует религию отца, - пожал плечами сид Али.Они продолжали спорить, а Зорайдэ вынуждена была снова уйти, тем более, что ее интересовал куда более важный вопрос: чем занята Карима. Куда увела лара Дуния их сплетницу? Как и сиду Али, Зорайдэ тоже не понравилось, что судьбой Каримы озаботилась жена сида Абдула.Зорайдэ поднялась на второй этаж и через женскую половину вышла на галерею. Стоя там, она и обнаружила внизу у одной из колонн шепчущихся о чем-то женщин. Зорайдэ внимательно вгляделась в их лица, так как все равно было невозможно услышать, что они обсуждают. Она постаралась понять, о чем у них идет разговор, и понимающе сузила глаза, обдумывая, как отговорить Кариму не участвовать в замыслах Дунии, которые ни к чему хорошему не приведут.

Когда Дуния, несколько раз что-то повторив приунывшей Кариме, вышла через ворота на медину, а Карима скрылась в доме, Зорайдэ недолго постояла на галерее. Она решила пока не трогать жену Ахмета, хотела сначала посоветоваться с сидом Али, чтобы знать, как он сочтет правильным поступить с неразумной женщиной.Но сид Али был занят, и тогда Зорайдэ решила навестить Хадижу. Она не видела девушку с вечера.

…Хадижа сидела в отведенной ей комнате. За пол дня она успела позвонить всем: матери, тете Латифе, Самире, поговорить с Ясмин и Фатимой, оставить сообщение отцу, до которого не смогла дозвониться.

Вот только в Мекнес звонить она не решалась, пусть и очень хотелось узнать, как лара Джабира справляется с домашними делами, что нового и когда собирается Фарид ехать в сады. И почему не приехал сид Рахим? Не случилось ли и с ним чего-то плохого? Впрочем, она бы уже знала об этом, ведь сид Абдулблизко знаком с дедом Фарида.Конечно, за всеми вопросами скрывалось желание узнать о Зухре. Что Фарид сделал с ведьмой, которая украла ее ожерелье? И как оно оказалось на шее несчастной лары Асии? Хадижу нервировала неопределенность: выгонит Фарид воровку, разведется с Зухрой, или ей опять всё сойдет с рук?

Но она боялась узнать ответ. Потому и звонить в Мекнес было страшно. А дядя Али так и не рассказал, чем закончился вечер после похорон. Может быть, Зорайдэ что-то уже известно?Хадижа несколько раз вызывала служанок и посылалаузнать, где Зорайдэ. но они приносил один ответ: Зорайдэ занята. Она угощает чаем хозяина дома и его приятеля.

И вдруг открылась дверь, и вошла, наконец-то,Зорайдэ!- Зорайдэ, я так тебя ждала! Что нового рассказал дядя Али? Зухру выгнали из дома?– спросила Хадижа с надеждой, но закончила разочарованно, увидев выражение лица жены сида Али. -…или нет? Как же так, Зорайдэ?!- Успокойся, Хадижа. Ведь сид Рахим так и не приехал в Мекнес. А какой семейный совет без него? Он старше всех, даже сид Абдул моложе его, так за ним и решающее слово. Вот появится сид Рахим, и тогда…- Не верю, Зорайдэ, они никогда не выгонят Зухру! Никогда! – чуть не плача, заговорила Хадижа.

- Это не им решать. Если Аллах захочет, то Зухра окажется на улице и без мужа.- Я хочу, чтобы ее уже не было в доме, когда я вернусь из Феса.

- Хадижа, только старайся ни с кем об этом не говорить. И не требуй от мужа, чтобы он отказался от второй жены. И ларе Джабире тоже не жалуйся, не откровенничай с ней. Будь подобна цветку: раскрывай свое сердце перед людьми не спеша. Смотри, кто хороший человек и достоин, кто относится к тебе искренне – тому и открывай свою душу, а тот, кто обрывает лепестки и топчет ногами,не достоин тебя, твоего доверия. Не каждого человека пускай в свою жизнь.

- Но как же быть? Как я могу не жаловаться на Зухру, если она крадет мои вещи?!- Ты меня не поняла, Хадижа. Я говорю не об этом.

- Тогда о чем? Фарид не наказывает Зухру за проступки, за которые когда-то ей могли отрубить руки! Сейчас у нее не было бы обеих кистей рук за две совершенные кражи.- Хадижа, однажды Фарид поймет, что в старости за ним будет ухаживать его жена, а не его друзья, заботиться о нем будет не Зухра, а ты! Он сейчас ставит Зухру выше тебя, но придет время, когда он прозреет и оценит тебя по достоинству.

- Когда это случится, Зорайдэ? Сколько ещё ждать? Когда мы все состаримся? Я, Фарид, Зухра?- Не знаю, Хадижа. Будем надеяться, что скоро, иншалла.

- Иншалла!

- А пока начни благодарить Аллаха за всё, что у вас с Фаридом уже есть, и он даст тебе всё, чего не хватает. Когда-нибудь твой муж избавится от такой жены, как Зухра.- Зорайдэ, а вдруг Фарид захочет взять ещё одну жену? Он расстанется с Зухрой, но попросит дядю Абдула найти ему невесту, и дядя Абдул тут же это сделает.Зорайдэ застыла от неожиданности. «Уже попросил! Только ничего у него не выйдет!» – подумала она, вспомнив намеки сида Али, но ничего не стала рассказывать впечатлительной дочери Жади.

- Конечно, не выйдет. Мы придумаем что-нибудь, чтобы ее отпугнуть.- Ты так думаешь? – неуверенно спросила девушка, непроизвольно прикасаясь к недавнему подарку, сделанному Фаридом: трем соединенным между собой браслетам. - Хадижа. Откуда эти браслеты? Я их у тебя не видела.

- Зорайдэ, я же тебе рассказывала, когда недавно звонила, что Фарид сделал мне подарок, - улыбнулась дочка Жади и ещё раз подробно рассказала ей о том, как Фарид ее удивил. 20. Часть 19. Глава 20. Карима и Дуния.

Лара Дуния после разговора с Каримой отправилась вовсе не домой, а в дом младшего сына, чтобы узнать, как чувствует себя Икрам.

Парень старался не лежать, а по возможности передвигаться по комнате, гипс с ноги сняли, теперь Икрам пользовался костылями.Выяснив, каково самочувствие сына, Дуния расспросила и о будущей невестке: что Икраму известно об Арибе. Потом выложила ему то, о чем ей удалось узнать от словоохотливого злоязыкого сида Абдула.

- Не знаю, что там происходит, сынок, но Мухамед выпорол свою женушку. Не дай Аллах, если и Ариба окажется такой же, как Лейла. Недаром же они родственницы.- Нет, мама. Ариба совсем другая.- Аллах, другааая… Конечно, ей не откажешь в трудолюбии. Мухамед звонил Абдулу и жаловался, что Лейла ничего не хочет делать, и если бы не Ариба, то он и его новорожденный ребенок умерли бы с голоду! Утонули бы в грязи, в пыли ив нестиранных пеленках.-Мухамед превратил мою невесту в служанку! Он и его жена взвалили на Арибу всю домашнюю работу!

- Это так. Она и за ребенком ухаживает. Мухамед намекал, чтобы дядя затянул время с твоей свадьбой, сынок. Боится, что пока он не женится на Муне, без Арибы не обойтись.- Нет, я не согласен! Наоборот – я подумываю поторопиться со свадьбой. Мне звонила.., - запнулся Икрам.- Кто звонил? – от лары Дунии не укрылась заминка сына. – Что тебе рассказали? Что-то о твоей невесте?- Да, - признался Икрам, который никогда не мог противоречить матери.- Рассказывай! – сурово потребовала Дуния. - Что не так с Арибой?- С ней всё в порядке. Но я боюсь, как бы мою невесту не увели у меня из-под носа! Лейла мне позвонила и сказала, что намерена уговорить мужа сосватать Арибу Мустафе. Это родственник Мухамеда. Что это будет очень выгодный брак для него, так как он живет рядом с Мухамедом и работает в его магазине. Ариба станет его второй женой.- Хм… А тебе-то для чего Лейла звонила?- Она хотела меня предупредить, чтобы я не надеялся на женитьбу. Пусть я и сосватал Арибу, но Бразилия слишком далеко от Марокко, чтобы я смог воспрепятствовать, если Мухамед решит выдать Арибу замуж за родственника. Что мне делать? Лететь за невестой в Бразилию?- Ещё чего! Пусть только посмеют нарушить обычай! Твоя невеста должна достаться только тебе! И не переживай, Икрам: как бы Лейла сама не оказалась скоро в Марокко, одна,без мужа. Мухамед намерен отослать ее в Фес на попечениедяди Абдула.- Зачем? И дядя Абдул согласился? Он уже опекал Лейлу, когда она осталась одна с Арибой в своем риаде.

- Думаю, Мухамед настолько устал от молодой жены, что подумывает вернуть ее отцу.- Но это же будет скандал! Что скажут на медине о моей невесте? Она жила в доме мужа Лейлы, и люди придумают о ней разные небылицы из-за ее родственницы.- Аллах… Да, такое может быть. Вот что: я поговорю с Абдулом. Пока ты не женишься, пусть он не возвращает Лейлу ее родителям. Сначала ты женишься, а потом пусть делает, что хочет.- Я столько времени потерял из-за сломанной ноги. А мог бы уже заработать денег на покупку золота моей невесте, иншалла, - стал сокрушаться Икрам.- Думаю, эта девчонка выйдет за тебя замуж, даже если ты купишь ей совсем мало золота, - насмешливо уверила его мать, протягивая руку за печеньем, принесенным служанкой вместе с чаем.- Но я сам не хочу опозориться перед всей мединой! Ариба будет вправе отказаться выходить за меня замуж. И больше никто не захочет выдать за меня свою дочь.- Ничего не будет. Ты не потеряешь невесту. Твоя мать тебе обещает, - погладила его лара Дуния по плечу, дожевывая печенье. – Пойду, немного отдохну. Я сбежала от Абдула. Сынок, если он позвонит тебе, скажи, что не знаешь, где я могу быть. Мне необходимо отдохнуть. Я так устала вчера в Мекнесе, но ещё больше меня утомили нотации Абдула. Хочу посидеть в спокойной обстановке.Сын кивнул, мать ушла в свою комнату, где прекрасно жила до авантюрного замужества с Абдулом, закрыла дверь на ключ. Но Икрам служанку и велел отнести матери что-нибудь перекусить. Ведь она только чай пила, но не ужинала.…Но лара Дуния беспокоилась не о еде, а о другом - собиралась ещё раз обдумать то, что намеревалась провернуть завтра.

Женщина сняла с запястья тяжелый золотой браслет, с таким трудом отвоеванный у Абдула, положила его на столик, но, заметив, как потускнело украшение, достала мягкую тряпочку и принялась натирать браслет до яркого блеска. И, конечно, вспомнила то золото, которое не купил ей Абдул, и теперь оно досталось тем, кто пришел за покупками в ювелирные лавки, где Дуния откладывала для себя украшения в надежде, что старик не захочет ударить лицом в грязь и купит ей всё золото, которое она присмотрела.Аллаааах! Как раз завтра она собиралась обойти все эти лавочки, чтобы в последний раз взглянуть на украшения, как на утраченные мечты. Но по пути к дому, где жил Икрам, она заглянула в ту самую лавку торговца Абдурахмана, где ею были отложены самые красивые, тяжелые и дорогие пояс и ожерелье.

Дуния переступала порог лавки с чувством горечи, не представляя, как у нее хватит сил отказаться от украшений, которые никогда не станут ей принадлежать.Но оказалось, что переживать уже не о чем: ювелир выложил на витрину невостребованное золото.«И этот тоже знает, что Абдул не станет покупать мне золото в махр. Да он же с самого начала не был намерен откладывать мне золото! – заподозрила Дуния. – Он мне поддакнул, а сам наверняка связался состариком. Абдул и отказался от покупки украшений. И выбранные мною ожерелье и пояс вернулись на прежние места».Но как только Дуния вошла и огляделась в лавке, заполненной женщинами, как поняла: две семьи пришли покупать золото невесте. Вот и жених стоит – с серьезным, сосредоточенным видом. А невеста и ее родственницы наперебой берут у торговца украшения, рассматривают, оценивают, показывают невесте, уговаривая ее выбрать именно эту вещь или вон ту…

У лары Дунии закружилась голова от избытка чувств, когда она увидела, что невесте протянули и приложили к шее именно то ожерелье, которое жена Абдула присмотрела для себя, то, которое ей так понравилось.Хищно улыбаясь, она все-таки смогла сдержаться, но расспросила, из каких семей невеста и жених, кто их сосватал, сколько золота жених обязался купить невесте… И когда ей сказали, что это сид Абдул нашел невесту, лара Дуния готова была отправиться назад в дом Али, чтобы придушить жадного и коварного старика.

- Абдууул! Будут тебе сказочки Шахерезады! Я тебе устрою горячую восточную ночь! Прибью его подушкой, будет Абдул бегать от меня по всему дому! Самец кобры! Змей, да сократит Аллах его дни! – зло проклинала она про себя старика, который так обманул ее надежды. Она сочла насмешкой, и не судьбы, а именно Абдула, то, что на ее глазах незнакомая невеста выбрала украшение для своегомахра. И эту невесту выбрал для кого-то сид Абдул!

И вот теперь, сидя у себя в комнате, натирая до блеска золотой браслет, когда-то принадлежавший первой жене Абдула, Дуния строила планы мести. А отомстить старику можно очень болезненно для него: если отыскать ТУ женщину. (Нет-нет, вот только браслет возвращать она никому не собиралась!) Но лара Дуния понимала, что одной ей не справиться. Старик следит за ней, держит ее в поле зрения. Но ей хотелось сделать появление одалиски неожиданным. А кто тогда поможет? Став мужем Дунии, сид Абдул на законном основании стал теперь требовать у нее отчет – где была, чем занималась, с кем виделась…- Карима! Конечно, только она может мне помочь! Всё и всех на медине знает. Ее часто отпускают на рынок и в лавки за продуктами, одну или с кем-то. Но если кому-то и удастся узнать, что стало с беглой женой сида Абдула, то только Кариме. Она сможет сунуть любопытный нос всюду. Да и сида Али она же может расспросить, не вызывая подозрений. Всемизвестно ее неуемное любопытство.Дуния взяла со столика духи, которыми так давно не пользовалась. Ведь у Абдула, чего не коснись – всё является харамом. Разбрызгав ароматную жидкость на платье и волосы, она снова вернулась к размышлениям о Кариме.- Карима станет действовать тем вернее, если я ей помогу. Но действовать надо срочно.Как помочь сплетнице и скандалистке из дома сида Али? Дуния знала Кариму много-много лет. Карима способна на многое, если сильно захочет что-то получить. А мужа она терять никак не желает. Вот потомузадача не казалась Дунии слишком сложной. Главное – продумать все детали. Карима должна уговорить Фатьму встретиться с ней. Но как заманить претендентку в жены Ахмета в лавку, где торгует фруктами отвергнутый ею жених? Если удастся это, то остальное -дело техники. Как только женщина окажется в нужном месте, тут уж Дуния уверенно сыграет свою роль.

Чтобы лучше думалось, лара Дуния, подкрепившись принесенным салатом, достала из сундука шкатулку, которую из предосторожности унесла из дома сида Абдула, открыла ее и начала перебирать украшения. Держа в каждой руке по горсте колец, серег и браслетов, как бы взвешивая их, она сидела на кровати и обдумывала варианты, как зазвать соперницу Каримы в ловушку.

Наконец, выход был найден. Дуния довольно усмехнулась и осторожно ссыпала украшения обратно в шкатулку. Надежный способ поиска решения сработал и на этот раз. Золото влияло на мозги женщины очень даже хорошо.А где искать бывшую возлюбленную сида Абдула – это уже проблема Каримы. Дуния не сомневалась, что жена Ахмета расстарается для нее в благодарность за то, что ей вернули мужа.

- Хм, то, о чем мне рассказала сплетница Карима, совпадает с тем, что я услышала от Нурии. Если в Фесе живет сестра той блудницы, то и ее саму можно будет разыскать. Столько лет прошло, и даже если семья прокляла одалиску, бросившую Абдула, то на старости лет сестры могли и разыскать друг друга. А мы с Каримой найдем жену Абдула. Как же ее звали? – приложила ладонь ко лбу лара Дуния. Называла ей Нурия имя бывшей хозяйки или нет? Что же у нее с памятью?!Дуния встала, переоделась в домашнюю одежду, повесила черное платье, украшенное вышивкой, в шкаф. Распустила густые черные волосы и начала расчесывать их перед зеркалом. И вновь в голову полезли воспоминания о пребывании в ювелирной лавке, и тогда негодование снова захлестнуло ее из-за упущенного ожерелья.- Аллах! Скоро, уже скоро Абдул наяву увидит страшную сказку о возвращении одалиски! Или я не Дуния! Кариме надо обязательно подсказать, чтобы она расспросила Али про давнюю историю Абдула и его беглой жены. И случай подходящий: Карима сейчас на грани развода, и Абдул тогда тоже развелся. Али ни о чем не должен догадаться. Но Карима тоже бывает сообразительной и догадливой. Пусть расспросит, где сейчас может быть старая одалиска. Пригодится, если мы с ней не сможем ничего узнать.Но если Кариме Дуния намеревалась помочь в ее беде – постараться вернуть мужа, то на лару Нурию она затаила зло. Нурия только и делала, что указывала Дунии, как она должна себя вести, став женой Абдула, и что не должна делать.- Аллах! Я и тебе, Нурия, тоже устрою веселую жизнь! – мысленно пообещала она верной служанке Абдула. – Вот как вернется беглянка, так она и станет второй женой, если Абдул ее не прогонит. А я подговорю ее отрицать, что был развод. Пусть Абдул выбирает: или скандал на всю медину, или он тихо примет назад эту предательницу. Вот тогда-то и посмотрим, как Нурия заживет!

Но Дуниябыла так зла на всех и вся, что ей было мало любых страданий, которые могли выпасть на долю Нурии или Абдула. И женщина вновь призадумалась, как бы Абдула женить на Нурии.

- Так, значит, я буду первой женой, одалиска – второй, а Нурия – третьей. Уж я посмеюсь над стариком, когда ему придется иметь дело с таким гаремом. Разве ему с нами справиться?Дуния хотела уже лечь спать, но вовремя вспомнила, что завра Абдул в который раз потребует рассказать ему сказку. Толстую книгу, выданную ей Абдулом, тот самый сборник арабских сказок «Тысяча и одна ночь», ей давно не хотелось даже открывать. Но книга осталась в доме Абдула. Что же делать? Дунии нравились сказки, в которых или глупый старик оказывался ни с чем, или в которых говорилось о золоте, драгоценностях, что давало Дунии повод в который раз упрекнуть Абдула в жадности, напомнить о не купленныхукрашениях, которые так и не дождались ее в ювелирных лавках, раскиданных по всей медине.Но чтобы отыскать такие сказки, нужно было перелистать всю книгу, а то и прочитать ее полностью, чего Дунии делать не хотелось: и лень, и само занятие казалось ей унизительным.Она теперь частенько начала сама придумывать сказки. А когда Абдул пытался ее уличить, она поднимала крик, уверяя, что она ЧИТАЛА такую сказку, пусть поищет ее в книге – сказку под номером… ээээ…. 485 или….ээээ…. 392…Но Абдул пока не брался проверять, хотя и уверял, что знает все сказкиШахерезады, но таких, которые Дуния ему рассказывает, что-то не припоминает.Вот и теперь, зная, что старик снова прицепится к ее браслету и потребует рассказать очередную историю Шахерезады,но обязательно - с поучительным содержанием, ларе Дунии вместо отдыха пришлось сочинять очередную сказочную историю.

С некоторых пор у нее открылся такой талант, что позавидовала бы сама Шахерезада. Но в ее сказках обязательно султаны и мужья дарили возлюбленным одалискам или женам дорогие украшения, кольца и ожерелья, тяжелые пояса и украшенные драгоценными камнями браслеты. Дуния получала какое-то дикое удовольствие, подробно описывая каждое кольцо, каждую серьгу, каждый браслет. А уж это она делать умела! Абдула подобные моменты страшно выводили из себя, так как он не мог уловить никакой морали в таких сказках.- Нравоучение ему подавай! – проворчала Дуния, вспоминая, как тщетно старался Абдул доказать ей, что не в золоте счастье женщины, а совсем в другом.Но сегодня по пути из Мекнеса сид Абдул пригрозил, что теперь он будет слушать ее истории с книгой сказок в руках. И обязательно начнет сверять указанный номер с тем, какой сказке Шахерезады он соответствует. Дуния опасалась, что, уличив ее в обмане, Абдул отнимет браслет. А браслет ей как раз ипонадобится. Нет, отдавать егопрежней хозяйке она не думала, разумеется. Но она была намерена показать женщине старое украшение, брошенное в муженька при расставании. Золотой браслет должен был освежить старухе память. С его помощью можно будет заманить бывшую жену Абдула в их риад. А там, когда одалиска окажется в западне, пусть Абдул делает с ней, что хочет. Но втайне Дуния надеялась, что беднягу хватит удар при виде призрака из прошлого!Тяжело вздохнув, Дуния принялась к сочинительству. Хотелось придумать историю с кровавым концом. Взяв в руки для вдохновения полюбившийся браслет, она начала фантазировать вслух:«… В одном арабском городе жил старик, был он очень жадным. Похоронив трех жен, которых заморил голодом, он взял себе молодую и красивую жену. Но так и не купил ей положенного золота… Что бы такое могло с ним случиться?.. ээээ… Девушка была не только красивой, но и доброй. И в нее влюбился джинн, который тайно обитал в доме старика. Когда молодая женщина заподозрила, что в доме поселился джинн, она стала его подкармливать, оставляя под деревом в саду риада тарелки с молоком и разной едой.И за это она понравилась джинну ещё сильнее… Так…. Что бы такое ещё придумать?!… ….Однажды молодая жена старика проснулась и увидела на столике возле кровати чудесное ожерелье, взяла его и примерила перед зеркалом, решив, что старого и жадного мужа замучила совесть… Ага! Вот тут-то я и опишу во всех подробностях мою потерю! Я до конца жизни не смогу забыть ТО ожерелье, которое досталось какой-то девчонке, которая получила его от жениха.Мысленно представив украшение, с закрытыми глазами «примерив» его на себя, Дуния тяжело вздохнула и продолжила сочинительство.

- …Жена скупого старика надела свой лучший кафтан и вышла с ожерельем на шее к мужу, когда он вернулся с медины. Старик не позволял несчастной выходить на улицу. Он заметил украшение, удивился его появлению, но не сказал ни слова. На следующий день история повторилась: жена старика проснулась и вновь увидела на столике украшение, лучше прежнего. Но на этотраз это был тяжелый золотой пояс, украшенный изумрудами….Дуния немедленно во всех мелочах вспомнила пояс, который тоже ей не достался. Вот только изумрудов на нем не было. Но кто-то купит и его, и возможно, она однажды увидит его на каком-нибудь празднике в Фесе на одной из знакомых ей женщин. У Дунии при мысли об этом сжались кулаки, ей захотелось кричать и топать ногами.

Но надо было додумать историю, чтобы не расстаться с полюбившимся браслетом, который она и сейчас крутила в руках.-…Хм, хм, что дальше-то? Аллах! Как Шахерезаде удалось сочинить столько сказок? Тысячу сказок! Но она боролась не за браслет, а за собственную жизнь! …Так вот, жадный старик увидел и золотой пояс, но сделал вид, что и это его подарок, догадавшись, что жена именно в этом и уверена. Но кто же приносит такие дорогие подарки его жене? Жена сидит дома, взаперти, она никуда не ходит, но и к ним тоже никто не приходит! Так откуда же появляется золото? И скупец решил проследить и узнать, кто кладет золото на столик в комнате его жены.Риад был старинным и очень большим. Старик затаился в нише за столбом, что поддерживал арку, и стал ждать. Ночью он увидел, как к двери комнаты его жены по коридору крадется джинн, а в его огромных ручищах старик увидел зажатые в ладонях золотые цепочки и браслеты. Джинн проскользнул в спальню молодой женщины, а старик, мучимый ревностью и самыми неприятными подозрениями, ринулся за ним. Он успел увидеть, как джинн высыпал на столик принесенное золото… Хм, пожалуй, вот тут стоит описать ту длинную цепочку и браслеты,серьги и кольца, которые отказался купить мне Абдул, когда ходил покупать мне золото! Он впоооомнит, конечно же, вспоооомнит украшения, которые так и не стал мне покупать!Занервничав из-за неприятных воспоминаний, Дуния вскочила с постели и подошла к столику, где стоял кувшин с оставленным для нее соком. Жадно сделав несколько глотков, она со стуком, резко поставила стакан и вернулась в кровать.- …старик замахнулся на джинна, забыв об опасности, и сказал: «Что ты делаешь в комнате моей жены? Как ты посмел пройти на женскую половину дома?!» Но влюбленный джинн рассвирепел, схватил старика и унес далеко в пустыню, туда, где были зарыты бутылки, в которых джинн держал людей, ставших его врагами. Он и старика колдовским способом сделал таким маленьким, что смог протиснуть его в узкое горлышко бутылки и закрытьбутылку пробкой.

- Ты был жадным и плохим мужем, поэтому ты навсегда останешься здесь, в пустыне! А завтра владелец ювелирной лавки увидит, что с витрины пропали его лучшие украшения, но узнает, что это ты их украл! Все решат, что вор – ты.Украл и сбежал с его золотом, бросив жену! А твоя жена будет счастливо жить без тебя.- Нет, не делай этого! – взмолился жадный старик, но джинн не стал его слушать и зарыл бутылку в песок, только пробка торчала наружу, пока песком не занесло и ее, когда подул ветер. Джинн вернулся в риад, явился перед госпожой и попросил приказать исполнить три ее желания. И она загадала три желания…Дуния широко зевнула, коснулась головой подушки и мгновенно уснула, так и не закончив сказку. Но это было не страшно, потому что она и сама прекрасно умела загадывать желания. Абдул, конечно, услышит конец сказочной истории. А мораль он и сам в ней отыщет. Хотя если спросит об этом Дунию, она ответит: «Не будь старик таким жадным, купи он жене золото, джинн не стал бы таскать украшения из ближайшей ювелирной лавки, да и с самим стариком ничего бы не случилось!»Вздремнуть Дунии удалось недолго. От сна после фантазий, достойных ума самой Шахерезады, ее оторвал телефонный звонок. Служанка пришла в комнату лары Дунии, разбудила хозяйку, чтобы позвать к телефону. Дуния опешила от такой вольности, но поняла, что звонит не иначе, как сам сид Абдул.Служанки боялись его намного больше Дунии.Разумеется, на том конце провода был Абдул. Его не устроил ответ Икрама, что мать отдыхает и собирается ночевать в его доме, он захотел услышать ее голос.- Ведь просила Икрама сказать, что меня здесь нет! – пробормотала Дуния, идя к телефону.Взяв трубку, она тут же набросилась на муженька:- Ты решил убедиться, что я осталась в доме сына? Что это такое? Следишь за мной?.. Да, Абдул, буду ночевать у Икрама, а утром отправлюсь на медину.У меня есть дела… Что? Кто тебе сказал, что я там улицы подолом джеллабы мету? Что? Я выставляю прелести напоказ?!... Мне надо поговорить с Каримой, - отрезала она.

Дуния швырнула трубку, процедив, что Абдул совсем ума лишился.

- Но как бы он не сорвал мне все планы на завтра. Вдруг явится сюда с утра пораньше? Нет, мне надо его опередить, выйти до того, как Абдул надумает за мной прийти.Вдруг одна удачная мысль пришла ей в голову. Дуния подобрала телефонную трубку и позвонила в дом Али, чтобы поговорить с Каримой. Та уже спала, но служанки из дома Али пошли к ней, разбудили, как велела сделать лара Дуния, отправилиженщину к телефону.

- Вот что, Карима. Завтра я с тобой встречусь. Договорись пойти на медину за… зеленью и фруктами. Именно – за фруктами. Придумай что-нибудь. Отправимся с тобой в лавку того жениха, которого братья Фатьмы забраковали. Не помнишь, как его зовут? Угу… Подумай, как вызвать туда и ее – под предлогом, что ты хочешь с ней поговорить, помириться, договориться, чтобы она не разрушала твой брак, а стала бы первой женой, а ты – второй. Скажешь, что ты на это согласна и желаешь с ней это обсудить.- Как?! – услышала Дуния вскрик Каримы. – Я не согласна, нет, нет, Карима не может на это согласиться! Дуния, ты же мне другое обещала!- Вот глупая! Ты и получишь то, что я тебе обещала. Но завтра тебе необходимо притвориться. Пойми! Как иначе выманить твою соперницу в ТУ лавку? Но чтобы и торговец тоже не знал, что его ждет. Когда Фатьма придет в лавку, где ты будешь якобы выбирать фрукты, то тебе придется начать с ней ссору – неважно, из-за чего! – и завлечь женщину в глубину лавки. Ну да ссориться ты умеешь.- Так я ее плохо знаю. Может быть, сказать ей, что я пойду к шейху и скажу, что не дам письменного согласия на брак с ней Ахмета?- Отлично! Я знаю ту лавчонку – товар и на улице в ящиках выставлен, и на окне-витрине, но много чего – на полках внутри лавки. Вот туда и заведи ее.

- Зачем? – задала бестолковый вопрос Карима.

- Как – зачем? Чтобы удобней было там ее бросить, а самой успеть выскочить из лавки, чтобы захлопнуть дверь! Или позвать свидетелей, объявив, что застала обманщиков наедине!- Теперь поняла, - покладисто согласилась Карима.- Втяни в спор торговца. Пусть он ее защищает, а ты с обоими начни ругаться. А сама, увидев меня на пороге лавки, выскочи на улицу, дверь там легко закрывается, захлопнем ее и тут же начнем кричать, что поймали грешников, которые не побоялись совершить харам средь белого дня в лавке на медине. Так и кричи: братья ее за твоего мужа сватают, а она тайком бегает к бывшему жениху, с которым ее братья родниться не захотели.- Да что ты, Дуния? Неужели она Ахмета обманывает?!- изумилась непонятливая Карима. - Замуж ещё не вышла, а уже обманывает? Надо сиду Али рассказать об этом! Он должен знать! Да я сама к шейху пойду и ему расскажу, а ты подтверди, Дуния! – заволновалась Карима.- Ты что?!Карима, это МЫ должны всех уверить, что Фатьма и торговец фруктамитайно встречаются. А значит – ей никак нельзя выходить замуж за Ахмета! – попыталась втолковать Дуния бестолковой Кариме.- А! Поняла! Дуния, я поняла. Но ее братья не дадут ей восемьдесят ударов плетьми?

- Тебе что нужно: мужа вернуть или уберечь женщину, позарившуюся на твоего Ахмета, от наказания?- Так это харам, - робко возразила Карима. – Сиду Али это не понравится. Ведь мы же собираемся ее оклеветать!- Тогда делай сама, как считаешь нужным, - рассердилась Дуния. – Я тебе предлагаю верное средство. А ты о чем говоришь?

- Я согласна.- Тогда устрой так, чтобы Ахмет и ее братья тоже там были. Впрочем, это заранее не подстроить. Могут заподозрить обман. Ничего, как только сплетни о происшествии в лавке разойдутся по медине, то обязательно достигнут ушей и Ахмета, и ее братьев. Карима, не проспи! Хочешь вернуть Ахмета, действуй очень быстро.- Лара Дуния, где мне ждатьзавтра на медине?Они договорились и об этом, и Дуния, наконец-то, отправилась спать, но продолжая думать о том, что надо будет вытащить из толпы зевак четырех свидетелей, которые будут готовы засвидетельствовать совершенный в лавке харам – когда женщина и мужчина будут закрыты наедине.- Ничего, у нас всё получится. Кариме помогу я, а потом она поможет мне.

21. Часть 19. Глава 21. Карима и Ахмет. Хадижа возвращается в Мекнес.

Хадижа проснулась довольно рано и, услышав доносившийся со двора голос Зорайдэ, встала, накинула халат и вышла на галерею. Все старинные риады похожи – ведь когда-то их строили в строгом соответствии с обычаями. В каждом есть внутренний дворик, окруженный арочными пассажами, куда и выходят двери комнат второго этажа дома.

Хадижа подошла к ограждению и встала боком, чтобы огромный живот не мешал наблюдать за происходящим у фонтана. Несмотря на раннее утро, жизнь в доме уже кипела, если судить по снующим по двору женщинам. Хадижа увидела, как Карима, стоя перед Зорайдэ, размахивала руками, горячо убеждая в чем-то. Впрочем, стоило Хадиже прислушаться, она быстро разобралась, чего добивается жена Ахмета.- Карима, мне не нравится, что ты собралась куда-то пойти. Сид Али велел тебе не покидать дома. Твой муж не хочет тебя видеть, он на время оставил тебя у сида Али. Почему же тебе не сидится? Работы в доме не хватает?

- Зорайдэ, я не могу жить взаперти, без медины я кисну. Я заболеваю без прогулок по медине! Зорайдэ, медина для меня лучшее лекарство.

- Сплетни для тебя – лекарство!- Зорайдэ, отпусти меня на рынок за зеленью и фруктами. Хадиже нужны фрукты, она ждет ребенка! Я пойду, чтобы купить для нее фрукты, и не стану болтаться без дела.- Разве она просила тебя купить ей фрукты? Тогда почему я об этом не знаю?!- Просила! – нагло соврала Карима. – Она просила! Ей нужны витамины! Зорайдэ, я быстро вернусь: куплю фрукты и зелень - и тут же назад.- Знаю я тебя! Пока все сплетни не узнаешь, не обсудишь, так и не вспомнишь о делах.- Зораааайде! – уже заныла Карима. –Мне и так плохо из-за развода с Ахметом, так теперь и ты лишаешь меня последней радости – подышать воздухом медины!- Аллах! – всплеснула руками Зорайдэ. - Иди, Карима! Иди и дыши мединой, но помни: если опять вляпаешься в какой-нибудь скандал, сид Али не станет тебя выручать. Если Ахмет даст тебе второй и третий разводы, то ты останешься без мужа. Участь разведенной женщины очень печальна – помни, Карима.- Я помню, Зорайдэ, помню. Куплю фрукты и назад, иншалла.

Карима немедленно вышла на улицу, которая протянулась мимо дома сида Али и была видна с того места, где стояла Хадижа. Поэтому онаувидела, как Карима почти бегом торопилась в конец улицы, откуда можно было пройти на рынок.- Я не просила никаких фруктов, - улыбнулась Хадижа, - но не стану уличать Кариму в обмане. Мне, и правда, захотелось съесть персик. Вдруг персикиона и купит?Девушка ещё постояла некоторое время на галерее, наблюдая за обитателями дома и рассматривая стены, украшенные традиционной марокканской мозаикой, а также искусными резными панелями из кедра и нарядной декоративной штукатуркой. И тут же начала сравнивать дом дяди Али с риадом, в котором прожила почти год. Фарид, делая ремонт, тоже старался вернуть риаду вид, который был когда-то при отце и деде, но средств и умения ему не хватило.

- Фарид скоро уедет в сады, а я останусь одна, - напомнила она себе.

Что сейчас происходит в Мекнесе? Фарид вроде бы собирается вывезти Зухру в Марракеш, там и оставить, как поделилась с ней планами сына лара Джабира. Но Хадиже не верилось.

А если даже это окажется правдой, то Зухра опять выиграет: проедет с их мужем по красивейшим местам Марокко. Ведь апельсиновые рощи, принадлежащиесемье, расположены на склонах Антиатласского хребта, как вчера во время телефонного разговора Хадижу просветила Самира.- Хадижа, как это ты не знаешь, где находятся ваши апельсиновые сады? – удивилась Самира. – Если в долине Сусс, то… Это в сторону Агадира, который лежит у выхода к Атлантическому океану долины Сусс, спускающейся с Антиатласского хребта.

Дочь тети Латифы так интересно описала ту местность, что Хадиже захотелось увидеть склоны, усеянные пальмами, апельсиновыми рощами и аргановыми деревьями. Но она понимала, что даже если бы муж захотел ее взять с собой, то не в ее состоянии туда добираться.Самира… Она так много знает, но у нее есть компьютер и интернет. Там она и черпает знания об исторической родине и, похоже,знает больше, чем Хадижа, которая теперь здесь живет.

О чем Самира спросила ее? Ах, да! Была ли Хадижа в ботаническом саду Мажорель в Марракеше? Узнав, что - нет, что Хадижа даже не проезжала через этот город, никогда там не была, двоюродная сестра заявила, что это одно из мест, которые нужно посетить обязательно. И когда она – Самира - приедет в Марокко уже как журналистка, получившая грант на поездку для написания очерка о стране, то обязательно там побывает.

- Хадижа! Там необычно! И очень красиво! Зеленые заросли бамбука, кактусов и бесконечное множество разнообразных растений. И всё это дополнено архитектурным ансамблем в голубых тонах. Я видела чудесные фотографии в Интернете. Представь: сад оформлял французский художник Жак Мажорель, а затем сад приобрел Ив Се-Лоран.

Но Хадиже ничего или почти ничего не говорили эти фамилии,сад ее тоже не интересовал. Но услышать о планах сестры ей было интересно. А ведь Хадижа тоже умеет пользоваться компьютером, и если бы в доме был и компьютер, и Интернет, она могла бы переписываться с Самирой, и не только с ней. Вот Фатиме же отец купил ноутбук! Но Фариду даже в голову не придет подобное. Умеет ли он пользоваться компьютером, Хадижане знала.

Вдруг по террасе разлился аромат свежеиспеченного хлеба и сдобы. И ей тут же захотелось позавтракать – булочками, омлетом и фруктовым соком.Она вернулась в комнату, собираясь позвать Зорайдэ или пойти и самой отыскать ее в доме. Но жена сида Али заметила ее, ещё стоя во дворе, когда с ней препиралась Карима. Теперь же Зорайдэ вошла в комнату Хадижи вместе со служанкой, которая принесла для гостьи завтрак.- Зорайдэ, я только подумала, а ты уже пришла, и завтрак тоже принесли, - удивилась дочка Жади.- А как же? Это понятно, что тебе и твоему ребеночку нужно поесть, - улыбнулась женщина.- Я проголодалась, - согласилась Хадижа. – И ещё – я не прочь поесть чего-то рыбного. В Мекнесе рыбу готовят так редко.- Тебе хочется жареной рыбки? Айша, что рассказывала нам на днях Карима про новую лавку, которая открылась недалеко от нас на соседней улице?–спросила Зорайдэ, повернувшись к служанке, которая только что успела поставить блюда с едой и стакан с соком на столик.- Карима говорила, что владелец лавки привозит свежую рыбу в специальной машине с морозильником, на которой несколько раз в неделю ездит в Рабат за сардинами. На рынке могут при вас приготовить рыбу на углях, подать вместе с салатом и свежим хлебом.- Так это не лавка, а ресторанчик, - уточнила Зорайдэ.- Давай сходим, Зорайдэ, погуляем по медине. Я же почти не выхожу из дома в Мекнесе.- Хорошо, Хадижа, поешь и пойдем.- Мы сможем зайти в рыбную лавку?- Конечно. Если тебе так хочется рыбы и фруктов…- Хочется, Зорайдэ, очень.- Давай я выберу тебе одежду, пока ты завтракаешь, - повернулась хозяйка дома к шкафу, куда в день приезда Айша помогла Хадиже переложить привезенную с собой одежду.Быстро перекусив, Хадижа, допивая сок, вдруг вспомнила одну историю, которую слышала отматери, а потом, расспросив отца, и в его версии.- Зорайдэ, как найти тот ресторан, куда мой отец приводил мою маму ужинать, потому что она совсем не умела готовить, каждый раз пересаливая баранину?- Что за ресторан? – удивилась Зорайдэ. – Может быть, его уже и нет? Когда же такое было? – задумалась она. – Неужели ещё до твоего рождения? Да, Жади никогда не умела хорошо готовить.- Если не помнишь тот ресторан, давай взглянем на другой – в который дядя Абдул приводил моего отца выбирать вторую жену, когда я родилась, а мои родители перед этим поссорились. Мне мама рассказывала, что туда же пришел и дядя Али и раскритиковал каждую девушку, на которой мой отец останавливал взгляд. Ему понравилась одна, из известного в Фесе семейства, но дяде Али показалось, что у нее вставная челюсть, в которой он узнал работу европейских стоматологов. Ха-ха-ха!.., - весело рассмеялась Хадижа.- Да…, такое было, - улыбнулась и Зорайдэ. – А зачем тебе, Хадижа?

- Мне любопытно увидеть места, где много лет назад бывали мои родители, - просто ответила девушка.- Нам туда даже зайти нельзя одним. Это семейный ресторан, туда женщины приходят только с семьями, с мужьями, но там часто сидят мужчины в белых джеллабах, такие, как сид Абдул, его приятели. Я часто прохожу там, когда мне надо сходить по делам – на почту, в аптеку. Это не очень далеко отсюда.

- Фатима тоже рассказывала, что она с моим отцом ходила в ресторан, где ему дядя Абдул хотел найти ещё одну жену, и там они ели фирменное блюдо – мясо ягненка в горшочке, подаваемое с луком, зелеными оливками, финиками и даже не помню, счем ещё. Но Фатима так описала тот таджин…- Хадижа, только скажи – и у нас дома на кухне тебе приготовят молодого барашка, но не в горшочке. Жена твоего отца приняла за горшочек, наверно, небольшой таджин на одну порцию.- Не знаю. Я готова, Зорайдэ. Можем идти на прогулку.- Вот, надень все-таки эту джеллабу. Она просторная, скроет твой живот и защитит от утренней прохлады. Все-таки уже поздняя осень, - настойчиво протянула ей Зорайдэ выбранное для улицы одеяние и потом помогла Хадиже его надеть.Оставив Айше и Суккейне распоряжения по работе в доме, Зорайдэ вывела Хадижу за ворота. Они медленно двинулись по той самой улице,по которой совсем недавно торопилась на рынок Карима.

- Куда мы идем? – поинтересовалась Хадижа.

Зорайдэ объяснила. Уходить далеко от дома она не собиралась: мало ли как может почувствовать себя дочь Жади! Ходить полезно, но ведь и роды уже скоро – через месяц или даже меньше.Торговая часть медины, которая ещё называлась суком, состояла из большого количества маленьких извилистых проходов, улочек, тупиков и лабиринтов, в которых оказывались, как правило, неопытные туристы. И как разобраться в хитросплетении улиц?Но у Зорайдэ в голове как будто была карта, по которой она безошибочно ориентировалась на медине. Они не спеша прошли мимо лавок, где продавцы, привыкшие к виду туристов, заламывали уж совсем немыслимые цены. Хадижа и Зорайдэ знали, что лучше не пожалеть времени и пройти вглубь улочек, в самые дебри торговых лавок. Здесь чем дальше, тем интереснее. И продавцы в глубине медины жаждут не столько денег, сколько общения. Сук на медине Феса – это большая видимость торговли, а на самом деле – способ времяпрепровождения,общения и источник информации. Здесь питаются слухами и сплетнями, узнают свежие новости.Местные жители покупают именно здесь всё необходимое в домашнем хозяйстве и свежие продукты: самые красные помидоры, самые ароматные травы и самые сладкие финики.Сначала Зорайдэ с Хадижей шли по району Шуара, где располагался дом дяди Али и где находится сук кожаных изделий. Они видели огромные свертки из кусков кожи, которые со временем превратятся в кошельки, ключницы, сумки и бабуши.

А когда покинули пределы своего района, то случайно зашли в лавку, торговавшую старинными коврами и роскошной резной мебелью с инкрустациями. Побродив среди такого великолепия, Хадижа вдруг наткнулась на столик, на крышке которого в инкрустированном рисунке ей почудились вплетенные бутоны черных роз. Скорее всего, это было не так.

- Тебе показалось, - постаралась успокоить Зорайдэ, - это просто орнамент, арабский орнамент.Но Хадижа поёжилась и попросила:- Уйдем отсюда,Зорайдэ.

Вместе с суетливой толпой жителей Феса они прошли мимо ресторана, который так хотелось увидеть Хадиже. Даже с улицы было видно, что в заведении сидят мужчины, неспешно попивают мятный чай и курят кальян, лениво наблюдая за плавными движениями танцовщиц в глубине зала…Хадижа с удовольствием осматривалась на улицах, по которым они проходили, но Зорайдэ не забывала о назидательных советах, которыми ей хотелось с ней поделиться.- Разумная женщина добавляет сахар во всё, что она говорит мужчине. И убирает соль из всего, что говорит мужчина. Будь мудрее с Фаридом и не поддавайся на провокации Зухры…Но вскоре им навстречу попались две приятельницы Зорайдэ, которые, перебивая друг друга,поспешили сообщить, что там, впереди, у овощной лавки разгорелся страшный скандал, который учинила бывшая жена сида Али – лара Дуния.

- И что же там произошло? – с нехорошим предчувствием спросила Зорайдэ.

- Скажи, Зорайдэ, Дуния ведь стала женой сида Абдула?... Мы его знаем, знаем его крутой нрав, его отношение к грешникам!.. Теперь и Дуния стала такой же, как и он! Да-да, она так же не терпима к тем, кто совершает харам! – одновременно принялись объяснять женщины.- Вот как? – удивилась жена сида Али.

- Да! Аллах! Зорайдэ, там стоит такой крик! Кажется, какая-то женщина зашлав овощную лавку и пробралась в закуток к ее хозяину, чтобы совершить харам. Успели они согрешить или нет, неизвестно, только Дуния увидела ту женщину, смекнула, что к чему, стала созывать народ, чтобы уличить одалиску.- А кто же это женщина? – не подавая вида, что о чем-то догадывается, спросила Зорайдэ.-Кажется, это сестра тех торговцев, которые держат лавку возле пекарнисида Нусрали.Братья сватали ее за одного из работников сида Али… Ах, да ведь тебе лучше знать – за вашего Ахмета! А она сделала вид, что соглашается, а сама тайно встречается с тем женихом, которого отвергли ее братья.- Даже так? – сузила глаза Зорайдэ, начиная понимать, что там произошло. Теперь осталось только выяснить, где Карима. Впрочем, где же ещё? Конечно, она там, где и лара Дуния. Они воплощают в жизнь свои планы. Зорайдэ ничего не стала рассказывать приятельницам, тем ещё сплетницам, но повела Хадижу в сторону овощной лавки. Как бы чего не вышло! Очень не хотелось, чтобы Карима лишилась мужа. Ахмет – такой прекрасный муж, хороший человек. Если бы не длинный язык Каримы!Хадижа чувствовала себя замечательно, легко двигалась, невзирая на огромный живот. Пока они добирались до нужного места, со всех сторон до них долетали обрывки разговоров:

- Фатьма попалась!… В лавки торговца овощами… Он сватался к ней… Ахмет тоже согласился жениться… Нет-нет, теперь свадьбы не будет!.. Аллах! Почему же не будет?... Ахмет откажется, но тот, другой – возьмет! …Братья не станут шутить – если не женится продавец овощей, Фатьму выволокут на площадь и высекут как одалиску, распространяющую разврат на земле!... Грешница! Гореть ей в пламени ада!..Толпу неравнодушных жителей Феса, негодующих из-за совершенного харама застигнутыми в лавке грешниками, Зорайдэ и Хадижа увидели издали. Но сначала услышали шум, крики, среди которых выделялся громкий и резкий голос лары Дунии, который Зорайдэ не перепутала бы ни с чьим другим.- Нужны свидетели! Четыре свидетеля, которые войдут со мной в лавку и выволокут на медину Фатьму и того, к кому она прибежала на тайное свидание!

Дуния взывала к людям, стоя перед толпой, навалившись на дверь лавки спиной, расставив руки в стороны, как бы не давая двери открыться.- Кто станет свидетелем преступления? Кто сможет свидетельствовать перед шейхом о совершённом хараме? – вопрошала лара Дуния, призывнообводя взглядом собравшихся зевак перед лавкой.Хадижа и Зорайдэ остановились, и девушка испуганно посмотрела на жену дяди Али. Но что могла сделать Зорайдэ? Да, она тоже увидела стоявшую немного в стороне Кариму, но та была так увлечена происходившими событиями, что не могла заметить жестов Зорайдэ, которыми та намеревалась подозвать ее к себе.Карима нервно прижимала к груди холщовую сумку, с которой отправилась на рынок за фруктами «для Хадижи», ее губы что-то беззвучно шептали, что было понятно даже издали. Она явно переживала за исход дела.- Сиду Али это не понравится, - хмурясь, сказала Зорайдэ.- Но теперь Ахмет не должен жениться на сопернице Каримы. Я так рада за нее.- Не спеши радоваться, Хадижа. Если Ахмет освободится от Фатьмы с ее братьями, то неизвестно ещё, как он поступит с Каримой. Ведь это из-за нее заварилась такая каша. Если у Каримы не хватит ума, чтобы промолчать, и она расскажет, что это они с Дунией всё подстроили, тогда Ахмет снова даст Кариме развод.- Надо предупредить Кариму, чтобы не проболталась, -предложила Хадижа. - Аллах, что же делать? Карима нас не замечает, а тебя я не могу здесь оставить, чтобы вернуться в дом сида Али и отправить женщин на медину на его поиски. Без него дело здесь закончится плохо.

- Зорайдэ, никуда тебе идти не придется! У меня с собой сотовый, можно позвонить дяде Али . Ах! И этого не потребуется, потому что он и дядя Абдул сами спешат сюда.

Зорайдэ оглянулась в ту сторону, куда показывала Хадижа.

Да, в самом деле, сид Абдул и сид Али быстро приближались к собравшейся толпе. Но сид Али вдруг остановился, заметив сначала Кариму, а затем и Хадижу с Зорайдэ. Тогда он направился к ним, поглядывая и на сплетницу-служанку.А сид Абдул, уловив суть случившегося, попытался внедриться в толпу, чтобы добраться до своей жены Дунии. Впрочем, Хадиже показалось, что она расслышала его слова, когда он пробирался сквозь толпу:

- Пропустите, я сам разберусь и с Дунией, и с грешниками, которых она поймала! Никто не уйдет от ответственности за свои поступки. Я этого не допущу. Прослежу, чтобы были соблюдены все обычаи, а дело решилось бы по справедливости!- Зорааайдэ, - протянул сид Али, добравшись до родственниц. - Как же так? Неужели это дело рук Каримы и Дунии? Кого они заперли внутри лавки?

- Сейчас увидим, - кивнула Зорайдэ, не сводя глаз с сида Абдула, оттолкнувшего Дунию в сторону и приказавшего двум молодым мужчинам открыть дверь лавки, но быть начеку: чтобы грешники не скрылись, прорвавшись на медину.Когда дверь была распахнута, из нее выскочил какой-то мужчина, но вовсе не владелец лавки. Дуния тут же ввалилась внутрь и выволоклаза волосы исъехавший с головы платок женщину, ту самую насмерть перепуганную Фатьму, которая была встречена криками возмущения и улюлюканьем. Стоявшие за толпой двое мужчин – братья женщины, как пояснил дядя Али, тут же резво пролезли через толпу собравшихся людей к родственнице, застигнутой с мужчиной.

Они осыпали ее ударами кулаков и проклятиями. Мужчина стоял в растерянности, но потом начал оправдываться, уверяя, что он впервые видит эту женщину. Она пришла вовсе не к нему, а навстречу с приятельницей, которая обещала, что будет ждать ее в этой лавке. И лавка не его, а принадлежит его брату! Он приехал к нему погостить, и брат попросил его подменить в лавке, пока он сходит в мечеть, чтобы о чем-то посоветоваться с шейхом.- Они не учли, что вместо торговца фруктами в лавке окажется его брат, - констатировала Зорайдэ.- Кто – они? – спросил сид Али. Зорайдэ всё ему объяснила.

- Карима… Сколько коварства скрывается в женщинах! Как они могли так поступить с несчастной? А если братья поволокут ее на площадь – прямо сейчас и потребуют дать ей восемьдесят ударов плетьми?- Карима хочет вернуть мужа, а вот чего добивается лара Дуния? Не знаю, но чувствую, что здесь что-то не так. Она что-то задумала, вот увидите, сид Али.- Но что она могла задумать? – недоуменно пожал плечами мужчина. Однако на его лице читалась обеспокоенность: Дуния никогда не станет что-либо делать или помогать просто так.

- Надо расспросить Кариму. Если Дуния ей помогает, значит, ждет чего-то и от нее, - догадалась Зорайдэ.- А вы что здесь делаете? – опомнился дядя Али. – Как вы здесь оказались?- Мы с Хадижей решили пройтись по медине, но услышали новость про Дунию. Я сразу же поняла, куда так спешила Карима,упрашивая меня отпустить ее купить фрукты и зелень.- Аллах! Зорайдэ, и ты поверила? Она смогла обвести тебя вокруг пальца?- Да, сид Али. Карима так умоляла отправить ее за покупками, чтобы подышать воздухом медины!- Зорайдэ, нельзя было ей верить. А чем теперь закончится скандал?- Дядя Али, но ведь Карима стоит в стороне, никто ее ни в чем не заподозрил, - заговорила Хадижа, которой хотелось, чтобы Карима не оказалась разведенной,не потеряла мужа, но и не стала бы второй женой.- Хадижа, тебе не стоит смотреть на такие зрелища, - заметил дядя Али. – Зорайдэ, уведи Хадижу домой. Карима тоже пусть отправляется с вами. Я потом с ней разберусь.- Карима! – требовательно позвала женщину Зорайдэ.Но та не отозвалась, так как ее внимание было поглощено разыгравшейся перед лавкой сценой. Возможно, она заметила и появившегося рядом с дядей Абдулом Ахмета.- Зорайдэ, что теперь будет? Вдруг Фатьма выдаст Кариму?- Люди не поверят, ведь в лавке были только она и торговец – или брат торговца. А Карима вот она – стоит в сторонке от толпы. Решат, что Фатьма клевещет на соперницу. Они услышали, как Ахмет с возмущением громко заявил, что не станет брать в жены женщину, так опорочившую себя, что даже четыре свидетеля готовы подтвердить совершение ею проступка. Братья размахивали руками, требовали от торговца объяснений.- Где твой брат?.. Когда он вернется?.. Ты в самом деле не знаком с нашей сестрой?!..Стало понятно, что женщину ждет суровое наказание, если не только Ахмет откажется, но и владелец фруктовой лавки не захочет жениться на Фатьме. Собравшийся народ поверил, что Фатьма шла на свидание к одному брату, а оказалась наедине с другим.

- Это харам! Пусть Рустем женится! – раздавались возмущенные крики. – Он оставил ей надежду, что она может стать его женой, а не женой Ахмета!.. Ахмет, говорят, твоя жена отказалась дать разрешение на второй брак?...- Он женится! – грозно повторял сид Абдул. – Я прослежу, чтобы всё было соблюдено – или наказание, или никях. Но в прежние времена эта одалиска получила бы восемьдесят ударов плетьми! Никто не стал бы ее жалеть. Они оба получили бы плети, а потом горели бы вместев пламени ада!Грозящий указательный палец старика был виден над толпой, внимавшей уважаемому сиду Абдулу.- Иди, Зорайдэ, возвращайтесь скорее домой, - повторил дядя Али. – Кариму я сам отправлю следом за вами.- Хорошо, сид Али. Так и поступим. Мы столько прошли, что продолжать прогулку было бы неразумно. Идем, Хадижа.

Они скрылись за поворотом извивающейся по медине улицы, поэтому не видели, как Ахмет, красный и злой, вылез из обступивших главных героев скандала людей и почти сразу наткнулся на Кариму.- А ты что здесь делаешь? – уставился мужчина на жену.

- Поправь шапочку! Она совсем сбилась, Ахмет, поправь! Давай я поправлю тебе шапку! – потянулась к нему Карима.- Оставь меня! Я спросил:что ты здесь делаешь?

- Так я… это… шла сюда, чтобы поговорить с Фатьмой. Узнала, что она часто заходит в эту лавку, вот и решила подождать ее появления. А тут такое началось! Ахмет, теперь ты не женишься на одалиске? Нет? Не женишься?

- Иди в дом сида Али! – скупо ответил Ахмет.

- Ахмет! Я только хотела договориться с Фатьмой, чтобы она согласилась на вторую жену. Я шла сказать ей, что согласна быть второй женой, чтобы ты не разводился со мной, - быстро вывалила Карима те слова, которым ее научила лара Дуния, на случай, если тот же Ахмет или даже сид Али учинят допрос.- Домой! – бросил Ахмет, сунул сжатые кулаки в карманы джеллабы и направился к сиду Али, заметив его на улице.У двери лавки продолжали разбиратьсябратья Фатьмы и сид Абдул сподоспевшим торговцем и его родственником. О ларе Дунии забыли сразу, как только она исполнила свою роль. Но женщина была этому рада: Дуния бочком пробралась между людьми туда, где все ещё ждала ее Карима.- Ты теперь моя должница, Карима! Так не забудь о том, о чем я тебя попросила разузнать, - намекнула лара Дуния и поспешила прочь от места скандала, едва заметив сида Али.- Карима, отправляйся домой! – приказал и сид Али, когда женщина, предупрежденная ларой Дунией, непроизвольно повернулась в его сторону.- Иду, сид Али, уже бегу! – закивала Карима, глядя на Ахмета, стоявшего рядом с хозяином.- Догоняй Зорайдэ и Хадижу. И больше не смей выходить из дома, пока не закончится время идды!- Хорошо, сид Али, хорошо! Теперь из кухни шагу не сделаю! – пообещала она и понеслась прочь, надеясь догнать Зорайдэ и дочку Жади.Лара Дуния же выбрала другой путь до дома Абдула, который ещё возле двери лавки тоже приказал ей вернуться домой. Но женщинане собиралась ему подчиняться. Она решила обойти все лавки района, чтобы в каждой рассказать людям о происшествии. Пусть все знают подробности из первых уст.

Оооо…! Она подходила к торговцам и, едва услышав, что люди сплетничают о Фатьме и ее братьях, тут же начинала расписывать разразившийся скандал всем желающим послушать свежие новости медины. Дуния про себя радовалась , что теперь Карима ДОЛЖНА найти бывшую жену Абдула, или хотя бы раздобыть надежную информацию о том, где может находиться та женщина. Дуния поклялась себе, что, отыскав одалиску, она непременно приведет ее с собой к Абдулу. Обманет, но приведет. Скажет, что Абдул отдал ей браслет, но Дуния намерена вернуть дорогое украшение его хозяйке. Предстояло ещё подстроить ее «неожиданную» встречу с одалиской. Но Дунии эти хлопоты виделись очень приятными… 22. Часть 19. Глава 22. Хадижа возвращается в Мекнес.После скандала на медине прошло несколько дней. Чем для Каримы закончилась эта история, уже было известно: Ахмет передумал разводиться с Каримой, но потребовал, чтобы она научилась она сдерживать язык. Хадижа радовалась за Кариму.

Из Мекнеса новостей не приходило, и это было странно: Хадижа не понимала, когда возвращаться домой, ведь Фарид не приезжал за ней, но и не звонил, чтобы узнать, кто и когда сможет привезти его жену обратно в Мекнес.Неделя, которую она собиралась провести в доме дяди Али, подходила к концу, а Хадижа не знала, что ее ждет. Пора было возвращаться в дом мужа, но как? Дядя Али тоже молчал, а Зорайдэ уговаривала не переживать из-за таких пустяков.

- Когда твой муж сочтет нужным, чтобы ты вернулась, тогда он позвонит сиду Али и попросит привезти тебя, а пока отдыхай. Наслаждайся жизнью без Зухры.Хадижа радовалась спокойствию в доме сида Али, но и беспокоилась, как идут дела в Мекнесе. Чем занят муж? Не забыл ли о ней Фарид, завлекаемый чарами одалиски Зухры? А Зухра наслаждается тем, что Фарид принадлежит только ей…Она выходила на медину вместе с Каримой или с Суккейной, довольно молодой женщиной, помогавшей Зорайдэ в работе по дому. Хадижа узнала о ее печальной судьбе: Суккейна оказалась бездетной вдовой, которой самой пришлось заботиться о себе после смерти мужа.

И вот Хадижа в очередной раз вернулась с медины, собираясь поесть и отдохнуть, полежав на диване среди подушек. Но когда они с Каримой вошли во двор риада, то узнали, что в доме – гость.Зорайдэ отозвала Хадижу в сторону и рассказала, что приехал сид Рахим.

Он не попал на похороны лары Асии, потому что сам тогда заболел. Но Фарид созвонился с ним и попросил его приехать, теперь уже для того, чтобы дед пожил в доме, так как они с Зухрой уезжают в Марракеш. Надо было проведать старый риад, определенный под склад цитрусовых и как место будущего пребывания Зухры.Потом Фарид должен будет отправиться в сады.- Зорайдэ, а когда Фарид уезжает? – насторожилась Хадижа.- Не знаю, Хадижа. Сид Рахим не говорил нам об этом. Я не слышала. Но сид Рахим спешит, сказал, что должен успеть в Мекнес до вечера.- Да? Зорайдэ, неужели Фарид собрался уехать сегодня, так и не простившись со мной?-Не знаю. Пойдем, ты сама у него спросишь. Выпей на кухне свежезаваренного чая, отдохни и потом увидишься с сидом Рахимом. А пока он занят разговорами с сидомАбдулом и сидом Али.Позже, когдасид Рахим торопливо засобирался в дорогу, стало известно, что Фарид уезжает именно сегодня.- Как?! – неприятно поразилась Хадижа. -Почему же Фарид не захотел дождаться моего приезда? Он мне обещал, что накажет Зухру, разберется с ней.- И накажет, - успокоила ее Зорайдэ. - Но ты, Хадижа, не вмешивайся в эти дела. Станешь настаивать на наказании второй жены, твой муж назло сделает всё наоборот. Неужели ты ещё не поняла, каков Фарид по натуре? Сид Абдул тоже требовал наказать одалиску – я слышала часть их разговора. Может быть, сид Рахим и заставит внука выпороть Зухру и отказаться от нее, но не потому, что это ты настаиваешь.Хадижа тяжело вздохнула и отправилась поговорить с сидом Рахимом.- Хадижа! Как ты себя чувствуешь? Хорошо? Вот и не знаю, стоит мне везти тебя в Мекнес или нет. Если бы кто-нибудь мог с тобой поехать, а то ведь я стар, мало ли что в дороге может случиться? Чем я смогу тебе помочь?- Сид Рахим, это правда, что Фарид уезжает сегодня в сады?- Да, это так. Он и эта одалиска,имени которой я не желаю называть. Фарид хотел, чтобы я появился до его отъезда, потому что он собирается объяснить, какие важные дела он не успел доделать до поездки.- А как же я? Что мой муж сказал обо мне?

- О тебе, Хадижа… Фарид не хочет, чтобы вы с его одалиской поссорились перед отъездом. Он считает, что это может навредить его ребенку. Зухра обязательно найдет способ тебя задеть!- Сид Рахим, возьмите меня с собой! Я хочу увидеть Фарида перед долгой разлукой! Он же мой муж! И вдруг я потом не смогу уехать из Феса, потому что у меня ухудшится здоровье? Тогда ребенок может родиться здесь, в Фесе, а не в родном доме его отца, - схитрила Хадижа.Старик замялся, нопотом согласился:

- Собирайся, но очень быстро, так как до остановки такси ещё надо добраться. Не бери много вещей, а я схожу и узнаю, где можно раздобыть второго осла, ведь идти до ворот, где есть стоянка такси, далеко.Хадижа бросилась к себе в комнату, чтобы собрать вещи. Но она засомневалась,стоит ли ей брать с собой тяжелую шкатулку с золотом.

Зорайдэ стояла рядом, переживая о том, как Хадижа доберется до риада в Мекнесе.

С ней Хадижа и решила посоветоваться. Она положила на сумку два платья и спросила:- Зорайдэ, может быть, мне оставить золото у дяди Али? И другие вещи тоже? Шкатулка очень тяжелая. В Мекнесе такси не сможет подъехать близко к дому, идти придется не так уж близко. А кто понесет сумку? Я не смогу, а для сида Рахима тяжело даже поднимать. Он же старый и слабый. Ещё и шкатулку нести.- Хадижа, я так не могу! Так страшно за тебя! Пойду и поговорю с сидом Али, чтобы отпустил меня с тобой в Мекнес. У меня болит душа при мысли, как ты доберешься. Пусть на машине ехать недолго, но зато идти по медине Феса, а потом – по медине Мекнеса тебе, на таком большом сроке, будет тяжело и опасно. - Зорайдэ, если бы ты могла поехать со мной! – обрадовалась девушка.- И твоя мама за тебя переживает!

- Я вчера разговаривала с мамой и тетей Латифой. Они собираются ехать в Ангру.- Хадижа, оставь шкатулку у меня в комнате. И вещи тоже оставь здесь. Никто их не тронет. Пойду поговорить с сидом Али, - махнула рукой Зорайдэ и ушла.

Дочь Жади продолжила лихорадочно собирать вещи, но только самые нужные. Закрыв сумку на замок, она оставила ее на месте, взяла шкатулку и отнесла в комнату Зорайдэ.Выйдя на галерею, она увидела, что возле фонтана во дворе стоит сид Рахим, беседуя с дядей Али. Но за ее спиной появилась Зорайдэ и позвала за собой.- Хадижа, сид Али согласился отпустить меня на несколько дней. Я пойду и переоденусь в дорогу, а ты спускайся к сиду Рахиму. Кариме я велела отнести твою сумку вниз, чтобы привязать ее к седлу осла. Сид Али нашел второго осла – для тебя.- А для тебя? Ты же не пойдешь пешком!- И для меня найдется животное. Сид Али позаботится.- Хорошо, Зорайдэ. Я так рада, что мы едем вместе. Ты увидишь моего мужа и ЕЕ.

- Не думай о Зухре. Ее время в вашем доме закончилось. Фарид увезет ее в Марракеш, чтобы там и оставить. Она больше не сможет вернуться в Мекнес.

- Ты так думаешь? – с надеждой спросила Хадижа, но ее уже охватила радость при мысли, что так и может случиться.Зорайдэ ушла и, надевая дорожное платье, размышляла о том, что Фарид, собравшись увезти Зухру, отчего-то не захотел увидеться с первой женой перед отъездом. Боится ссоры между женами? Значит, он не смог наказать Зухру так, чтобы она его боялась. А почему не смог? Или не захотел? Не счел нужным?

И в душу Зорайдэ закралось подозрение, что муж Хадижи вовсе не намерен расставаться с одалиской. Поэтому и решил уехать в отсутствие Хадижи, чтобы она ничего не увидела и не поняла. Теперь Фарид будет жить на две семьи: с Хадижей в Мекнесеи с Зухрой, которую оставит в Марракеше. А Хадижа может даже не заподозрить, что Фарид не расстался с соперницей. Могут пройти годы, а правда так и не выплывет наружу, если этим не займется Саид Рашид.

Но говорить о своих подозрениях Хадиже Зорайдэ не собиралась. Девочка должна спокойно родить ребенка. Пусть живет и радуется семейному счастью, которое она может построить с Фаридом, если рядом не будет Зухры и если Хадижа не узнает, что Зухра так и не ушла из жизни мужа.

...Благополучно добравшись на такси до Мекнеса, идя по медине следом за сидом Рахимом, который встретил знакомого и шел, беседуя с ним, Зорайдэ и Хадижа тоже обсуждали вполголоса свои дела.- Зорайдэ, Фарид обещал мне разобраться в истории с ожерельем.- Нет, Хадижа, не вспоминай об этом. Если он был намерен разбираться, он уже сделал это. Но если только успокаивал тебя, то не стоит напоминать ему о его обещании. Приедем и всё поймем. Тебе следует осмотреться, прежде чем выставлять мужу претензии.- Зорайдэ, когда закончатсянеприятности в моей жизни?- Ураганный ветер не может дуть с утра до вечера, помни об этом. Не отдаляйся от мужа только потому, что у него есть вторая жена. Не страшен ураган кустам, что растут близко друг к другу. Жизнь коротка, и поэтому не следует терять времени, нужно наслаждаться тем, что послал тебе Аллах.- Зухра не будет долго оставаться в Марракеше, я уверена, что она найдет способ вернуться.- Как говорит одна моя приятельница: жаба всем сердцем хочет попробовать лебединого мяса. Это о Зухре. Будь с ней осторожна!- Я боюсь не только за себя. Вдруг она решит принести вред ребенку, когда он родится?- Не думай об этом. Фаридне позволит, чтобы даже волос упал с головы вашего сына или дочери.- Я так люблю Фарида, но иногда мне кажется, что я его ненавижу. Разве о таком муже я мечтала?- Помню, Хадижа. Ты хотела, чтобы твой муж был красив, очень богат и дарил тебе много золота, - грустно улыбнулась Зорайдэ.- Он красив, не очень богат, золота почти не дарит, но взял вторую жену, которая его не достойна.- Сид Али верно сказал тебе: мужчина мечтает об идеальной жене, женщина мечтает об идеальном муже, но они не понимают, что Аллах сотворил их, чтобы они дополняли друг друга. Будь умней, Хадижа.…Когда они подошли к риаду, то увидели, что ворота широко распахнуты. Во дворе стояли ослы, запряженные и нагруженные поклажей. Именно их не прислал Фарид на автовокзал, чтобы встретить сида Рахима и жену с родственницей. Забыл?!

Из дома выносили вещи Фарида и Зухры. Несколько сумок и чемодан. Фарид, казалось, был неприятно удивлен неожиданным возвращением Хадижи.- Для чего надо было так рисковать? Хадижа, ты должна думать о нашем сыне. Почему ты не осталась в Фесе?

- Фарид, ты хочешь, чтобы я родила ребенка в Фесе? В доме дяди Али?- Нет, но до родов ещё месяц. Для тебя было бы лучше оставаться в доме дяди.- А как же лара Джабира? Ей придется одной заниматься всеми домашними делами.- Не беспокойся о моей матери. С ней останется мой дед. Я надеялся, что он приедет не один, а с женами, чтобы пожить в Мекнесе несколько недель.- Вот видишь, а сид Рахим приехал один, значит, твоей маме нужна помощница.- Из тебя сейчас получится не очень хорошая помощница. Тебе не стоит перенапрягаться, Хадижа.

- Фарид, а где Зухра? Ты выяснил, что случилось с моим ожерельем? Она во всем призналась?- Оставь, Хадижа. Я всё узнал, но тебе об этом знать не обязательно. Ведь украшение у тебя? Ничего больше не пропало? Тогда забудь эту неприятную историю!- Но Фарид! – возмутилась девушка, непроизвольно прикладывая руку к животу.Вероятно, этот жест и спас Хадижу от резкого ответа мужа. Он сдержался, чтобы не сказать что-то обидное, однако заметил:- Я вернусь недели через три, и тогда мы с тобой обо всем поговорим, - сердито хмурясь, ответил он ей довольно спокойно. – А пока ты можешь радоваться тому, что Зухра уезжает из Мекнеса. Иди в дом!Он отошел к ослу, чтобы укрепить очередную сумку, а Хадижа подошла к стоявшей недалеко Зорайдэ.- Видишь, Зорайдэ, его раздражает любой вопрос о Зухре. Он не наказал ее, хотя и должен был! – расстроенно сказала она.

К ним спешила лара Джабира, и после объятий ониотправились с ней на кухню, чтобы выпить с дороги чаю.

Но Хадижа не стала там задерживаться, ушла, едва сделав несколько быстрых глотков. Она вдруг поняла, что до сих пор не видела Зухру. Где эта змея?

Лара Джабира ответила на ее вопрос:- Зухра у себя в комнате, собирает последние вещи. Она так не хотела уезжать! Но Фарид сказал, что все равно отвезет ее - дажебез вещей!Хадижа поспешила подняться наверх. Хотелось увидеть свою комнату и убедиться, что ее вещи на месте. Если Зухра покидает дом навсегда, кто помешает ей забрать разные мелочи из комнаты Хадижи?Она вошла в свою спальню и даже не удивилась, обнаружив одетую в черный никаб Зухру, сидевшую в ее кресле.- А я тебя жду, - ухмыльнулась она вошедшей первой жене. – Думаю, и ты жаждала меня увидеть, правда? Боишься, что я всё заберу, ничего тебе не оставлю?

- Ты не раз доказывала, что ты – воровка. Если ты что-то опять украла у меня, верни теперь же, чтобы не пришлось обыскивать твои пожитки, когда ты окажешься в Марракеше.- Хадижа, я уезжаю не навсегда. Я вернусь, вот увидишь! И мне не нужны твои безделушки. Но всё-таки самое главное я увожу с собой – нашего мужа. Неважно, что он тебе наговорил и наобещал. Не верь. Мы помирились. У нас всё хорошо. Вот потому он и спешил уехать, надеясь, что ты останешьсяу дяди. Но я так рада, что ты все-таки приехала и узнала правду.- Зухраааа! Где ты там? – донеслось со двора.

Фарид звал ее, потому что пора было отправляться в путь.

Зухра вскочила с кресла и бросилась на галерею.- Я иду! Мой фараон, повелитель Египта, уже бегу! – прокричала она в ответ.И повернувшись к сопернице, она ехидно улыбнулась и сказала:- Я ничего у тебя не украла, не клевещи на меня. Но я тебе честно хочу признаться, что позаимствовала из твоего шкафа платье. Мне нужно что-то носить, а тебе часть одежды после родов не пригодится. Вот, взгляни, это платье сейчас на мне.

И она приподняла часть черного одеяния, под которым Хадижа увидела знакомое зеленое платье. Оно же совсем новое! Так как Зухра была выше Хадижи, то платье была ей немного коротковато, но нахалку это нисколько не смущало. Хадижа задохнулась от негодования.

- А Фарид об этом знает?!- Да, - коротко, с неизменной усмешкой ответила та и помчалась по галерее к лестнице, ведущей во двор. Вскоре она уже сидела на осле, и Фарид велел ей первой выбираться на улицу.Она ухватилась за поводья и оглянулась на мечущуюся на галерее Хадижу. Увидела, что Зорайдэ и лара Джабира спешили к беременной сопернице, грозившей ей кулаком. Это развеселило Зухру. Она, торжествующе улыбаясь,помахала Хадиже одной рукой, другой задрав край черной одежды, чтобы Хадижа снова увидела утраченное платье. И только после этого она тронулась с места, направляя осла к выходу через ворота.Фарид тоже оглянулся, увидел плачущую на втором этаже Хадижу, которую обнимала Зорайдэ, но и увещевала стоявшая рядом с ними его мать.Он не стал выяснять причину слез жены, погнал осла на улицу, а дед тут же закрыл за ними ворота....- Успокойся, Хадижа! Успокойся! Не надо так рыдать из-за какого-то платья!- Лара Джабира, она снова меня ограбила! Почему Фарид ей всё позволяет?- Не плачь. Мой сын может и не знать об этом. Она показала тебе платье, но он-то не видел ее в нем, она с самого утра бродит по дому в никабе. Но теперь-то я понимаю, почему.- Лара Джабира, Фарид не наказал Зухру, хотя это она украла мое золото. Почему?- Сын сказал, что не нашел доказательств того, что это сделала Зухра. Может быть, украшение все-таки взяла лара Асия? Поэтому он решил забыть историю с пропажей. И тебе тоже лучше поступить так же.- Неееет… Я не верю, что Фарид снова простил Зухру. Это она украла, нет никаких сомнений. Она воровка.

- Нужны доказательства, Хадижа. Иначе можно оклеветать невиновного. Клевета страшнее воровства.- Я должна проверить, сколько ещё платьев она похитила из моего шкафа! –вытирая слезы, сказала Хадижа.Зорайдэ покачала головой. Что тут скажешь? И лара Джабира тоже ничего не могла поделать. Но свекровь Хадижи отправилась вниз, чтобы поговорить с отцом о новом проступке невестки. Вернувшись в комнату, дочка Саида раскрыла дверцы шкафа и начала ревизию одежды. В результате обнаружилось исчезновение по крайней мере ещё двух платьев. При чем – самых дорогих и красивых, одно из которых Хадижа ни разу не надевала.- Зорайдэ, ты думаешь, мне не обидно? И я не удивлюсь, если Фарид знал о том, что Зухра забрала мои платья. Какие ему нужны доказательства? Каа-кии-е? – рыдала Хадижа, упав на подушку.

- Хватит! Успокойся!- Не могу, Зорайдэ, не могу!- Я принесу тебе успокоительный чай. А ты бери себя в руки и давай вместе думать, что делать. Слезы никому не помогали, они могут принести облегчение страдающему сердцу, и всего лишь.Зорайдэ ушла, но едва за ней закрылась дверь в коридор и не успели перестать колыхаться шторки из прозрачной ткани, как зазвонил сотовый Хадижи.

- Мама?! Как хорошо, что ты позвонила! Мыс Зорайдэ в Мекнесе. Фарид с Зухрой уже уехали…. Я плачу? Да, плачу, потому что…И Хадижа рассказала матери всё: повторила историю, как украли ее ожерелье, и что Фарид не стал наказывать воровку, поэтому Зухра обнаглела ещё больше и в ее отсутствие забрала несколько самых лучших платьев и увезла с собой в Марракеш.Она долго слушала слова матери, умоляющей ее успокоиться и больше не плакать. Потом Жади кое-что ей сообщила.- Ты прилетаешь в Марокко?.. Конечно, я хочу тебя увидеть. Конечно, мы встретимся!

В комнату вошла Зорайдэ, неся на небольшом подносе стакан с обещанным чаем. Она вопросительно взглянула на Хадижу, и та передала ей трубку, чтобы мать могла поговорить и с Зорайдэ.После телефонного разговора Хадижа выпила чай и легла в постель. Зорайдэ спустилась на кухню к ларе Джабире, чтобы помочь ей с приготовлением ужина. Сид Рахим включил у себя в комнате телевизор и смотрел футбол с участием марокканской команды. Он был глуховат, поэтому звуки матча разносились по всему дому.

Все были чем-то заняты. Только Хадижа чувствовала себя лишнейв этом доме, обиженной, униженной мужем и его второй женой.Впервые за все время замужества, т.е. за несколько месяцев, проведенных в доме мужа, она подумала, что мать, возможно, права: такой муж Хадиже не нужен. И пока есть возможность, пока ещё не родился ребенок, надо отсюда уезжать. Когда в Марокко прилетит мама, с ней надо вернуться в Бразилию. Хадижа, услышав предложение матери, попыталась возразить, что ничего из этого у них не получится: ведь у нее нет разрешения Фарида на выезд из страны. Но мама ее успокоила, намекнув, что знает, как обойтись без этого документа. Раскрывать план она не стала и попросила ничего не рассказывать даже Зорайдэ.

Хадижа согласилась, она чувствовала себя настолько обиженной, что готова была покинуть Мекнес, улететь Марокко прямо сейчас.

Но мама попросила ее немного подождать.Лукас улетает в Европу на следующей недели. Жади прилетит буквально в один из следующих дней. Мама была очень рада, что Фарида не будет дома. Ведь им с Хадижей придется бежать! У них будет очень мало времени. Если в доме останется только свекровь и ее престарелый отец, то они не сразу поймут, что произошло, когда Хадижа выйдет погулять на медину, купить свежий хлеб, но не вернется… Это даст Хадиже и матери время, чтобы успеть добраться до аэропорта и вылететь в Рио-де-Жанейро.- Я уеду, - с горечью решила она, утирая слезы. - Хорошо, что золото осталось в доме дяди Али. Это знак судьбы. Мактуб. Потом дядя Али привезет мою шкатулку в Бразилию. Я разведусь с Фаридом. Я с ним разведусь! Пусть остается мужем воровки Зухры!

Немного времени спустя, успокоившись, она думала уже иначе.- Я уеду в Рио и не вернусь в Марокко до тех пор, пока Фарид не разведется с Зухрой. Если он захочет вернуть меня и нашего сына, то сделает это. Пусть выбирает:я и наш сын или ведьма из Марракеша! – наивно мечтала дочь Жади. 23. Часть 19. Глава 23. Рио-де-Жанейро. Жади узнает новости от Хадижи. Разговор с Амином.После разговора с Хадижей Жади была вне себя. Что делать? Хадиже так плохо в Марокко. Кто ей поможет? Даже дядя Али и Зорайдэ бессильны. Но она – мать и не станет опускать руки! Она что-нибудь придумает!Жади металась по комнате, как делала всегда, когда надо было что-то обдумать.- Я поступлю так, как мне давно приходило в голову: попрошу о помощи Амина. Он во многом похож на отца, но в любви романтичен так же, как юный Саид. Если я права, то Амин примет моё предложение: он поможет нам с Хадижей, а потом я помогу ему и Эмми. Отчего-то во мне есть уверенность, что Эмми ещё вернется в Рио-де-Жанейро и войдет в жизнь моего племянника. На Востоке помочь женщине порой имеет возможность только женщина. И ещё: я и Самиру попрошу помочь мне.Когда она вчера звонила Хадиже, то узнала столько неприятных новостей! Ее успокоило известие, что Зорайдэ приехала в Мекнес вместе с Хадижей. Но ведь Зорайдэ может пожить у Хадижи недолго. У нее есть свой дом, семья, дядя Али нуждается в ее заботе. Значит, Хадижа очень скоро опять останется одна, беззащитная и несчастная. Сегодня утром, рано проснувшись и проводив Лукаса на работу, Жади снова позвонила Хадиже. И дочка опять жаловалась, описывая, какие платья увезла ее соперница, как она обижена на Фарида, как она от всего устала!

Когда Жади снова спросила, готова ли Хадижа вернуться в Рио, подумала ли она над ее предложением – уехать с ней в Бразилию, когда она очень скоро прилетит за ней в Марокко, Хадижа твердо ответила: «Да».Это очень взволновало Жади. Так значит, Хадиже настолько плохо в доме мужа, что она готова всё оставить и уехать? Бросить мужа, потому что устала от его невнимания и вынужденного опасного соперничества с Зухрой?Но если Хадижу не надо уговаривать уехать, то дело теперь за ней, за матерью! Пора действовать. Перестав ходить из угла в угол, Жади взяла со столика сотовый и набрала номер Самиры. Как выяснилось, девушка собиралась в университет на занятия.- Тетя Жади? Что случилось? - удивилась она столь раннему звонку.Жади объяснила, что требуется от Самиры.- Конечно, тетя Жади! Сегодня же и займусь этим! У меня две лекции. Как только вернусь домой, тут же поищу информацию в Интернете.

- Ты думаешь, это возможно? Узнать о новой семье и муже Эмми, о Назире и ее муже-тренере марокканского принца? Мне надо знать всё, что только можно найти. И ещё – я хочу узнать об Арабских Эмиратах как можно больше! Думаю, эти сведения мне пригодятся в разговоре с твоим братом, если он не согласится помочь. Жади рассказала о том, чего она намерена добиться от Амина, но попросила не подавать вида, что ей об этом известно.- Тетя Жади, я стану самой надежной помощницей! Сделаю всё ради Хадижи. А про тетю Назиру можно расспросить у Зорайдэ или у Каримы. Семья дяди Абдула отреклась от Назиры, как и от меня, но женщины из семьи дяди Али всё равно интересуются, какая судьба постигла лару Назиру. У мамы даже был ее адрес, кажется.

- Найди его, Самира, найди адрес. Я переписывалась с ней, даже пыталась звонить, но общение как-то не заладилось. Назира была обижена на братьев, а почему-то пыталась припомнить обиды мне, хотя я уже жена Лукаса, а не Саида. Я давно не получала от нее ни писем, ни каких-то известий о ней.После разговора с племянницей Жади почувствовала себя уверенней. Правда, она не поддержала идею Самиры - в случае отказа Амина выкрасть у него нужные документы, а разрешение на выезд подделать. Кто в аэропортуМарокко может знать почерк мужа Халисы?

Но в какой-то момент Жади поняла, что готова пойти на всё ради того, чтобы помочь дочери. Украсть паспорт Халисы будет не сложно, потому что сам Аллах позволил Амину и Халисе переехать в дом Латифы. Вот если бы они продолжали жить у Мухамеда, то сделать это было бы невозможно.

Но теперь она пойдет на всё! Главное – чтобы Саид и Мухамед ни о чем не догадались, иначе они помешают.

Жади позвонила в дом сестры. Она сказала себе: если к телефону подойдет Халиса или Латифа, она скажет, что приедет в Сан-Криштован к тому времени, когда вернется домой Самира. Если ответит Амин, она договорится с ним о встрече в Торговом Центре, пообещав рассказать новости об Эмми. Конечно, нехорошо было действовать за спиной Латифы, но сестра не одобрила бы ее замысел.

Трубку взял Амин, и Жади, вопреки опасениям, удалось уговорить его встретиться.…Жади ждала племянника за столиком в кафе, где часто встречалась с его сестрой. Заказав кофе с пирожными, она с тревогой следила за стрелками часов на стене заведения. Амин обещал встретиться, но он мог передумать!Однако Амин пришел. Что его погнало на встречу с опальной тетей, неизвестно: любопытство, внезапный звонок или то, что тетя Жади упомянула об Эмми? Он появился с таким выражением на лице, что Жади стало жалко парня. Она почувствовала себя интриганкой.- Садись за столик, Амин. Я закажу тебе кофе и кусок торта.- Нет, не надо. Только стакан воды. Но что случилось? О чем Вы хотели поговорить? Вы могли бы сказать мне дома, что хотите, ведь я теперь живу у матери.

- Нет, Амин, как раз потому я и не могу говорить с тобой об этом дома.

Она рассказала, как плохо живется ее дочери в Марокко, как страдает Хадижа из-за происков Зухры, какие обиды ей приходится терпеть от Фарида. Жади говорила долго, Амин молча слушал.- Но ты можешь ей помочь, Амин!- Как, тетя Жади?- Я собираюсь лететь в Марокко, чтобы купить там дом. Мы с Лукасом ещё не решили, где именно он должен быть – в Фесе, в Мекнесе или в Марракеше. Но я намерена поехать и присмотреть нам дом. Но теперь, узнав, что моей Хадиже так нехорошо в доме мужа, что она мечтает уехать оттуда на время, пока муж не одумается и не разведется окончательно с той женщиной, я хочу помочь ей уехать из Марокко. Но ты сам знаешь, что для этого женщине нужно иметь разрешение на выезд, подписанное ее мужем. Однако Фарид никогда не согласится на это, и Хадижа так и будет мучиться рядом с той одалиской, пока та ее не отравит или не подстроит какой-нибудь несчастный случай! Помоги, Амин!- Как? Я не понимаю, что я могу сделать! – пожал плечами парень.- Дай мне паспорт Халисы и расписку, в которой ты разрешаешь ей выезд из Марокко. Вот и всё. Хадижа будет лететь в парандже или в никабе. Сквозь узкую полоску никаба будут видны только глаза Хадижи, никто не догадается, что под одеждой вовсе не та женщина, чьи документы будет держать в руках работник аэропорта.- Хм!.. Вы хотите выдать Хадижу за Халису?

- Да, Амин!У нас всё получится, не беспокойся, Амин. Нам нужна только твоя подпись на документе и паспорт твоей жены. А когда придет время, тогда и я помогу тебе. Когда помощь потребуется тебе или Эмми, я смогу поддержать тебя или ее, или вас обоих. Ведь ты знаешь, что про Эмми рассказывают ее родственники: муж бьет ее, обижает, хочет с ней развестись, потому что она не смогла быстро забеременеть. Может быть, ей тоже придется бежать от него, как моей Хадиже? За ней в Арабские Эмираты кто-то должен будет поехать. Если не ты, то это смогу сделать я. Кто может подумать на меня, что я ей помогаю? Меня никто не сможет даже заподозрить. А если меня разоблачат, мне ничего не будет за то, что я решила помочь беглянке. Ведь я – гражданка Бразилии, но я ещё и отверженная вашей семьей женщина.Амин слушал ее сначала с ужасом, потом долго молчал. И это затянувшееся молчание начало пугать Жади. Неужели Амин откажется?! Но потом в глазах племянника вдруг загорелась надежда.

«Он такой же, каким был Саид в двадцать лет.Саид сказал мне однажды, что выкрал бы любимую женщину даже с брачного ложа. Таков и Амин. Он совсем не похож на рохлю Мухамеда. Как и Самира не похожа на благочестивую Латифу. Она – моя копия, но более смелая и решительная. А Амин – это второй Саид», - думала она, глядя, как меняется выражение лица Амина, как его терзают сомнения, норастет желание согласиться. Теперь Жади хотела верить, что сможет убедить парня помочь. И Амин согласился. Он едва выдавил из себя:- Хорошо, я помогу. Но забирайте документы сегодня же. Иначе я могу передумать.- Амин! Амин!! – бурно обрадовалась Жади неожиданно для самой себя.- Мне пора. Я вернусь домой, напишу расписку и достану из папки паспорт Халисы. Оставлю пакет в комнате Самиры, но попрошу ее туда не заглядывать. Позвоните ей и предупредите об этом. И ещё: я не хочу, чтобы отец узнал об этом.- Амин, я тоже прошу тебя никому ничего не рассказывать, пока Хадижа не сойдет с трапа самолета в Рио-де-Жанейро.- Я понял. Я сделаю это для моей сестры Хадижи. Мне пора, - сказал сын Латифы и быстро исчез из кафе.- Алхамдулиллах! – прошептала с облегчением Жади. Только бы Амин не передумал и не выдал ее Саиду или отцу! Онапосидела в кафе ещё какое-то время, чтобы успокоиться, справиться с волнением. Но пора было ехать в Сан-Криштован. Латифа ждала ее, но и Самира уже должна была к этому времени вернуться домой.

- У нас с Хадижей всё получится. Аллах не оставит насв трудную минуту, - подумала Жади, поднимаясь из-за столика.…Латифа была занята выпечкой. Она не стала отвлекаться, когда вернулась Самира, появился Амин, а Халиса собралась пойти за продуктами в супермаркет. Амин выждал, когда его жена выйдет из дома, какое-то время пробыл в своей комнате и вынес конверт, который отдал Самире. Она молча, не расспрашивая,отнесла его к себе.Амин был так напряжен, что не смог не задеть сестру, когда она вернулась на кухню.- Самира, ты таджин-то умеешь готовить? Я вижу, что ты покупаешь пирожки доны Журы и берешь их с собой в университет. Таджин, кускус, хариру должна уметь готовить каждая женщина.Девушку задел поучительный тон брата.- Амин, тебе очень повезло: твоя жена – прекрасная хозяйка. Но не всем такое дано.

-Хотя бы какой-нибудь марокканский салат ты умеешь готовить?

- И что ты ко мне пристал? Я неплохо ставлю чайник, а китайскую лапшу завариваю – пальчики оближешь!

- Что? Я не знаю такого блюда!- Амин, отстань. Прежде чем говорить со мной, в следующий раз убедись, что твой язык соединен с мозгом!

Она ушла к себе в комнату, оставив за собой последнее слово, а Амина – стоять в растерянности посреди кухни, где они и заговорили, когда Самира вернулась, чтобы действительно поставить на плиту чайник.Потом Амин заторопился в магазин. Дел было много. Им с отцом предстояло ехать в аэропорт, чтобы забрать доставленный из Марокко багаж с закупленными товарами. Он уже опаздывал! Отец, наверно, сердится на него!Амин выскочил из дома, а Самира вернулась на кухню, потому что засвистел закипевший чайник. Выключив его, она подошла к окну и увидела, что брат спешит в свой магазин. Ведь он закрывал его на время, чтобы отлучиться по делам. Теперь он торопился назад, чтобы у отца не возникло никаких вопросов.Но нет, брат зашел в «Волшебную лампу»…Самира была в курсе, куда и зачем он ездил, что встречался с Жади и согласился сделать то, о чем она его попросила. А вдруг Амин передумает и расскажет обо всем отцу?! Нет, тогда и у него будут неприятности, ведь Амин должен понимать, что теперь паспорт Халисы и расписку Самира ему не вернет, или она не Самира, даже если тетя Жади будет вынуждена отказаться из-за его предательства от своих планов. Но пусть тогда докажет, что отдал паспорт жены сестре, а не потерял документ. Его слово против ее и тети Жади. Пусть только посмеет предать!