ЧАСТЬ 19. "Клон"-3, или В лабиринтах любви. Главы 13-18 (1/2)

<center> 13. Часть 19. Глава 13. Расплата для Лейлы.

Мухамед никогда в жизни не чувствовал того, что происходило с ним сейчас. Даже когда его дочь Самира в юности проявляла упрямство, отказываясь носить платок, он не был в такой ярости. До чего его довела Лейла! Значит, и дядя Абдул, и Мустафа были правы: ее следовало давно побить, тогда он не оказался бы в такой ужасной ситуации.«Алхамдулиллах! Что же делать?! Если Лейла расскажет Латифе о том, что здесь увидела, но что сама же подстроила, то моя козочка поверит девчонке, а не мне. Латифа рассталась со мной не только из-за того, что я взял вторую жену. Я допустил ошибку, силой решив принудить Латифу остаться со мной однажды ночью. И теперь, услышав историю, придуманную Лейлой, Латифа поверит, что всё так и было. Арибу надо уговорить молчать. Она не может сейчас уехать. Иначе это станет признанием несуществующей вины», - лихорадочно обдумывая ситуацию Мухамед, когда шел в гостиную за плеткой.

Да, дядя Абдул оказался прозорлив! Он ошибся в выборе невесты, но потом смог понять сущность Лейлы. С ней можно жить, только держа девчонку в жестком кулаке. И поэтому сегодня для нее начнется новая жизнь.- Аллах знает, что я сделал всё, чтобы Лейла приняла меня, если нам суждено было стать супругами. Но она не хочет жить мирно, ей нужен дом, золото, мои деньги, но не я, - бормоталон, возвращаясь наверх, поднимаясь по лестнице. - Ей нужен мой сын!Оказавшись в коридоре, онзаметил Арибу, перебегавшую из комнаты Лейлы в свою, в пристройке.«Потом побеседую с Арибой, пусть успокоится. А утром мы с ней поговорим, чтобы решить, как быть дальше. Я не собираюсь принуждать к браку и эту девчонку. Зачем мне две соплячки, которым я не нужен? Но Лейла стала моей женой, а Ариба пусть выходит замуж за Икрама. А есть ещё Муна…Как же я был счастлив с Латифой и не подозревал об этом!» – едва не простонал мужчина, загнанный в ужасное положение юной женой, которая годилась ему в дочери.Оказавшись перед дверью, Мухамед обнаружил, что дверь закрыта, и даже не удивился этому.- Лейла, открой, нам надо поговорить! – громко произнес он.Но Лейла затаилась. Вероятно, его голос ее напугал.- Открывай, или я вышибу дверь! – пригрозил он. Но ответом ему снова стала тишина в комнате.Мухамеду надоело уговаривать, внутри него снова всё заклокотало от ярости. Он навалился на дверь, но она не поддалась. Тогда он немного отошел от порога и пробежал три шага, прежде чем надавить на дверь, закрытую не на ключ, который Лейла на днях выбросила в окно, а только на хлипкую задвижку.

Дверь распахнулась под натиском его тела, сорванная металлическая защелка упалана пол, жалобно звякнув.Мужчина обнаружил на диване вцепившуюся в расшитую подушку жену, скорчившуюся от страха, глядевшую на него округлившимися от ужаса глазами. Рот Лейлы был открыт в немом крике!- Леееейлаа… Вот ты где? Ты поняла, что натворила? Или нет? – потряс он перед ее глазами зажатой в руке плетью.- Мухамед…, - услышал он ее лепет.- Дрянь, я тебя давно должен был научить уму. Правильно говорят, что женщине надо в первую же ночь показать, кто в семье хозяин. Кто бедуин, а кто – верблюд. Иначе верблюд войдет в палатку бедуина и начнет наводить там порядок. Ты, Лейла, решила, что я верблюд? Но это не так!- Нет, ты не верблюд, ты… У тебя нет двух горбов, даже одного нет, - понесла чушь Лейла, у которой от страха помутилось в голове.

- Иди-ка ко мне! – схватил он ее за руку и стянул с дивана на пол. Она поползла прочь, как только он ее отпустил. Но Мухамед взмахнул плетью, и Лейла почувствовала, как острой болью обожгло спину.- Мухамед! – взвыла она. – Нет, не бей меня,не надо! Я всё поняла! Я же не думала, что тебе не понравится моя идея выдать за тебя замуж Арибу. Нам всем было бы хорошо: и у меня подруга, и у тебя ещё одна молодая и послушная жена, которая хорошо готовит, умеет всё делать, захочет родить тебе детей! Я думала,ты будешь рад!

Мухамед навис над ней грозной тушей, красный и злой.- Рад? Я очень рад! Я рад, что могу, наконец-то, сделать то, что должен был сделать ещё месяц назад! Но теперь я буду бить тебя за малейшую провинность! Я не стану никогда больше дарить тебе золото, ты не выйдешь из дома до отъезда Арибы! Ты наказана! И все домашние дела будешь выполнять ты! А если я увижу, что ты не исправишься за месяц, то когда за тобой приедет дядя Абдул, я выпорю тебя при нем. Ты получишь двадцать ударов плетью! Дядя Абдул увезет тебя в Марокко и вернет отцу! А в Марокко ты получишь восемьдесят ударов плетьми, если эта история дойдет до сплетников медины.Лейла застыла, не смея сделать ни малейшего движения. Он снова взмахнул плеткой. Ещё одна тонкая кровавая полоска проступила на дорогой ночной рубашке Лейлы. И ещё, и ещё…Мухамед с остервенением порол жену, разрушившую его жизнь и не давшую ему ничего взамен. Из-за нее он потерял Латифу!А Лейла почему-то не кричала. Она завывала, упав на пол после третьего удара, после чего плетка свистела над ней, не причиняя боли, едва касаясь ее тела. И ночная рубашка ее спасала.

Лейла не могла позволить себе кричать, так как очень боялась, что ее крики услышат в соседнем доме Амин и Халиса. Она умерла бы со стыда, если бы это случилось. Поэтому девушка закусила губу и предпочла вытерпеть боль, иногда завывая, чтобы Мухамед не стал бить сильнее. Но когда она оглянулась, чтобы понять, почему удары сыплются мимо, то увидела, что Мухамед не столько осыпает ее ударами в порыве злости, сколько о чем-то сосредоточенно думает, вот потому и отвлекся от экзекуции.

Лейла откатилась в сторону, а у Мухамеда вдруг закатились глаза, и если он не упал на неё всей тушей, не ударился головой о мебель, то только потому, что откинулся спиной назад и сполз по двери на пол, судорожно сжимая плеть.- Тварь! Осёл! Как же я не выношу тебя, мерзкий старик! –еле слышно проговорила Лейла. Она поднялась с пола и подошла к мужу, осевшему на пороге.- Мне теперь даже из комнаты не выйти! – расплакалась злыми слезами Лейла, пнув неподвижного Мухамеда в пухлую ляжку. Муж находился в бессознательном состоянии. И что ей теперь делать?- Может быть, он умер? – испуганно всмотрелась она в лицо Мухамеда.Он тихо застонал.- Или умрет? Остаться вдовой неплохо, пока Мухамед не взял ещё жен, с которыми мне в старости придется делиться наследством! Аллах! Что за муж мне достался! Пусть его жизнь станет адом! Пусть не увидит он светлого дня!Ей хотелось выдрать из его рук плетку и как следует отходить ею Мухамеда. Бить и бить, пока его тело не покроется кровавыми полосами!Но она не посмела прикоснуться к орудию наказания. К тому же почувствовала, как рубашка прилипла к спине.

Лейла лихорадочно сбросила с себя испорченную ночнушку, убедившись, что если не удастся отстирать кровь, то вещь придется выбросить.А кто будет стирать? Ариба? Нет, самой придется этим заняться. А то ведь она увидит кровавые полосы и всё поймет. Стыдно было и перед Арибой, которой станет известно об унизительном наказании. Совершенно голая, она металась по комнате, не соображая, куда Ариба могла положить ее ночную одежду.Выдвинув очередной ящик комода, она обнаружила простенькую рубашку, решив не надевать дорогой пеньюар, чтобы не испачкать в крови и его.Набросивхалат, Лейла снова заметалась в поисках места, куда можно было спрятать грязную рубашку. И вдруг опомнилась: окно! Она не закрыла шторами окно! Что моглиувидеть Амин или его жена? Вдруг они проснулись в тот момент, когда Мухамед махал плеткой, и теперь им известно,что муж выпорол ее?Она разрыдалась от унижения и досады.- Аллах, за что? За что мне это? – повторяла она, отойдя от зашторенного окна.

И что ей делать с Мухамедом? Позвать Арибу? Не придет – уверена была Лейла. Теперь они долго не смогут помириться. Если только она не пообещаетАрибе, что никто не узнает о том, что Ариба побывала в объятиях ее мужа. Лейла вспомнила, как Мухамед, едва ложился к ней в постель, тут же сгребал ее в охапку, не подозревая, что Лейла едва сдерживает тошноту. Так он, наверно,и Арибу так схватил, пока не понял, что перед ним вовсе не жена.

Наверно, Лейла могла бы позлорадствовать над тем, что испытала при этом ее подруга: непонимание, ужас, отвращение, страх за свою репутацию и будущее.- Ничего! Что хорошо для меня, хорошо и для Арибы. Почему бы ей, в самом деле,не выйти замуж за Мухамеда? – холодно подумала Лейла. Скрестив на груди руки, она снова подошла к мужу и с силой пнула его по ноге. А хотелось ударить в огромный живот, заехать ногойв ненавистное лицо!

Но она боялась Мухамеда. Теперь она его начала бояться. А если муж отправит ее в Марокко? А если он будет пороть ее каждый раз, когда ему что-то не понравится? Золота он ей не купит! Как же! Купит, ещё как купит, когда женится на Муне! Иначе она пойдет к шейху и скажет, что муж нарушает ее права. В Коране сказано, что ко всем женам муж должен относиться одинаково и поровну делить подарки, золото, любовь.

Лейла готова была обменять его любовь на золото Муны или той, кто ещё станет его женой. И дом пусть для нее покупает!Мухамед зашевелился, открыл глаза, увидел Лейлу.Недоумение в его глазах, когда он обвел себя и комнату взглядом, сменилось воспоминанием о произошедшем и пониманием. Кряхтя, Мухамед поднялся, держась за дверь. Отдышавшись, повторил ранее сказанное Лейле:

- Ты наказана. Месяц будешь обходиться без мужа. На улицу выходить не смей. Все домашние дела – на тебе. Когда Ариба уедет, ребенком тоже будешь заниматься ты. Поняла?- Да, Мухамед, - испуганно ответила молодая жена.Мухамед пошатнулся, как будто у него закружилась голова. Он собрался выйти из комнаты, но остановился и снова повернулся к ней. Протянув в ее сторону руку с плеткой, сказал:- Плеть будет висеть на прежнем месте. Ты иногда поглядывай на нее и помни, что тебя ждет, если ты не одумаешься.Лейла… Дядя Абдул не просто отвезет тебя в Марокко и вернет отцу, но сделает так, чтобы тебя выдали замуж за погонщика верблюдов. Да! Я не придумываю это, чтобы напугать тебя.Дядя Абдул уже нашел тебе мужа: дальний родственник Арибы водит караваны бедуинов от Тетуана и «Долины тысячи касьб» через Сахару в разные места. Ему нужна жена. Ты будешь везде сопровождать мужа, если отец отдаст ему тебя. Так и будет, Лейла, если ты не опомнишься.Лейла слушала со страхом, веря его словам и ненавидя за сказанное. Она вдруг поняла, что ее судьба в его руках. И в руках дяди Абдула и отца. И если она не прислушается, то дальше будет только хуже. Она была так испугана, что когда Мухамед ушел, она долго не могла прийти в себя. Стояла возле дивана и повторяла:- Погонщик верблюдов… Сахара… Караваны бедуинов… Ему нужна жена… И я буду сопровождать его повсюду!-…потому что они отдадут меня этому бедуину и не спросят, хочу ли я этого или нет! – вдруг истерично закричала она, схватив с дивана брошенные ещё днем платки и швырнув их в сторону двери. – Они отдадут меня, принесут в жертву, как барашка!

Неужели ей придется смириться? Быть послушной женой, выполнять все прихоти Мухамеда, танцевать для него. Терпеть его ласки – каждую ночь, пока Мухамед не возьмет ещё одну или двух жен, и рожать каждый год по ребенку!

Через десять лет, когда она уже состарится, когда ей будет тридцать, в доме будет бегать десяток только ее детей, а ещё дети Муны… А потом Мухамед, превратившись в рыхлую развалину, возьмет ещё одну жену! И если Лейла и останется первой женой, то все равно ей придется бороться с остальными, чтобы удержаться и остаться первой. И не ради Мухамеда, а чтобы командовать самой, а не терпеть, как кто-то станет командовать ею!Лейла долго-долго плакала, стоя, уткнувшись в ладони.Ей было так жалко себя! Почему ее не выдали замуж хотя бы за брата Мухамеда, если не за его сына? Быть женой Саида Рашида, жить во дворце, быть покрытой золотом – это хотя бы достойно ее красоты. И Саид - пусть и стар, но не отвратителен настолько, как его брат Мухамед. Стань она женой Саида Рашида, в голову не пришло бы бунтовать против мужа. Она постаралась бы подружиться с его женами…А теперь можно сказать, что ее жизнь – кончена! Слезы не переставали лить, застилали глаза так, что она не видела, как добралась до кровати и легла. Уснула и увидела страшный сон.

Даже уснув, она чувствовала ужас, когда чья-то рука подсаживала ее на спину верблюда, когда она закрывала лицо куском темной ткани, чтобы защититься от горячего ветра, бросающего ей в лицо обжигающе горячий песок… Впереди нее на другом верблюде ехал мужчина. Это был ее муж…

Она не видела его лица, но знала, что это тот самый Джафар, дальний родственник Арибы. Такой страшный, что даже самые некрасивые девушки в их деревне не захотели выходить за него замуж. Никому не нравился глубокий кривой шрам, пересекающий его лицо, свернутый на сторону нос, маленькие злые глазки, из которых не уходило злобное выражение. А теперь ее отдали ему навсегда, как мешок овощей, который покупают в лавке, торгующей кормом для ослов.

Даже во сне Лейла не желала, чтобы мужчина повернулся к ней, потому что она боялась увидеть его лицо. Его крепкие загорелые руки сжимали плеть, которой он стегал животное, на котором двигался во главе каравана.Лейлу и во сне охватило страшное сожаление, потому что на ней не было ни одной золотой вещи! Ни пары золотых сережек, ни браслета, ни ожерелья! Ни-че-го! Она знала, что Джафар забрал ее золото, потому что ему нужно было заплатить долг за погибших в дороге верблюдов, за которыми он не усмотрел. И ещё – Джафар купил для нее верблюда, а это очень-очень дорого стоит! Теперь вместо золота, которое она должна была получить от Джафара в качестве махра и носить его на себе,она сидит верхом на верблюде, за которого было отдано ее золото, полученное от Мухамеда. Если бы об этом узнали Халиса и Ариба,как бы они смеялись!

Лейла ворочалась во сне, металась в постели, стонала, когда ей снилось, что обжигающие лучи солнца палят ее спину, а на самом деле это разболелись кровавые рубцы на теле, исполосованном плетью.

…Лейле было очень плохо, болела обожженная солнцем спина, она изнемогала от жары, хотела пить… Но она не осмеливалась попросить воды у мужа, который вел караван. Но когда Лейла почувствовала, что вот-вот свалится с верблюда, она вскрикнула, вцепившись в его горб, в пучок волос на горбу, и муж обернулся на крик…

…Лейла ахнула, увидев его лицо. Она закричала, но уже от радости, потому что ее мужем оказался Амин! Это его лицо она узнала во сне! Амин – ее муж, Амин, а не ужасный Джафар!Она проснулась именно в этот момент, не успев насладиться радостью. Было раннее утро. Лейле очень хотелось пить. Но Ариба не принесла вчера вечером бутылку минералки, которую обычно оставляла в ее комнате. Только тарелка с подсохшим кускусом стояла на том самом столике.Лейла с неприятным чувством вспомнила о случившемся накануне. Что думает о ней Ариба? Знает ли она, что муж выпорол ее? Или Ариба вернулась к себе в комнату и крепко уснула? Ведь Лейла всыпала в ее сок достаточно снотворного – такую дозу обычно принимал Мухамед, когда не мог уснуть, вернувшись после очередной ссоры с Латифой. А Мухамеду нужно больше лекарства, ведь у него и вес намного больше, чем у Арибы. Раза в два!Достав свежее платье, в котором ей теперь оставалось только красоваться у окна, ведь на улицу Мухамед выходить запретил! – она попыталась переодеться. Но ей пришлось сдирать со спины присохшую к ранам рубашку, на которой тоже обнаружились кровавые пятна, как и на простынях, когда она откинула одеяло.Пришлось снимать грязное постельное белье и вместе с двумя ночными рубашками нести эту кучу к стиральной машине. Решив заняться стиркой позже, Лейла отправилась на кухню, чтобы выпить стаканчик сока или горячего чая. Или кофе. Но теперь придется всё варить самой.Мухамед, наверно, уже ушел в магазин, а Ариба, конечно, сидит в комнате с ребенком. Лейла очень на это надеялась.

Однако это оказалось не так. Когда она перешагнула порог кухни, к ней тут же повернулись Мухамед с ребенком на руках и Ариба – в черном никабе, с пресловутой узкой полоской, позволяющей видеть глаза, в которых Лейла тот час заметила презрение.Она молча прошла к столу и налила себе чай.- Надо поговорить, Лейла, - начал Мухамед, передавая сына Арибе. – То, что ты вчера устроила, непростительно. Не думай, что ты сможешь нас этим шантажировать. Я тебе вчера объяснил, что я сделаю, если ты допустишь хоть одну ошибку. Больше я не намерен терпеть твои выходки.- Мухамед, я всё поняла, - смиренно ответила Лейла, опасаясь, что он напомнит при Арибе об устроенной порке.- Мало - только понять. Если из тебя не получится хорошей жены, Лейла, я с тобой расстанусь.

- Мухамед, я тебе объяснила, почему я на это решилась, - начала опять выкручиваться интриганка.- Ты лжешь. Но мне некогда и нет желания выяснять твои истинные намерения. Лейла, я уже сказал Арибе, что вчера произошло недоразумение, при чем, в этом виновата ты. Поэтому мы втроем должны забыть вчерашний вечер. Я знаю, что Ариба болтать не станет. Но тебе, Лейла, тоже лучше прикусить язык.

- Я могу рассказать только то, что я видела, но я ни о чем больше не знаю. Я врать не буду. Разве я утверждала, что Ариба тебя соблазнила или ты ее из… эээ…- Аллах! Не начинай даже, Лейла. Замолчи! Мне давно не нравится, как ты себя ведешь, как разговариваешь со мной, как относишься ко мне. Я намерен положить этому конец. Или ты принимаешь наш брак, или я возвращаю тебя в Марокко, иншалла.- Нет, я никуда не поеду.- Но после разводав Бразилии ты не сможешь остаться, ты никому не нужна. Твоя семья в Марокко о тебе позаботиться, если я дам тебе развод.Лейла заплакала, при чем – искренно.- Из-за тебя Ариба снова надела паранджу и не намерена снимать ее до возвращения в Фес. Разве так правильно? – ткнув пальцем в сторону ее родственницы, сказал Мухамед.- Но если она сама так захотела? Не отговаривай Арибу, Мухамед. Тем более,после вчерашнего ты можешь начать думать о ее красоте и однажды польстишься.., - заговорила Лейла, разозленная тем, что Мухамед угрожает ей при Арибе.- Что ты несешь, Лейла? Аллах! Сид Мухамед, мне лучше уехать из вашего дома, - сердито произнесла Ариба.- Ты уедешь, и очень скоро, Ариба. Я звонил брату и все ему рассказал. Саид предложил отправить тебя к нему домой, там найдется для тебя комната, в которой обычно жили Зорайдэ или наша сестра, имя которой мы не произносим уже пять лет. Он пришлет за тобой машину. Тебе надо собрать вещи – свои и моего сына.

- Я буду жить в доме сида Саида до отъезда в Марокко? Так долго?- Не знаю, как сложатся обстоятельства. Возможно, мне придется дать Лейле развод, и тогда я смогу отправить ее на три месяца к дяде Абдулу в Фес, пока не пройдет время идата. Тогда ты сможешь вернуться в мой дом как няня моего сына. Но мне придется поселить у себя ещё женщин, чтобы о нас с тобой не пошли разговоры. Ведь иначе это будет харам. Я подумаю, как поступить. Может быть, тогда я сойдусь с Латифой.

- А почему во дворец Саида поедет Ариба, а не я? – возмутилась глупенькая Лейла.- Потому что моя жена ты, а не Ариба. Ты останешься со мной,я дам тебе испытательный срок. А Ариба с моим сыном поживут в доме моего брата. Ариба, не бойся, там тебе помогут как жены Саида, так и опытные служанки, - ободряюще кивнул Мухамед родственнице.- Мухамед, а разве я справлюсь с домашними делами одна?! – возмущенно вскочила из-за стола Лейла, едва устроившись выпить кофе, сваренное вовсе не для нее.- Лейла, и ты смеешь что-то говорить? – удивился мужчина. – Ариба, иди собирать вещи. Не забудь взять всё, что понадобиться Абдульчику. Я позвоню брату, узнаю, когда будет машина. Или мне вызвать такси? - Мухааамед, - протянула Лейла.– Ты лишаешь меня даже собственного сына?!- А он тебе так нужен? Его матерью стала Ариба, а в тебе я не замечал большой материнской любви к родному сыну и заботы о нем, - укорил ее муж.- Вот потому я и хотела подтолкнуть вас с Арибой друг к другу! – заныла Лейла. – У меня получается хорошо что-то одно, а у Арибы – другое. Ей надо быть или нянькой, или рожать детей и заниматься ими. И тебя, и меня устроила бы такая вторая жена, как Ариба.- Хватит, - нервно сказала ей бывшая подруга. – У меня есть жених, нечего идти против воли Аллаха. Мне суждено стать женой Икрама.- У тебя, Лейла, действительно, только одно получается хорошо: ссориться с близкими людьми. Но тебе придется меняться, - сказал Мухамед, набирая номер на сотовом.Поговорив вполголоса, Мухамед вернулся к девушкам и сказал:- Ариба, не трать время, машина вот-вот подойдет. Я схожу в магазин, посмотрю, как начался торговый день. А ты собирайся. Лейла, а ты… займись приготовлением обеда. Когда после дневного намаза я приду обедать, еда должна быть приготовлена и оказаться съедобной.- Так и будет, Мухамед, - промямлила в ответ жена, и он ушел, удовлетворившись таким ответом.Ариба отдала ребенка его матери, чтобы заняться сбором вещей. Но Лейла пришла к ней в комнату, положила сына в его кроватку и заговорила:- Напрасно ты отказываешься от счастья, которое идет тебе в руки. Неизвестно, женится ли теперь на тебе Икрам.- Женится. Мухамед не успел тебе рассказать, но он утром звонил в Марокко и разговаривал с дядей Абдулом и сидом Али. Он им рассказал о том, что здесь случилось. И знаешь, Лейла, они оба тебя осудили. Только дядя Абдул потребовал, чтобы Мухамед немедленно дал тебе развод, пусть и нет четырех свидетелей, которые должны услышать трижды произнесенное: «Я с тобой развожусь!». А дядя Али сказал, что верит Мухамеду и никогда не поверит тебе, Лейла, если ты захочешь оговорить своего мужа и меня.

Лейла терпеливо выслушала ее. Потом ответила:- Ариба, твой жених может не поверить, дядя Али тоже. Но лара Дуния? Она-то начнет сомневаться, а если и не поверит, то все равно может отговорить сына от женитьбы, увидев прекрасный предлог отказаться от тебя. И сумеет убедить Икрама в чем угодно.- Зачем я согласилась поехать с тобой в Бразилию! – уже сквозь слезы сказала Ариба и замолчала. Разговаривать с подлой интриганкой ей не хотелось.Так продолжалось некоторое время: Лейла молча наблюдала за сбором вещей, а Ариба быстро паковала вещи в чемодан и сумки. Грязные вещи Абдульчика она откладывала отдельно, а потом, свернув их вместе, отнесла вниз, чтобы оставить возле стиральной машины. Пусть Лейла теперь стирает!Но в баке для грязного белья не оказалось места. Он был неаккуратно забит постельным бельем из комнаты Лейлы, а из бака свешивалась ее ночная рубашка.Решив утрамбовать вещи, чтобы нашлось место и для грязной детской одежды, Арибе пришлось вытащить обе ночнушки Лейлы. Тогда она и увидела на них кровь. С удивлением рассмотрев испорченное ночное белье, Ариба догадалась, откуда взялись кровавые полосы: это лишь следы крови, которую вобрала в себя ткань с тела Лейлы. А откуда на ее спине могли появиться кровавые шрамы? Значит, сид Мухамед сдержал слово и выпорол ее.- Аллах! Вот до чего довела его Лейла. И себе жизнь портит, и другим. За что она так со мной? Я превратилась в ее служанку. Она не желает мне ни добра, ни счастья. Неблагодарная! – держа в руках чужую одежду, разговаривала сама с собой потрясенная Ариба.Здесь ее и застала Лейла, сообразившая, что именно обнаружит подружка в баке возле стиральной машины.- Копаешься в грязном белье? – с иронией спросила она, хотя Ариба видела в ее глазах страх.- Приходится. А чего ты боишься? Что я расскажу в доме Саида Рашида, что муж выпорол тебя? Или что об этом узнает Амин? Или Халиса? Я не такая, как ты. Не стану подличать.- И все-таки запомни: если ты им расскажешь, я тебе отомщу. Позвоню ларе Дунии или дяде Абдулу и скажу, что мой муж на тебя засматривается. Что он к тебе пристает. Что ты тоже не прочь и принимаешь его ухаживания и заигрывания. Что пусть Икрам сто раз подумает, прежде чем соберется на тебе жениться!- Лейла, ты спустилась сюда, чтобы наговорить мне гадостей? Прибежала за мной, бросив сына одного? За такими малышами нужно следить, не спуская с них глаз. Но тебе нет дела до твоего сына!- Слава Аллаху, Мухамед поступил мудро: отправил тебя из дома вместе с ребенком. И Абдульчик будет под присмотром,и я отдохну от его криков и ночных кормлений.- Ты эгоистка! Ты плохая мать!- Если тебе так его жалко, тогда почему не хочешь остаться в Бразилии, став женой Мухамеда? Тогда заботься о нем хоть всю жизнь. И ещё сама нарожаешь Мухамеду детей.С улицы донеся звуковой сигнал: автомобиль подъехал к дому. Тут же появился Мухамед, затопал по лестнице. Из комнаты, где стояла стиральная машина, выскочили Ариба и Лейла и помчались наверх.

Мухамед стоял в коридоре, беспомощно оглядываясь. Видимо, он не решался зайти в комнату Арибы. Увидев девушек, он сердито сказал:- Где вы ходите? Ариба, выноси ребенка, а я заберу вещи.Так и сделали, а Лейла крутилась тут же.

- Ты уже начала готовить обед? – поинтересовался Мухамед. – Нет? Тогда отправляйся на кухню, немедленно!Лейле пришлось подчиниться. А что ещё она могла сделать? Ей так хотелось подняться к себе в комнату и взглянуть на окно Амина, но она боялась даже подходить близко к окнам. Она подумала, что сам Мухамед мог рассказать сыну о порке, устроенной жене накануне. Представив эту сцену, Лейлезахотелось удавиться, отравиться, выброситься из окна! Так стало стыдно и противно! Амин может узнать, как его отец бил Лейлу? Однажды он уже видел что-то подобное. Но чтобы ещё раз? Нет, нет! Лучше не думать об Амине. Лучше она пойдет на кухню, чтобы что-нибудь приготовить из еды, но вспоминать будет бедуина из сна с лицом Амина. Какой занятный был сон! Вот бы каждую ночь видеть во сне Амина! И чтобы Халисы не было рядом! А в ее сне Халисы не было.…И что же теперь делать без Арибы? Лейла растерялась, впервые оказавшись одна на кухне и в доме вообще. Она нерешительно взяла в руки нож и, сжимая его, бродя с ним по кухне, выдвигая ящики и открывая шкафчики, холодильник и разные корзинки, прикрытые полотенчиками, нашла все-таки овощи, специи, крупы и посуду. Разложив найденное на столе, встав рядом, она задумалась, что предпринять дальше. Лейла готовила кое-что и раньше, но рядом всегда находилась Ариба, котораяи руководила процессом варки или жарки, тушения или выпечки, подсказывая, что и за чем брать и что делать. Но теперь?

- Мухамед меня прибьет! – решила она, так и не придумав, что приготовить.

– Да станет ядом каждый кусок хлеба для него! – сказала она, когда смешала муку с водой, замесила массу, а теперь стояла возле стола с налипшими на пальцы кусками теста и не знала, что делать. 14. Часть 19. Глава 14. Мекнес. Происки Зухры.Хадижа чувствовала, что с ней что-то не так. Ей нездоровилось. Сначала она сочла, что это всё из-за нервов. Она так надеялась, что Фарид откажется от Зухры, если уже дал ей развод, но нет – сначала он вытолкал вторую жену на улицу, когда обнаружил дохлого петуха, но потом обманом привел обратно, чтобы выпороть ее за совершенный харам.

Затем Зухра вновь пропала из дома, а свекровь объяснила удивленной Хадиже, что Фарид увел грешницу на медину, но куда и зачем, этого он не сказал, но что ее сын действовал по совету сида Рахима. И Зухры не было несколько долгих дней, когда Хадиже начало казаться, что с Зухрой покончено навсегда!

И она опять ошиблась: Зухра пригрозила Фариду, что пожалуется шейху. Ведь во время идды (=идата) женщину нельзя выгнать на улицу, а она уже несколько дней не может попасть в дом мужа и вынуждена бродяжничать по медине Мекнеса.И вот Фарид вновь привел Зухру назад. И не просто привел, а, узнав радостную новость о беременности сестры, решил простить Зухру и отказаться от развода!Хадижа была очень расстроена. Очень. Ей не хотелось жить, по крайней мере – здесь, в этом доме, рядом с ведьмой. С возвращением Зухры как будто черный мрак снова окутал на дом, в котором она жила с семьей мужа. А Зухра была весела и казалась счастливой. Она притихла. Не говорила гадостей Хадиже, покорно помогала ларе Джабире в домашней работе, ходила на медину за продуктами и прочими покупками.

И каждую ночь Фарид оставался ночевать у Зухры. Нет, он, конечно, заходил и к Хадиже в ее вечера, но она просила его уйти, так как ей было нехорошо. Хадиже не хотелось, чтобы Фарид видел, как ее тошнит в тазик, понимая, что подобное может ещё сильнее его оттолкнуть, вызвав отвращение, но и Фарид не проявлял настойчивости,при первой возможности покидая ее комнату.Вот так Зухре доставались все ночи мужа – свои и Хадижи. Зухра была, конечно,удивлена, но самонадеянно решила, что девчонка из Бразилии, наконец-то сдалась, уступив Фарида ей.Однажды Зухра навестила Хадижу в ее комнате.- Лежишь? Отдыхаешь? Плохо выглядишь! Такая ты Фариду совсем не понравишься. И правильно делаешь, что не зовешь к себе нашего мужа.Он не любит некрасивых женщин. А ты и так не красавица, асейчасвовсе страшненькой стала, - сказала Зухра с неприятной улыбкой.- Аллах… Зухра, уйди, - коротко попросила Хадижа.- А что? Почему не хочешь со мной поговорить? Я могла бы рассказать, как я жила в те дни, когда мне, оказавшись на улице, пришлось искать пристанище.- Не стоит об этом говорить. Фарид нам с ларой Джабирой рассказывал, как снимал тебе домик и давал деньги на еду.- Ты никогда не переживала подобного, Хадижа. Тебе не понять.

- А ещё он тебя выпорол плетью. Я слышала, как ты кричала во дворе. А потом он тебя снова выставил из дома.- Хадижа, ты радуешься? Правильно, я тоже позлорадствовала бы, если бы Фарид отхлестал плетью и тебя.

Вдруг глаза ее загорелись.- Когда ты родишь, Хадижа, я устрою так, чтобы Фарид тебя выпорол. Я с радостью послушаю, как будешь кричать ТЫ. Так и будет, вот увидишь. А потом я помогу тебе мазать спину мазью, которая хорошо заживляет подобные шрамы. Меня моя тетка из Марракеша научила составлять целебную мазь.- Уходи!Фарид меня не тронет. За что меня бить? Я ничего не стану делать, чтобы навредить мужу, иншалла.Но Зухра ухмыльнулась и молча вышла, оставив Хадижу тревожно думать о том, что может замышлять против нее вторая жена.С каждым днем Хадиже становилась все тяжелее не только работать, но даже ходить по дому и тем более – подниматься и спускаться по лестнице.- Что с тобой? – обеспокоенно спросила ее свекровь, заметив, наконец, ее состояние, которое показалось ей серьезным.

Тогда Фарид, с которым мать поделилась своими сомнениями, вызвал Хадиже врача, и женщина-врач обнаружила у нее отеки, что было плохим признаком на последней стадии беременности. Рожать Хадиже уже через месяц - полтора, а вид беременной женщины внушал опасения.Были выписаны лекарства и диета.- Печеный картофель и овощи. И всё, чтобы сошли отеки, - дала советы врач. – Потом снова покажитесь мне. Если не поможет, придется ложиться в больницу.Фариду не нравилась перспектива тратить деньги на больницу. И сколько будет потрачено на лекарства? Но ведь Хадижа ждала его сына! Поэтому матери он велел следить за диетой, а ещё – строго приказал Зухре обходить Хадижу стороной, не приближаясь даже к ее двери.- Если я узнаю, что ты заходила к Хадиже в комнату, то мы снова с тобой поссоримся! Клянусь, я прогоню тебя, дав и третий развод!Сида Рахима не было в их доме: из Феса, куда он сбежал из-за возвращения Зухры, он отправился снова к женам в «Долину тысячи касьб». Нужно было проверить сохранность старого урожая и позаботиться о будущем.Но и Фарид собирался в скором времени на цитрусовые плантации. Хадижа со свекровью гадали, возьмет ли он Зухру с собой или змея останется дома портить им кровь. Матери хотелось избавиться на некоторое время от неприятной невестки, а Хадижу раздирали противоречивые чувства: она не могла видеть Зухру, но ревность говорила в ней при мысли, что муж будет полностью принадлежать сопернице, которая станет чувствовать себя победительницей.

- А разве сейчас не так? Я вижу Фарида всего несколько мину в день, когда он вечером возвращается с медины, садится за стол или когда заходит ко мне в комнату, чтобы сказать несколько слов, после того, как я отвечу на его вопросы о своем здоровье. Ему хорошо с Зухрой. Она его веселит, ублажает, они болтают обо всем, емус ней интересно. Обо мне Фарид забывает, едва выходит из моей комнаты.Но когда врач объяснила ему серьезность состояния жены, Фарид вдруг стал проявлять к Хадиже внимание. Он приносил ей фрукты, заходил в комнату и просто сидел, молча, даже не задавая вопросов. Зухре это не нравилось, она пыталась следом за ним проникатьв комнату первой жены, но Фарид каждый раз приказывал Зухре уйти. И это ее злило.

Однажды он вернулся с медины и зашел к Хадиже с таким серьезным видом, что даже испугал ее.- Фарид, что случилось? – привстала она с постели.

- Ничего плохого не случилось. Наоборот, я решил порадовать тебя. Ты же так любишь золото. Помнишь, ты рассказывала о своих детских мечтах: ты хотела, чтобы муж дарил тебе «много-много золота». Я не настолько богат и расточителен, чтобы дарить тебе много золота, но сегодня мне захотелось сделать тебе подарок.И муж протянул Хадиже маленький сверточек, даже не шкатулку или футляр, а всего лишь завернутый в бумагу бархатный мешочек, в котором оказались три тонких золотых браслета, скрепленных между собой золотым стеблем вьющегося растения с крохотными листочками и бутончиками. Вещь совершенно не была похожа на арабское украшение. Наоборот, выглядела очень странно, но Хадижа влюбилась в подаренную вещицу в первого взгляда.- О, Фарид! Какие чудесные браслеты! Шукран, хабиби! Я стану носить их, не снимая.Фарид был доволен ее реакцией, стараясь не вспоминать, какую ссору с Зухрой ему пришлось вынести. Под угрозой дать третий развод он велел ей не заговаривать с Хадижей о подаренном золоте.Хадижа не узнала об этом, но заметила, что на запястье Зухры тоже появилось скромное украшение – тонкий браслет, украшенный традиционными марокканскими узорами. Но ее утешила мысль, что ей муж сделал подарок, потому что беспокоился за нее и не родившегося пока малыша, а Зухра получила браслет, потому что Фарид не мог пойти против обычая: если подарок получала одна жена, то другой он тоже был вынужден купить подарок.За неделю здоровье Хадижи улучшилось, и она начала выходить из комнаты, пыталась что-то делать по дому, даже не смотря на то, что лара Джабира и Фарид запретили ей заниматься хозяйством.Однако теперь Зухрастаралась ее задеть, провоцируя даже не словами, а поведением.Так, например, однажды Хадижа вернулась из кухни, захватив с собой стакан молока, и, войдя в комнату, обнаружила Зухру у распахнутого шкафа с ее одеждой. Зухра деловито, как однажды уже было, перебирала вешалки с платьями и праздничными кафтанами.- Ты что это делаешь? – возмущенно спросила Хадижа. – Выйди!Но Зухра и ухом не повела. Продолжая вытаскивать то одно платье, то другое; раздвигая вешалки с одеждой, она придирчиво рассматривала каждое, переходя к следующему.- Ты оглохла? Аллах! Зухра, ты хочешь, чтобы я позвала лару Джабиру?- Да успокойся! Мне Фарид разрешил выбрать одно из твоих платьев – из тех, которые тебе уже малы. Вон у тебя какой большой живот! Тебе половина одежды мала. А у Фарида нет денег покупать мне новые платья. Но сама знаешь, как я обносилась.

- Не смей прикасаться к моим вещам! Ты всё врешь: Фарид не мог так поступить. Но я у него узнаю. А сейчас убирайся из моей комнаты!Видя, что Зухре и дела нет до ее требований, Хадижа, поддерживая ладонью живот, повернулась к двери в коридор, собираясь выйти и позвать свекровь. Стоило ей сделать несколько шагов, как Зухра тут же выскочила из ее комнаты на галерею.- Не будь такой жадной, Хадижа. Иначе я попрошу Фарида заставить тебя отдать мне все платья, которые ты сейчас не носишь! Все-все!- Ты думаешь, ради тебя мой муж нарушит правила, предписываемые мужьям Кораном?- А вот посмотрим, что у тебя останется в шкафу!Конечно, Хадижа рассказала о случившемся ларе Джабире. Женщина удивилась:

- Мой сын никогда не стал бы вмешиваться в споры из-заодежды между женщинами. Если бы ты сама решила поделиться со второй женой ставшими ненужными платьями,то Зухра получила бы их. Но Фарид не станет отбирать у тебя одежду, чтобы отдать ее Зухре. Аллах, что Зухра выдумала! Даже не спрашивай у него об этом и не расстраивайся. Я поговорю с нахалкой.Однако, когда вернулся Фарид и после вечернего намаза семья села ужинать, Зухра вышла к столу в любимом платье Хадижи, которое висело в шкафуотдельно,потому что его было невозможно надевать из-за увеличившегося живота, но ей было трудно от него отказаться.Хадижа переглянулась с ларой Джабирой, и тут же у неё потемнело в глазах.- Это мое платье! Как ты посмела забрать его из моего шкафа? Ты не имеешь права, ведь я его тебе не дарила, - нервно сказала она.- Зухра, это нехорошо. Так нельзя поступать. Фарид, сынок, твоя вторая жена украла платье у Хадижи.- Украла? – удивленно повторила вторая жена. - Зачем мне его красть? Хадижа его не носит, оно ей уже не нужно, а мне нечего надеть! Фарид отказался покупать мне новую одежду! – повернулась злодейка к мужу, ища его поддержки.- Ты сказала, что поговоришь с Хадижей, попросишь ее отдать тебе старые платья, которые ей уже не нужны, - нахмурился Фарид. – Так в чем дело? Почему же Хадижа возмущается? Ты по ошибке забрала не то платье?- Я не собиралась делиться с Зухройодеждой! – чуть не плача, сказала Хадижа.- Так ты, Зухра, не смогла договориться с первой женой? – не обратил Фарид внимания на ее слова. А Зухра нервно усмехнулась.- Но ведь и так понятно, что они ей не нужны! Они ей малы, а когда родится ребенок, то ещё не известно, когда она вернется в прежнюю форму, если вообще похудеет. Платья истлеют в шкафу. Сам знаешь, какая сырость в доме. В шкафах заводится плесень, если долго не проветривать вещи!- Я так понял, что ты забрала платье без разрешения?- И что? Аллах! Разве она не должна делиться? Скажи ей, Фарид, чтобы отдала мне все платья, которые ей стали малы! Скажи ей!Мать и сын то и дело переглядывались, не веря в наглость молодой женщины.- Снимай мое платье! – как-то по-детски потребовала Хадижа.- Иди к себе в комнату и сними платье. Верни его моей первой жене, - мотнул головой Фарид в сторону коридора.- Я тоже твоя жена! Но какая между мной и Хадижей разница! Я одета как нищенка, а она – как принцесса. Где справедливость? Разве так ты должен относиться к женам?- Зухра, у нас с тобой было два развода. Если ты получишь третий развод, то он будет уже окончательный. Ты же знаешь, что после третьего развода вернуться к мужу женщина не может, только если будет найден временный муж на один день. Только тогда она может вернутьсяв семью мужа, и то – если он этого сам захочет. Но я не захочу. Даже если ты выйдешь замуж, а потом добьешься развода, я тебе больше не дам шанса войти в этот дом!- Фарид, тогда купи мне новое платье! Мне не в чем ходить!- Я подумаю, где мне взять денег тебе на одежду, т.е. вам обеим на платья, потому что всё, что я куплю одной жене, я должен купить и другой. В этом ты права. Где мне взять столько дирхамов? На деревьях в моих садах растут апельсины и мандарины, но не дирхамы. А каким будет будущий урожай, предугадать сложно.

- И что же мне делать?! – уперлась руками в бока Зухра.- Сначала сними это платье и отдай его Хадиже.- Сними и можешь выбросить его, потому что носить его после тебя я не собираюсь! – опрометчиво сказала Хадижа, ободренная поддержкой мужа и свекрови. И это стало ее ошибкой.- Хадижа, ты хорошо живешь, если почти новое и очень дорогое платье собираешься выбросить, - нахмурившись, сказал ей Фарид. – Будем считать, что ты его отдала мне, чтобы я выбросил, а я отдал его Зухре. Пусть носит, если оно тебе мало, а мы не можем так разбрасываться вещами.Видя, как у Хадижи вытянулось лицо, Зухра спрятала довольную улыбку.- Да, хабиби. Я буду рада твоему подарку, пусть и с чужого плеча.- Но больше не смей заглядывать в шкаф моей первой жены! – сурово отрезал Фарид. – Я ведь запретил тебе входить в ее комнату! Наказать тебя за то, что ослушалась?- Нет, Фарид, я всё поняла. Любимый! Пойдем на медину, погуляем?- Мне некогда! Я забыл сходить за кормом для ослов, а его уже не осталось под навесом. Придется снова собираться и идти в ту лавку! – тяжело вздохнув, сказал Фарид.- Я тоже с тобой пойду! – радостно воскликнула Зухра. – Мне не трудно.

Хадиже захотелось подколоть Зухру:- Соскучилась по той помойке? Романтичное место.

- Завидуешь? Тебе даже из дома трудно выйти. А до той лавки вовсе не добраться. Сиди у себя в комнате и представляй нас с Фаридом, как мы гуляем по медине… Я – такая красивая, очень-очень счастливая и…- … в чужом платье! – закончила Хадижа и расплакалась, опустившись на стул.- Зухра, зачем ты дразнишь Хадижу? Хочешь, чтобы она потеряла ребенка? – строго спросила лара Джабира. – Фарид, ты помнишь, что сказала врач?- Зухра, прекрати! Или ты добиваешься, чтобы Хадижа потеряла моего сына?- Нет, конечно. Аллах, Аллах! Пусть он пошлет Хадиже сына, нет – двух сыновей! И тогда одного из них буду нянчить я, потому что с двумя ей будет просто не справиться. Фарид, может быть, нам взять служанку? Посмотри сам – мы с твоей мамой не успеваем делать все дела. Всегда что-то остается незаконченным.- Я думал об этом. Поедем в Марракеш, иншалла, тогда ты сможешь подыскать там женщину, которая согласилась бы работать по дому только за крышу над головой и еду, потому что у меня нет денег, чтобы платить ей за работу. Я и сам понимаю, что в доме после отъезда сестер нужны женские руки.- О, Фарид! Мой египтянин! Мой фараон! Мой повелитель мумий! Я лично выберу себе служанку! Шукран, шукран! – едва не прыгала от радости вторая жена.- Себе? – удивился Фарид. – Нет, разве я сказал, что ты получишь личную служанку? Нам нужна женщина для работы по дому. А ты, как делала, что тебе мать велит, тем и будешь заниматься.- И все равно, я рада, что появится новое лицо в доме. А то на Хадижу смотреть противно: только плачет или ноет, жалуется, грустит…- Хватит, Зухра! Давайте ужинать, мне надо успеть сходить за кормом!Хадижа проглотила обиду. Ее платье досталось сопернице. Теперь оно казалось Хадиже ещё прекрасней, потому что было потеряно ею навсегда.Но она ничего не могла сделать, чтобы его вернуть.

И всё-таки Хадиже было настолько невыносимо видеть на Зухре свое платье, что как-то раз она пролила на Зухру чашку кофе, будто случайно пошатнувшись. Ведь могла же у нее закружиться голова?О, Хадижа помнила рассказ Зорайдэ, как брат отца, дядя Мухамед,решил сосватать невесту, чтобы отомстить тете Латифе из-за Самиры, отказавшейся носить платок. Той невестой оказалась Зулейка, которой суждено было стать потом женой отца Хадижи. Но тогда никто об этом не подозревал, и как раз дядя Мухамед устроил праздник, на котором должен был сватать Зулейку.

Зорайдэ и Карима, зная, как не хочет Латифа делить мужа со второй женой, решили сорвать помолвку. И облили невесте дорогое платье, испортивего сладкими напитками. Карима опрокинула на платье Зулейки целый поднос, после чего громко, но притворно охая и извиняясь.

Потом Хадижа не раз просила саму Зулейку рассказать, как прошло то неудачное сватовство, и жена ее отца с удовольствием вспоминала и радовалась, что ее судьба повернулась именно так: ее мужем стал не Мухамед, а Саид! Хадижа понимала ее: конечно, как можно не влюбиться в ее отца? Пусть даже к дяде Мухамеду Хадижа тоже хорошо относилась!И вот теперь ей самой пришлось воспользоваться этой довольно нехорошей хитростью. Но ведь Зухра сама поступила подло, забрав у нее самое красивое и любимое Хадижей платье!И Зухра не пожалела ругательств, как только на платье растеклось большое кофейное пятно, отмыть которое с такой ткани – дело безнадежное. Хадижа знала об этом по личному опыту, когда ещё жила в доме отца. Такие пятна ничем не выведешь. Тем более – с вышивки, которой был щедро украшен лиф песочного цвета платья.Теперь Хадиже стало легче дышать: ее любимое платье отслужило свое, носить его больше нельзя. Или Зухре оно нужно – с пятном? Тогда пусть забирает!Конечно, вслух Хадижа ничего подобного не сказала, но, видимо, на ее лице это легко читалось.- Кобра! Ты это специально сделала!

- Змея, ты украла мое платье, и Аллах наказал тебя за это!- Пусть у тебя руки отсохнут, плевок больного джина! Ничего, Хадижа, я тоже испорчу тебе платье! И не одно! – пригрозила Зухра, но ее услышал Фарид.

Появившись на кухне, он постарался оценить ситуацию. Хадижа растерянно застыла с пустой чашкой в руке. На платье Зухры растеклось огромное пятно.

Но мать тут же встала на сторону Хадижи.- Фарид, Хадижа нечаянно пролила кофе. Зухра так неудачно села, что Хадиже с ее животом было не протиснуться на свое место. Вот она и пошатнулась, кофе пролилось. Такое бывает.- Зухра, ты другого места не нашла, как сесть там, где нужно пройти Хадиже?- Я? Фарид, она сделала это специально! Я уверена! И здесь я села только что, а до этого я стояла, и Хадижа вылила на меня…- Прекрати! Мне надоело выслушивать ваши разборки! Зухра, Бог дал, Бог взял. Не было у тебя таких платьев, как у Хадижи, и не будет. Носи то, что у тебя есть.Но Зухра кое-что задумала. Она смиренно обратилась к Хадиже.- Хадижа, мы ведь с тобой должны жить как сестры, правда? У тебя ещё много платьев, которые тебе малы. Выбери мне что-нибудь, на свое усмотрение.Ты ведь знаешь, что у Фарида нет денег на покупку одежды.Она так нерешительно улыбнулась, что растрогала Фарида. Он повернулся к первой жене и сказал:- А, правда, Хадижа! Ты могла бы подарить Зухре хотя бы два-три платья, которые тебе уже не нужны. А с денег от нового урожая я куплю вам обеим платья, какие вы сами выберете. Договорились?Хадижа промолчала, опустив глаза. Тогда и Фарид, сердито нахмурившись, молча вышел из дома, а Зухра, не взглянув на свекровь и первую жену, выбежала за ним. Они остановились у клумбы-фонтана и о чем-то быстро поговорили. Потом Фарид ушел по делам, а Зухра поднялась на галерею.Когда Хадижа вернулась к себе в комнату, то на пороге со стороны галереи обнаружила поджидавшую ее Зухру.- Я пришла за платьями, которые ты обещала нашему мужу отдать мне.- Выйди, мне не до тебя. Я устала и хочу полежать.

- Ты лежи. Я сама отберу то, что мне подойдет.- Я ничего не обещала Фариду! Уйди, или я сейчас же позвоню отцу и расскажу, что ты откровенно меня грабишь.- Хадииижа! Ты все ещё не поняла, что тебе лучше со мной если не дружить, то хотя бы не ссориться?Я все равно добьюсь своего. Платья ты мне отдашь. Или Фарид придет и сам у тебя заберет их. Или лара Джабира уговорит тебя отобрать для меня несколько платьев. Зачем тебе столько?!- Ты ничего не получишь, даже если мне придется порезать свою одежду на кусочки! Ничего! – погрозила пальцем Хадижа. Ее одутловатое от беременности лицо приняло такое жесткое выражение, что Зухра поняла: она не шутит и одеждой делиться не станет.- Знаешь что, Хадижа, я с тобой сделаю? Фарид пообещал мне вчера, что, когда будут деньги на ремонт фонтана, он уберет из него клумбу и вернет первоначальный вид, как было когда-то при его прадедушке. Так вот, я тебя в этом фонтане утоплю. Да-да! Ты не ослышалась: я тебя утоплю. Схвачу тебя за волосы,окуну головой в воду и буду держать тебя так до тех пор, пока ты не захлебнешься. Поняла меня?У Хадижи от ужаса перехватило дыхание. Фонтана ещё нет и, возможно, никогда не будет. Но девушке вспомнилось жуткое нападение на нее Зухры в конюшнях, то ощущение, когда Хадиже не хватало воздуха, и она едва не задохнулась, когда на ее голову Зухра набросила пакет и пыталась его затянуть.Хадижа судорожно вдохнула воздух, вспомнив и снова все представив, так что Зухра, наблюдавшая за ней, зло рассмеялась.- Берегись, Хадижа! Бойся меня, бойся! Ты станешь обходить фонтан стороной, правда?- Вон из комнаты! – закричала Хадижа, и в ее животе тут же заворочался ребенок. Она медленно опустилась на кресло, и как раз в это момент вбежала лара Джабира, а со стороны галереи появилась лара Асия.- Зухра, ты хочешь, чтобы я попросила Фарида снова тебя выпороть? – сердито спросила мать их мужа.- Я ухожу, лара Джабира, уже ушла. Хадижа такая жадная, не захотела мне отдать ни одного платья, а Фарид уверен, что она поделится, - пожала плечом Зухра и просочилась мимо вставшей на пороге лары Асии, растрепанные седые волосы которой дрожали на сквозняке.- Дочка, Хадижа, она ведь от тебя не отстанет. У тебя, и правда, много одежды. Отдай ей несколько платьев. Она и Фарида против тебя настроит. Давай выберем вместе.- Нет, лара Джабира. Я лучше позвоню отцуи дяде Али, попрошу их приехать на семейный совет. Вторая жена меня обижает. И никто меня не может от нее защитить. Она только что угрожала мне, сказала, что утопит в фонтане.- Хадижа, не слушай ее. Как она может тебя утопить, если у нас нет фонтана?- Фарид намерен его отремонтировать.- Когда? Кто такое сказал? Аллах, эти девчонки никак не могут поделить моего сына! – воздела руки к небу свекровь. – Дай им много детей и мир между собой.- Лара Джабира, я боюсь Зухру, она причинит вред или мне, или моему ребенку! Алхамдулиллах! Всевышний да защитит нас с сыном!- Ничего не бойся, Хадижа. Рано или поздно Зухра снова доведет моего сына так, что он даст ей третий развод. А это последний развод. Тогда мы от нее избавимся.- Я уже не верю в это! Она никогда не уберется из нашей жизни. Она всегда будет мучить меня.

- Не звони дяде Али вФес и не жалуйся отцу. Будет только хуже. Твои родственники ничего не могут поделать против Зухры.А Фарид станет удерживать ее назло тебе. Я уже поняла, что он все делает даже во вред себе, потому что хочет добиться, чтобы ты встала на его сторону. Ты же все время сопротивляешься.- Но я же не могу отдать ЕЙ свои вещи. Сегодня она захотела мои платья, завтра захочет получить обувь, потом – украшения, их у меня тоже больше, чем у Зухры. И каждый раз я должна буду уступать и делиться с ней, чтобы угодить Фариду? – тихо плача, рассуждала дочка Жади.- Нет, твое золото принадлежит только тебе. Это же твой махр. А одежда…Для чего тебе теперь эти ставшие тесными платья?Так и не добившись от Хадижи согласия, лара Джабира ушла от нее ни с чем. Платья остались висеть в шкафу. Хадижа решила, что одержала небольшую победу. Действительно: больше в семье никто не заговаривал об этом. Даже Зухра перестала требовать от нее подарков и не старалась попасть в ее комнату.Казалось, все успокоились, и в доме воцарился мир.

15. Часть 19. Глава 15. Черные розы для Дайнаб.А вскорепришло письмо от Дайнаб. Теперь ларе Джабире не приходилось скрывать письма от дочери, так как Фарид смирился с замужеством сестры. Он даже интересовался, как живется Дайнаб в чужой стране, как она ладит с другими женами. И, выслушивая историю дружеских отношений в семье Амаля Бенхашема, он выразительно посматривал на собственных жен.- Не ожидал, что Дайнаб сможет ужитьсяс тремя женами! – удивлялся он.

Однако ему некогда было рассмотреть фотографии, присланные Ясмин на сотовый телефон Хадижи. Только со слов счастливой матери он знал, что муж осыпал его сестру золотом и драгоценностями, выделил ей целый этаж во дворце, а, узнав о беременности, решил подарить собственный дворец.- Аллах был милостив к Дайнаб! Я не могу поверить в то, как ей повезло.- Ты собирался убить ее, когда она сбежала. Вот поймал бы сестру, так не было у нее такого счастья, - завистливо сказала Зухра.- Не всем так везет, как моей младшей сестре. Я был рад за Замилю, но Дайнаб получила от Всевышнего намного больше.

- Фарид, пусть твоя сестра будет счастлива в браке! – сказала мать.

- Я тоже рада счастью моей подруги, - лицемерно вторила Зухра. – Но мне так хочется ей написать что-нибудь! Как жаль, что я неграмотная. Я почти совсем не умею писать.- Да?

- И читаю плохо, - поскромничала она. – Но если бы мне дали номер телефона Дайнаб, я могла бы иногда разговаривать с ней, расспросила бы ее обо всем! И вам бы рассказала!- Ну уж нет, Зухра. Я запрещаю тебе звонить моей сестре. Ничему хорошему ты ее не научишь. Ещё настроишь Дайнаб против других жен. Ссорить людей у тебя хорошо получается. Я запрещаю давать Зухре как номер, так и сотовый телефон, -повернулся он к Хадиже. - Я никогда не давала Зухре пользоваться моимтелефоном. И не дам, - ответила первая жена.- Фарид, а почему ты Хадиже разрешил разговаривать с Дайнаб, а мне – нет? Думаешь, Хадижа не настроит твою сестру против Ясмин, или Ясмин – против Дайнаб, чтобы они ссорились, и их муж наказал бы одну из них. Ещё неизвестно, на чьей она стороне, - выразительно посмотрев на Хадижу, сказала Зухра.

- Когда мне звонит Ясмин, я разговариваю только с ней, она моя родственница, а у Дайнаб теперь есть собственный телефон. Она может звонить мне, если Фарид разрешит. Но я дам свой мобильник только мужу или ларе Джабире. Тебе, Зухра – нет.

- Видишь, Фарид, как Хадижа ко мне относится!

- И правильно: я против того, чтобы ты общалась с Дайнаб. Пусть моя сестра не услышит твоих дурных советов.- Но Хадижа не дает мне даже фотографии посмотреть!- Не клевещи, ты видела все фотографии! – уличила ее Хадижа.- Это ты так говоришь, а я думаю, что ты и половины снимков нам не показала. А если я хочу ещё раз посмотреть?- Хадижа, принеси телефон. Я тоже хочу увидеть снимки, - кивнул Фарид.Но девушка тут же достала сотовый из кармана просторной домашней джеллабы, в которой теперь ходила по риаду, и протянула Фариду. Он пролистал снимки, с интересом разглядывая сестру, то стоявшую в саду возле дворца, то у себя в комнате, то вместе с Неджмой или Ясмин.- Дайнаб получила столько золота, сколько и не мечтала. Она довольна браком? Я рад за нее, - еле заметно улыбаясь, прокомментировал он увиденное на фотографиях.- Фарид, дай-ка мне сотовый, я тоже взгляну, - попросила у него Зухра мобильник. Она не стала ждать разрешения, выхватила у него из рук телефон Хадижи. Зачем-то понажимав кнопки, она растерянно протянула сотовыйобратно.- А где фотографии? Они куда-то исчезли! Их нет! Хадижа, настрой просмотр снимков.Но Фарид сам забрал у нее телефонный аппарат, просмотрел опции и разозлился:- Зухра! Что ты наделала! Ты же их стёрла!

Хадижа с досадой ахнула, а у лары Джабиры на глазах показались слезы.

- Мы так и не успели отпечатать фотографии! Я не успела рассмотреть свою дочку. Зачем ты ей дал телефон, Фарид? У Зухры руки кривые! Или ты специально стерла? Из зависти?! – повернулась она к невестке.Фарид тоже осуждающе посмотрел на нее.

И Зухра попятилась – на всякий случай.- Что?! Я нечаянно! Я не хотела! У меня никогда не было сотового! ТАКОГО сотового не было! Ты мне покупал когда-то самый дешевый мобильник. Откуда я знала, как надо смотреть фотографии?!- А зачем ты взяла телефон, если не умеешь им пользоваться? Аллааах! – Фариду было жалко на мать. – Напиши Дайнаб, чтобы она прислала нам фотографии. Почему она до сих пор не догадалась это сделать?- Тебя боялась, Фарид, - ответила расстроенно мать.- Фарид, лара Джабира, не переживайте, я попрошу Ясмин прислать мне ещё снимки. Пусть сделает такие же. Дайнаб ведь может снова сфотографироваться в саду и во дворце.- Но Дайнаб была такая красивая, такая счастливая! У нее было такое лицо! – причитала мать, стирая слезы.- Я узнаю у Ясмин, не осталось ли у нее тех фотографий. Ведь она мне переслала их со своего телефона.- Да? Алхамдулиллах! Хадижа. Попроси, узнай у родственницы, вдруг и правда, снимки сохранились? Пусть она тебе их снова пришлет!- Конечно, лара Джабира, я обязательно попрошу. Могу прямо сейчас позвонить Ясмин.На Зухру никто не смотрел. А она пришла в себя, поняв, что Фарид не собирается ее наказывать за потерянные фотографии. Она не могла оставить за Хадижей победу. Выдавив слёзы, Зухра жалобным голосом пробормотала:- Аллах свидетель – я этого не хотела. Снимки сами случайно стерлись. Я не виновата.Она развернулась и медленно вышла из гостиной, опустив плечи и голову, стараясь вызвать сочувствие у мужа и его матери. Но они были заняты и даже не взглянули в ее сторону. Зухра же спряталась за углом комнаты, где могла слышать всё, что говорилось в гостиной.Хадижа набрала номер и ждала, когда ей ответят. Потом жена Фарида поговорила с внучкой дяди Али, и та согласилась исполнить ее просьбу: конечно, фотографии имеются и на ее телефоне, а ещё больше – на крутом планшете, подаренном мужем ей, как и каждой из других жен.- Хадижа, если желаешь, я тебе их все пришлю, только скажи.- Конечно, хочу! – обрадовалась жена Фарида. – А как дела у Дайнаб?- Отлично. Амаль с Дайнаб отправились к его родственникам на праздник. Нас с Неджмой не взяли – мы наказаны.- За что? – вырвалось у Хадижи.

- Хм… Мы с Неджмой поехали в Торговый центр и долго сидели там в кафе, а Дайнаб нажаловалась мужу, что мы не взяли ее с собой. Она сидела одна во дворце, и он испугался, что она оказалась в опасности. Мы же оставили ее одну.- Но почему вы не взяли с собой Дайнаб?

- Потому что во дворце она вовсе не одна! Здесь столько слуг, стоит только хлопнуть в ладони, и тут же, как в сказке, из ниоткуда появится служанка или евнух.- Евнух?! – невольно хихикнула Хадижа.- Да! Поэтому Дайнаб никак не могла остаться одна, в опасности. Случись что – ей тут же помогли бы. Просто она стала такой капризной, такой вредной, когда узнала о беременности, что нам с Неджмой трудно ее выносить. Сказать честно, мы решили немного от нее отдохнуть.- Вот как? – растерянно переспросила Хадижа, посмотрев на лару Джабиру и Фарида, которые слышали весь разговор. Ведь Фарид попросил ее включить громкую связь. Это было не очень честно в отношении Ясмин, но что могла сделать Хадижа? Предупредить она не имела возможности. Но и против Фарида идти тоже не захотела.- Да, Хадижа, ты себе не представляешь, какой стала Дайнаб. Мне кажется, что она хочет, чтобы Амаль был только ее мужем. Не удивлюсь, если, родив ему сына, она потребует, чтобы муж развелсяс нами. Воттолько…- Что?! – одновременно выдохнули как Хадижа, так и лара Джабира.- Она начала требовать от Амаля, чтобы он удовлетворял ее прихоти. Например, она заявила, что в Мекнесе в риаде ее отца растут необыкновенные черные розы.И ей хочется, чтобы несколько таких кустов были посажены в ее части сада. Хадижа, ты когда-нибудь слышала про черные розы? Нет, возможно, они и растут где-нибудь в мире, но что делать Амалю? Он озабочен, не знает, где их искать.Лара Джабира умоляюще посмотрела на Хадижу. А у Фарида был такой вид, как будто ему хотелось плюнуть. Хадижа счастливо рассмеялась в трубку и ответила:- Ясмин, я знаю, где твоему мужу можно найти черные розы. Ты забыла, что я замужем за братом Дайнаб и живу в том же доме, где жила и она до замужества! Черные розы растут в нашем саду. Мы хотели их выдрать. На меня они наводят ужас. Но это такиеживучие кусты, что, сколько их не выдирай, вырастают снова. Скажи мужу: пусть отправит в Мекнес кого-нибудь за розами, мы приготовим саженцы.

- Спасибо, Хадижа! Шукран! Значит, Дайнаб ничего не выдумала? Эти розы существуют?- Конечно! Я их просто ненавижу. У них такие страшные лепестки!

- Тогда почему Дайнаб так их любит? Зачем ей в нашем саду цветок, который наводит ужас? – донесся голос Ясмин откуда-то из Арабских Эмиратов.- Не знаю.

- Хадижа, а у тебя какие прихоти появились, когда ты узнала о беременности? – с любопытством спросила Ясмин.- Никаких. Но меня тошнит каждый день, поэтому у меня одно желание – чтобы прошла тошнота.- Вот как, - озадаченно сказала внучка лары Дунии. – Служанки поговаривают, что и первая жена Амаля вдруг объявила, что ждет ребенка. Но это только слухи. Кто знает, почему их распускают длинные языки.Разговор завершился. Свекровь радовалась, что у дочки всё хорошо, а Фарид даже благодарно посмотрел на Хадижу.- Пусть присылает снимки, мы их отпечатаем и покажем нашим родственникам в Фесе и здесь – в Мекнесе.Только Зухра была недовольна. Когда Хадижа оказалась в гостиной одна, потому что лара Джабира понесла ужин ларе Асии, а Фарид вышел во двор, чтобы проверить, все ли в порядке с ослами, Зухра появилась перед Хадижей и требовательно спросила:- Ты почему распоряжаешься моими розами? То ты их выдирала, хотела, чтобы ни листочка от них не осталось, ни кустика, то теперь обещаешь подарить рассаду МОИХ цветов своей родственнице.

- Зухра, это и твоя родственница, к сожалению. Дайнаб захотела, чтобы в ее саду росли черные розы. Ты против?- Нет, не против, если бы Дайнаб меня об этом попросила. А ты к моим розам не имеешь никакого отношения, - шипела вторая жена ей в лицо, поглядывая на выход в коридор.- Боишься, что Фарид тебя услышит? Хорошо, ты сама подготовишь кусты роз для отправки Дайнаб. Думаю, ее муж с удовольствием исполнит ее каприз. Завтра же от него явятся люди за твоими розами. Вот сама и передашь подарок для Дайнаб, - примирительно ответила Хадижа.Зухре нечего было на это ответить. К тому же, вернулась свекровь, подозрительно покосившись на жен сына. Она догадывалась, о чем спорят девушки, поэтому решила разъяснить ситуацию.- Зухра, там, в саду ещё остались кусты тех роз, которые так не понравились моему сыну? Сходи и проверь, выросли они после того, как нам пришлось выполнить требование Фарида – выкорчевать их с корнем. Но они такие живучие. Надеюсь, что розы ещё есть. Присмотри несколько роз на саженцы. Тебе ведь не жалко их для Дайнаб?- Конечно, лара Джабира. Я все сделаю, как говорите.

Она ушла, а позже принесла горшок с посаженным в него цветком.- Это тебе, Хадижа. Давай жить дружно? Для Дайнаб я отобрала крепкий кустик, на нем даже бутоны появились. Когда будете передавать розы посланцам от мужа Дайнаб, скажите, что сорт роз называется «Зухра». Пусть сестра Фарида помнит обо мне.- Хорошо, Зухра, как пожелаешь, - ответила свекровь, но Хадижа заподозрила, что в ее словах была скрыта ирония, и мать Дайнаб ничего подобного говорить не станет. Главное – ее дочь получит привет из родного дома вместе с полюбившимися розами.- Хадижа, я отнесу горшок с цветком в твою комнату, ты ведь не против?Девушка не успела ей ответить, как Зухра стремительно поднялась по лестнице и скрылась в коридоре второго этажа. Хадижа невольно встала и тоже отправилась следом. От мысли, что Зухра снова окажется в ее комнате и начнет хозяйничать, везде заглядывать, рыться, ей стало очень неприятно.

Но когда она добралась до своей спальни, там уже никого не было. За стеной раздавалась песенка, которую любила петь Зухра, когда у нее было чудесное настроение.- Чему она радуется? – удивилась Хадижа и подозрительно огляделась.

Кажется, в комнате не произошло никаких изменений. Дверцы шкафа плотно прикрыты, замок на сундуке цел, шкатулка стоит на месте, разве что немного сдвинута в сторону. Но Хадижане была уверена, что не она сама случайно ее подвинула, когда ставила рядом флакон любимых духов, которыми теперь она старалась не пользоваться –от их запаха ее тоже начинало тошнить.

А врач говорила, что токсикоза на последних месяцах беременности уже быть не должно. Так почему же с ней этого не случилось? Или что-то не в порядке с ребенком?Она вздохнула и подошла к окну, на столике перед которым Зухра оставила горшок с пересаженной розой.

- Зачем она это сделала? Это не просто подарок. Она как бы дала мне понять: как я ни боролась с ее любимыми черными розами, но они одержали победу – и цветы, и Зухра.Хадижа разглядывала кустик с крохотными черными бутончиками и темно-зелеными листьями, испачканными землей при пересадке. И у нее душа не лежала к подарку соперницы.Что она попросит взамен? Платье, конечно?

Хадижа взяла горшок с цветком и вынесла его на галерею, поставила у ограждения, идущего вдоль галереи, и успокоилась. Если ее спросят, почему она не оставила цветок у себя в комнате, скажет, что черные розы действуют ей на нервы, или что ее тошнит, когда она вдыхает запах свежей земли. Что-нибудь придумает, как ответить!

На следующий день, позвонив Фариду, за саженцами действительно заехали люди. Лара Джабира отдала упакованный в холщовый мешок розовый куст и с радостью забрала пакет с фотографиями, которые через своих посыльных Амаль Бенхашем передал матери и брату беременной жены.И снова лара Джабира, Хадижа и Зухра долго рассматривали фотографии, среди которых оказалось много таких, которых не видели ни мать Дайнаб, ни Хадижа. Зухра тоже жадно всматривалась в мелочи, которыми была окружена удачливая подружка во дворце мужа.- Хадижа, что-то я не вижу на снимках первой жены. Вот это – Ясмин? Я узнала ее, потому что с этой девушкой приезжала к нам лара Дуния. А это кто?

- Это Неджма. Когда Ясмин описывала фотографии, сказала, что она стоит рядом с Неджмой, второй женой.- Той, что солгала про жену с пятью детьми? – припомнила лара Джабира.- Да, это она, - рассмеялась Хадижа.

- Но тогда первой жены здесь нет. Меня так беспокоит эта женщина. Если она тоже беременна, то ее положение ещё больше упрочится. Как бы она не навредила моей дочери, - забеспокоилась свекровь. Но Хадижа подумала, что как бы Дайнаб не навредила всем остальным женам, чтобы оказаться на верхней ступеньки семейной лестницы. Вот только вряд ли Дайнаб, став четвертой женой, сможет убрать с дороги всех трех жен. Впрочем, она же была близкой подругой Зухры и, наверно,хорошей ученицей. Иначе какполучилось, что Амаль уже наказал Неджму и Ясмин, не взяв их на семейный праздник?Но вслух она, разумеется, ничего не стала говорить. Но и Зухра о чем-то сосредоточенно думала.- Аллах, какое красивое ожерелье на шее Дайнаб, - восхитилась лара Джабира. – Дайнаб повезло даже больше, чем Замиле. Но, слава Аллаху, обе мои дочери хорошо устроены в жизни. Надеюсь, что и у Фарида тоже всё должно наладиться.

Вероятно, Зухра приняла ее замечание на свой счет и надулась. Ведь это значило, что свекровь надеется избавиться от нее, ведь не Хадижу она имела в виду?Поэтому Зухра не осталась на кухне резать овощи к салату, за приготовление которого взялась лара Джабира, когда отнесла в свою комнату и надежно закрыла в сундуке фотографии дочери, ее семьи и ее нового дома.

Хадижа помогла перебрать зелень, почистила и промыла фасоль и нут и поднялась к себе.

Однако, прежде, чем лечь в постель, она решила постоять на галерее, подышать воздухом, понаблюдать за прохожими на улицах, которые были видны с галереи, полюбоваться крышами Мекнеса и бескрайним синим небом над городом.

Когдаже Хадижа решила вернуться в комнату, она зацепила взглядом горшок, выставленный накануне на галерею. Но что это? Из горшка из-под розового куста что-то торчало, что-то неприятно знакомое, отчего у Хадижи по спине поползли мурашки. Это было черное петушиное перо, воткнутое в землю!Хадижу передернуло от отвращения.- Змея! Кобра! Когда же ты оставишь меня в покое?! Да сократит Аллах твои дни, мерзавка!- Хадижа, ты почему так ругаешься? Ты же ребенка ждешь, это нехорошо, - упрекнула лара Джабира, появившись на галерее со стороны лестницы со двора.- Взгляните, лара Джабира! – показала пальцем на цветок Хадижа.- Аллах Всемогущий! Почему Зухра никак не успокоится! Что с ней делать? Фарид как будто ослеп – ничего видеть не хочет. Зачем он с ней помирился.

Она подошла к порогу комнаты второй невестки и потребовала:- Зухра! Ты где? Иди сюда немедленно!- Что, лара Джабира? Что случилось? – выскочила Зухра из своей комнаты.- Объясни, зачем ты опять сделала гадость?

- Где? Что я сделала?! – как будто ничего не понимая,спросила Зухра. Даже лара Джабира поверила ей, внимательно посмотрев девушке в лицо.- Ты петушиное перо воткнула в горшок! Я так и подумала, что ты неспростапринесла мне розы! – уличила Хадижа.- Какое перо? Какое ещё перо? – всполошилась Зухра. – Где? Покажите мне перо!- Онов горшке. Наклонись – и увидишь, - посоветовала свекровь.Но, даже взяв горшок с розой в руки и едва ли не наткнувшись на перо лицом, она продолжала отрицать, утверждая, что никакого пера не втыкала!- Не знаю, что и думать. Когда она врет, я всегда вижу. Зухре меня не обмануть, - сказала Хадиже лара Джабира. – Но кто же, кроме тебя, мог это сделать? А, Зухра?- Вы споткнетесь на ровном месте, а скажете, что я виновата! – отрезала Зухра. – Я этого не делала! Не делала!Фариду мать обо всем рассказала. Он тоже не поверил второй жене, но разбираться не стал, только наказал ее, оставив ночевать одну.

- Будешь неделю обходиться без мужа, - коротко объяснил он, как решил ее наказать.

И только на следующее утро лара Джабира,вернувшись с пустой тарелкой от лары Асии, сообщила Фариду и его женам, что старушка призналась: перо в горшке – это ее рук дело. Зачем она это сделала – выяснять никому в голову не пришло: ведь лара Асия – больной человек.

Фарид не отменил наказания для Зухры, он вообще промолчал, устав от постоянных склок в семье. Хадижа была даже разочарована – настолько привыкла видеть в сопернице врага. Лара Джабира чувствовала себя виноватой. Она не досмотрела за ларой Асией, так ещё и оклеветала невестку, которая в данном случае оказалась ни при чем.Зухра же разозлилась и загорелась желанием отомстить. Но не свекрови, которая обвинила ее, потому что Хадижа увидела перо и ей нажаловалась. Хадижа виновата!

И как Хадижа привыкла видеть в Зухре злодейку, так и Зухра воспринимала Хадижу как жертву и соперницу, с которой необходимо бороться.

В последнее время Хадижа казалось ей почти поверженной. И вдруг девчонка ожила, воспрянула духом, стоило ей оказаться полезной свекрови и мужу, потому что у нее был сотовый телефон, и она могла связываться с Дайнаб, узнавать новости о ней.

И это Зухре не нравилось. Пусть Хадижа рыдает и ноет и дальше! Но она ещё и обвинила Зухру в том, чего та делать не собиралась – Зухра старалась забыть историю с черным петухом, так как поняла, насколько опасной оказалась её затея.Теперь Зухру одолевало желание мести: Хадижа и лара Асия, вот две ее врагини. С ларой Асией она разберется позже. Но с Хадижей… Она тоже оговорит первую жену!

Оглядев внутренний двор с галереи, Зухра сообразила, как именно она поступит. Хадижа вышла погулять у «фонтана»… Очень хорошо!

Зухра тут же сбежала по наружной лестнице во двор и подошла к стоявшей под апельсиновым деревом Хадиже.

- Зачем ты оклеветала меня? Теперь всем известно, что это проделка лары Асии. А ты меня оговорила!- Потому что ничего хорошего от тебя ждать не приходится, - постаралась спокойно ответить первая жена. Но то, что Зухра подошла, ее уже насторожило. Что Зухра задумала?- А если бы Я тебя оговорила, и тебе не поверили, что бы тогда ты сказала? Наверно, уже и в Бразилию позвонила бы, наябедничала.Хадижа вздрогнула, и Зухра поняла, что угадала. Тааак… Опять ее отец захочет поквитаться за принцессу-дочку с Фаридом!И ведь ничего не было!Хадижа сухо ответила:- Как ты можешь меня оклеветать? Ничего у тебя не выйдет. Держись от меня подальше!Втягиваться в новую ссору с Зухрой у Хадижи не было сил. «Это какой-то калейдоскоп из бесконечных склок и ссор со стороны Зухры. Надоело уже, надоело!– повторяла про себя Хадижа. – Мне лучше уйти».Об этом она и сообщила сопернице.- Оставайся здесь, я вернусь в дом.

- Нет, не уходи, Хадижа. Ты кое-чего не видела.Девушка скептически на нее посмотрела. Но Зухра вдруг сделала невероятное: она обхватила дерево за ствол и изо всех сил ударилась о неголбом! Тут же на лбу выступила кровь: она же поранила лицо о корявые складки коры апельсинового дерева!Зухра провела рукой по лицу, размазывая кровь. И вдруг громко запричитала:- Хадижа! Что ты наделала? Почему? За что? Это же не я решила напугать тебя пером!

Хадижа с недоумением оглянулась. Она ничего не понимала.- Зачем ты меня ударила? – завопила Зухра.Потом она бросилась к Фариду, очень кстати вошедшему в ворота риада, и горячо заговорила:- Фарид, хабиби, она меня толкнула! Так толкнула, что я ударилась лбом о дерево. Ты видишь кровь, любимый? Это она виновата. Она могла меня убить!- Хадижа! Зачем? Опять ссоритесь, да? О, Аллах! Сколько же можно? Что вы опять не поделили?! – закипел молодой мужчина.- Я не трогала ее, - пыталась оправдаться Хадижа. – Не трогала! Она сама ударилась, специально!

- Вот как? А может дерево ее ударило? Вы готовы поубивать друг друга, я от вас обеих уже устал. Теперь твоя очередь, Хадижа, быть наказанной. Что с тобой сделать?- Хабиби, накажи ее тремя ударами плети! Но отсрочь наказание до рождения ребенка.- Наверно, таки поступлю. Вот только и ты, Зухра, получишь плетей, потому что ты оказалась рядом с Хадижей, а я запретил тебе приближаться к первой жене. Ты хочешь, чтобы Хадижа потеряла ребенка?Теперь лицо Зухры тоже вытянулось от неожиданного поворота событий. Она обижена, а наказывать собираются не только обидчицу, но и ее тоже!Однако, когда Фарид привел жен в дом и рассказал матери, что случилось, лара Джабира решительно сказала, что видела всё произошедшее в окно. Хадижа не трогала Зухру, Зухра сама ударилась, при чем - специально. И женщина описала, что сделала Зухра.- Чего ты добиваешься, Зухра? – нехорошим тоном спросил Фарид.- Тебя, любимый, - бросилась к нему Зухра.– Хадижа отнимает тебя у меня.И Зухра зарыдала, смешивая слезы – то ли настоящие, то ли притворные – с кровью, которая струйками начала подсыхать на ее лбу. Но мужчина слегка оттолкнул от себя обманщицу и отправился в душ.

- Думаю,верно, что есть примета: дарить цветок в горшке – к несчастью. Когда кто-то делает такой подарок, не желает добра его будущему хозяину. Цветок лучше унести из дома, - проговорила лара Джабира.

- Думаете, я опять колдовала? Лара Джабира, я больше не занимаюсь колдовством, - отказалась и в этот раз Зухра.- Давно бросила? – не удержалась Хадижа, чтобы не съехидничать. – А цветок я не приняла. Сразу же выставила его из комнаты. На меня твой подарок не подействовал, даже если ты, Зухра, что-то наговорила на него!- Ну и ладно! Отнесу горшок в сад, выдерну розу и посажу ее на старое место! А потом, когда мои розы разрастутся, я засажу ими весь сад, каждый клочок земли, всю клумбу в чашебывшего фонтана!- Вот как? Ты собиралась утопить меняв нем, разве нет? Утопить, когда Фарид сделает ремонт!- Я передумала. Тебе придется видеть мои розы, куда только неупадет твой взгляд. Слышишь, Хадижа?

- Прекратите обе! – велела свекровь. – Лучше бы помогли мне на кухне!Она ушла, и тогда Зухра смогла высказать то, что ей давно хотелось сказать Хадиже:- Кобра, я заволоку тебя на крышу и там закрою в кладовку, где лара Джабира хранит всякий хлам! А ключ от кладовки выброшу! И скажу всем, что ты сбежала. Ты даже позвать на помощь не сможешь, потому что я заклею твой рот скотчем, как в кино. Тебя начнут искать на медине, поедут в Фес к дяде Али, прилетит твой отец, но тебя так и не найдут, не подозревая, что твое тело лежит наверху, в жаркой кладовке. Ты умрешь с голоду.Ая буду воспитывать твоего ребенка. Я с тобой разделаюсь, дрянь! Ты отняла у меня моего Фарида!- Фарид – мой муж, это ты никто, ты каждый раз навязываешься ему, колдовством держишь Фарида при себе! Змея, пусть Аллах разобьет твое сердце на куски!- Мечтай, Хадижа, мечтай. И бойся меня: придет день, когда ты окажешься в той кладовке. Я тебе устрою это с огромным удовольствием, когда родишь. Вспомни конюшни султана и поверь, что я не собираюсь шутить с тобой.Она ушла, напугав Хадижу. Да, она поверила, поверила, что Зухра может так поступить с ней.

- Я должна рассказать об этом ларе Джабире. Если со мной что-нибудь случится, если я исчезну, пусть она знает, где меня искать.Она так и поступила: пересказала свекрови разговор с Зухрой.

- Как же мне надоело вас слушать! Ты все время жалуешься на нее, она тоже теперь приходит ко мне и жалуется на тебя.

- Я ничего ей не делаю. Но она все время угрожает. А вдруг она закроет меня в таком месте, куда никто не догадается заглянуть?- Хадижа, не будет такого. Она не посмеет тебя тронуть. Фарид хочет ребенка, а нанести вред тебе – навредить его сыну. А его сыну нужна мать, но не такая, как Зухра.Но ее уверения не успокоили беременную невестку.

16. Часть 19. Глава 16. Пропавшее ожерелье.…А потом у Хадижи пропало дорогое бриллиантовое ожерелье, которое ей перед свадьбой подарил отец. Хадижа его даже ни разу никуда не носила. Не было такого праздника, чтобы, по мнению Фарида, «повесить на шею целое состояние».Хадижа обнаружила исчезновение украшения, когда все-таки решила проверить, все ли цело в шкатулке. Ведь она была немного сдвинута с обычного места, и Хадижу это начало беспокоить.Почему она не убрала шкатулку в сундук, которыйзакрывается на ключ? Почему она так необдуманно рискует золотом? В доме отца большая часть ее украшений непременно хранилась бы в сейфе. А здесь она бросила их на произвол судьбы! Даже ларе Асии могло прийти в голову унести ее шкатулку, а про Зухру и говорить нечего!Но из-за плохого самочувствия Хадижа каждый день то откладывала это дело, то забывала о том, что нужно убрать шкатулку из шкафа в более надежное место.

И теперь она за это поплатилась!Хадижа перенесла шкатулку из шкафа на кровать. Едва подняв крышку шкатулки, она поняла, что кто-то в ней рылся. Лихорадочно перебрав содержимое, высыпав золото и украшения в футлярах на покрывало, Хадижа и обнаружила пропажу.- Самое красивое, лучшее, дорогое ожерелье! Я так и думала, что Зухре мало будет получить мои платья. Она захочет мое золото и сама придет за ним. Аллаааах!Кое-как собрав украшения обратно в шкатулку и поставив ее снова в шкаф, Хадижа поспешила в комнату лары Джабиры, которая прилегла отдохнуть. Пожилая женщина тоже стала сильно уставать, лишившись молодых сильных помощниц-дочерей.- Что случилось? Неужели у тебя начались схватки? Что-то рано, - испугалась свекровь, увидев выражение лица невестки.- Нет, лара Джабира! У меня пропало золото!Моё бриллиантовое ожерелье! Его нет в шкатулке! Остался только пустойфутляр. Это Зухра украла!Но после истории с пером женщина стала вести себя осмотрительней.

- Ты не можешь обвинять Зухру, если у тебя нет доказательств.- А кому ещё это нужно? Если бы в комнате побывала лара Асия, она забрала бы всю шкатулку. Но исчезло самое дорогое ожерелье.- Придет Фарид и разберется, иншалла. Не плачь, Хадижа, а то навредишь ребенку.Она дала девушке стакан воды, чтобы успокоить. Потом предложила заварить чай с мятой. Хадиже ничего не оставалось, как только ждать вечера, когда вернется муж.

Но после чаепития они обе вышли во двор риада, встали у колонны и молча принялись наблюдать за Зухрой, которая как ни в чем не бывало подметала мусор и песок вокруг клумбы. Она даже что-то напевала себе под нос. Заметив свекровь и Хадижу, не сводивших с нее глаз, она ответила им удивленным взглядом и, бросив метлу, подошла, вытирая пальцы о край выцветшего платья.- Вы что-то хотите мне сказать, лара Джабира?- Вечером поговорим, - отрезала женщина, заметив в глазах невестки тот самый огонек, который появлялся, когда Зухре удавалось тайком напакостить в уверенности, что никто не сможет ее разоблачить.Потом лара Джабира увела Хадижу на медину: надо было не только побывать у врача, но и попутно сделать мелкие покупки в лавках. Прогуляться по медине Хадиже не повредит.

Перед тем, как выйти из дома, Хадижа отправилась переодеться, но при этом успела перепрятать шкатулку в сундук, закрыв его не только на замок, но и повесив ещё один. Она оглядела комнату: хотелось спрятать всё, чтобы ни одной вещи Зухра не могла коснуться, если окажется здесь в ее отсутствие.Но что она могла сделать? Даже Зорайдэ в доме дяди Али, когда ещё не была его женой, ничего не могла иметь своего, неприкосновенного настолько, чтобы в ее вещах кто-то не порылся – разумеется, из благих побуждений: например, чтобы обнаружить нечто харамное.

Так однажды Карима и нашла видеокассету, по рассказам матери Хадижи, привезенную ею из Бразилии, которую в свою очередь забрала Зорайдэ у юной тети Латифы и перепрятала, чтобы девушки не смотрели по видео на страстный поцелуй героев из бразильского фильма.

Но тогда служанки следили друг за другом. А Хадижа в этом доме – жена хозяина. Но и она вынуждена терпеть длинные руки второй жены. Она так была расстроена, что достала сотовый и набрала номер матери. Быстро нажаловавшись Жади, выложив вкратце все неприятные новости, она отключила телефон и медленно и осторожно сошла вниз по лестнице.Лара Джабира ждала ее у двери на улицу, держа в руках сумку для покупок. Хадижа молча последовала за ней, когда свекровь открыла дверь и вышла на медину.

Девушка почувствовала спиной настойчивый взгляд Зухры, снова копавшейся в цветах, высаженныхна клумбу.Хадижа подумала: «Мама дала мне верный совет. Я пока ничего не должна предпринимать. Фарид сам разберется. Ведь пропажа такого дорого ожерелья – это преступление против семьи. Оно стоит слишком дорого, чтобы Зухра посмела продать его даже по частям. Если оно всплывет в какой-нибудь ювелирной лавке, Зухре могут отрубить руку за воровство. Не отрубят, конечно, так в наше время не поступают даже в Марокко, но всем станет известно, что вторая жена Фарида – воровка».Вечером был скандал. Фарид тоже не поверил Зухре. Историяс пером – ерунда. Мелочь. Но пропажа дорогущего ожерелья – это серьезно.

- Хадижа сама могла его спрятать! Сама! Засунула куда-нибудь за шкаф и обвиняет меня в отместку за то, что я разбила лицо о дерево! – кричала Зухра.- Вы обе сходите с ума от ревности, ненависти друг к другу и желания отомстить, - простонала мать Фарида, хватаясь за голову. – Что с вами обеими делать?Фарид сердито хмыкнул:- Я знаю, что! Позвоню сиду Абдулу и попрошу найти мне ещё двух жен. А Зухре и Хадиже дам развод, чтобы уже ни одна из них не могла быть первой женой. Зачем мне нанимать служанок, если можно взять в жены двух вдов, которые не попросят большого махра? Одна из них станет первой женой, а Хадижа и Зухра будут третьей и четвертой.- Фарид, где мое ожерелье? Проверь комнату Зухры. Она спрятала мое украшение где-то у себя.

- Я не верю вам обеим, поэтому держитесь обе рядом со мной, а мы с матерью обыщем ваши комнаты.Так и поступили. Фарид в их присутствии перевернул всё, перебрав до мелочи вещи в комнатах сначала Зухры, а затем и Хадижи, ничего, однако, не найдя.- Неужели Зухра перепрятала украшение так, что теперь оно может годы пролежать где-то в пыльном углу, пока история с его пропажей не будет забыта? – сказала Хадижа ларе Джабире.

- Нет, это ты всё подстроила, - взвилась Зухра, -а теперь ещё и версии подсказываешь Фариду и его матери! Прикинулась тут овечкой, которую хотят принесли в жертву!