ЧАСТЬ 3. Клон-3, или В лабиринтах любви (2/2)

-Сегодня там будет праздник…, -грустно проговорила девушка.-Не расстраивайся, тем более, боюсь, скоро им всем будет не до веселья.

- Что-то произошло, тетя Жади?

-Дда, Самира, но я потом тебе расскажу, я и сама ещё не всё знаю! Твоя мама мне так и не позвонила после возвращения твоего отца из Феса. Я так за неё волнуюсь.

-Но в чем дело? – уже обеспокоено спросила дочь Латифы и вдруг чихнула.

- Ты же простудилась, Самира! Сегодня ты…, -но договорить Жади не успела: рядом затормозила машина, из которой показался Лукас. Осмотрев с ног до головы обеих родственниц, он смог только покачать головой, т.к. слов у него не было. Увиденное повергло его в шок.

- Что, Лукас?!!! Так плохо мы выглядим?-У меня нет слов! Жади, так что же с вами случилось? На вас напали? Признавайся!-Нет, что ты! Мы попали под проливной дождь, а потом упали с небольшого... обрыва и поэтому так вывалились в грязи.-Что-что?!! Жади, ты себя слышишь? Как женщина твоего возраста может УПАСТЬ с ОБРЫВА? Это, случайно, не холм Урка был, нет?

-Лукас, не издевайся, пожалуйста, нам не до смеха! Мы устали, промокли, поранились…,мы такие грязные и оборванные, что нас просто не впустят в Торговый Центр, а ты смеешься…-Ладно, Жади, расскажешь о ваших приключенияхпотом. А пока – садитесь в машину, вид у вас и, правда, такой… Я сам схожу в Торговый Центр и куплю всё, что надо! Напиши, Жади, каких размеров нужна одежда!Так, собственно, и сделали:по просьбе Лукаса работник магазина купил всё необходимое, в это и переоделись Жади и Самира.

-А за другой одеждой для тебя, Самира, мы отправимся завтра или в один из ближайших дней.

Самира снова чихнула, а Жади почувствовала, как ейстало больно глотать.- Ничего себе! Простыть и заболеть жарким бразильским летом!-Самира, ты сегодня переночуешь у нас. Ты же разболелась, я не могу отпустить тебя в таком состоянии! Позвони хозяйке пансиона ипредупреди, что останешься у нас с Лукасом. И кроме того -нам надо поговорить, я уже тебе говорила, о чем.У Самиры разболелась голова, и она не стала спорить с Жади. Вскоре они уже подъезжали к дому Лукаса и Жади Феррас.

Дав племяннице две таблетки парацетамола, напоив горячим чаем после душа, Жади уложила Самиру в постель. Девушка сразу же уснула.«Потом поговорим, Самирелучше сейчас поспать, - решила Жади, закрывая за собой дверь комнаты, - а я как раз выясню, не звонила ли в моё отсутствие Латифа. И надо будет позвонить доне Ноэмии, если она ещё не успела уйти с мужем в гости к Латифе».Жади набрала номер доны Ноэмии. Разговор с ней вызвал чувство недоумения. Латифа всё ещёничего не знает о второй жене Мухамеда! Почему он ничего ей не рассказал? Это странно. Тогда Жади набрала номер телефона дяди Али в Фесе…6 ГлаваСаид с семьёйв гостях у Мухамеда и Латифы.Несколькими часами ранее в доме Рашидов женщины готовились к поездке в гости.Фатима перебирала одежду в шкафу, не зная, что выбрать на праздник. Хадижа стояла рядом, давая советы.-Фатима, почему бы тебе не надеть ту ткшейту, серебристую, с вышитым серебряным узором? Теперь у тебя волосы такого цвета, что это платье прекрасно будет сочетаться с ними. Почему тебе нравятся только современные европейские платья?

-Я никак не могу привыкнуть к ним, понимаешь, Хадижа! – недовольным тоном ответила третья жена отца, осматривая ткшейту, снятую с кронштейна Хадижей.- А ты попробуй, и платок у тебя есть потрясающий к этому наряду. Привыкнешь, если будешь чаще носить ткшейты и кафтаны!— посоветовала девушка, перебирая платки в открытом ящике комода.

-Угу, -скептически отнеслась к её словам Фатима. – Во-первых, я постоянно спотыкаюсь о длинный подол, а во-вторых, Хадижа, твоему отцу не привыкать видеть женщин в современной одежде, в вечерних платьях. Мне кажется, ему даже нравится вид одетых по-европейски бразильянок.

-Никогда не замечала, чтобы Рания и Зулейка хотя бы попытались надеть на себя современную одежду. Как бы там ни одевались бразильянки, но и мой отец, и дядя Мухамед – приверженцы национальных традиций и марокканской женской одежды. Тётя Латифа одевается всегда так, как если бы она жила в Марокко.-Скажешь тоже, Хадижа! А почему твой отец сам не носит в Рио джеллабу? Не шлёпает в бабушах? Не надевает на голову феску? – поворачиваясь перед зеркалом в ярко-зелёной с белым ткшейте, ехидно спросила Фатима.-Но он же – мужчина! Поэтому…, -не закончила начатую фразу Хадижа, потому что Фатима резко повернулась к двери, за которой послышался подозрительный шорох.

- Опять Рания подслушивает под дверью! – громко сказала Фатима.

И дверь в то же мгновение распахнулась. На пороге, и правда, появилась Рания с высокомерно поднятым подбородком.-Долго ты ещё будешь копаться? Саид сказал, чтобы мы все были готовы… через час! – посмотрев на часы на столике, проговорила вредная родственница.-А тебе какое дело до меня? Не успею собраться, значит, останусь дома! Уходи из моей комнаты, Рания!- возмущенным тоном ответила счастливая соперница.-Иди, Рания, иначе я пожалуюсь отцу на то, что ты снова начинаешь ссору перед поездкой. И тогда отец оставит тебя дома, -пригрозила Хадижа.-Собирайся побыстрее, Фатима, чтобы все остальные тебя не ждали! – оставляя за собой последнее слово, произнесла Рания, выходя из комнаты.-Змея!—вслед ей сказала Хадижа.-Кобра! – согласилась Фатима.-Рания и мою маму изводила вот так, постоянно к ней придираясь. Она начала выживать мою мать сразу же,как только пришла в наш дом второй женой, хотя её приняли по-хорошему. Мама даже уступила ей свои ночи после свадьбы на полмесяца. А Рания влюбилась в моего отца и стала ревновать, решив остаться единственной женой. А когда отец развелся с мамой, и Рания стала первой женой, то она даже не стала скрывать своего желания изгнать маму из этого дома и из жизни отца. И добилась своего! Да сократит Аллах её дни! – обиженно вспоминала Хадижа прошлое.Фатима живо представила, как Жади ходила по дому, сидела в столовой, хозяйничала в кухне… и, кстати, жила вот в этой самой комнате, которая потом стала ЕЁ комнатой. А Рания точно так же приходила к ней скандалить…

-Мы так хорошо жили с родителями без Рании. Всё рухнула, когда отец взял её в жены!-Да, Хадижа… лучше всего, если ты у мужа единственная жена. И когда муж тебя любит. Желаю тебе, чтобы Фарид никогда не взял вторую жену! Иншалла!-Алхамдуллилах! Я не хочу быть даже первой женой! У моего мужа, Фатима, не будет другой жены! Иншалла!-Дай Бог, Хадижа, дай Бог! А ты знаешь, что твой дядя Мухамед всё-таки не привез вторую жену из Феса?Только теперь Хадижа вспомнила о том, что рассказала ей по секрету Фатима. Но тогда Хадижа не поверила, решив, что это шутка, сплетня, но, значит, это правда?-Конечно, правда! – возмутилась Фатима. – Для чего я стала бы так шутить? Муж твоей тети женился на молодой девушке из какого-то глухого селения под Мекнесом по совету сида Абдула. Эта девчонка, кажется, даже моложе тебя, точно не знаю. Мне твой отец рассказал! Но он велел мне молчать об этом, потому что Мухамед ничего сам ещё не рассказал Латифе.

- И тетя Латифа ничего не знает о второй жене? – возмутилась Хадижа.-Именно так! Но мы не должны ничего рассказывать!

- -А моя мама знает об этом?-Не знаю, -пожала плечами Фатима.- Но ты, Хадижа, не подведи меня: не показывай вида, что тебе что-то известно. Давай выбирать украшения!Расстроенная Хадижа и озабоченная предстоявшей поездкой в гости Фатима открыли шкатулку и стали перебирать украшения. Потом Фатима сходила в кабинет Саида, где он достал из сейфа настоящие дорогие украшения.

Выкладывая на столик футляры и коробочки с ожерельями и кольцами, Фатима сказала:-То, что лежит у меня в шкатулке, не подойдёт к ткшейте. Посмотрим, что можно выбрать из этого к серебристому платью, ты права, пожалуй, оно действительно, самое интересное в моем гардеробе!…А Саид сидел в кабинете за компьютером, проверяя счета и документы. Он то и дело поглядывал в окно, на небо, по которому ползли грузные пепельно- серые тучи. Мириам принесла ему чай с лепестками роз, и он допивал уже вторую чашку, когда сначала капли, отдельные, но крупные, раз и другой стукнули по навесу над кондиционером, потом забарабанили по настилу длинного балкона, а потом с совершенно потемневшего неба хлынул обильный, освежающий ливень…Дверь на балкон была открыта, и Саид не стал закрывать её, рискуя испортить дорогой ковер на полу. Он уселся в кресло перед балконом и начал смотреть на мир сквозь плотную завесу дождевой воды, от которой расплывались четкие очертания предметов.-Саид, ты не передумал? Поездка в гости не отменяется? – неожиданно прозвучал у него за спиной голос неслышно появившейсяв комнате Рании.Саид недовольно обернулся.- А почему мы должны отказываться от поездки? Мы поедем на машине, и к тому времени дождь, скорее всего, закончится. Идти до машины недалеко. Что ещё, Рания?

-Это всё, - надулась первая жена. Немного выждав, она развернулась и вышла из комнаты.Саид насмешливо качнул головой: Рания так назойлива! Он снова обратил взор на картину за окном. На душе было тоскливо. Как будто чего-то не хватало в его жизни. Любви…, такой любви, которую он испытывал когда-то к Жади… Где-то над городом громыхала гроза. Молнии то и дело сверкали где-то над огромной горой под названием Корковадо, выхватывая её черный силуэт из водной пелены. Впрочем, вершина со статуей, затянутая туманом, не была видна.Раскаты грома метались между горами.Лишь когда дождь стих, Саидподнялся, словно вспомнив о каком-то деле, однако делать ничего не стал, а вышел на балкон вдохнуть освеженного воздуха, а потом повернулся и, пройдя через комнату, вышел инаправился вниз, чтобы распорядиться насчетдомашних дел. Кроме того, пора было выезжать, ведь до Сан-Криштована в субботу вечером добираться было непросто: наверняка, придется постоять в пробках, и не один раз.

Спустившись на первый этаж, Саидне обнаружил ни жен, ни детей.

-И где же они все? Каждый раз одно и тоже! – проворчал он, отодвигая левый рукав, чтобы посмотреть на часы.

-Мириам!- позвал он служанку. - Кто готов ехать со мной в гости, пусть спускается!Женщина с подобострастной покорностью кивнула и отправилась к лестнице. Саид, заложив руки в карманы брюк, остался ждать семейство посреди зала.

Мириам нашла хозяек в комнате Хадижи, где женщины помогали дочери Саида выбирать наряды и украшения. Впрочем, платье -чудесный темно-голубой кафтан с вычурным плетеным из ткани поясом, уже был надет на девушке. Но вот с украшениями вышла заминка: Хадижа была в растерянности, не зная, что выбрать.

-Не слишком много золота на тебе, Хадижа? Восемь колец, десяток браслетов, тяжелое ожерелье на шее, на волосах тоже золотое украшение. Случайно, на щиколотках у тебя нет браслетов для ног? – критиковала девушку Фатима.-Я не знаю, что мне предпочесть из этого, вот и всё! Конечно, я сниму часть украшений, вот только не знаю, что именно?- Дааа, -протянула и Зулейка. – Ты перестаралась! Так много золота на тебе… как в старину у марокканки, не уверенной в своём муже!-Как это, Зулейка?-Когда-то давно женщины носили на себе всё золото, что им дарил муж – на тот случай, если ему что-то не понравится и он произнесет трижды «талак», т.е. «я с тобой развожусь!». Ведь тогда жене приходилось тут же, в чем есть, покидать дом отвергнувшего её мужа, - пояснила Зулейка.При этих словах Рания усмехнулась, глядя на Хадижу.-Но что мне оставить? – в растерянности спросила девушка.- Оставь всё! Кто знает, захочет ли Фаридустраивать праздники, на которые ты сможешь надевать свои украшения! Или брать тебя с собой в гости, чтобы ты могла покрасоваться в своем золоте! Да, неизвестно, будет ли у тебя там возможность куда-то носить такие дорогие украшения! – насмешливо произнесла Рания.-Лучше молчи! – с угрозой посоветовала ей Фатима.Рания хотела ответить, но… была вынуждена «прикусить язык», вспомнив, как рассердился Саид, решив, что она настраивает Хадижу против будущего мужа. В этот момент и появилась на пороге комнаты Мириам.

- Лара Рания, Сид Саид велит всем спускаться вниз, если собираетесь с ним ехать, иначе он уедет без тех, кто опоздает.-Хорошо, Мириам, передай Саиду, что мы готовы. Уже идем, -ответила за всех Рания на правах первой жены.Хадижа, сняв при помощи Фатимы и Зулейки большую часть украшений, вместе с ними спустилась вниз.… Когда машина вырулила от особняка на проспект Копакабана, дождь практически кончился, на небе как ни в чем ни бывало светило ласковое предвечернее солнце, и даже припекало, судя по тому, как от выложенного плитами мокрого тротуара вдоль дороги поднимались испарения.

На улице было людно. Туристы спешили в сторону океана, чтобы прогулятьсявдоль авеню Атлантика на знаменитом пляже. Завсегдатаи ресторанов и баров, решившие посетить сии заведения после такой жуткой непогоды, торопились в привычные места. Просто люди, спешащие домой или в гости… И конечно, их машина попала в пробку уже на Копакабане.

Поэтому Саид приказал шоферу ехать в объезд, выбирая дороги через Тижуку, мимо Ботанического сада. А, кроме того, Рания, обнаружив, что Фатима и Хадижа едут в гости не с пустыми руками, а с подарком для Халисы – недавно купленным браслетом, тоже захотела приобрести что-нибудь для Латифы и её невестки.

Вот так и получилось, что, уже подъезжая к Торговому Центру, Хадижа и Саид заметили бредущих по тротуару Жади и Самиру.

-Это же мама! Отец, посмотри, там Самира с моей мамой! Но почему они в таком виде?

Саид тоже разглядел бывших родственниц и хотел бы знать, что с ними произошло. Жади, всегда элегантно одетая, выглядела сейчас так, как будто попала в серьезную переделку: закатанные до колени запачканные грязью брюки от дорогого костюма, такая же испачканная темной грязью блуза, а из-под недлинного рукава выглядывал ободранный кровоточивший локоть правой руки.

Самира, в клочья разодранных джинсах, тоже закатанных едва ли не выше колен, в жуткой футболке с какой-то надписью, прихрамывавшая, видимо, из-за пораненной ноги, судя по красным полосам содранной кожи на лодыжке…Волосы у обеих были мокрые, спутанные, свисавшие слипшимися прядями. Кроме того, у Жади на ногах были какие-то совершенно невообразимые резиновые шлёпанцы.«Они выглядят так, как будто побывали в потасовке! Этого ещё не хватало! Это же скандал перед свадьбой!» -разозлился Саид.

-Отец! С мамой и Самирой что-то случилось! Останови машину! Давай узнаем, в чем дело?— забеспокоилась дочь Жади.- Нет, Хадижа. У твоей матери есть муж, он и должен беспокоиться о том, что случилось с его женой! – жёстко произнес Саид и добавил:-Кроме того, возможно, он и есть виновник того, что твоя мать идет сейчас в таком виде по самому центру города! Может быть, это Лукас избил её и выгнал из дома?Но Хадижа не обратила внимания на то, какиммстительным тоном это было произнесено.

-Этого не может быть! Муж мамы никогда не поднимает на неё руку! И при чем здесь Самира? С ними что-то случилось! Отец, давай остановимся и узнаем, в чем дело?Но Саид не согласился. Наоборот, заметив, что шофер предусмотрительно скинул скорость и поехал медленнее, приказал ехать дальше – в Сан-Криштован, не заезжая в Торговый Центр. Пусть лучше Рания появится на празднике без подарков, чем они столкнутся с Жади в магазине, и тогда Хадижа начнет выяснять, что случилось с матерью и сестрой, которая, кстати, до сих пор была отвергнута родным отцом.И дело не только в Самире. И даже не в том, что они, уже и без того задержавшись, опаздывали в дом Мухамеда.Саид не хотел, чтобы Рания узнала подробности того, что, возможно, даст ей повод для сплетен в будущем, даже если не произойдет большого скандала перед свадьбой. Саид, всерьез задумав развестись с Ранией, опасался, что женщина в отместку станет болтать лишнее о матери Хадижи, таким образом, позоря и доброе имя его дочери. Поэтому ни его машина, в которой ехали вместе с ним Хадижа и Фатима с его сыном Муниром, ни следующий за ними автомобиль с Ранией и Зулейкой с двумя детьми, не остановились возле попавших в непонятно какую историю Жади и Самирой.

Они понеслись по стремительно темнеющим улицам города в Сан-Криштован.

… У Латифы и Халисы всё было готово к приему гостей. Обе женщины стояли внизу, нетерпеливо ожидая возвращения из магазинов Мухамеда и Амина. Мухамед вскоре зашел в дом и поднялся наверх, чтобы переодеться к встрече брата и его семьи. А вот Амина всё не было.Когда разыгралась непогода, небо почернело, и полил дождь, такой, что за водной стеной потерялись из виду дома Сан-Криштована,мать даже была рада, что Амин сейчас в магазине, и пусть остается там, пока не закончится гроза! Но вот уже почти час, как дождь закончился, и выглянуло солнце, а сын не дает о себе знать. «В чем дело?» -забеспокоилась Латифа, подошла к телефону и набрала номер магазина сына.-Амин, тебе пора уже быть дома!... Приходи, тебе ещё надо одеваться в праздничную одежду, ты ведь не можешь показаться перед гостями в том виде, как ты… нет, Амин, возвращайся! …не опаздывай, сынок!Халиса, в новом кафтане и подаренных Амином на свадьбу украшениях, с красиво уложенными волосами, без платка – ведь ожидались очень близкие родственники, стояла возле дивана, поправляя в который раз маленькие подушечки.«Кажется, на Амина этот кошмар подействовал даже сильнее, чем на меня! Конечно, ведь я потерялатолько старые украшения и новое кольцо, а он – кроме потери денег, выброшенных на отобранное грабителем кольцо, был ещё и унижен, так как вынужден был терпеть насилие от бандита, не имея возможности защищаться, чтобы не получить пулю в лоб! Ему, наверно, теперь стыдно, вот он и не имеет сил вернуться домой из магазина!»Халисе вспомнились были о берберских мужчинах, которые рассказывала ей в детстве старая бабушка. «Амин не бербер. Он не станет рисковать своей жизнью, сопротивляясь обидчику. В старые времена честь мужчины была превыше всего, даже самой жизни. Но те времена прошли!» Халиса задумчиво поглаживала взятую в руки подушечку.« И стало бы мне легче от того, если бы Амин потерял жизнь, попытавшись остановить грабителя? Ведь тогда я осталась бы вдовой!» -с ужасом поняла, наконец,Халиса, какой опасности им удалось избежать. А ведь всё могло закончиться намного хуже и для неё… Она постаралась не думать дальше о том, что могло бы случиться, убей бандит Амина, а потом……Амин же тем временем, ничем не занимаясь, сидел в одиночестве в закрытом магазине. Он был настолько поглощен воспоминаниями о случайной встрече с Эмми, что и думать забыл об ограблении. Эта поездка в Торговый Центр принесла ему одни разочарования. Он потерял деньги, истраченные на кольцо, но главное – онубедился, что Эмми потеряна для него навсегда.Он никак не мог поверить в то, что Эмми замужем. Теперь он увидел её мужа, увидел любимую Эмми с мужчиной, которому она теперь принадлежит. Её муж так и стоял у него перед глазами! Это стало настоящей пыткой.

Не знать – тоже пытка. Как говорится, поле фантазии не имеет границ. Он мог представлять себе мужа Эмми каким угодно, страдая от неизвестности. Но теперь он узнал, кто стал счастливцем, который всегда теперь будет рядом с его Эмми – и это не принесло Амину облегчения. Наоборот! Амин ощущалчувство огромнойпотери, а сердце его кровоточило. Ему вспомнились словадяди Али: «Кто не оставляет корней в сердце, тот не так страдает, когда что-то приходится вырывать оттуда!».

Он вспомнил о Халисе, и теперь ему казалось, что, если бы он не женился, если бы оставался один, то ему было бы легче выносить эту потерю, чем видя каждый день ту, из-за которой он окончательно потерял Эмми.Амин стал молить Бога о том, чтобы Тот любым способом вернул ему любимую. Он почти поверил, что Аллах снова услышит его, ведь сегодня просьба была выполнена.Позвонили из дома. Скоро прибудут гости, мать просила не опаздывать, и Амину, как ни хотелось возвращаться, пришлось закрыть магазин и отправиться домой.… Когда обе машины Саида подъехали к дому Мухамеда, в баре доны Журы бушевал скандал.Поэтому Базилио и пропустил такой важный момент. Но ему было не до того. Хозяйка уже несколько дней пыталась поймать злоумышленника, хозяйничавшего в баре по ночам. Она не раз слышала шум и грохот падающей посуды. Утром повсюду в зале обнаруживались следы ночных беспорядков. Разбитая посуда, разбросанные на полу под стойкой бара покусанные пирожки с треской, не убранные в холодильник забывчивой Аниньей, оставшиеся в конце дня так и не проданными посетителям.

После того, как такое безобразие произошло в третий раз, сама дона Жура решила подкараулить злодея, непонятно как проникавшего внутрь закрытого на все замки бара и так же бесследно исчезавшего вновь после учиненного ночного погрома. Но дежурство ничего не дало. Подлец, видимо, заметивший маневр хозяйки, не решился на проникновение, зная, как тяжела её рука и суров нрав. Не миновать бы ему полицейского участка, окажись он в руках разъярённой Журы.

Но на следующую ночь, когда дона Жура отправилась спать, посчитав инцидент законченным, всё повторилось. И снова дона Жура провела бессонную ночь, но .. безрезультатно! В следующий разхозяйка решила оставить в засаде Базилио.

-Дона Жура, я боюсь!— отказывался изо всех сил трусливый Базилио.

Но владелица бара была неумолима.

-Ничего с тобой не случится. Я буду у себя в комнате наверху! Вот тебе свисток, как только заметишь что – свисти!Анинья подлила масло в огонь его страхов:-Базилио, это может быть привидение! Или оборотни! Помнишь, Лижейро с Керосином ходили в кино на фильм «Сумерки»? Что, если и в Сан-Криштоване появились вампиры? Пирожки с треской – это лишь начало, они просто не могут добраться до людской плоти, но когда в баре останешься тыыы……Базилио, от страха мгновенно уснувший на ночном дежурстве, пропустил момент, когда злодей проник внутрь, а потом раздался звон разбитой бутылки, свалившейся с верхней полки. От звука разбившегося стекла Базилио подскочил как ужаленный, но.. никого не было в баре. Совсем никого! Пока не спустилась вниз дона Жура. В зале пахло кашасой, разлившейся на полу среди осколков, а спрятавшийся под стойкой бара перепуганный Базилио так и не смог объяснить обозленной донельзя хозяйке, каким образом бутылка оказалась не на полке, а на полу.-Не иначе, Базилио, ты сам решил попробовать спиртной напиток! – наконец, заподозрила дона Жура.-Да что вы, дона Жура, я совсем не пью! Ни капли никогда во рту не было ничего спиртного! Я забочусь о своем здоровье! Как Ваш сын Шанди!- Но сама бутылка не могла упасть! Сколько лет спокойно стояли бутылки на той верхней полке, даже когда здесь чёрти что творится во время показа по телевизору футбольных матчей,а сегодня бутылка взяла и упала! Сама по себе. Так получается, Базилио?- Таааак, дона Жура, - виновато протянул глуповатый Базилио.- Скажи честно, ты уснул? – с упреком спросила, догадавшись, дона Жура.И Базилио, опустив голову, промолчал.Но после этого злоумышленник обнаглел настолько, что сегодня днём проник внутрь, стоило хозяйке закрыть бар на перерыв по причине жуткой грозы в Рио. Ведьклиентов всё равно не было: все жители разбежались по домам, а туристы – по отелям.

И вот, когда погода снова позволила людям появиться на улице, и возле бара столпились желающие перекусить, дона Жура спустилась из своего жилища над баром, чтобы открыть заведение, и…пришла в неописуемую ярость! Тарелка с оставленными на время перерыва пирожками валялась на полу, т.е. уже не сама тарелка, а осколки, в которые она превратилась. А пирожки разлетелись по всему полу, но… все до одного они были надкусаны и как-то даже .. раскурочены, что ли?

-Базилио! Анинья! Вы были в подсобном помещении! Как вы могли не заметить, что кто-то вошел в бар и напакостил? Это уже издевательство какое-то, честное слово! Ничего не пропало, даже деньгив кассе целы, пусть их там совсем немного было, ведь я всю выручку убрала в сейф. Но вот всё-таки…Анинья никак не могла взять в толк, как кто бы то ни было мог попасть внутрь бара:-Дона Жура! Но ведь дверь вы лично закрыли, когда началась гроза, и ушел последний посетитель, вы и ключ с собой забрали! Не мог же он сквозь стекло просочиться, как призрак!Базилио при этих словах поёжился. Было жутко. И впрямь, мистика какая-то!И вот тут-то снова с самой верхней полки упала очередная бутылка. Взвизгнули оба - - и Базилио, и Анинья. А потом… раздался могучий крик доны Журы, скорее, похожий на рев разъяренной буйволицы!-Вот он! Держи его, хватай! Вот оно что! Теперь мне всё понятно!

Но всё понятно было только доне Журе, но не её работникам! Пока хозяйка искала полотенце покрепче и подлинней, пока она подпрыгивала возле стойки, размахивая скрученным полотенцем, под крики: «ну погоди!» и «поймаю – живым не оставлю!», Базилио с Аниньейв полном остолбенении стояли посреди бара, боясь двинуться с места. Они никак не могли понять, за кем охотиться дона Жура.А в окна бара, привлеченные криками, уже заглядывали любопытные жители Сан-Криштована… Наконец, Базилио расслышал из всех криков доны Журы слово «дверь» и поспешил выполнить, как ему показалось, приказание её открыть. Это стало роковой ошибкой. Потому что существо, которое с таким азартом и злом старалась поймать дона, ярким клубком метнулось к раскрытой двери, проскользнув под ногами ввалившихся в бар, озадаченных криками, посетителей.Выбившаяся из сил женщина, не достигнув цели, изо всех сил стегнула полотенцем ни в чем неповинный барный стул у стойки и тяжело опустилась на соседнее сидение.

-Кто это был? – дрожа от пережитого ужаса и в предвкушении сладкой разгадки этой жуткой истории, спросил Базилио.

- Я никого не видела! Не поняла, кого вы пытались поймать, дона Жура! – тоже поинтересовалась и Анинья.-Кого я ловила? Того, кого вы изволили не замечать! На полке сидел кот, огромный рыжий кот! Вот, оказывается, кто хозяйничал у меня в баре! Тааааак! Ну, ничего, судя по тому, что у него на шее я заметила ошейник от блох, он домашний. Ваша задача – узнать, чей это кот. А я составлю список нанесенного мне ущерба, который и предъявлю его хозяину. Всё! Я рада, что загадка разрешилась, наконец! А то меня это уже начинало сводить с ума!

Дона Жура с облегчением вздохнула, но, заметив в баре людей, тут же кивнула Анинье, чтобы та начала обслуживать посетителей.-А ты, Базилио, займись-ка уборкой! Пока наши клиенты не поранились, осколки надо убрать. Поживей, Базилио, не спи на ходу! И ты, Анинья, просыпайся! Вы отдохнули во время перерыва! Давайте, давайте, за работу!!! — торопила Жура.

Потом в бар вплыла дона Ноэмия. И Базилио, как и Анинья, постарались стать незаметными из желания услышать новости. А произойти это могло только в том случае, если ничем не привлекать внимание доны Журы…-Привет, Журочка! Как дела? – поинтересовалась дона Ноэмия, одетая в национальное марокканское платье и с ажурными длинными сережками в ушах, подарком мужа Мустафы.-Привет, подруга! Ты собралась на праздник в дом Латифы? – Жура умышленно называла соседний дом именем хозяйки, чтобы не произносить лишний раз имя мужа Латифы, к которому Жура испытывала непреодолимую неприязнь.

-Да, Жура, идем с Мустафой к ним в гости. Мухамед из Марокко вернулся, и вот сегодня собирает гостей.-Знаю, что вернулся. Один, без второй жены! Так Латифа-то как отнеслась к его второму браку?-Даже не спрашивай! Он …,-зашептала Ноэмия так тихо, что Базилио, как не напрягал слух, ничего не смог услышать, ни слова.Он даже засопел от обиды и досады. Узнать о второй жене синьора Мухамеда хотелось намного сильнее, чем разгадать тайну призрака, разбивающего бутылки в баре и разбрасывающего пирожки! Да и вообще, это уже вовсе не тайна, а так… Но вот женщина из Марокко ..

- … а сегодня в центреАмина и Халису ограбили! – донеслось до Базилио, который едва не подпрыгнул от такой новости. - … очень дорогое кольцо… Мухамед в шоке от потери такой огромной суммы денег … нет, только подумать – взяли такси и так влипли…, - рассказывала тихо-тихо подруга доне Журе.

А Жура только охала и качала сочувственно головой, восклицая: «надо же!», «вот это да!», «спаси нас Бог от такого!».- …вот так, Журинья! Пойду в гости, может быть, там что-то прояснится, но не думаю…,- сказав это, Ноэмия вышла из бара, торопясь к Мустафе, отчаянно жестикулировавшему недалеко от столиков.

- Надо же, Мустафа опять боится подойти к моему бару! А когда-то с удовольствием ел мою мясную поджарку! Спиртное ему не позволяет заходить, смотрите-ка! Его же никто не собирается заставлять пить!—ворчала себе под нос уязвленная хозяйка популярного в районе заведения.

А через некоторое время и началось… Как кот пробрался обратно в бар, никто не заметил. Только один из посетителей, выпив пару стаканчиков кашасы и заев это удовольствие жареными креветками, вдруг стал умильно поглядывать куда-то вверх, время от времени приговаривая: «Кис-кис! Кис-кис!». Это удивило дону Журу, уверенную в том, что в данный момент в программе телевидения нет никакой передачи о животных. Начинался шестичасовой сериал… как его там?...«Голос сердца», кажется. Повтор трогательного сериала про любовь, но она не могла припомнить, чтобы в какой-то из серий там была кошка.

Но подвыпивший клиент упорно продолжал подзывать с добродушным видом невидимое животное. И вот тогда Базилио посмотрел на телевизор и издал победный клич, от которого едва не выронила тарелку с пирожками испуганная Анинья!-Ты что, Базилио? С ума сошел?- возмутилась девушка.

-Дона Жура, посмотрите на телевизор, быстрее, дона Жура, иначе опоздаете, он удерет! – вопил Базилио, дергая хозяйку за перекинутое через плечо полотенце.-Ну что ещё, Базилио? – сердито спросила Жура.-Вон там, да посмотрите же Вы! Неужели ничего не видите?!! – переживал Базилио.– Ну вот же, вот, там!— никак не унимался парень, уже показывая пальцем в сторону подвешенного на кронштейне почти под самым потолком телевизора.

Дона Жура, недовольно покосившись на экран телевизора, ничего не увидела, но потом…- Ах, ты, гад! – тоже завопила она возмущенно. – Вот ты где! Мерзавец!

Огромный рыжий котяра устроился сверху на телевизоре, спокойно глядя на женщину круглыми желтыми глазами. На наглой морде как будто было написано: «Ну что, не нрааааавится? Так брось в меня кирпичооом!».

- Это Ваше животное? – еле сдерживаясь, спросила дона Жура у пьяненького любителя кошек, благодаря которому и был обнаружен кот в неположенном месте.- Ннееееттт, - только и смог ответить мужчина, упав лицом на столик и громко захрапев.- Это что ещё такое? – возмутилась подобному безобразию женщина. – Базилио, ну-ка, помоги мне! – приказала она, вытаскивая пьяницу из-за столика. Вместе с Базилио они выдворили на улицу нарушителя раз и навсегда заведенного доной Журой в её заведении порядка. Пьяниц она не выносила «на дух», выставляя мгновенно.- Чей кот? – вернувшись за стойку, грозным голосом вопрошала дона Жура, обводя посетителей бара не обещающим ничего хорошего взглядом.Но никто не знал, кто хозяин кота. Не добившись ответа, дона Жура взяла себя в руки и произнесла свой вердикт:- Базилио! Это ты виноват, что пропустил момент, когда кот сумел пробраться в помещение! Если бы ты не смотрел по сторонам, а больше внимания обращал на то, что происходит на рабочем месте, то такого безобразия не случилось бы. а, раз так, то тебе и отвечать! Во-первых, выгони кота.

- Дона Жура, при чем здесь я? И как его выгонишь? Телевизор может упасть!-Как хочешь, Базилио, но чтобы его здесь не было! И, во-вторых: найди мне его хозяина – где угодно! Он должен возместить мне убытки. Иначе ТЫ оплатишь разбитые бутылки с кашасой - я вычту из твоей зарплаты!Базилио понял, что дона Жура вовсе не шутила. Кота он сможет поймать, но где искать его хозяина? Как он сможет проследить за животным, чтобы узнать, где оно проживает, а вернее – его хозяин?!!Из-за этих событий Базилио и не заметил, как к дому Мухамеда Рашида подъехали две дорогих машины, как из них выбрались несколько закутанных в платки женщин с детьми, а Мухамед обнимал своего братаСаида Рашида прямо на улице возле машин.…***Когда гости и хозяева поздоровались, поприветствовав друг друга по всем правилам, женщины и мужчины расположилисьв доме за столом. Ужин прошел за разговорами о поездке Мухамеда в Марокко, воспоминаниях о прошедшей свадьбе Амина и Халисы, расспросах молодоженов об их пребывании в Сан-Паулу.

Мухамед и Саид с удовольствием ели таджин и кус-кус.

Рания присматривалась к каждой мелочи, а, пробуя блюда, подаваемые за столом, старалась найти и отметить про себя малейшие недочеты: где-то не хватало специи, которую она, Рания, непременно бы добавила в таджин, маловато мяса в кюфте, а баранину -мешуия и вовсе надо было готовить не так…

Она всё больше убеждалась, что ОНА готовит марокканские блюда намного лучше Латифы и её невестки, вместе взятых. Но мужчины ничего не замечали. Им всё казалось вкусным. Они ели, картинно закатывая от наслаждения глаза и нахваливая хозяек, приготовивших эту божественную еду!Рания только теперь смогла рассмотреть невестку Латифы. На свадьбе было не до того, и, кроме прочего, невеста на свадьбе выглядит всегда несколько иначе, чем в реальной жизни. Тогда, в Фесе, невеста Амина показалась ей толстушкой, но ведь на свадьбе неудачный кафтан или ткшейта может испортить любую фигуру, а вот теперь Халиса дома, такая, какая она настоящая.Она окинула новую родственницу оценивающим взглядом. Молодая женщина была хороша собой. Не смотря на полноту, выглядела весьма привлекательной. Живые карие глаза, какая-то внутренняя сдержанность, как это говорится? … внутреннее благородство, интеллигентность -кажется, так говорила о таких вещах её сестра Амина…Россыпь веснушек на маленьком носике и круглых щеках. Каштановые волосы были собраны в замысловатую прическу, свернуты на затылке в тяжелый узел, готовый рассыпаться, как казалось, в любую минуту. Прическа «аля-Жади»-с неприязнью отметила Рания. Вобщем, жена Амина производила приятное впечатление. И не только сама по себе, но и одеждой.Какое на Халисе платье! Хм, неплохо… но вот золото… «Золото явно куплено на рынках Феса!» - со злорадным удовлетворением отметила про себя Рания. А Халиса, заметив сидящего с пустой тарелкоймужа, улыбнулась ему и встала из-за стола, спросив, не нужен ли кому чай. Амин отказался, но… Действительно, пришло время сладостей и чая.

Все встали из-за стола… Теперь мужчины будут пить чай и курить кальян внизу, сидя на диванах. А женщины поднимутся наверх, в комнаты, где и смогут продолжить свои женские разговоры. А кто-то отправится на кухню, чтобы приготовить свежий мятный чай и подать гостям…И вот тут Рания как раз и задала вопрос,который вызвал последующее развитие событий.

Сказала умышленно, желая задеть невестку, не замечавшую, с каким счастливым видом она наблюдает за каждым движением Амина, внимавшую каждому его слову, даже при том,что она старалась делать вид, что Амин ей безразличен, стараясь казаться сдержанной, но Ранию было трудно провести!И отчего-то Рании стало обидно, что кто-то так счастлив рядом, а вот у неё давно не было в душе такого чувства – ощущения полного безграничного счастья, которое написано было против воли на лице Халисы, что бы там между нею и мужем ни было.А когда Рания была по-настоящему счастлива? Может быть, в те месяцы, когда получила Саида, став единственной хозяйкой в доме, когда он выставил вон из дома Жади, отправив её в Марокко? Но и тогда всё портила Хадижа, отравляя ей жизнь рассказами о «снах»,в которых она будто бы видела будущегоребенка, которого ждала в то время Рания… Нет, полного счастья у Рании не было никогда! Это горькое открытие поразило первую жену Саида настолько, что ей захотелось немедленно излить на кого-нибудь свою досаду и горечь.И Латифа нечаянно ей помогла. На похвалу мужчинами кулинарных талантов невестки она ответила:-Да, теперь в нашей семье есть Халиса - чудесный цветок, который украсит наш дом, как украсила сегодня стол многими из приготовленных блюд на этом столе.Рания не смогла сдержаться и спросила:-А почему твой муж, Халиса, не подарит тебе украшение здесь, в Бразилии? Разве такая хорошая жена не заслуживает дорогого подарка?- после её слов вдруг установилась странная тишина, а Мухамед переглянулся с Латифой и Амином, Латифа посмотрела на Халису, которая мгновенно изменилась в лице. Рания не ожидала такой реакции и не могла найти объяснения поведению семьи Мухамеда. В чем дело?

Это вскоре прояснилось. Мухамед рассказал присутствующим, как его сын и невестка были ограблены, попав в руки бандита прямо у ступеней дорогого Торгового Центра.-Мухамед, почему ты не позвонил мне сразу же? – спросил возмущенный Саид.— Ты и в полицию, как я понял, тоже не стал обращаться?-А чем может помочь полиция в такой ситуации?Вам мы не стали звонить потому, что решили не расстраивать вас. Мы ведь ждали вас в гости!-Даже представить страшно, что вам пришлось испытать!- сочувственно сказала Зулейка, укачивая на руках засыпавшую дочку.-Вам повезло, что преступник оказался не отморозком, ведь он не стал вас убивать, а только ограбил. Очень часто грабители сначала режут жертву, потом грабят! – вставила Фатима жуткий комментарий.-Аллах велик, он не позволилпреступнику убить нашего сына с невесткой! Он защитил Амина и Халису! Алхамдуллилах! – взволнованно сказала Латифа.

-И каким было кольцо, которое Амин подарил тебе, Халиса? – бестактно спросила Рания, не обращая внимание на то, что у жены Амина после этого вопроса навернулись слёзы на глазах.-Рания! Прекрати! Ты совсем бесчувственная? – рассердился Саид.Но Хадижа вдруг вскрикнула, тут же зажав рот рукой. Но из глаз её брызнули слёзы и ручьем покатились по лицу.

-Что случилось, дорогая? – обняла племянницу Латифа. Но Хадижа уже рыдала, не имея возможности произнести ни слова.-В чем дело? – тут же подхватил Мухамед. – Кто тебя обидел, Хадижа?Саид, кажется, понял всё. Но он молчал, не зная, как рассказать при Латифео своих догадках.

-Мою маму и Самиру … тоже ограбили! На них… наверняка .. напали бандиты!...-захлебываясь рыданьями, через силу пояснила Хадижа. – Мы ..видели их… когда к вам ехали… тоже.. недалеко… от Торгового Центра!.. Тетя Латифа… они были… в таком виде!.... На них точно напали!-Что ты такое говоришь, Хадижа?!! – испугалась теперь и Латифа, понимая, что Хадижа не просто так говорит такие вещи.- - Успокойся, Хадижа! Мы ничего такого не можем утверждать, - проговорила Фатима.- Мы действительно увидели мать Хадижи и Самиру, -Фатима свободно произнесла эти два запретных в семье Мухамеда имени, не замечая, как тут же замкнулось лицо брата Саида. – Мы ехали к вам, а они шли по улице в сторону Торгового Центра в Тижуке. Вот только вид у них был .. как бы это сказать?...-Ккккакой вид? – запнувшись, переспросила Латифа.-Судя по всему, они промокли под дождем, -вмешался Саид.— Мы не остановились, чтобы узнать, в чем дело, потому что, наверняка, муж Жади уже ехал за ними, чтобы забрать их у магазина и отвезти домой. Почему вы решили, что их кто-то ограбил?

-Действительно, -процедила Рания сквозь поджатые губы. – У них был такой вид, что ни один грабитель не подумал бы подойти к ним. Скорее – люди их испугались бы, приняв за бродяжек в такой оборванной одежде!-Рания! – предостерегающе произнес Саид. Но было поздно: Латифа отчетливо поняла, что от неё что-то пытаются утаить, и это что-то касается её сестры и дочери. И скрывают потому, что эти двое попали в беду. Её Самира! Что с её дочерью?

Латифа схватилась за сердце, которое вдруг бешено застучало…Амин взволнованно сказал:-Почему это у них нечего грабить? Мы с Халисой встретили Самиру с тетей Жадикак раз в том самом ТорговомЦентре, где купили кольцо. Если я правильно понял, тетя Жади купила Самире фотоаппарат, так как именно его Самира рассматривала, держа в руках, поэтому они и не сразу нас заметили! Они вполне тоже могли стать жертвами ограбления! – сделал вывод Амин.

Хадижа сидела молча, прижав ко рту сжатые кулаки. А Латифе вдруг стало трудно дышать… и она медленно завалилась на Зулейку, потеряв сознание, ткнувшись в её плечо головой.

-Амин, нельзя же так! Вот и матери плохо стало от твоих необдуманных слов! – тут же сделал замечание Мухамед-Халиса, принеси аптечку, там должно быть средство от обморока.Когда невестка послушно поднялась и быстро отправилась на поиски лекарств, Мухамед с Саидом переглянулись, обменявшисьтяжелыми понимающими взглядами.-Это ни о чем не говорит. Вас с Халисой ограбили, да. Но почему должны были ограбить твою сестру и тетку, даже если они купили новый фотоаппарат? Жади свободно передвигается по городу и прекрасно осведомлена о возможных опасностях. Вряд ли они выставляли покупку напоказ. Купивфотоаппарат, они отправились бродить по городу, чтобы его опробовать, сделать фотографии,и попали под дождь, промокли, где-то переждали грозу. Думаю, могло быть именно так, и никакого криминала!— спокойнопредположил Саид.-Нет, отец! – вдруг вмешалась Хадижа. – Я знаю, куда мама с Самирой сегодня должны были поехать, если только на них не напали и не ограбили так же, как моего брата с женой!Хадижа горячо произнесла эти слова, но потом переключилась на помощь Латифе, которую всё это время пыталась привести в чувство не растерявшаяся Фатима. Она хлопала Латифу по щекам, махала перед лицом газетой, которую Мунир достал по её просьбе с нижней полочки столика возле дивана… А когда Халиса принесла, наконец, коробку с лекарствами, она, открутив крышечку на флаконе с жидкостью, известным средством для приведения в чувство при обмороках, смочила ватку и поднесла осторожно к носу Латифы… Сделав вдох, Латифа открыла глаза. Амин, переживавший за мать, с облегчением вздохнул.- Я хочу знать, что случилось с моей Самирой, - не глядя на Мухамеда, настойчиво произнесла она.

-Я тоже хотел бы знать, что случилось с моей сестрой! –вторил матери Амин с вызывающим видом.-Давайте не будем предполагать самое плохое! -постарался успокоить Саид Латифу и свою дочь.-Я хочу позвонить маме и узнать, где она сейчас, чтос ними произошло? Они не просто промокли под дождем, отец! Я прекрасно видела, что у мамы на руке весь локоть ободран до крови, а одежда испачкана, как будто она где-то упала. И Самира хромала, да-да, я заметила!

-И ноги у неё были содраны до крови. Что-то случилось, это точно. Доболтались по городу, свободные бразильские женщины, - стараясь не выдавать злорадства, проговорила смиренно Рания.

Латифе снова едва не стало плохо, но она вдруг заплакала.ТогдаХадижа начала действовать решительно.

-Отец, позвони маме и узнай у неё, что случилось!-Саид – не муж твоей матери! Пусть Лукас о ней заботится! – зло бросила Рания дочери Жади.-Дай мне свой сотовый, отец, я сама позвоню! – снова начиная задыхаться в рыданиях, попросила Хадижа. Латифа же больше не сдерживала глухих рыданий. Ноэмия, молчавшая до сих пор, до этого момента не вмешиваясь ни во что, уселась рядом и обняла подругу Латифу, сказав:- Не волнуйся, я сама сейчас позвоню и всё узнаю!

Как ни удивительно, но дона Ноэмия быстро разобралась в ситуации, возникшей в этой семье. Вместо того, чтобы тут же позвонить и узнать, не случилось ли что-нибудь с их родственницами, они все сидят в полной нерешительности, не предпринимая никаких действий. А как же!Синьор Саид не может узнавать о бывшей жене, потому что ему придется общаться с Лукасом, её новым мужем… Мухамед отказался от упрямой дочери, и пока она не смирится, тоже не может сделать ни шагу на встречу, что бы там с ней ни случилось … Да и Жади – запретная тема в его семье. Амин – не может идти против отца, как бы он ни желал узнать о судьбе сестры и тетки… То же самое касается жен Саида, невестки Латифы … Только для Хадижи, кажется, не существует никаких запретов.Ну что же. Она, Ноэмия, не собирается мириться с таким положением вещей!-Хадижа, я сейчас позвоню твоей маме и расспрошу её обо всем!

-Ноэмия! – грозно сдвинув брови, прорычал Мустафа, боясь, что женушка сейчас наломает таких дров!Но жена и не собиралась его бояться. Прорычав в ответ так же грозно, новыразительно, с намеком: «Мустафаааааа!», она тут же достала телефон и набрала номер Жади на сотовом, совершенно не обращая больше ни малейшего внимания на осатаневшего мужа, сжимавшего кулаки и бормочущего проклятия.-Мы же деловые партнеры с доной Жади, -почти кокетливо пояснила Ноэмия присутствующим, пока дожидалась ответа. – Жади! Наконец-то! Дело вот в чем… я сейчас в гостях у Мухамеда и Латифы… и с тобой очень хочет поговорить твоя дочь.. Ты даже не представляешь себе, как все обеспокоены тем, где вы сейчас?... Где Самира? – спросила она, увидев полный мольбы взгляд Латифы. – Самира дома у вас с Лукасом.. она простыла под дождем? .. ты её лечишь?.. а вас не ограбили? Нет?... а что произошло? …говорят, у вас был такой вид, как будто на вас напали… Ах, не напали, а это вы сами упали? Как?!!! Где?!! Что?!! … откуда-то с горы…, -продолжала расспрашиватьдона Ноэмия, но, увидев, как округлились глаза у Саида и Хадижи, услышав, как всхлипнула Латифа, и дернулся Амин, она быстро сказала в трубку:-Жади, поговори с Хадижей, расскажи ей обо всём, хорошо? – и она протянула телефон Хадиже.- Не плачь, Латифа. С твоей дочерью всё в порядке. С ними ничего не случилось, ничего плохого! Как я поняла, Жади с Самирой поехали на экскурсию по городу, решили сфотографировать Корковадо и еще что-то, оказались во время грозы в Ботаническом саду и там насквозь промокли и поранились, не сильно, только ободрав руки-ноги при падении с какой-то толи горы, толи обрыва, я не совсем поняла. Но всё обошлось, они выбрались из парка и сразу же позвонили Лукасу, а он их нашел и отвез домой, подъехав почти сразу же, как только Саид с семьей проехал мимо.

-Что с Самирой? Она заболела? – еле слышно спросила Латифа.

-Она простудилась под дождем, как сказала Жади. Не сильно: Самира стала чихать, и Жади отвезла её к себе, чтобы не дать ей разболеться. Сейчас Самира спит, а Жади смотрит какой-то фильм по телевизору. Не волнуйся, всё в порядке, Латифа. Завтра я опять позвоню Жади, -при этих словах Ноэмия послала выразительный предупреждающий взгляд мужу, не давая ему возможности даже попытаться что-либо возразить, -а потом я навещу тебя и всё тебе расскажу. Или перезвоню тебе из своего кафе и перескажу тебе весь разговор с Жади.Она успокаивающе погладила приятельницу по руке.Мустафа просто онемел от такой вызывающей наглости.- Был бы сейчас здесь дядя Абдул, его бы хватил удар, - простонал Мухамед, видя, как неловко чувствует себя родственник из-за поведения жены-бразильянки. А ведь Мустафа знал, что его ждет в таком браке! И его предупреждали: и он , и дядя Абдул!Саид же, напротив, был рад такому повороту событий. Он хотел, а главное -ДОЛЖЕН был знать, что произошло с матерью Хадижи. Но гордость и самолюбие не позволили ему ни остановиться тогда на дороге, ни звонить и узнавать у Жади, а, скорее всего – у Лукаса, с которым ему пришлось бы разговаривать по телефону о том, что случилось. Или ему ещё и оправдываться пришлось бы, объясняя Лукасу, что звонит из-за Хадижи… А то, что он не остановился на трассе -как оказалось, правильно, что не остановился! Было бы унизительно, если бы через минуту к ним подкатил на машине Лукас!

Эта женщина сделала то, что не мог себе позволить никто из них. Хадижа могла бы позвонить матери и узнать, как у неё дела, но Саид не хотел публичности. И пока он и раздумывал, Амин влез со своим рассказом. И Латифе стало плохо…Получалось бы так, что , позволив дочери узнать о Жади, он в то же время, пошел бы против Мухамеда, который запретил общаться с Самирой и что-либо о ней узнавать. Но.. в семье Мухамеда, кажется, созрел бунт! — дошло вдруг до сознания Саида. И Латифа забыла о запрете, как только услышала, что с Самирой что-то случилось. И Амин продемонстрировал, что Самира ему не безразлична. Саид понял, что его брат унижен.А что же будет, когда Латифе станет известно о втором браке Мухамеда? Саиду стало дурно от одной мысли о том, каким скандалом может обернуться история с женитьбой брата на молодой жене в Фесе. Этого нельзя допускать, а тем более—до свадьбы. А еслии Латифауйдет из дома, к Самире, например? Да, что там сказала жена Мустафы? Откуда упала Жади? С какой горы?Как будто прочитав его мысли, Рания задавала доне Ноэмии тот же вопрос. Но, судя по выражению лица бразильянки, Ранию она недолюбливала, поэтому отвечать не захотела, ограничившись вежливой отговоркой о том, что ничего не поняла. И Рания затаила на женщину обиду, как понял Саид. Он хорошо знал жену.Хадижа отдала телефон доне Ноэмии.- Рассказывай, Хадижа, что там приключилась с Жади, -презрительно-снисходительным тоном предложила Рания и расположилась поудобнее, как бы приготовившись слушать об эпопее некогда побежденной соперницы.

-Не думаю, Рания, что тебя это касается!

- Вот как? Это касается нас всех! А, прежде всего – тебя, Хадижа. Если до Марокко докатятся сплетни о том, что с твоей матерью и сестрой случилась непонятная история… И, ещё не известно, в какую переделку попали твоя и мать и двоюродная сестра…, то, кто знает, что на медине Феса станут болтать люди, а потом и семья твоего жениха может своеобразно отреагировать на эти разговоры. А тебе надо выйти замуж!- Рания! – в который раз за вечер, строго произнес Саид, заставляя замолчать несносную языкастую жену. Рания умолкла. Конечно, Саиду и самому хотелось бы узнать подробности случившегося, например, «падения с горы», но он решил, что Хадижа, вернувшись домой, сама расскажет ему все новости.Не обращая внимания на жену отца, Хадижа обращаясь к матери Самиры, рассказала:-Моя мама с Самирой ездили сегодня на экскурсию по Рио-де-Жанейро, потому что Самире для зачета в университете нужно было написать статью для молодежного журнала.Она не заметила, как вздрогнул прислове «статья» отец, как «перекосилось» лицо Мухамеда. Она продолжала рассказывать:-Мама купила Самире фотоаппарат специально для того, чтобы Самире не приходилось больше одалживать «мыльницы» у друзей. Она же будущая журналистка! Ей был очень нужен фотоаппарат.Из магазина они поехали на пляж и попали на самый верх Сахарной Головы. Помните такую гору у самого океана? Торчит у самой воды как палец шайтана!.. Потом они доехали до Корковадо – горы, на вершине которой стоит памятник Христу, Богу. Там Самира тоже фотографировала. А потом они спустились и стали бродить по Ботаническому саду, потому что Самире нужно было срочно и обязательно сфотографировать какой-то редкий цветок…

-Так откуда же упали твоя мать и моя сестра? – не выдержал Амин. – Не с Корковадо же, в самом деле!-Нет, конечно, они под дождем решили спуститься к какому-то кафе, а для этого нужно было срезать расстояние… вот они и упали с довольно крутого холма.. .случайно. Но удачно приземлились.«Как жаль, что Жади не сломала себе шею!»-с досадой подумала Рания.7 Глава

В гостях у Мухамеда и Латифы. (Продолжение) Просмотр фотоальбомов и ссора.

Латифа, кажется, успокоилась после звонка доны Ноэмии и слов Хадижи. Халиса же была поражена родственниками Амина из семьи его дяди.«Эта Рания — просто чудовище какое-то! Аллах! Как она, должно быть, обижает других жен, у которых статус ниже! Нет, я не хочу, чтобы у нас с Амином в семье появилась вторая жена! Никакого многоженства!»Кажется, все успокоились, всё разъяснилось. ИЛатифа предложила попробовать выпечку Халисы с чаем. Они с невесткой встали и отправились на кухню. Мужчины остались на диванах покурить кальян и обсудить разные вопросы в ожидании свежего мятного чая. А жены Саида и Хадижа с детьми поднялись в комнаты на втором этаже.

Видя, что Халиса вполне справляется и без неё, Латифа тоже отправилась наверх к родственницам. Она принесла им чай, а блюдо с печеньем ещё раньше захватилис собой Хадижа и Фатима. Отведав сладкого, Мунир и Амир захотели спуститься к отцу, и Латифа отправила их к мужчинам. А потом они с Халисой принесли ещё подносы с чайниками с заваренным мятным чаем. Женщины расположились на пуфиках, в креслах, на стульях и постели в комнате Латифы.

По телевизору шёл очередной сериал, женщины перебрасывались замечаниями об увиденном на экране, споря, бывают ли в реальной жизни розы такого необычного сиреневого цвета, какие вырастил для Серены главный герой сериала «Голос сердца».Пили чай с миндальным печеньем. Потом Хадижа вспомнила:-Тётя Латифа, в ФесеЗорайдапоказала мне, как готовить печенье с ореховой начинкой, и, дав рецепт, сказала, что это она научила вас с мамой его печь.

-Да, в нашей семье это любимое печенье, - широко улыбаясь, ответила Латифа.-И что особенного в умении его печь? У меня оно тоже хорошо получается, - откусывая кусочек печенья, сказала Рания, по вкусу выпечки понимая, что печенье Халисы действительно замечательное. Но хвалить она не стала – ещё чего!Хадижа вдруг хитро усмехнулась и напомнила:-Ты помнишь, Рания, очень давно, когда ты только появилась в доме моего отца, ты испекла печенье, стала его хвалить, хвастаясь своими талантами перед моим отцом? А отец не смог даже ни одной печенинки съесть. Только откусилмаааааленький кусочек, и тут же его выплюнул!Помнишь?Ранияпомнила тот случай очень хорошо! Ещё бы! Как она могла НА СТОЛЬКО пересолить печенье?

- Ну и что? Это печенье у меня всегда получалось лучше всего. А тогда… это единственный раз таквышло!Хадижа лукаво улыбнулась и сказала:- А ты знаешь, я открою тебе один секрет: это я тогда посыпала солью твоё печенье, чтобы ты не воображала о себе.

- Что?!!! – возмутилась Рания так, как будто это случилось сегодня, а не 7 лет назад.Зулейка поинтересовалась:-Хадижа, а почему ты так поступила?-Рания обижала мою маму!— ответила девушка и повернулась к разлучнице матери:- Ты разрушила нашу семью! Мои родители поженились, наверно, ещё до твоего рождения! Ты знаешь, какой красивой парой они были? Видела фотографии свадьбы отца и моей мамы? Отец женился на тебе назло маме! А ты и обрадовалась!Но Латифе не понравился этот разговор, обещавший вылиться в очередную ссору, и она примирительно сказала:

-А давайте посмотрим альбомы с фотографиями!

Хадижа оживилась:-Отлично! Зулейка, Фатима и Халиса не видели свадебного альбома, где вы с дядей Мухамедом женитесь! Я часто рассматриваю мамин свадебный альбом, мама такая молодая и красивая! Ещё красивей, чем сейчас. А папа… он тоже такой…Латифа улыбнулась и принеслатолстый альбом, старый, с фотографиямидвадцатипятилетнейдавности… Интерес вызвало всё: платье Латифы, украшения, старинные троны, на которых сидели жених и невеста. Мухамед … такой молодой и совсем не толстый, не то, что сейчас…Латифа… красавица. А вот и Жади! «Да… Теперь понятно, чем так пленён был Саид!» -рассматривая фотографию бывшей жены мужа, думала Фатима, заметив некий огонёк в глазахтогда ещё совсем юной женщины.-Латифа, сколько вам с Жади было лет, когда вас выдали замуж? – спросила Зулейка, про себя решив, что Мухамед, который когда-то едва не стал её мужем, и в молодости был малопривлекателен.-Дядя Али рано выдал нас замуж.. Когда дядя Абдул сосватал насс Жади Саиду и Мухамеду, яещё училась в школе в выпускном классе, а у Жади умерла мать в Бразилии, она тогдатоже ещё училась в школе, но дядя Али решил забрать её в Марокко. И сразу же выдать замуж.-О, это кто? – показывая пальцем на фотографию женщины рядом с Сидом Абдулом, опять полюбопытствовала Фатима.Латифа на мгновение замялась, и Фатима поняла, что затронула какую-то запретную тему. Хадижа наклонилась и взглянула на снимок.-Ты имеешь в виду тётю Назиру? …Мммм, это родная сестра моего отца и дяди Мухамеда. Она вышла замуж за бразильца против воли нашей семьи.. Вобщем, дядя Абдул запретил упоминать имя тети Назиры, говорить о ней, как и о Самире.

Фатимаудивленно качнула головой. Потомпролистнула ещё несколько страниц в альбоме и просмотрела вложенные отдельно фотографии, как будто она что-то искала, но не могла найти.-А где Саид? Его нет ни на одной фотографии с вашей свадьбы.Он не пришел на праздник? – спросила Фатима.-Да, Саид как раз в это время уезжал получать наследство. Умер его дядя, который оставил ему ковровую фабрику и гарем из 15 жен. Или их меньше было?

-Гарем? – поразилась Фатима.-Как? Какой ещё гарем?- тоже удивилась Зулейка, впервые узнав о таком факте из биографии мужа.- Он никогда об этом не рассказывал!-А я знала! – самодовольно произнесла Рания. – Саид мне всё рассказал, когда мы с ним только поженились.-И где теперь его 15 жен? – осторожно спросила Фатима, и тот же вопрос сбыл в глазах пораженной Зулейки. Стоявшая поодаль Халиса встрепенулась. Ничего себе! В семье Амина иметь четырех жен вовсе не предел, оказывается! В истории этой семьи были примеры и покруче!- Он всех продал на рынке верблюдов бедуинам! – насмешливо посмотрев на жен-соперниц, ответила Рания, впиваясь острыми зубами в сочный персик-Это как? Они ведь женщины, а не верблюды! – спросила неприятно пораженная Фатима.- Ну и что? Это же было четверть века назад. Тогда такое было в порядке вещей! – хмыкнула первая жена.-Это не правда, Рания, - с упреком сказала Латифа. – Дядя Али помог Саиду не продать, а устроить судьбу этих женщин. Они многим из них нашли мужей! А остальным дали работу и крышу над головой, пристроив их в дома наших родственников.Фатима, постучав пальчиком по губам, спросила как бы с задумчивым видом:-А почему Саид не оставилсебе в жены хотя бы одну женщину из гарема? Если онсторонник многоженства? Или он не всегда был таким?-Саидвлюбился в Жади с первого взгляда! – ответила Латифа, с мечтательным видом прикрыв глаза..Рания зло заметила:

-Саид говорил мне, что он должен был жениться не на Жади,а на тебе, Латифа! Но из-за Назиры .. я не помню, как именно ей это удалось, всё сделать иначе, тебя выдали замуж за Мухамеда.

-Да, так и было! Мактуб, от Судьбы не уйдешь. Значит, так Аллаху было угодно – чтобы женой Саида стала Жади, а я – женой Мухамеда.

- Латифа, я так хочу увидеть фотографию Саида в молодости! Каким он был в тот год, когда женился на Жади? У вас есть в альбомах его фотографии? Сколько лет было твоему отцу, Хадижа, когда он женился на твоей маме?-Конечно, есть, вот смотри: это снимки со свадьбы Саида и Жади. А вот эти фотографии Жади прислала из Туниса, куда Саид ездил по делам и брал её с собой, -Латифа протянула Фатиме фотографии.-Какой красивый! Если сейчас, когда Саиду почти пятьдесят лет, он так нравится женщинам, то можно себе представить, как по нему сходили с ума тогда! — с искренним восхищением рассматривала молодого мужа Фатима. – Какие у него красивые глаза!

Фатима провела пальцами по лицу Саида на фотоснимке, при этом подумав: «Что нужно было матери Хадижи, имея рядом с собой такого красивого и богатого, влюбленного в неё, судя по всему, до безумия, мужа? Никогда не смогу понять Жади, сделавшую выбор между Саидом и Лукасом в пользу бразильца! Как Жади смогла не влюбиться в такого красавца, как Саид? Просто удивительно!»-Дай и мне посмотреть, Фатима, -попросила Зулейка.— Ведь я тоже вышла замуж за Саида, когда ему было около сорока лет. Интересно взглянуть…Ранию страшно злило, что Саид вызывает такой интерес у других жен. У неё было такое чувство, что её обокрали. Как будто заглянули в её прошлое и забрали что-то, принадлежавшее лично ей. Пока Зулейка с горящим в глазах интересом рассматривала вслед за Фатимой фотографию молодого Саида, Ранияне выдержала и, выхватив из рук Фатимы несколько не просмотренных ещё снимков, сказала:-Какое вам дело до того, каким был Саид в двадцать лет? После Жадия долгое время была его женой. И МНЕ принадлежит его молодость! Вы помните его таким, каким вы его увидели, когда стали его женами, а молодой Саид принадлежит мне!

-Рания, зачем ты так? – с упреком сказала Латифа, подав знак невестке, чтобы та принесла ещё чая и сладостей. Вместе с Халисойвышла и дона Ноэмия.

- Ты не права, Рания! Моя сестра прожила с Саидом до твоего появления в его жизни 17 лет! Ей и принадлежит его молодость! Вы будете стариться вместе с Саидом, но молодым его знала только мать Хадижи!-Да! Вот именно, -вставила Хадижа, страшно разозленная глупыми претензиями первой жены. – Моя мама, а не ты прожила с ним лучшие годы их жизни!-Твоя мать отравила ему всю жизнь! Она заставила Саида страдать!

-Не правда! Мой отец не хотел разводиться с мамой, он не давал ей развода, не смотря ни на что! Он и сейчас её любит, я уверена в этом! – Хадижа покраснела от негодования. – Змея! Да сократит Аллах твои дни!

- Кобра! Пусть Аллах разобьет твоё счастье на кусочки!- махнув на Хадижу платком, закричала Рания.

-Я всё помню: как ты выживала мою мать из семьи, настраивала отца против неё. Это ты заставила дядю Абдула собрать тогда семейный совет, чтобы решить, возьмет отец маму замуж снова второй женой или нет. Ты надеялась, что он не захочет сделать это, и тогда ей пришлось бы уйти из дома! Но моя мама так устала от тебя, твоих происков, что отказалась ещё раз становиться женой отца.-Она отказалась потому, что хотела уйти к своему любовнику – Лукасу! - - вне себя кричала Рания.

-Не правда! Она отказалась из-за тебя, потому что не захотела больше жить с тобой под одной крышей! Она ушла не к Лукасу, а куда глаза глядят – ночью, на темную улицу, без вещей!

-Твой отец выгнал её!-Не лги! Он предложил маме стать снова его женой, а ты сделала всё, чтобы довести маму, и она отказалась из-за тебя! Ты её довела! Я помню, как ты хотела присвоить мамины вещи— её красивые платки, её одежду,её золото, которое она вернула отцу под твои насмешки!-Не было этого!— громко возмущалась Рания. – Ты клевещешь на меня!-Это правда! И Зорайда, и тетя Латифа, и Самира, и тетя Назира могли бы это подтвердить!

- Прекратите! Перестаньте ссориться, Рания, Хадижа! – обхватив голову руками, с ужасом взмолилась Латифа. – Сейчас сюда прибегут мужчины. Как вам не стыдно!-Я ненавижу тебя, Рания!— швырнув в противницу маленькую подушечку, выкрикнула дочь Жади.-Я тебя – тоже, Хадижа! И всегда терпеть тебя не могла! – она вынуждена была увернуться от брошенной Хадижей вещи.

-Пусть отец накажет тебя и разведется, наконец! Дочь шайтана! Пусть джины унесут тебя в пески Сахары!-Дрянь, ты оскорбляешь моего отца, называя его шайтаном? Пусть Фарид откажется от тебя! Пусть тебя в жены возьмет кривоногий толстый карлик!-Это у тебя будет таким второй муж…Джин, обитающий в канализации под Фесом!Ссора была в самом разгаре.

Мужчины сидели внизу, пили чай и вели интересную для каждого из них беседу. Шло живое обсуждение состоянияэкономики Бразилии из-за финансового кризиса в мире, перспектив их собственной торговли и проблем бизнеса. И они даже не сразу заметили, что сверху всё громче слышатся голоса.

Наконец, из кухни показались дона Ноэмия и Халиса, заваривавшие там очередную порцию чая. С недоумением переглядываясь, они посмотрели на как ни в чем не бывало разговаривавших мужчин.

- Похоже, наши мужья так увлечены беседой, что просто ничего не слышат, - приподняв удивленно брови, сделала вывод дона Ноэмия. Она подошла к Мустафе и спросила у мужа:-Мустафа, что там происходит? Тебе не кажется, что на втором этаже что-то случилось?

-Так сходи и узнай, в чем дело! – ответил затаивший обиду на жену, рассерженный Мустафа.

Но вскоре снова послышались громкие крики. Тогда и сидевшие на диванах мужчины замолчали и прислушались. Да, несомненно, кто-то с кем-то ссорился. Судя по голосам— Рания и Хадижа, хотя теперь уже были слышны возмущенные голоса и других женщин.-Что там такое? – вскочил с дивана Саид. – Опять Рания! Каждый раз Рания! Я разведусь с ней сразу же послесвадьбы Хадижи!Саид, Амин и Мухамед поспешили вверх по лестнице. Уже подбегая ккомнате, где разгорелась ссора, они услышали:-…пусть Аллах прольет на тебя море слез!-Да прекратите же вы!

-Хадижа, будь умнее!-Мерзавка!

-Я ещё станцую на твоей могиле!-Замолчите обе!-Пусть тебя украдут в Марокко бедуины и отвезут в мешке на верблюде в пустыню, где закопают по самые уши!-Рания, отпусти Хадижу, ты ей лицо перед свадьбой испортишь!-Ты с ума сошла, Рания?- Хадижа, перестань, отпусти её волосы!

Ворвавшись в комнату, мужчины застали на постели клубок из дерущихся тел, в котором мелькали руки, ноги, растрепанные волосы.

Фатима тянула Хадижу к себе, стараясь закрыть её от разъяренной Рании, пытавшейся острыми ногтями расцарапать обидчице лицо.Латифас Зулейкой оттаскивали Ранию с двух сторон от Хадижи.

А в кресле у окна плакала проснувшаяся от криков месячная Бадра, охраняемая Муниром и Амиром, жавшимися у кресла, наблюдавшими полными ужаса глазами за матерями, участвующими в драке.-Прекратите! Немедленно прекратите! – прогремел голос Саида.

Это сразу же привело в чувства дерущихся. У Рании был разбит нос, из которого текла струйка крови . Она вытерла кровь,проведя ладоньюнад губами. У Хадижи от левого глазак уху тянулась кровавая царапина. Царапины от ногтей были и у Фатимы на тыльной стороне ладони, а у Зулейки порвалось золотое ожерелье, которое она теперь вытаскивала из-под распавшихся волос, тяжело дыша. Возле кровати на ковре блестело украшение, упавшее с головы Хадижи во время потасовки.Мухамед при виде этой картины закрыл ладонями лицо. А Саид, осматривая поле битвы и её последствия на лицах, руках и одежде родственниц, не находил слов для того, чтобы прокомментировать увиденное.Наконец, он решил пристыдить женщин:-Как вам не стыдно? Как вы посмели устроить драку в доме моего брата?-Это Хадижа начала, она стала оскорблять моего отца!!!- тут же стала оправдываться Рания.-Замолчи, Рания! Я не желаю слышать никаких объяснений и оправданий! Разберусь с вами потом, когда вернемся домой, и каждая из вас мне расскажет, что здесь произошло! Можете собираться, мы уезжаем домой!-Нет, Саид, нет! Пожалуйста, не уезжайте так быстро, - неожиданно обратилась к брату мужаЛатифа. -Поверь, это досадное недоразумение. Останьтесь, не уезжайте сейчас Пусть все успокоятся, спустимся на кухню и попробуем пироги, которые испекла к столу наша невестка. Ведь вы ещё не пробовали её бестеллу и пахлаву.

Латифе очень хотелось погасить конфликт:- Вы удивитесь, когда попробуете их, ведь у Халисы, оказывается, есть кулинарные секреты, и привычные пироги имеют в её выпечке оригинальный вкус. Пусть все помирятся между собой за столом, выпив нашего национального мятного чая! Мне плохо при мысли, что вы уедете из нашего дома, перессорившись!Саиду тоже не хотелось заниматься выяснениями отношений с женами и их ссорой. И так было всё понятно. И ко всему прочему, он устал. Ему хотелось поговорить с братом, с Мустафой, даже с Амином— о родственниках из Сан-Паулу, с которыми давно не виделся. И поэтому при словах Латифы его ярость мгновенно ушла, как вода сквозьсухой песок.Но, чтобы не уронить себя в глазах жен, Саид строго сказал:-Я разберусь в причинах инцидента, но только дома. Сейчас сделаем так, как предлагает Латифа: спускайтесь вниз, выпьем чаю с пирогами и после этого поедем домой.

Саид вышел из комнаты. Следом за ним развернулся к выходу Мухамед, благодарно посмотрев на Латифу. Потом вышел и Амин, проворчав:-Сегодня день какой-то невезучий. Столько плохого произошло!Фатима промокала чистой тканью царапину на лице Хадижи. Зулейка взяла на руки перепуганную Бадру, а её сын жался к её ногам. Мунир убежал за отцом, поняв, что матери не до него: Рания стояла, запрокинув голову к верху, чтобы кровь из носа не испортила её дорогое платье. Латифа, выглянув в коридор, позвала вполголоса Халису, которая в растерянности зашла в их с Амином комнату и теперь стояла там, не зная, куда ей идти и что делать.«Вот это семейство! Не дай Бог никомупопасть в эту семью четвертой женой! Как я могла завидовать женам Саида? Первая жена выживет любую! При том, что Саид защищает от неё других жен.».Из-за чего произошла ссора между Ранией и дочерью Саида, Халиса не поняла. Ведь она тоже вместе со всеми рассматривала фотографию молодого Саида, отметив, что в молодости Саид был очень похож на Амина сегодня. «Это значит, благодаря их сходству, можно предположить, что Амин в старости будет выглядеть, как Саид сейчас», - пришла она к выводу. Она представила себе высокого стройного мужчину с каштановыми волосами с проседью и золотым кольцом на пальце.. «Амин будет так же красив и привлекателен».

Потом, вспоминала Халиса,они с Ларой Ноэмией отправились за чаем на кухню. И оставшиеся в комнате женщины тогда были спокойны. Что произошло в её отсутствие? Как поняла Халиса, ссора разгорелась между первой женой и дочерью Саида. «Наверно, обе хороши», - решила Халиса. Рания, конечно, та ещё змея, но и Хадижа не должна так разговаривать с женой отца, даже будь они ровесницами. А Саид, вероятно, позволяет дочери вести себя как той вздумается.»Услышав голос матери Амина, молодая женщина поспешила к ней и вместе со всеми спустилась вниз. Хадижа и Рания сели подальше друг от друга и больше не ругались. Остальные сделали вид, что ничего не было.Разложив кусочки бестеллы по тарелкам, Халиса только теперь смогла присесть на пуфик, выслушивая похвалы, которые неслись со всех сторон.-Мммм, как вкусно!-.. тает во рту..- … какую специю ты добавила – открой секрет…Жена Амина расцвела от удовольствия.

Казалось, все расслабились и забыли о недавно произошедшем скандале. Часть кухни просматривалась из зала через открытуюдверь, и Рания видела, как Саид, сидя с мужчинами на диване, откинувшись назад,бросал настороженные взгляды в сторонусобравшихся за столом на кухне женщин. Она знала, что дома её ждет серьезный разговор с мужем, а, возможно, он опять произнесет фразу о разводе, и тогда это будет уже тритий развод, окончательный.Но, хорошо зная мужа, Рания понимала, что до свадьбы ненавистной Хадижи Саид не станет разводиться, а потом она его задобрит и всё сгладит. Но какой дьявол тянул её за язык? Как Хадиже удалось спровоцировать её на ссору? И что теперь делать? Надо быть осторожнее!Рании не верилось, что Саид сможет с ней действительно развестись. С Жади, например, он много раз ссорился и мирился, разводился и снова возвращал назад. И не развелся бы, если бы, и правда, она, Рания, на семейном совете не поставила остро вопрос о статусе Жади в их доме, чувствуя, что Жади не выдержит и откажется возвращаться к Саиду.И как бы там не грозился Саид развестись и с ней, Рания верила, что это всего лишь угрозы!

Но она была расстроена. Настолько, что благоразумие покинуло её снова, потому что при виде сияющего от похвал лица молодой жены Амина Рании захотелось вдруг испортить ей настроение. Стереть улыбку с лица толстушки. И если ей, первой жене Саида, предстояло сегодня плакать в подушку всю ночь, то пусть с ней плачет и кто-то ещё! Она тут же поняла, как можно это сделать. И при этом подставить под удар Хадижу, принеся её в жертву, как барашка..Дождавшись, когда Халиса отнесет поднос с чаем и пахлавой мужчинам и вернется из зала, Рания, окидывая взглядом кухню, как бы невзначай спросила:-Латифа, как без помощи прислуги ты успеваешь приводить в порядок такой большой дом? Он, конечно, намного меньше нашего особняка, но всё-таки... У нас несколько слуг едва успевают сделать все домашние дела. А как ты справляешься с таким количеством работы?-Успеваю всё делать сама, не хочу ничего доверять посторонним людям. А теперь у нас в семье появилась ещё одна пара рук – у Амина есть жена, показавшая себя прекрасной хозяйкой.- Но тебе не хочется иметь свободное время? Посмотреть по телевизору сериал, отдохнуть. Ты когда-нибудь отдыхаешь?-Ах, Рания, -отмахнулась Латифа, – для меня главное—порядок в моем доме.

-Одна невестка у тебя есть, но ведь когда-то Амин собирался брать четырех жен! Если бы у тебя было четыре невестки, твоя жизнь стала бы намного легче, - продолжала вести к задуманной цели разговор коварная Рания, предпочитая не замечать вытянувшегося лица у Халисы.

Потом она всё же задала вопрос и девушке:-Халиса, в твоем брачном контракте ведь нет пункта о том, что Амин не имеет права взять вторую жену без твоего согласия? Я поняла так, что Амин не согласился с этим пунктом и не стал подписывать брачный договор? Вот видишь, Латифа! У тебя вполне могут появиться ещё три бесплатных пары рук. Чем брать в дом прислугу, которой нужно ещё и платить!О, Рания с удовольствие увидела, что её слова достигли цели —в глазах Халисы мелькнули злость и досада. Девчонка едва сдерживала себя, чтобы не ответить ей, ну-ну…И она с удовольствием съела кусочек печенья,которое так хвалили другие жены Саида.-Рания, давай поговорим о чем-нибудь другом, -предложила Зулейка. Фатима такжеподозрительно посмотрела на соперницу.

Латифа тоже заподозрила неладное и сухо сказала:-У Амина уже есть одна жена, он не думает жениться ещё на ком-то. Мой сын будет строить семью с Халисой.

Рания протянула руку к блюду с финиками, взяла несколько фруктов и заговорщицки произнесла:-А как же Эмми? Почему он не женился на ней? Пусть они и поссорились, но когда Амин вернулся после свадьбы в Бразилию, он мог бы успеть взять её и второй женой. Ведь у них была такая любовь! Амин сходил с ума по подруге детства Хадижи.

Зулейка ахнула. Хадижазакатила глаза,вообразив гнев отца. Латифа побелела, представив те проблемы, которые теперь начнутся в отношениях между сыном и невесткой. Она даже растерялась на мгновение, потому что не ожидала от Рании такого удара. Но потом ответила:

- Эмми вышла замуж, разве тебе об этом не известно? Она вместе с мужемна днях уезжает в Арабские Эмираты. Там живет семья её мужа.Фатима сузила глаза, моментально догадавшись о замысле интриганки. Ирешила погасить назревающий конфликт, попыталась увести разговор в другую сторону, чтобы сорвать планы соперницы. Очень не хотелось, чтобы Рании удалось выполнить задуманное.

-Хадижа, не могла бы ты попросить маму сделать для тебя несколько фотографий Рио-де-Жанейро с высоты Корковадо? Самира наверняка сфотографировала оттуда всё, что можно.Мне тоже хочется увидеть Копакабану с высоты птичьего полета!И вот ещё: почему бы нам не попросить твоего отца отпуститьнас на экскурсию? Я тоже хочу увидеть город с такой высоты, и в парке побродить, там красиво, я знаю.Но Рания не дала Хадиже возможности ответить, задав вопрос:-Хадижа,не знаешь, Жади купиласебе что-нибудь интересное из драгоценностей к твоей свадьбе? Или она придет на свадьбу своей дочери в одном из тех украшений, которые все видели ещё в Марокко, когда она была женой твоего отца? А может быть, она украсит свою шею одним из тех колье, которые подарила ей ты, а тебе – твой отец? Не стыдно ей будет?-Ты снова решила затеять скандал, Рания? – напрямик спросила её Фатима.-Может быть, отцу пожаловаться?- предложила Хадижа.-Давайте попробуем вот эти сладости! – поставила на стол ещё одно блюдо с печеньем Латифа. – И я предлагаю сварить всем кофе! С корицей и кардамоном, как в Марокко варит кофе Зорайда.Фатима и Зулейка сразу же согласились, Хадижа не сводила глаз с бледного сосредоточенного лица Халисы – понятно, о чем думает жена её брата: хочет знать, кто такая Эмми. Какая же змея, эта Рания! Аллах , не допусти, чтобы в семье Фарида оказалась такая же стерва среди женщин!А Рания, как ни в чем не бывало, продолжала:-Ты знаешь, Хадижа, в том Торговом Центре, где были сегодня Жади с Самирой, есть замечательный ювелирный магазинчик, на втором этаже, и там всегда найдутся очень дажеприличные украшения.

-Халиса, выс Амином в каком из ювелирных отделов купили кольцо? Не там, случайно?—обратилась она теперь к замершей девушке.-Да, кажется, там, -пересилив себя, вежливо ответила та.- Кстати! Я вспомнила: муж Эмми увозит её в Саудовскую Аравию, а не в ОАЭ, у него заключен выгодный контракт на работу в Джидде. Да, Хадижа? Ты рассказывала об этом, вернувшись со свадьбы Эмми!

Хадижа молчала. Она тоже поняла,что Рания подводит разговор к новой ссоре, при этом желая выставить Хадижу обманщицей, которая за спиной у Амина побывала на свадьбе подруги, но ничего ему не сказала. Что о ней подумает жена Амина? Как отнесется сам Амин, когда узнает, что его обманывали, скрывая, что была свадьба у его любимой девушки, в отношении которой он строил планы?… Нет, она обязательно расскажет отцу, как Рания нарушила его запрет на рассказ о свадьбе Эмми.-Что вы так смотрите на меня? Саид запретил говорить о свадьбе бывшей невесты Амина только до тех пор, пока она не пройдет. Это чтобы не волновать Амина, и чтобы он не начудил что-нибудь, чтобы сорвать свадьбу. … А свадьба позади, вы все это знаете. И сегодня муж Эмми должен был отвезти её в тот самый Торговый Центр, чтобы купить ей оговоренное по брачному контракту золото.

Другие жены Саида молчали, как и Хадижа, боясь сказать хоть слово, ведь Саид может очень разозлиться, если узнает, что заговорили на запретную тему. Но Рания и не думала останавливаться:- Халиса, вы с Амином не встретились там с Эмми и её мужем? Ты не видела там девушку- блондинку с волосами, как у Фатимы, только не крашеную, а натуральную блондинку? Конечно, если её муж не надел на неё паранджу. Он родом из очень религиозной семьи, как мне рассказывали по телефону родственники.Халиса немедленно вспомнила арабскую семью, дорогое ожерелье на шее светловолосой молодой женщины, сцену ревности, когда араб заставил жену накинуть на голову никаб… И только теперь до Халисы дошло: а к кому приревновал тот мужчина свою блондинку? Пока Халиса рассматривала украшения на витрине, Амин стоял за спинами арабов. Так это из-за Амина так разнервничался араб? Неужели все знают про отношения Амина с той арабкой? А её муж ни слова ни сказал Халисе, что встретил знакомую.

Халиса почувствовала, как начала кружиться голова. Нет-нет, она потом всё обдумает. Сейчас не стоит показывать свою растерянность перед зловредной женщиной.Как много всего она узнала сегодня за один вечер! Сколько сделано открытий! У Амина была невеста! Они поссорились, и он женился на ней, Халисе, а его бывшая невеста тоже вышла замуж. Вот то, что тяготило Амина и не давало ему принять жену! И хорошо, что муж этой самой Эмми увезет соперницу из Бразилии.

Эти мысли пронеслись в голове Халисы, не замечавшей, что Рания наблюдает за выражением её лица. «Всё! Дело сделано! Теперь Амина ждут долгие расспросы и выяснения отношений с женой, которой будет не до кулинарных изысков»,- усмехнулась Рания. Теперь она была довольна.О второй жене Мухамеда Рания всё же рассказывать не посмела. Латифа и так всё скоро узнает. К тому же Латифа никогда не ссорилась с ней и не причиняла обид, даже будучи в своё время на стороне Жади. Поэтому злоязыкая жена Саида решила не трогать её.Вскоре Саид собрался уезжать. Латифа уложила оставшееся печенье в пакеты, чтобы Хадижа забрала его с собой. Женщины накидывали на голову платки, пряча под ними украшения, чтобы не подвергать себя риску, проезжая по ночным улицам Рио.

Пока женщины собирались и прощались, Саид и Мухамед вышлииз дома и обнялись.

Улица ещё не была безлюдной. Окна бара доны Журы ярко светились.За столиками сидели припозднившиеся посетители. Не было видно ни Аниньи, ни хозяйки заведения, где подавали спиртное в опасной близости к дому Мухамеда, к великому его сожалению и досаде из-за подобного соседства.

Но парень из бара крутился возле столиков, держа тряпку в руке. Когда же работники этой женщины отдыхают?Мухамед заметил, что их появлениевызвало живой интерес у Базилио. «Вот несносный любопытный мальчишка!» Но вслух спросил у брата:-Саид! Как ты терпишь такие скандалы между женами? Как часто они дерутся? Аллах! Брат, это ужасно, если тебе приходится постоянно терпеть их ссоры и драки!—Мухамед вознес руки к небу, держа в одной руке четки и закатывая глаза.

Саид в ответ отрицательно покачал головой.-Нет, ты же знаешь, как я не люблю ссор в своем доме! Никогда не понимал дядю Али, который при всей мудрости не мог справиться с одной из своих жен – с Дунией. Мы живем тихо и мирно. Такое, как произошло сегодня, случается очень редко. Но в моей семье назрели перемены. Рания мутит воду, портит отношения в доме. Может быть, не возьми я ещё двух жен после развода с Жади, она так и оставалась бы хорошей женой. Но сейчас с ней что-то происходит, с каждым днём она становится несносней. Я собираюсь с ней разводиться. Устал от неё.

-Брат! Не могу себе представить, что тебе приходится выносить, живя с тремя женами. В моей семье никогда не было скандалов.Моя жизнь текла много лет спокойно и счастливо. Если бы ни Самира…-Мухамед, ты взял вторую жену, - - напомнил ему в полголоса Саид. – Приготовься к тому, что и тебя ждут неспокойные времена, когда Латифа узнает правду. А тем более – если ты решишь привезти вторую жену из Феса в Бразилию.-Не напоминай мне об этом! – поспешно отмахнулся Мухамед.- Для чего мне привозить Лейлу в Сан-Криштован? Нет-нет!

-Но постарайся, чтобы не случилось никаких скандалов перед свадьбой.-Я помню, Саид!-И ещё: ты обратил внимание на слова Хадижи о том, что твоя дочь снова пишет статью? Что нас ждет на этот раз? Если она опять затронет какую-то острую тему, не миновать нового скандала, а то и отмены свадьбы.-Но что я могу сделать, Саид? Моя дочь ушла из дома, она не уважает своего отца!

-Я понимаю, -с досадой произнес Саид, вложив руки в карманы. – Но я знаю, что Жади может повлиять на твою дочь. Я попрошу Хадижу позвонить, и сам скажуеё матери, чтобы проследила за тем, какую статью напишет её племянница. Если, конечно, Жади захочет попасть на свадьбу. Я хорошо знаю её слабое место.-Правильно, брат! – они снова обнялись, а из дома тем временем уже выходили на улицу женщины с детьми и размещались в подъехавших машинах Саида Рашида. Амин с матерью и Халисой тоже вышли проводить гостей.Потом, когда гости уехали, женщины вернулись в дом, а Мухамед решил отвести Амина в сторону, к дверям магазина, а, возможно, и зайти внутрь, чтобы поговорить с сыном. Ему необходимо было сделать это, чтобы обсудить то, что его, как отца, задело за живое. Например, почему Амин поддержал Хадижу в желании узнать, что случилось в городе с Жади и Самирой? Самира не была прощена, так как же его сын осмелился пойти против воли собственного отца, когда…Амин шел за отцом, слушая его замечания и думая, как ответить. Ведь это же его отец!Но разговор отца с сыном был прерван Базилио, внезапно оказавшимся рядом.

-Синьор Мухамед, а где ваша вторая жена?—с глупой ухмылкой , как бы стесняясь, спросил он. -Почему вы не привезли её с собой из Африки? Я слышал, как дона Жура болтала с доной Ноэмией про то, что вы женились месяц назад. Вы привезете жену сюда? Когда?

На лицах Амина и Мухамеда, вероятно, отразилось нечто такое, что Базилио тут же попятился со словами: «Да я просто так спросил! Интересно же! Говорят, она моложе Самиры!» и немедленно ретировался за угол бара.-Какой болван!— возмутился Амин.-Как он узнал об этом? – простонал его отец. – Дона Ноэмия! Почему у женщин такие длинные языки?!

Мустафа с женой ушли, распрощавшись, ещё до отъезда Саида. Иначе Мухамед не преминул бы высказать родственнику как мужу этой женщины своё мнение о её болтливости! Мустафа не научил эту бразильскую одалиску ничему!Он, оглянувшись на дверь дома, обнял сына и повел в магазин, подальше от чужих ушей. Ведь услышал как-то Базилио то, что для него не предназначалось, а было просто женскими сплетнями между несносной доной Журой и такой же вредной женой Мустафы Ноэмией, которая мужа ни во что не ставит.Ни Амину, ни Мухамеду в голову не пришло посмотреть вверх, на балкон, где стояла полумертвая от убийственной новости Латифа. Она вышла посмотреть, куда отправились её мужчины, а вместо этого вдруг услышала то, во что сначала не могла поверить. Смысл слов, сказанных Базилио, как будто не доходил до её сознания.

Но когда услышанное просочилось в её мозг, Латифа почувствовала, как темнота вокруг неё стала ещё плотнее. Жена Мухамеда не видела больше света уличных фонарей, не слышала звуки музыки самбо из бара и криков разгулявшихся туристов, забредших в Сан-Криштован. Она потеряла сознание и сползла бы на каменный пол балкона, если бы Халиса, вовремя оказавшаяся за её спиной и тоже услышавшая слова какого-то человека из темноты о второй жене Мухамеда, не подхватила несчастную свекровь, не давая ей упасть.

- Лара Латифа! Что с вами? Очнитесь! – испуганнопричитала Халиса, не зная, что ей делать дальше. Осторожно опустив мать мужа на пуфик, стоявший тут же на балконе, она быстро принесла воды и побрызгала на лицо Латифы, что не возымело никакого действия. Потом принесла средство от обморока, которым второй раз за вечер ей пришлось воспользоваться. «Живя в этой семье, стоит иметь крепкие нервы. Если Лара Латифа будет так часто терять сознание от дурных известий, то для её здоровья всё может плохо закончиться».Наконец, Латифа открыла глаза.-Всё будет хорошо! – тут же подбодрила невестка, боясь, что матери Амина может снова стать плохо. – не слушайте разные сплетни, свекор сам всё объяснит!-Халиса…, ты знала о том, что отец Амина взял вторую жену?

-Да, Лара Латифа, -опустив глаза, призналасьневестка.-Почему же никто мне ничего об этом не рассказал? Так вот почему Мухамед так задержался в Марокко, не звонил, чтобы ничего о себе не сообщать!.. – и Латифа застонала от охватившей её душевной боли.-Амин запретил мне рассказывать об этом. А ему не разрешил отец. Сид Мухамед сам хотел всё объяснить.

- Как это могло случиться? Почему даже Зорайда ничего мне не сообщила? А Жади? Самира знает об этом? – растерянно спрашивала сама у себя Латифа.С сочувствием глядя на мать Амина, Халиса ответила:-Думаю, об этом узнали все, но боялись говорить вам, чтобы не расстраивать раньше времени. Ведь ничего нельзя было сделать, чтобы предотвратить свадьбу. Это произошло очень быстро. Всё провернул Сид Абдул , по словам Амина. Его отец опомниться не успел, какЛейла стала его женой.

-Что тебе известно об этой женщине, Халиса?— убитым голосом спросила свекровь.-Это моя очень дальняя родственница. Ей 18 лет. Она из очень бедной семьи, строго соблюдающей все традиции, живущей в маленьком городке под Мекнесом. Она не образованная, не умеет даже читать, потому что отец не позволил ей ходить в школу. Одним словом… не думаю, что невесту кто-то спрашивал о желании выйти замуж, как это и бывает в таких семьях.

-И что же было после свадьбы? Тебе известно? Откуда Амин узнал об этом?-Свекор звонил Амину на сотовый, и не раз. Некоторые подробности мне рассказали родственники из Сан-Паулу. Ведь мы с Амином уехали к ним перед Новым годом, а вернулись почти две недели спустя. Я даже разговаривала с женщиной, которая побывала с мужем на свадьбе свекра и Лейлы, которая состоялась ещё 31 декабря. Эта женщина вернулась в те дни в Бразилию, от неё я и узнала, как всё произошло.- Мухамед оставил эту женщину в Марокко или привез в Рио, но поселил её отдельно?— не смотря на неловкость, тихо спросила Латифа.-Мои родственницы говорили, что Сид Мухамед купил второй жене дом. Совсем ветхий дом, в том же районе, где находится и купленный им склад. Он в спешке сделал ремонт, но ему не хватило денег, чтобы довести до ума весь дом. Лейлу он не собирается привозить в Бразилию!-Почему он так поступил со мной? – застонала, плача, Латифа.-В роду Амина, как я поняла, многоженство – обычное явление. Все мужчины имеют несколько жен. Мой муж так объяснил мне. Рано или поздно, но появляется вторая жена, - пояснила Халиса, вдруг вспомнив с обидой, что та же свекровь ни слова не сказала ей о том, что у Амина была невеста, которую он надеялся взять второй женой.Аллах! Как же для неё всё удачно сложилось! Соперницу выдали замуж, она уедет из страны, все препятствия между Амином и ею, Халисой, теперь исчезнут. Но мать Амина не стала бы отговаривать его от второй жены! Разве мать пойдет против желания любимого сына взять второй женой ту, с которой у него была «большая любовь», если верить словам Рании.«Алхамдуллилах! Какой ужасной участи я избежала! Если бы та девушка стала второй женой, Амин любил бы её больше, чем меня!»И вот как судьба обошлась со свекровью, которая сама стала уже не единственной женой у свекра. Но Халиса не испытала при этой мысли злорадства. Она хорошо понимала, что чувствует Лара Латифа, и в её собственную душу вполз страх перед тем, что Амин может тоже взять вторую жену. Пусть это будет и не Эмми.

Пока Латифа плакала, вытирая слёзы тонкими пальцами, Халиса обнимала мать мужа, выражая сочувствие. Но думала: «Надо во что бы то ни стало узнать об Эмми. Кто такая? Как выглядит? Как давно Амин влюблен в неё? Рания сказала, что Эмми – подружка Хадижи с детства? Значит, в семейном фотоальбоме должны быть фотографии праздников, на которых может быть и эта девчонка рядом с Хадижей. Или даже рядом с Амином. Рания говорила, что Эмми – блондинка? Да, точно, в магазине у арабки были красивые густые светлые волосы. Если, конечно, это была она… Спросить у Амина? Легко представить, какой будет его реакция. Нет… надо поискать фотографию Эмми в вещах Амина. Могу поспорить – она обязательно найдется, и не одна!».Амин с Мухамедом всё не возвращались. Но Халиса предложила свекрови уйти с балконавернуться в комнату. Пока мужчины не заметили их на балконе, куда в первый же день своего возвращения Мухамед строго запретил выходить, передав свой запрет через Амина. Возможно, Сид Мухамед был прав: Халисе показалось, или под деревом у бара стоит какой-то парень, подняв голову и прислушиваясь? Вдруг он услышал плач лары Латифы? Говорили они тихо, а вот то, что свекровь плачет, может стать темой для разговоров дляместных сплетников. Ведь узнал же каким-то образом кто-то о женитьбе сида Мухамеда.Эти доводы и привела Халиса, уговаривая Латифу вернуться в комнату. Свекровь согласилась. Она поднялась с пуфа, пошатываясь, вошла в комнату. Потом повернулась к Халисе и попросила:-Халиса, пожалуйста, не говори никому о том, что я знаю правду. Я ничего не хочу сейчас выяснять у мужа. Подожду, когда он сам решит мне всё рассказать. А главное – я хочу всё обдумать. Моя жизнь теперь изменится. Но пока я собираюсь сделать вид, что мне всё ещё ничего неизвестно.- Да, конечно, положитесь на меня! Я ничего не скажу даже Амину.

Халиса проводила свекровьи оставила в её комнате, а сама отправилась на кухню проверить, всё ли там в порядке. Потом поднялась в их с Амином спальню и осмотрелась.-Я воспользуюсь тем, что Амин завтра уйдет работать в магазин, тогда и проверю все вещи, шкафы и ящики. Мне и в голову не приходило так сделать за месяц, который уже прожила здесь. Но мне и нечего было искать. А вот теперь я знаю, что надо делать. Сегодня поздно заниматься этим, ведь Амин можетпоявиться в любую минуту.Халиса почему-то была уверена, что, когда она найдет фотографию соперницы, то, рассмотрев её до мельчайших деталей, сможет понять, что Амин нашел в той девушке, чего нет в ней самой, а значит, найдет ключ к сердцу мужа. Она улеглась в постель и стала ждать возвращения Амина.… Латифа же сидела перед туалетным столиком, глядя на себя в зеркало. Ей всегда казалось, что за двадцать пять лет она почти не изменилась. Она не располнела, как Мухамед. Не было и морщин, которые часто появляются у женщин, которым уже за сорок. Латифе сорок два года. У её ровесниц из числа знакомых и родственниц уже давно появились внуки. Но Латифа чувствовала себя молодой. Наверно, это было связано с восхищением ею Мухамедом, который сумел внушить, как она ещё молода и красива.

А вот теперь она видела отражение в зеркале, которое выдавало её возраст. Но дело не в этом. Даже не в том, что вторая жена оказалась моложе их с Мухамедом дочери. Как Мухамед мог решиться взять вторую жену?!! Вот что поразило Латифу. То, чего она так боялась всю жизнь, всё-таки произошло! Вот и принесли её в жертву как барашка! Значит, Мухамед всё-таки отважился взять себе молодую жену, увидев, что Латифа состарилась? Или всё-таки его обвел вокруг пальца дядя Абдул?

В голове Латифы крутилось столько разных вопросов. Но кто сможет дать на них ответ? «Завтра я поговорю с доной Ноэмией. Схожу к ней в кафе и позвоню оттуда Жади. Расспрошу и её. И, наверно, стоит позвонить в Фес и поговорить с Зорайдой. Она не сможет солгать или утаить от меня правду. Пусть расскажет мне обо всём. Они молчали, думая, что я ничего не знаю. Но теперь мне всё известно. Они мне должны рассказать, как это произошло».Что теперь ждет Латифу? Она повернулась к постели и представила Мухамеда рядом с другой женщиной. Почувствовав отвращение, Латифа с горечью сказала себе:-Понятно, почему Мухамед так не хотел возвращатьсяиз Феса. Ему понравилось быть мужем 18-летней девушки. Он вернулся и притворился, что болен. Поэтому и не исполнял супружеские обязанности даже после такого длительного отсутствия! Так думала я, но дело, оказывается, вовсе не в его болезни!Раз так, жены у него здесь не будет. Я не стану показывать вида, что мне уже всё известно, но после другой женщины мне с ним быть вместе противно! И мне надо будет принять решение, как жить дальше…Она быстро приготовилась ко сну, легла спать, приняв снотворное и оставив флакон с лекарством на прикроватном столике. Оставила включеннымотбрасывающий слабый свет маленький медный светильник у самой двери, чтобы муж не споткнулся и дажене упал в темноте, как бегемот, зацепившись за край ковра, как это часто с ним случалось.

Несчастная Латифаповернулась на бок, отвернувшись от половины кровати, на которой спал муж, надеясь на то, что Мухамед поймет, что она приняла лекарство и не станет её будить. Потом крепко уснула,не услышав, как возвратился неверный муж, нарушивший данное ей много лет назад обещание.8 ГлаваЖади звонит в Фес. Латифа узнает правду.

…Когда машины Саида выбрались из Сан-Криштована, электронное табло у станции метро показывало время 23-10 и температуру воздуха +36*. Был на редкость душный жаркий вечер, не смотря на прошедшую днём грозу и поздний вечер. В машине женщины задыхались в хиджабах, закрывавших голову и плечи. Но опустить стёкла было бы безумием. Кондиционер же не справлялся или был не исправен – Саид решил, что в этом шофер будет разбираться завтра. А пока Хадиже и Фатиме приходилось терпеть. Мунир спал, прижавшись к Хадиже.Саид же ослабил узел галстука и раздумывал о новых проблемах, глядя намелькавшие за окном огни баров и модных ресторанов, ночных клубов и дискотек, когда машины уже неслись по центральным улицам в район Копакабаны.

Хадижа как будто услышала его мысли и сказала:-Отец, представляешь, Самира начинает работать вжурнале для студентов и пишет самую настоящую статью. Сегодня они с мамой ездили по городу, собирали материал о главных достопримечательностях Рио-де-Жанейро. Как сказала маме Самира, прежде всего—это фотографии. Но она так расстраивалась, что мама согласилась везде побывать только днём. Но ведь самые эффектные фотографии – ночные. Самира так переживала, что упустит возможность сфотографировать ночной город. Но мама решила не рисковать, отказалась даже от вечерней поездки. А Самира думает, что в сумерках могли бы получиться отличные и редкие фотоснимки. Но…Хадижа продолжала болтать о Самире и Жади. Саид слушал её «в пол уха», выяснив главное. Да, действительно, этот город красив не только днем, но и ночью. В свете неоновых огней и красочных вывесок он ничуть не уступает крупнейшим городам ЕвропыАмерики. Саидсмотрел на разбросанные по городу, кажущиеся в темноте черными горы, местами покрытые маленькими огнями домов расположенных на склонах фавел.В какой-то момент он увидел поднявшуюся высоко кнебу гору Корковадо с подсвеченной аппаратурой Статуей Христанаверху холма. кажущейсямаленьким крестиком. Иисус, сын Божий, пророк, который есть и в исламе.И вот тогда Саид понял, откуда подстерегает его семью опасность в ненаписанной ещё статье Самиры, если она начнет дискуссию, затрагивающую религию. Неважно, какую именно – христианскую или мусульманскую. Вот где уязвимое место в такой статье. Эта девчонка вполне способна найти острые углы даже в теме о безобидной экскурсии для туристов по городу. Жадинеобходимо позвонить, причем, не откладывая разговора до завтра. Решено, он сделает это сразу, как только они приедут домой. Хадижа может позвонить матери, а потом даст ему трубку для разговора.

Не только Саид с интересом рассматривал ночной город, но и Фатима прижалась к стеклу и смотрела на блестевшие вдаливоды залива Гуанабара, на четкую линию небоскребов, выстроившихсявдоль берега океана. Вот и авеню Атлантика, по которой почему-то решил вести машину их шофер.

Видно было, что берег на пляже Копакабана вовсе ещё не пустынен,любители волейбола и футбола ещё не разошлись. По дорожке вдоль пляжа прогуливалось много людей. Пляж был ярко освещен прожекторами. В их лучах белоснежный песок казался ещё белее, контрастируя с чернотой гор. На берег накатывались из непроглядной тьмы высокиеволны, а небо и океан слились воедино.

Потом машина повернула на знакомые улицы, и Фатима оторвалась от окна автомобиля только тогда, когда уже вот-вот должна была показатьсявилла Саида.… Войдя в дом, Саид прежде всего направился в кабинет, попросив заглянуть к нему Хадижу, но был остановлен Ранией.

-Сначала ты мог бы поговорить со мной. Ведь это я первая жена, -сказала она, думая, что Саид решил начать выяснениеслучившегося в доме брата происшествия с разговора с дочерью, не доверяя никому из жен.Саид с недовольным видом повернулся:-Я счёл нужным отложить разговор со всеми вами до завтра. Я устал и хочу поскорее отправиться спать.-Но ты же собираешься поговорить с Хадижей…

-Рания, отправляйся в свою спальню! – ответил Саид, решив, что этот разговор надо поскореезаканчивать.

-Я не хочу, чтобы твоя дочь меня оговорила, вот и всё! – бросила первая жена.-Иди спать! – резко сказал Саид.-А в чьей спальне ты будешь сегодня ночевать? Я никак не могу сообразить, когда чья очередь, в какую ночь к кому из жен ты приходишь… Может быть, сегодня ты останешься у меня, Саид?—заискивающе спросила она, взяв мужа под руку, заглядывая в глаза.Но Саид выдернул руку и направилсяк лестнице, бросив только:-Рания, после того, что ты сегодня устроила, ты ещё надеешься на что-то?Ночевать он собирался в комнате для гостей. Если честно, он так устал от споров и интриг в семье, что решил дать самому себе выходной от всех жен. Вот только поговорит сейчас с дочерью!Хадижа вошла в кабинет следом за Мириам, которая принесла хозяину поднос с чаем. Когда чай был разлит по медным стаканчикам, а Мириам удалилась из комнаты, Саид взял стакан и начал пить мелкими глотками, не зная, как приступить к разговору. Но Хадижа сама сделала за него то, о чем он только собирался попросить.

- Отец, можно мне позвонить маме перед нашим разговором? Пока ты допиваешь чай? Я только спрошу, как у неё дела.-Конечно, Хадижа, позвони, -с облегчением сказал Саид.*** Незадолго до этого Жади и Самира пришли на кухню перекусить, ведь ужин Самира проспала. Теперь девушка чувствовала себя вполне здоровой.

-Как хорошо, что температура упала, может быть, и простуда не разовьется дальше! Ешь, Самира, вот нарезка сыров, булочки, отбивные с соусом. Мы с тобой не ели с тех пор, как в кафе возле Сахарной Головы взяли по мороженому и соку.-Тетя Жади, а Хадижа не звонила? Мне показалось сквозь сон, что вы разговаривали по сотовому с ней.- Да, Хадижа беспокоилась из-за нас. Они видели нас из машин в таком виде, что решили, будто нас ограбили.Самире стало смешно, она сказала:-Если бы они знали, в какую историю мы попали!-Они знают, я рассказала Хадиже о том, что с нами случилось. Иначе она просто не поверила бы, потому что она позвонила не из простого любопытства. У них тоже произошло кое-что…Самира застыла, не успев донести до рта вилку с наколотым на неё кусочком сыра-Что? Расскажите, тётя Жади!

Опасаясь, что племянница будет расстроена рассказом о неприятностях, свалившихся на её близких родственников, Жади хотела бы говорить об этом не сейчас.

-Сначала поешь, Самира. Ты голодна, ведь так? А потом я тебе всё расскажу, и вообще — нам предстоит кое-что обсудить.Самира помедлила, но решила прислушаться к просьбе Жади. Она быстро доела то, что лежало на её тарелке, и выпила предложенный сок.-Всё! На ночь я никогда много не ем, иначе буду плохо спать, а потом на лекциях не смогу сосредоточиться, если не смогу выспаться. Рассказывайте, тётя Жади!-Тогда слушай: вот что мне сообщила сначала дона Ноэмия, а затем и Хадижа…И Жади рассказала об ограблении, которому подверглись её брат с молодой женой, и отобранном у них дорогом кольце, и о том, что, увидев Самиру и Жади в грязных, мокрых и изорванных вещах, жены Саида (Рания, конечно! Ещё и позлорадствовала, наверное!) предположили, что нечто подобное случилось и с ними. Ведь ихувидели в том же ТЦ Амин и Халиса.-Боже мой! Мне даже страшно стало, как только я себе нарисовала эту картину! Какой опасности подвергались сегодня мой брат и его жена!

-Да, Самира! Вот видишь, их ограбили в центре города, днём! А что творится на улицах вечером, а тем более — ночью! Если дорога жизнь, в такое время лучше вообщенаходиться дома.-Амин столько работал в своем магазине, так много трудился, чтобы заработать деньги, которые потратил сегодня на какое-то кольцо! Это неразумно! Для чего женщине нужно столько украшений? Не лучше ли потратить деньги на поездки, чтобы увидеть мир, побывать в других странах?-Знаешь, Самира, я с тобой согласна! Я думаю так же, как и ты! Скоро Лукас уезжает в Европу, а затем в Россию. Мне тоже было бы интересно побывать там. Но свадьба Хадижи для меня дороже этой поездки, конечно. Я не равнодушна к золоту, как любая восточная женщина. Но знаешь,теперь, когда я не живу в нескольких стенах, как это было в доме Саида, я поняла, что есть много интересного и более ценного, чем золото и драгоценности.-Да, свобода, возможность увидеть мир, жить, имея право выбора, -продолжила её мысль Самира. Жади одобрительно улыбалась.- А как мои родители? Что слышно о них?Жади замешкалась с ответом, сомневаясь, стоит ли раньше времени посвящать племянницу в дела матери и отца. Но Самира уловила её растерянность и теперь настаивала, желая узнать правду.-Что происходит в доме родителей? Моя мама здорова? Почему отец не звонил ей так долго из Марокко?— задавала Самира всё новые и новые вопросы.—Тётя Жади, что вы скрываете от меня? Я уже не маленькая, и вижу, что случилось что-то, о чем вы не хотите говорить.Вздохнув, Жади подтвердила:-Да, Самира, так и есть. Но я знаю, что ты будешь очень расстроена, когда услышишь то, о чем ты просишь меня рассказать.-Что? Что с моими родителями? – взмолилась девушка.Тогда Жади не стала больше скрывать от неё правду и рассказала о том, что её отец в Марокко ещё раз женился,и теперь Латифа – первая жена, а в Фесе живет вторая жена Мухамеда.

-Что?!! Не могу поверить! Как отец осмелился поступить так с моей мамой? Она всегда говорила, что ещё после свадьбы отец дал слово никогда не брать вторую жену. Как он мог нарушить данное слово?- у Самиры на глазах выступили слезы.-Однажды это едва не случилось. Помнишь, когда дядя Абдул сосватал твоему отцу Зулейку? Тогда твоя мама с помощью Зорайды смогла предотвратить свадьбу. А в этот раз дядя Абдул сделал всё так быстро и действовал тайком даже от дяди Али, что даже вездесущая Карима не смогла узнать точно, берет ли твой отец вторую жену, или это всего лишь сплетни—вечные «обитательницы» медины Феса.-Как? А дядя Али был на свадьбе моего отца? И была ли свадьба?—продолжала расспрашивать потрясенная Самира.-Хмм, -горько усмехнулась Жади.— Конечно, свадьба была. При чем – богатая свадьба, потому что Мухамед не решился ударить «лицом в грязь» перед знакомыми торговцами. Хотя и взял жену из очень бедной семьи. А дядя Али узнал о случившемся, будучи в Марракеше в гостях у родственников, которые и собрались ехать как раз на свадьбу Мухамеда, но со стороны невесты. Представляешь? Но дядя Али вывихнул ногу и вынужден был отлеживаться у родственников в Марракеше, а Зорайда и Карима были вместе с ним. Поэтому на свадьбу они не попали.-Но кто она — вторая жена отца? Кто она такая?-Я звонила в Фес и разговаривала с Зорайдой. Твой отец, не имея смелости сообщить правду твоей матери,привел эту женщину в дом дяди Али, чтобы посоветоваться с ним, как поступить. Мухамед хотел, как мне сказала Зорайда, чтобы дядя Али первым поговорил с твоей мамой, уговорил бы принять её вторую жену. Вот так, Самира.

-Как это?!! Бедная мама! Как она себя чувствует после такого предательства?-Она ещё ничего не знает! Во всяком случае, не знала, когда я разговаривала сегодня с доной Ноэмией. Твой отец вернулся в Рио один, но так и не посмел рассказать о второй жене. А, кроме того, Саид и дядя Али посоветовали ему, как я поняла, ничего теперь и не рассказывать – до свадьбы Хадижи. Они боятся, что у твоей матери будет шок от такой новости, и она может потребовать развод, что вызовет скандал, и этот жених… Фарид ..может отказаться стать мужем Хадижи. Не понимаю, почему Саид так держится за Фарида. Неужели это лучшая партия для нашей дочери?-Это я виновата – и в прошлый раз отец решился уехать в Марокко за второй женой из-за моего отказа носить платок. И в этот раз, наверно, из-за статьи. Той, которая вызвала такой скандал в Фесе. Если бы я только знала!

-И что? Ты , выбрав профессию журналистки, всю жизнь собираешься оглядываться на кого-то?

-Но я навредила моей матери! Мама меня не простит за то, что по моей вине отец взял ещё одну жену!-Это не так, Самира! Не думай так о Латифе. Она очень тебя любит и страдает от мысли, что тебя нет рядом! А твой отец… он, я думаю, сам никогда не решился бы выбрать вторую жену, если бы дядя Абдул не подтолкнул его к этому, когда Мухамед был зол на тебя и Латифу из-за статьи, а дядя Абдул воспользовался и быстренько сосватал невесту, и сделал всё так, что твой отец не мог отказаться. Думаю, что всё так и произошло! Во всём виноват дядя Абдул!-Как мама сможет перенести это известие? И я не могу быть рядом с ней!-Самира, мне сказала Зорайда, что после того, как разъедутся гости после свадьбы Хадижи, состоится семейный суд. На этом настаивает дядя Абдул. Как раз потому, чтотвой отец до сих пор не рассказал Латифе о второй жене. Дядя Абдул хочет не только того, чтобы Латифа узнала, что она теперь не единственная жена Мухамеда, но и приняла эту девчонку, как положено в соответствии с обычаями, понимаешь?

-Девчонку?!!-поразилась Самира.- Какую девчонку? Тётя Жади, вы так и не рассказали об этой женщине! Что о ней известно?-Известно вот что, - горько вздохнула Жади. – Вторую жену зовут Лейла. Ей 18 лет, хотя Зорайда подозревает, что ей может быть и 15-16 лет, она же из глубокой провинции, где не особенно следят за соблюдением точности в документах. Но на вид ей дет 16, не больше. Невысокая, очень худенькая. Какая-то забитая, как выразилась Карима. Вряд ли она сама захотела стать женой твоего отца. Выбрали родители с подачи дяди Абдула. У него огромный опыт в сватовстве. Её мнения никто и не спрашивал, отец приказал выйти замуж – и она стала женой Мухамеда.

-Ей меньше лет, чем мне? Как отец может спать с женщиной моложе собственной дочери?-Это Марокко, а там у родителей, выдающих замуж дочерей, другие представления о браке. Не такие, как в Бразилии.- Но если ей всего 16 лет, или даже 14??? Она же ещё ребенок?- Самира, как будто ты никогда не слышала о ранних браках. И не только в Марокко. И в Бразилии это тоже проблема.-Но о чем думал отец? Он же видел невесту перед свадьбой или нет?!! Как он мог согласиться? Ведь столько женщин старше 30 лет, никогда не бывавших замужем, из которых дядя Абдул мог выбрать невесту! Это ненормально!— возмущению Самиры не было предела.- А ты представляешь, что чувствовала эта девочка, когда оказалась женой твоего 45-летнего отца? У неё нет больше шансов встретить любимого человека. Если только ей не внушили родители, что она должна будет любить своего мужа. В конце концов, сорокалетний Саид женился на Рании, когда ей тоже исполнилось 18 лет. Она была старше Хадижи всего на 8 лет. И третья жена Саида — Фатима – тоже молода. Ей лет 20, как я поняла. Рания полюбила Саида, и так, что стала бороться за него. Но мне не верится, что в Мухамеда можно влюбиться.

-Зато он может полюбить эту девчонку!

- Твоя мама красивая, она совсем не состарилась. Я всегда была уверена в том, что Мухамед любит твою маму. Не думаю, что он полюбит другую жену так же, как Латифу. Твой отец будет только заботиться о второй жене.- Сомневаюсь, тетя Жади. Я не раз наблюдала в университете, какпожилые преподаватели увлекались красивыми студентками!- Знаешь, Самира, прожив столько лет вместе, сложно вычеркнуть прожитые годы из жизни. Даже я привыкла и по-своему приняла Саида. Если бы он не привез меня в Бразилию и не подтолкнул бы меня к Лукасу, разбудив во мне почти угасшие к тому времени чувства,я продолжала бы до сих пор спокойно жить в Марокко, как твоя мама с Мухамедом.

- Вот именно, тетя Жади! Маму связывает с отцом привычка. Но, может быть, с появлением молодой жены его увлечет новизна. Он поймет, что любви нет. А к этой Лейле может начать испытывать чувства, которые давно ушли из жизни с мамой. Эта девчонка может вытолкнуть маму из жизни отца!

-Нет, Самира! Такая любовь, которая связывает твоих родителей, не исчезает вот так просто. Зорайда мне сказала, что твой отец, будь на то его воля,готов был бы даже вернуть Лейлу её родителям, если бы это не стало причиной огромного скандала.-Я представляю себе любовь иначе, чем мои родители.Для себя я хочу такой любви, как у вас с Лукасом. На меньшее я не согласна. Если нет, то лучше я отдам всю себякарьере журналистки. И буду ждать настоящую любовь!-Не думай о плохом. Родители могут договориться, если твоя мама сможет понять и простить твоего отца! Кто любит, тот прощает. Тогда … она примет вторую жену, -как-то неуверенно закончила Жади.-Я не хочу, чтобы моя мама принимала эту женщину! Не хочу такой судьбы моей маме! Она будет чувствовать себя униженной, я знаю! Вот интересно, а где отец оставил Лейлу? Она живет в Марокко, да? Где? У кого? У дяди Абдула? Он привезет её на свадьбу Хадижи?О таком развитии событий Жади не думала. А ведь вполне возможно, что так и произойдет—от дяди Абдула всего можно ожидать. Но Самире она сказала:-Нет, твой отец купил Лейле дом. Как уверяет Зорайда — Карима видела этот дом, ты же знаешь, на что способна Карима, чтобы узнать то, что ей интересно. Она проследила за Нурией, старой служанкой из дома дяди Абдула и выяснила, где находится дом молодой жены. Нурия живет вместе со второй женой, чтобы присматривать за ней в отсутствие Мухамеда.-И как? Чей дом лучше —у моей мамы или у молодой жены? – ревниво перебила Самира тетю.- -Дом старый, нуждается в большом ремонте. Там нет ни отопления, ни канализации. Воды тоже нет. Лейла живет там не одна, а с Нурией, как я уже сказала, и с дальней родственницей - не знаю, как её зовут.- Это плохо, что там нет никаких бытовых условий. Значит, вторая жена может захотеть улучшить условия жизни, приехав в Бразилию, - обеспокоено сказала Самира, твердо решив, что, когда в следующем году они с Амалией поедут в Марокко, она обязательно побывает в Фесе, посмотрит на дом соперницы её матери и сравнит с их домом в Бразилии!-Не думаю, что она захочет ехать в дом мужа, где окажется в зависимости от первой жены. Зорайда говорит, что девчонка была так рада отъезду твоего отца! Карима всё разузнала. Лейла с нетерпеньем ждала, когда сможет остаться одна в своем доме, попросив у Мухамеда купить ей только телевизор. Это-то и обеспокоило дядю Абдула.-Телевизор? Как же отец решился пойти против мнениядяди Абдула? Вотэто и меня беспокоит – если отец УЖЕ идет ей на ТАКИЕ уступки! А потом ей захочется ещё чего-нибудь. Вспомните Ранию, тётя Жади. Она тоже была сначала сладкой как финик. А потом потихоньку стала выталкивать вас из жизни дяди Саида.-Не знаю, Самира, что и думать. Одному Аллаху известно, как сложатся отношения в семье твоих родителей и этой женщины.-А золото? Сколько золота отец купил невесте? У второй жены его больше, чем у моей мамы или нет? Что рассказывают Карима с Зорайдой?

-Золото? Конечно, твой отец купил второй жене золото на свадьбу. Я не знаю, какое и сколько. Ведь Зорайда не была на свадьбе и не видела своими глазами подарки, а верить в сплетни, которые повторяют на медине, не всегда можно.-Если отец взял вторую жену, моя мама не должна быть обделена! Если он такой приверженец обычаев, то пусть и мама получает то, что ей положено иметь: всё, что отец будет покупать Лейле, он должен будет покупать и маме!-Например, новый телевизор? – с иронией спросила Жади.

-Да! Новый телевизор! – запальчиво ответила Самира. – Пусть начинает с него! Когда маме станет известно о второй жене, он уже должен будет стоять в её комнате!-Самира! Думаю, что Латифе будет не до того, чтобы сравнивать , кому досталось подарков больше!

-Вы правы, тетя Жади! Я могу себе представить, как маме будет плохо! Пусть она разводится с отцом и требует в уплату этого… как это называется в Марокко.. то, что вместо алиментов?...-Махр, - подсказала Жади.-Вот именно – махр маме отец пусть отдает домом!

-Это было бы не плохо!— согласилась Жади.-Ведь тогда твоя мама могла бы тут же забрать тебя в свой дом, не обращая внимания на мнение твоего отца. И главное – он ничего не мог бы поделать в такой ситуации.-Тётя Жади, сообщите мне, когда маме станет всё известно, и вообще… Я должна знать, что происходит в их доме!-Конечно, Самира, теперь я стану держать тебя в курсе происходящего.Зазвонил сотовый Жади. Переглянувшись с обеспокоенной Самирой, она поднесла телефон к уху.-Да, Хадижа, всё в порядке! Лукас давно спит, а мы решили перекусить с Самирой, сидим на кухне, разговариваем…Вот как… Конечно, дочка!.. Да? Тетя Латифа испекла то замечательное печенье? Как себя чувствует мама Самиры? … Я рада, что всё хорошо! Да-да!..., -Жади слушала Хадижу, улыбаясь, бросив взгляд в сторону Самиры. Но потом улыбка сползла с её лица. – Хорошо, передай трубку отцу.Жади не знала, о чем ещё может хотеть Саид поговорить с ней. Но, наверно, опять какие-нибудь условия поставит или выскажет замечания после увиденного на улице. Он даже не подумал остановиться, даже не зная, что произошло! А если бы мать его дочери нуждалась в помощи?-…да, Саид! – теперь Жади молча слушала, не перебивая его. Она не смотрела в сторону Самиры, хотя речь шла именно о ней. – Да, я поняла! Я так и сделаю, не волнуйся!Вероятно, Саид задал бывшей жене какой-то неприятный вопрос, потому что Жади провела пальцами по лбу и возмущенно сказала в трубку:-Конечно, я хочу попасть на свадьбу Хадижи и собираюсь там появиться, даже если ты будешь против и станешь устраивать мне какие-то препятствия! И я приду, даже если мне придется устроить дикий скандал!...что? Как знаешь, Саид! – Жади зло отключила трубку, бросив её на стол, и теперь нервно вышагивала по кухне.- Негодяй! Он меня шантажирует!- Тетя Жади! Что сказал дядя Саид?-Он, Самира, очень боится, что ты можешь написать что-то такое в статье о Бразилии, что снова вызовет какой-нибудь скандал! Он посмел потребовать от меня, чтобы я прочитала черновик твоей статьи, чтобы предупредить возможность скандала. Иначе он может сделать так, что на свадьбу я не буду приглашена! Что он за человек!Самира растерянно смотрела на Жади некоторое время, следя за нервными метаниями тетки от стола к окну, за которым разлилась непроглядная тьма.-Я завтра же напишу статью и дам её прочитать Вам, тетя Жади! Не вижу никакой проблемы.-Самира, это унизит нас обеих! О, Аллах, почему я нахожусь в такой зависимости от этого мужчины, даже не будучи столько лет его женой?-Не расстраивайтесь, тетя Жади! Я не только покажу вам статью, но даже можем отправить её дяде Саиду – по электронной почте. Пусть спокойно готовится к свадьбе моей сестры!-Я не знаю его адреса в Интернете и не разбираюсь в этом! И знаешь, много чести Саиду—по его прихоти подвергать цензуре твои статьи!

-Тогда отправим ему с посыльным журнал с моей статьей, как только номер появится в продаже, - примирительным жестом развела руки Самира... В дверях кухни появился заспанный Лукас, почесывавший затылок.-Вы всё ещё сидите, всё болтаете?

-Да, дядя Лукас, обсуждаем мою статью.Жади сделала Самире знак, означающий призыв к молчанию. Но Самира и не собиралась посвящать мужа тетки в подробности их разговора, зная об отношении Лукаса к её родственнику, отцу Хадижи.-Жади! Налей мне стакан сока,в холодильнике должен быть сок папайи. Пить что-то очень хочется.- Вот, - протянула ему высокий стакан с соком жена.В ожидании, когда Лукас выпьет напиток, Жади и Самира молчали.-Вы тоже не засиживайтесь. Уже полночь скоро. Самира, у тебя завтра тоже выходной? Какие планы? Впрочем, завтра – воскресенье, мы все дома, можем съездить в Ангру позагорать, отец с Иветти и моими братьями отправились туда ещё в пятницу вечером.- Почему бы и нет? Ведь мы с тобой ещё не видели новый дом, который твой отец купилв Ангре. Самира, ты сможешь написать статью и там, возьми с собой все материалы,сначала отдохнем, позагораем, а потом там и займешься творчеством.-Мне за купальником нужно будет попасть в пансион, -смущенно замялась девушка.

- Вот ещё! Купим всё необходимое в Ангре, там тоже есть магазины.-Мы с отцом вернемся в Рио вечером на вертолете, а вы оставайтесь с Самирой и Пьетро до конца недели, -предложил Лукас.- Да, это хорошая идея! Самира, когда у тебя каникулы заканчиваются?

- У меня занятия начинаются в феврале, после карнавала. Но мне надо обязательно сдать статью в журнал в пятницу!-Тогда в среду вечером вас с Жади и Пьетро с няней заберет наш шофер.

- Да-да, Лукас. Я на вертолете летать боюсь!-Договорились. Спать пора, Жади. Чтобы ехать в Ангру, завтра вставать надо очень рано!Договорившись, что Самира рано утром позвонит в пансион и предупредит хозяйку об отсутствии на несколько дней, Самира и Жади разошлись по комнатам.*** Саид тоже лежал в это время в постели в комнате для гостей. Он едва смог выдворить из спальни Ранию, а её попытки остаться ночевать вместе с ним только разозлили его.Но ещё больше он был обеспокоен разговором с Жади, который вовсе его не успокоил. Он понял, что взял неверный тон с ней и только разозлил мать Хадижи. Что теперь делать? Саид знал, что не сможет уснуть, если не исправит ситуацию. Тогда он отправил смс. «Позвони мне»,-написал он, не подписываясь, чтобы Жади решила, что это от Хадижи. Своего сотового у Хадижи не было, при необходимости она пользовалась телефоном отца.И Жади, конечно, тут же ответила.

«Хадижа, что случилось? Мы с Лукасом и Самирой уезжаем завтра в Ангру, но если тебе что-то надо, я откажусь от поездки! Почему ты молчишь? Ты позвонила после нашего разговора, значит, что-то произошло? Хадижа!!!» -доносилось до Саида из сотового. Жади говорила шепотом, и он понял, что она ещё не вышла из спальни, значит, рядом лежит Лукас, которого она боится разбудить. Эта мысль была так неприятна Саиду, что он ответил, наконец:-Это не Хадижа. Я думаю, Жади, нам надо ещё раз обсудить проблему. Поэтому решил тебе перезвонить, понимая, что уже очень поздно, и я разбудил тебя, наверно?-Нет, мы с Самирой только что отправились спать. Что ещё ты хочешь добавить? – голос Жади слышался теперь более отчетливо. Видимо, она побоялась разговаривать с ним в спальне Лукаса и вышла из комнаты.

-Ты сказала Самире о моей просьбе не писать ничего такого, что…Но Жади прервала его:-Не волнуйся так, Саид! Мы с Самирой всё обсудили. Она не напишет ничего, что может быть истолковано скандальным образом. Более того, моя племянница предложила мне прочитать то, что будет написано, перед тем, как она сдаст в пятницу свою работу в издательство журнала.-Хорошо, Жади! – уже без агрессии произнес Саид.-Мы решили, что отправим тебе журнал с готовой статьей с посыльным, чтобы ты мог не переживать из-за этого.-Я рад, Жади, что ты поняла меня.-Саид…,-услышал он голос Жади, в котором звучали какие-то просительные нотки. Это его удивило. Но он молчал, лежа с закрытыми глазами. Ему вдруг показалось, что Жадиздесь, рядом с ним, и стоит ему только повернуть голову, как он увидит её, лежащую с рассыпанными по соседней подушке роскошными волосами.— Саид! Ты слышишь меня?Боясь разрушить иллюзию, он сказал тем простым тоном, каким когда-то очень давно говорил с Жади, в те годы, когда она ещё была его женой, живя в Марокко, и не думала о Лукасе. Как давно это было, прекрасноевремя, пока он сам всё не разрушил…- Да, Жади, я слышу. О чем ты хочешь спросить меня? Или попросить?-Я хочу…, -начала Жади.Но он предупредил её:-Хадижу с тобой и Лукасом в Ангру я не отпущу, если ты об этом.-Нет-нет, Саид! Скажи, Латифа уже знает о том, что у Мухамеда есть вторая жена?-Нет, никто ей ничего не говорил, а почему тебя это интересует? – уже тревожно спросил Саид. Приятные воспоминания вдруг растворились, вернув его к реальности.-Я думаю, как моя сестра переживет такой удар?-Ты права, Жади! Когда Латифа узнает, тебе придется поддержать её и уговорить, чтобы она не сделала до свадьбы ничего такого, что может вызвать ненужные сплетни и может повредить свадьбе нашей дочери.

-Тебя, Саид, беспокоит только это! – с упреком сказала Жади.-А ты чего ожидаешь услышать? Это решение моего брата — взять вторую жену. Я ему не давал такого совета, наоборот, предвижу те проблемы, о которых он и сам ещё не подозревает!-Саид! Дядя Абдул всегда хотел разрушить семью Латифы и Мухамеда!-Жади!Не говори так! При чем здесь дядя Абдул? Женился Мухамед сам, его спросили, хочет ли он взять в жены ту женщину, и он не сказал «нет».

-Но как он мог так обидеть Латифу? Она всегда была ему верной женой! Преданной и любящей!-Это личное дело моего брата, я не стану его обсуждать или осуждать, он имеет право взять вторую жену, -сухо ответил Саид, давая понять Жади, что не намерен больше говорить на эту тему.-Саид, -проникновенно произнесла тихим голосом Жади.Он снова закрыл глаза, и вновь ему начало казаться…- Саид… Тебе не страшно отдавать Хадижу в жены человеку, которого ты не знаешь?

Он вздохнул и ответил:-Жади, чем дальше, тем сложнее будет найти Хадиже мужа. Я, действительно, не очень хорошо знаю Фарида, но он понравился нашей дочери. Хадижа не говорила тебе об этом? Я вынес из брака с тобой осознание истины, что женщины твоей кровидолжны выходить замуж по доброй воле. Хадижа не против стать его женой. Партия выгодная. И жених согласен на брак, не смотря на сплетни вокруг твоего имени, как и те, что были вызваны проступком Назиры.-Саид, - уже с отчаянием в голосе продолжала Жади, - не знаю, в чем дело, но у меня нехорошие предчувствия. И мне кажется, что есть что-то такое, о чем мне не говорят, но это что-то связано с Фаридом. Хадиже он может нравиться, но потом она будет несчастлива с ним!

-Жади, я не знаю, почему у тебя такие предчувствия, не знаю, чем они вызваны. Но если сейчас свадьбы не произойдет, потому что я откажу Фариду, может так получиться, что ей придется в конце концов стать женой старого некрасивого мужчины, который будет вызывать в ней отвращение. И винить в такой Судьбе она станет тебя, Жади! И меня, конечно, если я начну прислушиваться к твоим предчувствиям.

- Но почему, Саид, ты так уверен в том, что не сможешь найти Хадиже другого мужа? Ты богатый, уважаемый человек. Любая семья сочтет за честь породниться с тобой, разве не так?

-Не так, Жади. Мою вторую дочь, Бадру, возможно, захотятвзять в жены сыновьям лучшие семьи Феса. Но из-за тебя, из-за твоего поведения уже сейчас Хадижу никто не захотелвидеть невесткой, не отказывая открыто, но найдя самые разные причины для отказа. Это было очень унизительно, Жади! Ведь моя дочь ни в чем не виновата. Но ты же знаешь народную мудрость: хочешь знать, какова дочь, посмотри на её мать! Ты понимаешь, что достаточно самого небольшого недоразумения в отношении Хадижи, и с её репутацией будет навсегда покончено.

Жади слушала, как Саид растолковывает ей эти истины, и по её лицу катились слёзы.Неужели он прав? Она получила свободу и завоевала право на выстраданноесчастье с Лукасом, а теперь её дочь должна расплачиваться за то, что Жади пошла против судьбы, предназначенной ей когда-то.

-Саид, я не знаю, что тебе сказать. Но Хадижа так молода!

-Да, но время работает против неё, -сказал Саид, угадав, чтоЖади, скорее всего, плачет.«Я ещё помню её привычки», - подумалось ему, когда разговор был закончен, и он положил телефон на столик, поворачиваясь на бок.Всё-таки он правильно поступил, поговорив с матерью Хадижи ещё раз. При дочери он был вынужден разговаривать с Жади вежливо, но предельно ясно выражая мысли. Потом, сделав Хадиже знак выйти, он не смог сдержаться, и наговорил Жади резкостей, желая, чтобы она поняла: если разразится скандал, Жади не только не попадет на свадьбуХадижи, но и в будущем увидеться с дочерью она не сможет. Если вообще эта будет та самая свадьба, которая не сорвется из-за отказа жениха от Хадижи. Но если это случится, Саид будет вынужден искать другого мужа для дочери далеко за пределами Бразилии и Марокко.Теперь же, после разговора, он был уверен, что Жади задумается над такой перспективой, и не станет делать глупостей сама, удерживая от того же и сестру с племянницей.

Но в спокойствиион пребывал не долго. Саиду пришла в голову мысль, что теперь он стал ещё более уязвим. Как он мог не подумать об этом раньше? Благодаря ему же у бывшей жены появилась возможность сделать так, чтобы свадьба не состоялась вовсе! Он сам подсказал ей, что нужно сделать для этого. Статья Самиры, развод, который может потребовать Латифа…Зачем Жади бояться не попасть на свадьбу дочери, если можно сорвать эту свадьбу и отдалить все последующие.Его угроза может обернуться против него самого. А что касается поисков других вариантов замужества, то и тогда Жади не успокоится.

Скорее бы состоялась свадьба, и все сомнения остались бы позади! А её предчувствия и переживания…Это её желание сделать по–своему, наперекор ему.Если бы только Саид знал, до какой степени права окажется Жади! Материнское сердце подсказало ей то, что Саиду стало известно о Фариде ещё в Марокко. Но ему хотелось сделать так, как он считал, будет лучше для Хадижи. Он не мог знать, чтоего решение обернется для дочери такой злой судьбой, что он сам будет готов отдать многое, чтобы повернуть время вспять и не допустить этой свадьбы!Нить его мыслей была прервана шорохами в коридоре.… Сначала под дверью комнаты, а затем в коридоре, зашелестели, тихо удаляясь, шаги. Это Рания, зло бормоча проклятья Жади, возвращалась в свою комнату, понимая, что после разговора с матерью Хадижи нет никаких шансов уговорить Саида не прогонять её, оставив рядом в постели.

Саид же быстро уснул, устав после непростого дня. Ему снилась Жади на балконе риада дяди Али в Фесе. Они опять были молоды, и он,убрав волосы с шеи любимой невесты, застегивал прекрасное дорогое ожерелье, которое он когда-то подарил Жади перед свадьбой, желая, чтобы она была самой красивой невестой в Фесе. Даже во сне Саид поразился, как точно он помнит каждую деталь золотого украшения, подаренного так давно!Ведь Жади потеряла его вместе с целой шкатулкой украшений, украденной у неё кем-то на медине, когда Жади шла в парикмахерскую. Она тогда так испугалась, что он накажет её, что сбежала из дома, и его люди нашли Жади на окраине города вблизи верблюжьего рынка. Она пыталась тогда скрыться в прозрачной бедуинской палатке. Глупая! А он так испугался, что её могли украсть на медине, потому что Жади была редкой красавицей!

И вот Саид снова бежит по кривым узким улицам, прочесывая Медину Феса в поисках Жади, но ужево сне. Сердце его лихорадочно бьется в груди, и он … просыпается.

«Опять тахикардия!» -с досадой подумал Саид, потирая грудь, чувствуя, как бешено колотится сердце..

-К чему мне приснился этот сон? – удивленно пробормотал он. Сон о событияхиз далекого прошлого.

«Впрочем, помнится, дядя Абдул тогда не поверил Жади. Он долгие годы подозревал, чтов тот раз моя жена сбежала к любовнику, коимсчиталЛукаса, и измениламне.И ведь тогда позвонили в дом в поискахЛукаса, очень вовремя, чтобы решить, что он не случайно появился в Фесе, когда Жади «потеряла» украшения»,- размышлял Саид.

Потом, успокоившись, он снова уснул.9 Глава В доме Саида.Семья Саида Рашида встретила утро настороженно. И его жены, и Хадижа помнили о том, что Саид отложил до утра выяснение обстоятельств той ссоры, которая привела к потасовке в комнате Латифы.Зулейка, вспоминая произошедшее, не могла поверить, что и ей довелось участвовать в подобном скандале. Она не чувствовала за собой никакой вины и занималась детьми. Кормила Бадру, но никак не могла отделаться от мысли, почему она не вышла из комнаты, поняв, что Рания -умышленно или нет, но провоцирует Хадижу, которая тут же ответила на все злые выпады первой жены.

Фатима же проснулась в дурном настроении. Она долго лежала в постели, вместо того, чтобы встать и чем-нибудь заняться. С тех пор, как у неё появился ноутбук,первое, что Фатима делала каждое утро ещё до завтрака, приведя себя в порядок после сна —заходила в Интернет, чтобы пролистать те сайты, которые она теперь посещала регулярно. Но сегодня предстоявший разговор с Саидом отбивал всякое желание подходить к столику с компьютером. «Как мне надоели ссоры и разбирательства! Опять Рания будет лгать и выкручиваться, а мне придется защищать Хадижу. Случись такое даже пару месяцев назад, я участвовала бы в этом с азартом. Но сейчас мне ничего не хочется!»Хадижа тоже пребывала в состоянии ожидания семейной бури. Вчера отец так и не позвал её снова в кабинет, чтобы поговорить. Кстати, она так и не поняла, чтоотец хотел с ней обсудить? Он попросил её выйти из комнаты во время разговора с её матерью, и, видимо, забыл потом позвать её или передумал, решив идти отдыхать. Сама Хадижа не осмелилась возвращаться в кабинет. Потом она поняла, что его там и нет, но у кого из трех жен останется ночевать отец, она, разумеется, выяснять не стала.

Хадиже очень хотелось поговорить с отцом о покупке свадебного платья. На свадьбе Эмми ей пришла в голову одна идея. Будущий муж подруги воспротивился тому, чтобы его невеста была одета в платье от всемирно известного Кутюрье, которое мать Эмми привезла из Парижа специально на свадьбу дочери. Что не понравилось жениху, так и осталось непонятным, но Хадиже очень захотелось иметь похожее платье «от Живанши».

Это же не единственное платье модельера? А до свадьбы остается совсем немного времени… Но что, если после скандала в Сан-Криштоване отец не захочет выполнить её просьбу?И всё это из-за Рании. Но когда Рания только появилась в их доме и стала бороться с матерью Хадижи за отца, у них не доходило до ТАКИХ потасовок. Чтобы их с Ранией растаскивали все жены? Отец даст выход ярости, им не миновать этого. Неужели они, и, правда, подрались вчера?Синяк на носу Рании доказывал, что всё-таки всё было на самом деле. Хадижа молча наблюдала за передвижениями первой жены по столовой и кухне. Обе предпочитали не разговаривать. Но Рания следила за дочерью Саида, не забывая о её признании, как однажды было испорчено вкуснейшее печенье… Она очень надеялась, что Саид передумает искать виновных, если отвлечь его внимание навкусные блюда, поэтому и постаралась подготовитьк завтраку необычный стол. Те блюда, которые особенно любит Саид.

На верхнем этаже раздались голоса, значит, завтрак пора ставить на стол. И первая жена подала знак служанкам.

Они внесли подносы и составили на стол высокий медный марокканский кофейник, чашки, блюда с финикамии изюмом. И не только это.Кофе был очень горячим, свежим и крепким, сваренным на молоке. Пухлые блинчики-ргаиф плавали в густом приторном сиропе, ароматном от специй. Были поданы такжеплавленый сыр и свежий инжир. Но главное блюдобыло поставлено не в центре стола, а ближе к месту, занимаемому хозяином дома. Это была бестелла-пышный, аппетитный, с хрустящей румяной корочкой, слоеный пирог, обложенный оливками, дольками ананаса и лимона.А на кухне уже готовился обед:в огромной никелированной кастрюле на плите варился бульон из бараньих костей, в сотейнике в оливковом масле томился помидорно-чесночный соус, от которого не отходила Мириам. Тут же на сковороде на топленом масле обжаривались нежнейшие фрикадельки из свежего бараньего фарша

Осмотрев стол, Рания сделала вывод, что муждолжен остаться доволен. Любимые блюда должны смягчить его гнев. Рания знала, что он не станет разбираться с ними до завтрака.

Она в который раз прокручивала в голове свои версии ссоры. Во что бы то нистало ей теперь хотелось выгородить себя, свалив вину на кого угодно. Но оправдания казались ей неубедительными. А главное – Саид всегда становится на сторону Хадижи. Прошли те времена, когда после ссор с Жади она могла убедить мужа в своей правоте, посмеиваясь над взбешенной соперницей.«Что вчера на меня нашло? – ужасалась она.Саиду ничего не стоит в последний, третий раз произнеститрижды слово «талак», дав, таким образом, Рании окончательный развод. Что тогда с нею будет? Её сын Мунир останется в доме Саида, а еёмуж отправит назад в семью отца, а что сделает с ней отец, Рания даже подумать боялась. В их семье не было разведенных женщин, а чтобы дочь, став женой такого уважаемого человека, была возвращена назад через столько лет брака, будучи первой женой…«Меня кто-то сглазил! Кто-то навел на меня порчу! – мысленно стонала Рания. -Не иначе, против меня начала работать «ведьмина лестница», которую дала мне шуафа (ведьма) в Фесе. Как я могла так плохо спрятать эту вещь в чемодане Фатимы?Почему мне так не повезло?»

Рания не забыла, как служанка нашла выпавшую на ковер в комнате Фатимы эту вещицу, предназначенную для соперницы. А вот теперь расплачивается она, а не Фатима.

Семья села за стол. Из кухни принесли и мятный чай, без которого в семье Саида не обходился ни один завтрак, впрочем, как и обед, и ужин…Рания с волнением ждала, что скажет Саид, отведав любимый пирог.

-Настоящая марокканская бестелла, — сказала, не выдержав, Рания. – попробуй, хабиби!Попробовали все. Действительно, пирог удался: пышный, слоеный, тающий во рту. Сочная начинка из мяса была приправлена сыром, миндалем, фруктами, изюмом, корицей, сахаром, чувствовались какие-то сильные, жгуче-ароматные специи. Это был личный кулинарный секрет Рании.Но Саид ел молча.Пахло кофе и корицей, и розами от огромного букета, стоявшегона резном столике возле пузатого дивана, расположившегосяв нише под окном.

За столом вяло текла беседа. За притворными улыбками молодых женщин всё-таки чувствовалась легкая нервозность.

Саид наблюдал за ними со стороны, не вмешиваясь в разговор.

Пряные восточные блюда, которые так любил Саид, убаюкивающие марокканские мелодии, тихо льющиеся из включенного рядом со столом магнитофона, и вот ему уже не хочется ничего выяснять. Саид чувствовал, что утратил запал, не став разбираться с женами вчера, а сейчас у него не было настроения. Может, это и к лучшему?

Он не станет никого строго наказывать, потому что страх, пережитый ими в ожидании разговора с ним, был уже достаточной карой. Но причину драки он выяснит. Мало ли каким образом женская ссора могла быть связана со свадьбой или другими событиями в семье… Он должен быть в курсе, и они ему всё расскажут, но позже, когда встанут из-за стола.Глядя на присмиревших Ранию и Хадижу, Саид подумал: если есть на свете воплощенная идиллия, то вот она, перед ним. Но нет более коварных существ, чем женщины.

Он взял стаканчик, осторожно пробуя обжигающий напиток. Чай был горьковатый, терпкий, душистый. Мятный его привкус был довольно сильным, но как раз это и нравилось Саиду.«Рания – хорошая хозяйка, но с ней придется всё-таки расстаться. Если не на всегда, то хотя бы для того, чтобы проучить. Я устал от этой женщины», - посмотрев на первую жену, подумал он.Из всех жен именно она с каждым днем вызывала в нем всё большее раздражение. Иногда ему казалось, что он ненавидит мать своего старшего сына. «Аллах! Как могло такое случиться?» -спрашивал он себя не раз.

Ведь Раниятак его любила — искренне и преданно. Боролась за него с первых дней брака. Всё ему прощала — других женщин, ночи вне дома, когда осталась единственной женой, избавившись от Жади, но узнав о Маизе. И даже то, что, как ни старался Саид, он не смог разделить своё сердце поровну между ней и Жади—она всегда это знала, он это чувствовал.

Потом были поездки за границу без нее – с Зулейкой, с Фатимой, она все вытерпела, оставаясь одна в доме. Даже не стала сопротивляться появлению третьей жены. Никто лучше Рании не смог бы управлять хозяйством в таком огромном доме, как их. И Саид всегда признавал это.

Но Рания была собственницей и интриганкой. И он все больше свирепел от её выходок.

Может быть, он начал ненавидеть ее, когда понял, что именно происки Раниистали последней каплей для Жади, решившей в тот последний раз отказаться от брака с ним. Не появись в его жизни вторая жена, он и сейчас мог бы удерживать Жади рядом с собой. Мать Хадижи ещё и сына бы ему родила! Никогда не стоит ставить разум на службу чувствам, правильно сказал однажды дядя Абдул!

Рания, как будто почувствовав, что он думает о ней, взглянула на него быстро и отвела взгляд. Что-то странное заметила она в лице мужа. «Что он замыслил?» -тревогой подумалось ей.«Дождаться свадьбы, разобраться с Ранией, а потом надо будет куда-нибудь уехать. Скрыться хоть на неделю от всех этих семейных дрязг»,-поднимаясь из-за стола, мечтал Саид.Он прошел из столовой в отделённый аркой зал, сел на диван, затянутый полосатым, в синюю, зеленую, оранжевую, золотистую полоску шелком. От такой пестроты рябило в глазах, чего раньше Саид не замечал. Он подождал, когда появились в зале его жены и дочь, и показал рукой, чтобы они присели рядом. Фатима и Рания сели на диван. Зулейка почему-то беспокойно посмотрела на лестницу, не решаясь садиться. Хадижа так и осталась стоять возле конца дивана, где устроилась его третья жена.Увидев, как поджались губы у Рании, приготовившейся, видимо, дать отпор, а у Хадижи на глазах навернулись слёзы, Саид попросил Мириам увести из дома сыновей, передав няне Мунира по её просьбе шахматы, лежавшие на столе.

Когда за детьми закрылась дверь, Саид строго спросил:-Так что же случилось? Из-за чего вы подрались? Рания? .. Хадижа?..Родственницы стояли молча, не решаясь начать высказывать обвинения дуг против друга. Но как только Рания открыла рот, собираясь произнести что-то в своё оправдание,появилась Мириам, обращаясь к Зулейке:- Лара Зулейка, няня Амира, оставшаяся присмотреть за Бадрой, пока вы завтракаете, просит вас подняться в комнату— она уверяет, что ребёнок плачет, наверно, потому, что снова хочет есть.Действительно, последнее кормление было полтора часа назад, и дочка могла проголодаться. На вопросительный взгляд Зулейки Саид кивнул, отпуская к дочери. После её уходаобстановка как будто немного разрядилась, и на повторный вопрос отца ответила Хадижа:-Всё началось с того, отец, что Рания приревновала Фатиму к твоим фотографиям!-Что?! – удивился Саид. – Как это?Рания дёрнулась, собираясьопровергнуть девушку, но Хадижа улыбнулась, показав свои чудесные белые и ровные зубкиИ объяснила:-Тётя Латифа принесла свадебный альбом, где они с дядей Мухамедом женятся. Нам всем было интересно посмотреть, какой была свадьба 25 лет назад. Фатима попросила тетю Латифу показать фотографии, где бы ты был совсем молодым. Мы стали рассматривать фотоснимки — и мамины, и тети Латифы, и твои. Кто-то сказал, что ты, отец, был очень похож на Амина! А когда Фатима стала восхищаться тем, каким красивым ты был и в молодости, а не только сейчас, Рания взбесилась: она выхватила из рук Фатимы и Зулейки твои фотографии и сказала, что они не имеют права смотреть, каким ты был в молодости, потому что твоя молодость принадлежит ей, а им будет принадлежать твоя старость! А я сказала, что тебя молодым знала только моя мама, пока не появилась Рания и всё не испортила! Она разрушила нашу семью!- ... Гадюка! – договорив, прошипела тихо Хадижа в сторону первой жены.-Кобра!-одними губами ответила покрасневшая Рания, не желая оставаться в долгу.Саид внимательно выслушал речь дочери, попытавшись понять, о чем она говорит. Так, значит, они перессорились из-за его фотографии? Пожалуй, так он ещё и окажетсяпричиной жуткой вчерашней драки между женами.

Он посмотрел на Фатиму, сидевшую на другом конце дивана, которая в этот момент прикрылась толстым глянцевым журналом. Вид у неё был смущенный. Хадижа с довольным видом стояла рядом, теребя кулон, подаренный Жади. «У Жади её любимый кулон с нефритом всегда висел на нескольких кожаных шнурках. А у Хадижи – на золотой цепочке», - отчего-то заметил Саид, затем переводя взгляд на Ранию.

Она с пунцовым лицом стояла перед ним, вскочив с дивана ещё при первыхсловах его дочери. Ранию трясло.

-Мерзавка! Ты всегда стараешься выставить меня в дурацком положении!- Рания! Выбирай выражения.. . хотя бы при мне! Уважай меня, твоего мужа! – предостерегающе произнес Саид.-Но, Саид…, я только хотела вместе со всеми посмотреть твои фотографии, и всё! А Хадижа начала вспоминать Жади, упрекая меня в том, будто это я разрушила ваш брак. Я, а не Лукас! Лукас был её любовником многие годы!

Она повернулась к девушке и проговорила вне себя:- Твоя мать никогда не любила твоего отца, а ты…Этого Саид выслушивать уже не пожелал. Теперь уже он быстро поднялся с дивана, с таким видом, что всем показалось: Саид сейчас подойдет к Рании и ударит её. Но всё-таки разгневанный отец Хадижи смог сдержаться и только процедил сквозь зубы:-Рания, немедленно замолчи! И ступай в свою комнату! Иди, я приказываю!Женщина развернулась и быстро пошла к лестнице. Поднявшись почти до верхней ступени, она, оглянувшись и поняв, что никто больше не следит за ней, спустилась снова, незаметно перебежала к ажурной решетке возле столовой и там спряталась за тонкой, но непрозрачной тканью задрапированной шторы. И затихла, боясь пропустить хотя бы одно произнесенное в зале слово. Кажется, никто её не обнаружил. А Мириам, которой из столовой было прекрасно видно её убежище, Рания не опасалась. Она не выдаст хозяйку.Ошеломленный Саид стоял перед притихшими Фатимой м Хадижей икачал головой. То, о чем посмела напомнить Рания, было настолько постыдным, что он просто не находил слов, чтобы достойно прекратить эту сцену и уйти к себе в кабинет.- Отец, не слушай Ранию! Как она вообще посмела сказать тебе об этом! – негодовала Хадижа. В словах Рании была доля правды, но той самой, которую в слух лучше не произносить. Хадиже было жаль отца, которого так унизила первая жена.-После твоей свадьбы, Хадижа, я разведусь с этой женщиной, это решено, - устало сказал онА Фатима, в который раз за последние сутки почувствовав себя миротворицей и едва ли не матерью Терезой, примирительно предложила:-Давайте посмотрим старые фотографии! Саид, мне, правда, интересно, как ты жил до меня. В моем альбоме есть только фотографии нашей свадьбы. Если вы не будете против, конечно, мне хотелось бы увидеть семейные фотографии за все годы, что вы прожили без меня.Понимая, что, говоря голосом капризной девочки, Фатима пытается помочь ему выйти из затруднительного положения, Саид благодарно принял её помощь.- Действительно, Фатима! Ты никогда не просила меня об этом! И сама так и не показала мне свадебный альбом, хотя фотографии нашей свадьбы мне привезли из Сан-Паулу через месяц после торжества.-Я недавно его оформила. Помнишь, Саид, мы с Хадижей в Торговом Центре вместе выбрали серебристый альбом? Сейчас мы можем его посмотреть, -говоря это, Фатима прижалась к Саиду, и он тут же обнял её, поцеловав в висок.

-Фатима, а я достану свадебный альбом моей мамы, где она выходит замуж за отца. Там есть фотография, где на маме такой необычный головной убор, который по традиции невеста должна продержать на голове как можно дольше! Такой большой, зеленого цвета с золотом.. Тебе надевали такой на свадьбе?-А, да,я помню, Хадижа, на свадьбе в Фесе, когда Амин упал с носилок, на голове Халисы было что-то такое. Но вот у меня—нет, не было.-Зорайда говорит, что это фамильное свадебное украшение женщин из рода дяди Али. И тетя Латифа, и мама его надевали. И если бы у меня была свадьба в Марокко, то и мне, наверно, можно было бы надеть его на свадьбе, да, отец?-Нет, Хадижа! Ты не принадлежишь их семье. Ты из моей семьи – семьи Рашидов. Но дядя Абдул смог бы найти свадебный традиционный убор на голову для невесты не хуже, чем был у твоей мамы.В доме стояла жара, как и на улице. Кондиционеры включали только в комнатах, чтобы не простыли дети, которые часто сидели в зале на первом этаже. Впрочем, ни один кондиционер не справился бы с таким огромным пространством. В открытые окна задувал горячий ветер, колыхая тонкие шелковые драпировки на окнах.

-Хадижа, попроси на кухне кого-нибудь, чтобы принесли нам всем в комнату Фатимы свежего лаймового сока. Пить хочется. Будем смотреть альбомы, раз уж сегодня выдалось свободное время и есть желание.-Пусть принесут сок? Точно? Не чай и не кофе?-Сок, Хадижа, сок! – поднимаясь по лестнице, повторил Саид.- Знаешь, Саид, мне так захотелось кофе с хорошим шоколадом! Отвези нас с Хадижей как-нибудь в Торговый Центр, наверняка там, …. в кондитерском…отделе…, -затихал голос Фатимы на лестнице.Хадижа решительно направилась от лестницы в столовую, чтобы добраться до кухни. Но неожиданно столкнулась с Ранией.-Ты как здесь оказалась7 – ошеломленно спросила она.— Ты же на второй этаж поднялась?-Мерзавка, ты мне за всё заплатишь!— негромко прорычала Рания, вцепившись в руку Хадижи.-Отпусти, Рания, мне больно! Отец сказал, что он разведется с тобой! Тебе не долго осталось быть первой женой!- она попыталась выдернуть руку, но Рания держала крепко.-Отцепись!— и девушка резко дернула рукой, так, что у Рании сломалсяноготь на мизинце.

Пока она, взвыв от неудачи, рассматривала свою потерю, Хадижа продолжила, хитро улыбаясь:

- .Отец с Фатимой ждут меня, мы будем смотреть свадебные альбомы. Вот, кстати, Фатима не видела и ваш с отцом альбом. Ей интересно будетпосмотреть, какой была ваша свадьба.-Только попробуй прикоснуться к моему альбому! Не смей даже близко подходить к моей комнате! Я запрещаю тебе рыться в моих вещах!— возмущалась Рания. На что Хадижа только усмехнулась и пошла, наконец, к Мириам, стоявшей в дверях кухни.А Рания поспешила к себе в комнату, чтобы спрятать альбом. Ещё не хватало, чтобы её соперница, эта дрянь, Фатима, рассматривала ЕЁ с Саидом фотографии. Нет, этого не будет!…Альбомы были принесены в комнатуФатимы и высились стопой на столике. Фатима раскрыла первым их с Саидом альбом. Муж сидел рядомна её кровати и наблюдал, как меняется выражение лица молодой женщины. Он изредка бросал взгляды на снимки, которые она комментировала, чтобы понять, что она имеет в виду. Его поразило, какая неприязнь промелькнула в еёглазах, когда была открыта страница с фотографией её родной семьи, где были сняты её отец и братья с женами и детьми.

«Странно как-то. Ведь Фатима совсем недолго жила в доме своей настоящей семьи. Что там могло произойти?» -теперь уже внимательнее рассматривал он фотоснимок родни Фатимы. Но теперь и он тоже заметил, какие лица были у женщин на фотографии. Кое-кто с откровенной завистью смотрел на невесту, сидевшую в центре.

У Фатимы былокакое-то равнодушное, даже отрешенное выражение лица. Это неприятно задело Саида -не зависть родственниц, а равнодушие Фатимы, оставшееся запечатленным на свадебном снимке.

Хадижа сидела в кресле недалеко от них и доставала пакеты с фотографиями из довольно большой красивой коробки.«С таким же выражением лица была и Жади на нашей свадьбе! Да вот же Хадижа принесла альбом и раскрыла на странице, где мы с Жади стоим под руку вдвоемперед фотографом. А ведь потом мне стала ясна причина печали Жади. У неё был Лукас. А что в таком случае с Фатимой?»-размышлял так уже обманутый однажды муж.

Он с подозрением и как-то по-новому взглянул на Фатиму. Нет, он ошибается! Она не может его обманывать! Жади сразу призналась, что он ей не нужен. А Фатиму просто заставили выйти замуж. Возможно, её смутила большая разница в возрасте, а родственники могли наговорить всякое, испугав невесту…Хадижа, разобравшись с коробкой и отставив её в сторону, пила сок, принесенный только что Мириам. Она теперь стояла рядом с отцом и Фатимой, ведь смотреть вместе было интересней. Потягивая через соломинкукисловатый на вкус сок, вдруг достала одной рукой что-то, лежавшее между страницами альбома, и, рассмотрев находку, протянула найденную фотографию Фатиме.-Ты хотела увидеть моего отца в твоем возрасте? Смотри: здесь мой отец молодой, с длинными волосами, в коричневой джеллабе, с.. кинжалом в руке! А рядом – дядя Мухамед, совсем не толстый, тоже с длинными волосами! Отец, для чего тебе был нужен кинжал, и где он теперь? Что-то я у нас дома такой не видела!Саид взял снимок из рук Фатимы.

-Да-а-а…, - протянул он, - у меня был такой кинжал. Но где он? Кажется, однажды я забыл его забрать у дяди Али. Он положил кинжал в ящик своего стола и не вернул мне его сразу. Потом я забыл его забрать. Или всё-таки не забыл? Не помню!

-Красивая ручка у кинжала, и такой забавное кривое, закругленное лезвие, - тоже рассматривая оружие на снимке, описывала его вслух Фатима.Саид предпочел бы вовсе не вспоминать, при каких обстоятельствах он оказался в домеродственника Жади, сжимая в руке этот самый кинжал. Если бы Лукас попался ему тогда в доме дяди Али…

И Саид вспомнил, с каким звуком задвинул он ящик письменного стола, куда после возвращения домой бросил кинжал. Жади тогда с ужасом смотрела на это оружие, как будто боялась увидеть капающую с него кровь… любимого Лукаса! Значит, кинжал он забрал…-Отец, отец!!— тормошила его за плечо Хадижа, показывая ему ещё одну фотографию. – Вот посмотри, какая странная женщина здесь – вот в этом углу… видишь? Она случайно попала в кадр…

-Что в ней такого необычного, Хадижа? – заинтересовалась Фатима. Она чувствовала себя расстроенной. Почему, ну почему Саид не родился двадцатью годами позже, или она—раньше? Она увидела, какой красавицей была Жади… какие волосы… глаза… А Саид! Нет слов… Если бы на её свадьбе рядом с ней оказался такой жених—молодой и красивый, она влюбилась бы в Саида с первого взгляда! А теперь -да, Хадижа права, молодость отца досталась её матери, Жади, которая предпочла ему другого.Как несправедлива судьба! Но теперь Фатима приняла своего мужа, полюбила, пусть не совсем так, как если бы она влюбилась с первого взгляда. Но всё равно, Саид больше не вызывал в ней отрицания. Вот только делить своего мужчину с другими… Нет, сказать честно, лучше бы Саид имел трех любовниц, а она была бы его женой, чем быть одной из нескольких законных жен!Но Фатима постаралась отогнать от себя такие мысли. Она придвинулась к мужу и присмотрелась к фигуре женщины, которая чем-то вызвала удивление девушки.-Тебе не нравится её паранджа? Неаккуратно как-то заколота накидка, неопытной рукой.

-Нет же, неужели вы не видите? У этой женщины на ногах – кроссовки! Как можно было прийти на свадьбу в кроссовках?

- Может быть, у неё скупой муж? – предположила Фатима.- Она живет далеко, вот и.. обула такую обувь, - теперь фантазировала и Хадижа.Саид, отойдя от первого шока и подавив гнев после догадки о том, кому могут принадлежать ноги в кроссовках неженского размера, теперь печально думал о Жади—как же мог он так обманываться на её счет? А Лукас? Онтайно пробрался на их с Жади свадьбу! Наглец! Как он посмел?

Но чувство, что-то вроде уважения, шевельнулось в душе Саида. Значит, Лукас и правда, так любил тогда Жади, что не побоялся пробраться на свадьбу, где его могли запросто убить, если бы обнаружили под женским платьем! И ведь Лукас пришел за Жади, чтобы забрать её у жениха, потому что считал её СВОЕЙ, потому что она УЖЕ принадлежала ему, ещё до того, какстала собственностью Саида. А разве жена – не собственность мужа? Как выяснилось в тот же день, точнее —в ту же ночь, первую ночь после свадьбы, Жади … нет, лучше не вспоминать. Лукас получил, в конце концов, то, за чем приходил на их свадьбу.

Хадижа и Фатима больше не листали альбом, а с удивлением смотрели на Саида.

-Отец, о чем ты так задумался? Ты знаешь эту женщину? Это не родственница Зорайды, которая приезжала к ней в наш дом, когда ты, отец, однажды ездил в Сан-Паулу? Тогда к нам в гости как раз зашел дядя Абдул. Он видел ту женщину. Ей стало плохо, и мама уложила её в своей комнате, ухаживала за ней, пока ей не стало лучше.Саид едва не застонал. Это было уже выше его сил. Но при Хадиже он не мог показывать свои чувства. Но как же хотелось ему встретиться однажды с Жади и потребовать у неё рассказать обо всех проделках, проступках, совершенных ею за его спиной! Только вот если она посмела тогда привести Лукаса в ЕГО дом под видом «родственницы» Зорайды… Лучше пусть Жади тогда держится подальше, причем, вместе с Лукасом! Столько лет прошло, но всё равно Саид был уязвлен сделанным открытием. Нет, не то слово – уязвлен! Он был оскорблен, унижен, чувствуя себя обманутым. Жади, Жади! Не дай Аллах узнать кому-нибудь эти тайны. Это же бомба под счастьем Хадижи!Саид был удивлен, как он мог раньше не замечать на фотографии такие очевидные детали. Оказывается, полезно просматривать иногда старые альбомы. Вот только Хадижа, ни о чем не догадываясь сейчас, может додуматься позже. Или ещё хуже – болтнуть при Рании о странном снимке, а там далеко не глупаяпервая жена сопоставит факты и всё поймет. И это открытие станет оружием в её руках, когда он с ней разведется.

Он тяжело вздохнул, озабоченно перебирая снимки. Нет, на остальных ничего необычного не было: Латифа и Мухамед вместе;Амин с Дудой, сыном промышленника, с которым у Саида были общие дела в бизнесе; Зорайда, обнимающая Жади и Латифу. Хадижа рядом с Эмми. И вот он сам вместе с Жади и Хадижей… Вот фотографии с их с Жади свадьбы.. . А это что?..- Отец! Ты такой красивый на свадьбе с мамой! Смотри, Фатима, какие у моей мамы украшения! И платье… какое-то не современное, но всё равно красиво смотрится на маме.

- А это кто?...а почему дядя Абдул стоит, отвернувшись?

- Он не хотел фотографироваться! Представляешь, он боится, что фотографии заберут его душу! Он такой не современный!- поясняла Хадижа.

Фатима внимательно рассматривала старые снимки и слушала рассказы Хадижи, но сама исподволь наблюдала за Саидом. Да-да, она всё прекрасно поняла. То, что ему так хотелось скрыть, от неё не ускользнуло. Не возможно было не понять, что на его с Жади свадьбе под паранджой скрывался мужчина. И кто это мог быть, кроме Лукаса? Надо же, как Саид был занят своей невестой, как доверял ей, что даже не заметил очевидного. Значит, он так любил её?

Фатиме стало не по себе. Ревность кольнула её. Она попыталась рассмотреть юную Жади критическим взглядом, чтобы найти в ней какой-нибудь изъян. Нет, придраться было не к чему. Жади была красавицей, в лице которой за вежливой улыбкой крылась какая-то грусть. Всё понятно. И Саид только теперь узнал правду! От Фатимы не укрылось выражение, промелькнувшее на его лице.

-О! Взгляни, Фатима, отец, посмотри! Это же праздник, где Самире и Амину нашли жениха и невесту и обручили их! Халиса здесь такая смешная! Пухленькая! У Амина такое недовольное лицо, а это…Фарид? Ой, я совсем забыла про эту фотографию! Он здесь совсем не похож на себя!

Действительно, Фарид –ребенок не имел ничего общего даже внешне с женихом Хадижи. Только глаза те же… Но здесь он в очках.

Пока Хадижа вглядывалась в фигуру на фото, Фатима вытащила выглядывавшие из-под следующего листа альбома несколько фотоснимков, вложенных между страницами альбома. Несколько одинаковых фотографий Саида, в джеллабе, рядом с дядей Али и другими мужчинами, которые не показались Фатиме знакомыми, а за ними высилась целая гора тканей. Видимо, снимок был сделан в доме после удачной сделки.Наверно, это в том доме, в котором они с Жади и Хадижей прожили долгие годы вместе. Какая-то старинная восточная мебель, подушки с вышитыми марокканскими узорами, разложенные вдоль длинного дивана, неновый ковер на стене, ваза вот та самая, то стоит в комнате Хадижи и сейчас.Это была совершенно чужая жизнь, в которую Фатиме, наверно, и не стоило заглядывать. Ей опять стало не по себе. «Но теперь Саид принадлежит и мне!» - успокоила себя Фатима. – Икак однажды сказала моя мать, именно я буду стариться рядом с Саидом. Нет, как-то иначе это говорилось… А, вот! Наши головы будут стариться на одной подушке!» И она спросила у мужа:-Саид! Я хотела бы в своем альбоме иметь фотографию, где ты снят в молодые годы.

Саид горько усмехнулся, а Хадижа положила перед ней фотографию отца.

-Ты ведь сможешь на компьютере«обрезать» ненужные фигуры? Смотри, какое довольное лицо у отца. Возьми себе эту.- Смогу, конечно. Спасибо, Хадижа, - ответила Фатима.

А Саид, покосившись на снимок и затем взяв его в руки, произнес:- Да… две вещи обнаруживают свою ценность после их потери: молодость и здоровье.- Отец, ты почти не изменился!- утешила его дочь.- Правда, Саид, ты сейчас даже лучше выглядишь, чем в 25 лет! Ты стал с годами таким интересным мужчиной! А там ты просто парень, и волосы эти… несерьезно как-то!

Хадижа и Фатима листали теперь ещё один альбом, где были собраны самые разные фотографии, с праздников, или сделанные где-то в поездках или в гостях. Но вот Хадижа радостно показала на один снимок в альбоме:- Фатима, а это – мы с мамой на свадьбе отца, когда он женился на Рании. Правда, самой Рании здесь не видно… Сейчас ещё поищу, где-то было несколько штук с той свадьбы.. Я хотела их порвать и выбросить, когда Рания начала обижать мою маму. Но потом мне Мариам сказала, а потом и Зорайда, что фотографии нельзя рвать или ещё что-то с ними делать, потому что можно навредить тому, кто на фотографии!- И что, ты пожалела Ранию?- Нет, конечно, жалеть ещё эту змею! Но ведь на фото рядом с ней везде есть мой отец! Если может навредить ей, то и отцу тоже! Я сложила всё в пакет и бросила в эту коробку, но здесь столько всего!... Где же они? Где? – роясь в пакетах с фотографиями и открытками, вопрошала девушка.-Вот! Нашла несколько! Посмотри внимательно, Фатима, и сравни: чья свадьба была более богатой из всех четырех! Вот здесь – свадьба отца и Зулейки! Рании всегда казалось, что её обделили6 то у мамы золота больше было подарено, то у Зулейки украшения дороже и красивее… А на твоей свадьбе она вообще не была, и ты можешь себе представить, что она себе воображает на этот счет?..-Тише… Вам не показалось, что под дверью кто-то стоит? – прошептала Фатима.У Хадижи заблестели глаза, и она громко сказала:- Отец, а почему бы нам не посмотреть твой свадебный альбом, где ты и Рания? Ведь альбом Зулейки мы уже смотрели однажды, помнишь?- уточнила Хадижа, обращаясь к жене отца.Саид был занят тягостными мыслями, перебирая фотографии из коробки, что не обратил внимания на происходящее.

-Отец, мы хотим увидеть твой альбом! Скажи Рании, чтобы она принесла!- просила вредная девчонка, которой и самой предстояло в скором времени оказаться в чужой семье, где, может быть, кто-то тоже захочет увидеть против её воли ЕЁ свадебный альбом. Но пока её такое и в голову не приходило, но очень хотелось задеть Ранию, которая, скорее всего, и подслушивала под дверью комнаты другой жены мужа.-Хадижа, сходи к ней сама и попроси у неё альбом, - рассеянно посоветовал Саид.

- Хорошо! Я сейчас вернусь! – и дочь поспешила к двери.

..Оказавшись в коридоре, она у видела, какзахлопнулась дверь комнаты Рании.-Ну, нет! Ты прекрасно знаешь, зачем отец отправил меня к тебе, и ты мне отдашь альбом!- мстительно думала Хадижа.Рания на стук в дверь и слова девушки не отзывалась, дверь не открыла. И к двери даже не подошла. Можно было бы подумать, что в комнате никого нет, если бы Хадижа собственными глазами не видела, как закрылась дверь. Дочь Саида ещё раз постучала и подергала ручку, сказав:- Рания, я знаю, что ты здесь! Мой отец сказал, чтобы ты дала мнеальбом, он хочет посмотреть фотографии свадьбы! Нам с Фатимой тоже интересно взглянуть!.. Ты слышишь? Открой немедленно и отдай его мне!

Но Рания безмолвствовала.

- Ну что ж, - хмыкнула Хадижа, - тогда я передам отцу, что ты сама решила принести, лично!

И Хадижа отошла от двери, решив вернуться в комнату Фатимы.

..- И что, Хадижа, где альбом? – вставая, спросил отец.Но дочка только пожала плечами.- Ну, хорошо, в другой раз посмотрим. У меня есть ещё дела, я буду в кабинете и прошу не беспокоить,- Саид улыбнулся и бросил взгляд на стаканы с соком. Подхватив один из них, он пожаловался:- Как жарко!Он быстро выпил освежающий напиток и вышел из комнаты.Фатима с Хадижей продолжили разбирать фотографии.

Дочь Саида прикусила губу. Откровенно ябедничать отцу на Ранию ей не хотелось. Они знали, что ждать осталось совсем недолго, и после свадьбы Хадижи они могут больше не увидеться.Но у них обеих, скорее всего,уже сдавали нервы. А Хадижу как будто подстегивали воспоминания и все обиды,накопившиеся за годы, которые прожила вторая после матери жена в доме её отца. И она не упускала случая усложнить жизнь обидчице.В коридоре раздались нервные шаги, и Рания появилась в дверях комнаты. Но альбом не принесла. И, поняв, что мужа здесь нет, сразу же набросилась на Фатиму:- Это тебе так хочется полистать МОЙ альбом? Тебе, конечно? А для чего? Хочешь наколдовать на меня? Навести порчу на нашу с Саидом фотографию? Или ты уже сделала это?

Услышав это, Фатима усмехнулась:- Что ты говоришь, Рания? Для чего мне это надо? Саид меня любит… А ты сама виновата в том, что его отношение к тебе изменилось!-Где фотографии моей свадьбы? Где? Я знаю, Хадижа, что они у тебя есть!

Рания приблизилась к кровати, где по поверхности шелкового покрывала были разбросаны десятки снимков. Она быстро смешала их,то выхватывая снимки, то отшвыривая в сторону. Но то, что она искала, не попадалось.

- Отойди от кровати! – возмутилась Хадижа.-Выйди из моей комнаты!- подхватила Фатима.

- Я только хочу забрать своё! Не желаю, чтобы у тебя были мои изображения, на которые ты можешь что-нибудь наколдовать! – продолжала Рания поиски, и не подумав подчиниться их требованиям.Хадижа попыталась оттолкнуть ненавистную жену отца, Фатима тоже постаралась оттащить Ранию от кровати, чтобы вытолкать незваную гостью из комнаты……Саид, едва включив ноутбук, прислушался к шуму, как ему показалось, раздававшемуся из той части дома, откуда он только что ушел, но где было тихо и спокойно.-Что ещё случилось?—подскакивая из уютного кресла, с возмущением проворчал он. Едва выглянув в коридор, он увидел спешившую в комнату ФатимыМариам и услышал громкие крики. Среди всех голосов особенно хорошо был слышен голос Рании.- Неправда! Саид не мог так сказать!

Скандал не прекратился и тогда, когда Мариам вошла в комнату. Разозлившись, Саид зашагал в комнату, где кипели страсти. «А, возможно, мне ещё и драку предстоит увидеть! И с кем на этот раз подралась Рания?» - думал Саид, вспомнив, сколько раз в прошлом ему приходилось разнимать дерущихся Жади и Ранию. И ведь он каждый раз считал виновницей очередной драки Жади, и только её. Но теперь Рания не только ссорится, но и дерется с Фатимой и даже с его дочерью! Как он был так слеп, не видя того, что именно Рания – зачинщица всех скандалов в его доме? Сколько раз он был несправедлив к матери Хадижи?

«Как Жади и Рания дрались! Как они дрались!»- с долей ужаса вспоминал Саид, заходя в комнату и боясь увидеть сцепившихся женщин.

Но драки не было. Обе жены, дочь и служанка стояли вокруг кровати, на полу лежал упавшие с кровати фотографии.Рания тут же обернулась к вошедшему мужу и сквозь слезы выкрикнула:-Саид, пусть Хадижа вернет мне фотографии нашей свадьбы!

- Отец, Рания отказалась дать нам посмотреть альбом, а потом пришла требовать, чтобы ей отдали все, где она есть на фотографиях! Ничего не получишь! И альбом я посмотрю, зайду к тебе в комнату и сама возьму! Ты ведь тоже так поступаешь!-Ещё чего! Только попробуй, это мой альбом! И в мою комнату ты не попадешь!

Саид, слушавший эти глупые препирательства, почувствовал, как устал от их мелких распрей. Он никак не мог вставить ни слова, стоя перед ними, слушая крики то одной родственницы, то другой.

-Хватит! Прекратите все!.. Рания, принеси альбом!

- Но…, Саид!..— возмутилась Рания.

- Неси быстро! Я жду! – твердо произнес Саид, но, видя, что женщина медлит, пояснил:- Я положу альбом в сейф, и у вас не будет причин для ссор!Рания, поняв, что Саид всё-таки не пошел на поводу у дочери и Фатимы, молча удалилась.- Я не желаю, чтобы в моем доме были ссоры!- предупредил Саид оставшихся ивернулся в кабинет.Мириам, стоявшая до этого молча, спросила:- Лара Фатима, прислать Ужду помочь собрать фотографии?Но женщина отрицательно покачала головой.-Нет, Мириам, спасибо, не стоит. Только скажи, чтобы сделали чай, мне захотелось посидеть внизу с чашкой чая, - как-то по-европейски выразила просьбу Фатима.

Служанка слегка поклонилась, сложив ладони вместе, и вышла.Оставшись одни, Хадижа и Фатима переглянулись.

- Видишь, Фатима, как умеет эта змея разжалобить отца! Как бы она была не права, ей всегда удавалось его провести, - с досадой сделала вывод девушка.- Да, вижу, - согласилась Фатима, собирая с лохматых вишнево-синих ковриков открытки и фотографии. Она молча передавала их приятельнице, а Хадижа укладывала всёв коробку. Альбомы были снова аккуратно сложены на столик один на другой Наконец, всё было собрано, коробка отнесена и поставлена на обычное место в шкафу Хадижи, и девушки спустились вниз, выпив без настроения по маленькому стаканчику мятного чая. Потом они решили немного погулять по саду и вышли из дома... А незадолго до этого Рания отнесла альбом в кабинет Саида, зайдя по пути в комнату второй жены.- Зулейка, а ты не хочешь отдать свой альбом с фотографиями Саиду, чтобы он положилих в сейф?

Зулейка слушала рассказ Рании о недавней ссоре, в которую сама решила не вмешиваться, и ей была неприятна мысль о том, что Фатима может захотеть заглянуть и в её альбом, как будто влезть в душу. «Что моё, то моё. Есть вещи, которыми я не собираюсь ни с кем делиться! – теперь переживала и Зулейка. – Но неужели и мне, как Рании, придется ссориться и с Фатимой, и с Хадижей, ведь они как-то незаметно подружились».- Дай мне альбом, я его отнесу Саиду. Скажу, что ты тоже считаешь нужным хранить альбом в надежном месте!Зулейка только усмехнулась. Нет, не нужны ей подобные одолжения! Зная Ранию, которая потом вывернет ситуацию таким образом, что рад не будешь, лучше обойтись без её помощи. Укачивая дочку на руках, Зулейка спокойно ответила:- Рания, я подумаю. Но не сейчас. Бадра никак не может уснуть.Рания поняла, что на самом деле хотела ответить одна из её соперниц, которую Аллах поселил под одной крышей с ней, и удалилась, не дожидаясь, пока Зулейка не попросит об этом прямо.Оставив альбом на столике в кабинете, видя, что Саид погружен в дела, она решила узнать, чем занят её сын. Ей предстояло объяснить Муниру, что произошломежду ней и другими женами сегодня, и почему так сердит на неё отец. Ранияне желала, чтобы сын плохо думал о ней, собственной матери, и поэтому старалась так преподносить каждый раз события, чтобы мальчик даже усомниться не мог в том, что она может быть не права, в глазах сына Рании хотелось быть доброй, умной, любящей матерью. И надо сказать, онапреуспела в этом. Мунир обожал свою маму!10. Глава4

Жади и Самира в Ангре. Страдания Латифы.В тот же день, когда в доме Саида происходили такие неприятные события, Жади с Самирой, сыном и Лукасом рано утром отправились на машине в Ангру. Предстояло проехать почти 160 км от Рио до Ангры, и Лукас надеялся, что на дорогу они потратят не более полутора часов.- Доберемся быстро,ведь все в основном едут вечером в пятницу, - с оптимизмом заявил он, посмотрев на дремлющего Пьетро, которого обнимала, прижав к себе, Жади.Дорога проходила по живописной местности: серебристое море с одной стороны, горы, заросшие тропическим лесом, красная плодородная земля.

Самира достала фотоаппарат, и, настроив на съемку во время движения, уже делала всё новые и новые кадры. Лукас и Жади,улыбаясь, переглядывались, видя, с каким азартом действует племянница, будущая журналистка.-Как красиво! – восхищалась Самира. – Вид не портят даже танкеры на рейде и нефтедобывающие платформыв море. Оказывается, в Бразилии полно нефти!- Только бензин всё равно дорогой, - заметил Лукас.- Лукас, а какие у нас планы?- поинтересовалась Жади.- Предлагаю сегодня провести день на островах. Если Иветти с моимибратьями согласится поехать с нами, значит, отправимся большой компанией. Вы пока думайте, что вам надо срочно купить для пляжа, потому что мызавернем по дороге в круглосуточный супермаркет, - Лукас вопросительно посмотрел в зеркало на отражение сидевшей на заднем сидении Жади и увидел, что она согласно кивнула.Было не жарко, и Жади прикрыла сынишку спортивной курткой Лукаса. Рядом сидела Самира, поглощенная манипуляциями с фотоаппаратом.А Жади задумчиво смотреласквозь стекло машины на проносившиеся мимо пейзажи, такие непривычные после огромного мегаполиса, на простиравшийся до самого горизонта голубой океан.

Они уезжали из Рио на несколько дней, и Жади беспокоилась о том, что может произойти в её отсутствие. Особенно её беспокоила Латифа. Необъяснимые предчувствия тревожили её, не смотря на утверждение Саида, что Латифа не знает правду о второй жене Мухамеда, и никто не собирается ей ничего рассказывать. Жади не очень верилось в то, что возможно долго скрывать такое событие, и что сестра ничего не заподозрит, или Мухамед не проговорится, или ещё неприятней, если дядя Абдул позвонит, а трубку телефона возьмет Латифа.

Но если это случится, Латифе понадобится поддержка сестры. К кому, кроме Жади, могла бы обратитьсямать Самиры за сочувствием и помощью? «Если что, Латифа мне позвонит, у неё же есть номер моего сотового. И телефон Иветти я тоже ей давала. И с доной Ноэмией мы договорились обо всём, как только узнали горькую новость», - успокаивала себя Жади, решив, что так подействовал на её нервы разговор с Самирой вчера перед сном.

Слишком много всегослучилось в жизни Жади и близких ей людей за последние три месяца. Долго же не происходило в её жизни ничего дурного. С тех пор, как судьба вернула ей Лукаса, Жади была бесконечно счастлива. Тот, кому досталось счастье дорогой ценой, не обращает внимания на досадные мелочи. И вот вдруг закончилась спокойная полоса в её жизни. А Жади почти забыла, что значитбороться. Но, судя по всему, впереди её ждут новые испытания.Жади не решалась звонить Иветти, думая, что так рано она может ещё спать. Но нет – жена Леонидаса позвонила сама.

-Жади, мои разбойники проснулись ещё час назад! Мы вас ждём! … Я так рада, что вы, наконец, решились выбраться из города! Скоро карнавал, можно будет спрятаться от него здесь, чтобы пережить это «бедствие».Поговорив еще недолго, Иветти отсоединилась. Лукас в разговор не вмешивался, но, вероятно, о его содержимом догадывался.- А почему бы и нет, Жади? Иветти права: в Ангре во время карнавала тоже будет много народа, но всё-такине сравнить с тем, что будет происходить вРио. Если бы не предстоящая поездка в Европу и в Россию, я взял бы отпуск на время карнавала и в своё удовольствие провел бы пару недель в тихом уютном месте. Отдохнул бы, просто отдохнул бы.

- Лукас, это было бы прекрасно, но я не могу покидать город, ведь у Хадижи скоро свадьба, - Жади передернулась, произнеся слово «свадьба». – Я хочу провести рядом с дочерью по возможности каждую минуту.

- Конечно, Жади! Но если Саид не захочет, чтобы ты принимала участие в подготовке к свадьбе, ты можешь пожить и здесь. Пьетро здесь понравится, я уверен! Знаешь, здесь есть и поля для гольфа, и теннисные корты, можно покататься на лошадях, поиграть в волейбол. И Самира тоже пусть поживет здесь с тобой, ведь учебный год в университете начнется только после карнавала. Ведь так, Самира? А рейсовые автобусы отправляются из Ангры в Рио ежедневно каждый час. Проблем никаких…Видя, что Жади не вдохновилась его словами, Лукас снова обратился к девушке:- Самира, ты часто играешь в теннис?

- Нет, мне некогда. Учеба занимает много времени. Ноиногда мы с ребятами ходим на университетский корт. Я не оченьумело играю, но подача у меня хорошая, - без ложной скромности сообщила племянница Жади.Они с Лукасом продолжали болтать о предстоящем в Рио празднестве – карнавале, настоящем бедствии для местных жителей, о предполагаемой работе Самиры вжурнале и о многом другом – Жади перестала вскоре прислушиваться к их разговору.

Она была задета словами мужа о Саиде, при одном упоминании о котором у неё испортилось настроение. Но она решила не развивать эту тему, тем более при дочери Латифы. Всё-таки Саид – родной брат её отца, родной дядя Самиры.А за окном автомобиля проносилась яркая зелень деревьев, океан с дороги казался спокойным, чистым и прозрачным. Утро было солнечным,но горывсё ещё затянуты туманом.

Добрались в Ангру к 8 утра.

Вот показались и дома с остроконечными крышами и мансардами, с высокими окнами… Поплутав среди улиц городка, посетив магазин, где приобрели всё необходимое из вещей, прежде всего для Самиры, они отыскали, наконец, дом отца Лукаса. Коттедж располагался в уединенной зеленой бухточке прямо напротив песчаного пляжа.Их встречали. Дети и Иветти тут же оказались рядом, как только машина остановилась. После взаимных, искренних и горячих приветствий, Иветти отправила всех к столу, где был приготовлен завтрак.

- Не принимаю никаких возражений! Сначала перекусим, потом – на пляж!- Иветти, мы хотели взять яхту инесколькочасов провести на островах. Как ты смотришь на это?- Прекрасно! Мы с вами! Но только сначала позавтракайте! Если мы отправимся на острова, надо основательно подкрепиться, ведь там не будет никакого желания тратить время на то, чтобынайти, где покушать.

Лукас не был голоден, поэтому он отправился договариваться насчет яхты. А Жади и Самира оказались за столом, который просто ломился от угощения.

- Иветти! Стоило столько всего готовить!- удивилась Жади.

- Садитесь за стол, не стойте! Жади, Самира! Накладывайте на тарелки сами…

- Тетя Иветти, как называются эти блюда? Вдруг мне когда-нибудь понадобится написать очерк о бразильской кухне? Я имею в планах эту тему.-Вот мы сейчас это и узнаем, когдаСэлма принесет поднос со сладостями.

- Где? Где сладости? – тут же оживились братья Лукаса.- Если бы поставили на стол раньше, уже ничего не осталось бы!- развела руками жена Леонидаса.

Сев за стол, Жади выбрала для себя мусс из авокадо. Самире тоже захотелось попробовать. Тем более, его подавали в оставшихся после удаления мякоти половинках кожуры. Сам мусс представлял собой смешанную с сыром рокфор, сметаной и красным перцем мякоть авокадо.Было удивительно вкусно.

Но от Иветти из-за стола выйти оказалось не так-то просто…Съев по порции мусса, и Жади, и Самире пришлось отведать ещё и чизкейк с маракуйей,потомхозяйка пододвинула к ним поближе тарелку с засахаренными плодами карамболы, золотисто-желтые ломтики смотрелись весьма аппетитно. И, конечно, появился кофе в маленьких медных «наперстках». А потомна стол были выставлены бокалы с фруктовыми коктейлями.

- Самира, Жади, пейте, не бойтесь, это безалкогольные напитки!- весело посоветовала Иветти, поставив перед ними пару бокалов, украшенных кружочками лимона и веточками мяты, выбрав напиток и для себя.-Ммм…, здесь соки маракуйи, ананаса, лимона, апельсина и мякоть гуавы… точно! – отпив немного смесь через трубочку, показывая пальцем в бокал, перечислила Иветти.— Это сестра Изадоры составляет напитки из соков разных фруктов, она работает здесь в Ангре у нас на кухне. Поразительно, как ей это удается –придумывать каждый разнапитки с новым вкусом.Самира тоже выразила восхищение, добавив:- Я читала, тетя Иветти, будто бы Софи Лорен так долго сохраняет свою прекрасную форму именно благодаря тому, что каждый день пьёт сок из свежих ананасов.-Да? – поразилась Иветти.- Буду иметь это в виду.- Точно! Также этот сок врачи рекомендуют употреблять при заболеваниях почек и ангине, - продолжила Самира, потягивая сок из трубочки.-Кстати, - встрепенулась Жади, - как ты, Самира, себя чувствуешь? Вчера у тебя начиналась простуда.

- Уже всё в полном порядке, тетя Жади!-Уу, - погрозила пальцем Иветти, - я знаю, как тебя подлечить! Сейчас попрошу Сэлму приготовить чистый сок гуавы. Он не только утоляет жажду и тонизирует, но и лечит простуду, потому что в нем много витамина «С».-Не стоит беспокоиться, - смутилась Самира.- всё уже прошло!Но Иветти было не остановить – она переговорила о чем-то с полной смуглой женщиной, потом включила магнитолу, из которой полилась знакомая до боли мелодия.- Это Каэтану Велосу, - мечтательно проговорила Иветти, ставя на стол вазочки с щербетом и мороженым, политым ярко-зеленым сиропом.Зачерпнув ложечкой пломбир, Иветти извиняюще сказала:-Тебе, Самира, мороженое есть не стоит, если ты была вчера простужена. Скоро для тебя принесут сок. Кстати, вы не попали вчера под ливень? Вы же куда-то собирались съездить.- В этом и причина недомогания Самиры!- ответила Жади. -Ты не представляешь, Иветти, что мы вчера пережили…Жади так живо описала события, случившиеся с ними накануне, что Иветти только головой качала, выказывая удивление.Когда рассказ об их злоключениях подходил к концу, появился Лукас и сообщил, что всё готово - можно отправляться на яхту.…Острова… Это была настоящая сказка… После пляжей Рио-де-Жанейро,где всегда многолюдно и весело, здесь, в загородном доме Феррасов, было тихое райское место. А совершить небольшое путешествие на яхте к тропическим островам – это… не описать словами, и Самира была в восторге!

- Я сделаю много фотографий и напишу ещё одну дополнительную статью!- Только нас не фотографируй! Не думаю, что Саид будет рад увидеть нас в журнале, и в таких в купальниках, что дядя Абдул лишится сознания, если увидит.Всей компанией они вскоре отправились на симпатичную пристань, где их погрузили на небольшой парусный кораблик и повезли по островам с остановками для купания, загорания и ныряния.…Вода была изумрудного цвета, с огромным количеством рыбок и морских звезд, и очень теплая.

- Создается впечатление, что ты плывешьв рыбном супе, - поделилась ощущениями Самира.

Дети бегали по пляжу, визжа и бросая друг в друга песок. Иветти старалась не обращать внимания на их мелкие выходки. Жади слегка забеспокоилась, когда Лукас, взяв на одном из островов скутер, решил прокатиться на нем вместе с Пьетро. И вздохнула с облегчением только тогда, когда сын оказался рядом на песке пляжа. Самира то купалась в океане и загорала, то делала фотографии и что-то записывала в небольшой блокнотик.- Да-а-а, - протянула Иветти, посматривая на Самиру, которая успела положить блокнот в пляжную сумку, поднялась и побежала к воде, - почему в молодости мне никогда не приходила в голову идея стать журналисткой? Ведь я так любила путешествовать! Сколько всего я видела! Иногда так жалею об упущенных возможностях!- Знаешь, Иветти, я тоже порой жалею о том, что невозможно начать свою жизнь сначала. Сейчас мне удается создавать жизнь, которая мне нравится. Мы с Лукасом столько лет вместе. Даже не верится, что в прошлом я была вынуждена так долго сопротивляться Судьбе. Если бы ничто не помешало нам с Лукасом быть вместе ещё 25 лет назад, все эти годы мы были бы с ним очень счастливы!-Но ты боролась, Жади, за своё счастье! А есть люди, у которых вся жизнь как один длинный серый день, который закончится ещё более печально, чем начался и длился. Сколько таких людей вокруг! Вот у меня есть одна приятельница, у которой родственник доживает СЕРУЮ жизнь. Картина, скажутебе, угнетающая!— говоря это, Иветти открыла бутылку с минеральной водой и наполнила пластиковый стаканчик, проследив глазами за пронесшимися мимо детьми. Жади лениво повернулась на бок, прикрывая голову от солнца тонкой соломенной шляпкой. Иветти, отряхнув песок с бедра, продолжала:- Никем не стал, нигде не был, ничего особого не видел, ничего не заработал, никого не воспитал (в разводе, сына годами не видит), никого не сделал счастливым, и сам таковым не стал, встречает старость в полном одиночестве, уверенно деградируя в маргинальный элемент. Я сомневаюсь, есть ли что ему вспомнить хорошего из прожитого? Ни друзей, ни близких вокруг. Вечное: "да я мог бы, вот я когда-то, да если бы не та, тот, те, если бы не обстоятельства, уж я бы тогда"...Из воды вышла Самира и легла рядом прямо на горячий песок. Жади, улыбнувшись Самире, повернулась к Иветти и ответила:-У меня действительно было много совпадений в жизни - места, время, люди, которые становились препятствием на пути к моему счастью. У каждого человека, наверное, бывают моменты, когда бьешься головой и всем телом в стены, двери, окна, а стены не исчезают, двери не открываются, окна не распахиваются. Нельзя осуждать человека однозначно, что он не смог найти выход.

- Человек должен сам строить своё счастье, бороться за него. Как я, как ты, Жади! Как Самира! Но я согласна с тем, что это очень трудно!- Это в идеале каждый может осознать, прервать цепь своих и чужих ошибок, вырваться. А на деле - не каждый на это способен, - возразила Жади, думая при этом о Латифе, о том, сможет ли её сестра сопротивляться обстоятельствам, которые уже очень скоро перед ней откроются. Какой выбор сделает Латифа?- Я часто задумывалась, есть ли оправдание серой жизни с печальным концом - в виде неблагоприятных обстоятельств (родился не в той семье, не там жил, попал не в то место, не в то время, несправедливость жизни), или серая жизнь – это закономерный результат цепочки человеческих ошибок и пороков?- изрекла философски Иветти.- Кому-то суждено, наверно, протянуть и такую жизнь. Если есть потенциал – человек может изменить жизнь, а если нет – что же делать? Хуже не это: ещё хуже, когда у человека есть всё: и жена, и дети, и дом, а он этого не ценит, вечно всем недоволен, - Жади имела в виду при этом, конечно, мужа Латифы.Иветти, уже зная историю семьи Самиры, понимающе посмотрела на Жади, опасаясь при Самире сказать лишнее.

-Да, подруга, заканчивается жизнь такого человека среди чужих в сущности людей, которые вроде бы и рядом, но за столько лет перестали восприниматьего, а он - их.

- Потому что его так воспитали. Иногда от людей, которые находятся рядом, зависит, в какую сторону развернется колесо судьбы…- Э-э-эй, что это такое? Вы решили подраться? Ну нет! – закричала, подскочив, Иветти. Жади и Самира тоже вскочили, увидев сцепившихся и катающихся по песку братьев Лукаса. Пьетро стоял в стороне и растерянно наблюдал за потасовкой, держа в руках два совочка.

Растащив драчунов, все поняли причину ссоры: построенная из песка башня была разрушена: кто-то из детей наступил голой пяткой на край песочного строения, и сделано это было умышленно! Отругав обоих сыновей, Иветти наказала их, усадив рядом с собой и заставив на её глазах сооружать песчаный замок.Вскоре вернулся Лукас, который, накатавшись на скутере, долго затем стоял по пояс в воде недалеко от берега, иногда ныряя в волны.

- Не пора возвращаться? – стряхивая капли воды с мокрого тела, спросил он.Действительно, близился вечер, а Лукасу ещё предстояло вернуться в город.

Абсолютно удовлетворенные, усталые, разморенные солнцем и океаном, они двинулись к яхте, чтобы добраться обратно в Ангру.Их возвращения ждали – в доме был накрыт на столе чудесный ужин: там было одновременно всё – закуски, салаты, мясные блюда, сыры и кальмары.

Лукаса с детьми не пришлось уговаривать: они первыми оказались за столом. Иветти проследила, чтобыдети не добрались до десерта раньше, чем съедят что-то из мясного и салаты. Лукас выбрал цыпленка с лаймом, быстро поел и пошел собираться к отъезду. А Жади и Самирапредпочли баранину, которую Сэлма приготовила на вертеле. Теперь она поднесла вертел с громадными кусками и отрезала порции мяса прямо в тарелки женщинам с самых аппетитных краев.- Какое нежное мясо! – восхитилась Самира, - просто тает во рту!Иветти тут же оживилась:- Я просто без ума от марокканской кухни и обожаю баранину. Но есть ее, увы, почти никогда не могу. Это очень жирное, тяжелое мясо, особенно на ночь, а я вечно на диете.Она положила на свою тарелку манго, фаршированное кальмарами. Украшенные мятой и полосками сладкого перца половинки манго, заполненные массой из кубиков манго и готовых порубленных кальмаров, оливками, специями и майонезом…. Блюдо отнюдь не показалось Самире диетическим, но она промолчала.

Из напитков были выбраны коктейль из свежего авокадо, взбитого с молоком, и необычный сок из баклажана и апельсина.- Да, в Бразилии любят и умеют готовить! Мне кажется, что главный принцип бразильской кухни – соединять несоединимое Поэтому её можно отнести к одной из самых оригинальных в мире, - заговорила Самира.- Это так, Самира! – согласилась Иветти.- Взять хотя бы самое известное бразильское кушанье – фейжоаду. Это просто фантастическая смесь вареных свиных ножек, ушей, копченого бекона, говяжьего языка, колбасы, риса и черной фасоли. Но Далва готовила его замечательно. У Изадоры тоже вкусно получается, а, казалось бы, как такое можно есть?Самира при упоминании свинины застыла с перекошенным лицом. Отец с детства так твердо внушил им с Амином отвращение к мясу этого животного, что, и живя одна, вне семьи, она старалась избегать поедания блюд из свинины.

Посмотрев на девушку, Иветти рассмеялась. Она прекрасно поняла причину такой реакции племянницы Жади, которая тоже, кстати, свинину не ела.- Не бойтесь, я приказала не готовить при вас свинину! Но если что, я в любом случае предупредила бы вас! О! Вот ещё и острая курица с кокосом. Как же это Лукас её не заметил? Это одно из его любимых блюд! Далва внушает мне это много лет! Как же он торопился!

Она приоткрыла прозрачную крышку над глубоким блюдом, в которомна рисе были уложены обжаренные до коричневого цвета кусочки курицы, политые кокосовым соусом с белевшими крупинками тертого кокоса.

- Ммм, кто желает? Пьетро? Попробуй, твоему отцу это очень нравится! Жади? Самира?

Но все отказались, понимая, что погорячились, съев и без того слишком много всего, а впереди был ещё десерт…После сладкого Иветти увела утомленных детей, решив уложить их пораньше спать. И после этого женщины решили посидеть в саду, где у бассейна стояли чудесные плетеные кресла вокруг столика, на котором тут же оказались соки и коктейли.

-Чудесный вечер! – сказала Жади, потягивая коктейль через трубочку. Некоторое время они молча наблюдали, как огромное солнце быстро садится за горы, четкий контур которых был обрисован закатными лучами.

- Вот представьте, тетя Жади, даже если уехать из Бразилии надолго, вернуться лет через 60, то город всё равно можно будет узнать, что бы в нем не построили или как бы его не перестроили. Достаточно взглянуть на очертания гор, чтобы понять, что ты оказалась в старом добром Рио. Потому что горная цепь, создающая облик города, нерукотворна. Это самый красивый и оригинальный город Латинской Америки… Завтра я начну работать над статьей. И начну её с этих слов.- Да, ты права, город необычный, и его невозможно перепутать ни с каким другим, - как-то печально произнесла Жади.

- О чем вы думаете, тетя Жади? Моя мама не звонила? Дядя Саид не мог обмануть, ведь так?- обеспокоено спросила Самира.- Нет, Самира, я уверена, что твоей маме пока ещё ничего неизвестно! И мне так неловко от моего молчания, как будто я предаю Латифу. Но с другой стороны – пусть она как можно дольше остается в неведении, чтобы продлить иллюзию счастья. Я очень боюсь того, как твоя мама перенесет новость о другой жене. Я так переживаю…К столику подошла Сэлма и, собирая бокалы из-под выпитых напитков, сказала:-Дона Иветти не может спуститься в сад, у одного из мальчиков разболелось ухо, видимо, попала вода. Когда вы захотите подняться в свои комнаты, загляните на кухню, чтобы я всё убрала и закрыла дверь. Дом ставится на ночь на сигнализацию.- Хорошо, Сэлма, мы ещё немного посидим и зайдем в дом, - поняв намек, ответила Жади.

После ухода служанки Самира взяла со столика один из оставленных Сэлмойна столике бокал с соком маракуйи, и, убрав шпажку с нанизанным кружком карамболя и ягодами клубники, помешала трубочкой напиток. Лед растаял. Но напиток был вкусным, и Самира присела в кресло поближе к Жади, протянув и ей выбранный молочный коктейль с тертым шоколадом.- Тетя Жади, может быть, стоит завтра позвонить доне Ноэмии? Мама не сможет с нами связаться, чтобы в доме ни случилось.- Я уже думала об этом, Самира. Конечно, завтра пораньше я позвоню и разведаю обстановку.

- А что вы посоветуете делать маме, когда она будет знать о… том, как изменилось в семье её положение? – робко спросила девушка.- Думаю, придется согласиться с советом дяди Али и Саида: до свадьбы Латифе придется держать себя в руках и ничего не делать, чтобы свадьба Хадижи не омрачилась семейными скандалами. Но вот потом… Я считаю, что твоя мама должна потребовать семейного суда!Мухамед давал ей слово не брать вторую жену, но теперь нарушил его. И теперь Латифа вправе требовать развода. Не знаю, сможет ли твоя мать жить в одном доме со второй женой! Латифа – мягкая и очень добрая. Она поддастся на уговоры твоего отца, и если он сможет её убедить принять вторую жену, это может для неё плохо закончиться. Мне до сих пор кажется кошмаром жизнь рядом с Ранией. И если бы мне пришлось с ней делить любимого мужчину… я бы повесилась!- Нет, не говорите так, тетя Жади! Но я тоже боюсь, что мама даст себя уговорить и тогда ей будет очень плохо! Лучше пусть разводится!

- Я думаю, Самира, что есть выход. Но для этого твоя мама должна потребовать развода с твоим отцом, как это не печально. И не просто развода, а выполнения условий брачного договора, по которому твой отец будет вынужден выплатить Латифе махр, т.е. алименты. Если бы он согласился отдать твоей маме дом или хотя бы купить ей другой дом, это было бы здорово! Думаю, ты тогда могла бы жить вместе с мамой в её доме, а я – открыто приезжать в гости к ней, к вам!

- Дааа, если бы так получилось, это было бы здорово! Больше всего я не хочу, чтобы моя мама была унижена присутствием второй жены рядом с отцом! Она этого не переживет!- Самира, - заговорщицки проговорила Жади.- Кажется, я знаю, что нужно сделать, чтобы вторая жена побоялась появиться в Рио! Чтобы ей даже в голову не приходило появиться в Бразилии!

-Что вы придумали? Что?!! – оживилась Самира.

- Подожди, и ты всё узнаешь!- Нет, я хотела бы знать уже сейчас! Ну скажите же, тетя Жади!- умоляюще воззвала дочь Латифы.- Хорошо, я расскажу, потому что ты, Самира, возможно, смогла бы подсказать ещё что-нибудь!- Да-да! Говорите скорее, тетя Жади!- Я хочу позвонить в Фес в дом дяди Али и попросить Зорайду сделать так, чтобы дядя Али пригласил эту вторую жену… Лейлу… в гости, как будто бы для того, чтобы поближе познакомиться – ведь мы же теперь родственники…, а Зорайда могла бы НАПУГАТЬ эту девчонку так, чтобы она панически боялась ехать в Бразилию, даже если твой отец решит увезти её насильно в Рио. Конечно, это нехорошо, но Латифа нам дороже, чем эта девчонка.

- Вот именно! У неё есть дом, который отец купил ей, вот и пусть живет там! И можно поговорить с Каримой. Мне кажется, Карима сделает это лучше! Дядя Али может разгадать планы и запретит Зорайде наговаривать на маму, а Карима любит посплетничать. Так пусть приврет, скажет, что мама злая, скандальная и жестокая. И что она жадная, и будет обязательно обижать её, если Лейла приедет жить в дом отца.- Достаточно Кариме описать Дунию, бывшую жену дяди Али, и рассказ о ней напугает кого угодно!- подхватила Жади.- Да, это хорошая идея! Интересно, а как Амин воспринял новость о женитьбе отца? Почему он не помешал ему? Или он сторонник многоженства, как дядя Абдул? Он так ничего и не сделал? И ему совсем не жаль нашу маму?- Не знаю точно. Но Зорайда мне говорила, когда я звонила, что Амин был против, и страшно переживал, узнав, что отец берет вторую жену. Но что он мог сделать? Как он мог воспрепятствовать тому, что провернул так быстро и тайно дядя Абдул! Ты только представь себе: даже дядя Али не знал наверняка о свадьбе, которую провели в пожарном порядке!

-Мою маму окружают предатели! Все, ведь все знают об этой Лейле! Дона Ноэмия, Мустафа, дядя Саид и все его жены, Амин… А его жена тоже знает? Наверняка, знает!- Да, но что делать? Мухамед запретил рассказывать. И потом: кто решился бы взять на себя эту миссию? В старину гонца, который приносил дурную весть, казнили!- Но …тетя Жади, какой вам показалась жена Амина?

Обе вспомнили статную и полную девушку, с которой они столкнулись в Торговом Центре. И пусть она стремительно увела за собой Амина, всё-таки Жади и Самира успели рассмотреть и темные густые волосы, и круглое, улыбчивое, ясное лицо с ярким крупным ртом от темно-вишневой помады. Жади обратила внимание на то, что девушка была одета в дорогой костюм в национальном стиле, из светлого льна отличного итальянского качества.На ногах у невестки ЛатифыЖади заметила туфли на высоченном каблуке-шпильке. На голову наброшен был шелковый платок нежно-голубого цвета.

Жади и Самира пришли к выводу, что Халиса – так зовут жену Амина? – весьма привлекательная и даже красивая девушка. И, по отзывам Латифы, невестка – хорошая хозяйка с приятным характером. Вобщем, матери Самиры Халиса нравилась, а вот Амину…- Как же он смог забыть Эмми? Он же так любил её? Он, конечно, мечтал о четырех женах, но это же были только детские мечты!- Вот в том-то и дело! Амин не ладит с молодой женой из-за Эмми!- Но она теперь замужем!

Жади вздохнула:- Беда Амина в том, что он очень похож на дядю Саида! Я всегда замечала в нем черты Саида, ту же одержимость, что и у брата Мухамеда! Он долго не сможет забытьЭмми, если вообще когда-нибудь сможет смириться с её потерей.

Она не смогла продолжить, потому что где-то внутри сумочки, так и висевшей забытой на спинке садового креслапосле возвращения из морской поездки на острова, зазвучала знакомая мелодия сотового телефона.

Порывшись в сумочке, Жади откопала, наконец, трубку и увидела, что на дисплее высветилось имя «Латифа».- Это твоя мама звонит! – ответила Жади на молчаливый вопрос Самиры и нажала на кнопку. Услышав голос сестры, Жади крепче сжала мобильник.*** Латифа решилась позвонить Жади после пережитого дня, ставшего для неё страшным испытанием. Как она вообще смогла перенести случившееся?Как только утром она открыла глаза, то обнаружила, что проспала, ив ужасе вскочила с постели, на которой уже давно не было Мухамеда – ведь шел девятый час, а в это время муж и сын уже вовсю вели торговлю в своих магазинах!

Но кто же приготовил им завтрак? Почему не разбудили? Как вообще такое стало возможным?И вот тут-то она и вспомнила, что случилось. Застонав, Латифа откинулась на подушку. Счастливая жизнь закончилась ещё вчера, когда она узнала правду о том, что она больше не единственная жена Мухамеда. Что же теперь будет с ней? С их семьей, с её домом? Но может быть, она всё не так поняла?

Латифа быстро оделась и спустилась на кухню. Там никого не было. А в зале хозяйничала Халиса – занималась уборкой. Увидев Лару Латифу, она поспешила навстречу.- Лара Латифа, как Вы себя чувствуете?

- Халиса, что вчера со мной случилось? У меня так болит голова…- Вы приняли перед сном сильное снотворное, поэтому проспали. Но не переживайте: я встала пораньше и приготовила завтрак. Амин с отцом позавтракали и отправились заниматься делами. Их устроили мои объяснения о том, что вы так были расстроены ссорами между гостями, так устали вчера от домашних дел, и до этого были не совсем здоровы, вот всё и сказалось на вашем самочувствии… Они велели мне вас не будить, чтобы дать выспаться.

- Надо было меня разбудить. Халиса…, - нерешительно начала Латифа, не зная, как спросить о том, что стало вчера известно, кажется, не только ей. И неужели это правда?Но невестка всё поняла:- Лара Латифа, я никому ничего не рассказывала -о том, что Вам теперь известно о второй жене.-Так это правда! – сказала Латифа и присела на диван, горестносжимая ладони.

Халиса решила не продолжать нехорошую тему. Дел в доме было много, а самое лучшее лекарство от всех неприятностей – это забыться в домашних делах. Пора было идти в магазин и на рынок за продуктами. Это было необходимо, иначе нормальный обед не приготовить!Халиса замялась, но всё-таки сказала:- Амин оставил мне деньги для покупки продуктов. У нас многого нет. Вам лучше побыть дома,я сама схожу в супермаркет, а когда вернусь, позвоню Амину, он велел мне сообщить, когда я соберусь на рынок, чтобы сходить вместе.- Да, Халиса, пожалуй, так будет лучше. Я не очень хорошо себя чувствую!- обрадовалась Латифа.- Отдохните ещё! Я вполне смогу справиться со всеми делами. Отдыхайте, приходите в себя!

Но Латифа решила пока не подниматься в спальню, а отвлечься от мыслей, которые сумбурно вертелись в её голове. Она подошла к шкафчику, где в разных банках и баночках, коробках и сверточках хранились специи и травы для самых разных блюд. Она сейчас переберет всё это, до чего у неё никак не доходили руки. Некоторые специи были просрочены, другие заканчивались. Латифа нашла блокнот, в котором она вела учет кухонным покупкам. Достала ручку, чтобы сделать записи… И поймала себя на мысли, что как будто это не она, кто-то другой передвигается в её теле. Это не с ней происходит то, что случилось!Если накануне Латифа, перенеся настоящий шок от такого страшного известия, всё-таки смогла взять себя в руки, то, видимо, теперь нервы её не выдержали, и она ощущала в голове какое-то помрачение сознания. Мысли путались, она не могла сосредоточиться, подумать о чем-то четко и ясно, потому что мысли перескакивали с одного на другое.

Спасение пришло от другого шока, физического, когда, пошатнувшись, Латифа неловкозадела рукойраскаленный бронзовый кофейник. Это и привело её в чувства. На кисти левойруки проступила краснота, и теперь наливался пузырь от ожога, но в голове всё прояснилось.- Аллах! Что же делать? Где аптечка? – заметалась женщина перед шкафчиком, доставая коробку с лекарствами.

«С обожженной рукой обед не приготовишь! А Халисе со всеми делами не справиться одной!... Ещё одна пара рук не помешает, и она вскоре вполне может появиться в этом доме», - тут жес горькой усмешкой подумала она.

Но Латифа была даже рада испытанной боли. Теперь мысли больше не путались, и можно будет всё обдумать. Что-то решить. И кое-что прояснить, потребовав объяснений.Она услышала, как спустилась с верхнего этажа жена Амина, как заглянула на кухню, чтобы сказать, что она уже готова,идет в магазин, деньги в кошельке есть, а ключ она возьмет с собой, чтобы не беспокоить свекровь, если Лара Латифа решит, что для её здоровья будет лучшевсё-таки полежать в постели.

Латифа кивнула, и как только за Халисой закрылась дверь на улицу, она, оставив все дела, тут же поднялась в комнату. «Почему Жади мне ни о чем не рассказала? Неужели она ничего об этом не знает? Нет! Знает! Теперь мне многое понятно - сколько раз я замечала странности в её поведении!», - накручивала себя обиженная Латифа.

Прежде всего, воспользовавшись отсутствием в доме всей семьи, она достала телефон и позвонила Жади. Но связи не было. Да, кажется, Ноэмия говорила, что Жади и Самира собрались ехать в Ангру, куда-то, где у отца Лукаса дом. Как надолго они уехали?

Латифа снова спустилась вниз и позвонила доне Ноэмии. Это было время наплыва туристов,желающих получить свежий сок, поэтому Ноэмия попросила перезвонить позже, даже прийти к ней – после обеда, когда улицы Сан-Криштована опустеют от полуденной жары. Тогда дона Ноэмия будет готова обсудить тайну, что так взволновала Латифу. И она, конечно, не стала настаивать.Но она обязательно придет сегодня к доне Ноэмиипоговорить. Придет! А вот Жади, как выяснилось, не будет в Рио несколько дней. Но почему Латифа не смогла дозвониться до Ангры? Ноэмия посоветовала ей позвонить в дом синьора Леонидаса, узнать о Жади у некоей Далвы.

Положив трубку и поняв, что придется ждать несколько часов до того, как она сможет пойти поговорить к ларе Ноэмии, Латифа решилась всё же набрать домашний номерИветти. Да, пожилая домоуправительница, хотя и не слишком любезно, но всё-таки продиктовала Латифе телефон дома синьора Леонидаса в Ангре, не удосуживаясь хотя бы поинтересоваться, для чего родственнице Жади так срочно понадобился номер телефона.

Позвонив и туда, Латифа поняла, что, как не хотелось ей идти в кафе к доне Ноэмии, но сделать это придется. Потому что Жади с Самирой и со всеми остальными уехали на морскую прогулку, как только добрались до Ангры, а что касается Ноэмии… Ни попросить её прийти в дом Мухамеда, ни самой идти вечером в квартиру, где Ноэмия живет вместе с Мустафой,Латифа не могла: она хотела поговорить о сделанном открытии, но так, чтобы никто из мужчин семьи не догадался, что ей уже всё известно. Ни Мустафа, ни Мухамед не должны этого понять!Но вот как сможет Латифа пройти через несколько улиц Сан-Криштована, пока она попадет туда, где находится «Шатер Шехерезады»? Ведь все вокруг уже знают, что её Мухамед взял вторую жену! Как же ей стыдно! Теперь она так и будет ходить с опущенными в землю глазами. Потому что ей не нужны ни сострадание и сочувствие, ни едкие комментарии доны Журы, ни любопытные взгляды Базилио и Аниньи. Этот сверх всякой меры любопытный Базилио!А ведь если бы не он, как долго тайна оставалась бы тайной для неё? При том, что все вокруг уже давно всё знают?!!

Латифа обхватила голову руками, задев при этом ожог на рукеи застонав от боли.

«Хватит! Надо срочно обдумать ситуацию! Иначе я просто не знаю, как смогу скрыть от Мухамеда, что мне всё известно! Откуда взять мне силы, чтобы не вцепиться в его бесстыжие глаза?»Она зашла в кухню, перевязала рану с содранной от лопнувшего пузыря кожей на руке, и, наконец, решила выпить кофе, чтобы окончательно прийти в себя. Ведь позавтракать она так пока и не успела... А Халиса, отправившись за покупками, перебирала в памяти события прошедшего утра. Во-первых, она не выспалась. Потому что Амин не спал всю ночь. Он молча лежал на своей половине постели и думал о чем-то, время от времени зло втыкая кулак в подушку. Халиса лежала тихо-тихо, чтобы не вспугнуть его, надеясь понять хоть что-то. Под утро Амин уснул.

- Эмми, Эмми, - плачущим голосом, как показалось Халисе, пробормотал он уже во сне.«Ну вот и ответ!- удовлетворенно подумала Халиса.- Наконец-то мне известна причина его пренебрежительного ко мне отношения. А кто знает причину, тот может найти способ исправить ситуацию. Во всяком случае, теперь я знаю, с чем и как мне бороться за Амина!» Дав себе слово выяснить о сопернице всё, она провалилась в сон.И вот теперь молодая женщина строила планы. «При первой же возможности проверю все вещи Амина. Обыщу всю комнату. Не может быть, чтобы у Амина не сохранилось нигде ни одной фотографии этой девушки. Если он так сильно любил её, а точнее— и сейчас ещё любит, он не мог расстаться с её фотографиями!» Ей хотелось посмотреть на соперницу. Понять, что в ней оказалось привлекательным для мужа, и эти знания станут полезнымидля неё.«Мне повезло в том, что онавышла замуж и уедет с мужем очень далеко. Как говорится:что далеко от глаз – далеко от сердца.Поэтому она мне не так страшна. Но с другой стороны —остался её образ в голове Амина. А вот это уже плохо. Любовь из его сердца и образ любимой девушки из памяти не вытеснить так просто. Нужно время, которое поможет забыть, и обида на неё, которая исподволь подточит его чувства. И потом, он может понять истину: сегодняшнее яйцо лучше вчерашней курицы. Но что делать ей, Халисе?«Как поступить, чтобы не проиграть борьбу за Амина? Не сделать хуже самой себе? Надо присматриваться к нему, постараться понять, о чем он думает!»,- решила девушка.«Когда я пойму, какой он человек, пойму его психологию, я смогу действовать наверняка!». Халисе были не чужды такие науки, как психология, философия и многие другие. Она не была безграмотной, наоборот, очень многое ей удалось изучить не только на курсах университета, куда её отпустил отец, поддавшись уговорам жены дяди, хотя и не дал доучиться. Но многое она изучила и усвоила самостоятельно, ведь она была трудолюбивой и способной ученицей.Для начала она решила не торопить события и дать его сердечной ране затянуться. Пусть Амин видит в ней не ненавистную жену, навязанную ему родственниками, а то, что это было именно так, она больше не сомневалась и не имела никаких иллюзий на этот счет! Так до некоторых пор она может стать для него понимающим и верным другом. А потом придумает, что сделать, чтобы завоевать если не любовь, то хотя бы уважение, доброе отношение к ней. Но главное – и это Халиса понимала, самое главное, и это беспроигрышный ход, нужно забеременеть и родитьмужу сына. Для этого не стоит ссориться с Амином…

Сделав все покупки, Халиса достала телефон и позвонила Амину, который сначала доставил продукты в дом, после чего они отправились на рынок.

- Когда ты уходила в магазин, мать уже встала? Почему в доме так тихо, как будто никого нет? -нахмурившись, встревоженным голосом расспрашивал её Амин.- Лара Латифа проснулась при мне, но у неё, как она мне пожаловалась, сильно болела голова.- И что же делать?- Она справится с этим! Когда я уходила, твоя мать уже чем-то занималась на кухне.- Но сейчас-то её там нет!- Я поднялась наверх, пока ты выгружал продукты, и заглянула к ней в комнату. Твоя мама спала, укрывшись легким пледом. И мне кажется, утром она плакала. Но ты, Амин, не давай понять матери, что… Вобщем, я ещё утром тебе всё объяснила! Я обещала ларе Латифе никому не рассказывать об этом. Но я не могу брать на себя такую ответственность. Она же твоя мать, а ты мой муж!..

Халиса сделала вид, что не заметила, как поморщился при слове «муж» Амин. А разве он не её муж?

- Вобщем, надо помочь ларе Латифе, чтобы она пришла в себя от потрясения, чтобы не пострадала её гордость, её самолюбие. Чтобы она перестала бояться появления здесь, в доме, второй жены. Твоей матери необходимо привыкнуть к новой ситуации, а что касается правды... Вероятно, ей хочется, чтобы правду сказал ей твой отец!Она всё говорила и говорила, даже не заметив сразу, что Амин смотрит на неё с уважением. И она смогла подавить вспыхнувшую в её душе радость, когда поняла, что нашла, пусть и крохотный, ключик к мужу. «Он уважает мудрость? Рассудительность и ум? Пусть так, и он от меня это получит!» «Но мне-то нужен от него ребенок!», - грустно добавила про себя Халиса.…Поразительно, как две женщины в одной семье пытались не потерять свое место рядом с собственными мужьями! Халиса обдумывала, как занять свое законное место в жизни Амина, вынужденная бороться с его прошлой любовью, надеясь вытеснить из его судьбы женщину, красивую и любимую им.А её свекровь, наоборот, старалась разобраться в том, как получилось, что она, Латифа, была в какой-то момент отвергнута мужем, решившим взять в жены другую женщину, которая, по его мнению, должна будет больше подойти ему, принеся в дом свет, потому что сможет «поддерживать огонь в лампаде Аллаха»!Когда Амин и Халиса, оставив покупки на кухонном столе, отправились на рынок, Латифа перебралась с кровати к зеркалу, присев за туалетный столик. Она задумчиво рассматривала свой отражение. Даааа… она изменилась, постарела. Вот и первый седой волос блеснул в её пышных волосах. Нет ни одной морщинки вокруг глаз! Ни мешков под глазами… А если вспомнить Мухамеда… Но он – мужчина, и вторая жена, которой всего 18 лет, в его глазах, конечно, выигрывать будет всегда.«Моё время ушло», - печально подумала она. И вдруг спазм сжал горло, а по щекампокатились слёзы. Онадаже не стала вытирать скатывающиеся на платье слезинки, расплывающиеся темными пятнами на светлой тонкой домашней джеллабе, привезенной из Феса ей в подарок Мухамедом.

- Интересно… ЕЙ он купил такое же платье?- вслух произнесла Латифа. Она понимала, как теперь изменилось её положение в семье: ведь теперь две жены должны будут получать поровнувсевещи от их общего мужа!Латифа придвинула к себе изящную шкатулку из туи, с красивыми розовыми прожилками на дереве. Откинула крышку и стала доставать по одному украшения, вспоминая вместе с каждым из них свою семейную жизнь с Мухамедом. Вот это – подарок Мухамеда, когда он еще считался её женихом. Этот браслет она выбрала в числе других золотых украшений, когда Мухамед покупал ей на рынке золото к свадьбе. А это кольцо он привез из поездки в Сан-Паулу, куда он отправился за товаром вместе с Саидом, у которого там были какие-то свои дела… Эти серьгион привез ей из Марокко.

А вот это колье Мухамед подарил ей, когда родился Амин, их долгожданный сын! Это ожерелье – подарок за новорожденную Самиру. А где кольцо и браслет с сапфирами? Камни совсем небольшие, но украшения сделаны искусным мастером, и смотрелись очень дорогими… Где же они? Латифа перебирала украшения, добравшись почти до самого дна шкатулки.

Ах, да! Она заложила часть украшений в тот раз, когда Мухамед из-за отказа Самиры носить платок вот так же по наущению дяди Абдула сосватал Зулейку! Она, бросив всё: дом, детей, пойдя на обман родственника, Мустафы, оставленного присматривать за семьей в отсутствие Мухамеда, с помощью Жади продав и заложив часть своих украшений, полетела в Марокко, чтобы предотвратить семейную катастрофу. И тогда ей это удалось. Впрочем, нет, вовсе не ей… Если бы не Зорайда, которая своими травами усыпила Мухамеда, расстроила планы сида Абдула, то вторая жена уже давно поселилась бы с ними под крышей этого дома!

Но стоило ли тогда идти против судьбы, если это всё равно случилось? Мактуб! Значит, именно так и было суждено! Раньше или позже, но Латифе предстояло стать одной из двух жен.

Почему женщине не дано заглянуть в будущее? Зорайда, где же ты? Если бы Зорайда была рядом, она погадала бы на кофейной гуще и открыла, что ждет Латифу, рассказала бы всё о её будущем, как когда-то предсказала судьбу Жади!Кольцо с розовым камнем, которое Латифа только что достала из недр шкатулки, блеснуло в луче солнца, непонятно как пробравшимся в сумрачную комнату. И память Латифы тоже озарилась воспоминанием о рассказанной однажды Зорайдой притче о том, как гадали две подруги. Одна была из бедной семьи, а другая - из богатой. Обе хотели узнать, как они выйдут замуж. Пришли они к гадалке, а давно это было, в Средние века, когда мужчинам позволялось не только иметь несколько жен, но и вступать во временные браки. Вот стала гадать старуха-гадалка сначала одной, потом другой… Богатой нагадала знатного, молодого и красивого жениха, а вот второй ничего говорить не захотела. Только молча, внимательно и долго рассматривала застывший на стенках кружки кофейный рисунок… И не рассказала ничего!Латифе плохо помнился смысл и окончание этой истории, но вроде бы оказалось, что обе подруги стали женами одного мужчины. Только вот одну он взял в жены, потому что так хотела его семья, а вторую сделал временной женой, всё время продлевая этот брак. Там ещё что-то происходило, случилось что-то между женами, одна из них не выдержала, уступив любимого мужчину другой, впрочем, кажется, не просто так, а сильно в нём разочаровавшись! Это как-то больше похоже на правду!Латифа обвела взглядом комнату: а ведь теперь и этот дом, и вещи в доме не принадлежат только ей одной! Еслимолодая жена приедет в их дом, всё станет сразу же общим. Всё: шкатулки с благовониями, бахурницы и вазы, в которые Латифа любила ставить букеты цветов, сосуды для масел, лампы и светильники, ковры и диванные подушки, которые с такой любовью выбирала именно она, создавая облик своего дома. Она придумала детали в интерьере так, чтобы дом нравился им с Мухамедом в каждой мелочи. Эти красивые вещи и радовали их даже не тысячу и одну ночь, а в 10 раз дольше! И теперь всё это придется делить с Лейлой, которая станет наводить свои порядки, тем более, когда поймет, что более желанна для мужа, чем старая, пусть и первая, жена!«Я никогда не приму вторую жену! Никогда! Вот моё решение. Мухамеду придется развестись или со мной, или вернуть ту жену её родным». Латифа не хотела думать, что случится с той девушкой, если Мухамед, и правда, согласится так сделать – вернуть вторую жену в её семью. Но где-то в глубине души она понимала, что этого не будет, что муж, которого она прекрасно знала, не пойдет на такой шаг. Не захочет скандала, и его уговорит дядя Абдул, внушив, что племяник имеет право на несколько жен. Сам Мухамед может пожалеть юную прелестницу.«В жизни бывает всё. Однажды Жади окончательно порвала с семьей своей дочери, освободилась от Саида. Но моя сестра сама хотела этого! Я же не хочу разрушать свою семью, но за меня это сделали другие! Какой выход у меня есть? Подчиниться воле Аллаха, согласиться с произошедшим, стать первой женой, приняв ту, другую…Или пойти против Судьбы, как это ни ужасно, и не принимать Лейлу, потому что Мухамед мне давал слово, что я буду единственной. А если он нарушил слово, я могу требовать развод. Это лучший выход, чем терпеть такое унижение. Кроме того, это не Марокко, где многоженство если не обычное дело, то в любом случае, на меня не станут показывать открыто пальцем. А здесь, в Бразилии, в Сан-Криштоване…Аллах, да мне шагу не дадут сделать, если Мухамедпривезет из Феса эту женщину!»Латифа представила, как Мухамед выводит обеих жен из дома, в парандже, чтобы ехать в Торговый Центр за покупками для них. Вот он сажает их в такси. Все соседи, жители района, завсегдатаи бара доны Журы, в полном молчании наблюдают за этой сценой… Латифа – уважаемая женщина, столько лет прожившая рядом с соседями в мире и дружбе, станет предметом насмешек из-за Мухамеда!

Она даже знала, что скажет дона Жура: что Мухамед выгнал собственную дочь из дома, осудив отказ от ношения платка как аморальное поведение, а сам привез любовницу,сделав незаконной женой несовершеннолетнюю по бразильским законам девушку, которой всего 18 лет, и сожительствует с ней!

А если вмешается полиция? А ведь полиция тоже может предъявить претензии к Мухамеду: в Бразилии нетмногоженства, создание гарема может оказаться наказуемым, а связь с не достигшей 21 года Лейлой вообще может быть расценено как растление несовершеннолетней. Как Мухамед этого не желает понять?А как они станут жить в доме? Мухамед поделит все ночи между ними и станет ночевать по очереди в комнате каждой жены? Лейле он отдаст комнату Самиры?!! И ему не будет стыдно перед Амином? Латифа испытала такое сильное чувство отвращения, что выход ей увиделся только один: она разведется с Мухамедом, потому что так жить она не сможет. Когда приедет на свадьбу дядя Али, онапотребует развод. Вот только как к её решению отнесутся дети? Амин встанет на сторону отца, наверно, а Самира её поймет! И Жади тоже поддержит! Но вот дядя Али… Поможет ли он ей или нет?

Наверно, Мухамед не захочет сразу решить вопрос с домом для неё, и тогда не будет другого выхода, как только уехать из Бразилии, вернуться в дом дяди Али и жить рядом с Зорайдой. И что потом? Мухамед увезет Лейлу в Бразилию, а ей отдаст старый дом, купленный им для юной жены?Или дядя Али найдет ей мужа? «Нет, только не это!, - ужаснулась Латифа.- С меня хватит».

Она понимала, что дальше может быть только хуже! Получить в мужья кого-то типа дяди Абдула —нет и нет! Лучше спрыгнуть с минарета!Или вернуться в Бразилию и попросить приют у Жади!Нет, есть ещё и Самира, и если уж она останется одна, без мужа, потому что Мухамед принес её в жертву, как барашка, тогда стоит устраивать свою жизнь рядом с Самирой. Неужели в том пансионе, где живет её дочь, не найдется для неё места? А украшения она сможет продать, и на некоторое время деньги на проживаниевместе с дочкой у неё будут…Внизу раздались звуки открываемой дверии голоса сына и Халисы, о чем-то споривших.

Латифа вытерла слезы, взглянув на отражение в зеркале, и вышла из комнаты. В глубине души решение было принято, и Латифа знала, что какой бы мягкой её не считали, ничто не заставит её делить свой дом и мужа с другой женщиной. А, поняв, какая судьба ждет её впереди, Латифа внутренне успокоилась и решила положиться на Аллаха. «Пусть всё будет хорошо! Всё к лучшему! Иншалла!»Проходя мимо ниши, где висела картина с восточным пейзажем, так похожим на старинную часть Феса, Латифа подумала, что она скучает по Марокко. Пусть совсем недавно побывала там, но ей очень захотелось услышатьпротяжные молитвы муэдзинов с высоких минаретов, увидеть очертания гор вокруг Феса, почувствовать запах цветущего миндаля. Уже скоро в Марокко зацветет миндаль! В её памяти Марокко с его яркими красками всегда оставался невероятной сказкой, где могут исполниться мечты.

Она задержалась возле картины, потому что ей почудилось, что от нарисованных улиц повеяло смесью людей, цветов, запахов и звуков. И ей так захотелось снова очутиться в Фесе!Подальше от предателя Мухамеда! … Но в Фесе …жила Лейла!Покачав головой, осуждая себя за глупые фантазии, Латифа поспешила вниз. Вот и кухня. ЕЁ кухня. Такая просторная, очень светлая, очень чистая, с множеством шкафов, столов и столиков, столько техники, которой Латифа привыкла пользоваться и заботилась о ней с любовью. Как и о сияющих кастрюльках, сковородках, таджинах и сосудах для соков. Отдельно стояли чайники разных размеров и видов – медные и серебряные. И великое множество стаканчиков для чая и кофейных чашек. И здесь тоже будет хозяйничать та, другая! Если Мухамед привезет Лейлу в их дом…Отогнав ужасные видения и мысли, Латифа занялась приготовлением обеда. Сначала нужно было приготовить тесто для выпечки хлеба. И когда оно было готово, Латифа раскатала тесто в тонкие большие лепешки, а затем по очереди пекла, кладя их на большой железный круг в духовку.Латифа уже рубила на разделочной доске зелень для супа—хариры, когдав глубине дома открылась дверь с улицы, и в дом снова вошли Амин с Халисой. Они о чем-то спорили, но Латифа не стала прислушиваться, для чего ей вмешиваться в их отношения?Она уже заправила почти готовую хариру специями, когда услышала, как вгостиной Амин резко и грубо приказал Халисе прекратить отвлекать его разной чепухой в разгар работы. Невестка что-то тихо ответила. Амин тут же вышел, хлопнув дверью. Но и теперь мать Амина не стала выходить в зал и выяснять, что произошло. В конце концов – Амин теперь взрослый семейный мужчина!Латифа рубила баранину, когда Халиса появилась на кухне и тоже включилась в приготовление обеда. Эта девушка успевала повсюду – раскатывала на доске тончайшие пласты теста для бестеллы, следила за уварившимся на плите джемом из маракуйи, взбивала в миксере фисташковую пасту для начинки.Женщины работали молча. Халиса была явно расстроена разговором с мужем, но Латифа не стала её ни о чем расспрашивать.

Она только поймала себя на мысли, что при том, как изменилось вдруг всё в её жизни, она продолжает выполнять привычную работу, делать всё так, как было заведено в их с Мухамедом семье много лет назад. И скоро всё может закончиться. Не верилось в это.

Латифа посолила баранину, отложила несколько крупных кусков в маленький сотейник, подлила оливкового масла, добавила черного перца и поставила на плиту.Настала очередь соуса. На разделочной доске лежали уже вымытые подготовленные помидоры, зелень, замоченный изюм и абрикосы. Несколько взмахов ножа — и мелко нарезанные помидоры и зелень отправились тушиться к мясу. Абрикосы Латифа нарезала тоже быстро и вместе с тем осторожно. Мягкая сладкая плоть, твердая косточка. Если случайно повредить ее, вкус плода будет испорчен горьковатым привкусом. А в соусеникаких привкусов быть не должно. Так научила её много лет назад Зорайда.

Она быстрым движением разрезала абрикосы. Положила их в сотейник с бараниной и посыпала мясо и соус тростниковым сахаром. Затем открыла специальный герметичный шкафчик, где хранились специи. Для баранины нужна была смесь из молотой гвоздики, корицы и молотых высушенных бутонов роз.

Только теперь Халиса заметила на руке у свекрови повязку.

- Лара Латифа, что случилосьс вашей рукой?- Я обожглась, но ничего страшного. Обработала рану и забинтовала. Всё нормально. Просто я была неосторожной.

Халиса не стала продолжать разговор, она отвела глаза, занявшись миндальным тестом для печенья. Латифа наблюдала, как Халиса замесила быстро и уверенно лимонно-желтую пышную массу, работая миксером в глубокой фаянсовой миске. Добавив чайную ложку муки, она попробовала – хватает ли масла.

- Не стоит экспериментировать, - пробормотала девушка, добавляя ещё масла в миндальную смесь.

Халиса всегда казалась такой энергичной и веселой, но сегодня с ней было что-то не так. Латифе показалось это странным. Чем же мог её сын так обидеть Халису, что она не может заставить себя поддерживать разговор даже из вежливости, к чему Латифа уже успела привыкнуть за месяц общения с невесткой.

И вдруг она вспомнила, что не только ей, но и Халисе открылась накануне неприятная правда. Как Латифа могла забыть о том, что Рания наговорила жене Амина об Эмми? О, Аллах! Собственные переживания заставили её забыть о том, что произошло вчера по вине Рании! Халиса наверняка страдает не меньше неё.Латифа вздохнула: почему столько испытаний сразу выпало их семье? Решив поговорить и с сыном, и с невесткой по отдельности, но позже, она подошла к плите, где готовился соус к баранине. А Халиса тем временем взялась за приготовление сиропа, который потом предстоит добавить в миндально-масляную смесь. Халиса была сосредоточена не только на действиях своих рук, но и мысли её были заняты, как поняла Латифа.

Но и ей тоже пора проверить соус.Латифа подняла крышку сотейника —соус готов! Куски тушеной баранины плавали в пряной золотистой фруктовой подливке, медово-жгучей на вкус. Мясо благоухало специями. Его надо было тут же, немедленно подавать на стол.

Латифа бросила взгляд на часы – Амин в это время обычно приходил обедать.

Халиса перехватила взгляд свекрови. Печенье ещё не готово, но и Амин сегодня придет обедать позже. Если вообще придет, ведь ушел он, вне себя от ярости, хотя она ине чувствовала за собой никакой вины. Она всего лишь задала ему, не выдержав, единственный вопрос, и только.Халиса ещё энергичнее заработала деревянной лопаткой, взбивая миндальное тесто, видя, что сироп на плите уже загустел. Вскоре она сняла его, потому что сироп был готов, но ему следовало немного остыть.А пока Халиса достала тефлоновый противень, положила его на стол и смазала маслом. Она улыбнулась, вспомнив, как её бабушка рассказывала, как когда-то очень давно в Марокко миндальные коржи для печенья пекли на каменных противнях. Других- то ведь не было. Но сейчас трудно было и представить такое. Каменные противни ставили на угли прямо в печь, заливая в них миндальное тесто. И ничего, выпечка получалась необычайно вкусной, как вспоминала старая женщина.

Халисе осталось только влить сироп в смесь, взбивая в пышную массу,вылить её на противень, аккуратно разравнивая лопаточкой. Потом девушка задвинула противень в электродуховку и включила таймер.Теперь Халиса помогала готовить салат, нарезая овощи и подбирая в шкафчике специи.

Но позвенел таймер, и Халиса вынула испеченный миндальный корж из духовки. Достала из ящика нож-резак, и вот уже нарезанное аккуратными квадратиками миндальное печенье украшается засахаренными в сиропе ягодами, а затем ложится на глубокое блюдо с затейливым марокканским узором. Настоящая восточная сладость готова! Вымыв руки и сняв фартук, Халиса спросила, можно ли ей подняться в комнату, чтобы привести себя в порядок. Латифа отпустила её, впрочем, на кухне уже нечего было делать. Обед был готов.

Латифа осталась одна. На кухне было тихо. Как любила она эту хрупкую тишину! Недолгое время ожидания, когда всё уже приготовлено, но есть возможность немного посидеть и отдохнуть перед тем, как придут из магазинов Мухамед и Амин, сядут голодные за стол, и Латифа с удовольствием начнет подавать на стол разные вкусные и любимые ими блюда.

Она грустно усмехнулась. Теперь всё не так. Вот и сын с Мухамедом что-то не торопятся. Они же никогда раньше не задерживались! А вот сегодня они не пришли вовремя. И Латифа поняла, что с нетерпением ждет прихода Мухамеда, чтобы взглянуть в его глаза. Теперь ей придется играть с ним, но сначала хотелось увидеть то, чему до сегодняшнего дня она не придавала значения. Но теперь она знает, что муж её обманывает, скрывая от неё свою тайну. И Латифе очень не терпелось увидеть, как Мухамед будет вести себя, если его слегка поддразнивать и провоцировать. «Он же трус! Он потому и вздрагивал каждый раз, когда при нем начинали разговор о многоженстве. И причиной тому, оказывается, был вовсе не Амин!»Латифа тоже решила не оставаться больше на кухне, а подняться наверх и сказаться больной. Пусть Халиса сегодня накормит мужа и его отца, а ей лучше сказаться больной и лечь в постель. Пожалуй, сегодня она ещё не готова посмотреть в лицо Мухамеду. И ей очень хотелось, оставшись одной в комнате, обдумать те ловушки, в которые она обязательно расставит для неверного мужа, и те неловкие ситуации, в которые она поставит двоеженца Мухамеда, понаблюдав при этом, как он постарается выпутаться. Мухамед должен пожалеть о своем предательстве!Латифа подошла к плите, осторожно приподняла крышку над сотейником с бараниной, увидев, как из-под крышки вырвался сочный, насыщенный специями пар.

- Чудесно, - заметила Латифа и, опустив крышку на место, отправилась в свою комнату.… Вскоре появились Мухамед и Амин. Не обнаружив внизу женщин, они понимающе переглянулись ирешили похозяйничать на кухне сами.Каждый из них по своим причинам не желал или боялся видеться с родственницами. Густой, сытный аромат тушеной баранины витал на кухне, салат в глубокой салатнице стоял тут же на столе, а рядом был поставлен на подносе чайник со свежезаваренным чаем, чистые стаканчики с вложенными листиками мяты, а на огромном блюде разложена ещё теплая выпечка. И, конечно, лепешки свежеиспеченного хлеба высились на огромной плоской тарелке.Мухамед открыл крышку сотейника, стоявшего на плите. Готовность мяса не вызывала сомнения. Амин поставил на стол тарелки с харирой, а отец выложил на блюдо тушеную баранину.Поев, они так же, не привлекая внимания, вышли из дома, но остановившись возле магазина Мухамеда, который, посмотрев на сына, сказал трагическим тоном:- Нет, сынок, так дальше жить нельзя!

-…Что делать, Амин? Что же делать?- подняв руки к небу, вопрошал Мухамед.- я не могу больше скрывать от твоей матери правду, но и признаться тоже не могу.- Лучше не говори пока ничего, отец, - пробурчал Амин и отправился к своему магазину.