Чёрное и белое (2/2)
- Наша директор мадам Максим тоже великань, - вмешалась Шанталь. – Что в этомь такое?- Не в смысле роста, а в смысле происхождения, - пояснила Паркинсон. Кажется, француженка всё равно не очень её поняла.- Ну что же, - сказал я, вставая с кресла. – У нас как раз сейчас Уход. Идём, посмотрим, как себя чувствуют господа подопечные соплехвосты новой звезды прессы – Хагрида.Ни подопечных, ни самого лесничего мы, однако, не обнаружили. Вместо него у хижины собирала учеников пожилая женщина довольно грозного вида, назвавшаяся профессором Грабли-Планк, новым преподавателем Ухода за магическими животными, а темой урока стали единороги.
Ошалевшие от новости гриффиндорцы попеременно готовы были то впасть в истерику, то порвать ни в чём не повинную учительницу. Поттер, словно дрессированный попугайчик, спрашивал с периодичностью раз в три минуты: ?Где Хагрид? Что с Хагридом??Сжалившись, я подсунул ему ?Ежедневный пророк?. Дочитав статью, гриффиндорцы дружно пооткрывали рты от изумления.- Что за чушь вы наплели Рите Скиттер?! – набросился на меня Поттер. – Мы ненавидим Хагрида? Крэбба изуродовали флоббер-черви? Когда это было?!- Между прочим, я старался на всеобщее благо, - лениво сообщил я. – Если вам нравится учиться у полоумного великана, это ещё не означает, что такое положение дел устраивает всех остальных. Говорят, между прочим, что эти нелюди детей едят!Стоявшие за моей спиной слизеринцы прыснули. Но Поттер шутку не оценил и уже оскалился, чтобы рассказать мне, кто я есть, но тут вмешалась Грабли-Планк, и всем пришлось замолчать.Когда первый в нашей жизни нормальный урок Ухода за магическими существами закончился, ко мне подошла Шанталь, до этого терпеливо дожидавшаяся звонка неподалёку от хижины Хагрида.- Мне сталь скучно, - объяснила она. – Где Пэнси?- Возится с единорогом, - я махнул рукой по направлению к загону, в котором нам только что демонстрировали воплощённую тему урока.
- А… - Шанталь явно была чем-то расстроена и к тому же дрожала от холода. – Тогда я не буду её ждать…
- Хочешь, пойдём к нам, - предложил я.– А Пэнси догонит.- Ваш профессор Снейп хотель забрать у меня тетратку, - пожаловалась француженка, пока мы шли к замку. – Ту, которую я получиль от Леоны. Он говорит, там опасная магия.
- Ну и отдай её ему, - я пожал плечами.
- Там…зелья. Много зелий, - зашептала Шанталь, останавливаясь сама и удерживая меня за плечо. – Много интересных зелий. Мне жаль терять такой полезное знание.- Скопируй, - предложил я. – Просто наколдуй копию или воспользуйся размножающим раствором – мы с его помощью значки делали на всех.
- Не получается, - вздохнула Себир. - Я пыталась, но листы защищены. Я не знаю, как снять защиту.- Ладно, - решил я, подумав, что тетрадь и впрямь может оказаться интересной. – Приноси, я взгляну на неё. Может, что-нибудь придумаем.- Хорошо! – она просияла.- Драко, почему ты меня не дождался? – нас догнала обиженная Пэнси. Шанталь резко отдёрнула руку:- Это я увёль Драко…- Привет, Шанталь, - холодно сказала Пэнси. – А, понятно.Она обогнала нас и быстро пошла вперёд.- Подумаешь, - фыркнул я. – Так когда покажешь тетрадку?В выходные нас отпустили в Хогсмид. Не заглядывая по дороге никуда, я прямиком отправился на встречу с Салазаром. Отец, разумеется, и не подумал посвящать меня в подробности случившегося с ним в России, отделавшись туманными фразами и предупреждением об опасности взаимодействия с заключенными в шкатулку силами, и я надеялся, что хотя бы учитель сдержит слово и удовлетворит моё любопытство.- Терпение, юноша, терпение. Я расскажу вам всё по порядку, если только вы оставите мне больше времени, чем те короткие мгновения, которые вы тратите на то, чтобы перевести дыхание в промежутках между вопросами. Даже я не могу так бессовестно растягивать секунды, - Салазар смеялся, но мне бросилось в глаза, что выглядит он очень неважно. Что бы ни происходило в России, оно словно вернуло учителя в то болезненное состояние, в котором он пребывал первые месяцы нашего знакомства. Страшнее всего было смотреть на его руки. И без того тонкие и сухие, они совсем стали напоминать старческие: кожа ссохлась и посерела, обтянув кости. Лицо Салазара осунулось, как у совершенно измотанного человека, вокруг глаз залегли тёмные круги, подчеркнув, однако, яркость и необычность удивительного взгляда.
- Хорошо, - я выдохнул, сдерживая любопытство, и наконец-то опустился в кресло. Салазар сел напротив, закурил, а свободную руку спрятал под накинутый на колени плед.- Сначала я расскажу вам, что же представляет собой шкатулка на самом деле, - начал он. – Точнее не она сама – это вам и так известно из манускрипта – а силы, заключенные в ней. В некотором роде, флаконы действительно содержат чистый свет и чистую тьму, но создатель шкатулки пошёл по самому очевидному, хотя и непростому пути. Он не пытался разделить на составляющие нашу реальность – вместо этого он призвал и подчинил себе двух существ, природа которых такова, что каждый из них и является чистым концентратом одной из сил. Эти создания – так называемые духи, не имеющие постоянной телесной оболочки . С тёмным духом вы имели неудовольствие познакомиться лично. Собственно говоря, Леона де ла Сона не является существом из нашего мира. Наши кэльпи выглядят и существуют несколько иначе….- Из другого мира? – оживился я. – А как она попала в этот?- Я же сказал, её призвали, - с укором ответил Салазар. – Не знаю, чем не устроили создателя шкатулки наши исконные ?тёмные? существа…. Но он предпочёл обоих духов вытащить из другой реальности, оторвав их от их привычной жизни. Поэтому, видимо, Леона так яростно пыталась получить шкатулку – только порвав связь с ней, демоница могла бы вернуться домой.
- Параллельные миры – это отражения нашего? – вспомнил я.- Вам известна эта трактовка? – учитель пристально посмотрел на меня.- Да,- я кивнул и достал из школьной сумке книгу Тайянга, которую таскал с собой и периодически почитывал.
Салазар попросил дать сочинение ему. Но внутрь заглядывать не стал, задумчиво водя пальцем по переплёту, словно поглаживая.- Много лет уже не видел этой книги и не держал её в руках, - наконец сказал он. – Как она попала к вам?- Из отцовской библиотеки, - быстро ответил я. Брови Салазара взметнулись вверх, но тон остался ровным:- Иногда забывчивость может сослужить плохую службу, - непонятно к чему произнёс он. – Что ж, читайте её. Это неплохое сочинение, хотя в нём есть несколько ошибок, и автор на момент написания книги не все свои исследования довёл до конца.
- Вы знаете её автора? – поинтересовался я.- Да, одно время мы неплохо общались, - не сразу ответил Салазар.- Надо же, - сказал я, - а я было подумал, что это просто развлекательное чтение. Интересно, он напишет продолжение?- Полагаю, он не напишет уже ничего, - Салазар вернул мне книгу. – И вовсе не потому, что с некоторых пор в любом случае раздумал делиться своими знаниями с остальным миром. Когда началась война, он был обвинён в пособничестве Пожирателям Смерти, заключён в Азкабан, где и умер, не дождавшись пересмотра дела. Но вам повезло, Драко.- Почему же?- То, о чём не написано в книге, - улыбнулся Салазар, - могу поведать вам я. И непременно сделаю это – ведь следующая ступень вашего обучения – магия параллельных миров.Мои глаза непроизвольно открылись, став, наверное, немногим меньше салазаровых.- А что вы удивляетесь? – Салазар потянул дым сигареты, будто ничего особенного не сказал. – Магия времени и магия параллельных миров неразлучны, как две сестры-двойняшки. Они мало кому даны, но обладающий одной непременно способен и на вторую – во всяком случае, это правило верно для урожденных магов.Ну что же, пока не будем уходить от темы и вернёмся к случившемуся с вашим отцом.Мне ничего не оставалось, как кивнуть.- Его след привёл меня в дом Алексея Озерского. Это тот самый маг, которому было адресовано послание в манускрипте. Он дожил в Англии до наших дней, до визита Люциуса Малфоя.
- Отец говорил с ним о шкатулке?- Да, - кивнул Салазар. – И даже узнал кое-что для себя полезное. Увы, старик выжил из ума – и в немалой степени в этом была виновата шкатулка, но Люциус отнёсся к этому факту довольно легкомысленно. А зря. Вскоре после его ухода Озерского навестило нечто… светлый дух, как и кэльпи, охотящийся за шкатулкой….- Но… как он вырвался на свободу? – удивился я. – Если оба духа были заключены во флаконы, то я понимаю, что Леону выпустили. Но второй сосуд был не тронут.- Я не очень хорошо представляю себе механизм взаимодействия духов и шкатулки, - признался Салазар. – Могу предположить, например, что во флаконах заключены не сами духи, а их частички, те, без которых они могут существовать только в нашем мире и обязаны подчиняться хозяину. Скорее всего, пока шкатулка закрыта, духи погружены в сон, а пробуждает их первое поднятие крышки. Но закрыть её обратно мало, чтобы заставить демонов замолчать. То, что флакон Леоны оказался поврежденным, вероятно, означает, что ей пытались помочь освободиться от связи. Результата не добились – решать судьбу духов может только владелец шкатулки. Но вот что Леона оказалась настолько сильна, что смогла обрести физическое тело – это, пожалуй, сомнительная заслуга её неудачливого освободителя. Но вернёмся к Озерскому. В своё время он пытался выполнить инструкции из манускрипта. В результате попал под влияние светлого духа и, как я уже сказал, сошёл с ума, не выдержав этого.
- Что это было за влияние? – я едва удерживался от того, чтобы не давать выход своему любопытству и в очередной раз не засыпать учителя вопросами.- Опять же, не могу ответить точно, - Салазар стряхнул пепел с сигареты. –Вы помните, что по сути есть ?свет?, и что есть ?тьма??
- Да, из курса черной магии, - я прищурился, вспоминая. – ?Светлая? магия направлена на созидание существующего, ?тёмная? - на изменение его сути вплоть до разрушения.- Да, примерно так, - подтвердил учитель. – Судя по тому, что происходило с Озерским после визита Люциуса – духи из шкатулки играют с сознанием человека, усиливая в нём?тёмные? или ?светлые? стороны.Но в мире не зря всё существует в равновесии. Крайности плохи всегда. В них не идёт речь о справедливости и логической оценке явлений. Под влиянием кэльпи вы начали выполнять все свои желания без оглядки на последствия для вас и для других людей, видя врага в каждом, кто пытался вас удержать, светлый дух возвёл совестливость, честность и стремление к всеобщему благу Озерского в степень маниакальности. И если в молодости русского мага ещё хватило на то, чтобы снова погрузить духов в сон и уйти в подполье, то в старости встреча с духом привела его к самоубийству. Из путаной и в основном бредовой предсмертной записки Алексея можно понять только одно – он счёл себя конченым человеком, несущим в мир исключительно вред, и не смог с этим жить.- Он покончил с собой? – переспросил я.- Да. На следующий день после визита вашего отца.
- А дух?- Отправился к следующему владельцу шкатулки – Люциусу Малфою, - сообщил Салазар таким тоном, словно это было очевидным фактом.
- Зачем духу-то надо было убивать Озерского? – мне было всё равно, сочтёт ли учитель меня непонятливым или нет.- Он его не убивал, - со вздохом ответил тот. – Леона де ла Сона охотится на людей – это её природа, от которой ей никуда не уйти. Светлый дух пытается перекроить их по своему образу и подобию – но обитатели нашего мира не готовы стать абсолютным ?светом?.
- А на отца он тоже пытался влиять?- Разумеется. Но, как вы понимаете, силы вашего отца и старика Озерского просто несопоставимы, как иуверенность в себе и своих действиях. Люциус был настолько поглощен своими делами и целями, что времени на какие-то этические переживания у него просто не оставалось. Дух ходил вокруг да около, а ваш отец и не думал поддаваться странным мыслям, если вообще их улавливал. Возможно, охотнику так и пришлось бы остаться ни с чем, если бы судьба не привела Люциуса к месту силы.
- Природному источнику магии? – уточнил я.- Да. Я говорил, что кэльпи вошла в полную силу потому, что её флакон оказался открыт. Светлому духу сделать то же самое помогла энергия места. Он напал на вашего отца во время лесной прогулки. Но жертва оказалась не по зубам - Люциус стал защищаться и сильно ранил противника. Настолько, что тот моментально остановил время (помните, где магия параллельных миров – там ищите и временную) – для себя и для всё ещё находящегося поблизости Люциуса. Таким образом, ваш отец оказался в ловушке – внутри временного коридора, лишённый магии и возможности выйти. И во власти светлого духа…
- Ему помогли вы? – догадался я.- Да. Я пришёл позже, чем возможно стоило, но всё-таки не опоздал. Я разрушил коридор, а у раненого духа не хватило сил противостоять мне. Как только ловушка была уничтожена, к вашему отцу вернулась магия, и он без труда заключил духа обратно в шкатулку. Я дождался, пока Люциус доберётся до человеческого жилья… и вернулся в Англию. Вот и всё.
Повисла пауза.
- Но… что дальше намерен делать отец? Он не избавился от шкатулки? – наконец спросил я.- Полагаю, он намерен выкупить архив и всё-таки обрести власть над вещицей, - развел руками Салазар. – Это опасно, но вы или я не вправе ему мешать.- А если дух снова вырвется?!- Значит, вы снова попросите меня о помощи, - просто ответил учитель.