Часть вторая. (1/1)

Я взял на работе отпуск, впервые за несколько лет. И стал ждать. Только через три дня курьер привез мне мое сокровище. Я впустил в квартиру ошалевших после поездки инопланетян. Они робко переминались с лапки на лапку, но с любопытством разглядывали обстановку. А я разглядывал их, от волнения забывая дышать. Думаю, самое время детально описать малышей. Ростом они были около 1,5 м, и не доставали мне до плеча. Тела гибкие и грациозные, но слишком истощенные. Спина покрыта мягкой шерсткой песочного цвета, которая была гуще и длиннее на хребте, а к бокам сходила на нет. Живот и грудь голые, грудная клетка узкая с выраженными надключичными ямками. А вот ничего похожего на соски я не обнаружил. На узкие бедра были надеты одинаковые короткие штаны с дыркой для хвоста. Сам хвостик был сантиметров 30, с черной кисточкой на конце, шерсть на нем была короткой и более насыщенного цвета, чем на спине. Такого же цвета волосяной покров был и на голове. По своей структуре он больше напоминал человеческий волос, чем шерсть животного. Я провел рукой по взлохмаченным макушкам и нащупал небольшие ушки, круглые, как у крупных африканских кошек, и также покрытые короткой бархатистой шерстью. Изящные узкие кисти рук очень напоминали лапки сурикатов, с крепкими темными когтями. Правда, когти были подстрижены. Такие же когти были на длиннопалых ступнях. Естественно, что такие ножки оставались необутыми. Но как я потом убедился, кожа на ступнях была дубленой, острые камешки и кора деревьев не ранили ее.Но самое занятное – это лица чиучи. Лица или мордочки, я до сих пор не могу определиться. Шерсти на них нет, цвет кожи как у креолов, но, пожалуй, на этом сходство с человеческим лицом заканчивается. Все остальное – кошачье. Глаза большие, раскосые, самого яркого янтарного цвета. Из-за огромной радужки почти не видно белков, зрачки круглые, меняются в размере, но в щель не сужаются. Кожа век темная, поэтому создавалось впечатление, что они подведены, как глаза восточных женщин. На верхнем веке были густые, но короткие реснички. Выражение глаз все время менялось, и мимика была очень богатой. Вместо бровей – два темных пятнышка. Нос короткий и плоский, без выступающих ноздрей, немного шире у переносицы, и с темной кожей на кончике. От него к верхней губе вела темная бороздка. Губы узкие, плохо выраженные, они едва прикрывали хищные мелкие зубки с голубоватой эмалью. Челюсти маленькие, отчего мордочка была треугольной формы, с острым крохотным подбородком. В общем, поклонники кошек, к которым я себя относил, сочли бы внешность чиузян милой и очень обаятельной.Чиучи не пробыли в доме и пяти минут, как случился небольшой инцидент. В гостиную, где мы расположились, не спеша вплыл мой кот Распутин. Раскосые глаза инопланетян мгновенно приобрели форму лупы, черный зрачок залил радужку. Они напряглись, хвосты вытянулись в струнку, и шерсть на загривке встала дыбом. Я решил, что они испугались безобидного животного.- Мррраууу!!! – завопил вдруг один из чиучи и молнией метнулся на Распутина.В одно мгновение кот оказался крепко стиснут в жилистых лапках. Встопорщенный инопланетянин поднялся на ноги, прижимая к груди Распутина, и на его физиономии азарт охоты мешался с недоумением-а что же делать с добычей? Надо было видеть морду Распутина в этот момент! Он явно не понимал, за что с ним так обращаются, и как его вообще осмелились грубо хватать после сытного завтрака. Надо сказать, он давно утратил все свои животные инстинкты. Некогда он был юрким шаловливым котенком. Но после кастрации смыслом его жизни стал кошачий корм и любая мягкая поверхность в квартире. Постепенно приобретя форму сардельки, он почти перестал бегать и прыгать, утробным мявканьем выражал свое желание примоститься у меня на коленях, чтобы я чесал и гладил его толстое брюхо. Я никогда не позволял себе грубого обращения с ним. И вдруг его хватают самым бесцеремонным образом и сдавливают набитый кормом живот. Бедняга впал в ступор, самое большее, на что его хватило – это отчаянное ?мяу!?- Эй, дружок, отпусти его! – сказал я.Настороженные янтарные глаза обратились ко мне, но руки только плотнее сжали безвольную жертву. Зато второй чиучи забеспокоился, и когда я строгим голосом повторил приказ, он зашипел на брата и отчетливо произнес: ?Кошка, кошка, нельзя!? И только после этого цепкие лапки разжались, и кошачья туша тяжело плюхнулась на пол.Я стоял в оцепенении. Представьте мои чувства: я впервые слышал человеческую речь из уст инопланетянина, к тому же с полузвериной внешностью. Разумный зверек! Было от чего растеряться. Придя в себя, я погладил рассудительное существо и спросил:- Как тебя зовут?Он смотрел на меня, моргая подведенными глазками, и явно не понимал, чего я хочу от него.- Я – Дэвис. – Я коснулся своей груди. – Дэвис. Повтори.- Девии, - послушно повторил зверек.- А ты? – дотронулся я до него.Инопланетянин радостно пискнул и что-то прочирикал.- Ты? – повторил я вопрос и жест.Снова чириканье.- Я – чирик-чирик… - малыш потыкал в себя коготком, - он – чирик-чирик. – На этот раз он указал на близнеца.Очень скоро я разобрался, что мое ухо не способно различать инопланетную речь. Для меня это было сплошное птичье щебетание, свист, клекот и щелчки языком. У людей с очень развитым слухом получалось выучить язык чиучи и более-менее сносно объясняться на нем. Зато сами чиучи прекрасно имитировали любые звуки, и в освоении человеческой речи продвинулись гораздо дальше.Что ж, если я не могу произнести их имена, будет разумным дать им новые. Мурзик и Пушок им бы подошли… Но нет, это гуманоиды, а не котята! Я решил не торопиться с именами, время покажет, как их лучше назвать.

Взяв инопланетян за узкие лапки, я повел их знакомиться с квартирой. Они везде старались сунуть свой любопытный нос, а тот самый охотник на котов еще и норовилпробовать предметы на зуб. На пару с братом мы все время одергивали его. Но слово ?нельзя? действовало не долее минуты. И все же он был забавный, хотя непослушный и ершистый. Его недоверчивый взгляд изучал мое лицо, он словно проверял, действительно ли ?нельзя?, или же я сам в этом не уверен, и если хорошо подумаю, то все разрешу. В их комнате я заставил их лечь на кровати. Они без энтузиазма улеглись, вытянувшись в струнку, и поспешно встали. Затем я отвел их в ванную комнату. Естественно, в гостевую, специально подготовленную для моих чиузян. Льющаяся из крана вода привела их в восторг. Я боялся, что у меня будут проблемы с их купанием, так же, как и с купанием Распутина.На Чиузи был дефицит пресной воды, а морская вода была еще более агрессивной, и ее соли разъедали чувствительную кожу землян. Принимать ванну у аборигенов не было возможности. Но, наверное, это и явилось причиной того, что купание так полюбилось моим зверятам. В первый же вечер они с восторгом плюхались в ванной и так и норовили хлебнуть мыльной воды. Я опасался за их желудки, поэтому не удержался от пары легких затрещин. После этого они стали лакать воду украдкой, стоило мне отвернуться.Мне очень хотелось побыстрее откормить близнецов. Но инструкция в этом пункте с жесткой категоричностью гласила – перекармливать чиучи нельзя! Они были всеядны, но как хищники предпочитали мясо. Рекомендовалось лишь изредка давать им полуотварное мясо птиц и говядину. Основной же их рацион должны были составлять овощи и злаки. Кстати, некоторые виды сухого собачьего корма прекрасно им подходили. Сладкое им запрещалось давать даже в виде поощрения. В первые несколько дней я сам был за шеф-повара и увлеченно готовил инопланетянам нехитрые блюда. Сухой корм они съедали до последней крошки, маленькие кусочки цыпленка исчезали с тарелок мгновенно. А вот тертая морковь им не нравилась. И если один близнец хоть и давился овощем, но ел, то другой демонстративно отставлял тарелку.

Ох, я сразу понял, с кем у меня будут проблемы! Поначалу я все время путал близнецов, и даже купил им разные браслетики: одному синий, другому зеленый. Потом начал различать их по повадкам, манере общаться со мной, и даже по взгляду. Взгляд одного был кротким, в нем сквозила привязанность и восхищение мной. Другой же смотрел дерзко и недоверчиво, у него была привычка упрямо вздергивать голову и подозрительно щурить глаза. Его нельзя было оставлять без контроля. Через сутки мне понадобилось поехать за продуктами, а когда я вернулся, увидел, что один ящик на кухне неплотно прикрыт. У меня там хранились мои любимые крекеры, и один пакет оказался вскрыт и наполовину опустошен.- Кто взял печенья? – строго спросил я. – Я же запретил лезть в шкафы!Ответом мне было молчание и невинные взгляды. А ночью владельца синего браслетика скрутила кишечная колика. Еще повезло, что он не успел съесть много, а большую часть припрятал в кроне комнатной сериссы. Запас обнаружил ?зеленый браслет? и показал мне. Я промучился с инопланетянином всю ночь, через каждый час консультируясь с подпольной ветеринарной клиникой, номером которой меня снабдил Рэй. Утром, когда я отсыпался, оглушительный визг с первого уровня квартиры заставил меня подскочить и галопом мчаться выяснять причину. Оклемавшийся инопланетянин верещал на кухне с зажатыми в посудомоечной машине пальцами. Его близнец метался рядом и пытался помочь. Остановив программу и освободив шалопая, я отправил его в ванную, велев сунуть руку под холодную воду. Его брат подвергся допросу.- Ты знаешь, что это? – спросил я, указывая на машину.- Чашка, мыть. – Кивнув, ответил он. И продемонстрировал свои знания. – Чашка туда, кнопка, дверь – бум.Выяснилось, что с большей частью домашней техники чиучи умели обращаться. Благо, алгоритм действий был понятен и трехлетнему малышу, а чиучи были сообразительными. Но если одному близнецу было достаточно знать ?чашка, кнопка, дверь – бум?, то другого интересовало, что будет, если нажать кнопку, но придержать дверцу. Пока я экзаменовал послушного малыша, из ванной послышался уже знакомый до боли пронзительный визг. Бросившись туда, я увидел, что палец ?синего браслета? глубоко застрял в носике крана. Чиучи долго пытался сам справиться с проблемой, но ничего не получалось, палец опух и больше не шевелился. Я промучился минут двадцать, прежде чем вытащил палец из крана.Не проходило и дня, чтобы этот неуемный подросток что-нибудь не учудил. Не могу сказать, что его близнец был апатичным тихоней и с ним никогда ничего не случалось. Да, было. Но гораздо реже, чем у брата. Он отлично понимал слово ?нельзя?, слушался меня, и, как мне кажется, все больше ко мне привязывался. Как-то сами по себе в моем сознании всплыли два библейских имени: Каин и Авель. Мне казалось, что они идеально подходят малышам. Так я и назвал их, и почти сразу они стали откликаться на новые имена.Со стороны могло показаться, что у меня, как и у Яхве, есть свой любимчик. Действительно, с Авелем мы отлично ладили, я чаще гладил его и почти не строжился. А на Каина я все время покрикивал, и очень редко ласкал. Но все это вовсе не от того, что он мне не нравился, или нравился меньше, чем Авель. А как, скажите на милость, обойдешься без крика, если у него одни проказы на уме, еще и дерзит постоянно? И едва я подношу к нему руку, чтобы погладить, как шерстка на его загривке встает дыбом, и он издает звук, схожий со скрежетом старого ржавого механизма.

Каждое утро моим чиучи полагалось забрызгивать лекарственный аэрозоль. Без этой процедуры они могли заболеть от чужеродной микрофлоры, ведь у них не было человеческого иммунитета. Аэрозоль имел горький вкус и специфический запах, что очень не нравилось близнецам. Их мордашки сразу скучнели, стоило мне взять лекарство в руки. ?Авель!? - строго подзывал я. Малыш со страдальческой миной подходил ко мне и широко открывал рот. Брызнув пару раз на мягкое небо, я отпускал его. Он отходил, часто сглатывая и морща нос. ?Каин!?… Только что он был здесь, крутился под боком, и вот пропал. ?Каин, Каин!? - орал я, разыскивая его по всем комнатам. Авель в поисках не помогал, хотя отлично чувствовал брата и при играх находил его за считанные секунды. ?Чтоб тебя, паршивец, ну попадешься ты мне!? - ругался я. Иногда он попадался: я вытаскивал его за хвост из-под кровати, или отлавливал в ванной. Намотав хвост на руку и пользуясь тем, что он вопит, открыв рот, я быстро брызгал ему лекарство и поспешно отпускал, пока в ход не пошли его твердые когти. Но иногда эта мартышка успевала спрятаться более тщательно, или заползала в такие места, откуда я не мог его достать. В гостиной в одной из стен был узкое отверстие у самого пола, а за ним объемная пустая камера. Раньше там помещалась громоздкая система очистки воздуха, которая часто барахлила. Я вытащил систему, а вместо нее установил по всей квартире изящные маленькие приборы собственной конструкции. Дырка в стене, уходящая более чем на метр вниз, осталась. Мне она не мешала. Теперь же возникла необходимость заложить ее или поставить решетку, так как звереныш повадился там отсиживаться. Едва просовывая в отверстие голову, я то ругал его, то ласково уговаривал. Бесполезно! Рычаг воздействия нашелся неожиданно. ?Ну и сиди там! Я не буду тебя кормить, пока не брызну лекарство!? И почему мне сразу не пришло это в голову? Последовала минута ожидания. И минута душевных терзаний для Каина. Наконец узкая сурикачья лапка выползла за край щели, а на меня из темноты уставились два сверкающих недовольством глаза. Я легко вытащил морально сломленного чиучи, и повел, крепко держа за руку. Но он больше не сопротивлялся.Одно время Каин придумал менять браслеты. Я заканчивал утреннюю процедуру с Авелем, он уходил в свою комнату, а через минуту на мой нетерпеливый зов оттуда кубарем вылетал ?Каин?. То, что он возмущенно стрекочет и вырывается, меня не смутило. Смутил отчетливый запах лекарства из его рта. На его запястье был синий браслетик.- Ты кто: Каин или Авель? – спросил я.- Авель!- Пойдем, малыш, сейчас я разберусь с твоим братом.- Девии, не надо бить Каин!Он всегда так униженно просил за него, так подобострастно заглядывал мне в глаза…Прихожу домой как то, захлопываю входную дверь, и в прихожей у напольной вазы, стилизованной под древнекитайскую, отваливается ручка. Подхожу к ней, посмотреть что случилось, и под моей рукой ваза распадается на три крупных осколка. Зову существ, призванных поддерживать в доме порядок. Они тут же прибегают.

- Кто это сделал?Я стараюсь сохранять спокойствие, хотя мне жаль дорогую и красивую вещь. Авель смотрит на меня со страхом, он даже вздрагивает от моего голоса. В глазах Каина невозмутимость и отстраненное сочувствие: ой, у вас вазочка сломалась? Какая досада!- Повторяю вопрос: кто это сделал?Только на мгновение отвел взгляд – слышится отчаянный писк, и вот передо мной стоит Авель, весь съежился, бедный, хвост мелко трясется. Но не убегает, только потирает плечо, в которое его грубо толкнул братец. У Каина отвлеченное выражение на мордочке. Ну, мартышки, погодите!- Неси мне плетку! – коротко приказываю Авелю.Каин начинает шипеть и стегать себя хвостом по бедрам. Авель покорно несет плетку с двумя хвостами. Мне ее привезли вместе с инопланетянами. Я тогда с возмущением позвонил Робинсону.- Рэй, я никогда в жизни не ударил слабое существо! Тем более не собираюсь бить этих несчастных малышей!- Не хочешь – не бей. Но пусть плетка лежит у тебя на видном месте. Чиучи прекрасно с ней знакомы, и при необходимости ты можешь просто напомнить им о ней.Но Каину одного напоминания было недостаточно. Признаюсь, я несколько раз стегал его.Порка на время делала его более покладистым. Но каждый раз рядом завывал Авель, умоляя не бить брата. Причем его голос заглушал повизгивания Каина. Я не выдерживал и отпускал сорванца.Авеля я не ударил ни разу, ему всегда хватало внушения. Видимо Каин так легко подставил брата, в надежде, что я не буду его строго наказывать.Беру плетку в руки и замахиваюсь на Авеля. Молчит, дурачок, только вжал голову в плечи. Зато шипение Каина все громче и злее. Разворачиваюсь к нему и, не сдерживаясь, бью по загривку.

- Пакостишь, еще и хозяина обмануть пытаешься!

Мне хочется раз и навсегда отучить Каина прикрываться братом. Поэтому я бью сильно, наотмашь. Каин падает на пол. Плетка свистит и звучно ложится на смуглую кожу, оставляя следы.- Девии, Девии, не надо! – плачет Авель.- Почему не надо? Это ты разбил вазу?- Нет… Да! Я бежал за Каин, ваза стоит, бум – упал Каин, бум – упал ваза!- Я! Не хочу! Чтобы Каин! Врал мне!С каждым словом я наношу новый удар. И в запале не сразу замечаю, что Авель подставляет под плеть руки, защищая спину брата, и они уже все исполосованы. С досады отбрасываю плеть.- Глупый звереныш! Каин виноват, понимаешь?Но тут Каин поднимается и говорит:- Девии плохой!

- Что? Ах ты крысенок, мало тебе?!Он ощеривается, как хорек, и упрямо повторяет.- Девии плохой.Авеля очень пугает наше противостояние. И он выступает в роли миротворца. Шипит и зло стрекочет на брата, затем подбирается ко мне, заглядывает в глаза и нежным голоском говорит:- Девии хороший. Не злись, Девии. – Он вспоминает слово, которое давно не произносил. – Хозяин…хозяин хороший.Я с первого дня велел называть меня по имени. Но Авель не забыл уроков контрабандистов, и сейчас хотел продемонстрировать свою покорность.Авель повис у меня на шее и обхватил ногами за поясницу. Его тонкие лапки были в красных вздутых полосах. Плотнее прижав малыша к себе, я отнес его в гостиную и обработал ранки смесью анестетика и антисептика. Он продолжал ластиться ко мне, и, чтобы показать, что я уже не злюсь, я усадил его на колени и стал чесать мягкий лохматый загривок. Покосившись на неосвещенный проем арки, я увидел два горящих завистью глаза.

- Иди сюда! – сухо велел я.Автор крамолы несмело подошел.- Я больше ничего не ломать, - буркнул он себе под нос.- Каин, я побил тебя не за вазу, а за то, что ты врешь мне и подставляешь Авеля.Он печально вздохнул. Раньше мои чиучи никогда не вздыхали. Теперь же переняли у меня эту манеру.- Иди поближе и повернись спиной.Авель всегда выполнял мои указания быстро. Подвергшийся порке Каин решился подойти не сразу и пугливо посматривал через плечо. Я обработал и его раны. Естественно, они были серьезнее, чем у Авеля, и кое-где сочились кровью. Бедняга морщился, но молчал. Закончив, я усадил Каина рядом, и заставил положить голову на мои колени. Он недоверчиво косился на меня, пока я гладил его голову, но сразу же успокоился, когда к моим рукам присоединились нежные лапки Авеля.Несмотря на разницу в характерах, малыши были двумя полярностями одной целой сущности. Они поразительно чувствовали друг друга, заботились друг о друге. И дополняли. Конечно, милый Авель доставлял мне много радости, но я заскучал бы с ним рано или поздно, если б не причуды его братца.Они были поистине неразделимы. Мне пришлось убрать кровати из их комнаты, так как малыши предпочитали спать на полу, тесно обнявшись. Даже их хвосты переплетались во сне. Их утро начиналось с вылизывания мордашек друг у друга. Эта привычка не прошла, даже когда чиучи усвоили, что душем можно (и нужно!) пользоваться каждый день. Я постелил на пол татами, что очень понравилось близнецам.Скалодром тоже пришелся им по душе. Они ползали по нему как ящерицы, даже не задумываясь о страховке. Им ничего не стоило сорваться вниз с самой вершины и зависнуть в двух метрах от пола, уцепившись за выступ. Раскачиваясь, как обезьяны, на одной руке над каменной чашей, они издавали жизнерадостные стрекочущие звуки. Скакать под брызгами водопада чиучи могли бесконечно, но я выделил несколько часов в день для обучения языку и ведению хозяйства. Авель все схватывал на лету, Каин иногда предпочитал корчить из себя дурачка. Все же они оба были слишком живые и активные, чтобы спокойно высиживать мои уроки. Иногда я включал им обучающие фильмы, делал звук погромче, и позволял прыгать с визгами по скале или плескаться в чаше. К вечеру они все же уставали и становились спокойнее. Мне нравилось включать близнецам художественные фильмы и наблюдать за их реакцией. С пакетом поп корна я садился на диван, чиучи устраивались у моих ног. Малыши уже видели трехмерные изображения на корабле контрабандистов, но все равно каждый раз приходили в восторг. Поначалу они все норовили дотронуться до людей или предметов, вдруг появляющихся из ниоткуда в паре метров от них. Они подскакивали и бежали к экрану, но изображение перед их глазами начинало расплываться и терять объем, и я не мог сдержать смеха, глядя на их растерянные мордочки. Они как слепые шарили вокруг себя руками и прислушивались к чужим голосам, звучащим со всех сторон одновременно. Поняв, наконец, что им не удастся поймать хитрых духов, чиучи нашли радость в простом созерцании. Им нравились и любовные драмы и приключения. Комедии я им не показывал, чтобы не ронять авторитет людей в их глазах. Для современных фильмов действовала строгая цензура, ограничивающая сцены насилия и количество крови, льющейся на экране. Но и от бескровных схваток чиучи впадали в сильное беспокойство, кричали и подпрыгивали на месте, а иногда словами и жестами старались подбодрить героя, или подсказать ему, что делать. Только соленый поп корн мог угомонить их в такие моменты. Я поочередно вкладывал его в раскрытые ротики, так как от волнения чиучи забывали брать лакомство сами.Через три недели мой отпуск закончился. Мне казалось, что чиучи уже неплохо адаптировались к новой обстановке. Но когда пришло время оставить их одних на целый день, я запаниковал. Могу ли я надеяться на здравый смысл моих чересчур активных мартышек? На всякий случай я научил Авеля пользоваться телефоном, строго настрого приказав звонить мне только в экстренных случаях и не использовать телефон как игрушку. На работе я все время мысленно отвлекался на моих питомцев и переживал за них. В обед не выдержал и позвонил домой. Авель ответил почти сразу. На экране появилась его любопытная мордочка. Увидев меня, он радостно взвизгнул и потыкал в экран темным коготком.- У вас все хорошо, Авель? – спросил я.- Все хорошо, Девии, - пискнул он, довольно скаля мелкие зубки.- А где Каин? Позови его.На заднем плане показался сосредоточенный Каин. В его руках дергался Распутин, висевший вниз головой. Бедный мой русский голубой! Я ведь оставил его без защиты. За эти три недели мой котик сильно изменился. Он сбросил половину своего веса, и к нему спешно вернулись все его звериные инстинкты. Он научился бегать и прыгать, прятаться и даже кусаться. Ведь коту безжалостно доказали, что мир вовсе не крутится вокруг его персоны, и жизнь на самом деле – суровая штука. Нет, чиучи вовсе не желали ему зла, просто бедняга очень заинтересовал их. Возможно, в своей прежней жизни они бы и съели такое откормленное животное. Но сейчас голод был забыт, и на первый план выступил азарт исследователя. Даже кроткого Авеля интересовало, крепко ли держится у кота хвост и как широко открывается пасть. В четыре руки они дергали его за усы, ковырялись в ушах и даже пробовали засунуть палец в кошачий анус. Даже научившись царапаться и кусаться, Распутин не стал достойным противником чиучи. Они были сильнее и быстрее, растягивали ему в стороны лапки и фиксировали челюсти, просунув между ними палец. Полные отчаяния вопли вынуждали меня срываться с места и спешить на выручку своего питомца. Я ругал близнецов и забирал кота в спальню. Туда доступ инопланетянам был запрещен, и Распутин мог перевести дыхание.- Каин, немедленно отпусти кота! – закричал я в телефон.Чиучи недовольно вздернул подбородок, но кота все-таки выпустил, внимательно проследив взглядом, куда тот убегает.- Авель, милый мой, - взмолился я, - проследи, чтобы Каин не мучил Распутина.Авель сморщил плоский носик, немного подумал и сказал: ?Хорошо?. Я очень надеялся, что он выполнит мою просьбу.Когда я вернулся домой, квартира порадовала меня чистотой и порядком. За час до моего прихода срабатывал звуковой сигнал, оповестивший близнецов, что время для игр закончилось. Каин активизировал домашних роботов и проконтролировал процесс уборки, проветрил комнаты и озонировал воздух. Авель задал программу ?суперповару? и заложил в него необходимые продукты. К моему приходу даже стол был сервирован. Увидев меня, Авель взвизгнул и запрыгал, как мартышка. Я почувствовал себя очень счастливым человеком, хотя Каин демонстративно прошел мимо меня в свою комнату, покачивая хвостом. Счастья мне добавил и тот факт, что Распутин был цел. Он выполз из своего укрытия и ринулся к миске, доверху наполненной кормом. Кот хватал пищу и глотал ее, давясь и злобно урча, и приговорил миску за минуту. Я взял его на руки и принялся гладить, чтобы бедное животное совсем не одичало. Но рядом уже крутился Авель, умильно заглядывая мне в глаза. Подражая коту, он примостился у меня на коленях, терся о мою грудь и мурчал. Каин молча поглядывал на нас, но без моего приказа ни за что не подходил. Все же и он постепенно привыкал к моим прикосновениям.Итак, у меня было три замечательных, красивых домашних зверька. Два из них к тому же обладали разумом. Но…Но я ведь брал не просто экзотических животных. Предполагалось, что они скрасят мое одиночество, и не только тем, что накроют на стол и поднесут любимую газету. Меня не оставляла мысль о сексе с близнецами. Мне нравились их милые мордочки, нравилось прикосновение чутких теплых лапок. Чиучи выучились делать мне массаж, во время которого я иногда возбуждался. Но каждый раз что-то останавливало меня. Какие-то внутренние препоны не давали мне трахать… непонятно кого, уж точно не человека. Эти бархатные спинки и подвижные хвосты были очаровательны, но мне становилось не по себе, едва я представлял, что задираю чиучи хвост и нахожу под ним отверстие для удовлетворения своего желания. Зоофилия отталкивала меня. А тут еще и звериное поведение близнецов…Как-то оконные фильтры пропустили в квартиру муху. Пока она летала, большая и жирная, по гостиной, и гудела как турбинный двигатель, один из близнецов шустро вертел головой, отслеживая ее полет. Стоило мухе сесть на стену, как он молниеносно подскочил, сбил ее со стены и тут же проглотил, облизнувшись длинным языком. Я и ахнуть не успел. Это был Каин. Авель зашипел на него и сказал, что насекомое надо было предложить хозяину.Мне хотелось хотя бы внешне сделать их похожими на людей. Я заказал в ателье целый гардероб для малышей, и рядил их, как девочки наряжают своих кукол. В зависимости от моего настроения чиучи надевали то открытые шортики и яркие топы, то классические брюки с модными рубашками. Была у них и одинаковая дизайнерская униформа. Стыдно признаться, но иногда чиучи носились по дому и ползали по скале в коротких пышных юбочках с кружевными передниками. Они не понимали, что у их хозяина просто нет вкуса, зато есть тяга к вульгарности.Но однажды я решился на действительно постыдную вещь. Я отвез малышей в подпольную ветеринарную клинику. Я не объяснил им, зачем мы туда едем. А ветврач, выслушав мой безумный заказ, не стал отговаривать, даже не напомнил мне об обычаях чиузян. Через два дня я забрал близнецов домой. Они выглядели очень подавленными. Санитар указал на Каина: ? Этому пришлось колоть транквилизаторы, когда он очухался от наркоза?. Близнецам ампутировали хвосты. На его месте остался едва заметный шрам. Кроме того, с тел чиучи вывели всю шерсть, а волосы на голове подстригли покороче. Оказалось, что у них трогательно тонкие шеи. Они стали походить на обычных подростков с необычными янтарными глазами. Мне нравился новый вид чиучи, но не нравилось их настроение.- Вы очень красивые, - сказал я им, - вы похожи на людей.- Мы никого не убивали, - удрученно сказал Авель. Каин молчал и не смотрел на меня.Не буду перечислять всех усилий, приложенных мной, чтобы вернуть расположение инопланетян. Сколько доводов было высказано в пользу их нового образа! Я говорил им, что теперь смогу выводить их гулять, покажу им поселение людей не на экране. Говорил: ?Ну я то знаю, какие вы хорошие чиучи! Разве вам этого недостаточно?? Как ни странно, они повелись на такую приманку: ?Такими вы мне нравитесь еще больше, и я буду любить вас еще сильнее!? Авель вытер лапками мокрые глаза и повис на моей шее. Каин позволил погладить себя по голове. Близнецы пытливо всматривались мне в глаза, ища в них насмешку или презрение. Они уже знали, что люди умеют врать. Но я только одобряюще улыбался им и гладил подстриженные головы.В выходной я повез малышей на обещанную экскурсию по городу. На них были одинаковые желтые комбинезоны, на головах кепки, а на глазах большие затемненные очки, которые малыши все время норовили снять. Я повез их в зоопарк и в музей океанологии, где было полно ребятни, и к моим чиучи никто особо не присматривался. Но мне все время приходилось быть начеку, так как малыши переволновались и забыли все мои инструкции. Они фонтанировали любопытством и восторгом, трещали на своем языке и хаотично жестикулируя, носились от одного вольера к другому. Их лапки так и тянулись потрогать животных, и я несколько раз перехватывал чиучи при попытке перелезть через ограждение. Зато в музее в отделе ?Фауна морей и океанов? близнецы с криком ухватились за мои руки и прижались ко мне так тесно, что я не мог свободно передвигаться. Мы оказались в узком тоннеле с прозрачными стенами, за которыми перед нашими глазами разворачивались картины подводного мира. Чиучи не понимали, что это лишь иллюзия. Они пугались акул и доисторических рептилий. Огромный кальмар ринулся на нас из синих сумерек и впечатался мерзкими белыми присосками в стекло. Большой и жуткий глаз следил за нами. Инопланетяне взвизгнули и разом полезли ко мне на шею. Скучающий служащий музея рассмеялся.- Забавные китайчата, - сказал он.Я поспешил увести малышей. Когда их испуг прошел, они принялись шумно делиться впечатлениями, перемеживая родную речь английскими словами и имитируя крики увиденных птиц и животных.Напоследок я отвез близнецов в Центральный парк, где позволил вдоволь порезвиться на детской площадке и на аттракционах.Они так набегались и загрузились впечатлениями, что уснули на заднем сидении электромобиля по пути домой.Мир был восстановлен. Я решил, что могу перейти к новому этапу в наших отношениях. Если верить астробиологам, секс для чиучи был способом снять напряжение и приглушить чрезмерную физическую активность. Малыши, забранные от матерей в мужское поселение, каждый день наблюдали, как сношаются их более взрослые сородичи. Мои мальчики находились в том возрасте, когда секс становился настолько же востребованным, как еда или сон. И они потихоньку стали удовлетворять эту потребность, используя друг друга. Их утренние вылизывания становились все интимнее. Все больше внимания они уделяли чистоте своих детородных органов. Меня они нисколько не стеснялись, и я, затаив дыхание, наблюдал, как длинные розовые язычки скользят по миниатюрным членам. Они действительно походили на стручок фасоли. Такие же сильно изогнутые и ребристые. Тонкие, но длинные, не менее 12 см., насыщенного пурпурного цвета. Эти неземные писюнчики в невозбужденном состоянии прятались за кожаной складкой на животе. Под кожей можно было прощупать уплотнение – мошонку. Они позволяли мне щупать и гладить их там, Авель с удовольствием, а Каин строго поглядывал и скалил зубы, чтобы я не забывал о деликатности. Ведь и сам член, и кожа вокруг него были очень чувствительны.Природа обделила чиузянок радостью секса. На их половых органах было очень мало нервных окончаний, и при близости с мужчинами они практически ничего не испытывали. Зато и роды были малоболезненными. Когда ?стручок? попадал во влагалище, влажные стенки так плотно обхватывали его, что семяизвержение происходило почти мгновенно. Искривленный конец ?стручка? впрыскивал сперму к шейке матки и в боковую камеру, служащую чем-то вроде резервного банка, где семя сохраняло свою жизнеспособность несколько дней. Вне зависимости от степени зрелости яйцеклетки в момент соития, наступала беременность. Сомнительная радость материнства была неизбежной.Мужчины в дальнейшем охотно брали на себя заботу о потомстве, но все же главной радостью в их жизни был именно секс. Спермы вырабатывалось очень много, она требовала постоянного сброса. Не только члены, но и анусы у чиучи отличались повышенной чувствительностью. И если нежный любовник приносил своему партнеру наслаждение, то грубое вторжение, должно быть, было весьма болезненным.Мои мальчики пока ограничивались оральными ласками, и были не против, чтобы и я к ним присоединился. Хотя… пожалуй, это было верным лишь в отношении Авеля. Его очень интересовала моя анатомия. Отправив злюку Каина хозяйничать на кухне, я шел в ванную и брал Авеля с собой. Время мы проводили очень увлекательно. Малыш прыгал ко мне в ванну и принимался меня намыливать. Я млел от его действий. Мягкие лапки касались меня ласкающими движениями, глаза Авеля возбужденно блестели.- Девии, ты такой красивый! – с придыханием говорил он.С моего молчаливого согласия, он ощупывал мои руки, грудь, живот… Инопланетянин изучал мое тело, но, черт возьми, как же приятно он это делал!- А почему у тебя ТАКОЙ, Девии? – спрашивал он, трогая пальчиками мой полувозбужденный член. – А он не мешает лазать по деревьям? А бегать?Как ни странно, но его не пугал размер. Я даже допускал мысль, что чиучи не понимает, к чему я клоню. Хотя все его повадки говорили об обратном. Он бесстыдно расставлял ножки и позволял мне гладить и массировать кожную складку. Очень скоро она отодвигалась и пурпурный стручок ложился на мою ладонь. Авель прижимался ко мне бедром, так, чтобы мой фаллос и его малыш оказались рядом.

- Оо, большой, - говорил он. Медленно склонялся надо мной и трогал головку кончиком шершавого языка. Я стискивал зубы и хватался за края ванны. Звереныш шумно втягивал носом мой запах и самозабвенно принимался вылизывать мой член. Я уже не мог сдержать стона.- А-авель, что ты делаешь?Он поднимал на меня наивные янтарные глазки.- Тебе не нравится, Девии?- Ох, нравится, очень нравится! Но… ты хоть понимаешь, что я хочу войти в тебя, и могу не сдержаться?Несколько секунд малыш смотрел на меня, потом оскалил в своеобразной улыбке зубы и прижался ко мне, словно прирастаяк моему телу.- Я твой, Девии. И Каин твой. Ты наш кьярч.- Что? Что это означает?Авель ненадолго задумался.- Хозяин. – Выдал он наконец.Очевидно, так назывался взрослый партнер у юных чиучи.Я погладил голую спинку малыша и нерешительно провел рукой по ягодицам. В ответ послышалось кошачье мурчание.- Но посмотри, какой он большой. Тебе будет больно, малыш.Он поерзал на мне, ощущая под своим животом мой каменной твердости член.- Надо медленно, Девии, - предложил мой мальчик.Инструкция решительно не советовала секс с чиучи без подготовки. Я сделал в сети особый заказ, который мне доставили уже через пару часов. Я показал Авелю анальные пробки разных размеров и объяснил, для чего они нужны. Он недоверчиво разглядывал их, но согласился с их необходимостью. Прежде чем вставить самую меньшую по размеру, я сделал Авелю клизму. Боюсь, что мои действия были неловкими, и мальчику было, по крайней мере, неприятно. Но он полностью доверял мне и все вытерпел. Хорошенько смазав пробку, я осторожно ввел ее в узенькую попку. Авель морщился и смешно кряхтел. Пробка доставляла ему неудобства, но он и не думал жаловаться. Зато когда я попробовал проделать такой же фокус с Каином… Давно в нашей квартире не было так шумно! Поняв, что этот странный предмет в моих руках предназначен для его зада, Каин злобно оскалился, неожиданно выхватил у меня интимную игрушку и бросился наутек. Я с руганью побежал за ним. Впервые мне стало жаль, что чиучи лишились хвостов. За них было так удобно вытаскивать зверенышей из-под диванов и шкафов. Я больше часа гонялся за Каином по квартире, то уговаривая его, то осыпая угрозами. Но на этот раз даже обещания оставить строптивца голодным не оказали эффекта. Я во всем потакал чиучи, пытаясь задобрить их после потери хвоста. Строптивый Каин совсем обнаглел и потерял всякий страх передо мной. Вымотавшись, я упал на диван. Через минуту передо мной замаячил Каин. Он протянул мне пустые руки.- Я спрятал, ты не найдешь! – сердито сказал он.- Ну и пожалуйста, - устало ответил я, - у меня их еще много.Каин заверещал так, что у меня уши заложило.- Нет, нет! Девии не будет трогать Каина!- Убирайся с глаз моих! Я продам тебя кому-нибудь. Мне не нужен такой непослушный чиучи!Не могу сказать, что я сильно злился на него. Просто он совсем измотал меня гонкой по квартире. Нашарив рукой диванную подушку, я швырнул ее в Каина. Он взвизгнул и умчался в свою комнату. За ним молчаливой тенью скользнул Авель. Уж не знаю, как он промывал мозги своему братцу, но утром тот пришел ко мне, притихший и мрачный. Молча повернулся спиной и продемонстрировал пробку в анусе. Я снова постарался задобрить его, позволил взять на выбор любые мясные консервы Распутина. Но по мордашке Каина было понятно, что его самолюбие сильно ущемлено, и общение со мной, мягко говоря, ему не в радость. Авель вел себя с ним непривычно строго. Он шипел на брата, если тот начинал огрызаться со мной, и даже укусил однажды. Каин не оставался в долгу, но было видно, что он не в силах сопротивляться на два фронта. Поэтому, хотя он и был подавлен осознанием неизбежности секса со мной, но норов свой старался придерживать.Я с нетерпением ждал того момента, когда смогу полностью овладеть моими чиучи.