ЧАСТЬ 3. Клон-3, или В лабиринтах любви (1/2)

ПРОЗА часть 3 Привет всем, кто решил прочитать моё творение!В этой части мне вдруг захотелось увидеть Рио-де-Жанейро с большой высоты. Помните, как во всех бразильских сериалах показывают этот город с высоты птичьего полета—давая обзорную панораму, и мы видим и широкие длинные золотые пляжи, тянущиеся вдоль океана, и параллельно им идущуюлинию высотных домов, отелей, отделённых от заполненных загорающими людьми пляжей автомобильной дорогой в несколько полос. Это авеню Атлантика на Копакабане.

А вот и статуя Христа на вершине всемирно известной горы Корковадо. Фигура Христа как будто парит над городом, обнимая распахнутыми для объятия руками, как бы защищая город на берегу Атлантики.Вот и гора Сахарная голова, стоитна берегу океана, отражаясь в водах залива Гуанабара…

Мне всегда нравится смотреть на эти панорамные кадры, обозревать весь город. И нам так часто его показывают, что, кажется, в городе нам всё знакомо! Я тоже не смогла удержаться, чтобы не «взглянуть» на Рио-де-Жанейро с высоты Корковадои Сахарной Головы глазами героинь.В этой части фанфика будут происходить события до свадьбы Хадижи. Некоторые из них предопределят и будущие события следующих частей фанфика.Кто прочитает, по возможности высказывайте критические замечания. Возможно, с кем-то из героев я перегнула палку? Или не совсем верно показала психологически поступки или мысли героев? Или много пустых разговоров? Или что-то ещё?Что именно вы посоветовали бы мне изменить или показали бы не так, как это пришло в голову мне?ЧАСТЬ 3. Глава 1 Мухамед и Лейла. Возвращениев Бразилию.*** Когда Мухамед ушел,Лейла и Ариба вздохнули с облегчением, но потом, положив деньги в сумку для покупок, стали гадать, что там за Нурия, которая будет их учить ведению хозяйства. И знает ли она Латифу—первую жену Мухамеда.-Надо осторожно расспросить её обо всём! Что ты вообще знаешь о своем муже? Но ты первая не задавай вопросов, иначе она может не решиться откровенничать, - поучала Ариба неопытную девочку, неожиданно ставшую женой.Девушки принялись наводить порядок на столе после завтрака Мухамеда – убирали тарелки с остатками пищи, унося всё на кухню. Поднявшись в очередной раз в столовую, чтобы протереть стол от крошек и подмести пол под ним, они вдруг услышали, как в дверь с улицы громко постучали. Потом задергался колокольчик, который вчера вечером между делом приделал к входной дверисо стороны улицы Мухамед. Наверно, это пришла та самая Нурия – от дяди Абдула.Лейла и Ариба тревожно переглянулись. Помедлив какое-то время, они спустились вниз и поспешили к двери. Всё это время настойчиво раздавался звон медного колокольчика.Отодвинув засов и повернув в замке неудобный тяжелый ключ, наконец, открыли скрипучую дверь… И вот через порог , зацепившись за него суковатой палкой, тяжело переступила высокая сутулая старуха с морщинистым лицом.В потёртой черной джеллабе, с толстым шерстяным платком на голове поверх выглядывающего из-под него другого, плотно облегающего голову, коричневого платка,эта старая женщина показалась им суровой и строгой. Нахмуренные брови, осуждающее выражение глаз – всё заметили девушки,когда гостьябегло осмотрела представших передней молодых женщин, отданных ей под опеку на этот день.

Зло поджав губы, она возмущенно процедила:-Да вы как будто не ждали моего прихода? Не может быть, чтобы Сид Абдул не предупредил обо мне! …Ну, что стоите?!! Ведите меня в дом! Пока-а-азывайте, где тут у вас что!Лейла с Арибой оробели с первого взгляда на родственницу сида Абдула и беспрекословно подчинилисьжесту руки, сделанному старухой, давшей понять, чтобы ей не только помогли пройти через внутренний двор,но и забрали бы у неё из рук довольно тяжелую клетчатую китайскую сумку, неизменную спутницу многих торговцев.

Пока Лейла задвигала засов и закрывала дверь, Ариба забрала у лары Нурии из рук сумку и повела старуху в дом. Лейла нерешительно двинулась вслед за женщинами. Что принесла с собой Лара Нурия, вскоре выяснилось. Пройдя через неухоженный двор, все оказались на кухне, куда пожелала прежде всего попасть старуха. Она с видимым облегчением уселась на покрытый верблюжьей шкурой большой пуф, отдышалась и потребовала, чтобы разобрали её сумку.-Достаньте мои теплые домашние бабуши! Они завернуты в газету, лежат в сумке на дне в углу! – деловито руководила действиями Арибы Лара Нурия.

Пока подруга помогала женщине переобуться в принесенную обувь, Лейла догадалась приготовить мятный чай и теперь стояла с небольшим подносом, на котором рядом с маленьким серебряным чайничком зеленели в прозрачном стаканчике несколько листочков мяты.

Пожилая гостья молча взяла стакан с налитым на её глазах чаем и не спеша выпила сладкий ароматный напиток. Поставив на услужливо протянутый Арибой поднос опустевший стакан, Лара Нурия спросила:-Ну и кто из вас Лейла? Кто жена Мухамеда? На свадьбе я не была, невесту не видела, а сейчас что-то никак не пойму, кто из вас кто?Девушки молчали, хотя отвечать на вопрос следовало Лейле, ведь это она была женой хозяина дома! Но молодая хозяйка будто язык проглотила.

-Так кто из вас Лейла? Ты?..— повторив свой вопрос, старуха ткнула в Лейлу палкой, на которую опиралась во время ходьбы.- Д-дда-а, это я…,-заикаясь, проговорила девушка.

-И одеты вы так, что под черными накидками не разберешь, кто хозяйка, а где служанка, -проворчала родственница мужа Лейлы и, повернувшись в сторону второй девушки, обратилась к Арибе.:– Кто ты, как тебя зовут?-Я Ариба, троюродная сестра тети Лейлы. Я не служанка. Лейла забрала меня с собой в помощницы, когда стала женой сида Мухамеда!-Да – да! – осмелилась произнести Лейла.— Ариба будет жить вместе со мной в доме, когда мой муж уедет из Феса!- Вот оно что, - сузив глаза и поджав губы, процедила старая Нурия. – Но Сид Абдул велел мне присматривать за вами обеими. Он так договорился с племянником, твоим мужем, -кивнув на Лейлу, проворчала Нурия.— Думается мне, в этом домея останусь надолго!Пока девушки переглядывались, обмениваясь красноречивыми взглядами, женщина, как будто ничего не замечая, сидя,осматривалась на кухне. Потом жестом попросила помочь ей подняться с пуфа.- Не будем терять время. Показывайте мне ваше хозяйство. Начнем с запасов продуктов. Сегодня пятница, после молитвы в мечети Мухамед с Сидом Абдулом придут сюда обедать, надо приготовить блюда как следует. Я вас должна научить, но для этого нужны продукты. Есть ли они у вас?Ариба повела наставницу к шкафу с запасами, а Лейла молча наблюдала за происходящим, стоя невдалеке. Старуха что-то ворчала себе под нос, охала, чему-то негромко возмущалась, просматривая продукты и перебирая кульки, сверточки, банки… Заглядывала в каждую жестянку со специями, принюхиваясь, а то и погружая корявый указательный палец в содержимое, иной же раз растирая щепотку специй между двумя пальцами.Наконец, Лара Нурия вынесла вердикт:- Да-а-а… Плохие из вас хозяйки! С такими запасами пятничный обед не приготовишь! Много чего нет, а что есть, то не подходит! Есть даже испорченные специи – вы же их храните неправильно! Но я вас всему научу! Запоминайте, что именно вам надо будет купить сейчас на рынке!..Обе запоминайте! Что забудет одна из вас, то вспомнит другая!.. Шафран, три маринованных лимона, оливки, соль – у вас даже соли нет нормальной, отсырела вся! Дальше… миндаль – покупайте не жареный, сами пожарим, так и лучше, и дешевле!... мяту, но смотрите, чтобы она была действительно свежей!...финики… мука нужна тоже…Лара Нурия долго перечисляла необходимые покупки, отпуская замечания и давая советы. Ариба незаметно загибала пальцы, стараясь запомнить всё перечисляемое. Если бы она умела писать, то было бы куда проще не ошибиться, не выпустить из памяти какую-то мелочь! Но ни она, ни Лейла в школу не ходили, поэтому не имели такого чудесного навыка. Впрочем, память пока не подводила Арибу.Когда Лара Нурия, наконец, остановилась, Ариба бросила на Лейлу взгляд и поняла, что та чем-то озабочена. Но выяснить, в чем дело, она не успела, потому что над Фесом с многочисленных мечетей полилисьзвуки азана. Нурия встрепенулась, заохала, засуетилась, доставая из объемистой сумки молельный коврик. Она быстро сориентировалась, выбрав правильное направление, куда следовало положить коврик, чтобы молиться можно было бы лицом к Мекке, и опустилась на колени. Прежде, чем приступить к совершению намаза,она грозно призвала и Лейлу с Арибой присоединиться к молитве. Лейла покорно опустилась рядом коленями на каменный пол кухни.Ариба же, увидев это, подала небольшой коврик подруге, а сама незаметно удалилась из помещения, т.к. сегодня участвовать в молитве не могла.

..Когда с улицы донесся сигнал к окончанию молитвы, Лейла помогла Нурии подняться и задала вопрос, который беспокоил и Арибу, обдумывающую предстоящие дела в соседней комнате, пока подруга и пожилая женщина молились. Вернувшись на кухню, Ариба услышала робкий голос Лейлы:- Лара Нурия, вы ведь пойдете с нами на рынок? Мы живем в Фесе совсем недавно, города совсем не знаем.-Мы выходим только в хамам – он находитсяв конце улицы,приносим воду из соседнего фонтана и выходим покупать лепёшки у торговца из дома за соседней дверью, -вежливо добавила Ариба.-Мухамед говорил, что мы на рынок пойдем вместе с вами! Он хотел, чтобы мы всё тщательно запомнили, улицы, лавки, торговцев… Он не выходил вместе с нами никуда, сам приносил всё необходимое, потому что у него не было времени водить нас с собой…Нурия удивленно приподняла густые брови. Она сидела на том же пуфе, что и раньше, до намаза, и теперь, резко повернувшись всем корпусом к девушкам, оказавшимся сбоку от неё, воззрилась с недоумением на них обеих.

-Ещё чего! Никуда я не пойду — я еле дошла до вашего дома!Вы сходите сами, ведь я тоже не знаю ваш район. Но я шла и спрашивала у людей, как дойти в этот район Феса,если забывала те разъяснения, который дал мне перед дорогой к вам Сид Абдул. Идите, не тратьте время попусту!- отмахнулась от них Нурия.-Но мы не знаем города, мы можем заблудиться!-Вы и со мною вместе можете заблудиться! – недовольно проворчала старуха. – Идите и спрашивайте у добрых людей, вам подскажут всё: и куда вам идти, и где что продается. Идите, я ничего не желаю больше слушать!-Но…,-пыталась возразить Ариба.-Чего вы боитесь? Рыноксовсем рядом — когда я шла к вам сегодня утром, видела тут за углом, на соседней улице, небольшой сук, на котором продавались продукты. И продавец мяты там стоял с тележкой, и прилавок со специями там был тоже!Лавка с мукой тоже рядом была. Идите! – уже более строгим голосомнастойчиво произнесла старуха из дома сида Абдула.

Девушкам ничего не оставалось, как подчиниться, понадеявшись, что ничегострашного не произойдет. Они набросили на головы платки, взяли несколько сумок для покупок, деньги, и отправились на Медину. Старуха закрыла за ними засов, который глухо звякнул за дверью.Решив далеко не уходить от знакомой улицы, Лейла и её родственница отправились в поисках рынка к повороту на соседнюю улицу, пройдя которую, по слухам, можно было оказаться на небольшом суке, где покупали зелень и многое другое местные жители. Разумеется, девушки не раз слышала о рынке для жителей окрестных улиц. Теперь им предстояло его найти.Им долго пришлось идти вдоль высоких стен узкой длинной улицы, чтобыпотом оказаться в таком же узком кривом проходе между домамипо соседству, а уж потом найти с помощью советовпрохожих нужный им рынок…У Лейлы и Арибы, до недавнего времени проживавших в очень бедной семье, разбежались глаза при виде товаров, выставленных прямо на улицу перед дверями домов или в лавках, куда они заглядывали из любопытства.

Вот аптека, стены которой уставлены тысячей склянок со всякой всячиной, начиная от сушеных змей и кончая пряностями для кус-куса. С интересом рассмотрев выставленное на полках, купив пару специй, девушки вышли на улицу и увидели торговца фруктами, на тележке которого высились аппетитно выглядевшие горки плодов местного кактуса, вкус которого был хорошо знаком подругам. Купив и съев несколько штук, они направились к другим торговцам, решив более не отклоняться от поисков нужных покупок. Надо было торопиться.

Но их внимание то и дело отвлекали то ковры в желтой и красной цветовой гамме, которые по поверьям защищают от сглаза, то кожаные бабуши -с острыми и тупыми носами, с каблуками и без, с загнутыми задниками или без оных.Лейле приглянулись одни женские туфли, украшенные живописной вышивкой.

А украшения? Неважно, что Мухамед подарил много золота на свадьбу Лейле. Оно было слишком дорогим, и Лейла не решалась его носить.

Здесь же были не только дорогие вещи, и было из чего выбрать: серьги и браслеты, подвески и ожерелья, причем -не только золотые, но еще и с декором из перламутра.Украшения из серебра или бисера и тому подобные безделушки, представленные в больших количествах и самых различных вариациях.Девушки ничего не собирались покупать, они только любовались красивыми вещицами, пока Ариба в который раз не вспоминала, что пора заняться поисками того, за чем они и пришли на рынок.

Но, пройдя насколько шагов, они снова отвлекались то на керамическую посуду, залюбовавшись на причудливо расписанный таджин, то на блюдо из чеканного серебра, то на выставленные в небольшой лавке женские платья—от джеллабы до кафтанов и ткшейто, мимо которых они, разумеется, не смогли заставить себя пройти.Но постепенно сумки их всё-таки наполнялись сделанными покупками из данного Нурией списка.

… Кажется, куплено было всё! Надо поторопиться, иначе Нурия их отругает! Но тут Лейла остановилась и спросила:-Ариба, ты не помнишь, соль нам нужно было купить или нет?- Да!!! Мы забыли купить соль! И, о, эту специю для кус-куса, которую кладут обязательно в блюдо для аромата – её мы тоже забыли купить!- Да! Не купили, потому что она не попалась нам на глаза! Поэтому мы и забыли о ней!- Ты права, мы не увидели специю, потому что, похоже, её и нет на этом маленьком рынке. Выбор здесь невелик.

- Что же делать? Вернемся и объясним, что не смогли купить, потому что не было на рынке.-Ох, Лейла! Мне кажется, что эта женщина готова будет снова отправить нас на поиски хоть по всем рынкам Феса. Давай лучше спросим у кого-нибудь, где можно купить эту специю?Оглядевшись по сторонам, девушки приметили пожилого торговца с большими черными усами и добродушной улыбкой, перекладывающего пучки с зеленью на импровизированном прилавке из тележки.Обнаружив, что кроме специи,на необходимость которой упирала наставница, не куплена была и мята (!), они направились к нему.А добрый торговец мятой, у которого девушки отобрали несколько пышных пучков ароматной зелени, подробно рассказал, как пройти на соседний сук, намного больший, чем этот. Ведь здесь торговля не рассчитана на туристов, а только для местных жителей. А вот если пройти вот через этот проход всего лишь несколько улочек, то можно оказаться на одной из главныхулиц их района. И там – большой сук туристической медины Феса.

И девушки отправились по указанномупути. В узких коридорах старого городаони постоянно сталкивались то с торговцами, перевозящими тюки на осликах или на скрипучих тележках, то прижимались к стенам, когда мимо проносились мопеды. Наконец, они оказались в такой узкой улице, что едва смогли разойтись сдворникомв флуоресцентном костюме.Пожилой мужчина заталкивал мусор палкой-трамбовалкой в мешки, привязанные по бокам ослика – мусоровоза.

Лейла с Арибой с интересом рассматривали традиционные дома медины, деревянную отделку дверей, резьба которой напоминала изысканные кружева. . Разноцветная мозаика, металлические кольца на дверях, с помощью которых можно постучаться в дом, арабески – все эти детали можно рассматривать часами. И подруги то и дело дергали друг друга за одежду, показывая рукой или кивая в сторону увиденной интересной детали. И наблюдали за сценками местной жизни. Многие коренные фесцы были одеты иначе, чем в их родном селении. Другие джеллабы, на голове мужчин – фески, женщины, одетые по-разному: от европейских джинсов, вызвавших ужас у обеих родственниц, до классической черной одежды с никабом, закрывающим лицо.Часов у девушек с собой не было, но Арибе показалось, что идут онинамного дольше, чемим обещал торговец,рассказывая, как пройти к рынку.Их сомнения рассеялись после часа странствий по глиняным лабиринтам, как только они оказались на забитой людьми, ослами, орущими торговцами улице, по обе стороны которой были лавки, мастерские, кафе, ряды с товарами.

Они добрались до искомого базара. И опять они не могли оторваться от фонарей с разноцветными стеклами, этнических сумок, декоративных тарелок, посуды для таджина. Специю и соль они нашли быстро, поэтому решили побродить по незнакомому рынку, куда вряд ли они попадут в ближайшее время. Уверенно углубились они в лабиринт извилистых улочек медины, не думая о том, что возможность заблудиться вполне реальна.Некоторое время спустя обе настолько устали от шума и сутолоки рынка, что решили зайти в ближайшее кафе и отдохнуть перед возвращением домой. Заказав на оставшиеся деньги мятный чай и сладости, они весело вспоминали увиденное за полдня в городе.

Наконец, выйдя из чайной лавки, девушки огляделись по сторонам. Откуда они пришли на эту улицу? Да, вот мимо той лавки они, кажется,проходили полчаса назад! Не сомневаясь, они пошли по улице и затем свернули в показавшийся знакомым переулок. Потом свернули в другую улицу. Казалось, все дома медины срослись между собой. Когда они оказались на улочке настолько узкой, что можно былопройти только друг за другом, Лейла и Ариба поняли, что заблудились.Вернувшись назад на улицу, с которой завернулив эту узкую щель, они решили не паниковать, а обдумать выход из положения. Вспомнив совет Нурии, что самое лучшее в такой ситуации – расспрашивать прохожих, они вдруг поняли, что не знают, как объяснить, где находится их дом, Лейла, как ни покажется это странным, не могла даже вспомнить фамилию своего мужа… Бледная и уставшая, она прислонилась к стене. Ариба тоже была напугана.

Потом они, не сговариваясь, просто побрели по улице, куда глаза глядят. Что можно было предпринять? Они не знали, где находятся, не знали, как объяснить, куда им надо попасть, только случайность могла бы им помочь!

Положившись на удачу, они медленно шли по медине, заворачивая за угол очередной улицы, не догадываясь, что откроется им за ближайшим поворотом.Брели мимо мозаичных фонтанов, мастерских ремесленников, красивейших мечетей, видя внутренность через открытые двери… Гомон и ароматы рынков, на которых они то и дело оказывались, теперь раздражали обеих. Было только одно желание – вернуться в дом мужа Лейлы!

Но теперь уже и Лейле, и Арибе стало казаться, что они вполне могут пройти мимо дома Мухамеда и просто не узнают ни дверь, ни дом, ни улицу. Ведь практически невозможно было определить, что находится за стеной, вдоль которой идешь, если двери закрыты.Соседей девушки не успели узнать; оказалось, что и двери их они не запомнили. Да и собственную дверь теперь вспоминали с трудом. Только фонтан и хамам, где часто бывали обе, могли быть ими узнаны. Но сколько похожих фонтанов встретилось им на пути!

И как же они устали!... Казалось, не было больше сил идти дальше… Теперь на них давили эти глухие облупившиеся стены в несколько этажей высотой, бесконечные коридоры улиц без окон, без дверей и балконов… и резкие запахи мочи и плесени.А, кроме того, наступило дневное время, и улицы опустели. Пятничная молитва в мечетях закончилась. Мужчины вернулись в свои дома, где их ждали празднично накрытые столы. Вот и Мухамед, наверно, уже пришел с дядей Абдулом домой, надеясь на ожидавший их обильный обед… Эти грустные мысли девушек прерывались манящими аппетитными запахами из домов, мимо которых они уже еле тащились от усталости, а традиционная марокканская музыка не радовала их слух. Наступило время отдыха и общения. И улицы сегодня заполнятся только к концу дня.

Арибе показалось, что стало прохладней. Ни денег, ни надежды на то, что они без чужой помощи доберутся до дома, у них не было. А как сможет их отыскать Мухамед? И станет ли он их искать?Наконец, Лейла остановилась и тяжело прислонилась к стене. Потом сползла вниз со словами: «Я не могу идти дальше!». Ариба без сил опустилась рядом. Они печально встретились глазами. Арибе показалось, что Лейла вот-вот потеряет сознание.

-Меня тошнит! Мне плохо, - сдавленно произнесла жена Мухамеда. Ариба не успела ничего сказать, как Лейлу тут же вытошнило на булыжную мостовую. Девушка не успела вытереть рот краем платка, как рвота повторилась. Ариба прикрыла рот пальцами. Ей в голову пришла одна мысль… Она покачала головой, но промолчала. Расстраивать подругу ещё сильнее в такой ситуации не следовало…И вот тут к ним подбежал мальчишка. Лейла, пытавшаяся справиться с недомоганием, вовсе не обратила на него внимания.Ариба тоже не заметила, откуда он появился. Прохожих на улице почти не было.Оказавшийся перед ними мальчик лет десятижестом показал им: «Давайте за мной!». Ариба поняла, что ребенок хочет им помочь. Почему? С какой стати? Откуда он может знать, что им нужна помощь? Эти вопросы ей в голову не пришли, ведь так хотелось вернуться домой..

Она не смогла ничего спросить, потому что он побежал в конец улицы, оглядываясь на девушек и делая жест следовать за ним. Ариба растерялась. Она не знала, как ей поступить: бежать за мальчишкой или оставаться с родственницей?Но Лейла вдруг потеряла сознание и упала ничком на мостовую. Ариба приподняла её, положив голову подруги себе на колени, и горько заплакала. Всё было плохо: они потерялись в огромном лабиринте медины незнакомого города. А когда их найдут (если найдут), им попадет и от Нурии, и от мужа Лейлы. Но если Лейлу накажут, она всё равно останется женой Мухамеда. К тому же, Лейла, скорее всего, беременна… Идаже если муж соберется развестись с ней, она не окажется в таком ужасном положении, как Ариба.

Из прошлой жизни в доме отца Лейлы она хорошо усвоила, каково быть приживалкой в доме приютивших родственников. Во всем обвинят именно её. «Что теперь со мнойбудет?» -думала Ариба, не сдерживая слёз.

…ЕдваМухамед и дядя Абдул вошли в дом, открывшая им дверь Нурия, увидев, кто стоит за дверью, горестно и даже с возмущением вздохнула.Мухамед удивился тому, что Лейла и Ариба позволили старой женщине идти через труднопроходимый двор, чтобы впустить вернувшихся из мечети мужчин. Он огляделся по сторонам, но так и не увидел ни жены, ни её родственницы. Дядя Абдул же, заговорив с Нурией, мгновенно понял, что в доме не всё в порядке. В их отсутствие что-то случилось.-…, вот так, Сид Абдул, -услышал, подходя, Мухамед конец рассказа пожилой помощницы дяди Абдула. -И они до сих пор не вернулись! Как ушли сразу после утреннего намаза, так и пропали. Бродят где-нибудь по медине, подметая мостовую подолом джеллабы! Бесстыжие! Какой харам!Нурия возмущалась, а Мухамед застыл как вкопанный. У дяди Абдула поползли вверх брови. Он повернулся к племяннику и впился взглядом в его лицо. Старуха тем временем продолжала:-А у меня обед не получился! Нет, я приготовила и таджин, и кус-кус… из тех негодных продуктов, что нашла! А специи? У вас их вообще нет на кухне, нужных, качественных! Разве таким должен быть кус-кус? И таджин -это не таджин!

Нурия, как и Абдул, повернулась к Мухамеду. Сощурив злобно глаза, она посоветовала:-О чем думает твоя жена, Мухамед? Её надо наказать! Как только она вернется – накажи тут же! Жена должна знать своё место. Не оставляй, Мухамед, этот проступок без последствий! Как говорится: если собаку хотят побить, палка всегда найдется!Но Мухамед так и стоял, держась обеими руками за грудь. Наконец, он выдавил из себя:- Они заблудились! Лейла не знает Феса!

-Как – заблудились? Рынок на соседней улице! Можно дважды спросить, чем один раз блуждать! Не-е-ет! Они решили погулять в свое удовольствие! Обе скоро вернутся!

- Где нет кошки, там мыши голову поднимают! – тут же не упустил возможность упрекнуть племянника Сид Абдул, покачав укоризненно головой.

- Нет-нет! Они потерялись, я в этом уверен! – продолжал гнуть своё Мухамед.— Лейла не такая! И Ариба серьезная девушка. Они не стали бы бродить по медине, зная, что Лара Нурия ждет их с покупками. Нет-нет! Они заблудились! Их надо искать!Видя, как Мухамед в ужасе закрыл лицо ладонями, Нурия махнула рукой и сказала:-Обед готов. Садитесь за стол, а там и жена твоя, Мухамед, появится!

Поджав губы, высокая злая старуха повернулась и пошла в дом. И вдруг у сида Абдула округлились глаза, и, охнув, он затряс в воздухе корявым указательным пальцем:-Мухамед! Они сбежали! Твоя жена сбежала! Надо проверить, на месте ли её золото, которое она получила на свадьбу! Ты много денег дал имна продукты? …Что ты стоишь, Мухамед? Иди— проверь её украшения!-Нет, дядя, этого не может быть, -еле слышно прошептал Мухамед Рашид.

-А почему не может быть? Как две молодые женщины могли затеряться в нескольких улицах? Язык до Карауина доведет! Где твоя жена, Мухамед? Где она?-Она заблудилась! – настаивал племянник. – Надо её, их, искать! Срочно! Куда они могли уйти за столько часов? Они могут быть сейчас где угодно! Как мы найдем их?-В одном ты прав, Мухамед! Их надо искать! Твою жену надо найти и наказать – в любом случае!

-Да-да, дядя Абдул, надо искать срочно! Как же это сделать?-Ты не волнуйся! Опыт у нашей семьи е-е-е-есть! Вот твоего бы брата сюда! Саид бы рассказал тебе, как он Жади несколько раз искал по всему Фесу! – язвительно заметил ему дядя Абдул.

-Нет, нет! Она не могла сбежать! Не могла! О, Аллах! – Мухамед в отчаянии воздел руки к небу.«Лучше с умным носить камни, чем с дураком чай распивать!», -зло ворчал про себя Сид Абдул.

А Мухамеду он предложил:- Пойдем, поедим, а потом уж отправимся на поиски! Я упаду, если сейчас же не поем!Мухамед всё ещё стоял во внутреннем дворе, а Сид Абдул уже шагал к двери в дом. Но потом и племянник опомнился и отправился вслед за родственником.

Когда они поравнялись, дядя Абдул повернулся к Мухамеду и деловито сказал:-Пообедаем и заодно решим, как искать твою прыткую газель! Это ведь не просто так идти по улицам и по сторонам смотреть! Надо сделать так, чтобы не вызвать сплетни по всей медине! Думаешь, не будут полоскать твоё имя на каждом углу, если узнают, что через месяц после свадьбы ты разыскиваешьпо городу своюжену?-Вы правы, дядя Абдул, Вы правы! – горестно кивая и вздыхая, ответил муж предполагаемой беглянки.

Оказавшись на кухне, вымыв руки в чаше с розовой водой, начав обед с молитвы«Бисмилля», мужчины убедились, что обед, не смотря ни на что, у Нурии получился отменным. И таджин, и кус-кус, и те несколько лепешек, на которые только и хватило запасов муки— всё было с аппетитом отведано Сидом Абдулом.

-Старый верблюд не подведет, -с одобрением отозвался он о кулинарных способностяхНурии.Они поели почти в полном молчании, погрузившись каждый в свои мысли. Дядя Абдул что-то сосредоточенно обдумывал, а Мухамед с горечью в душе мысленно рассуждал, как он мог взять вторую жену? Столько расходов, столько хлопот…,а ещё предстоит объяснение с Латифой, котороезакончится неизвестно какими последствиями и потерями.

Удружил дядя Абдул! И даже если прав он, а не дядя Абдул, убежденный в том, что Лейла с Арибой сбежали, сколько сплетен прокатится по медине! И Саида снова вспомнят, как брат не разискал Жади в старой казьбе. У людей ведь длинные языки идолгая память на чужие грехи!- Да, Мухамед, тысяча человек укажет пальцем, так умрешь и без болезни!— заметил дядя Абдул, как будто прочитав его мысли.

-Но Лейла не виновата! Она не знает города! Она так молода, не видела ничего, кроме своего селения! Она нигде не бывала, потому что мне просто некогда было водить их с Арибой по улицам, знакомить с районом. Она не знает даже того, где находится склад моих товаров! Как можно было отпустить этого ребенка на рынок?

Разговаривая, они не заметили, какой возмущенный взгляд был послан в их сторону старухой, заваривавшей рядом мятный чай.Дядя Абдул возразил:- Она ушла не одна, а со своей родственницей, которую ты позволил поселить у себя!Кстати, ты ведь хотел часть склада на втором этаже переделать в жилые комнаты и поселить там свою вторую жену. Так почему ты этого не сделал? Так ты чаще видел бы свою жену, склад и дом в одном здании – что могло быть лучше?-Дядя Абдул, мне пришла в голову мысль, как использовать помещение склада более выгодно! Дом для второй жены я купил по требованию её родственников. Вы же сами знаете, какиеусловия выдвинула мне её семья! А склад я решил перестроить так, чтобы часть помещений можно было сдавать другим торговцам из Бразилии, а также – чтобы они могли находиться здесь же, рядом со своим товаром, не тратя время на передвижения по городу от места проживания до склада. И, слава Аллаху, склад расположен так удачно, что желающих заполучитьв аренду места будет много. Вы помните двоюродного брата сына сида Хасана из Сан-Паулу, торговца посудой? Он согласился сразу же, как только я позвонил ему в Бразилию и поделился своей идеей. Он даже согласился оплатить часть ремонта тех комнат, которые будут отданы ему…Мухамед и дядя Абдул стали обсуждать открывшиеся удачные перспективы, позабыв о предстоявшихпоисках.

-А Лейлы с той девчонкой–то всё нет! Куда подевались эти негодницы? Где бродят? – ворчала Нурия как бы себе под нос, но, всё же стараясь такимспособом напомнить мужчинам об их планах.-Дядя Абдул, нам пора, - засуетился Мухамед, опомнившись. – С чего начать поиски?

-У тебя есть телефон в доме, Мухамед?

-Нет, я не успел его провести! Но есть сотовый телефон, с местной сим-картой.

-Так позвони на мой номер и дай мне поговорить с моим помощником, Фейсалом.-Дядя Абдул, а может быть, попросить о помощи дядю Али? Он, сами говорите, имеет опыт в поисках женщин, потерявшихся на медине. Жади искали и его люди…- Нет, Мухамед! Ты в своем уме?!! Зачем сообщать Али о том, что пропала твоя вторая жена? Нет, не делай этого!Мухамед, молча кивнув, развел беспомощно руками. Потом набрал номер домашнего телефона сида Абдула.Когдана том конце телефонной линии в доме дяди ответили, он передал свой аппарат старику. Тот долго препирался с Фейсалом, что-то объяснял ему, раздавал указания и, наконец, удовлетворенно протянул телефон племяннику.

-Всё! Поиски, считай, начались! Люди будут расспрашивать о пропавших девушках, которые, не зная города, отправились на рынок и заблудились. Никаких слов о побеге. А вот когда найдем их, тогда и разберемся, что произошло!-Хорошо бы, дядя Абдул!— нервно перебирая четки, согласился Мухамед. -Но, как говорится, когда дует ветер, выше всего вздымается мусор! Всё равно поползут сплетни и пересуды… Зачем я только женился?!!

-Э-э-э! Муха-а-а-мед! -протянул Сид Абдул, почувствовав в словахплемянника невысказанный упрек в свой адрес. -Верна поговорка: никогда не давай никому совета воевать или жениться! А ты – от медведя спасся, да в колодец попал! Латифаоказалась плохой женой, и не мудрено – она ведь родственница Жади! А теперь вот опять неудача! В любом случае, даже если удастся скрыть этот позор с поисками Лейлы, всё равно -неприятен сам факт подобной ситуации… Видимо, тебе суждено иметь таких жен! Мактуб, и ничего не поделаешь! Вставай! Пора идти!И Мухамед с Сидом Абдулом отправились в город на поиски пропавших молодых женщин.…Только теперь, быстро пройдя несколько улиц, всматриваясь в фигуры женщин, мелькавших впереди или выходящих из-за каждого поворота, Мухамед вполне смог представить себе, что чувствовал его брат Саид, столько раз прочесывавший Медину огромного Фесас более чем девятью тысячами улиц, когда искал беглянку Жади. И ведь находил, каждый раз он находил эту несносную женщину! А тут…

Мухамеду казалось, что ещё немного, и у него перехватит дыхание. Грузный живот не позволял двигаться быстрей, какни старалсянесчастный муж. Дядя Абдул тоже не отличался прытью в силу своего возраста, но он ловко вел расспросы, ив скором времени они уже знали, что обе девушки проходили по той или иной улице в сторону рынка, что именно они покупали, куда заходили и что смотрели. Торговцыс сочувствием качали головой.

И ничто не говорило о том, что это был побег. Это отчасти утешило Мухамеда. Лейла с Арибой, и правда, заблудились!

Участники поискапродвинулись довольно далеко от дома, когда к Сиду Абдулу подбежал его верный Фейсал, и не один, а с мальчишкой, уверявшим, что видел женщин и знает, где они находятся. Услышав, в каком районе парнишка обнаружил Лейлу и Арибу, если, конечно, это были они, все очень удивились.

-Туда можно добраться только в том случае, если хочешь спрятаться, -зло шипел на ухо Мухамеду Сид Абдул.

А мальчика отправили вместе с Фейсалом и другими людьми дяди Абдула, чтобы привести потерявшихся к расположившимся передохнуть мужу Лейлы и его дяде.… Вот так и получилось, что мальчишка увидел в пустынной улице разыскиваемых женщин, и, надеясь получить законные 10 дирхам, привел затем к ним мужчин, участвовавших в поиске.

Когда Фейсал, нахмурившись, подходил к рыдающей Арибе с лежащей без сознания у неё на руках Лейлой, мальчик, уверившись, что женщины – те самые, которых искали по всей медине, бросился бежать назад к Мухамеду, чтобы получить свою награду.-А-а-а-а!!!— завывая, радовался Сид Абдул. – Нашлись, дочери шайтана! Разберись с ними обеими, Мухамед! Накажи обеих! Ты можешь вернуть Лейлу отцу, если выяснится, что они имели злой умысел!

- Дядя Абдул! – взмолился перенёсший нервный стресс Мухамед.— Ради Аллаха, не судите заранее мою жену, пока не получим от неё объяснений!… Когда Фейсал и его товарищи помогли доставить бесчувственную Лейлу в дом мужа, Мухамед, видя, как ей плохо, вызвал врача. Ариба не стала рассказывать ему о своих подозрениях. Пусть об этом сообщит врач. Сама девушка была счастлива, что их, наконец, нашли. У неё как будто открылось второе дыхание. Когда у неё забрали подругу и понесли на руках домой, она поднялась, не чувствуя усталости, и пошла следом за мужчинами, их спасителями.

А в доме Лейлу положили на постель в её спальне, и врач обследовала пришедшую в себя молодую женщину. Ариба находилась рядом, боясь услышать подтверждение своей догадки. Но врач оказалась опытной и поставила верный диагноз.

-Ваша родственница беременна, вот направление на анализы. Когда получите результаты, приходите на прием. Дней через десять… Тогда мы сможем сделать УЗИ, я проведу дополнительное обследование… Где я могу увидеть сида Мухамеда? Я обязана сообщить мужу пациентки о результате визита! Ему будет приятно услышать новость!Ариба решила, что эту женщину-врача легче обмануть, чем уговорить, чтобы не сообщала Мухамеду известие о беременности. А в том, что Лейла захочет скрыть своё интересное положение, она была уверена. Ведь она может испугаться того, что Мухамед, узнав о ребенке, может решить забрать жену с собой в Бразилию, а это не входило в планы девушек. Этого не хотела ни Лейла, ни Ариба. Так пусть подруга сама решит, когда ему рассказать об этом!

И Ариба, приняв суровый вид, предупредила врача, что муж лары Лейлы занят своим дядей, который тоже плохо себя почувствовал. Поэтому не стоит беспокоить сида Мухамеда, они сами ему всё расскажут. Поколебавшись, молодаяврач, поправив на голове хиджаб, всё-таки согласилась с родственницей пациентки, но при этом оставила визитку с номером своего телефона. Проводив доктора до двери на улицу, Ариба вернулась и убралалежавшую на видном месте визитку.

-Ариба, неужели это правда? – глотая слёзы, проговорила Лейла. – Почему это случилось со мной так скоро? Я хотела спокойно пожить в этом доме вместе с тобой без мужа когда он уедет, а вместо этого мне придется рожать ребенка!

-Такая у тебя судьба, Лейла, -примирительно сказала подруга.— Ребенок родится ещё не скоро. Но ты можешь не говорить сейчас мужу о беременности. Иначе он может увести тебя в дом первой жены!

-Нет! Только не это! Я не хочу никуда уезжать из Феса! Я ничего ему не скажу! И к врачу не пойду!-Лейла, не говори Мухамеду пока ничего о беременности! К врачу можно будет и сходить, ведь через 10 дней Мухамед уже будет в Бразилии! А иначе, если врач окажется дотошной, она может прийти в дом, столкнется с Нурией или того хуже – свяжется с дядей Абдулом…

-Да-да! Ты права, Ариба! Так и сделаем!-Но долго скрывать не получится: твой муж всё равно узнает, увидев тебя с большим животом, когда через полгода приедет за товаром. Но ещё раньше ему обо всем доложат дядя Абдул с Ларой Нурией. Представь, я услышала их разговор о том, что Нурия должна будет остаться жить в твоем доме, чтобы присматривать за порядкомво время отсутствия твоего мужа!

Лейла, лежа в постели, досадливо поморщилась и закрыла глаза.-Трудно нам с ней придется, ларе Нурии сложноугодить! -грустно добавила Ариба, присаживаясь на край постели Лейлы, стараясь её утешить.— Но всё-таки это лучше, чем тебе жить второй женой в одном доме с первой.А тем временем дядя Абдул действительно находился едва ли не в состоянии нервного припадка. Он спорил с племянником, отправившимся его проводить. Старика злило то, что Мухамед не желал прислушаться к его мнению. А дядя Абдулнастаивал на проведении расследованияслучившегося с Лейлой и Арибой, да ещё в присутствии отца юной жены.

- Поверь мне, Мухамед! Женщина светла снаружи, но никто не знает, что у неё внутри, насколько она темна в своих помыслах! Вспомни, сколько раз удавалось Жади обмануть твоего брата! Он то-о-о-же ей верил! И чем это закончилось? Ты забыл? Тебе напомнить?-Нет, дядя, я не согласен! Не надо никакого семейного суда! Лейла заблудилась! Она не замышляла ничего дурного, это я виноват, что допустил такое. Так для чего нужно устраивать семейный суд? Вы предлагаете дать развод Лейле из-за какого-то недоразумения?-Не защищай её, Мухамед, не уверившись в её невиновности! – злился Сид Абдул. –А суд нужен в воспитательных целях: даже если она ни в чем не виновата, это будет ей уроком на будущее! Кто станет её искать, если ей снова придет в головумысль бродить по медине, когда тебя не будет в Марокко? Никто не узнает о том, что она вообще вышла из дома.-Она так напугана, дядя, что не захочет повторить ещё раз этот горький опыт! Вы же видели, в каком состоянии её вернули! Она даже заболела!

-Смотри, Мухамед, не повтори ошибок своего брата! Не повторяй его ошибок! О Латифе, её недостатках, знаем только мы, а если Лейла будет фокусничать, это станет худшим позором, чем выходки твоей дочери Самиры!- Нет, дядя Абдул! Не напоминайте мне об этом!Они шли некоторое время молча, лавируя в толпе, текущей по улицам. Перед домом сида Абдула Мухамед напомнил дяде:-Мы ведь собирались сходить в дом дяди Али, навестить его! Послезавтра и отправлюсь к нему с Лейлой. Мне скоро улетать в Рио, а я ещё не решил, как мне быть с Латифой.

-Послезавтра?—задумчиво переспросил дядя Абдул, почесав рукой под бородой.—А чем ты будешь занят завтра?-Мне надо отправить багажом товары для магазина, а также хочу установить телефон. Расходы предстоят немалые, но телефон нужен, -с досадой пояснил Мухамед.-И подумай над тем, как уговорить Нурию пожить в доме твоей второй жены, пока ты будешь жить в Бразилии. После случившегося сегодня моя помощница вряд ли захочет остаться в твоем доме!-Я обдумаю этот вопрос, дядя! Я пойду!

- Да-да, иди, Мухамед! И разберись с Лейлой, разберись! – погрозил пальцем Сид Абдул.

Когда старик скрылся в дверях своего дома, а Мухамед, завернув в проход между домами, устало побрел в район, где теперь находился дом его второй семьи, в конце улицы появилась старая Нурия верхом на ослике, которого вел за уздечку один изработников дяди Абдула. Добравшись до дома, она с трудом, даже с помощью работника, слезла с животного, охая и стеная. И, прихватив палку, с сумкой в руке, она вошла, наконец, в дом своего покровителя.2 Глава. Мухамед и Лейла. Возвращениев Бразилию.На следующий день Мухамед занимался установкой телефонов дома и на складе. Затем, пару часов спустя, после некоторых сомнений, привез огромный телевизор, а вызванный им мастер установил спутниковую тарелку для приёма телепрограмм. Пришлось потратиться и на новую электропроводку.

Дядю Абдула едва не хватил удар от таких известий.

-Мухамед!!! Так-то ты воспитываешь свою жену? Вместо того, чтобы разобраться с ней из-за вчерашнего проступка, ты ей ещё и телевизор купил? Да лучше бы ты Коран ей купил и читал бы в оставшееся до твоего отъезда время!– бушевал по телефону Сид Абдул. -Для чего ты, уезжая, оставляешь в доме «ящик шайтана»? Чему она научится в твое отсутствие? Хочешь, чтобы она целыми днями смотрела в нем всякие непотребства? Что она хорошего там увидит?- Дядя Абдул, успокойтесь! Я знаю, что делаю!-Нет, Мухамед! Я отказываюсь тебя понимать! Это вместо того, чтобы дать ей Коран… Пусть учит суры и аяты! Ты же… Не-е-е-т!!! Никогда в твоем доме не будет гореть лампада Аллаха! Ты сам всё делаешь, чтобы этого не случилось! Для чего ты взял вторую жену — ты забыл?- Вы правы, дядя, Лейла будет учить Коран, читать его и заучивать суры. Но я думаю, что…- Думает он!..., —каждый раз обрывал его, не давая договорить, возмущенный старик.Мухамед долго объяснялся и уговаривал дядю Абдула, но безрезультатно. Сам же он счел, что Коран читать Лейла должна, конечно, и БУДЕТ это делать, но, оставшись без его присмотра, пусть лучше она сидит перед телевизором в доме, чем бродит по городу. Призрак Жади вставал у него перед глазами. Он всерьез опасался, что его вторая жена может не раз принести ему неприятности, когда онокажется вдали от Марокко.

Тем не менее, он вышел из дома и вскоре вернулся с двумя книгами, которые отдал в руки девушкам – это были два одинаковых тома Корана.-Мы же не умеем читать, - робко пояснила удивленная Ариба.— Коран у нас есть,но мы знаем только то, чему нас научил отец Лейлы.- Ничего, к вам будет приходить в моё отсутствие Сид Абдул, он хорошо знает Коран, и всё, что с ним связано! А жить вы будете не одни – с вами поселится Лара Нурия. Это чтобы я был за вас спокоен!Вернувшись накануне вечером, когда он провожалдядю Абдула, Мухамедобнаружил, что Лейла уже уснула. Ариба тоже крепко спала рядом на диване. Тогда он тихо, чтобы не беспокоить уставших девушек,расположился на ночлег в соседней комнате.

Но утром, встав пораньше и совершив утренний намаз, он выяснил у них во всех подробностях, как случилось, что девушки заблудились. Больше всего он был поражен тем, что его жена не знала своей новой фамилии. И ещё он понял, что рынок оставил в душах девушек неизгладимое впечатление. Сколько ловушек таилось в Фесе для селянок из глухой провинции!

Он взял с обеих слово, чтобы они больше несовершали таких рискованных походов по незнакомому городу, где и местные жители хорошо не знают все районыи не ориентируются в хитросплетениях улиц. Стимулом дляних должен был стать телевизор. Получив от них клятвенные обещания больше не выходить за пределы соседней улицы, Мухамед успокоился и занялся, наконец, товарами для бразильских магазинов. А потом – телефоном и прочим…

Перед сном он напомнил, что следующий день очень важен для него, для них. Они пойдут все вместе в гости к Сиду Али. Это дядя его первой жены, которая живет сейчас в Бразилии.

-Лейла, дядя Али и его жена Зорайда не были на нашей свадьбе, поэтому им захочется посмотреть на тебя. Я хочу, чтобы у них осталось о тебе хорошее впечатление. Поэтому ты выполнишь все мои пожелания и советы, которые я тебе дам. Я не желаю, чтобы потом на медине меня обсуждали и говорили, что я плохо забочусь о своей жене. Сплетников в доме моего родственника предостаточно, как и в любом другом доме.

Когда он вышел из комнаты, давая возможность Арибе помочь Лейле приготовиться ко сну, девушки понимающе переглянулись.-Ариба, вот представь, родня Латифы – так зовут первую жену моего мужа?— увидит меня и всё расскажет ей по телефону. А я даже знать ничего о ней не буду!

-Не переживай, Лейла! Главное, веди себя скромно, стой, опустив глаза, ничего лишнего не говори. А я постараюсь разузнать на кухне у служанок о первой жене. Если Мухамед боится сплетен, значит, в доме есть те, у кого очень длинный язык. Я всё узнаю!НА СЛЕДУЮЩИЙ ДЕНЬ.Вернувшись из хамама, совершив намаз и пообедав, Мухамед стал собираться в гости к дяде Али. Он надел новую светлую джеллабу в полоску, натянув её поверх теплой однотонной рубашки и брюк. Затем, выйдя во внутренний дворик, обнаружил, что на улице, не смотря на ясный солнечный январский день, погода довольно прохладная и даже ветреная, (чего не наблюдалось ещё при выходе из хамама), накинул сверху теплую длинную безрукавку – бурнус, а на голову надел феску.

И поспешил в комнату Лейлы, чтобы удостовериться, что жена выполнила все его пожелания. Он строго приказал ей надеть не только красивую ткшейту из числа подаренных на свадьбу, но и сам собирался выбрать то золото, в котором ей следовало появиться в доме дяди его Латифы.

-Козочка моя, ты готова? - - спросил он, подходя к двери спальни.

Но дождаться ответа ему не позволил раздавшийся телефонный звонок. Конечно, это дядя Абдул уже проявлял нетерпение. Ведь он тоже направлялся в дом старого приятеля. И не только с целью его проведать. Он желал поддержать племянника против Латифы, интересы которой, конечно, станет защищать старый лис Али. Поговорив с пожилым родственником и по возможности успокоив его, если такое вообще можно себе представить, Мухамед снова попытался зайти в спальню, где собиралась Лейла.

Комната оказалась окутанной удушливо- густым запахом бахура, Войдя, Мухамед тут же чихнул -девушки явно переборщили с ароматическими благовониями. Он увидел, что Лейлав нерешительностистоитперед закрытой шкатулкой с украшениями. Шкатулка, сделанная из черного дерева, украшенная изображениями растений, с отделкой из золотой филиграни на углах крышки и вокруг замка, была замечательна красивой и дорогой – ведь это же один из свадебных подарков жениха.

Видя, что его жена не торопится, Мухамед сам отпер шкатулку и осторожноподнял крышку. Внутри, без коробочек и футляров, просто так, вперемешку, лежалиразные украшения –серьги и браслеты, ожерелья и кольца. Мухамед достал самое увесистое украшение, ожерелье из золота, обрамлявшего несколько крупных драгоценных камней, названий которых Лейла даже не знала, и застегнул его на её шее.

- Вот так, мой цветок жасмина! – сказал удовлетворенно Мухамед, уловив носом сквозь толщу густого аромата из бахура тонкий запах жасминового масла, которым, судя по всему, натерлась Лейла после хамама.

Потом он ещё порылся в драгоценностях, выудив на стол несколько браслетов, пару колец и серьги. Это была своего рода ревизия, так как Мухамеда сильно беспокоило нежелание Лейлы носить подаренное золото. В чем дело? Возможно, родственницы забрали большую часть украшений себе, а его жена боится признаться в этом? Но теперь сомнений не было: все украшения на месте, вот только где пояс, увесистый золотой пояс с драгоценными камнями, одна из самых дорогих вещей из всего, что купил Мухамед на рынке золота перед свадьбой?

Об этом он и спросил Лейлу.

-Пояс на мне,-ответила она, распахнув края теплой шерстяной накидки, в которую ей приходилось кутаться.-Поторопись, мы опаздываем! – сказал Мухамед, отступая на несколько шагов назад, чтобы рассмотреть, как выглядит со стороны его жена.

Пока Лейла судорожно вставляла в уши серьги, не попадая с первого раза в отверстия, потом нанизывала браслеты на руки и кольца на пальцы, он раздумывал, не слишком ли дорогими покажутся дяде Али украшения и одежды на его второй жене?

Надо признать, что у Латифы таких дорогих вещей не было и сейчас. На свадьбу Мухамед много золота подарить не смог, ведь он и тогда был не так богат, как Саид! А вот потом Латифа как-то и не требовала новых украшений, а тем более – очень дорогих. Все деньги вкладывались в магазин. Не сочтет ли Сид Али такое различие между женами,Латифой и второй -Лейлой, несправедливым? Ведь обеспечивать обеих жен муж обязан одинаково!

Но выход есть: Латифа получит столько же золота, (возможно, не сразу после его возвращения в Рио, а со временем, когда появитсяочередная прибыль в магазине), сколько было куплено Лейле на свадьбу! Это будет и способом утешить, и примирить Латифу со случившимся,ведь он так надеется, что Латифа всё поймет! И простит, и примет его вторую жену. А что теперь поделаешь? Она существует, Лейлаего жена по всем законам, она может стать матерью его детей. Подумать только, у него могут быть маленькие дети! Даже не верится, ведь Амин и отступница Самиравыросли!Лейла справилась, наконец, со всеми украшениями и теперь оглядывалась в поисках джеллабы для улицы и платка на голову. Да, идти в многослойной ткшейте под толстой джеллабой будет непросто.

Мухамед прищурился и, перебирая бусины четок между пальцами, сказал:-Вроде бы всё в порядке. Заканчивайте одеваться и выходите во двор, а мне надо кое-что ещё сделать…Вспомнил только что!Когда девушки вышли, он захлопнул шкатулку с оставшимися украшениями и унес её в комнату, где был оборудован незаметный для чужого глаза сейф. Закрыв там ценности, Мухамед поспешил к лестнице.Ариба, как всегда закутанная в черные одежды, и Лейла, носившая теперь вещи, которые он приказал одевать, уже спустились и стояли у самой двери, возясь с засовом.

«Что принесет мне этот вечер?» -с ужасом и надеждой думал Мухамед, совершивший такой необдуманный шаг, как вторая женитьба. «Что, если дядя Али откажется встать на мою сторону? Ведь Латифа много раз повторяла, что не потерпит в своей жизни второй жены. Никогда! Что мне тогда делать?»Мухамед весь в переживаниях о своей дальнейшей судьбе, шел молча и не очень быстро. Лишний вес, как сказали бы в спортивной Бразилии, создавал проблемы. Одышки у него ещё не было, но идти быстро он не мог из-за солидного живота. Девушки были рады этому, потому что ещё не отошли от блужданий по медине. Они едва ли не жались к Мухамеду, панически боясь отстать и снова заблудиться.

-Если идти далеко, нельзя ли взять осла для Лейлы, а то она так слаба, что по пути снова может потерять сознание? – забеспокоилась Ариба.

Но Мухамед уверил, что дом дяди Али к ним находится ближе, чем дом дяди Абдула, и уж куда ближе той улицы, на которую они забрели, когда потерялись. Так и было: вскоревсе ощутили очень неприятный запах, и Мухамед тут же купил несколько пучков свежей мяты, которая должна была отбить хотя бы часть отвратительного запаха, спутника района, где выделывали кожи.

Но Лейлу всё равно стошнило: Ариба едва успела помочь подруге нагнуться к стене, чтобы не запачкать праздничную джеллабу, в которой она шла в гости. Мухамед просто скис от этого зрелища. Какая нежная натура, или у неё такой слабый желудок? Вот Латифа и внимания не обращала на запах, живя в доме дяди Али почти всегоды до своего замужества. А что с Лейлой? Она же выросла в сельской местности! Это же не Хадижа, которая не бывает нигде, кроме сада вокруг особняка отца!Идти оставалось недолго. Вот уже показалась улица, на которой стоял риад дяди Али, вот и высокая, украшенная старинной резьбой дверь. Почти у самого порогаих настиг дядя Абдул, появившийся неожиданно из щелисоседней улицы.

Обнявшись, поцеловавшись друг с другом, дядя Абдул и Мухамед после всех положенных приветствий вошли в открытую специально для нихдверь. Вторая жена Мухамеда и её подруга следом за мужчинами с опаскойступили во внутренний двор дома, показавшегося им с первого взгляда роскошным дворцом из книги сказок Шехерезады, книги, которую они обе когда-то рассматривали у соседской девочки, когда тайком от отца пробирались к ней в гости.Анезадолго до их появления Зорайда и дядя Али велиразговор:

- Сид Али, а стоит ли рассказывать Жади об этом празднике? Она может не вытерпеть и поделиться с Латифой. Я так боюсь, как Латифа воспримет новость о женитьбе Мухамеда! Онавсегда была против второй жены! Как она сможет смириться?- Зорайда, я тоже переживаю. Но теперь поздно говорить об этом. Латифе придется смириться!— попыхивая кальяном, ответил хозяин дома.-Во всем виноват Сид Абдул! Он многие годы пытался найти своим племянникам новых жен! И вот -нашел!— сложив руки на животе, ворчала женщина, стоя возле дивана.- Не всегда, Зорайда, в этом преуспевал Абдул, не всегда! Саид сам выбирал себе жён. Всех, кроме Жади.- Да! Латифе тогда просто повезло, что вмешалась Лара Назира, и мужем Латифы стал не Саид, а Мухамед!- Кто знает, Зорайда, как сложилась бы судьба Саида и Латифы, не помешай им тогда Назира! Впрочем, один Аллах знает это! Если Саиду суждено было иметь несколько жен, то, и, будучи мужем Латифы, он взял бы ещё двоих!- Зато Мухамеду пришлось бы не сладко! Сейчас страдал бы он, потеряв Жади, а не Латифа!-Не понимаю, Зорайда, твоей логики. Но сейчас дело в его второй жене… Как её зовут?-Лейла! Её имя – Лейла! Она родом откуда–то из-под Мекнеса, точнее не скажу!-Лейла… Это имя означает «ночь». Хм.., -задумался Сид Али, вставляя в рот мундштук кальяна и в очередной раз затягиваясь.

-Вот именно, Сид Али! Ночь…, -многозначительно произнесла Зорайда.-А если она ещё и красива, то… Латифа уже не так молода, куда ей соперничать с молодой ипривлекательной второй женой.-Зора-а-айда! – протянул Сид Али. – Латифа и сейчас красива! Мухамед любит её, а всё получилось так потому, что Абдул воспользовался ситуацией…Сид Али не успел досказать мысль, потому что в комнату забежала Карима и зачастила, взмахивая руками:- Сид Али! Зорайда! Гости уже у двери на улице! Хурия стояла на галерее второго этажа - это я велела ей там встать!- и ждала, когда на улице покажется Мухамед с женой! Они уже здесь! Уже здесь! Надо спускаться!

- Иди, Карима! Иди! Мы сейчас спустимся!— поднимаясь с дивана, отставив в сторону кальян, ответил Сид Али. Зорайда покачала головой и тоже добавила:-Карима, иди!Потом все стали спускаться вниз, чтобы встретить гостей.Во внутреннем дворе возле фонтана Сид Али немного задержался и тихо сказал жене:-Зорайда, присмотрись к жене Мухамеда! Какая она? Станет ли она проблемой для Латифы?

- Да, Сид Али, я обязательно понаблюдаю за ней! Карима на рынке слышала, что на днях Мухамед с людьми сида Абдула искали эту женщину по всей медине! Как будто она заблудилась! Её нашли, когда она лежала без сознания в таком удаленном, очень бедномрайоне…С ней случился какой-то припадок или нечто вроде этого… так говорит жена торговца специями Фирюза. Карима мне рассказала недавно, я не успела вам пересказать!- Зорайда, не всё правда из того, что говорят на рынке жены торговцев! Не всякому слуху открывай уши! Рассмотри её внимательно – верить можно только своим глазам!- Да, Сид Али!Гости вошли, приветствия все были сказаны, праздник пошел своим чередом. Зорайда как, впрочем, и любопытная Карима, глаз не сводили с Лейлы и её родственницы. Карима сочла нужным быть поблизости именно к той, другой гостье. Они обе всё время улыбались друг другу, Карима предлагала разные угощения, отведя Арибу на кухню, задавая исподволь вопросы, из ответов на которые можно было бы выудить много интересного. Гостья же оказалась не так проста, она тоже расспрашивала с невинным видом, но Кариму, женщину, тертую в искусстве разговоров, было не провести. Она сразу поняла, что родственницу молодой жены очень интересует первая жена Мухамеда.…Зорайда тоже старалась понять, что представляет из себя соперница Латифы. Перед собой она видела совсем юную девочку, худенькую, бледную… Да, одета Лейла была в дорогое платье, на светло-зелёной ткшейте сиял новенький золотой пояс с драгоценными камнями, наверняка – подарок Мухамеда на свадьбу. Зорайде стало обидно за племянницу: ведь у Латифы не было таких броских и тяжелых, а значит, и весьма дорогих золотых украшений. За долгие годы общения Зорайда запомнила содержимое шкатулок и Латифы, и Жади, и многих женщин из числа родственниц. А у этой девчонки они есть уже сейчас! Так, значит, Мухамед не поскупился, покупая невесте на свадьбу золото! Разве что жене Амина золото было куплено не хуже…Девушка очень стеснялась и, как показалось Зорайде, была даже напугана. Она почти не разговаривала, стояла, опустив глаза, лишь изредка бросая взгляды из-под длинных ресниц. Когда Айша, служанка, поднесла им поднос с чаем, разлила его по стаканчикам, Зорайда предложила новой родственнице попробовать сладкого орехового печенья. Потом пододвинула к присевший на самый край дивана молодой женщине вазу с фруктами, и та, робко протянув руку, взяла лишь небольшой персик.

Разговор с женой Мухамеда у Зорайды никак не клеился. Лейла только несмело улыбалась в ответ на все слова хозяйки дома или коротко отвечала «да» или «нет». Зорайда искреннестаралась понять, как мог уже немолодой Мухамед согласиться взять в жены, пусть даже под нажимом сида Абдула, эту девочку. Она же ему в дочери годится! Ей лет меньше, чем Самире!-Лейла, сколько тебе лет? – не отставала Зорайда.-В паспорте написано, что мне 18 лет.-Так жаль, что мы с Сидом Али не смогли попасть на вашу свадьбу, -улыбаясь, говорила старая женщина, - мы так и не познакомились с твоими родственниками. Есть у тебя братья и сестры? … Ты самая старшая? Нет?...

Беседа так и текла – Зорайда расспрашивала, а Лейла отвечала, но её ответы никак не устраивали родственницу Латифы. Зорайда почувствовала досаду, оттого что она как будто носит воду в решете. «Может быть, у Каримы получится лучше?» -понадеялась она на верную служанку.

Встречных вопросов о Латифе от Лейлы тоже не прозвучало. «Или эта девчонка умна и хитра, или она совсем проста. Или Мухамед научил её, о чем можно говорить, а о чем – не стоит!» -наконец, сдалась Зорайда.

И вдруг она заметила нечто… Нет, нет! Ей это не могло показаться, уж в таких делах глаз у неё был наметан! Зорайда растерялась и даже расстроилась. «Уверена, что я права! Тогда всё – Латифе придется принять вторую жену. Даже если Мухамед не оставит её в Фесе, а привезет её в Бразилию! Остается только пожалеть Латифу и принять выпавшую ей судьбу»,-расстроено думала жена Сид Али.

-Твой муж сейчас полетит в Бразилию без тебя? Наверно, он заберет тебяс собой через 2 месяца, когда его брат Саид будет выдавать замуж свою дочь Хадижу?-Нет, муж ничего не говорил мне об этом, т.е. он говорил, что в семье скоро свадьба…Но он не собирается возвращаться в Марокко так скоро, -стеснительно произнесла в ответ Лейла, теребя кончик платка.-Так тебя может привезти в Бразилию Сид Абдул! Дядя Мухамеда обязательно полетит на свадьбу Хадижи!— кивая, догадалась Зорайда. Потом она заметила, что на платке Лейлы расстегнулась заколка, и платок вот-вот съедет с головы. Это нехорошо!- Пойдем, Лейла, вот в той комнате есть зеркало, и там нет мужчин. Поправишь платок, а если хочешь, я покажу тебе, каким ещё способом можно красиво повязать платок, чтобы он более надежно держался на голове! – вставая, поманила за собой девушку Зорайда.

Лейла безропотно встала и пошла следом.

-Когда Латифа, (это первая жена Мухамеда!),была совсем юной девушкой, это я научила её разным способам повязывать платки.Если хочешь, я и тебя научу.

Лейла шла молча, но Зорайде, поглядывавшей исподволь на молодую жену, показалось, что при упоминании имени Латифы она побледнела.Ей даже стало жаль девушку. Она решила с этой минуты оставить в покое гостью и не задавать ей больше никаких провокационных вопросов.

…. А в зале тем временем разгорались споры между мужчинами, рассевшимися на двух диванах вокруг низкого столика, где уже скопилось множество пустых стаканчиков после выпитого мятного чая.. Только Сид Абдул продолжал таскать из вазы печенье одно за другим. А Сид Али подливал ему из вновь принесенного Хурией чайника свежий чай.Вернувшись в зал, вновь присев с Лейлой за свой столик в другом конце комнаты, Зорайда обратила внимание на мужчин. Размахивал руками Сид Абдул, споря о чем-то и яростно доказывая своё. Мухамед то теребил бородку, то захватывал её целиком в ладонь, то возводил кверху глаза и воздевал руки. И Сид Али, не выпуская из руки мундштук кальяна, в чем-то убеждал обоих,но, прежде всего, конечно, Абдула. Зорайда не могла расслышать того, о чем шла речь, но была спокойна на этот счет: после ухода гостей Сид Али обсудит с ней всё, что произошло на вечере.

Появилась Карима с загадочным выражением на лице. Очень кстати появилась.

-Карима, мне кажется, или на столике у сида Абдула заканчивается выпечка? Проверь и скажи на кухне, чтобы принесли ещё фруктов, орешки и то печенье, которое уложено на блюде возле плиты, прикрытое полотенцем от мух!

Карима тут же направилась к столу, где так ожесточенно о чем-то спорили.

«Теперь эту муху не отгонишь оттуда как от тарелки с медом!»-подосадовала на себя за неосмотрительность Зорайда, видя, что Карима не только проверила содержимое ваз, но и задержалась дольше необходимого возле указанного столика. Однако под грозными взглядами Зорайды она всё же отошла от столика и направилась на кухню за сладостями.…-Мухамед! Я найду тебе и третью жену! Только намекни! У тебя есть законное право иметь четырех.. слышишь?.. четырех жен!!! – брызжа слюной, кричал Сид Абдул, грозя указательным пальцем.-Нет, дядя Абдул, нет! Только не это!

- И даже не думай вернуть Лейлу её отцу! У тебя нет для этого причины! Ты хочешь, чтобы вся Медина осудила нашу семью за это? Вернуть новобрачную только потому, что первая жена не желает терпеть вторую! Кто её будет спрашивать??? Твою Латифу?!!-Абду-у-ул!!! Спокойнее! Тебя удар хватит, если будешь так возмущаться, -уговаривал приятеля дядя Али.

-Разве я не прав? Латифа не может запретить Мухамеду жениться на других женах! Наоборот, привези Лейлу в Бразилию! Как говорится, если осел не подходит к грузу - подвинь груз к ослу!-Дядя Абдул, я же подписывал документ, где давал слово не брать вторую жену! – страдальческим голосом пытался, понимая всюбесполезность, доказать что-то Мухамед.-Какой документ, Мухамед?Какой такой документ? Такие документы не имеют юридической силы! Спроси у Саида, как он всё устроил! Хоть в этом он правильно поступает! Ыэ-э-эххх!!! – махнул рукой, устав спорить, дядя Абдул.-Латифа не признает мою вторую жену. Что я могу поделать? Я знаю, что она будет против! Она не примет Лейлу, дядя Али, даже если Лейла навсегда останется жить в Фесе!-повернувшись к дяде Латифы, объяснял далее Мухамед,-Да, Мухамед, ты должен был подумать об этом раньше, ещё до того, как решил снова жениться, -устало упрекнул его дядя Али. – Но тебе лучше не привозить Лейлу в Бразилию. Поверь из моего опыта: две жены мирно под одной крышей не уживутся. В одной чалме двух голов не бывает. Пусть жены живут подальше друг от друга, ведь такая возможность у тебя есть!-Но он женился! Он взял вторую жену! И обратной дороги для этого верблюда нет! – снова вспылил Сид Абдул.

- Ты прав, Абдул! Мухамед женился, и обратной дороги нет! Но ведь тебя, Мухамед, беспокоит другое... ? – примирительно сказал Али.

-Да, дядя Али! Я не знаю, как мне рассказать обо всём Латифе. Я не знаю, что мне делать, если она не примет вторую жену, если начнет требовать развод? Как тогда мне поступить?-Муха-а-амед! – опять влез в разговор неугомонный дядя Абдул.—Тебе сколько лет? «Не знаю, что мне делать»…, «как мне быть»…, -передразнил старик племянника. – Будь мужчиной! Ты в своей палатке бедуин или верблюд? Ты всё ещё не научился ставить на место своих жен?!!-Мухамед, Латифа, конечно, сначала не примет твоего нового брака, это понятно. Но ты дай ей время. Не дави на неё. Поспешность приводит к раскаянию, а осторожность - к благополучию. Если Латифане смягчится и будет требовать развод, то тогда тебе придется вспомнить, что было записано в вашем брачном договоре… Какой махр*ты согласился выплатить моей племяннице в случае развода? Ты помнишь?-Не давай никакого развода, Мухамед! Ещё чего! – снова завопил старик.— Что тебе может поставить в вину эта женщина, чтобы требовать развод? Ты плохо с ней обращался? Ты бил её? Ты не давал ей денег? Не кормил? Не покупал ей одежду? Не был ей мужем в постели или не дал ей детей? Что?!!.. Она ни в чем не может упрекнуть тебя! Не давай ей развода, Мухамед!-Нет, конечно, дядя Абдул,я не собираюсь разводиться! Но как мне рассказать о Лейле моей Латифе? Дядя Али, может быть, ВЫ расскажете обо всём, а прилечу в Рио-де-Жанейро и объясню ей остальное…, -трусливо предложил Мухамед.Сид Али усмехнулся и покачал головой.-Мухамед… Ты взял вторую жену.., ты сам должен разбираться в собственной семье…-Вот именно! Мухамед, как только приедешь – сразу же поставь Латифу перед фактом и фотографии свадебные покажи! Ещё чего!...Бояться он будет …. Когда это погонщик боялся верблюда? – гнул своё Абдул.

- Дядя, я только хочу, чтобы в моей семье был мир! Я не могу отказаться от Лейлы, не могу так поступить. Но и с Латифой расставаться из-за второй жены я не хочу! Даже представить не могу свою жизнь без Латифы!Дядя Али сделал знак стоявшей у дверей зала служанке, прося принести ему чай. Потом сказал Мухамеду:-Ты бежал от дождя, а попал под ливень. Но теперь, Мухамед, ты действуй осмотрительно. Я не против тебя, но должен соблюдать интересы Латифы. Если она решит, что не сможет жить в браке, когда есть вторая жена, я не буду мешать ей требовать развод. Но тебе могу дать совет: развод можно растянуть надолго. Сначала мы должны будем собраться на семейном совете. Если мы не сможем переубедить Латифу отказаться от развода, тогда ты будешь вынужден согласиться дать его ей. Затем, -продолжал Сид Али, не обращая внимания на свирепые попытки Абдула вставить слова протеста, -затем Латифа должна будет прожить три месяца в твоем доме, чтобы убедиться, что не носит твоего ребенка…-А потом, -встрял снова дядя Мухамеда, - ты скажешь, что передумал разводиться и решил помириться! И всё! Это первый развод, он не окончательный!- Да, Мухамед, именно так. Латифа за это время может передумать, одуматься, посмотреть на ситуацию другими глазами… ,-продолжал дядя Али. - Одним словом,тяни дело с разводом, пока Латифа устанет и сочтет за лучшее примириться с новой ситуацией. Но если моя племянница не смириться, тогда ты дашь ей развод. Выплатишь махр: например, купишь ей дом, где она могла бы жить, или отдашь ей тот, в котором вы живёте сейчас.- Что?!! – при этих словахподскочил с дивана дядя Абдул.— Отдать или купить дом этой женщине, которая не смогла правильно воспитать свою дочь? Она вырастила Самиру такой же, как Жади! И теперь ты увидишь, что и сама Латифа такая же – как Жади и как Самира!

- Абду-у-ул!—предостерегающе произнес Сид Али. –Ты говоришь с моем доме о моих племянницах и дочери Латифы! Золото, даже если упадет в грязь, золотом и останется. Самира хуже не стала, и Жади тоже. В современном мире женщины имеют право сами выбирать себе свою судьбу. Жади и Самира сделали это. А Латифу даже я не смогу заставить остаться с Мухамедом, если она не захочет смириться с многоженством.При этих словах у Абдула от ужаса округлились глаза и полезливверх брови. Он непроизвольно отшатнулся назад.- Али! Ты слышал себя? Ты понимаешь, что ты сейчас сказал? ТОЛЬКО Аллаху ведомы судьбы людей! Даже мышь не выроет норку без Его позволения. Даже лист не упадет с дерева, если Он не захочет этого! Как женщина может сама выбирать себе судьбу?!!Все вдруг замолчали. Разговор зашел в тупик: каждый старался доказать свою правоту. Как сказала бы Зорайда, услышь она весь этот разговор: каждый старается подвинуть поближе к огню СВОЮ лепешку. Пусть она не слышала, что именно говорили мужчины, но зато могла себе представить, о чем, например мог спорить Сид Абдул, хорошо его зная. «Как может упрекать одноглазого тот, кто сам кривой?» - возмущалась про себя Зорайда, ведь не женатый Сид Абдул считал возможным устраивать семейную жизнь других, да ещёс несколькими женами сразу.На правах хозяина дома Сид Али решил прекратить эту дискуссию.- Тебе решать, Мухамед, как поступать. Это твоя жизнь. Тебе лучше знать, когда рассказать Латифе правду. Только может произойти так, что, если ты будешь медлить,она узнает об этом от кого-нибудь другого, и ты можешь оказаться в невыгодном положении.

- Дядя Али, я хочу купить Латифе золото, чтобы показать ей, что я намерен одинаково относиться к обеим женам. Когда-то Латифа не получила столько золота, сколько есть теперь у второй жены, И я куплю моей Латифе украшения, какие она захочет!-Гы! Скорее всего, тебе придется покупать ей дом,!—зло фыркнул Сид Абдул.- Даже если и так, то Мухамед может ходить в этот дом, к Латифе, оттягивая окончательно решение вопроса с разводом. А в другой дом привезти Лейлу. Так они будут обе рядом с тобой и привыкнут к мысли, что их двое. Латифа в конце концов смирится, я думаю. Если она потеряет свою семью, с чем она останется? Семья для неё – всё. У Жади был Лукас, а у Латифы никого нет.- Ничего, подожди, -опять начал ехидничать Абдул, -Жади подскажет твоей жене что-нибудь такое, что все твои планы разобьются в прах!- Вот кстати: самое важное, Мухамед, не допустить сейчас никакого скандала из-за ваших с Латифой разбирательств -до свадьбы Хадижи. В оставшиеся два месяца надо сделать так, чтобы ничто не смогло омрачить этот день для Хадижи. Узнает Латифа правду или нет, скажешь ей ты или кто-то еще — главное, чтобы не случилось скандала до свадьбы дочери Жади и Саида.- Да-да! Саид не простит, если что-то ещё произойдет. Одного скандала со статьей Самиры нам было достаточно! Но что же делать? – вопрошал Мухамед.- Что делать? – саркастически произнес Абдул. – Вот вернешьсяв Бразилию и сразу же посоветуйся с Саидом. Он мастер улаживать подобные ситуации. Он надавит на Жади, ведь это свадьба ЕЁ дочери, а она пусть уговаривает Латифу. Со свадьбой Хадижи всё будет хорошо, не беспокойтесь.

Пока Мухамед беспомощно смотрел на дядю Али, Абдул с чувством добавил:- -Я тоже приеду на свадьбу и посмотрю, как сложатся дела у Мухамеда с Латифой! В зал внесли из кухни огромное блюдо печенья и несколько подносовс чайниками со свежезаваренным мятным чаем.Разговор иссяк сам собой. Всё было сказано. Гости и хозяева принялись за угощение. Затем была масса тем для разговоров, которые были интересны всем. Обсудили новости, прокатившиеся по медине в последние дни.

Потом Сид Абдул и Мухамед засобирались по домам. Лейла и Ариба тихо собрались, надев верхнюю одежду. Все тепло распрощались. Сид Али отправил с гостями трех провожатых во главе с верным Ахметом. Ведь уже стемнело, на улицах стояла зимняя ночь, а идти по старой части Феса было всё-таки не близко.

Кроме того, с подачи Зорайды дядя Али распорядился дать для женщин двух ослов, на которых и отравились домой Лейла и Ариба.Сид Абдул завернул на улицу, ведущую к его дому, пообещав утром позвонить, чтобы обсудить с Мухамедом одно важное дело.

Мухамед шел за осликами, на которых ехали девушки, думая о своих проблемах. Что дал этот вечер? Муж двух жен прояснил позицию сида Али и теперь раздумывал, как поступить лично ему. Мухамед так надеялся, что дядя Латифы возьмет на себя эту миссию – сообщить племяннице новость. Но Сид Али дал понять, что не станет этого делать. И что теперь? «Ничего пока не стану рассказывать. По крайней мере – до свадьбы Хадижи. А потом…Лейла будет в Марокко. Так как Латифа о ней узнает? А если кто-нибудь ей и расскажет, то тогда я всё объясню. Это смягчит удар для Латифы – если оттянуть время»,-принял такое трусливое решение Мухамед, и на душе у него полегчало.

…Добравшись до своего дома, отпустив назад провожатых и вернув им ослов, Мухамед, поднимаясь по лестнице в комнаты на второй этаж, почувствовал, что готов тут же упасть без сил на первый же подвернувшийся диван. Вот только в доме было очень холодно. «Придется завтра потратиться на покупку электрообогревателей», -с сожалением подумал он, заваливаясь в одежде на кровать и проваливаясь в сон, когда Лейла с Арибой навалили на него сверху несколько шерстяных одеял.Радуясь тому, что могут побыть наедине и обсудить поход в гости, девушки быстро нагрели воду для пластиковых бутылок и залезли в одну кровать под несколько теплых одеял, положив рядом с собой и бутылки, завернутые в ткань. Теперь можно было и поговорить…

Обсудив увиденное в доме знатного родственника загадочной первой жены, вспомнив вкуснейшую выпечку, секрет которой частично вызнала Ариба, обменявшись мнениями об обитателях дома, они, наконец, добрались до темы, о которой было так страшно думать Лейле.

-Я ничего не смогла выяснить о ларе Латифе, как ни расспрашивала у старшей служанки, у Каримы. Она мне рассказала только то,о чем нам рассказал Мухамед.

-Мне тоже ничего не удалось узнать нового. Но я и не решилась расспрашивать Лару Зорайду…-Да-а-а, если бы я не позволила Кариме увлечь себя разговорами, то сообразила бы попросить эту Зорайду показать альбомы с фотографиями, где можно было бы увидеть и твоего мужа в молодости, и его жену. Сделать это под предлогом увидеть всех твоих новых родственников. Она не смогла бы отказать.-Я не догадалась… Как жаль, что тебя не было со мною рядом! Эта женщина задала мне столько вопросов!

-А мне – Карима. И я поняла – они тоже боятся тебя! Вот как: ты боишься ужасную первую жену, а они боятся тебя. Они опасаются, что первая жена тебя не примет! Она никогда не хотела делить Мухамеда с другими женами. Вот у его брата целых четыре жены… или три… Я не поняла, -почему-то шепотом рассказывала Ариба.

-О,Аллах, я так боюсь эту женщину! Что,если она окажется такой же, как наша тетка Джамиля? Только не это! Иншалла!-Не дай Аллах ! Для тебя будет лучше оставаться жить в Фесе. Здесь дом, который твой муж купил для тебя как для своей второй жены! Пусть даже нам не даст покоя Сид Абдул и его родственница.. Лара Нурия! Но здесь ты хозяйка! А если муж увезет тебя в Бразилию, всё! Там тебе придется подчиняться первой жене, выполнять все её приказания! Можно представить, как она станет отыгрываться на тебе!Так, проговорив ещё долго, девушки, уснули незадолго до того, как в середине ночи ( или уже в начале утра?) над домами разлились звуки азана с мечетей с призывом к молитве. Но Лейла и Ариба уже крепко спали.…А в доме сида Али после ухода гостей Зорайда делилась впечатлениями с дядей Али.- …что случилось с Сидом Абдулом? Давно я не видела его таким агрессивным! Как пришел, сразу на всех стал нападать! Какв той поговорке: его в Багдаде кошка укусила, а он пришел в Стамбул да собаку побил!-Зора-а-айда! Абдул беспокоится за своего племянника!

-А как же Латифа? Он так против неё настроен и Мухамеда учит действовать против Латифы!-Мухамед не хочет расставаться с Латифой. Он с горяча согласился на второй брак из-заскандальной истории с Самирой, но теперь он раскаивается. Мне даже показалось, что он мог бы отказаться от этого случайного брака, если бы было возможно.Зорайда со скорбным видом покачала головой.- Это уже невозможно, Сид Али. Нет.- Что тебе стало известно, Зорайда? – встрепенулся сразу же дядя Али, выпрямившись на диване.-Я, конечно, не могу быть полностью уверена в этом, но мне показалось, что Лейла ждет ребенка. Она мне ничего не говорила. И, возможно, она сама не догадывается об этом, ведь они женаты всего три недели, но ведь это возможно, что жена Мухамеда уже носит его ребенка!Сид Али даже не нашел, что ответить. Он застыл на какое-то время и сидел неподвижно, а потом ответил:-Это вполне возможно. И если это так, то… как мне жаль нашу Латифу!

-Знает ли Мухамед о беременности жены или пока ещё нет7 – понизив голос и оглянувшись на порог кухни, задала вопрос Зорайда.

- Во всяком случае, он ничего не говорил об этом. Как и Абдул. А уж если бы ему стало известно об этом, то Абдул не стал бы сегодня об этом молчать… меня, Зорайда, удивило другое. Мухамед предложил мне, чтобы Я рассказал Латифе о его второй жене.

- Взрослый мужчина, солидный, а ведет себя как Амин! – согласилась с ним жена.-Пусть сам выбирается из ямы, в которую угодил. А мы сообщим обо всем только Жади. Надо предупредить её, чтобы она в любом случае удержала Латифу, не дала разгореться скандалу пред свадьбой Хадижи. Мы приедем в Бразилию на торжество и тогда сами постараемся обо всём поговорить с Латифой.-Неужели нам придется уговаривать Латифу не требовать развода, Сид Али? И кто знает, чем всё это закончится?…Через несколько дней в доме второй жены Мухамеда шли приготовления к его отъезду в Бразилию. Билеты на самолет лежалина столике в комнате, где Лейла неумело укладывалавещи в чемоданы и сумки мужа. Ариба на кухне готовила еду и на обед, и для того, чтобы что-то из этого Мухамед мог взять с собой в аэропорт и в дорогу. Она пекла лепешки, раскладывала в пакеты финики и орешки, печенье и свежие фрукты. На плите готовились овощной таджин и рис с бараниной. Так пожелал хозяин дома. Кто знает, вдруг его рейс придется ждать так же долго, как тогда, когда улетали все его близкие после свадьбы Амина?

До отъезда в аэропорт оставалось несколько часов. С дядей Абдулом Мухамед встретился сегодня в мечети ещё перед дневной молитвой. Обо всем с ним было договорено. Как Мухамеду посылать деньги на содержание Лейлы, как сделать так, чтобы две женщины, остающиеся одни в доме на несколько месяцев, всё же имели защиту и опеку.

Дядя Абдул уверил племянника, что уж за этим дело не станет: и сам он будет часто проведывать жену Мухамеда, наставляя её на путь праведный, знакомя с мудростью Корана, и его верная помощница Нурия будет с ними всегда рядом.Он смог уговорить строптивую женщину пожить в доме до возвращения Мухамеда. Она согласилась, а как же иначе?

Подозревая, как может поступить Сид Абдул с телевизором, Мухамед настоял, чтобы дядя оставил в покое «ящик шайтана», объяснив, почему он так настаивает на этом. Но, хорошо зная своего родственника, Мухамед вставил замок в дверь комнаты, где стоял этот предмет раздора, а ключ отдал Арибе, приказав держать комнату закрытой, особенно при дяде Абдуле,открывая только тогда, когда девушки захотят посмотреть передачу, но… не при Сиде Абдуле! И ключ ему не отдавать! Муж Лейлы велел хранить ключ у Арибы – вот такой должен быть ответ. «Так приказал хозяин», -должна будет отвечать Ариба. Или Лейла.

Но вот ключ от сейфа, где хранились драгоценности Лейлы и многие документы, в том числе и на склад, этот ключ Мухамед доверил дяде Абдулу, который будет присматривать и за делами на складе.

А лареНурии отводилась роль наставницы, которая должна будет научить Лейлу ведению домашнего хозяйства.

Да, вот ещё что.. плитку во дворе дома тоже будут укладывать под присмотром дяди Абдула. Как только Мухамед пришлет денег на это, сразу же прибудет бригада мастеров, чтобы привести двор в порядок. И фонтан. А потом и сад, которым займутся люди дяди Абдула. Мухамеду потребуется много денег. Да-а-а, второй брак – недешевое дело.

«Сколько проблем! Сколько непредвиденных расходов!» -размышлял Мухамед, вышагивая по галерее второго этажа, обдуваемой прохладным зимним ветром. В комнатах, благодаря купленным электрообогревателям стало немного теплее. Главное, чтобы Лейла не мерзла. Пусть обе родственницы живут в одной комнате, если захотят, тогда можно поставить там два обогревателя одновременно. А до весеннего тепла ещё далеко. Ларе Нурии была подготовлена комната рядом с комнатой Лейлы. И тоже установлен обогреватель. Хотя в доме дяди Абдула такой роскоши не видели никогда. Но не мог же Мухамед оставить замерзать в доме женщину, которая будет заботиться о его жене в его отсутствие!Мухамед старался не упустить ничего, чтобы потом не испытывать беспомощное чувство, когда окажется вдали от Феса. Он не раз обдумал каждую мелочь.

Вот и обед, время пролетело быстро. Мухамед ещё раз повторил все наставления Лейле и Арибе. Подоспел вместе с Нурией на двух осликах дядя Абдул. Пока Ариба помогала старой женщине снимать привезенную для проживания в доме поклажу, Сид Абдул, наоборот, следил за тем, как Мухамед навьючивает на осла свои сумки, мешки и чемоданы, сопровождая процесс указаниями и советами. Наконец, всё было готово к отбытию.

Мухамед неловко поцеловал в лоб растерянную Лейлу, кивнул Арибе и попрощался, переговорив, с Ларой Нурией. Потом, подсадив сида Абдула на второго осла и дождавшись, когда за закрывшейся дверью раздастся скрежетзадвигаемой задвижки и звук поворачиваемого в замке ключа, он взял повод и потянул нагруженное вещами животное, отправляясь в сторону склада. Сид Абдул успел опередить его на пол улицы.Перед отъездом надо было непременно заглянуть на склад, душа Мухамеда этого требовала. Кроме того, туда же должна была подъехать машина – такси, которое и отвезет его в аэропорт. Очень удобно получалось.

Мухамед наступал на булыжники вымощенной ими улицы, вдыхал ароматы специй от готовящейся в домах еды, слушал цокот ослиных копыт, рассматривал прохожих и испытывал какое-то двойственное чувство.

С одной стороны, он желал оказаться как можно скорееподальшеот места, где жизнь его превратилась в какой-то дурной сон, а с другой стороны – он впервые ощутил нечто вроде ностальгии.Спросив себя, откуда в нем появилось это чувство нежелания покидать город, в котором он неожиданно приобрел столько проблемза последний месяц, он честно ответил себе: впереди его ждут, скорее всего, ещё более драматичные события в жизни. И как бы не соскучился Мухамед по дому в Сан-Криштоване, он ощутил в себе такое же нежелание трогаться в путь, как бывает иногда у осла, когда тянешь упирающееся животное, а оно ни в какую не желает двигаться с места.

И зачем ему надо было нарушать свою размеренную жизнь?!!3 ГлаваВозвращение Мухамеда в Сан-Криштован.Взойдя на борт самолета, Мухамед сел у окна. Все пассажиры уже сидели на своих местах. Дверь захлопнулась. Он пристегнул ремень, погрузился в свои мысли и не сразу понял, что самолет уже поднялся в воздух, набирая высоту.

- Бисмиллахи Рахмани Рахим - Во имя Аллаха, милостивого и милосердного, -вынув четки, прошептал Мухамед, как делал всегда, когда приходилось совершать полёт.

Он каждый раз испытывал чувство страха в самолете.

Вот и теперь путь не близок. Сначала – перелет между Африкой и Европой, из Феса в Париж; затем придется несколько часов провести сидя в другом самолете – из Парижа в Рио-де-Жанейро. С одного континента на другой - почти 11 часов полета!

А пока за стеклом иллюминатора бежали белые волны облаков.Мухамед опустил глаза вниз, посмотрев на землю. Там виднелись острые пики минаретов мечетей,светлые коробки домов города, стены древней медины. А где-то на горизонте за Атласскими горами лежала огромная пустыня. Мухамед подумал вдруг, что, окажись его место в левом ряду кресел, он увидел бы Атлантику, огромный Атлантический океан, который ему еще предстоит пересечь через несколько часов, иншалла!Он вытянул ноги, сложив руки на животе, и задумался. «Я оставил позади одни проблемы, чтобы оказаться лицом к лицу перед другими. Бегу от одной проблемы к другой». Вспомнив о Лейле, он испытал муки бессилия и роковой безысходности. Мысль о том, что теперь где-то в огромном Фесеесть юная женщина, ещё одна его жена, за которую он должен нести ответственность, вызывала в его душе боль и неприятие.«Я должен был ее забрать, – устало подумал он.-Наверно, было бы проще решить сразу же все вопросы, связанные с этойпроблемой,вернувшись Бразилию и представив Лейлу семье».Но было поздно. Ситуация запутается ещё сильнее, это он понимал, зная себя и будучи перед собой честным. «Возможно, Саид даст мне дельный совет. Он ведь прекрасно умеет находить выход из сложных ситуаций в своей семье, имея трёх жён. По крайней мере, после того, как он расстался с этой одалиской Жади!»Успокоив себя такой мыслью, Мухамед через некоторое время стал смотреть на море, распростершееся внизу. Залитое солнцем Средиземное море сверху казалось неподвижным и гладким, как зеркало,. Позади остался берег Африки, впереди облака скрывали невидимый берег Европы. Где-то далеко справа должен быть Стамбул, где однажды Мухамеду довелось побывать. Но, конечно,он ничего не увидел.

Наконец, почувствовав, как затекла шея от неудобной позы, он отвернулся от иллюминатора и закрыл глаза…

…И вот через несколько часов он уже сидел в салоне другого самолета. Так же у правого борта, у иллюминатора. Пересадка в Париже, стояние в очереди на регистрацию, суета с многочисленными предметами багажа и таможенный досмотр-всё это настолько измотало Мухамеда, что теперь он сидел в кресле, совершенно без сил.

Потом какое-то время он проспал, а затем, достав газету, попытался читать, но тревожные мысли отвлекали его.

Тогда Мухамед осмотрелся по сторонам: другие пассажиры кто читал, кто-то спал, откинувшись на спинку кресла, кто-то бездумно смотрел вдаль через иллюминатор…Он тоже расслабился и предался размышлениям. Чем ближе становилась встреча с семьей, тем сильнее это его пугало. Объяснения с Латифой, непримиримость сына Амина по отношению к его второй женитьбе. Неужели его придется ставить на место как мальчишку?Мухамед всегда искал в жизни покоя, безопасности, осмысленной жизни по законам исповедуемой им религии. И всего этого он теперь так внезапно лишился, месяц назад перелетев океан. Его жизнь в Фесе после отъезда семьи слилась в безотрадную последовательность приемов пищи и рабочих часов на складе и в лавках торговцев, у которых закупался товар. Как неприятно было оттягиваниедо последнего встреч с Лейлой в купленном для неё неухоженном, неустроенномдоме! А споры с дядей Абдулом, который и втянул его в такую ситуацию?Он чувствовал себя выброшенным из судьбы, для которой был рожден. Как будтошел по осколкам своей жизни.Распереживавшись, Мухамед прижался лбом к окну. Внизудо самого горизонта лежалитемные воды Атлантики.

Он вспомнил светлые дома Марокко, просторный двор мечети, куда они с Сидом Абдулом ходили на пятничную молитву, узкие улицы старинной медины Феса, ароматы выпечки и специй, запахи домашних животных и специфический воздух района кожевников, где находится дом сида Али. Когда теперь он вернется в Марокко? И с каким чувством он полетит в следующий раз, зная, что в Фесе ждет его другая семья?

Перебирая агатовые бусины четок, он живо вспомнил девушку с испуганными глазами, закутаннуюс ног до головы в черное покрывало, его, да-да, ЕГО молодую жену Лейлу.Вспомнил и добрую Зорайду, которая одна только и могла бы уговорить Латифу не отказываться от него, и на которую он втайне теперь надеялся.Мухамед вздохнул. Как хорошо находиться в большом самолете, парящим над океаном, вдали от проблемидушевных мук. Он покосился на соседа, который с первых минут полета листал газету. Теперь он спал, укрыв ею лицо.Заточенный на несколько часов в салоне самолета; смирившись с тем, что придется провести столько времени, сидя в неудобной позе, Мухамед тоже приказал себе уснуть… И проснулся, когда за стеклом иллюминатора висела черная непроглядная тьма, а судя по временисамолет был уже на подлете к Рио-де-Жанейро. У Мухамеда сильно затекли ноги, и он долго разминал их, шевеля нижними конечностями под длинной полосатой джеллабой.

Через четверть часа самолет нырнул в густой удушливый смог, где раскинулся огромный город. Мухамед молча прислонился лицом к стеклу. Он знал, что сейчас произойдет: при заходе на посадку совершается таинство приобщения к Бразилии — облет Рио в темноте: самолет, долго летевший над практически сплошной чернотой, вдруг разворачивается по широкой петле над морем маленьких огней по холмам,видна и панорама небоскребов центра.

Мухамед сжал руками виски Самолет постепенно заходил на посадку.

… Вот и аэродром. Приятный теплый ветерок, круговорот встречающих, груды багажа.Все таможенные формальности прошли на удивление быстро. Единственная задержка была с получением багажа. Он уже заволновался, не потерялся ли его багаж где-нибудь вПариже. Но все обошлось, и, погрузив вещи на тележку, Мухамед вышел на свежий воздух, хотя свежим его можно назвать с большой натяжкой. В кондиционируемом помещении аэропортабыло приятнее. Мухамед, беспокойно оглядываясь, катя перед собой багажную тележку, время от времени вытирал одной рукой потное лицо огромным носовым платком. Саида нигде не было видно. «Возможно, опаздывает, хотя мой самолет прибыл вовремя», -расстроено подумал он.В Рио темно уже в 6 часов вечера.Когда прибыл самолет, стоял поздний тропический вечер, пропитанный влажностью и ароматамицветущей растительности. Жары особой не было, нопосле прохлады зимнего Марокко воздух казался каким-то липким. Прибрежная часть города была, как обычно, затянутасоленым атлантическим туманом.Постояв на выходе из здания аэропорта, Мухамед, наконец,к огромному облегчению, заметил в свете фонаря недалеко от автостоянки Саида, стоявшего рядом со своей машиной.

… Саид, действительно, немного опоздал. Путешествие в аэропорт по загазованным улицам, где застряли в пробках вереницы машин и автобусов— это малоприятное дело. Трудно попасть в час-пик в эту часть города.Но, даже выехав с запасом времени, Саид опоздал к прибытию самолета. Поэтому он решил не заходить в зал аэропорта, а отправил шофера на поиски. И теперь он стоял возле автомобиля, боясь, как бы брат не прошел мимо, не заметив его в огромной толпе прибывших пассажиров, встречающих и, наоборот, отправляющихся в дорогу.

Когда показался Мухамед, толкающий перед собой тележку с вещами, Саид не поверил своим глазам: так плохо выглядел его брат. Темные кругизалегли под глазами. Опухшее лицо, как будто заспанное во время длительного перелета, похудевший и осунувшийся. И вид какой-то весь растерянный и поникший. Давно он не видел брата с таким безысходным выражением на лице, оживившимся только при виде Саида.

-Брат! – воскликнул Мухамед так, как будто камень упал у него с души.Он раскинул руки и обнял Саида, который тоже приветствовал его объятиями.Понимая, что, прежде чем везти Мухамеда в Сан-Криштован, им необходимо поговорить, обсудить ситуацию, Саид предложил просто сесть в его машину и немного отъехать от стоянки. На улице разговаривать было невозможно: такси и городские автобусы, шум толпы и крики служащих отелей, встречавших группы туристов – одним словом, братья направились к ожидавшему их автомобилю, а вернувшийся водитель погрузил багаж Мухамеда и медленноповел машину прочь от аэровокзала.Мухамед рассказал в нескольких словах историю своей женитьбы. И о том, как свадьба вытянула из него массу денег, и как почти на последние деньги ему удалось удачно закупить товары для магазинов – своего и Амина. И о Лейле, за которой в его отсутствие решил присматривать дядя Абдул… Саид был удивлен юным возрастом жены.-Мухамед, как ты надумал взять в жены девчонку, которая моложе твоей дочери? Ведь тебе придется всему учить её! – искренне недоумевал он.

-Надеялся на твой опыт, на то, что ты сможешь поделиться, как воспитывать молодых жен в повиновении и любви к мужу, -даже обиделся Мухамед. Почему это он не может иметь молодую жену, когда у Саида их целых три?-Мои жены – это как украшения на витрине фирмы, но ведь для тебя вторая жена должна была явиться примером праведности…, -начал Саид, но махнул рукой.Он не стал больше спорить, он тоже очень устал в этот длинный день, когда и дела, и неимоверная бразильская жара вымотали его до предела, а теперь он ещё и в аэропорт приехал, что тоже потребовало усилий, поэтому спорить не хотелось. Но он всё-таки заметил брату в духе дяди Абдула:- Я имею в виду, что «лампаду Аллаха», о которой так мечтал дядя, бывая в твоей семье, тебе зажечь будет трудно, ведь для этого 18-летнюю девушку нужно хорошо подготовить, если она даже читать не умеет…Саид головой покачал от удивления.Но Мухамед уверил, что дело сейчас вовсе не в ней, а в том, как преподнести эту новость Латифе. А впереди свадьба Хадижи, которую не стоило омрачать никакими скандалами. Он описал визит в дом дяди Али… О дяде Абдуле, рьяно взявшемся за то, чтобы не оставить без опекунского взгляда Лейлу и ту родственницу, которая будет жить в доме с молодой женой. Одним словом, монолог Мухамеда лился долго, а Саид только внимательно слушал, большене перебивая.Потом, дав сигнал водителю, Саид по дороге из аэропорта в Сан-Криштован кратко рассказал о событиях месяца,когда отсутствовал Мухамед. Он предупредил, что Амин ничего несообщил матери, но…

С сыном не всё в порядке. Да, он не смирился срешением отца взять вторую жену, он не поладил со своей молодой женой, но самое главное - -свадьба его старинной приятельницы Эмми, причем, свадьбасостоялась на этой неделе, в прошедшую субботу. Узнал ли об этом Амин? Правду от него скрывали, как могли. Даже Хадижа попала на свадебное торжество к близкой подруге детства, не афишируя этого. Саид боялся, что Амин может что-то сделать, что вызовет огромный скандал на чужой свадьбе.«Что именно мог бы совершить Амин?»-возразил Мухамед.Саидповторил брату слова, однажды сказанные им Жади: если мужчина любит женщину, он её с брачной постели украдет, даже если ему будет грозить смерть. Теперь Саид чувствовал в своём племяннике нечто, родственное ему самому. Ту же одержимость любовью к выбранной сердцем женщине.

А значит, нужно быть настороже с Амином. Свадьба позади, но … что станет с Амином, когдановость о свадьбе Эмми дойдет до него? Поэтому вдоме Саида даже слугамбыло приказано не упоминать о свадьбе подруги Хадижи ни единого слова. И Рания позвонила Латифе, чтобы предупредить и договориться держать друг друга в курсе событий.

Вобщем, Мухамеда ждут многие неприятности. А что касается Латифы…Саид уверил брата, что она ни о чем даже не подозревает.Мухамед передал совет дяди Али – дотянуть эту историю до приезда его и Зорайды в Бразилию на свадьбу и после этого решить вопрос на семейном совете, без которого, увы, скорее всего, будетне обойтись. Саид согласился:-И правильно! Моя дочь уже пострадала, и нераз, то из-за Жади, то из-за своей сестры Самиры, из-за сплетен, и из-за испорченной репутации Назиры… Но остался только один шаг – свадьба, которая назначена на конец марта. Продержаться осталось недолго – 2 месяца. Что касается Латифы…только один - - продолжать оставлять её в неведении, а если правда раскроется, то договориться в любом случае, чтобы все разбирательства происходили после свадьбы Хадижи.

-Не беспокойся, Саид, Латифа это поймет. Она любит Хадижу и не станет делать что-то, что сможет навредить твоей дочери.- А я поговорю с Жади. Я знаю её слабое место и нажму именно на него…, -помедлив, произнес Саид.Поговорив ещё немного,они оба устало замолчали.Периодически застревая в пробках, им приходилось долго простаивать на трассе, то слушая дребезжание трамвая на пути к Санта-Терезе, то наблюдая, как пробивается через строй машин полицейский патруль, то как несется «скорая», завывая и включив световые сигналы.

Через некоторое время показались огни фонарей Сан-Криштована, а на фоне ночного неба -знакомый абрис высотных домов возле станции метро, за которыми вскореначиналась улица, которая заворачивала в конце концов к дому Мухамеда. Саид ещё из машины позвонил Мустафе и на сотовый Амина, чтобы предупредить о скором возвращении Мухамеда. А его брат никак не мог заставить себя произнести хоть слово. Поэтому Саиду пришлось солгать, что у Мухамеда разрядился телефон в дороге из-за оставленного в Фесе зарядного устройства, и что Мухамед разболелся в пути настолько, что, если ему не станет к утру легче,возможно, придется обращаться к врачу.

… Латифа, выходившая из кухни, чтобы подняться наверх и лечь, наконец, спать, резко остановилась, услышав, что Амин разговаривает по телефону с Саидом. Сын стоял у дивана и держал сотовый в руке с таким выражением лица, что мать поспешила с вопросом, как только поняла, что разговор закончен:-Амин, что?!! Что случилось? Звонил дядя Саид? Что он сказал тебе?-Да, дядя сообщил, что он только что встретил отца в аэропорту, и через полчаса они подъедут к дому…, -отводя глаза, ответил Амин.

- - Твой отец вернулся?! Мухамед скоро будет дома?!! Наконец-то! – Латифа тут же развернулась в сторону кухни. – Что у нас осталось из еды? Кажется, ничего нет, как назло! Сейчас … я быстро приготовлю что-нибудь…, ах…Латифа заметалась по дому, по кухне, не зная, что делатьв первую очередь.-Амин! Позови свою жену, пусть Халиса мне поможет! Мухамед наверняка проголодался в дороге.,-попросила Латифа, вспомнив о невестке.Помолчав, Амин буркнул в ответ:-Хорошо, мам, я сейчас её разбужу. Она ушла в спальню ещё час назад, спит, наверно.Только теперь Латифа обратила внимание на его странный вид и тон.- Амин, что случилось? – Латифа присела на диван, не глядя.— Что тебе сказал Саид?Теперь она внимательно всмотрелась в лицо сына. Что-то не так.

Видя, как мать разволновалась, Амин ответил:-Ничего страшного не произошло. Отец сам не позвонил, потому что у него телефон разрядился, а подзарядитьон не смог. И ещё -он заболел. Я не понял, что случилось, дядя Саид как-то… непонятно об этом сказал…

- Что?!! Мухамед болен? … Что с ним?— Латифа взялась рукой за сердце. – Я чувствовала, что с твоим отцом что-то произошло! Болен! Мухамед болен! Он заболел, конечно, не вчера, а, скорее всего, ив больнице лежал в Фесе, поэтому и не звонил целый месяц. Не хотел нас расстраивать. У вас с Халисоймедовый месяц. Он боялся нам рассказать правду!- Да, боялся рассказать правду, это точно, -саркастически заметил Амин вполголоса.— Сейчас отправлю Халису тебе помочь.Амин быстро поднялся по лестнице, а Латифа поспешила на кухню. Если даже Мухамед болен, он может быть голоден,такой перелет выдержать трудно. Аеды, взятой с собой из Марокко, скорее всего, не хватило на весь путь. В самолете муж обычно ничего не покупает. Значит, надо срочно приготовить хотя бы салат.

Латифа уже дорезала овощи, когда в кухне появилась невестка, которая тут же включилась в приготовление еды на скорую руку. В таджине поставили готовиться мясные шарики с рисом, а рядом Халиса уже пекла блинчики «багрир» на небольшой сковороде.Амин, как встал у окна, заложив руки за спиной, так и стоял, пока перед домом не остановилась машина дяди Саида. Пока братья, выбравшись из салона автомобиля, разговаривали на улице, а водитель выгружал багаж, Амин всё не решался сдвинуться с места и открыть дверь, пока не удостоверился, что никакая женщина из машины не появилась. Значит, дядя Саид сказал правду: вторая жена отца осталась в Марокко. Это было уже не так плохо, как ожидал сын Мухамеда.… Саид остался на недолгое время на поздний праздничный ужин, организованный Латифой. Её радости не было предела. Муж, наконец-то, вернулся – после целого месяца неизвестности. Он выглядел не очень хорошо, но с его здоровьем они разберутся уже здесь, в Рио. Мухамед был явно смущен такой горячей встречей, то и дело переглядываясь с братом и бросая взгляды на сына, державшегося весьма сдержанно. Невесткаже, наоборот, старалась ему угодить изо всех сил.

Саид понял, что в этот вечер бури в семье брата не ожидается, и поспешил проститься. Пора было тоже возвращаться домой, откуда ему успели позвонить несколько раз, беспокоясь о том, где он так задержался.

-Рания, со мной всё в порядке! Сколько можно звонить? Скоро я приеду, поэтому больше меня не беспокойте. Всё! – произнес Саид, уже стоя на пороге дома, пока водитель пытался развернуться на площадке перед баром. Он выключил сотовый и обернулся к стоявшим рядом Мухамеду и Амину.

-Рад был у вас побывать. Звони мне, брат, если будут проблемы! И ты, Амин, тоже!

-Саид, приезжай к нам в гости вместес женами. В ближайшие дни я буду занят магазинами, а в субботу можно собраться у нас в доме. Приезжай, брат!

-Мухамед, думаю, мы с тобой ещё встретимся в пятницу в мечети, я собираюсь сходить на пятничную молитву. Тогда и поговорим, всё обсудим. Но думаю, что у меня получится выбраться к вам в гости. А то потом начнется в городе время карнавала, и в эти сумасшедшие дни до вас будет трудно добраться. А потом я вплотную буду заниматься свадьбой Хадижи. Времени свободного не будет совсем.- Договорились, Саид!-До свидания, Амин, Мухамед!-До свидания, дядя Саид!Наконец, брат Мухамеда сел в машину и уехал, не заметив, что несколько пар глаз наблюдали за ними из окон домов и из-за дерева возле бара, где замер Базилио, так удачно задержавшийся сегодня в баре. И его, так же, как и дону Журу, стоявшую у окна своей комнатынад баром, интересовало, вернулся ли муж доны Латифы один или привез вторую жену.

Разочарованию Базилио не было предела. Он до последней минуты ждал, что вот-вот из машины выйдет закутанная в черную паранджу женщина, лицо которой, скорее всего, надолго останется загадкой для жителей квартала. И он, Базилио, тоже долгое время мог бы гадать, какова она – новая избранница синьора Мухамеда? Красива она или нет? Молода она или в возрасте доны Латифы? Как примет её новая семья? Эх, чего лишился Сан-Криштован из-за синьора Мухамеда, видимо, поостерегшегося привозить ту женщину в дом первой жены и сына.Дона Жура, наоборот, вздохнула с облегчением.Узнав от Ноэмии, что сосед ещё раз женился, к тому же, в тайне от собственной законной жены, она легко смогла представить себе, каково пришлось бы несчастной Латифе, если бы негодяй Мухамед осмелился привезти с собой вторую жену. Какая женщина не почувствует себя униженной, зная, что у мужа появилась другая? А каково будет, когда соперницу приведут в дом, и она станет жить в комнате у тебя за стеной, куда на твоих глазах станет наведываться муж, как будто и на вполне законных основаниях, по их-то законам?

Удостоверившись, что синьор Мухамед не потерял, слава Богу, остатки совести, вернувшись домой один, без другой жены, дона Жура задернула шторы, не забыв окинуть острым взглядом улицу перед баром,и отправилась спать.

…Рано утром, пока Мухамед отсыпался после дороги, все обитатели дома разошлись, кто куда. Амин постарался убраться в свой магазин, чтобы избежать объяснений с отцом. Как ни хотелось ему узнать подробности о второй жене и о планах отца на её счет, но он понимал, что придется и ему тоже определяться со своим отношением к тому, как отец поступил с матерью. А в этом смысле он испытывал противоречивые чувства: он жалел мать, не принимал решение отца, но не имел права его осуждать.

Халиса была отправлена на рынок и в супермаркет, где бывала уже неоднократно и уже неплохо ориентировалась в близлежащих магазинах. Жители Сан-Криштована привыкли к ней, зная теперь, что она и есть жена Амина.

Латифа собралась, было, навестить дону Ноэмию, чтобы от неё позвонить Жади и сообщить радостную новость, но решила не рисковать: ведь Мухамед разболелся , значит, ему могла понадобиться её помощь! А дона Ноэмия сама сообразит, что Жади должна узнать о долгожданном возвращении мужа Латифы из Феса.

Так она и осталась дома, решив приготовить на завтрак, а затем и на обед, когда вернется с рынка Халиса, что-нибудь необыкновенно вкусное для Мухамеда. Впрочем, марокканской кухней его сейчас не удивишь — в Марокко он, наверняка, насытился таджинами и кус-кусом, разными сладостями и местными деликатесами. И Латифа задумалась, чем же она сможет его теперь удивить?

Наконец, решение было принято, и на кухне весело зазвенела посуда, закипела вода в кастрюлях, забулькали соусы в кастрюльках, а Латифа, спохватившись, готовила всё, что необходимо, для мятного чая, который она собралась подать сразу же, как только проснется её муж.Мухамед же… проснулся давно. Он лежал с закрытыми глазами, боясь, что вот-вот тихонько откроется дверь спальни, в комнату проскользнет его козочка, ион окажется наедине с Латифой. Как он сможет посмотреть ей в глаза, где найдет силы, чтобы и дальшемолчать о совершённой ошибке? Мухамед понимал, конечно, что вставать придется, но он оттягивал до последнего этот момент.Наконец, нервы его не выдержали. Он встал, натянул домашнюю одежду и стал спускаться вниз сам, решив как можно скорей улизнуть с Амином в их магазины. Его ждало разочарование. Амин уже ушел. Тогда Мухамед с больным видом выпил несколько стаканчиков чая с мятой, похвалив печенье, оказавшееся творением рук невестки. Затем, вымученно улыбаясь Латифе, он выбрался из дома, как ни старалась она удержать его - ведь он же болен! – и оказался внутри своего магазина.

Двери его были открыты, т.к. Мустафа был уже на месте: приводил в порядок магазин перед появлением хозяина. Мужчины обнялись после долгой разлуки, поприветствовали друг друга, а потом принялись за дела, которые позволили Мухамеду прийти в чувства. Родные стены магазина, до боли знакомые полки с товарами -и вот уже всё: и Фес с его восточными базарами и старинной Мединой, и свадьба с Лейлой, и дом для второй жены, и даже склад для будущих товаров – всё казалось Мухамеду каким-то сном, таким далеким и нереальным, что он даже спросил себя: а было ли всё это на самом деле?Но дядя Абдул не позволил ему долго тешить себя иллюзиями. Пребывание в магазинной нирване прервал звонок из Феса. Латифа выскочила из дома и, заглянун в магазин, быстро сказала:-Мухамед, дядя Абдул звонит из Марокко!Звонок был междугородний, стоили разговоры дорого, и Мухамед не стал задерживаться, поспешил к телефону. Следом вошла Латифа. Он взял телефонную трубку и услышал голос дяди. Латифа встала рядом, поэтому Мухамеду приходилось исхитряться, чтобы отвечать на вопросы дяди Абдула, которые так и сыпались с того «конца провода», у которого завис любопытный родственник.

-.. .Да-да, я немного приболел в дороге, - пришлось лгать ему вслед за Саидом.- нет-нет, теперь всё в порядке!- ..Да-да, дядя Абдул, я вас прекрасно слышу! ..Да, Латифа стоит рядом! Она передает вам свои наилучшие пожелания! Да хранит Вас Аллах!...Дядя Абдул, судя по всему, решил не только узнать, как племянник добрался до Бразилии, и как обстоят дела у него дома после возвращения.. в свете событий последнего месяца, но, как уже понял Мухамед, его дядярешил дать ему полный отчет о жизни Лейлы. А ведь не прошло ещё и двух суток, как он уехал из Феса от молодой жены! Но он был вынужден выслушать новости, оказавшиеся не утешительными: Лейла приготовила обед, которым и накормила дядю Абдула, заглянувшего проведать обитательниц дома: как молодую родственницу, так и жившую теперь в доме Нурию, и вот после того обеда – таджина с верблюжатиной, что-то он занемог. Теперь его выхаживает Нурия, отпаивая отварами лечебных трав от больного желудка.-Твою жену никто не сможет научить хорошо готовить! Это бесполезно! Если не получилось даже у такой женщины, как Нурия…, -казалось, старик брызжет слюной в трубку от возмущения. – Думаю, я догадываюсь о твоем недомогании: ты ведь тоже поел приготовленную твоей безрукой второй женой еду перед самым отъездом! Это она тебя отравила!-Дядя Абдул, - умоляющим тоном пытался остановить Мухамед поток слов возмущенной жертвы кулинарии, боясь, что находившаяся здесь же Латифа услышит что-нибудь и всё поймет.

Но дядя Абдул остановился только тогда, когда высказал всё, что счел нужным рассказать невезучему на жен племяннику. Потом выяснилось, что дядя уже позвонил Саиду, с которым успел многое обсудить.

-Береги себя, Мухамед! И пусть в твоем доме горит лампада Аллаха! А я могу присмотреть тебе ещё одну жену. Где две, там и третья! Ничего, теперь я учту ошибку: буду присматривать тебе жену в возрасте, опытную хотя бы на кухне. Я всё-такидобьюсь того, Мухамед: чтобы у тебя появилась хорошая жена, вот увидишь!- Нет-нет, дядя Абдул! Ничего не предпринимайте! Мне этого не надо! – в ужасе отговаривал его муж Латифы и Лейлы. Ведь он знал, на что способен его прыткий в таких делах родственник. Ещё одна жена, третья? Только не это! С него достаточно проблем, которые ещё только предстоит решать!Положив трубку, когда дядя Абдул, наконец, закончил разговор, Мухамед смущенно повернулся к Латифе:-Этот Сид Абдул! Представляешь, Латифа, он до звонка к нам успел поговорить с Саидом, и теперь вдохновился найти ему четвертую жену, а мне тоже хочет найти третью!Он развел руки в стороны, выражая удивление, не замечая, что почти проговорился. Латифа тут же заметила эту оговорку:-Третью, Мухамед? Почему третью? А кто у тебя вторая жена, а?Мухамед страшно смутился. Вот так: чуть не попался!

- Нет-нет, моя козочка! Ты первая! Я имел в виду третью жену для Саида!

-Саид собрался разводиться с кем-то из жен? Ведь их у него уже три. Третья жена – Фатима!-Скажу тебе по секрету: Саид действительно собирается развестись с одной из жен сразу после свадьбы Хадижи. Но….тссс! Он взял с меня слово молчать об этом, поэтому я не буду называть тебе её имя. Он ведь может и передумать. Латифа, я пригласил Саида в гости. Он приедет с женами и детьми к нам в эту субботу. Подумайте с Халисой, как встретить гостей, что приготовить, а значит, что нам предстоит купить…Мухамед старался увести разговор в сторону от опасной темы, от телефонного разговора с дядей, от себя, чтобы опять не проговориться. И это ему вполне удалось: Латифу привела в шок новость о том, что Саид собрался развестись с одной из жен. То, что Сид Абдул в который уж раз собирается найти жен Саиду и Мухамеду, её не заинтересовала. Она гадала: с кем именно решил развестись бывший муж Жади – с Фатимой? С Ранией? Но, конечно, не с Зулейкой, той самой, которая когда-то не так давно (впрочем, прошло уже больше шести лет!) едва не стала второй женой Мухамеда! Но в итоге женился на ней Саид. Зулейка оказалась прекрасной женой, матерью, родив ему двоих детей, и Латифа не могла представить, что должна была бы сделать Зулейка, чтобы Саид решился на развод. А вот Фатима вполне могла бывывести из себя вспыльчивого брата Мухамеда. Латифа помнила рассказы Жади о дурных сторонах характера Саида в бытность его её мужем.

«Или это всё-таки Рания? – размышляла Латифа. – Саид уже дважды грозилсяс ней развестись! Видимо, она допекла его окончательно!» Спрашивать Мухамеда, кто жертва семейных неурядиц Саида, она не стала, прекрасно зная натуру мужа. Если он дал слово брату, ни за что его не нарушит. Но Латифа решила, что в субботу, когда вся семья Саида будет у них в доме, это и так станет понятно.

Мухамед с тревогой наблюдал за выражением лица Латифы. О чем она думает? Возможно, что она всё-таки что-то услышала и заподозрила его? Но опасения были напрасны. Латифа весело улыбнулась мужу и сказала:

-Скоро должна вернуться Халиса, мы вместе будем готовить обед. Чего бы тебе особенно хотелось? Мы приготовим то, что ты скажешь.-Латифа!!! Как я соскучился без твоей еды! Лучше тебя не готовит никто, моя козочка!

Латифа смутилась, но не от похвалы. Как давно не называл Мухамед её своей«козочкой»! А после того скандала, что случился в Фесеиз-за статьи Самиры, она и вовсе не надеялась когда-либо услышать эти слова. И это странно, как мужпеременился вдруг после возвращения из Марокко. Что-то там произошло такое, что вдруг забылась злость на неё, и Мухамед как будто оценил её по-новому. Похвала её кулинарным способностям, ласковое обращение… надо понаблюдать за Мухамедом и исподволь расспросить…-Латифа, как тебе жена Амина? Вы поладили с ней? Какая она хозяйка? Какие отношения у неё с Амином – он признал, принял её?

И супруги стали обсуждать семейную жизнь своего сына. Это было важно для всей семьи. И не только в Бразилии. Мухамед признался, что Саид предупредил его о том, что Эмми вышла замуж, и можно опасатьсясо стороны Амина .. .чего?На что может оказаться способен их сын, когда узнает, что Эмми стала женой другого мужчины, а это значит, что его надежды на то, что он возьмет её хотя бы второй женой, окончательно исчезли?

-Слава Аллаху,Амин пока ничего не знает! Он так был загружен работой, не выходил из магазинов с утра до вечера, даже обедать Халиса приносила ему в его магазин. Сам он забегал поесть только тогда, когда работал вместе с Мустафой здесь, в твоеммагазине.-Я пойду, Латифа. В магазине без меня накопилось столько разных дел… Мы потом всё обсудим. Амин должензабыть девушку, которая стала женой другого. Наш сын должен это понять.Мухамед ушел. Латифа поразилась, как сильно похудел её муж за какой-то месяц. Он сбросил килограмм двадцать, не меньше! Осунулся, круги появились под глазами. «Как плохо выглядит Мухамед! Да он действительно болен, причем – серьезно! О, Аллах, не дай мне остаться вдовой!» -взмолилась Латифа.Когда она так долго ждала Мухамеда из поездки, пребывая в безвестности, она решила, чтоне переживет, если Мухамед пропадет куда-нибудь ещё раз так надолго. Без него было плохо. Но если он уйдет навсегда, потому что умрет? Нет, только не это! Что тогда с ней будет? Латифа почти не вспоминала, какие злые мысли и чувства вызывал у неё муж своим отношением к Самире. Теперь, видя, как сильно сдал Мухамед, каким больным он выглядит, её охватило чувство жалости к нему.

А тут ещё проблемы с Амином, который ходит сам не свойпосле женитьбы на Халисе. Как Амин переживет известие о замужестве любимой девушки? Латифа почувствовала себя виноватой в несчастье сына. Да, именно свою мать он будет винить в том, что уговорила его жениться на Халисе, внушила призрачную надежду на то, что Эмми он сможет вернуть, даже если она не станет первой женой.На следующий день случилось то, чего так опасались и Саид, и Латифа с Мухамедом. Амин узнал о том, что Эмми вышла замуж. Теперь она была потеряна для него навсегда!Ещё утром, позавтракав вместе со всеми, Амин ушел в свой магазин, не обещая вернуться пообедать, так как торговля шла хорошо, изакрывать при этомна перерыв магазин – это потеря прибыли, непроданные товары, которые ещё неизвестно когда смогут найти своего покупателя.Сбивчиво объяснив всё это, Амин ушел. И вернулся часа через два, нет, не просто вернулся, он влетел в дом, ворвался вне себя от ярости и горя, что Латифа всё поняла.

- Амин, Амин, подожди! — только и успела она сказать сыну, когда он промчался мимо неё вверх по лестнице. Он заперся в своей комнате, и Латифа боялась даже подумать о том, что там может произойти…-Лара Латифа, кажется, Амин вернулся? – спросила Халиса, выглянув из кухни.- Да, вернулся, ты занимайся обедом, Халиса, ведь скоро придет обедать Мухамед. Твой свекор ещё не пробовал таджин с индюшатиной, который ты умеешь так вкусно готовить, так постарайся и на этот раз. Иди, Халиса, времени уже мало осталось.Когда Халиса исчезла внутри кухни, Латифа решила подняться наверх и постараться попасть в комнату сына. Эмми он потерял, да, но есть Халиса, которую совсем не обязательно втягивать в эту историю, закончившуюся так обидно для их с Мухамедом сына. Пусть невестка занимается делами, а Латифе придется постараться скрыть это происшествие.

… Амин открывать дверь не желал. Как только не уговаривала его тихим голосом Латифа через дверь! Наконец, щелкнула на дверной задвижке щеколда, и Амин открыл матери дверь. У Латифы дрогнуло сердце, когда она увидела сына таким! Её сын плакал! Красные, припухшие от выплаканных слёз, глаза… Мокрые пряди волос, упавшие на лицо… И губы, сложившиеся в горькую усмешку.-Эмми вышла замуж. Её отец подписал брачный контракт с мужем Эмми. Я никогда не смогу даже увидеть её, потому что её муж уезжает вместе с нейна следующей неделе в Саудовскую Аравию. Они будут жить в Джидде.

-Амин, откуда ты узнал об этом? Кто тебе рассказал?

-Об этом знают все! Только я ни о чем даже не догадывался! Эмми уже несколько дней – чужая жена, а я всё ещё обдумывал планы и мечтал о ней!

- Не только ты, Амин, не знал!Я тоже узнала об этом только вчера утром. А Халиса и вовсе ни о чем не подозревает.-И правильно! Для чего ей теперь знать об этом? Ей никогда не придется делить меня с Эмми, так пусть и дальше остается в неведении. Я не желаю, чтобы эта женщина приставала ко мне с расспросами об Эмми, -слезы снова показались у него на глазах.-Нет, Амин, только не плачь! Ты же мужчина, так будь мужчиной! Если Эмми так и не стала твоей женой, значит, так суждено. Ты должен принять это. Ведь того, что случилось, уже не исправишь! Прими Халису. Постарайся полюбить ЕЁ.-Нет. Халису? Нет! Это ваш выбор, а не мой! Пусть дядя Абдул найдет мне ещё трёх жен! У него это хорошо получается! Я сам ему позвоню и попрошу об этом! Я никогда больше не стану принадлежать одной женщине. Пусть четыре жены делят меня между собой!

-Тише, Амин! К чему нам ещё и скандал с Халисой, которая и без того ревнива? Ты говоришь сейчас сгоряча, потом ты остынешь и поймешь, что тебе совершенно не нужны ещё три жены. А Халиса может тебя сейчас услышать, и ты лишишься покоя из-за её ревности и постоянных расспросов и упреков!-Почему вы мне ничего не рассказали? Дядя Саид, конечно, знал о свадьбе и ничего мне не сказал! Хадижа знала и молчала!

-Наверно, они побоялись рассказывать! Боялись того, как ты отреагируешь на это известие. И неужели тебе стало бы легче, если бы ты знал, в какой день Эммивышла замуж? Ведь всё равно нельзя было бы ничего изменить. Эмми никто не заставлял выходить замуж насильно, она согласилась принять предложение.

-Как тетя Жади когда-то? Да? Но, помнится, её муж Лукас когда-то пытался выкрасть её со свадьбы, даже проникна свадьбу.

-И у него ничего не вышло, потому что и не могло выйти. Амин, посмотри правде в глаза: допустим, ты узнал, что Эмми выходит замуж. Узнал бы, гдесостоится свадьба. Тебя не пустили бы на порог их дома, как и в ту гостиницу, где проходило празднование. Впрочем, пробираться в свадебный зал было бы уже бесполезно: ведь к тому времени отец Эмми уже отдал её в жены. Она не могла бы стать твоей женой, а попытайся ты украсть невесту, точнее – к тому времени жену, а она сбежать – вы оба стали бы преступниками1 Судьба Эмми была бы печальна! Как и судьба Жади, не узнай тогда дядя Али переодетого Лукасаи не напугай его до смерти. Тете Жади просто повезло!

-Мать Хадижи много раз пыталась сбежать от дяди Саида, я слышал, как отец с ним это обсуждал!

-Но это тётя Жади!А мы говорим об Эмми. Ты уверен, что она согласилась бы бежать с тобой? Что, если жених ей понравился? Она не отказалась от замужества, устроенного её отцом, потому что узнала, что ты женился. Значит, Эмми решила тоже устроить свою жизнь, но – без тебя.-Теперь я вижу, какую ошибку совершил, поддавшись вашим уговорам. Я мог вернуться в Бразилию, не женившись на Халисе. И тогда мы помирились бы с Эмми, и я мог бы на ней жениться! А теперь….- - Что теперь, Амин? – мягко переспросила его мать. – Теперьтебе остается только строить свою жизнь с той женой, которую послал тебе Аллах! Смирись, сын!

-Я не пойду на свадьбу Хадижи, и Халиса тоже останется со мной дома. Если Хадижа так поступила со мной, не предупредив о том, что её лучшая подруга выходит замуж, то я не желаю веселиться и на её свадьбе!- Амин, не делай этого! Ты хочешь.. . отомстить Хадиже? Сорвать её свадьбу? – в ужасе прошептала Латифа.-Нет, зачем мне это?— усмехнулся Амин. -Пусть Хадижа выходит замуж и ни о чем не беспокоится. Но меня на её свадьбе не будет. А как только я соберу достаточно денег, чтобы ещё несколько раз жениться, приеду в Марокко ивыберу себе самых красивых невест в Фесе!

Латифа молчала, пытаясь понять, шутит её сын или говорит серьезно.

- Для чего тебе нужен гарем? – всё-таки смогла выдавить она.

-Нужен, и будет, вот увидишь! Всё, мне пора! Я оставил магазин, закрыв только на замок. Если кто-то хотел ограбить меня, это уже сделано. Я пойду! Сначала я лишился Эмми, теперь ещё и магазин могу потерять! -сказал Амин не столько обреченно, сколько зло.Амин стремительно вышел из комнаты, и вскоре внизу за ним захлопнулась дверь. Латифа, почти без сил, спустилась вниз, а, посидев на диване, чтобы прийти в себя после такой сцены, добралась до кухни. Она собраласьпроверить, потушилось ли мясо для таджина, но невестка её опередила, сказав:-Лара Латифа, я уже посмотрела -мясо почти готово. Скажите, что с Амином? Что-то произошло в магазине? – с тревогой спросила она у матери мужа.-Нет, Халиса, нет! Всё в порядке. Просто Амин расстроился, потому что… отец проверил, как шли дела в магазинах, пока его не было в Бразилии, сделал ему после этого несколько замечаний. Ты ведь уже поняла, какой ранимый Амин.. Он так расстроился, поэтому и вернулся домой, но теперь он успокоился, и снова отправился работать…, -сочиняла Латифа. Только бы успеть пересказать всё это Мухамеду. «Ложь во спасение, да простит меня за это Аллах!» -объяснила себе Латифа.Кажется, Халиса поверила, что именно так всё и произошло. Латифа прошла мимо столика с нарезанными овощами и подготовленными пакетиками со специями. Увидев, что у невестки на кухне всё в полном порядке, она решила заняться другими делами в доме. Например, выяснить, что там со стиркой, что предстояло погладить. Да, и вещи Мухамеда надо проверить: отобрать отдельно то, что следует постирать, а остальное разложить в шкафу. Муж не терпел, когда вещи нельзя было найти на привычном месте. «Вот, пожалуй, сейчас я и займусь чемоданом Мухамеда. Кстати, может быть, я пойму, что стряслось с моим мужем в Фесе, или где он там ещё побывал?»Она отправилась разбираться с чемоданом и сумками мужа, а Халиса, проводив свекровь задумчивым взглядом,вспомнила об Амине.

«Вот как? Мой Хабиби оказался не так умен, как привык о себе думать? Целыми днями пропадает в магазинах, а потом получает взбучку от отца? Это потому, что он слишком самонадеян, поэтому и наделал кучу ошибок! Хотя.. как-то мне не верится, что Амин мог сделать что-то не правильно. Скорее всего –отец прихлопнул какую-то его инициативу. Интересные в семье отношения.»Девушка достала муку и другие продукты, чтобы приготовить тесто для лепешек.Делая всё быстро и споро, заняв руки, она тем временем не могла не думать о жизни семьи, в которой оказалась после замужества.« И вот, кстати, Амин мне так ничего и не рассказал, но всё же интересно: чем закончилась история женитьбы свекра на моей дальней родственнице? Подумать только, ЧТО здесь было бы, привези отец Амина в этот дом вторую жену!»Халиса замешивала тесто, а сама представляла себе возможные сцены из жизни, если бы та девчонка из деревни оказалась здесь, в Рио-де-Жанейро, и стала бы её второй свекровью. Жене Амина стало смешно. Она даже усмехнулась, отдирая кусочки теста, прилипшего к пальцам. Но если ларе Латифе она сочувствовала, тоо муже жестко подумала, что было бы совсем не плохо, если бы его обломала жизнь, чтобы он научился ценить то, что имеет.Халиса даже предположить не могла в тот момент, что ожидает её вечером.Они с Аминомпоссорились!Случилось это так.

Сначала она услышала то, что вовсе не предназначалось для её ушей. Но только произошло это случайно.

Лара Латифа на кухне проверяла шкафы и холодильник, устроив небольшую ревизию перед субботним приемом гостей. А Халисе предстояло привести в порядок зал на первом этаже. Это значит – ровно уложить множество подушек и подушечек на диване, протереть пыль с низкого столика, на котором, как правило, стоял телефон, и в ожидании Мухамеда лежала почта (газеты, счета, письма). Потом надо быловычистить ковры, убрать оставленные свекром и Амином вещи, вернув их на место в их комнаты, проверить, не появилась ли паутина на потолке… и многое другое, что в доме её отца обычно проделывала служанка.

Но в доме мужа не было прислуги, все домашние дела лежали на плечах Латифы, а теперь – и невестки. Халиса не спорила: не могла же она пытаться менять заведенные в семье Амина порядки! Но она мечтала о том времени, когда её муж купит или построитдом, и тогда они станут жить отдельно, своей собственной семьей, где всё будет заведено так, как считает нужным делать Халиса.И вот, спустившись вниз, занявшись диваном, она услышала доносившийся с кухни голос свекра. Сид Мухамед вернулся? Халиса поневоле прислушалась: Амин не станет рассказывать ей о ссоре с отцом, но почему бы ей ине быть в курсе дел её мужа? Халиса тихо делала свои дела,а Мухамед и Латифа обсуждали то, что случилось с Амином.

Услышанное повергло её в шок! Латифа призналась мужу, что Амин собрался просить дядю Абдула найти ему ещё трех жен… Халиса, оглушенная новостью, поднялась в их с Аминомкомнату, чтобы прийти в себя. Главное – не подавать вида, что ей стало что-то известно. Надо всё обдумать,не делать ничего с горяча. Но почему Амин так решил? Что происходит на самом деле с её мужем? Ведь дело не в магазине, ни в каких-то допущенныхошибках. Было что-то ещё. Но что?И вот, когда после ужина Амин поднялся в спальню, Халиса, забыв о решении сначала понаблюдать, итолько потом действовать, не выдержала и пожелала тут же прояснить ситуацию. Но начала она издалека.- Амин, ты так много работаешь… Магазин, наверно, приносит хорошую прибыль?Её муж, не ожидавший от Халисы такого интереса к бизнесу, внезапно остановился на пути к шкафу.

-А почему ты спрашиваешь? – подозрительно спросил он.Его женаулыбнулась:

-Если у магазина есть прибыль, значит, у тебя будет возможность накопить на дом для своей собственной семьи. Разве ты не думал об этом?-Чем тебя не устраивает дом моего отца? Неужели тебе здесь тесно?-Пока нет, Амин. Но ты сам подумай: в доме свободны только три комнаты. Это, прежде всего,комната, которая когда-то принадлежала твоей сестре. И ещё две – те, которые твой отец построил над пристройкой к магазину, они такие маленькие!-Вот видишь, Халиса…-Нет, Амин, если у нас появится ребенок, то комната для него найдется. Но вот если твой отец решит привезти свою вторую жену, а она ещё и забеременеет и родит ребенка, сначала одного, потом ещё,то тогда места будет не хватать!-Тише! Мать может услышать!

- Ты думаешь, эту тайну можно хранить ещё долго? На свадьбе Хадижи кто-нибудь из гостей обязательно проговориться ей об этом! – еле заметно усмехнулась она.- Пусть отец сам разбирается с матерью. Пусть она узнает это не от насс тобой! – довольно зло ответил Амин.-Но что ты думаешь о покупке дома для нас? Как скоро ты сможешь накопить денег на отдельный дом?Помолчав, Амин ответил:-У нас будет новый дом. Но не сейчас. Это будет большой дом, как у дяди Саида. Когда мы поедем к нему в гости, ты увидишь, в каком чудесном доме, похожем на риад сида Али, живет мой дядя со своими тремя женами. У меня будет такой же. Только вот женских рук там понадобится много. Ты одна не сможешь справиться со всеми домашними делами…Догадавшись, что именно она сейчас услышит от Амина, Халиса быстро перебила его:-Я справлюсь! К тому же, пару служанок найти не трудно! Даже из Марокко ко мне могут приехать жить, чтобы помогать по дому, мои родственницы из-под Мекнеса! Таких женщин много, которым нужна работа, нужно где-то найти пропитание, а в Марокко у них нет возможности устроить свою жизнь. Почему бы нам не привезти в новый дом несколько пожилых женщин, которые станут моими помощницами по хозяйству? Меня бы это очень устроило!-А меня – нет! – с кривой ухмылкой ответил ей муж.-Почему?-Я думаю, есть выход лучше: я возьму ещё трех жен, как мечтал когда-то в детстве, а с ними пусть едут по одной – две подружки, которым нужна работа. Вот выход, который устроит МЕНЯ!

Увидев, как у жены против воли что-то дрогнуло в лице, он протянул к ней руку и нарочито ласково погладил по щеке:-Не переживай, хабиби, ведь ты итогда останешься первой женой и старшей в доме, именно ты будешь всеми распоряжаться.-Я не хочу быть первой женой, если появятся ещё три! Ты не возьмешь ни вторую, ни третью жену! Ни четвертую! Потому что я не согласна! Я не подпишу разрешения на другие браки! – перешла едва ли не на крик Халиса, лицо которой при этом покраснело, как спелый помидор.-Неужели?— откровенно насмехался над ней Амин. – Тогда я просто разведусь с тобой, верну тебя твоему отцу! И всё! И возьму четырех жен.Поеду в Фес и сам выберу себе жен в гарем, не полагаясь больше на дядю Абдула. А ты… сможешь найти другого мужа, какого-нибудь мужчину, который не сможет содержать больше одной жены.Ярость в глазах Халисы как будто подстегнула его, и он добавил:-Если после развода со мной ты одумаешься и захочешь ко мне вернутьсяи … попросишь меня об этом, то я, возможно, соглашусь принять тебя назад. Но ты уже станешь четвертой женой. Так и быть: я возьму только трех жен, чтобы оставить для тебя свободное место в моём маленьком гареме! Но..! Так как я разведусь с тобой трижды, прежде, чем отпустить тебя, то, если ты захочешь сновастать моей женой, тебе придется сначала снова выйти замуж выйти замуж за кого-нибудь, например, за дядю Абдула. Вот только захочет ли он потом развестись с тобой? Ты ведь полностью в его вкусе. Он всегда считал идеалом красоты таких девушек, как ты… Чтобы на полкровати размерами… Он ещё и не захочет возвращать тебя, если влюбится.- Это уже слишком, Амин!— Халиса швырнула на кровать платок, который держала в руках.Чувствуя своё бессилие - ведь мужчина всегда прав!- так ей внушали с раннего детства в её семье, Халиса не стала спорить с мужем дальше. Она понимала, что Амин потешается над ней.

«Надо действовать хитростью. В этом случае Амина не одолеть, если я буду только возражать против других жен. Я придумаю, как сделать, чтобы он отказался от этой идеи», -лихорадочно думалось ей. «Не стоит подавать вида, как я против этого, иначе Амин уже завтра объявит о поиске второй жены!» Она постаралась взять себя в руки, но на глаза всё равнонавернулись слёзы.

-Дело твоё. Можешь жениться хоть завтра. Мне всё равно,- сказала Халиса, выходя из комнаты.Амин довольно улыбнулся и, сбросив с постели её платок, откинув легкое покрывало, лег спать.

А Халиса спустилась вниз, прошла на кухню и налила себе стакан воды. Но она не смогла сделать даже маленького глотка, потому что слёзы душили её,она разрыдалась. Она не хотела, чтобы кто-нибудь услышал, как она плачет, и нарушил бы её уединение. Очень хотелось побыть одной. Возвращаться в комнату, где её муж, не скрывая, смеялся ей в лицо, не хотелось.

«Что я сделала не так? Почему Амин ведет себя как мальчишка? Ему же 20 лет! Зачем я согласилась выйти за него замуж? Ведь у меня были сомнения, после того, как я увидела его в Фесе на помолвке! Что мне стоило отказаться? Меня бы выдали замуж за соседа, которому уже под сорок лет. Он уважал бы и баловал меня. Но я представила себя рядом с молодым и таким красивым Амином, и вот так я ошиблась…». Халиса достала платочек и вытерла слёзы, услышав шаги на лестнице. «Теперь поздно сожалеть. Но, нет, я не буду ждать, когда в доме появятся ещё несколько его жен. И я собиралась печь для него сладости с «секретом»?!! Ну уж нет! Наоборот, надо придумать из еды что-то такое, чтобы он вообще перестал думать о других женах. Если онотталкивает меня, то и о других тоже не будет мечтать. Никаких ему вторых-четвёртых жен!»В кухню осторожно заглянула Латифа.-Что случилось, Халиса? Ты плачешь? Амин обидел тебя?-Мы поссорились. Амин сказал, что купит большой дом, как у дяди Саида, где смогут жить все четыре жены, которые у него будут. А я против того, чтобы он ещё женился! Но он говорит, что…- Успокойся! – прервала её Латифа. – Амин не сделает этого. Сейчас он просто зол. Расстроен. Он просто срывает на тебе своё плохое настроение. Он не будет брать никаких других жен, вот увидишь. Я это точно теперь знаю. Пройдет несколько дней, Амин успокоится и ему станет совестно, что он так обошелся с тобой.

Женщины поговорили ещё некоторое время, потом Латифа ушла спать. А Халиса долго сидела на диване в темноте зала, куда перебралась, не желая возвращаться в комнату, где находился её обидчик. Она обдумывала свои будущие действия, просчитывала ходы и возможные комбинации. И чтобы она не придумывала, всё равно она чувствовала своё бесправие. Если Амин захочет взять другую жену или даже несколько жен, то она ничего не сможет сделать.

И как их потом выживешь? Каждая женщина станет бороться за своё место в семье, а то и выживать других. Халисачувствовала, что окажется не сильна в такой борьбе. Не смотря на то, что уж в её-то семье, в которой она выросла, где мать Халисы была всего лишь третьей женой, она насмотрелась всякого. Было у кого перенять опыт. Но Халиса мечтала не о такой жизни с мужем.

«Если Амин разведется со мной и вернет отцу.. кошмар… нет! Лучше сразу броситься в океан и утопиться! Надо делать вид, что я смирилась. Возможно, Амин передумает, успокоится, и эти мысли сами уйдут из его головы.»Халиса протянула руку к вазе с фруктами и взяла гроздь винограда. Отщипывая по ягодке, она продолжала думать.«Звонить в Фес родителям не стоит. Они забеспокоятся, и может выйти ещё хуже. Попросить кого-то из родственниц сообщить мне, если дядя Абдул начнет поиски невест для Амина? Тоже плохое решение. Тогда обязательно пойдут сплетни. Я же хорошо знаю своих тетушек, их дочек, сестер… Амин, может быть, и не станет искать других жен, а сплетня расползется по всей медине. Я обязательно узнаю о таких новостях, даже если не стану интересоваться. Они мне самивсё расскажут!»Когда Халиса почувствовала, что мысли удалось привести в порядок, она успокоилась и поднялась в комнату, где на кровати, заняв и её часть, посапывал муж. Она легла рядом, отпихнув со своей половины его руку и отодвинув его волосатую ногу, и, как ни странно, почти сразу же уснула.… Латифа и Мухамед тоже уснули не сразу. Они расстроились из-за скандала, который был им прекрасно слышен сквозь тонкие стены дома.

-Как можно ссориться в свой медовый месяц? В эту субботу ровно месяц, как они поженились! – недоумевала Латифа.-А что между ними произошло? Из-за чего они так ругаются?

-Не знаю, чтослучилосьв этот раз…, но они уже ссорились и раньше, это не впервые, -расстроенным голосом рассказала мать Амина.-Что я слышу? Халиса смеет так кричать на моего сына?!! – негодовал Мухамед.-Он тоже кричал на неё, когда тебя не было дома. Но я убедила Амина, чтобы он сдерживался. Ведь Халиса может быть уже беременной. Это харам.-Беременной? Да-да… Это вполне возможно, -сразу как-то растерялся Мухамед. Он вспомнил, что и у него есть молодая жена, насчет которой дядя Абдул предположил подобное. «А вдруг и Лейла беременна?»- ужаснулся он про себя. Латифа так и не поняла, почему Мухамед так отреагировал на возможную беременность невестки. Так ведь и должно быть, тогда почему на лице мужа отразилась едва ли не паника?Когда в коридоре громко закрылась дверь соседней комнаты, а по лестнице кто-то быстро сбежал вниз, Латифа и Мухамед растерянно смотрели друг на друга, не зная, что предпринять. И стоит ли вообще вмешиваться. Но, поняв через некоторое время, что Амин не спустился следом за выскочившей из комнаты Халисой, Латифе пришлосьвстать с постелии, накинуть халат, отправиться на поиски невестки. Не хотелось бы, чтобы ссора у молодоженов зашла слишком далеко. Что, если и правда, Амин не захочет пойти на свадьбу Хадижи? Если Халиса тоже выкинет какой-нибудь фокус?

Через некоторое время она вернулась и пересказала разговор с невесткой Мухамеду, которому стало не по себе при упоминании о нескольких женах, которых Амин собрался привести в этот дом. Он прекрасно понимал, в чью сторону брошены камни его сыном. И невестка здесь совершенно ни при чем, и Эмми тоже. Желание Амина привести в дом гарем вызвано его, Мухамеда, женитьбой. И пусть говорят, что тот, у кого в доме стеклянные стены, не должен бросать в прохожих камнями, но он, как отец, всё-таки поговорит с Амином. Так нельзя дальше жить.

-Латифа, я тоже поговорю с Амином. Завтра же поговорю.Наш сын не должен так обращаться с Халисой, - пообещал он.-Да, поговори, дорогой, - согласилась Латифа, удивившись тому, что у Мухамеда как-то странно забегали глаза, когда он перед этим какое-то время молчал.

-Как ты себя чувствуешь, Мухамед? – Латифа списала его странный вид на болезнь.-Мне уже намного лучше, любимая. Значительно лучше! – поделился он.Когда Мухамед уснул, Латифа долго ещё лежала в ожидании шагов невестки по лестнице. Наконец, когда Халиса вернулась в комнату, уснула и она.4 ГлаваГород Рио-де-Жанейро. Самира- журналистка. Ограбление у Торгового центра.

На следующий день, как ниувиливал Амин от разговора с отцом, Мухамеду удалось остаться с сыном наедине и поговорить. Разговор был трудным: Амин, не высказывая открытого неповиновения, изматывал отца разными провокационными вопросами и вежливыми замечаниями. Наконец, поняв тактику Амина, Мухамед решил поговорить прямо. Но и из этого тоже ничего не вышло. Он напрасно тратил силы на попытки объяснить, какполучилось, что он взял вторую жену; взывал понять его и помочь примирить с матерью, когда Латифе станет известно, что есть ещё одна жена.И в то же время Мухамед понимал, что не должен оправдываться перед сыном, но всё же…Они стояли посреди магазина Амина, куда пришел Мухамед, но Амин,обхватив руками плечи, молчал, лишь кривя губы и время от времени хмыкая, но не поднимая на отца глаз, пока тот говорил, стоя у стопы ковров, то разводя руками в стороны, то выставляя правую ладонь перед собой, то нервно перебирая четки или воздевая руки к небу. Мухамед был очень эмоционален, пытаясь убедить сына в своей правоте.

- ...Амин, то, что произошло со мной в Фесе, это МОЯ жизнь. Мы с твоей матерью разберемся сами. Ты не должен судить меня за мои поступки!Ты не имеешь права вмешиваться! То, что тебе не нравится, держи в себе.

Но Амин только отвернулся к окну и теперь как будто что-то высматривал там.

-Амин, ты уже не ребенок, который может капризничать, как было с Хадижей, когда в доме твоего дяди появилась Рания, с которой у них и до драк доходило дело. Ты стал мужем, и скоро Аллах может послать тебе детей. Ты сам станешь отцом!-Я так не думаю. Чтобы Халиса рожала моих детей? Нет уж! – только и услышал в ответ Мухамед и понял, что в семье сына дела обстоят куда хуже, чем он думал после рассказа Латифы.

-Амин, пусть твоя неприязнь не сказывается на твоей собственной семье – на твоей жене. Ты её обижаешь? Мать мне рассказала, что вы постоянно ссоритесь! Халиса показала себя хорошей хозяйкой. Тебе нужна любовь? Она придет к тебе, если ты этого сам захочешь!

Увидев пессимистическую усмешку сына, он придал убедительности своему голосу и сказал:- Прими жену и постарайся полюбить её! А та девушка… Эмми… выбрось её из головы и из сердца. Это уже перевернутая страница! Она замужем! Ты не вернешь её никогда! Как говорит дядя Абдул: если нет того, чего желаешь, желай того, что есть!

-Дядя Абдул? Я хотел бы поговорить с ним, посоветоваться! – оживился Амин.-Твой отец тоже способен дать тебе совет, ты всегда можешь рассчитывать и на меня, сынок!-Я хотел бы попросить дядю Абдула, чтобы он присмотрел мне трех жен. Я ведь всегда мечтал о большой семье,-ответил Амин, но с таким лицом, что Мухамед так и не понял, издевается сын или говорит серьезно. Но не стал спорить, решив сменить тактику.-Амин, -вкрадчиво начал отец, -чтобы иметь такую семью, ты должен иметь доходы, чтобы каждую жену, представь себе - каждую!! — обеспечить. А, прежде всего - - дать им их собственный дом. Пусть не каждой жене по отдельному дому, но купив один большой дом для всех жен. Например, как дядя Саидживет в одном доме с тремя женами, и тебе Амин, придется так сделать, будь у тебя одна или четыре жены.-Я согласен, так и сделаю.- Ты сможешь купить дом сейчас? У тебя есть на это средства? А на свадьбу, хотя бы ещё на одну свадьбу, есть у тебя деньги?

- Нет, у меня пока нет денег. Я собираюсь прежде всего накопить на дом. А что касается жен…, так пусть дядя Абдул мне пока подыскивает подходящих девушек. Потом я приеду в Феси лично выберу, только самых красивых и молодых, моложе Халисы. И красивее, пусть даже это будут девушки из бедных семей. Тогда мне не придется платить за них большой выкуп, можно будет купить золота меньше, чем Халисе, и свадьбы могут быть не такие богатые и пышные. По одной жене в год – почему бы нет?-Амин, ты говоришь это назло мне и матери, потому что нас винишь в том, что тебе нашли подходящую на наш взгляд жену, видя, что с Эмми у тебя ничего не получится, но мы не виноваты в том, что…Лучше бы Мухамед не говорил об этом! Амин яростно ударил кулаком по прилавку. Но промолчал. Всё-таки ругаться с отцом он не мог.

И всё-таки Мухамед был шокирован и этим. Чтобы его сын пошел против него? Из-за какой-то девчонки он может потерять сына? «Что в этой Эмми мой сын нашел такого, чего не может быть в Халисе?»– недоумевал он.

Но всё-таки он вспомнил, как переживал его брат, когда жил с Жади. Этого он никогда не понимал, ведь сам Мухамедникогда не испытывал подобного: у него с Латифой складывалось всё не так, как у Саида с Жади– они строили свою любовь постепенно, полюбив друг друга после свадьбы. Поэтому ему не были понятны такие бурные страсти и страдания по женщинам, которые этого и достойны не были, как он считал. И эта Эмми! Девчонка отказалась от Амина из-за глупой шутки, из-за сплетен, так почему Амин так страдает из-за неё? Видя, что сыну всё-таки стало стыдно за несдержанность, он примирительно сказал:-Что далеко от глаз – далеко от сердца, Амин. Пройдет время, и ты посмотришь на эту историю другими глазами. Забудешь ту девушку. Но главное, чтобы при этом твоя жена, твоя Халиса, не накопила обид на тебя, которые не дадут вам жить нормально потом, когда ты сам решишь принять её.-Отец, я хотел бы спросить о доме в Фесе… Ты купил дом второй жене…лучше, чем тот, в котором живет моя мать? Ты одинаково относишься к моей матери и к той женщине?- Амин! – укорил сына Мухамед. – Я не собирался жениться второй раз, но если так получилось, то собираюсь строго следовать обычаям. Твоя мать никак не будет ущемлена, ни в чем! И золото я докуплю твоей матери, как только получу первую после возвращения из Марокко прибыль. А почему ты спрашиваешь? До тебя дошли какие-то слухи и сплетни? – насторожился он.-Дошли! Родственницы Халисы при матери обсуждали то, что ты собираешься покупать дом молодой жене. Только мама не поняла, что речь идет именно о тебе!Мухамед побледнел при этих словах.

«Пожалуй, так отцу может стать плохо с сердцем. Ведь дядя Саид говорил, что он болен», -испугался Амин, как ни был он зол на отца из-за его женитьбы.-Вот как! Пусть родственницы Халисы расскажут ей, а она тебе, какой дом достался Лейле: он такой старый и полуразрушенный, что легче было бы купить ей небольшую квартирку, а не дом. Я действительно сглупил! Твоя мать, Амин, живет в лучших условиях, чем Лейла. Этот дом в Бразилии и сравнивать не стоит с тем, что достался Лейлев Марокко.

Амина неприятно задело то, что отец называет вторую жену по имени. Это значит, что девчонку отец принял как жену, поставил её в один ряд с его матерью. И совершенно не чувствуется, чтобы отец хотел отделаться от молодой жены, как-то разрешить ситуацию… «Я тоже преподнесу отцу сюрприз. Мне выгодно иметь ещё хотя бы одну жену: во-первых, Халиса отстанет от меня, ей будет, чем заняться, разбираясь со второй женой. А во-вторых, дом так скоро мне не купить, это так, но и отец эту Лейлу привезти из Марокко в дом к матери не сможет, потому что не будет свободного места. Ведь у каждой жены должна быть отдельная комната! Моя мать и так будет страдать, зная, что где-то живет ещё одна жена отца. А жить с той женойв одном доме – нет, я этого не допущу!»Каждый из них: и Амин, и Мухамед пытались понять, что на уме у другого. Амин не мог прямо спросить у отца о том, что ему хотелось бы узнать. А Мухамед боялся, что сын втянет его не только в огромные расходы, если действительно обратится к дяде Абдулу найти ему ещё одну жену, но и навлечет на их головы огромные неприятности, поссорившись с отцом и дядей Халисы, если девушка решит развестись с его сыном.А то, что у невестки чувствовался сильный характер, он уже понял. «Дядя Абдул поторопился. Амину подошла бы такая жена, как Лейла – бессловесная, безотказная. Она не стала бы строить козни против Амина, нет. А что можно ждать от Халисы?»И Мухамед предостерег сына от ссоры с женой, высказав свои опасения, озвучив те мысли, которые только что вертелись у него в голове. Как ни странно, Амин согласился. Похоже, парень тоже побаивался свою жену. Или Амин продумал какие-то каверзныепланы? Но пока стоило уговорить Амина поступить так, чтобы не разгорелся скандал перед свадьбой Хадижи. А то и с Саидом можно было поссориться.

-Амин, сынок, помирись с Халисой. Сделай это, даже если тебетрудно перешагнуть через свою гордость. А чтобы она поверила в твои искренние намерения, купи жене новое украшение. В субботу к нам приедут гости, семья Саида. Его жены, конечно, наденут лучшие украшения. Халиса тоже не захочет упустить такую возможность. Утром в субботу после намаза отвези Халису в Торговый Центр на Копакабану. Там есть не очень дорогой, но модный ювелирный магазин, как я слышал от твоей матери. Купи Халисе какое-нибудь кольцо, серьги или браслет.-Вот ещё! – возмутился сын. – Ты знаешь, сколько золота она получила на свадьбу? Она его не надевала никуда, по крайней мере, здесь, в Рио!-Амин! – развел удивленно руками Мухамед. – будь хитрее! Тебе надо задобрить жену, а новое украшение –лучший способ для этого!

-Но отдать за дорогую безделушку всю полученную первую прибыль от магазина, когда я мог бы вложить деньги в новые товары, это же, отец…?!!== Амин едва не задохнулся от возмущения.Мухамед был рад такому деловому настрою сына, но в данной ситуации требовалось пожертвовать некоторой суммой, чтобы уладились отношения сына с невесткой, испорченные Амином.-Не переживай, в Марокко я закупил столько товаров, что хватит и на твой магазин тоже. К тому же по очень выгодной цене. Ведь сейчас кризис, поток туристов в Фес уменьшился. Торговцы стараются распродать запасы товаров, как имастера в лавках. Я скупил много разных вещей, который здесь можно выгодно продать!- …А склад, Амин? Ты ничего не спросил про склад для товаров! А я придумал такую вещь: отдать часть склада в аренду торговцам из Сан-Паулу… Тогда все затраты окупятся очень скоро. Я уже заключил выгодные сделки с …, -увлеченно рассказывал Мухамед, не сразу заметив, с каким интересом Амин переключился на эту тему. Его как бы не прошедшая ещё подростковая упертость по отношению ко второй жене отца исчезла, как только речь зашла о торговле, товарах, складе, выгодном бизнесе. «Вот и отлично! – радовался Мухамед тому, что нашел верный подход к Амину.

Когда вечером они вернулись вместе домой и сели ужинать, Латифа поняла, что мир между мужем и сыном был восстановлен. Амин даже был согласен с отцом в том, чтобы съездить с Халисой в магазин и купить ей золотое украшение, о чем он и сообщил Халисе. Мухамед и Латифа видели, как безмерно удивилась и даже испугалась невестка, видимо, заподозрившая подвох. Но нет, потом Латифа успокоила её, сказав, что Мухамеду удалось образумить сына. Поэтому Амин и решил сделать жене подарок, чтобы загладить перед ней нанесенные обиды.- Халиса, ты извинишь моего сына? С этого дня у вас всё может начать складываться по-другому. Амин больше не станет … так вести себя с тобой. Начнёте с малого, с небольших уступок, с прощения, а потом раз за разом у вас всё сильнее начнут появляться друг к другу симпатия, привязанность, потом вы поймете, что между вами возникла любовь. Так и будет, верь мне, Халиса!Но девушка слушала эти слова как волшебную сказку. Она прекрасно понимала, как Амин к ней относится, только не знала причины такой обиды и злости, которые чувствовались в её муже. И вдруг Амин собирается отвезти её за подарком в ювелирный магазин? Да Сид Мухамед, её свекор, просто волшебник! Что он сказал или сделал с Амином, что тот даже перестал смотреть на неё волком?

Действительно: когда они оказались в своей комнате и стали готовиться ко сну, Амин, хотя и молчал, но уже не бросал на неё полных презрения и даже ненависти взглядов. Он только предупредил, что завтра они с отцом и дядей Мустафой идут на пятничную молитву в мечеть, и она должна разбудить его раньше обычного, чтобы он успел забежать всвой магазин и кое-что там доделать. Халиса сдержанно пообещала сделать так, как он просит, мысленно удивляясь таким чудесным переменам в муже.…А через день, в субботу, после утреннего намаза, съездив за продуктами, которые надо было срочно приобрести к ужину для гостей, и дождавшись возвращения Амина из его магазина, Халиса с мужем отправились на такси в Торговый Центр, частыми посетительницами которого были жены Саида Рашида.Латифа, оставшись на кухне готовить блюда к праздничному приему семьи брата мужа, не могла и предположить, чем обернется для её сына и невестки эта поездка, так правильно задуманная её Мухамедом, который сегодня не упустил случая поработать в своём магазине несколько оставшихся до прихода гостей часов.

*** Жади в который раз открыла сумочку, чтобы проверить, не забыла ли она опять что-нибудь. Лукас уженесколько раз торопил Жади, которая то вспоминала, что забыла взять карту Рио-де-Жанейро, то обнаруживала, что в кошельке не достаточно наличных денег, хотя обычно рассчитывалась карточкой, то возвращалась в дом, вспомнив, что не дала указаний няне Пьетро о делах на предстоящую субботу.

Вконец разозленный Лукас пообещал, что ей и Самире придется добираться до Торгового Центра самостоятельно на такси или на метро! А ведь он собирался зайти вместе с ними в торговый зал, где Жади хотела купить Самире подарок -обещанный ещё на Новый год фотоаппарат.

Ишофер уже привез из пансиона в Сан-Криштоване Самиру, которая сейчас стояла рядом с Жади и терпеливо наблюдала за сборами тети, а Лукас то и дело поглядывал на часы, так как было понятно, что если они задержатся ещё немного, он опоздает на деловую встречу, назначенную им с отцом партнерами по бизнесу.

-Лукас, я готова! – весело сказала Жади, делая вид, что не замечает его рассерженного лица.- Отлично! У меня будет несколько минут, чтобы довести вас до нужного отдела в Торговом Центре!Машина тронулась в путь. Пересекли несколько улиц, и вот уже они выехали на проспект Атлантика. Излюбленный магазин, огромный Торговый Центр, бывать в котором Жади привыкла ещё со времени, когда она была женой Саида, находился на главной улице района Копакабана.

Выйдя из автомобиля, Жади с Лукасом и Самира поспешили зайти в магазин иподнялись по эскалатору на третийэтаж. Но как только они вступили в холл супермаркета, у Лукаса зазвонил телефон. Поговорив с отцом,он сообщил, что можно больше не торопиться. Партнеры задерживаются, застряв где-то в пробке, и поэтому Лукас может провести в магазине вместе с ними немного времени, прежде чем отправится в офис на встречу. Они прошлись по нужным отделам и сделали покупки.И вот теперь, когда был куплен фотоаппарат, они втроем шли по этажу, рассматривая витрины, решив заглянуть ещё в несколько отделов. Самира никак не могла выпустить из рук небольшой цифровик, о котором раньше и не мечтала.

-Тетя Жади, теперь мне не придется одалживать фотоаппарат каждый раз, когда мне нужно будет подготовить материал к статье или сделать фоторепортаж! – девушка светилась от счастья.-Самира, мы не купили фотопленку! Продавец, кажется, что-то объяснял, что того, что есть внутри этого фотоаппарата, должно хватить на много фотографий? Может быть, купить ещё .. как эта деталь называется? А то вдруг не хватит на самые интересные снимки? Так ведь всегда и случается в жизни!- Нет, тетя Жади! В цифровом фотоаппарате нет никаких пленок! Там есть карта памяти, и ещё дополнительно вставляется специальная флэшка, -возбужденно объясняла Самира. – Нам действительно должно хватить на 500 – 700 фотографий, который я потом перегоню на ноутбук или комп в университете.-Не может быть! – ахнула Жади. – Фотоаппарат такой маленький!- Это же как миникомпьютер, -снисходительно объяснила Самира, не обратив внимание на то, как по лицу Лукаса пробежала добрая усмешка. Жади была неисправима! Она сотни раз за эти годы видела его компьютер, фотоаппарат тоже у них был, и видеокамера. Но Жади не желала учиться работать на современной технике.

-Жади, сколько раз я предлагал научить тебя работать на компьютере? Неужели тебе не интересно?-Лукас! Для чего мне это? Я же не бизнес-леди, не…, -отговаривалась Жади в очередной раз от попыток Лукаса просветить её. Но Самира перебила:-Хадижа звонила моей маме и сказала, что дядя Саид купил своей третьей жене ноутбук, и теперь она часами сидит у себя в комнате и занимается с этой игрушкой.-Я знаю об этом, но если Фатиме интересно, то, конечно, пусть на здоровье, этим занимается, а мне…, - Жади оборвала на полуслове начатую фразу. И она, и Самира от неожиданности остановились, во все глаза уставившись на пару, появившуюся из одного отдела, в который они тоже собирались заглянуть. Лукасу ни парень, ни девушка знакомы не были, и он вопросительно взглянул на Жади.-Это Амин -сын Латифы, мой племянник, родной брат Самиры, -пояснила она Лукасу.

-Тётя Жади,кто эта женщина рядом с ним? Его жена?—с изумлением спросила Самира.-Да! Это Халиса! Разве твоя мама не показывала тебе фотографии со свадьбы Амина?- Показывала, но на фотографиях невеста была какой-то… другой! Не такой полной, что ли. И лицо у неё мне представлялось другим, - рассматривая жену брата, констатировала Самира.-Просто у неё был сделан свадебный макияж, поэтому она тебе и кажется такой незнакомой.-Неужели она старше моего брата?

Амин, действительно, казался совсем мальчишкой рядом с дородной женой. Наконец, молодожены тоже заметили Жади с мужем и Самиру.

Собственно, увидел их и, разумеется, узнал Амин, а Халиса только поняла, что это не просто попавшиеся им навстречу люди, а кто-то, кого Амин хорошо знает, но… «Это же Жади!» - мысленно ахнула Халиса.Теперь она, широко раскрыв глаза, смотрела на знаменитую тетку мужа, о которой ходило столько рассказов и сплетен, что сказки «1000 и 1 ночи» могли показаться не столь интересными. «Живая легенда фесской медины» -так назвала эту женщину злоязыкая сестра Халисы, большая любительница подобных жизненных историй.Бывшая жена брата отца Амина, женщина, которую муж любил до такой степени, что прощал ей очень многое и готов был бросить к её ногам чуть ли не свою жизнь… Почему Амин не такой? Вот если бы и Амин полюбил её так же, как и Саид Рашид мать своей дочери! А это кто рядом с ней? Муж Жади? ТОТ САМЫЙ мужчина ?!!!

А девушка… с таким знакомым лицом… Халиса обладала прекрасной памятью на лица, и вот уже смутные воспоминания возникли у неё пред мысленным взором: праздник, помолвка Халисы и Фарида по инициативесида Абдула с братом и сестрой, Самирой и Амином. Точно! Это же Самира, блудная дочь лары Латифы! Это сестра Амина! Так вот почему возникла такая неловкая заминка! Амин не знает, как ему поступить! Самиру отверг её родной отец, её семья! Никому не позволено с ней общаться! Прекрасно понимая, в какой ситуации оказался Амин, который смотрел исподлобья на Жади и Самиру, но, не решаясь поздороваться с теткой и сестрой, Халиса взяла инициативу, как говорится, в свои руки.

Молодая женщина вцепилась вмужа и потянула его прочь от опальных родственниц, к эскалатору, туда, куда они, собственно и направлялись, пока не случилась эта непредвиденная встреча. Ювелирный салон располагался этажом ниже. А здесь Халисе понадобилось купить то, о чем попросила её свекровь –некоторые вещи, за которыми ей было недосуг самойсъездить.

Халиса буквально протащила мужа за собой эти несколько метров, разделявших их от Жади и Самиры. Потом и мимо них. И прочь, прочь, дальше по довольно узкому холлу, а вот и эскалатор! Амин не успел бы теперь не только сказать ни слова, но и поздороваться, если бы даже решился. Провожаемые возмущенным взглядом Лукаса, вскоре они скрылись из виду.

-Жади! И это твой племянник? Он не поздоровался с тобой! Что за неуважение!- кипятился муж, которого Жади постаралась тут же успокоить.-Лукас! Не переживай так, Амин не мог поступить по-другому! Иначе ему пришлось бы врать дома отцу!-Жади! Всё равно так не должно быть! – с упреком сказал Лукас.-Ты не опоздаешь на работу? Смотри, уже одиннадцатый час!- Да, Жади, мне пора, -спохватился он.- Собственно, нам тоже!И они втроем направились к выходу. В торговом Центре делать было нечего, а вот впереди Самиру и Жади ждала утомительная, пусть и интересная поездка по достопримечательностям Рио-де-Жанейро, о которых Самире, как журналистке, предстояло написать зачетную статью в молодежныйжурнал.

На улице, ещё раз посмотрев на часы, Лукас спросил:-С чего вы собираетесь начать свою экскурсию? Я могу подбросить вас до станции метро, ещё успеваем. Или высадить возле «Сахарной головы», если начнетеоттуда. Но если вы собираетесь сначала попасть к Корковадо, то тогда возьмите такси, иначе я опоздаю.

Жади с Самирой переглянулись.

- Тетя Жади! Может быть, лучше начать не с Корковадо? Туда можно поехать после «Сахарной головы», ия ещё хотела бы после того, как мы побываем на самом верху, у статуи Христа, пройтись, если у нас хватит сил, по Ботаническому саду. Там цветут очень редкие кувшинки, про них пишут во всех справочниках, но фотографии самих цветов почти не встретишь. Вдруг мне удастся это сделать? Главное – этофотографии, а написать очерки о достопримечательностях я смогу и потом.-Хорошо, Самира. Тогда скорее садимся в машину, пусть Лукас нас подвезет!И Жади вслед за Самирой забралась в салон автомобиля.*** Оказавшись на втором этаже, Халиса смогла вздохнуть спокойно. Всё! Сейчас они зайдут в ювелирный магазин, купят украшение и вернуться домой. Кто же мог подумать, что именно сегодня они столкнутся с этими двумя отверженными? Но что с Амином? Почему он такой невеселый7 Или он хотел пообщаться с сестрой и теткой, а она истолковала всё неправильно? Вот так дела!- Амин! Что с тобой? Мы уже на другом этаже, так что ты…-Хватит, Халиса! Мне и без твоих подколов как-то не по себе! Никогда не думал, что встреча с Самирой так на меня подействует!-Дда, неприятно было. Неудобно получилось, но ты же не мог с ними заговорить? Или… мог? Или даже … хотел? Я тебя неправильно поняла? Извини, -с досадой сказала Халиса.Амин отвернулся и промолчал, только нахмурился, но Халисе показалось, что муж всё-таки хотел что-то сказать, но передумал.- А это твоя сестра? Самира? Вот, значит, она какая!

- И какая же?- - с угрозой, как показалось Халисе, переспросил Амин.-Красивая. Взрослая. Модная. Современная! — струсив от его тона, льстиво, хотя и против своей воли, стали перечислять Халиса.

Амин как-то осуждающе покачал головой. К чему относится его жест – к её словам или тому облику сестры, какой он её увидел,Халисе было всё равно. Она не хотела ссориться с мужем. Тем более, что впереди её ждали приятные минуты у ювелирного прилавка.- Не будем обсуждать это больше! Зайдем?– Амин слегка взмахнул рукой в направлении кафе, мимо которого они проходили. – Мне пить захотелось.-О! А мне закажи кофе. Мокко. Помнишь, мы с тобой в Сан-Паулу пили чудесный кофе?-Заказывай себе, что хочешь. Мне – стакан минеральной воды.Они сели за свободный столик, и пока Халиса поглощала кофе с несколькими пирожными, Амин о чем-то задумался.

Халиса исподволь наблюдала за мужем. Он и сегодня такой же, как всегда. Будто что-то не дает ему покоя. Что-то скрывается за этим. Но как узнать, ЧТО? Сегодня вечером она будет внимательно слушать жен его дяди, а женские языки – это… «Я подумаю, какие вопросы стоит задать как бы невзначай, чтобы кто-то из них сболтнул лишнее!» -решила Халиса.

А пока – на тарелочке оставалось еще три вкуснейших мини-пирожных из пяти, и Халиса, поедая их и смакуя, тем временем размышляла над увиденным во время внезапной встречи, так поразившей Амина.

Так вот, какова теперь несостоявшаяся невеста Фарида! «Много бы я дала, чтобы мой двоюродный братец увидел сейчас эту девчонку!» Она помнила, как Фарид был уязвлен, когда стало известно, что Самира не желает выходить за него замуж. Халиса и сейчас, сидя рядом с мужем за столиком в кафе, едва не прыснула от смеха, вспомнив, с каким видом, растерянным и напуганным, стоял Фарид, тогда, много лет назад, в детстве, когда грозный Сид Абдул сообщил их родственникам, чтонашел жениха и невесту Фариду и Халисе.О!!! Тогда Фарид был таким скромным, застенчивым парнишкой, который в подростковом возрасте вдруг резко переменился, став самоуверенным и нахальным. Когда Сид Абдул сообщил, что Самира не желает выходить замуж, юноша был очень задет.Но потом злорадствовал, узнав, что Самира связалась с бразильцем. И быстро утешился, найдя себе жену – Зухру, личность темную и опасную. Сталкивалась она однажды с этой Зухрой. Бррр!Но… если бы Фарид увидел сейчас Самиру…о!!! Халиса была уверена, что девушка ему понравилась бы! И ещё как понравилась! Халиса недолго рассматривала сестру Амина, но, обладая цепким взглядом, она сразу подметила многое в дочери лары Латифы. В глазах Самиры горел какой-то огонек, такой же, как и у её тетиЖади. «Вот та самая изюминка, на которую всегда западал Фарид. А Хадижа, которая так скоро станет его женой… Нет у Хадижи такого блеска в глазах, как будто не она, а Самира – дочь Жади! Бедняжка! Она не представляет, какая жизнь ожидает её с таким мужем, как Фарид!»

Халиса живо представила себе, какому натиску со стороны Фарида подверглась бы сестра Амина, окажись она в поле его зрения где-нибудь в Мекнесе! Он бы не давал ей прохода! Интересно, смог бы он увлечь Самиру? Или, как у девушки-марокканки, родившейся в Бразилии, восточные мужчины не в её вкусе? Но Фарид сходил бы с ума, стараясь добиться её симпатии! Не судьба. Мактуб!

Халиса сидела, сузив глаза и застыв с поднесенным ко рту пирожным. Амин с изумлением наблюдал за женой.

-Что с тобой? Жука вместе с пирожным проглотила? – насмешливо спросил он, толкнув её под столом ногой. Девушка вздрогнула и посмотрела сначала на надкусанное пирожное в руке, потом на Амина.

-Где жук? Ты о чем?

-Это я хочу спросить, что с тобой? Ты скоро доешь?

-Пожалуйста, закажи мне ещё одну чашку кофе, не оставлять же купленные сладости на столе! А без кофе…

Удивительно, но Амин, чтобы не ждать официанта, встал и пошел к стойке за кофе для неё. «Вот так! Кажется, всё налаживается», -подумала она, провожая взглядом стройную высокую фигуру мужа.

«И мужа Жади я тоже увидела. Мои сестры и сплетницы-тетушки умерли бы от зависти! Столько слышать о мужчине, на которого Жади променяла мужа-миллионера! Правда, ни на кого попало, а тоже на богача, сына бразильского магната. Эта женщина знает, что ей надо!»

Халиса всегда думала о себе лучше, чем о своих родственницах, больших любительницах посплетничать. Но сейчас она сама с преогромным удовольствиемобсудила бы каждую деталь. Увидеть сразу троих, о ком можно было бы долго и интересно разговаривать! Это же легендарные личности в своем роде!

А Лукас? Как его описать?Красавец. Бразилец, похожий на одного актера. Халиса не помнила фамилию актера, но в Сан-Паулу они ссестрами и прочими родственницамисмотрели сериал, в котором он играл второстепенную роль, но почему-то запомнился Халисе. «Дорога из Индии» или как-то так назывался очередной шедевр «Глобо». Вот, точно! Актер, похожий на мужа Жади, играл некоего Мурило! Поэтому сейчас она сразу же вспомнила персонажа, только вот настоящий Лукас не носил бороды. Красив муж Жади, но муж-марокканец, Саид Рашид, всё-таки привлекательнее. Настоящий восточный мужчина! Высокий, статный, полный достоинства. И тоже – красавиц! Халисе вспомнилось, как на свадьбе она увидела дядю Амина, который подошел поздравить молодых. И трех жен дяди. Все три – красавицы. Пожалуй, если бы Жади осталась первой женой дяди Саида, вписалась бы она в этот ряд ослепительных красоток? Может быть, она вовремя поняла, что её время рядом с таким мужчиной уходит? И не стала искушать судьбу, ушла отмужа, став женой бразильца, много лет сходившего по ней с ума? «Впрочем, что это я? Ведь эту историю рассказывают совсем иначе!»-Халиса, сколько можно сидеть здесь? Мы зашли только для того, чтобы я смог воды попить! А теперь тебя не оторвешь от тарелки с едой! Вот и оставайся здесь, скажи мне, чего ты хочешь: кольцо, браслетили серьги? Я куплю сам и вернусь, а ты доедай!- Нет-нет! – пришла в себя Халиса. – Всё, уже поднимаюсь! Как ты можешь выбрать украшение без меня? Нет, я сама это сделаю!Она осторожно вытряхнула на стол крошки, собравшиеся во время еды в складках тонкого шелкового платка, красиво задрапированного на груди. Встала со стула и с сожалением положила на тарелку недоеденный кусочек последнего пирожного.

Амин уже выходил из кафе, и она поторопилась за ним, пытаясь закончить осмысление одной истины, открывшейся ей только что за столиком: «А всё-таки, если бы мой отец и дядя решили бы выдать меня замуж за пожилого мужчину, то, окажись им Саид Рашид, я согласилась бы, не раздумывая. Пусть даже я была бы четвертой женой! А с Амином, моим красавцем-мужем, я ещё наплачусь, это и к шуафе ходить не надо!» Как же она оказалась права! Очень скоро жизньподтвердила её правоту.А пока они шли по холлу универмага; впереди через несколько дорогих отделов с разными товарами, абсолютно не интересными Халисе, находился салон ювелирных изделий. Вот туда она и устремилась. Теперь Амин шел за ней, и в магазин первой вошла Халиса. Поэтому она и не увидела разыгравшейся молчаливой драмы за её спиной.Взглянув на узкий длинный прилавок, освещенный специальной подсветкой, Халиса была ослеплена блеском драгоценностей, сверкавших на витрине. Бриллианты, золото, платина, рубины, изумруды, сапфиры… У Халисы закружилась голова и замелькали мушки перед глазами. И перехватило дух от увиденной роскоши. Украшения совершенно не были похожи на те, что принято дарить на свадьбу в Марокко, покупая их килограммами. Перед ней лежали безумно красивые и оригинальные произведения искусства. Ювелирные шедевры. Правда, ни одна из её теток или жен её отца или сестер не захотели бы иметь ТАКИЕ украшения. А Халисе втайне нравился дизайн современных колец и сережек, необычное сочетаниематериалов в колье, сложные узоры на браслетах, но без афроэтники, Одним словом, у молодой женщины разбежались глаза, она не знала, что выбрать, боясь в то же время, что Амин снова начнет её торопить с выбором.

Поэтому она и не обратила особого внимания на семейную пару, стоявшую у прилавка слева от неё. А вот Аминхорошо рассмотрел! Араб лет тридцати пяти, с небольшой черной бородкой, с курчавыми волосами вокруг начинающей лысеть макушки. Среднего роста, достаточно стройный для своего возраста. А рядом – его жена в никабе.Черное одеяние только подчеркивало её молодость и красоту. Никаб, обычно закрывающий от посторонних взглядов лицо, оставляя открытыми только глаза, в данный момент был расстегнут и частично приспущен для того, чтобы молодая женщина могла увидеть в зеркале роскошное колье, которое её муж пытался застегнуть у неё на шее. Блеск большого количества бриллиантов не позволял, видимо, мужчине увидеть застежку.

-Вам помочь? – вежливо спросила женщина-продавец. Видимо, она боялась, что дорогая вещь может быть испорчена. Ведь покупатель ещё не оплатил стоимость безумно дорогого украшения.Это предложение мужчине не понравилось, потому что он посмотрел на продавщицу сердито и недовольно. Более того, он вдруг заметил взгляд, горящий взгляд стоявшего недалеко от них Амина, пожиравшего глазами его женщину. Действительно, покаХалиса не могла оторваться от прилавка, он не сводил глаз со стоявшей перед ним … Эмми!

А это была она! Даже если бы не её светло-русые волосы, крупно вьющиеся, такие необычные для марокканки, не её лицо, которое он увидел в зеркале, если бы не встретился с ней глазами, увидев, как непроизвольно расширились от удивления и ужаса её глаза, когда она тоже увидела его отражение, вздрогнув и побледнев… Амин узнал бы Эмми в любом случае,даже если бы на ней был полностью надет никаб— он всё равно узнал бы её, теперь уже чужую жену! Жену вот этого самого человека, которыйстал теперь её мужем и хозяином!

Больно сжав предплечье Эмми, муж что-то тихо сказал ей, после чего она дрожащими руками натянула на голову никаб, поправив его таким образом, что видны остались только глаза. Продавец сделала неуловимое движение, видимо, нажав какую-то кнопку с той стороны витрины, и в зале бесшумно материализовались два дюжих охранника, вставших у выхода из салона.

-Вы оплатите покупку чеком или наличными? – стараясьоставаться невозмутимой, спросила продавец, и мужчина догадался, что его не так поняли.

Араб ответил, что он оплатит тут же, но карточкой, и попросил упаковать футляр с украшением в подарочную бумагу. Эмми ухитрилась снять с шеи колье, не снимая больше никаба. Товар был оплачен, и усыпанное бриллиантами ожерелье уложено в специальную длинную, отделанную темным бархатом коробочку.Было видно, как разозлен неприятной ситуацией арабский муж, чего он, собственно, и не скрывал. Амин наблюдал за ними как зачарованный, ещё больше зля мужчину. Амин не мог заставить себя отвернуться, доведя мужа Эмми едва ли не до белого каления. А на витрине лежали ещё коробочки, открытые футляры и футлярчики с уже купленными украшениями – серьгами, браслетами, золотыми часиками и цепочками. Это всё надо было собрать и уложить в специальный переносной сейф, который выделялся покупателям, сделавшим дорогостоящую покупку, чтобы без приключений и опасений за только что приобретенное имущество они могли бы добраться до своих автомобилей, вернув сейф в магазин позже.

«Да он потратил целое состояние! Куда же мне до него, Эмми!» - с горечью думал Амин, не отводивший взгляда от Эмми и её мужа. И пока она и её нервный муж собирали в металлическую коробку-сейф купленные драгоценности, Халиса повернулась в Амину и возбужденно сказала:-Амин, хабиби! Я выбрала: хочу вот это кольцо!

Надо было видеть, как блеснули в разрезе никаба глаза Эмми, услышавшейгромко прозвучавшие в тишине магазина слова Халисы. Девушка, которую он так любил, стояла спиной к нему, лицом к зеркалу, в котором они и встретились глазами. Он видел, как Эмми метнула оценивающий и ревнивый взгляд в сторону Халисы и снова посмотрела на него сквозь разрез в черной ткани. Амину показалось, или в её глазах были горечь и насмешка?

«Если я сейчас схвачу Эмми за руку и убегу с ней из магазина, что будет?» - пришла ему в голову сумасшедшая мысль. Но в руку Эмми вцепился муж.Он что-то быстро говорил ей, отчего Эмми опустила глаза и изменилась в лице , и казалось, что вот-вот девушка потеряет сознание. Когда эта пара проходила мимо него, Халиса тоже порхнула к нему от витрины, проворковав:-Амин, ты же купишь мне это украшение, любимый? Я так счастлива, но буду ещё счастливей от твоего подарка!Халиса бесстыдно прижалась, заглядывая в глаза. У Амина всё похолодело в груди. Халиса делала всё как будто нарочно! А ведь Эмми может подумать, что он и правда, счастлив с этой… как можно назвать Халису?! И он понимал, что видит Эмми в последний раз. Аллах услышал его молитвы и сжалился над ним, позволив взглянуть в последний раз на девушку, которую он любил безумно! Каким же он был глупцом, что отпустил её, поссорился, не попытался вернуть, и не один раз, а много-много раз! Он ведьмог бы украсть её, увезти силой и потом жениться. Но он упустил своё счастье, и теперь получил Халису, эту толстую дуру, от которой его уже тошнит – он понял это тут же, как только увидел Эмми. «Разведусь с ней сегодня же вечером! При гостях!»-Амин даже застонал.

Но Эмми,уже оказавшаяся у него за спиной, не обратила внимания на его стон, потому что муж крепко держал её за плечо, едва ли не силой выводя из магазина, не смотря на то, что она и не сопротивлялась. Глаза Эмми были полны ужаса, от боли в них стояли слезы, её заботила собственная судьба, и она даже не взглянула на Амина, который был виновником того, что сейчас с ней происходило.Когда проблемная семейная чета покинула салон, продавец с облегчением вздохнула, а охранники отошли от двери, пропустив несколько дам, тут же ринувшихся к витринам. Их голоса и привели Амина в чувство, а вовсе не Халиса, которая никак не могла понять, что произошло с её мужем. Ей хотелось больно ущипнуть Амина, но, опасаясь, что такой способ приведения в чувство разозлит мужа, она ограничилась словами, сжимая и тряся его за руку.Наконец, Амин пришел в себя и вспомнил о том, для чего он приехал в этот магазин. Само проведение привело его сюда, но не только. Он понял, что должен быть благодарен Халисе за то, что она повела его именно в этот день в этот магазин, именно в этот ювелирный салон, выбрав его из множества других. И за то, что благодаря ей он смог на прощание увидеть любимую женщину, уже за это он купит Халисе подарок. (О разводе он потом подумает, решил Амин).Но, узнав цену выбранного кольца, Аминвозмутился.

-Что-что, Халиса? Сколько-сколько оно стоит?

-Нет, ты не ослышался! Посмотри сам на ценник! А почему нет? Ты видел, сколько тот араб купил своей жене украшений? А ты не хочешь мне подарить .. это несчастное кольцо! Для чего ты тогда привез меня сюда? – Халиса готова была заплакать от унижения.-Этот араб, наверное, владеет в Саудовской Аравии или в Кувейте нефтяной вышкой. А у меня всего лишь небольшой магазин. Ты разницу улавливаешь?

-Хорошо, Амин, что ТЫ мог бы мне купить? На что у тебя хватит денег? – теперь Халиса вдруг заговорила нормальным голосом, без сладкой восторженности дурочки.Амина удивила перемена в ней, но он не стал задумываться над такой метаморфозой.

Он бросил на витрину профессиональный взгляд торговца и понял, что, судя по ценникам, кольцо не самое дорогое из представленных на витрине колец. Т.е. оно стоило безумно дорого, но рядом с нимлежали украшения ещё дороже. Амин так устал, испытав стресс от встреч и с Самирой, и теперьс Эмми, что решил не возражать, а купить кольцо. Возможно, это последнее, что он сделает для жены в таком коротком браке! Амину пришлось опустошить карточку полностью, едва не уйдя в минус.Халиса, примерив кольцо перед оплатой стоимости, оставилаего на пальце, не захотев расставаться с подарком ни на минуту и тем более -прятать в глубокий потайной карман, где лежали деньги, сдача после покупок, сделанных для свекрови.

Они вышли из Торгового Центра и тут же поймали такси. Амин был так зол на то, что позволил уговорить себя потратить такую сумму на какое-то кольцо, что не обратил внимания ни на номер машины, в которую они сели, ни на то, что такси было не совсем похоже на такси. И водитель тоже в другое время вызвал бы в нем подозрение, и он бы даже не подошел к такой машине. Но сегодня был необычный день! Эмми, мысли оней затемнили его разум, за что очень скоро они с Халисой и поплатились.

Таксист свернул с центральной улицы внезнакомый узкий переулок, а затем и вовсе завез их в какую-то подворотню. Когда Амин почувствовал неладное, было уже поздно. Развернувшись к пассажирам, водитель держал в руке пистолет, целясь в грудь Амина. Халиса замерла от ужаса. Амин, стараясь держать себя в руках, спросил:-В чем дело?-И ты ещё спрашиваешь? Выкладывайте все вещички и выматывайтесь из машины!

Амин, никогда до сих пор не попадавший в подобные ситуации, но наслышанный о частых ограблениях в таком криминальном городе как Рио, уже понял, что расстаться придется со всеми ценностями, которые были при них. Он молча вынул сотовый телефон и кошелек из барсетки. А Халиса всё ещё неподвижно сидела, не веря в происходящее. Но лжетаксист грубо приказал:-Сумку, дай сюда, быстро!

Он угрожающе повел пистолетом в Халису, и Амин, понимавший, что дело может принять очень плохой оборот, сам выдрал из сжатых рук застывшей от ужаса жены сумку и протянул бандиту.

-Так! Теперь выходите из машины! – грабитель при этом вышел из автомобиля первым, рванув дверь со стороны Амина, который вылезиз машины, боясь того, что бандиту пришло в голову избавиться от них, как от свидетелей. Две пули – и убийца скроется. А кто услышит выстрелы? Когда приедет полиция? Им с Халисой будет уже всё равно, если они будут уже мертвы!Бандит приказал Амину лечь на землю, заложив руки за голову, чему и пришлось подчиниться. Амин, как ни было противно, вынужден был упасть на вонючий разбитый асфальт, боясь получить пулю в любую секунду.«Проклятье! Зачем послушал отца и поехал в магазин!» Амин только сейчас вспомнил о кольце, удивившись тому, что грабитель не заметил драгоценности на пальце Халисы.Но он ошибался! Бандит всё заметил, но, понимая, что ни одна женщина не отдаст украшения без боя, станет сопротивляться даже под угрозой смерти, а девушка перед ним была далеко не слабой на вид, он пошел на хитрость.Когда Амину пришлось лечь на землю по приказу «таксиста», тот, не отводя нацеленного пистолета, потащил из салона машины упирающуюся Халису, которая стала орать как сумасшедшая, придя, наконец, в себя. Ей удалось пнуть обидчика по ноге, но и тот оказался не промах, быстро ударив жертву ребром ладони по шее. Халиса тут же обмякла.

Амин, лежа на грязной земле, пахнувшей помоями, чувствовал себя подлецом и трусом, как и дураком, не зная, что ему делать. Он понимал, что бандит не станет раздумывать, просто выстрелит в него, если увидит, что Амин делает попытку подняться. Умирать не хотелось, и ведь есть шанс, что их только ограбят, но не пристрелят.Он увидел, как из машины была вытащена потерявшая сознаниеХалиса,как бандит, не сводя с Амина глаз, стаскивал с пальца егожены кольца, а затем, грубо дернув, сорвал золотые часики, стянул браслеты, а их было несколько, с кистей рук. Потом, глумливо ухмыльнувшись, навел пистолет, прицеливаясь в Амина и … Когда похолодевший Амин от ужаса всё же рванулся в сторону, перекатившись куда-то на груду острых камней, грабитель быстро сев в машину, рванул с места, едва не переехав ногу бесчувственной Халисы.Когда «такси» скрылось, Амин закрыл глаза и попытался отдышаться. Через некоторое время он поднялся, подошел к Халисе и похлопал её по лицу. Потом пребольно ущипнул её за мочку уха. «Хорошо, что хотя бы серьги не навесила на себя!» -думал Амин, с сожалением вспомнив, сколько стоило кольцо, доставшееся бандиту.

Халиса пришлав себя. Она с ужасом отпрянула, в первое мгновение не узнав наклонившегося над ней Амина. Потом, обнаружив, что осталась без украшений, она разрыдалась. И не только из-за потери драгоценностей. Но и от пережитого шока и унижения.

-Амин! Почему ты не заступился за меня? Ты же мужчина, о, Аллах! Почему ты позволил бандиту нас ограбить? – видимо, позабыв о пистолете, с возмущением выговаривала жена.

Амин был рад, что история закончилась для них хотя бы так.

- Да ты радуйся, что осталась жива! Обычно при таких ограбленияхпросто убивают! Нам повезло! Давай уйдем отсюда, и поскорее!-Чем здесь пахнет? Фууу, гадость какая!— ещё не осознав, какой беды удалось избежать, протянула Халиса.— Как мы в таком виде будем добираться до дома?Вид у Халисы был не лучше, чем у её мужа. Порванная юбка, которой она зацепилась, когда сопротивлялась бандиту. Грязный платок, слетевший с головы и попавший под колёса отъезжавшего автомобиля, как и испачканные туфли с одним сломанным каблуком, тоже побывавшим под колесом,когда во время борьбы одна туфелька была сброшена и отлетела в сторону.-Ты лучше спроси, как мы вообще сможем добраться до дома, ведь денег у нас не осталось, аСан-Криштован отсюда находится очень далеко. Будем несколько часов плестись по жаре.

Халиса потерла шею, которая болела после удара бандита. Потом залезла рукой в карман, о котором знала только она. Догадаться о нем, глядя со стороны на длинную юбку, было невозможно. Усмехнувшись, она сказала:-У меня есть немного денег!

- Что? Сколько?Денег хватило на то, чтобы позвонить домой из уличного автомата унебольшого кафе. Амин долго объяснял перепуганному отцу, что и как случилось,где они, как их отыскать.-Недалеко от места, где мынаходимся,стоит такой длинный, старый, из множества арок, двухъярусный мост,по которому идут трамваи. Это район Лаппа, кажется. А недалеко отсюда виднеется здание необычной формы – такая многоэтажная трапеция с широким основанием, суживающаяся к верху. Кафе называется «Под пальмами»***. У нас нет больше денег, Халиса нашла в кармане юбки несколькомонет, поэтому нам удалось позвонить!Мухамед знал, где находится башня, описываемая Амином, и трамвай по такому необычному мосту может проходить только в одном единственном месте города. Постаравшись успокоить сына, он пообещал приехать за ними как можно скорее.

Потом они сели на скамью, чувствуя, какой тошнотворный запах исходит от их одежды. Или им так только казалось?

Люди входили в кафе или садились за столики на улице. У входа действительно росло несколько пальм, крупные листья которых шелестели на ветру.Амин не решился сесть за столик, ведь денег при себе не было, а вид у них был такой потрепанный, что хозяин мог принять их за бродяг и вызвать полицию. Поэтому они остались изнывать от жары на скамейке, ожидая, когда отец отыщет их среди улиц и заберет.Мухамед вскоре и приехал за ними на такси, при виде которого у Халисы началась истерика. Амину с трудом удалось впихнуть жену внутрь машины и заставить её замолчать. Удивленному таксисту Мухамед был вынужден объяснить, что случилось с его сыном и невесткой.

Когда машина тронулась с места, расстроенныйотец, не дожидаясь возвращения домой, стал в подробностях расспрашивать, как могло такоепроизойти? Ведь, прожив четверть века в Рио-де-Жанейро, ни с ним, ни с Саидом не случалось ничего подобного. Автобусы грабили, да, вот, помнится, когда-тоРапазао даже золотую вставную челюсть пришлось отдать грабителям – была такая история, но чтобы ограбили в такси…-Ничего удивительного, -вмешался прислушивающийся к их разговору водитель, поправляя фирменную фуражку.- Вы что, телевизор не смотрите? Там столько раз говорили о случаях, когда лжетаксисты грабят людей, севших в их машины! И с первого взгляда даже опытныйполицейский зачастую не сумеет распознать, кто перед ним – настоящий таксист или переодетый грабитель.

-Что же делать? Как теперь жить, если у меня нет своей машины, водить не умею, а в такси садиться опасно? – вопрошал Мухамед.-Вы же сели в первую попавшуюся машину? Это ошибка! Вызывайте такси по телефону в надежной фирме!— посоветовал водитель.-Нам и в голову не пришло, что может произойти такое! – ответил Амин.-Вот именно! Мы же не в фавеле где-нибудьостановилимашину, а возле дорогого Торгового Центра! — плачущим голосом добавила Халиса.-Так на это и расчет! Люди покупают дорогую вещь, расслабляются и садятся в такси, не глядя. Вы хотя бы запомнили номер машины? Но в полицию обращаться нет смысла. Номер был, конечно, фальшивый. А если грабитель хорошо поживился, то заляжет на дно и появится не скоро. А Рио – огромный город, где вам найти этого подлеца?Мухамед, с подозрением косившийся на словоохотливого таксиста, который что-то чересчур много задавал им вопросов, осторожно ответил:-Нет-нет, мы не станем обращаться в полицию!Нам бы только до дома добраться… И нет при себе ничего ценного…. После такой истории!Таксист всю дорогу о чем-то рассказывал, но Амин и Халиса его не слушали. Каждый думал о своих потерях и пережитом кошмаре. Мухамед же корил себя за совет, данный сыну – отвезти невестку к ювелиру, совет, который слишком дорого им обошелся!… Дома у Халисы началась настоящая истерика. Едва переступив порог, она тут же закрыла ладонью рот и, сотрясаясь всем телом, зарыдала. Амин, махнув на неё рукой, побежал принимать душ, потому что мерзкая вонь от одежды сводила его с ума, пока они возвращались домой.Успокаивать Халису досталось Латифе. Это продолжалось долго. Уже и Амин вернулся в зал, где возле заливающейся слезами невестки стояли его родители. Но она никак не могла взять себя в руки. А, увидев мужа, Халиса теперь стала его обвинять:- Ваш сын, Лара Латифа, повел себя не как мужчина, а как трус! Он не бросился на мою защиту! Онпозволил бандиту уложить себя на какую-то свалку гнилых отходови лежал, пока тот грабил меня! Моё кольцо! Амин купил такое красивое и дорогое кольцо, а бандит его забрал, потому что Амин ничего не стал делать! Он даже не попытался сопротивляться!- Алхамдуллилах! Халиса, что ты такое говоришь? В этом городе, если кого-то грабят, нельзя вмешиваться или сопротивляться! Если бы Аминрешился на это, тограбитель просто убил бы его! Твоё кольцо, сколько бы оно не стоило, не дороже жизни моего сына!-Амин поступил правильно! – согласился Мухамед. – Жизнь дороже. Надо уметь действовать в таких ситуациях! Амин повел себя именно так, как следовало, чтобы у грабителя не было повода вас убить!-Надо было сразу полицию вызвать! – не сдавалась Халиса.-А толк былбы от этого? Какие улики вы могли бы указать? Вы же ни номера машины, ни примет грабителя не запомнили! И тот давно уже бросил, наверное, машину, которую угнал, спрячется в фавеле, где никто его искать не будет!—увещевал её Мухамед.Амин, до этих слов Халисы не вмешивавшийся в разговор, запальчиво сказал:-Не надо было столько украшений на себя надевать! Это тебе не Марокко! Как мог бандит не заметить нас, если ты так и сверкала золотом, как рождественская гирлянданад баром доны Журы!-Куда же мне их носить тогда, если даже в престижный магазин я не могу выйти в дорогих украшениях?Мухамед решил вмешаться:-Амин ведь прав, Халиса! Не стоило надевать на себя столько украшений! Это не Фес, где нет такой преступности, как в этом ужасном бразильском городе. К тому же, в Марокко идущие по улицам женщины тоже не выставляют золото на показ, это харам! Даже если под джеллабой и платком, а то и под никабом надеты украшения, их никто не видит.-Вот об этом я и говорю!Ты не должна выставлять свои украшения напоказ!—добавил Амин.-Жена должна хранить свою красоту для мужа! Для мужаженщина должна красиво одеваться, -тоном сида Абдула повторил Мухамед.

-Смирись с потерей, Халиса! Тебе жаль украденного золота и нового кольца, но, сколько бы ты ни плакала, ничего не вернёшь. Успокойся, приведи себя в порядок,постарайся одеться красиво,а золото у тебя есть, достань украшения из подаренных на свадьбу. Жены Саида наверняка видели на тебе не все украшения, а то, что увидели, скорее всего не запомнили. Они приедут часа через три, поэтому постарайся успеть. И мне тоже поможешь…Халиса, отойдя от шока, будучи человеком в общем-то практичным, приняла, наконец, мысль, что вещи, пропавшие во время нападения на них, потеряны безвозвратно.Надо примириться с этим и продолжать жить дальше. Но сделать выводы, чтобы никогда больше не оказаться в подобной ситуации. Она вытерла слезы и поднялась с дивана, куда усадила её сердобольная Латифа.

- Да, я пойду…, приведу себя в порядок…, я быстро.. , и сразу же спущусь помогать вам принимать гостей и … сделать, что нужно, на кухне…, -сказала Халиса потерянным голосом и пошла к лестнице.Мухамед с Латифой обменялись взглядами, почувствовав облегчение после такой нервной сцены. Амин же казался каким-то опустошенным. Но он, посмотрев на часы, решил до прихода гостей побывать в магазине. «Мне надо прийти в себя, а там будет легче это сделать!» -объяснил он, выходя из дома.«Денег жалко, не стоило им ехать за кольцом», - в который раз укорял себя Мухамед. Но было и ещё что-то. Видимо, сын не всё рассказал о случившемся. Об этом же подумала и Латифа.-Мухамед, что с нашим сыном? Ты не думаешь, что этот грабитель… как-нибудь оскорбил.. хм… нашу невестку? Поэтому у неё такая истерика, а у Амина странный вид, он такой отрешенный!-Латифа! – в ужасе воскликнул Мухамед. – Ты думаешь, что бандит не только ограбил их, но и … надругался над Халисой? Да ещё и на глазах Амина?!! Аллах! Как могло такое случиться?-Нет, Мухамед, только не это! – Латифа в ужасе прижала ладони к щекам.-Как нам узнать, что произошло на самом деле? Амин может и не захотеть рассказывать нам о таком! – Мухамед покачал головой.-Мухамед, я поговорю с Амином об Эмми, и, возможно, он сам расскажет мне о Халисе. Я знаю своего сына: он не сможет долго держать в себе такую чудовищную тайну!-Но если это правда, Латифа, это же катастрофа для нас!-Да, Мухамед, это катастрофа! – с убитым видом согласилась с мужем Латифа.Обняв Латифу и пожелав, чтобы их предположения не оправдались, Мухамед решил поступить так же, как и Амин – сходить в магазин, чтобы не терять время до прихода гостей.Не прошло и часа, как внизу появилась Халиса и стала помогать Латифе украшать стол. Мухамеду хотелось принять брата с семьей красивым и богатым столом. Роскошные букеты цветов, огромные блюда с выпечкой и фруктами, сосуды с соками и другими напитками. А на кухне – готовыйтаджин и высокой горкой – кус-кус, и мясо ягненка с рисом, и много чего другого.Всё было готово к приёму гостей, и у Латифы ещё осталось время для того, чтобы и себя привести в порядок. Она отправилась в комнату выбирать один из кафтанов, привезенных её мужемиз Марокко. Темно-розовый кафтан с вышивкой ей понравился больше, хотя и синий тоже выглядел очень даже симпатично. Всё-таки у Мухамеда есть вкус на такие вещи! Достав любимые браслеты и серьги, она добавила их к уже надетому на шее колье со старинной подвеской, которую она носила почти всегда. Осталось только подправить косметику – подвести заново тхолем глаза и воспользоваться духами - привезенным Мухамедом из Марокко одним из подарков.А Халиса в своей комнате тоже накладывала косметику на лицо, выложив на кровать приготовленную ткшейту из плотного темно-сиреневого шелка с белыми вставками, такие же по цвету туфли, стилизованные под бабуши, платок – тоже сиреневый, но более светлого тона и с серебряными нитями.Закончив с макияжем и соорудив довольно замысловатую прическу, впрочем, понимая, что ей всё равно не придется снимать платок при гостях. Но почему? Это же близкие родственники! Поэтому надо быть наготове.

А золото? Какое выбрать украшение? Шкатулка стояла на столике с поднятой крышкой. Солнце заглядывало в комнату, и казалось, что из шкатулки льется свет -так блестели в солнечных лучах бриллианты и золото. У Халисы защипало в глазах, когда ей вспомнилось, какого изумительного кольца она лишилась по злой воле судьбы. Но она не позволила слезам пролиться. Вздохнув, выбрала широкий дутый браслет из красного золота, серьги оригинального дизайна, пусть и не без марокканской этники, и ожерелье из чередующихся ромбиков из белого и красного золота с длинными и узкими подвесками, свисающимис каждого из них.И потом вспомнила, что нужен ещё и пояс к ткшейто. Достав тяжелый золотой пояс, она бросила его поверх подготовленного платья. Всё! Теперь осталось только ждать гостей.…Гостей Мухамеда ждали не только в доме Рашидов, но и в баре доны Журы.

Базилио не находил себе места от изводившего его любопытства. Утром, подходя к бару -на работу, он столкнулся с женой Амина. Но расспрашивать её не осмелился. Эта молодая женщина ни с кем не общалась, хотя весь Сан-Криштован уже знал, что она невестка синьора Мухамеда! Дона Латифа не показывала вида (или она ещё не знала?!!), что у мужа есть вторая жена. Так установилось, что расспрашивать Латифу он не мог, да и синьору Мухамеду это уж точно не понравилось бы! Но как узнать новости? Уже несколько дней он боялся пропустить что-то значительное в жизни соседей доны Журы.

По наблюдениям сметливого помощника доны Журы как раз сегодня могло что-то проясниться: Базилио это понял, заметив суету в доме Мухамеда, когда с самого утраХалиса и Латифа отправились на рынок. Потом куда-то ездили Амин с женой, а потом Мухамед вылетел из своего магазина и умчался куда-то, вызвав такси.

..Одним словом, Базилио чувствовал, что синьор Мухамед и дона Латифа ждут гостей, не иначе! И Базилио, что бы он ни делал, то и дело поглядывал в сторону их дома.5 Глава.Экскурсия Самиры и Жади по Рио-де-Жанейро.… Лукас подвез Жади с родственницей до площади Праса-Женераль-Тибурсиу, высадив их возле станции канатной дороги, где можно сесть в вагончик, чтобы добраться до вершины горы под названием Сахарная Голова. Отсюда и должна будет начатьработу начинающая журналистка Самира, собирая материал для своего очерка.

Он вышел из машины, помогая выбраться Жади, а Самира уже стояла на улице, выскользнув из дверцы с другой стороны.

-Удачи вам! И будьте осторожны! Если что – звоните мне на сотовый! Пока, Самира! Жади! — Лукас быстро поцеловал её в висок, кивнув Самире.Когда машина отъехала, Жади осмотрелась.

- С чего начнём? – улыбнувшись, поинтересовалась она.

- Я думаю, тётя Жади, нам надо взять билеты на фуникулёр и подняться на самый верх этой горы. А там я сделаю много-много фотографий! И запишу вот в этот блокнот свои собственные впечатления! – Самира уже успела достать из сумки на плечетолстый блокнот и ручку.- Тогда пойдем! Нам надо многое успеть сегодня! – и Жади, подхватив Самиру под руку, повела её кцели их путешествия.Самира не случайно выбрала для своего очерка именно эти две достопримечательности – статую Христа Спасителя на горе Корковадо и скалу Сахарная Голова у входа в бухту Гуанабара. Ведь это два символа Рио-де-Жанейро, по которым город не спутаешь ни с каким другим городом на свете.Гора Сахарная Голова выдавалась далеко в залив Гуанабара, на берегах которого и лежит город. Жади запрокинула голову, рассматривая такую вроде бы знакомую, часто виденную гору. ИздалекаПау де Асукар казалась лысой, стены ее настолько круты, что на них ничего не растет.Самира же успела сделать несколько снимков, решив не терять ни минуты.Купив билеты у невысокой, крепко сбитой мулатки, они сели в вагончик, который и понес их на вершину кристаллическойгоры высотой 400 метров, о чем тут же сообщила Самира, что-то записав в блокнот. До первой остановки на горе Урка подъем занял всего несколько минут, но у Жади перехватило дыхание. Казалось, что под ними разверзлась бездна, а вагончик повис над ней как лепесток над пропастью.

-Аллах! Самира, что если кто-нибудь начнет раскачивать вагончик или топать ногами? – прошептала она, вцепившись в поручень и от ужаса боясь посмотреть в окно фуникулера.

Но Самире страшно не было. Она и здесь снимала открывшиеся виды города, как и надписи на стенах вагончика, на которых не было свободного места от автографов туристов. Жади осмотрелась: люди, с которыми они оказались вместе во время подъема, или рассматривалипанораму Рио со стремительно увеличивающейся высоты, или так же, как и она, испытывали страх перед высотой. Никто не пытался хулиганить.

Но вот и первая остановка, они на верху Урки. Жади вышла из вагончика на землю с колотящимся от пережитого страха сердцем. Поэтому она предложила племяннице сначала посидеть в кафе и выпить сока, прежде чем осматривать место, где они оказались. Так и сделали. На широкой смотровой площадке было множество ресторанчиков и баров, где можно было перекусить. Выбрав столик у одного из заведений, заказав соки, Жади осмотрелась.Как ни странно, верх холма оказался вовсе не лысым, а был покрыт буйной растительностью:вокруг, куда бы не бросила взгляд Жади, можно было видеть десятки видов тропических деревьев, пальмы, рощи бамбука, такого частого, что в рощу не войти, странные деревья, колючки у которых растут прямо из ствола. Это был настоящий парк внушительных размеров.

-Самира, посмотри, здесь легко заблудиться, - удивлялась она, пока девушка, не теряя времени, делала всё новые фотографии.

-Неужели тебе нисколько не было страшно, Самира? –спросила она дочь своей сестры.- Нет, нисколько, -пожала плечами Самира. – Наоборот, я в восторге от нашего путешествия!Когда сок был выпит, а Жади пришла в себя от неожиданного стресса, они отправились к краю смотровой площадки. Пока Самира то и дело нажимала на кнопку фотоаппарата, Жади решилась посмотреть вниз и тут же ощутила холодок в груди. Машины, а тем более люди, внизу были почти не различимы. Чувствуя, как начинает кружиться голова, она отошла от края площадки.

«Как здесь жутко! Неужели Самире захочется подняться ещё выше?:» - думала она, посматривая на девушку. Щеки Самиры горели, она никак не могла остановиться, буквально не отрывая фотоаппарата от глаз. Затем в её руках появился блокнот, и Самира сделала в нём какие-то пометки.Ниже ресторана на специальной площадке стоял маленький вертолет. Пока Жади отошла на минутку, чтобы купить племяннице на память о поездке сувенирную футболку с соответствующей надписью, Самира не упустила случая узнать стоимость полета. Оказалось, шести-семиминутный полет вокруг Сахарной Головы и над городом стоит около полусотни реалов.

-Тётя Жади! Слетаем? – взмолилась Самира.-Нет, Самира, нет! Ни за что на свете! - быстро отказалась Жади. Но в глазах племянницы было столько мольбы, что Жади не устояла. Она дала ей деньги и опомнилась только тогда, когда вертолет, похожий на стрекозу, поднялся в воздух, унося с собой сияющую от счастья Самиру. «Что я наделала? О, Аллах, помоги Самире! Пусть эта авантюра закончится благополучно!» - переживала Жади, прижав пальцы к губам и боясь закричать.И пока вертолет кружил вокруг соседней скалы и затем — над заливом, а потом и над городом, Жади с замирающим сердцем, прижимая к груди сумкухраброй родственницы,следила за ним. «Как Самира отважилась на такое? Да она ещё более бесстрашная, чем я в юности!» - думала она. Рядом раздавались звуки бразильской музыки, небольшой оркестр играл для туристов босонову, но Жади казалось, что её уши не слышали ничего.Наконец, пытка закончилась, когда Самира благополучно вернулась.

-Я и видеоролик сняла! – радовалась племянница, не замечая, с каким облегчением вздохнула её тётя. – Это незабываемые впечатления!

- Ещё бы, Самира! - только и прозвучало ей в ответ, а Жади вытерла лицо платочком, который успела достать из сумки.

А впереди их ждало новое испытание. Теперь подняться предстояло ещё на одну площадку. Жади и не пыталась пробраться поближе к прозрачным стенам кабины фуникулера, чтобы не видеть, как высоко над городом они парят.

На верхней скале – на верхушке самой Сахарной Головы – смотровая площадка была поменьше, но с неё открывался прекрасный вид на Рио, пляж Копакабану, залив, горы, острова в океане и мост Нитерой, на гору Корковадо с хорошо различимой статуей Христа.- Тётя Жади, какая красота! Потрясающе! Какая панорама! Подождите, я должна сфотографировать всё, каждую мелочь, ничего не упустив, - говорила Самира, то и дело поворачиваясь в разные стороны, делая снимки то длинного золотого пляжа Копакабана,то 14-километрового моста, соединяющего Рио-де-Жанейро с Нитероем, то панораму залива Гуанабара, заполненного яхтами и лодками. Она вошла в такой азарт, что даже Жади заразилась от неё желанием найти интересный кадр.-Самира, а Корковадо отсюда тоже можно сфотографировать, пусть и не очень хорошо видна фигура на вершине… А там... посмотри, какие живописные острые скалы.. Не знаешь, как они называются? О…, сделай ещё снимок той улицы, которая тянется вдоль пляжа,она называется авеню Атлантика.-А что, если сделать фотоальбом с видами Рио-де-Жанейро и подарить его на свадьбу Хадиже? – предложила Самира.-Действительно! Почему бы и нет? Так и сделаем, -обрадовалась идее Жади, убирая со лба прядь волос, которую ветер вырвал из прически.-Здесь, конечно, очень красивые пейзажи. Но на Корковадо виды ещё более завораживающие. Когда я училась в школе, мы когда-то с классом были там на экскурсии. Вот где нас ждут лучшие фотоснимкидля альбома!Было очень жарко. Солнцеприпекало. Не спасал и ветерок, налетавший на вершину Сахарной головы. Хотелось пить. И Жади была бы не против поторопиться ипоскорее покинуть это место. Но Самира присела на скамейку, достала блокнот и стала очень быстро что-то записывать.Давая возможность племяннице сделать записи, Жадирассматривала окружавшие её со всех сторон виды города: вот район Копакабана, где живет её дочь в отцовском доме, спрятавшимся за шеренгойсовременных отелей и ряда жилых домов. Современная магистраль, протянувшаяся вдоль берега на несколько километров, частично закрыта, потому что сегодня суббота, а в выходные ближняя линия дороги закрываетсяПешеходную дорожку, выложенную рисунком из светло-серой и черной плитки, отделяет от океана широкая полоса (наверно, метров в 100, не меньше!)песчаного пляжа, плавно изогнутую линию которого хорошо было видно с такой высоты.У самого берега накатывали вполне приличные волны. Как перед непогодой, не смотря на ярко светившее солнце на безоблачном небе.

А вот там просматриваются берега лагуны Родригу- ди- Фрейтас.Там их с Лукасом дом.Светлые здания высятся вдоль золотистых пляжей. А вот там—холмы Тижука и Педра-Бранка, так они называются, однажды сказал Лукас. А в той стороне – Корковадо, куда им ещё предстоит отправиться.«Опять подниматься на такую жуткую высоту», -мысленно простонала Жади. Она повернула голову вправо. О! А там – деловой центр Рио. И все исторические здания, Самира и там хотела бы побывать, но вряд ли они успеют попасть после поездки на Корковадо.

..А там … район Лапа, где находится и сейчас ночной клуб Зейна. Давно они с Лукасом туда не заглядывали! Иветти говорила, что Зейн давно не появлялся в Бразилии. Да, ведь его жена Сумайя ждет ребенка, который очень скоро появится на свет!.. Та-аак…

Жади рассматривала видневшийся небольшой полоской трамвайный мост из арок, кажущийся ажурным, а рядомс ним – какое-то странное сооружение в виде перевернутого детского ведерка—здание такой необычной архитектуры. Она и не подозревала, что где-то там внизу, в этом районе, как раз в это время её племянник Аминс женойоказались в крайне неприятной ситуации…Она повернулась к Самире. Та держала в руках карту города, захваченную с собой предусмотрительной тётей, что-то сверяя по ней и записывая в блокнот. Жади снова отвела взгляд в сторону океана, а потом окинула взглядом пляжи по другую сторону Сахарной Головы. Жади с Лукасом и сыном обычно отдыхали на пляже в Леблоне, гуляя до Ипанемы. А вот здесь, на белоснежных пляжах она не бывала, зная только их названия: Ботафогу,Фламенго, Леми…С этой же стороны был виден международный аэропорт, расположенный на острове исоединенный с сушей мостом. Какой-то самолет, сделав круг над городом, заходил на посадку.«Скорои Хадижа улетит с мужем из Бразилии в Марокко», - печально подумала Жади. Станет ли её дочь тосковать по этому городу? Хадижа не такая, как Самира. И Жади тоже так и не стала полностью бразильянкой спустя прожитые здесь годы. Но, окинув взглядом залив, впитав тропическую энергию Рио, джунглей и гор, которые начинаются в его предместьях, она почувствовала, что понимает нечто важное об этой стране и её людях.- Тётя Жади, -прервала Самира её грустные мысли, - я закончила.Спустившись без приключений в вагончике, они обнаружили автобус для туристов, желающих доехать без остановок до Корковадо. До отправления оставалось несколько минут, и Самира купила в ближайшем магазинчике мороженое, которое они и съели, стоя в тени трёхметровой алпинии, изящно склонившейся к земле под тяжестью соцветий из ярко-алых цветов.

Наконец, вместе с другими желающими попасть к Корковадо, они погрузились в автобус с темными тонированными стёклами. В салоне было прохладно благодарякондиционеру. Водитель включил магнитолу, и полилась песня, давно ставшая гимном Рио-де-Жанейро:«Вот хороша, стройна, загорела,Идет мимо девушка из Ипанемы.В ритме самбы,Плавно качаясь, идет...»-Я тоже знаю слова этой песни! Ребята часто поют «Девушку из Ипанемы», -пояснила, улыбнувшись, Самира. Она повернулась к окну и смотрела, не отрываясь, на улицы, по которым катил автобус.И вотавтобус прибыл на территорию Национального парка Тижука, где и находится гора Корковадо. Их подвезлик станции, где Жади и Самира вместе с туристами, не пожелавшими идти к монументу по пешеходной тропе, сели в небольшой поезд, на котором по узкоколейной железной дорогеможно было добраться прямо квершине горы.

Открытый, но безопасный паровозик направился сквозь джунгли к вершине холма Корковадо.

-Самира, как же высоко нам придется забираться! – обеспокоено произнесла Жади.

-Да, очень высоко! Мы побывали на Сахарной Голове, у которой высота 400 метров, а гора Корковадо почти вдвое выше – 704 метра, -заглянув в блокнот, ответила Самира.-О-о-о-о! Самира, мне не по себе уже от одной мысли! – испуганно проговорила её тётя.- Небойтесь, тетя Жади, там безопасно. Но зато как чудесно будет увидеть весь город с такой высоты!- Но больше никакого вертолета, я так боялась за тебя!Самира кивнула, и они обе, откинувшись на спинки сидений, рассматривали теперь лес, через который предстояло пробираться минут двадцать. Но потраченное на дорогу к вершиневремя того стоило. Вокруг был настоящий тропический лес.- Ой, глядите, обезьянка! – хватаясь за фотоаппарат, в восторге воскликнула девушка. Действительно: на дереве Жади заметила маленькую серенькую обезьянку, размером с кошку, с пышной белой шерстью на голове возле ушей.- Это же обезьянка-мико!- пояснила Самира,глядя вследуносящемуся прочь дереву с обезьяной.-Какой симпатичный зверёк, - тоже улыбнулась Жади.Видели они и разноцветных попугаев, и тукана – большую неуклюжую птицу с огромным оранжевым клювом.

- Смотри, Самира, какой необычный плод. Что это за дерево вон там? – показала Жади.-А, это плод жака,-сказала её племянница, посмотрев в указанном направлении, где из ствола гигантского дерева проклюнулся маленький отросток, а на нем висел крупных размеров круглый плод, весь в шипах.

- Откуда ты всё знаешь? – восхитилась Жади.

Когда паровозик прибыл на место, последние метров стопроехали на эскалаторе.. Было жарко, и на смотровую площадку они добрались мокрые от пота. Жади порадовалась тому, что догадалась надеть легкий брючный костюм из шелка. А Самира была в топике и джинсах, модно порванных спереди на коленях и бедрах, видимо, в целях вентиляции, чтобы спастись от жары.Решили, что обратно будут спускаться по ступеням, а их 256.Взбегать вверх по такой лестнице затруднительно, а вот спускаться – почему бы и нет? Но в принципе, можно было воспользоваться лифтом или снова эскалатором, чтобы оказаться внизу, у автостоянки и станции, где их высадил паровозик.-Я предлагаю осмотреть и часовню, она находится внутри самой статуи,-сказала Самира удивленной тете, которой сначала не верилось, что в статуе может вообще что-то поместиться.Но когда они оказались на смотровой площадке… Это был шок! Статуя Христа- Спасителя, стоявшая на самой вершине горы Корковадо, была гигантской! Величина одного только постамента8 метров!!! Высота самой фигуры – 30 метров. Размах рук – тоже 30 метров. Поэтому при таких размерах и смогла разместиться внутри фигуры церковь на 150 человек.Эти данные привела для сведенияСамира, заглянув в свои записи, заранее сделанные по справочнику.

Казалось, статуя Христа жестом распростертых рук обнимает город с вершины Корковадо…-«Корковадо» означает «горбун», - продолжала просвещать Самира. – Только посмотрите, какой вид!

Она тут же вцепилась в фотоаппарат, и Жади решила не отрывать девушку от этого занятия.

Но вид на город был поистине захватывающий! Вокруг горы кружил туристический вертолет, а15-миллионный город лежал под ними и был виден как на ладони. Всё, что они уже увидели с высоты Сахарной Головы, теперь имело иной вид. Мост Нитеройказался тонкой ниточкой, залив Гуанабара изогнулся подковой. «Говорят, что ночью с яхты можно увидеть, как огни города отражаются в черных водах залива», - мелькнуло в голове у Жади.

Вот и Сахарная Голова, и холм Урка, которые смотрелись теперь не так внушительно. Ав океане бесчисленные острова, рассыпанные в бухте Гуанабара,правее – коралловая лагуна… Рядом -четкий рисунок конного ипподрома, вдоль берега океана – узкие, высокие, плотно стоящие друг к другу здания в застройке дорогих и престижных районов. И полосы песчаных пляжей. И поросшие тропической растительностью холмы. А это что такое? Как круглая чаша? Стадион «Марракана», известный на весь мир. И вот снова Жади попался на глаза международный аэропорт…

А внизу вокруг холма стелился парк Тижука, т.е. Ботанический сад, кудаони собираются попасть позже. И фавелы, сколько же их много! А где район Сан-Криштован?Нет, не там – эти небоскрёбы стоят в деловом центре Рио, вдоль улицы Рио-Бранка,Лукас как-то привозил её туда…Жади раньше не представляла себе город таким, каким увидела теперь с высоты птичьего полета: разбросанным по берегу океана, среди бухт и лагун, и в то же время среди скал, огромных и острых, как зубы дракона. Скалы уходили за горизонт и терялись в дымке.Она смело поворачивалась в разные стороны, обходя вокруг статуи вместе с Самирой, старавшейся найти всё новые пейзажи или сфотографировать в другом ракурсе то, что уже снимали на Сахарной Голове. Теперь Жадине испытывала того панического страха, охватившего её при подъеме до этого на Урку.

Самира же не искала слов и не размышляла, как тетя, она азартно «изводила» память на флэшкарте, время от времени обращаясь за помощью к тёте.- Сейчас вот на этом фоне меня снимите, .. а теперь – с другой стороны… о, я придумала кадр!.. если я встану здесь, то…В какой-то момент они обнаружили, что небо уже не такое чистое, полно облаков, а затемна горизонте появились тучи, которые поразительно быстро стали надвигаться на город. Известно, что погода в Рио может меняться стремительно.

-Погода портится. Самира. Нам пора спускаться, как бы мы вообще здесь не застряли. Что было бы, если бы гроза застала нас здесь на вершине, на смотровой площадке?-Да, пора. Как бы нам постараться успеть до начала дождя пройтись по Ботаническому саду, посмотреть коллекцию орхидей, попасть на пальмовую аллею – мне очень нужен этот снимок! И главное — попытаться сфотографировать водяную лилию Викторию регию.-Тогда поторопимся!И родственницы стали спускаться. Видимо, не только им пришла в голову мысль покинуть смотровую площадку. Поэтомук эскалаторувыстроились длинные очереди, и Самире показалось, что легче спуститься по лестнице каких-то 256 ступеней! Даже идя по ступеням, будущая журналистка продолжала делать фотографии…

Когда они оказались внизу,обе почувствовали, как дрожат у них ноги.-Это мышцы на ногах с непривычки так реагируют на долгий спуск по ступеням, - прокомментировала своё состояние Самира, наклонившись и массируя икры. Но от её слов не стало легче. Еле добравшись до паровозика, они сели в него с огромным облегчением.На территории парка Тижука проходят несколько веток небольшой железной дороги для посетителей. Чтобы попасть на пальмовую аллею, они пересели на другую ветку. И вскоре уже брели (а идти быстро они не могли, т.к. болели мышцы ног!)поодной из роскошных пальмовых аллей, посаженных ещё приоткрытии парка в 1808 году.-Два века назад! Тётя Жади, этим пальмам уже 200 лет!Поразительно!

Где-то в глубине парка звучала веселая музыка. Модные кафе были заполнены посетителями. Но Самира предложила не тратить время на еду, а отправиться на поиски тихого пруда с кувшинками. По пути она снимала то кофейное дерево, то жабутикабу с гроздьями крупных черных ягод, облепившими ствол дерева…

Жади так устала, что в любой момент готова была отправиться на поиски выхода. Но она не могла оставить одну Самиру. А ответственность за эту поездку Жади чувствовала не только перед собой, но и перед Латифой. «Всё, доберемся до озера, о котором нам рассказали работники парка, иоттудатолько домой, никуда больше!».Но вот и конечная цель — то самое озеро,гдепосетителей ждалочудесное зрелище – на его поверхности плавали красивейшие кувшинки.

- Вот! Я говорила про эти цветы— водяные лилии, -доставая в очередной раз фотоаппарат, восхитилась Самира.

И было, чем восторгаться: огромные, тридцатисантиметровые белоснежные цветки Виктории регии в окружении двухметровых в диаметре листьев.

-По крайней мере, мы не зря сюда шли! Хорошо, что есть цветущие лилии,а представь, Самира, если бы мы пришли, а на озере ни одного распустившегося цветка! – обессилено проговорила Жади, опускаясь на бортик ограждения.- Да, это редкое явление! И знаете: раскрывается этот удивительный цветок только на три дня. В течение этих дней его цвет меняется от снежно-белого до розового, затем цветок становится пурпурным и увядает, - рассказывала неутомимая Самира, делая снимок за снимком. – Мне очень повезло! Даже не верится! Я шла и втайне была уверена, что удача мне не улыбнется. Но я ошиблась…Было жарко и душно, хотя солнце уже скрылось за темными тучами. Дождя ещё не было, но это дело ближайшего времени, как поняла Жади, обнаружив, что небо беспросветно затянуто тучами. Они с Самирой не заметили, как такое произошло, идя в тени деревьев этого дикого уголка природы в центре современного города.

Самира, довольная удачно сделанными фотоснимками, заметила, как устало выглядит тетя. Она поняла, что экскурсию пора завершать, и убрала блокнот и фотоаппарат в сумку.Обнаружив Самиру рядом с собой, уже без фотоаппарата в руках, Жади предложила:-Может быть, закончим на этом? Остальные места посетим в следующий раз?

-Да, я тоже так считаю! – не стала возражать девушка.

-Тогда сначала найдем ресторанчик или кафе и перекусим, а потом отправимся к Торговому Центру, тому, что расположен здесь недалеко от Ботанического сада. Это самый большой Торговый Центр, там мы икупим тебе вещи. Позволь, я сделаю тебе подарок, и не возражай, Самира!— сказала Жади, видя, что Самира пытаетсяпротестовать. Когда сделаем покупки, позвоним Лукасу, пусть сам нас заберет или пришлет шофера. Вот такой план.

Завидев симпатичное кафе, они направились в его сторону, споря и переговариваясь. Перекусив, Жади почувствовала прилив сил. Дождя всё не было, и тогда они решилипо путик выходузаглянуть в ту частьпарка, где был расположен «Орхидариум», где произрастает более 700 видов орхидей и других растений.

Жади, не смотря на усталость, нисколько не пожалела, что они попали в это царство цветов. Здесь были орхидеи причудливых форм и разных размеров, с разным количеством и окрасомлепестков. Жади увидела и тигровые орхидеи, и однотонные, и полосатые.А Самиру опять было невозможно оторвать от объектива фотоаппарата.

-Тётя Жади, Вы обратили внимание, какие краски у цветов? Даже компьютерные изыски блекнут перед яркими цветками орхидей, -Самира была заворожена увиденным, то близко наклоняясь к отдельному цветку, то отступая нанесколько шагов назад, чтобы сделать снимок более панорамным. Алые, фиолетовые, лиловые, неназываемого цвета – нечто среднее между сиреневым и малиновым, желтые и оранжевые орхидеи обладали тревожной и чуть-чуть хищной красотой.

-Самира, сделай для меня самые удачные фотографии орхидей, и я повешу их в рамочках на стену в одной из комнат.-Да, тётя Жади! Пожалуй, я тоже так сделаю! – вдохновилась идеей девушка.Закапал дождь. Сразу как-то потемнело. Люди засуетились и потянулись к аллеям, ведущим к станции, чтобы на паровозике поскорее покинуть тропическийпарк. Жади и Самира тоже поспешили к прогулочной тропинке,которая, как помнилось Самире, вела как раз к месту стоянки паровозика.

Тропический лес Тижука – это оазис дикой природы в самом центре каменных джунглей города. Здесь многопрогулочных тропинок и ресторанов на смотровых площадках. Но, тем не менее, это настоящий тропический лес с водопадами и озёрами, с пологими холмами и высокими пиками, с диковинными для горожан,редко бывающих на дикой природе, цветами и кустарниками.

Когда тетя с племянницей торопливо шагали по узкой тропинке, дождь лил всё сильней и вскоре не оставил на них сухой нитки. Струи воды стекали с волос и одежды, промокшей насквозь.Но самое неприятное ждало их, когда началась гроза. Внезапно над ними, как им показалось, небо раскололось от удара молнии, а где-то впереди раздался страшный раскат грома.

-Самира, опасно оставаться в лесу во время грозы. Видишь, там какое-то кафе? Поспешим и укроемся внутри.-Чтобы попасть в то кафе, нам придется далеко обходить этот холм по дорожке. Может быть, как-нибудь срежем расстояние? Вот смотрите: если спуститься с этого холма, то можно напрямик пройти через те кусты, и тогда мы окажемся как раз возле кафе.В лице Жади отразилось сомнение, но тут небо вновь озарилось сполохами и всё вокруг накрылигрозовые сумерки. Поднявшийся сильный ветер бил в лицо, и трудно было произнести хоть слово. Жади кивнула, после чего, недолго думая,они стали спускаться с оказавшегося довольно крутым холма. Ливень пошел стеной. Дождь сек лица так беспощадно, что невозможно было открыть глаза.

Молнии теперь беспрестанно кромсали небо, однако гром всё-таки грохотал как бы в отдалении – похоже, настоящая гроза была впереди.

В свете молний место, где они оказались, приобретало необычные очертания, меняющиеся при каждой новой вспышке. Казалось, что деревья угрожающе тянут к ним свои ветви, стараясь вцепиться в одежду или схватить за ноги.Первой поскользнулась и упала Жади, и её понесло вниз. За ней заскользила против воли Самира, уворачиваясь от ударов, стараясь спасти сумку с фотоаппаратом.

Прошло несколько мгновений ужаса, пока Жади не ощутила под руками клочья травы, ветки… Падая, она наткнулась на куст и вцепилась в него мертвой хваткой. Мимо протащило по раскисшей земле Самиру, но Жади ничем не смогла ей помочь, даже попытавшись быстро протянуть ей руку. Она вывернулась вслед за племянницей, чтобы увидеть, чем закончится её падение.

Но тут Жади ощутила, как под тяжестью её тела из этой рыхлой сырой земли выдираются корни куста, за который она держалась. Воткнув носки туфель в склон, она постаралась удержаться, не понимая, как действовать дальше. Но её растерянность разрешило падение со склона. Она и охнуть не успела, как съехала по нему в самый низ, ободрав ноги, но так и не выпустив из рук сумочку.

Самира, грязная, в ободранной одежде, уже поднялась и, пошатываясь, поспешила на помощь к Жади. Но тетя от неожиданности падения не могла даже пошевельнуться. Жади несколько мгновений лежала плашмя, показав знаком Самире не трогать её, и перепуганная Самира стояла рядом, под хлещущим нещадно дождем, размазывая грязь и воду по лицу, отдирая липнувшие к глазам волосы.

- Тетя Жади!!! Что случилось? Вам больно? Нога сломана или рука? Что?!!! - перекрикивая шум ливня, спрашивала в панике Самира.- Нет, ничего, всё в порядке, я сейчас поднимусь!— проговорила Жади, попытавшись встать на колени. Самира тут же взяла её под руку и, потянув вверх, помогла кое-как выпрямиться. Так они и побрели в ту сторону, где можно было пробраться сквозь кусты к кафе. От слабости и страха они, казалось, не могли говорить, а только стремились к месту, где можно было бы укрыться от непогоды. Очень хотелось согреться и обсохнуть. Жади стала бить непонятная дрожь—толи от перенесенного страха, толи от ставших холодными дождя и ветра.

Но до кафе, как оказалось, ещё идти и идти. Дождь ослаб, но с веток деревьев струилась потоками вода, а под ногами хлюпала грязь. У Самиры на ногах были легкие спортивные тапочки, а вот Жади… осталась без обуви. Туфли слетели с ног во время падения, и Жади не представляла,возможно ли их теперь найти в той грязи, в траве и кустах на склоне, под проливным дождем, то ненадолго слабевшим, то с новой силой водяной стеной низвергавшегося с небес.-Тётя Жади, как вы теперь пойдете? Я отдам вам свою обувь! – увидев голые ступни родственницы, отозвалась Самира, наклоняясь в попытке стянуть с ног зашнурованную обувь.- Нет, Самира! Не надо! У меня ноги на пару размеров больше , чем у твоей изящной ножки. Только бы добраться до кафе, а там попросим найти какие-нибудь старые шлёпанцы или что-нибудь ещё придумаем.-Придумывать надо сейчас, иначе, пока мы доберемся до кафе, вы все ноги пораните, -решительно возразила Самира. -Что у нас есть с собой?Самира через мгновение начала действовать: достав из сумки пластиковую бутылку из-под минеральной воды, она острым лезвием небольшого перочинного ножа, завалявшегося в одном из карманчиков её вместительной сумки, привезенной Латифой в подарок из Марокко, разрезала ёмкость вдоль на две части. Потом отодрала от джинсов повисшую клоком часть, разорвав её на несколько ленточек, которые тут же связала в две довольно длинные полоски. Жади поставила ступни в разрезанные половинки пластика, а Самира привязала их к ногам джинсовыми ремешками, обмотав их вокруг лодыжек…-Это просто кошмар, Самира! – простонала Жади, увидев эту«обувь».

- Но зато теперь вы не пораните ноги! Только не поскользнитесь!- поддерживая тетю под руку, Самира повела её к цели их продвижения.«Видел бы меня сейчас Саид! Это был бы триумф для него», - отчего-то подумалось Жади, еле переставлявшей ноги в половинках бутылки на ногах.После того, как они добрались до кафе, Жади тут же сбросила с ног «изобретение» Самиры, предпочитая появиться в заведении вовсе без обуви.Но к их великому разочарованию оказалось, что кафе по неведомым причинам закрыто. И только узнав, сколько времени, Жади обнаружила, что осталось чуть больше часа до наступления темноты. Вечереет в Рио рано, уже в 6 вечера на город стремительно падают сумерки, превращаясьв ночь. Надо было срочно выбираться из парка.Но пройти без обуви такое расстояние…нет, лучше достать вот из того мусорного бака пластиковые шлепанцы, целые на вид, кем-то выброшенные по непонятной причине!Самира вынула находку и промыла под струей дождя, стекавшей с угла крыши.

-Тётя Жади, я понимаю, что брезгливость не позволит вам использовать их, но… может быть, вам идти в моих кроссовках, а я обую эти шлепки. Иного выхода нет!-Дай мне сюда, Самира, эту жуть! Ничего страшного! – решительно протянула руку Жади и отобрала синие пляжные шлепки у девушки. - У меня есть сухие носочки, купленные в сувенирной лавке для Пьетро – я их как-нибудь натяну, а ты возьми вот эту футболку, которую я купила тебе ещё на Сахарной Голове, и переоденься! Дождь, кажется, закончился.

Небо, и правда, посветлело, гроза ушла дальше, даже солнце несмело выглянуло из-за тучи, отправив на разведку несколько горячих лучей.Самира переоделась, выбросив порванный топик. Закатав джинсы, превратившиеся в настоящую рвань, она решилась, наконец,проверить, цел ли фотоаппарат.

Пока Самира копалась в вещах, Жади выжимала воду из одежды, думая о том, что давно она не была в таких переделках,не испытывала такие острые эмоции.

В последний раз так страшно ей было, когда Саид со своими людьмиискал их с Хадижей в развалинах под Фесом, а когдаобнаружил, и в его глазах она прочитала огромное желание поквитаться с ней за всё – тогда на неё накатил страх перед унизительным наказанием плетьми на площади.

Или в тот день, когда она осталась совсем одна и не знала, куда ей идти, отвергнутая и бывшим мужем, и семьей дяди Али, не зная, где Лукас… Она пришла тогда в развалины старинной казьбы, в то место, где они с Лукасом всегда встречались, даже не договариваясь, а зная сердцами о предстоявшем свидании…Она и сейчас помнила свой крик, полный отчаяния и горя. «Лу-у-у-ука-а-ас!!!!!», - казалось,разнеслось тогда эхо по всем коридорам и этажам развалин, ударившись о каждый камень, о каждую стену и балку, проникнув в каждую песчинку в развалинах крепости…Наверно, Жади слишком долго жила спокойно вместе с Лукасом, наслаждаясь своим счастьем. И отвыкла от жизненных встрясок и перипетий.

-Тётя Жади, о чем вы задумались? – поинтересовалась Самира, уже давно готовая отправиться в дорогу. Но, увидев лицо Жади, как будто ушедшей в себя, она даже не решилась её отвлекать.

-Что, Самира? А! Это я так… беседую со своим прошлым,-задумчиво ответила она.Добравшись до выхода из парка, они позвонили Лукасу, который страшно удивился тому, что они попали в такую ситуацию – ведь он был уверен, что Жади уже давно дома!

-А ты не звонил домой?— спросила его жена.-Жади, из-за сильной грозы не было связи! Я звонил несколько раз, но ничего не получилось! Где мне вас забрать? У Торгового Центра в Тижуке? В районе Ботанического сада? Хорошо, Жади, вы далеко от него? Хорошо, идитеи ждите меня у входа…, купим.. , всё купим…, сейчас приеду!— и Лукас отключил телефон.

И вот теперь Жади и Самира шли вдольопустевшей из-за дождя улицы, мимо них проносились автомобили и катили автобусы, на ресторанах и барах уже горели вывески, не дожидаясь темноты, а вдали показался и Торговый Центр, до которого, впрочем, идти оставалось ещё долго.Чужие шлёпанцы на ногах не давали Жади двигаться быстрее. Всё-таки у неё был не сорок пятый размер ноги! Да и у Самирыразболелась ушибленная и ободранная во время падения лодыжка.

В какой-то момент рядом с ними, слегка скинув скорость, проехал знакомый автомобиль. Но так и не остановился. Жади пристально посмотрела на номер удаляющейся машины…О! это же автомобиль Саида! И в этот момент мимо, так же медленно, проплыла ещё одна машина, и черезопускаемое стекло на передней двери автомобиля Жади увидела надменное лицо Рании, окинувшей их презрительным взглядом…- Это же Рания! Тётя Жади, мне показалось, что в другой машине я видела Хадижу и дядю Саида. Интересно, куда они направляются так поздно?

-Самира, твой отец вернулся из Марокко, и Саид всей семьёй, с женами и четырьмя детьми едет в гости к твоим родителям.